Свидетельский иммунитет в уголовном судопроизводстве

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования АКАДЕМИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МВД РОССИИ

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

АКАДЕМИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ МВД РОССИИ

Кафедра уголовного процесса

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ (ДИПЛОМНАЯ) РАБОТА

на тему:

«СВИДЕТЕЛЬСКИЙ ИММУНИТЕТ В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ»

Выполнил: слушатель группы ______

юридического факультета

мл. лейтенант милиции

_______________________

Научный руководитель:

д.ю.н., профессор кафедры

уголовного процесса

полковник милиции

И.В. Овсянников

Допустить к защите

Начальник кафедры,

Кандидат юридических наук,

ст. лейтенант милиции

Н.С. Курышева

__________________________

подпись

Дата защиты___________________ Оценка________________________

Москва 2011 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение……………………………………………………….

3

Глава 1.

Место и сущность свидетельского иммунитета в
системе уголовно-процессуальных иммунитетов ……….

7

§ 1.

Значение и сущность уголовно-процессуальных иммунитетов в российском праве ……………………………

7

§ 2.

Понятие, классификация, содержание и сущность свидетельского иммунитета в российском уголовном процессе ……………………………………………………….

22

Глава 2.

Современные проблемы свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве России ……………………….

38

§ 1.

Содержание отдельных видов свидетельского иммунитета…

38

§ 2.

Актуальные проблемы реализация свидетельского иммунитета в различных стадиях уголовного процесса …….

52

§ 3.

Проблемы процессуального оформления свидетельского иммунитета ……………………………………………………..

62

Заключение……………………………………………………

67

Библиографический список…………………………………

75

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы дипломной работы определяется как значением института свидетельского иммунитета, так и существующими теоретическими и практическими проблемами его реализации.

Достаточно велико социально-юридическое значение свидетельского иммунитета. С одной стороны, он обеспечивает интересы государства -ограждает уголовное судопроизводство от вынужденных ложных показаний, с другой - обеспечивает сохранение семейно-родственных связей. Также свидетельский иммунитет может выступать гарантией безопасности содействовавших правосудию свидетелей.

Вопрос предоставления участникам уголовного судопроизводства свидетельского иммунитета нередко становился предметом научной дискуссии и проблемой правопримения. Переставший соответствовать

изменившимся условиям, УПК РСФСР 1960 года очень часто подвергался заслуженной критике как акт, не способный обеспечить реализацию многих конституционных гарантий в сфере уголовного судопроизводства. В этой ситуации законодателю постоянно приходилось вносить изменения в действующий уголовно-процессуальный кодекс, а правоприменителям использовать нормы Конституции напрямую.

Принятие УПК привело к существенному изменению процессуального порядка производства по уголовному делу, к смене приоритетов в этой области и стало большим шагом в сторону реального обеспечения прав лиц, вовлекаемых в уголовный процесс. Однако, несмотря на все положительные изменения, не все конституционные нормы нашли адекватное отражение в новом уголовно-процессуальном законодательстве. К сожалению, к таким нормам относится и ст. 51 Конституции.

Данный факт подтверждается прямым применением вышеозначенной конституционной нормы и, как следствие, целым рядом проблем, складывающихся в правоприменительной практике.

В результате свидетельским иммунитетом участники уголовного судопроизводства пользуются весьма редко. Из-за существующих проблем правоприменения очень часто свидетельский иммунитет используется без надлежащего процессуального оформления.

Сопоставление норм Конституции, действующего уголовно-процессуального законодательства, иных федеральных законов, не связанных напрямую с уголовным процессом, но обуславливающих его отдельные

институты, в совокупности с изучением практики Конституционного и Верховного Судов России, по нашему мнению, позволит предложить пути устранения многих внутренних противоречий в УПК, связанных с исследуемыми вопросами, что позволит обеспечить дальнейшую успешную реализацию субъектами уголовного процесса своих прав и обязанностей в сфере применения и использования свидетельского иммунитета.

Проблемам свидетельского иммунитета в уголовном процессе уделяли внимание многие ученые: Ф. А. Агаев, Ю. П. Адамов, А. В. Малько, С. М. Апарин, С. Г. Бандурин, В. М. Быков, И. В. Велып, В. Н. Галузо, Е. П. Гришина, Н. А. Громов, A. С. Дежнев, В. В. Кальницкий, Л. М. Карнеева, Р. А. Колбаев, В. Ф. Конев, B. Н. Лопатин, С. Ю. Никитин, В. В. Николюк, Т. Н. Москалькова, A. А. Петуховский, А. Д. Прошляков, А. В. Орлов, С. П. Рожков, B. И. Руднев, Н. В. Сидоров, И. В. Смолькова, А. В. Федоров, М. А. Фокина, А. А. Чувилев и др.

Кроме того, комплексному изучению положения и статуса свидетеля в уголовном процессе посвящены труды следующих ученых-процессуалистов: C. Н. Алексеева, В. П. Божьева, Л. В. Брусницына, В. А. Булатова, A. Ю. Епихина, О. А. Зайцева, А. А. Квачевского, Л. Д. Кокорева,
К. В. Лавринюк, В. Н. Махова, Н. И. Порубова, А. В. Скопинского, B. И. Смыслова, В. С. Шадрина, М. М. Шейфер, С. П. Щербы и др.

Целью дипломной работы является установление сущности уголовно-процессуальных отношений, связанных с предоставлением и использованием свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве России, выявление теоретических и практических проблем свидетельского иммунитета, разработка предложений по их устранению.

Указанная цель дипломной работы достигается путем решения следующих взаимосвязанных задач:

- проведение исследования всей совокупности источников отечественного уголовно-процессуального права для всестороннего изучения свидетельского иммунитета;

- определение места и значения свидетельского иммунитета в системе иммунитетов, используемых в сфере уголовного судопроизводства;

- определение понятия, содержания и видов свидетельского иммунитета в уголовном процессе России;

- изучение средств и способов реализации международных, конституционных и отраслевых положений о свидетельском иммунитете;

- выявление противоречий в законодательстве, регламентирующем свидетельский иммунитет;

- выявление типичных недостатков и характерных ошибок, связанных с реализацией свидетельского иммунитета.

Объектом дипломной работы является система норм международного, конституционного и уголовно-процессуального права, регламентирующая вопросы свидетельского иммунитета, и практика ее реализации в уголовном процессе России.

Предметом исследования выступают уголовно-процессуальные отношения, возникающие по поводу реализации свидетельского иммунитета в уголовном процессе России.

Методологическую основу исследования составили научные положения диалектической философии, общенаучные методы познания, такие как анализ, синтез, системный подход, логические приемы индукции и дедукции.

В процессе разработки разных аспектов темы использовались также частно-научные методы: исторический, сравнительно-правовой, социологический и др.

Нормативная основа дипломной работы представлена Конституцией РФ, Уголовно-процессуальным кодексом РФ, Уголовным кодексом РФ и другими федеральными законами РФ с учетом последних внесенных в них изменений, Постановлениями Правительства и Указами Президента, а так же научными статьями и комментарии к законодательству РФ, научно-практической литературой, решениями судебных органов Российской Федерации, что наиболее четко позволило раскрыть тему работы, как с научной, так и с практической точки зрения. В работе учтены последние изменения законодательства.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, 2 глав, в которых выделяются 5 параграфов, заключения, библиографического списка.

ГЛАВА 1. МЕСТО И СУЩНОСТЬ СВИДЕТЕЛЬСКОГО ИММУНИТЕТА В СИСТЕМЕ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ИММУНИТЕТОВ

§ 1. Значение и сущность уголовно-процессуальных иммунитетов в российском праве

В условиях построения правового государства, признания верховенства права над законом, а естественных прав над позитивными понятие имму­нитета, все более отождествляясь с понятием неприкосновенности, стало использоваться еще в одном значении: не только как привилегия каждого в определенных условиях на неприкосновенность, но и как часть личной свободы[1] .

Таким образом, понятие «иммунитет» имеет глубокие историко-правовые корни. В современной правовой среде иммунитеты нашли широкое распространение в международном и российском конституционном праве, где иммунитет традиционно рассматривается как привилегия некоторых категорий должностных лиц, заключающаяся в их личной неприкосновенности и праве не давать объяснений и показаний.

Следует согласиться с мнением тех авторов, которые считают, что правовые иммунитеты есть особые льготы и привилегии, преимущественно связанные с освобождением конкретно установленных в нормах международного права, Конституции и законах лиц от определенных обязанностей и ответственности, призванные обеспечивать выполнение ими соответствующих функций[2] .

Иммунитеты - особый вид привилегий. Привилегии же в свою очередь, как отмечено выше, есть специфическая разновидность льгот, юридических изъятий[3] .

Однако последнее утверждение о соотношении льгот и привилегий нуждается в уточнении.

Льгота определяется как преимущественное право, облегчение процедуры, предоставляемое кому-нибудь как исключение из общего правила; как предоставление кому-либо преимуществ, частичное освобождение от выполнения установленных правил, обязанностей или облегчение условий их выполнения[4] .

Во-первых иммунитеты создают особый юридический режим, позволяют облегчить положение соответствующих субъектов, расширяют возможности по удовлетворению тех или иных интересов. На это направлены не только льготы и привилегии, но и иммунитеты. В частности, дипломатический и депутатский иммунитеты также выполняют данную роль.

Во-вторых, они призваны быть правостимулирующими средствами, побуждающими к определенному поведению и обозначающими положительную правовую мотивацию. Иммунитет, верно отмечает С. В. Мирошник, «как правовой стимул представляет собой совокупность особых правовых преимуществ...»[5] .

В-третьих, они являются гарантиями социально полезной дея­тельности, способствуют осуществлению тех или иных обязанностей.

В-четвертых, названные средства выступают своеобразными изъятиями, правомерными исключениями для конкретных лиц, ус­тановленными в специальных юридических нормах.

В-пятых, они представляют собой формы проявления дифференциации юридического упорядочения социальных связей[6] .

Вместе с тем иммунитеты имеют свои, сугубо специфические признаки, позволяющие выделить их в системе льгот и привилегий, говорить об их самостоятельной юридической природе.

Во-первых, если привилегии в большей мере воплощаются в преимуществах, положительных льготах, то иммунитеты выступают в виде освобождения от выполнения отдельных обязанностей (платить налоги, давать показания и т.д.).

Во-вторых, лица, обладающие иммунитетом, четко указаны в законе; носители же иных льгот далеко не всегда так конкретно определены и обозначены в соответствующем законе. В частности в УПК лицами, обладающими свидетельским иммунитетом, признаны близкие родственники допрашиваемого, сам допрашиваемый, судья, присяжный заседатель, адвокат, защитник, священнослужитель, член Совета Федерации и депутат Государственной Думы и несколько других субъектов. Между тем, по оценкам Ф. А. Агаева и В. Н. Галузо, более 30 категорий российских граждан и 150 категорий иностранных граждан в силу прямых предписаний Конституции РФ, федеральных законов и норм международного права наделены привилегиями и льготами в области уголовного судопроизводства[7] . Хотя непосредственно в УПК они не указаны.

В-третьих, целью иммунитетов как правило является обеспечение выполнения международных, государственных и общественных функций, служебных официальных обязанностей. Так, в ст. 5 Протокола к Ге­неральному соглашению о привилегиях и иммунитетах Совета Европы, принятого 6 ноября 1952 года, прямо установлено, что «привилегии и иммунитеты предоставляются представителям Членов не в личных интересах соответствующих лиц, а для обеспечения независимого выполнения ими обязанностей, связанных с Советом Европы», Согласно ст. 40 Устава Совета Европы, принятого 5 мая 1949 года, «Совет Европы, представители Членов и Секретариат пользуются на территории Членов такими привилегиями и иммунитетами, которые разумно необходимы для выполнения ими своих обязанностей». В соответствии со ст. 6 Четвертого Протокола к Ге­неральному Соглашению о привилегиях и иммунитетах Совета Европы, принятого 16 декабря 1961 года, «привилегии и иммунитеты предоставляются судьям не для их личной выгоды, а с целью обеспечить независимое осуществление их функций»[8] .

Юридическая природа иммунитета достаточно сложна и неоднозначна и нередко зависит от отраслевой принадлежности конкретного иммунитета. Однако, несмотря на всю специфику отраслевых иммунитетов, общим для. всех сфер применения является их восприятие в качестве средства, позволяющего субъектам, занимающим особое правовое положение, не подчиняться некоторым общим законам.

Так, в международном праве иммунитет понимается как невозмож­ность применения законов какого-либо государства к иностранному госу­дарству. Данное определение базируется на выдвинутой Ю. Г. Деминым «теории суверенного иммунитета государства», в основу которой положен принцип невозможности распространения юрисдикции одного государства в отношении другого в силу суверенного равенства государств[9] . Обладателем иммунитета, таким образом, является непосредственно само государство, а от иммунитета государства, в свою очередь, происходит неприкосновенность его органов, имущества, собственности. К примеру, неприкосновенность дипломатического представительства, его помещений, архивов, средств передвижения и т.д. объясняется принадлежностью этих объектов к аккредитирующему государству.

В конституционном праве иммунитет выступает в качестве одной из многочисленных гарантий обеспечения стабильности в обществе и предсказуемости политических процессов. Например, депутатский иммунитет — непременный атрибут республиканского строя, является следствием положения, которое парламент занимает в системе государственных учреждений, политической и социальной среды, в какой приходится действовать его членам. Иммунитет депутатов всегда индицировался парламентом ради беспрепятственного осуществления им своих функций, поэтому вполне справедливо, что положения ст. 98 Конституции о неприкосновенности депутатов рассматриваются как конституционная защита парламентария[10] .

В уголовно-процессуальном праве иммунитет может быть определен как исключительное право не подчиняться некоторым обидим нормам уголовно-процессуального закона. Предоставление участникам уголовного судопроизводства процессуальных иммунитетов влечет за собой освобождение от определенных процессуальных обязанностей и создание дополнительных гарантий надлежащего обеспечения прав и свобод лиц -участников уголовного судопроизводства.

По мнению М. А. Сильнова, под иммунитетами в уголовном судопроизводстве следует понимать определенные ограничения, связанные с возможностью получения интересующих органы следствия и суда сведений от установленной законодательством категории граждан (в ряде случаев и организаций), а также регламентирующих особый порядок расследования совершенных такими лицами преступлений[11] .

Иммунитеты выступают в качестве универсальных юридических
средств, создают режим благоприятствования своим обладателям,
устанавливая дополнительные гарантии, изъятия из общего порядка.
Государство устанавливает определенные изъятия и облегчения для
отдельных субъектов в зависимости от защищаемого интереса, выполняемой
функции и некоторых других обстоятельств[12] .

В идеале правовой иммунитет не должен иметь абсолютного характера. Он может быть в ряде случаев отменен, ограничен либо от него могут отказаться сами обладатели иммунитета. Это связано в основном с тем, что абсолютный иммунитет из законного и эффективного юридического средства превращается в препятствующий правосудию фактор. Об этом весьма красноречиво сказано в ст. 11 Генерального Соглашения о привилегиях и иммунитетах Совета Европы от 2 сентября 1949 года: «...Член Организации не только имеет право, но и обязан отказаться от иммунитета своего представителя в каждом случае, когда, по мнению Члена Организации, иммунитет препятствует отправлению правосудия и этот отказ может быть произведен без ущерба для цели, с которой иммунитет был предоставлен»[13] .

Каждый процессуальный иммунитет представляет собой совокупность правил, обладающих признаками как иммунитета, так и привилегии в собст­венном значении. Например, правило получения согласия на дачу дипломатическим агентом свидетельских показаний несомненно представляет собой льготу, дополнительную гарантию, служащую целям обеспечения эффективного и беспрепятственного выполнения агентом своих функций — признак иммунитета. Вместе с тем само право отказаться от дачи свидетельских показаний также несомненно представляет изъятие из общего правила обязанности всякого лица дать такие показания по требованию компетентных органов уголовного судопроизводства — признак привилегии[14] .

Уголовно-процессуальные иммунитеты устанавливаются специаль-ными нормами — нормами-исключениями. Данные нормы закрепляются в международном, конституционном и некоторых других отраслях права и либо используются в уголовном процессе напрямую, либо дополняются нормами УПК, образуя сложные правовые институты[15] .

Так «нормы» образующие дипломатический иммунитет, закреплены в международно-правовых нормативных актах и в силу указания ч. 4 ст. 15 Конституции на территории России применяются напрямую, имея приоритет перед федеральным законодательством. Иммунитет Президента РФ берет свое начало в конституционном праве, в УПК его содержание не раскрывается, однако 52 глава УПК содержит дополнительные гарантии в сфере уголовного судопроизводства, конкретизируя конституционный иммунитет Президента, позволяя ему успешно выполнять свои обязанности. Однако относительно уголовного судопроизводства совокупность таких норм выступает самостоятельным институтом уголовно-процессуального права. При этом такие институты обладают следующими признаками:

· представляют собой объективно сложившееся устойчивое правовое образование норм-исключений, регулирующих особую группу общественных отношений в рамках уголовного судопроизводства;

· являются самостоятельным правовым образованием внутри отрасли уголовно-процессуального права;

· обладают специфическим механизмом правового регулирования с присущим только им характерным состоянием субъектов, наличием специфических норм, особых правоотношений[16] .

Таким образом, в уголовном процессе под правовым институтом уголовно-процессуальных иммунитетов следует понимать совокупность юридических норм-исключений, составляющих самостоятельную часть системы уголовно-процессуального права, регулирующих соответствующие общественные отношения, связанные с предоставлением дополнительных процессуальных гарантий законности и обоснованности вовлечения граждан в сферу уголовного судопроизводства, применения к ним мер процессуального принуждения и иных правоограничений, а также освобождением от некоторых процессуальных обязанностей.

Анализ уголовно-процессуального законодательства позволил нам обозначить систему уголовно-процессуальных иммунитетов.

Однако прежде чем предложить свою систему уголовно-процессуальных иммунитетов, следует обратить внимание на то, каким образом в науке уголовного процесса этот вопрос решался ранее.

Одними из первых классификацию правовых иммунитетов предложили Ф. А. Агаев и В. Н. Галузо, положив в ее основу структуру уголовно-процессуального права, способность его норм группироваться в институты и субинституты. В связи с этим выделены следующие виды правовых иммунитетов:

- дипломатический иммунитет;

- иммунитеты лиц, пользующихся международной защитой;

- депутатский иммунитет;

- должностной иммунитет судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов;

- свидетельский иммунитет;

- иммунитет общественных представителей;

- иммунитет Президента РФ и иные иммунитеты (лиц, явившихся из-за границы для участия в деле в качестве свидетеля, потерпевшего, гражданского ответчика, их представителей, экспертов)[17] .

Нетрудно заметить, что в результате данной классификации мы можем выявить определенные группы лиц, которые имеют право воспользоваться уголовно-процессуальными иммунитетами.

М. А. Сильнов выделяет три вида иммунитетов в уголовно-процессуальном праве:

- свидетельский иммунитет;

- иммунитеты, связанные с особым порядком расследования: с возбуждением уголовного дела, предъявлением обвинения, применением мер пресечения, производством отдельных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, направлением дела в суд.

- иммунитеты, обусловленные установленной законодательством регламентацией отдельных видов тайн[18] .

А. П. Юрков выделяет три основных вида иммунитетов в уголовном процессе, закрепленные нормами международного права, которые признает Российская Федерация:

- иммунитет от уголовной юрисдикции;

- свидетельский иммунитет;

- иммунитет от принудительных действий, предусмотренных уголовно-процессуальным законодательством[19] .

В основу данной классификации положен объект уголовно-процессуального гарантирования, который тоже не в состоянии однозначно отграничить различные виды иммунитетов. Так, свидетельский иммунитет, являясь самостоятельным видом в данной классификации, вполне может стать иммунитетом от уголовной юрисдикции, ведь человек, обладающий правом отказаться от дачи показаний, не подлежит уголовной ответственности за такой отказ.

Все же наиболее точную систему уголовно-процессуальных иммунитетов предложили Ф. А. Агаев и В. Н. Галузо, однако в связи со сменой уголовно-процессуального законодательства она должна быть уточнена. Итак, сегодня в систему уголовно-процессуальных иммунитетов включаются:

1. Должностные иммунитеты. Наделяя иммунитетами то или иное должностное лицо, государство делегирует различные исключительные права своим представителям, но в то же время, в случае необходимости, может и лишить их такого права, предусмотрев для этого особую процедуру.

Данные иммунитеты закреплены, прежде всего, в гл. 52 «Особенности производства по уголовным делам в отношении отдельных категорий лиц» УПК. Требования данной главы применяются при производстве по уголовным делам в отношении:

1) члена Совета Федерации и депутата Государственной Думы, депутата законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации, депутата, члена выборного органа местного самоуправления, выборного должностного лица органа местного
самоуправления;

2) судьи Конституционного Суда Российской Федерации, судьи фе­дерального суда общей юрисдикции или федерального арбитражного суда, мирового судьи и судьи конституционного (уставного) суда субъекта Российской Федерации, присяжного или арбитражного заседателя в период осуществления им правосудия;

3) Председателя Счетной палаты Российской Федерации, его замес­тителя и аудиторов палаты;

4) Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации;

5) Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение
своих полномочий, а также кандидата в Президенты Российской Федерации;

6) прокурора;

7) следователя;

8) адвоката;

9) члена избирательной комиссии, комиссии референдума с правом
решающего голоса (ч. 1 ст. 447 УПК РФ).

Эти особые требования заключаются в усложненном порядке возбуж­дения уголовных дел (ст. 448 УПК РФ); задержания (ст. 449 УПК РФ); из­брания меры пресечения и производства отдельных следственных действии (ст. 450 УПК РФ); направления уголовного дела в суд (ст. 451 УПК РФ).

2. Дипломатический иммунитет . Как справедливо отмечается в
юридической литературе, «важными общепризнанными принципами
современного международного права, создающими основу для привилегий и
иммунитетов дипломатических представительств, являются принципы
уважения государственного суверенитета и равноправия государств. Именно
при соблюдении этих принципов всеми государствами мира возможно
осуществление в полном объеме дипломатических привилегий и
иммунитетов, которые необходимы дипломатическим представительствам и
их персоналу для свободного, независимого от местных властей выполнения
своих функций в стране пребывания. Более того, соблюдение
дипломатических иммунитетов и привилегий необходимо в целях
обеспечения международного правопорядка»[20] .

В уголовном судопроизводстве дипломатический иммунитет заключается прежде всего в том, что, согласно ч. 2 ст. 3 УПК, следственные и процессуальные действия в отношении лиц, наделенных дипломатической неприкосновенностью, проводятся только по их просьбе или только с их разрешения, которое испрашивается через Министерство иностранных дел России.

3. Иммунитет лица, находившегося за пределами территории
Российской Федерации и вызванного должностным лицом, в
производстве которого находится уголовное дело, для производства
процессуальных действий на территории Российской Федерации.

Согласно Конвенции о взаимной правовой помощи по уголовным делам 1959 г.[21] , а также ряду двусторонних договоров России, явившееся лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности не только за деяния, совершенные им до пересечения указанными лицами Государственной границы Российской Федерации, но и за сделанные им заявления и данные показания в судебном органе запрашивающей стороны. Иногда предусматривается (например, в соглашениях с Канадой, КНДР и США), что ответственность не наступает, если только она не связана с дачей заведомо ложных показаний или проявлением неуважения к суду. Если в запросе о вызове заранее не оговаривалось, какие показания или какая иная правовая помощь требуется от данного лица, оно вправе отказаться от их предоставления[22] .

Международные правовые акты и уголовно-процессуальное законодательство РФ гарантирует вызываемым лицам, независимо от их гражданства, иммунитет от уголовного преследования или иного ограничения личной свободы за деяния или на основании приговоров, которые предшествовали их пересечению Государственной границы РФ. Если такая гарантия не может быть предоставлена по каким-либо причинам, то, как подчеркивается в двусторонних договорах, «компетентный орган запрашивающей стороны указывает это в запросе с целью проинформировать приглашенное лицо и позволить ему принять решение о явке с учетом данных обстоятельств» (ч. 2 ст. 11 Договора с США[23] ).

4. Иммунитет священнослужителя. Часть 3 ст. 56 УПК исключает возможность допроса таких лиц об обстоятельствах, ставших известными из исповеди, путем установления прямого запрета. Церковь (религия) хоть и отделена от нашего государства, однако уважение исторически сложившихся религиозных традиций заставило законодателя пойти на такой шаг.

Следует отдельно подчеркнуть: у священника нет права выбора давать или не давать показания в уголовном процессе по поводу обстоятельств, ставших известными из исповеди. Даже если священнослужитель решит сообщить такие сведения, в силу прямого запрета они не могут использоваться в качестве доказательств.

5. Иммунитет эксперта. Согласно ч. 2 ст. 205 УПК эксперт не может быть допрошен по поводу сведений, ставших ему известными в связи с производством судебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебной экспертизы. Например, эксперт-психиатр не может быть допрошен о сообщенных ему испытуемым сведениях, касающихся участников преступления, способов его совершения, мест сокрытия похищенного имущества и т.п. Тем самым эксперт не может выступать в роли осведомителя правоохранительных органов. Аналогичная норма предусмотрена и ст. 31 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»[24] .

С одной стороны, иммунитет эксперта является гарантией его независимости, которая предусмотрена ст. 7 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», с другой - обеспечивает сохранение различного рода тайн, ставших ему известными в ходе экспертизы. Прежде всего, речь идет о соблюдении прав и законных интересов лиц, в отношении которых оизводится судебная экспертиза (именно так называется ст. 31 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»).

6. Свидетельский иммунитет. Согласно п. 40 ст. 5 УПК, свидетельский иммунитет - «право лица не давать показания против себя и своих близких родственников, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом».

Универсальность и особенность данного вида уголовно-процессуального иммунитета заключается в том, что он распространяется на любого человека, вызванного для дачи показаний в рамках уголовного судопроизводства, независимо от гражданства, занимаемых должностей и других социальных признаков личности.

В определении места свидетельского иммунитета в системе уголовно-процессуальных иммунитетов в целом есть определенная сложность. В науке понятием «свидетельский иммунитет» необоснованно охватываются и некоторые другие случаи, предусмотренные законом, в которых лицо имеет право не давать (не имеет права давать) показания.

Так, как уже говорилось, не может давать показания в силу требования религиозных устоев и ч. 3 ст. 56 УПК священнослужитель по поводу сведений ставших ему известными из исповеди. Президент России имеет право отказаться от дачи показаний не только против себя самого и своих близких родственников, но и в любых других случаях, когда сам посчитает это целесообразным. Свидетельский иммунитет Президента в этой ситуации порождается не столько конституционным правом не давать показания против себя самого и своих близких родственников, сколько общим должностным иммунитетом.

В связи с этим мы считаем ошибочной точку зрения, согласно которой дипломаты, священнослужители, Президент, адвокаты, следователи и иные должностные лица обладают свидетельским иммунитетом. Они имеют в некоторых случаях право (обязанность) отказаться от дачи показаний, или же в законе предусмотрен запрет допроса, однако создание дополнительных особых правил получения свидетельских показаний от этих лиц никак не связано со свидетельским иммунитетом.

Эти правила либо определены соответствующей разновидностью уголовно-процессуального иммунитета, либо основаны на императивном запрете допроса указанных лиц.

Непосредственно изучению природы и сущности свидетельского иммунитета посвящен следующий параграф данной диссертации, а пока можно сделать некоторые выводы.

Правовые иммунитеты есть особые льготы и привилегии, преимущественно связанные с освобождением конкретно установленных в нормах международного права, Конституции и законах лиц от определенных обязанностей и ответственности, призванные обеспечивать выполнение ими соответствующих функций и (или) облегчения положения.

Процессуальные иммунитеты, являясь разновидностью правовых иммунитетов, имеют с ними общие цели и признаки.

Процессуальные иммунитеты содержат нормы, регулирующие особый (усложненный) порядок уголовного судопроизводства, выражающийся в установлении изъятий из общего порядка судопроизводства и особых юридических преимуществ для отдельных категорий лиц.

Они представляют собой дополнительные процессуальные гарантии прав и интересов участников уголовного судопроизводства.

Так как уголовно-процессуальные иммунитеты в основном берут свое начало в других отраслях права, то служат в конечном итоге достижению целей одноименных иммунитетов иных отраслей. В этом аспекте конечной целью процессуальных иммунитетов является обеспечение реализации правовых статусов, установленных иными отраслями права для различных категорий лиц.

Среди уголовно-процессуальных иммунитетов особое место занимает свидетельский иммунитет, предоставляемый любому человеку (независимо от занимаемой должности и других социальных признаков), дающему показания в рамках уголовного процесса. Данная разновидность иммунитета образована самостоятельным субинститутом правового института уголовно- процессуальных иммунитетов.

§ 2. Понятие, классификация, содержание и сущность свидетельского иммунитета в российском уголовном процессе

Понятие свидетельского иммунитета можно рассматривать в двух аспектах. С одной стороны свидетельский иммунитет — это совокупность правовых норм, с другой — субъективное право.

Свидетельский иммунитет был заимствован в конституционном праве и в настоящее время используется в качестве самостоятельного уголовно-процессуального субинститута правового института уголовно-процессуальных иммунитетов.

В этом контексте под свидетельским иммунитетом следует понимать систему норм уголовно-процессуального права, которые:

- позволяют отказаться от дачи показаний против себя, своего супруга, близких родственников и близких лиц лицу, вызванному для дачи показаний;

- позволяют подозреваемому, обвиняемому в совершении преступления отказаться от дачи показаний вообще;

- предусматривают обязанность должностных лиц разъяснения участникам уголовного судопроизводства права на свидетельский иммунитет;

- определяют порядок предоставления и процессуального оформления свидетельского иммунитета.

Следует согласиться с мнением Т. Н. Москальковой, которая считает, что свидетельский иммунитет — это совокупность нормативно закрепленных правил, освобождающих некоторые категории свидетелей и потерпевших от предусмотренной законом обязанности давать показания по уголовному делу, а также освобождающих любого допрашиваемого от обязанности свидетельствовать против самого себя[25] .

Однако свидетельский иммунитет главным образом следует рассматривать как субъективное право лица отказаться от дачи показаний, содержащееся в вышеуказанных нормах.

Л. М. Карнеева и И. Кертэс одни из первых теоретиков уголовного процесса, кто уделил достаточно серьезное внимание свидетельскому иммунитету. Они предложили ввести право на отказ от дачи показаний, в обусловленных законом случаях. По их мнению, свидетельский иммунитет — то право свидетеля отказаться от дачи таких показаний, которые могут быть использованы в уголовном процессе во вред его родственнику или иному близкому лицу[26] .

Приведенный взгляд на понятие свидетельского иммунитета имеет актуальный для современной общественно-правовой действительности аспект — Л. М. Карнеева и И. Кертэс не ограничивают свидетельский иммунитет только родственными отношениями, распространяя его на любых лиц, чья «близость» может быть установлена в ходе производства по делу. Тем не менее, ограничение распространения рассматриваемого иммунитета только на свидетелей является не вполне обоснованным.

Такое же мнение по поводу содержания свидетельского иммунитета было высказано А. А. Чувилевым. Он считал, что свидетельский иммунитет — это, прежде всего, право отказаться от дачи показаний того лица, которое может быть свидетелем по делу[27] .

Приведенное определение указывает на несколько признаков свидетельского иммунитета, однако не ясно на какие показания будет распространяться свидетельский иммунитет. Также необоснованно в данном случае сужен круг участников уголовного судопроизводства, на которых распространяется свидетельский иммунитет.

Сам термин «свидетельский иммунитет» имеет один существенный недостаток. Как мы уже ранее говорили, в названии рассматриваемого иммунитета изначально включено указание на свидетеля, что в принципе не отражает его содержания. Наиболее удачным в данной ситуации было бы применение термина «иммунитет от свидетельствования» или еще более удачно «иммунитет от дачи показаний». В соответствии со ст. 74 УПК в качестве доказательств в том числе допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого; показания потерпевшего, свидетеля. В уголовном судопроизводстве такие доказательства как правило результат такого процессуального действия как допрос, в ходе которого и даются показания указанными выше лицами. Следовательно, вместо понятия «свидетельский иммунитет» было бы более целесообразным введение понятия «иммунитет от дачи показаний», хотя данное мнение не является принципиальным и сам термин «свидетельский иммунитет» настолько прочно вошел в теорию и практику уголовного судопроизводства, что его замена уже просто нецелесообразна.

Затрагивая вопросы доказательств и доказывания в уголовном процессе, мы обратили внимание на то, что в уголовном судопроизводстве не существует такого вида доказательств, как показания гражданского истца и гражданского ответчика, а между прочим такие сведения просто необходимы для установления ряда обстоятельств, входящих в предмет доказывания (ст.

В ходе расследования такие лица допрашиваются в качестве свидетелей[28] , что на наш взгляд - нежелательное смешение процессуального статуса различных участников уголовного процесса.

Пункт 4. ч. 2 ст. 54 УПК и п. 7. ч. 4 ст. 44 УПК предусматривает обязанность должностных лиц при согласии гражданского истца или гражданского ответчика дать показания (курсив мой К. Ф.) предупредить о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае их последующего отказа от этих показаний.

Следовательно, статьи, устанавливающие процессуальный статус указанных лиц, указывают на возможность их допроса в ходе производства по делу, а ст. 74 УПК не содержит указания на такую разновидность доказательств как показания гражданского истца и ответчика.

Хотя вопросам свидетельского иммунитета посвящено довольно много работ, в современной науке уголовного процесса нет единого мнения по поводу его содержания. Традиционно свидетельский иммунитет (его содержание) рассматривается в широком и узком смысле. Сторонники расширенного толкования[29] отмечают, что под свидетельским иммунитетом понимается совокупность абсолютно всех правил об освобождении от обязанности давать показания. При этом выделяются две категории граждан, наделенных данным правом: первых запрещено допрашивать в качестве свидетелей, вторые вправе самостоятельно отказаться от дачи показаний. В этом случае право не давать показания дополняется обязанностью следователя, дознавателя, прокурора или суда воздержаться от допроса этих лиц при отсутствии их волеизъявления.

Авторы, поддерживающие другую точку зрения[30] , отказываются принимать такое расширенное толкование свидетельского иммунитета и считают, что его содержание сводится только к праву свидетеля в исключительных случаях на освобождение от обязанности давать показания. И обосновывают это тем, что сторонники расширенного толкования свидетельского иммунитета объединяют в его содержание разные правовые категории. Если в основе свидетельского иммунитета лежат нравственные ценности, то в основе обстоятельств, исключающих возможность быть свидетелем - объективная невозможность давать показания в силу физических или психических недостатков либо в силу прямых запретов Закона[31] .

Сторонники расширенного понимая свидетельского иммунитета при этом как правило выделяли его следующие разновидности:

- привилегия от самоизобличения (ч. 1 ст. 51 Конституции РФ, п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК);

- свидетельский иммунитет родственников подозреваемого или обвиняемого (ч. 2 ст. 51 Конституции РФ, п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК);

- свидетельский иммунитет судьи, присяжного заседателя (п. 7 ст. 16 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации», ч. 3 ст. 56 УПК);

- свидетельский иммунитет адвоката, защитника подозреваемого, обвиняемого (ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2002 г. «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», ч. 3 ст. 56 УПК);

- свидетельский иммунитет священнослужителя — (ч. 3 ст. 56 УПК);

- свидетельский иммунитет члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы без их согласия (ст. 21 Федерального закона от 8 мая 1994 г. № 3-ФЗ «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», ч. 3 ст. 56 УПК)[32]

- свидетельский иммунитет следователя, дознавателя (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 г. № 44-0 «По жалобе гражданина Демьяненко В. И. на нарушение его конституционных прав положениями статей 56, 246, 278 и 355 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»[33] );

- свидетельский иммунитет эксперта (ч. 2 ст. 205 УIIK);

- свидетельский иммунитет лица, обладающего правом дипломатической неприкосновенности (ч. 2 ст. 3 УПК).

- свидетельский иммунитет лица, вызванного для дачи показаний из-за пределов РФ (ст. 456 УПК);

- свидетельский иммунитета Президент РФ (ст. 91 Конституции РФ, п. 1 ст. 3 Федерального закона от 12 февраля 2001 г. № 12-ФЗ «О гарантиях Президенту Российской Федерации, прекратившему исполнение своих полномочий, и членам его семьи»);

- свидетельский иммунитет Уполномоченного по правам человека в РФ (ч. 2 ст. 24 Федерального конституционного закона от 26 февраля 1997 г. № 1-ФКЗ «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации»);

- свидетельский иммунитет лица, обладающего охраняемой федеральным законом тайной (ч. 2 ст. 51 Конституции РФ, ст. 2 закона России от 21 июля 1993 г. № 5485-1 «О Государственной тайне»[34] ).

Мы придерживаемся той точки зрения, согласно которой свидетельский иммунитет в уголовном судопроизводстве это именно право лица отказаться от дачи показаний, законодательный запрет допроса не образует и не может образовывать свидетельского иммунитета. Ю. К. Орлов по этому поводу пишет, что надо разграничивать свидетельский иммунитет и прямой запрет допроса определенных категорий лиц. Это означает, что данные лица не могут допрашиваться в качестве свидетелей ни при каких обстоятельствах, независимо от их желания. Иммунитет - это юридическое право не подчиняться некоторым законам. Запрет означает одновременно и лишение лица права дачи показаний, даже если оно такое желание выражает[35] . Так же, мы уже отмечали ранее, нельзя считать свидетельским другие процессуальные иммунитеты, предоставляющие право отказаться от дачи показаний.

Следовательно «расширенная» трактовка свидетельского иммунитета предоставляет собой необоснованное смешение и уравнивание прав и обязанностей в уголовном судопроизводстве.

В принципе, в рамках уголовного процесса все же можно говорить о содержании свидетельского иммунитета в его расширенной трактовке.

В частности, свидетельский иммунитет предоставляет возможность отказаться от дачи показаний вообще, но только подозреваемому, обвиняемому, и связано это с тем, что любые сообщенные этими лицами сведения могут быть положены в основу обвинения, то есть направлены против них.

Возможность отказа подозреваемого, обвиняемого от дачи показаний в уголовном процессе выступает как элемент права на защиту указанных лиц[36] . Однако данное разграничение содержания свидетельского иммунитета не имеет принципиального значения для настоящего исследования.

Анализ аргументов сторонников широкой и узкой трактовки свидетельского иммунитета позволяет сделать ряд выводов.

Широкая или узкая трактовка основана на различном понимании более общей правовой категории - правового иммунитета вообще, а также различии в определении свидетельского иммунитета в Конституции и УПК. Сторонники широкой трактовки опираются на понимание иммунитета как исключительного права, образованного правом не давать показания и запретом допроса отдельных категорий лиц. Сторонники узкой трактовки понимают иммунитет как освобождение от обязанности и буквально толкуют норму, закрепленную в ст. 51 Конституции.

Для единого понимания свидетельского иммунитета, которое необходимо для единообразия правоприменительной практики, желательно устранить многозначность понятия свидетельского иммунитета. Для этого можно внести соответствующие изменения в УПК и изложить п. 40 ст. 5 в новой редакции.

Узкая трактовка свидетельского иммунитета наиболее точно отражает содержание данного права и поэтому представляется более
предпочтительной.

Итак, анализ мнений теоретиков уголовного процесса и совокупности норм, связанных со свидетельским иммунитетом позволяют нам вывести промежуточное понятие свидетельского иммунитета. Свидетельский иммунитет - это право участника уголовного судопроизводства отказаться свидетельствовать против себя, своего супруга и других близких лиц, круг которых определен действующим законодательством.

Определение крута означенных «близких лиц» и итогового понятия свидетельского иммунитета будет предложено несколько позднее.

Назначение свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве складывается из нескольких аспектов.

Во-первых, не давать показаний против себя самого - важнейшая гарантия обеспечения права подозреваемого, обвиняемого на защиту.

Именно право не свидетельствовать против себя впервые было закреплено в действующем законодательстве и легло в основу свидетельского иммунитета.

Отсутствие обязанности свидетельствовать против себя означает в том числе и то, что признание своей вины должно осуществляться только добровольно, а не под принуждением. Ныне действующий закон не предусматривает ответственности подозреваемого и обвиняемого за дачу ложных показаний, они могут строить свою защиту по своему усмотрению. Если показания получены под угрозой применения любых взысканий за непризнание своей вины, они являются незаконными и на них не может быть основан обвинительный приговор[37] .

Во-вторых, свидетельский иммунитет служит сохранению внутрисемейных ценностей. Показания против своего супруга, отца, брата и т.д. наносят тяжелейший удар по семейным отношениям.

Одно из первейших социальных назначений свидетельского иммунитета - сохранение семейных ценностей.

Однако есть еще один очень важный аспект, связанный, прежде всего, с интересами правосудия: свидетельский иммунитет упредил объективную необходимость допрашиваемых лиц лгать в целях оправдания себя и своих близких.

Существует точка зрения, что свидетельский иммунитет можно рассматривать и в качестве одной из гарантий обеспечения безопасности участия свидетеля в стадии предварительного расследования[38] . Мы разделяем данное мнение и, хотя в соответствии с свидетеля, даже если он отказался от них, могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, сам факт отказа от дачи показаний может послужить эффективным средством обеспечения его личной безопасности в рамках уголовного процесса. Так как у преступников и их сообщников обычно нет претензий к "немым" свидетелям, даже если ранее они сотрудничали с органами правосудия.

Таким образом, социально-юридическое назначение свидетельского иммунитета можно рассматривать минимум с трех позиций.

Дальнейший анализ содержания и видов свидетельского иммунитета предполагает необходимость рассмотрения его различных классификаций и как следствие, выявление его разновидностей.

Существует мнение, что в уголовно-процессуальной литературе оказалась незаслуженно забытой классификация свидетельского иммунитета по источнику его закрепления. Свидетельский иммунитет представляет собой институт уголовно-процессуального права с формирующимся межотраслевым характером. Любой правовой институт представляет собой совокупность юридических норм, которые должны быть зафиксированы в каком-либо источнике. Следовательно, является вполне оправданным классификация свидетельского иммунитета по источнику закрепления[39] . При этом выделяют свидетельский иммунитет закрепленный в нормах международного права, конституционного и т.д.

Считаем что данная классификация бессмысленна в силу того, что право свидетельского иммунитета содержится в самостоятельном институте уголовно-процессуального права, и нормы в него входящие не содержат отдельных видов свидетельского иммунитета, а образуют его содержание, представляя собой единую систему, а не простую совокупность.

Правом отказаться от дачи показаний обладают следующие участники уголовного судопроизводства:

- подозреваемый;

- обвиняемый;

- потерпевший;

- свидетель;

- гражданский истец;

- гражданский ответчик;

- представитель (потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и частного обвинителя).

Таким образом, семь различных участников уголовного процесса обладают свидетельским иммунитетом, и можно говорить о семи его разновидностях.

Следующая классификация свидетельского иммунитета, которая проводится в юридической литературе, имеет своим основанием объем предоставляемых преимуществ. В зависимости от объема показаний иммунитет подразделяется на полный и частичный (ограниченный). Полное право отказа означает, что свидетельствующий полностью может отказаться от дачи показаний по существу дела (иммунитет подозреваемого, обвиняемого). Это своего рода право на молчание. При частичном освобождении от дачи показаний свидетель может лишь по отдельным вопросам отказаться от свидетельства (например, положительную характеристику личности своего родственника сообщить можно, а об обстоятельствах совершения им преступления следует умолчать)[40] . В последнем случае мы имеем ввиду свидетельский иммунитет свидетеля, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и представителей.

Эта классификация имеет существенное практическое значение. Во-первых, уголовно-процессуальный закон прямо закрепляет право отказа от дачи показаний вообще, либо в какой-либо части. Свидетельские показания не однородны. Они включают сведения общего характера (о личности свидетеля, других участников процесса, об отношении к лицам, участвующим в деле, и т. п.) и информацию о фактах[41] . Поскольку сведения общего характера не могут причинить ущерба какой-либо тайне, постольку иммунитет на них распространять не следует. Привилегию от свидетельства должна получить только специальная часть показаний, которая направлена против самого свидетельствуемого или его близких лиц.

В связи с этим закономерно возникает вопрос — что понимать под «показаниями против». Полагаем, что под такими показаниями следует понимать сведения, которые в отношении допрашиваемого, его родственников, супруга, иных близких лиц:

- могут служить основанием для возбуждения уголовного дела;

- могут устанавливать обстоятельства входящие в предмет доказывания по уголовному делу (хотя положительную характеристику личности все же сообщить следует);

- иным образом могут ухудшить положение.

Характерным примером для последнего случая служит ситуация, когда свидетель, вызванный на допрос вроде бы и не дает показаний уличающих в преступлении себя лично, но, подтвердив факт своего присутствия недалеко от места преступления, косвенно подтверждает свое отсутствие в рабочее время на рабочем месте.

Практическая реализация норм иммунитета существенно
зависит от полного или частичного отказа от дачи показаний. Например,
свидетель отказывается от дачи показаний против своего близкого
родственника полностью. В этом случае не возникает проблем при
правоприменении. В протоколе допроса отражается факт использования
свидетелем своего права и все. Сама же процедура производства допроса
вполне ясна. Если лицо отказывается от свидетельского иммунитета, и дает
заведомо ложные показания, оно должно нести ответственность по ст. 307
УК[42] .

Другое дело, когда свидетель использует свое право в части каких-либо вопросов. Скажем, он отказывается отвечать на вопрос во время производства допроса, ссылаясь на ст. 51 Конституции, предусматривающую право не свидетельствовать против себя или своих близких. В то же время он желает дать показания в отношении личности подозреваемого (например, его супруга), охарактеризовать его. Тогда возникают существенные проблемы в реализации данных норм об иммунитете,

В юридической литературе выделяется две таких проблемы. Первая связана с возможностью привлечения свидетеля к уголовной ответственности, вторая - с обеспечением достоверности показаний. Трудноразрешимость этих проблем позволяет некоторым авторам вообще отрицать понятие частичного свидетельского иммунитета и утверждать о праве свидетеля отказаться отдачи показаний только полностью. Тем самым отрицается рассматриваемая научная классификация свидетельского иммунитета. Однако с такой позицией, несмотря на ее удобство для следователей, нельзя согласится. Конституция РФ (ст. 51) предусматривает право человека не свидетельствовать против себя и своих близких[43] .

Возникает вопрос, может ли свидетель, отказавшийся от дачи показаний против себя самого или своих близких родственников, быть привлечен к ответственности за отказ от дачи показаний, если в дальнейшем выяснится, что данные, сообщать которые не стал свидетель, объективно не могли быть использованы против этого лица или его близких родственников. Например, свидетель ошибочно полагал, отказываясь от дачи показаний, что за действия, о которых его допрашивают, предусмотрена уголовная ответственность. Как представляется, в подобных случаях должно действовать правило о толковании сомнений в пользу данного лица. Если не сообщенные им сведения на самом деле не могли повредить ему или его близким, но свидетель, с учетом конкретных обстоятельств, имел основания хотя бы предполагать, что такая опасность существует, его нельзя привлечь к уголовной ответственности. Уголовная ответственность свидетеля допускается лишь при доказанности его вины, устранении всех сомнений в его виновности. Изучение уголовных дел показало, что при ссылках свидетелей на свое право не свидетельствовать против себя (ст. 51 Конституции) никто из них ни разу не привлекался к уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. Этот факт указывает не только на несовершенство института свидетельского иммунитета, но и на недостаточно квалифицированную деятельность стороны обвинения по доказыванию вины. Проведенные уголовно-правовые исследования показывают, что уголовный закон в части привлечения лиц к уголовной ответственности по ст. 307, 308 УК применяется малоэффективно, а в отдельных регионах на протяжении ряда лет не применяется вообще[44] .

Вторая проблема, возникающая в связи с использованием свидетельского иммунитета в части, - это определение достоверности даваемых показаний. Однако не можем согласиться с В. Н. Маховым и В. И. Рудневым в том, что она является основанием для ликвидации понятия частичного иммунитета[45] . На наш взгляд, достоверность показаний является обычным предметом оценки доказательств (ст. 17, 88 УПК). И по результатам этой оценки субъект доказывания может принять соответствующее решение. Ни одно доказательство не имеет заранее установленной силы (ч. 2 ст. 17 УПК), поэтому нельзя исключать из числа допустимых доказательств частичные показания свидетеля, отказавшегося от своего права не давать показания[46] .

Таким образом разграничить предмет показаний очень сложно, но от правильности выбора позиции следователя, дознавателя, прокурора или суда в этой ситуации зависит обеспечение важнейших прав и свобод участников уголовного судопроизводства.

Существует мнение, что анализ уголовно-процессуальной литературы позволяет утверждать, что в ней косвенно используется классификация свидетельского иммунитета по предмету показаний. Предмет показаний определяется по тем фактам, о которых свидетель дает показания. На основании этого критерия выделяются такие виды иммунитета, как право не давать показания против себя, своих близких, охраняемой законом тайны и др.[47]

Частично с этим мнением можно согласиться и в настоящее время следует выделить две группы обстоятельств, образующих самостоятельный предмет показаний, которые в свою очередь порождают два вида свидетельского иммунитета:

1. Привилегия от самоизобличения - право лица не давать показания против себя самого.

2. Право допрашиваемых лиц не свидетельствовать против
родственников и близких лиц, круг которых определен действующим
законодательством.

Данная классификация имеет для нас приоритетное значения, позволяя в дальнейшем наиболее точно раскрыть содержание свидетельского иммунитета. Эту классификацию мы возьмем за основу.

Поскольку свидетельский иммунитет разнообразен по своему содержанию, постольку его необходимо раскрывать по видам иммунитета. Опираясь на элементы последней предложенной классификации свидетельского иммунитета, попытаемся сначала определить структуру данного правового института. Затем по этой структуре рассмотрим характеристику каждой разновидности исследуемого понятия.

Как уже упоминалось выше, институт свидетельского иммунитета принято разделять на две группы норм: 1) уголовно-процессуальные нормы, предоставляющие лицу право отказаться от дачи показаний против себя и 2) уголовно-процессуальные нормы, предоставляющие лицу право отказаться от дачи показаний против своего супруга, близких родственников и близких лиц. Это деление основано, прежде всего, на структуре ст. 51 Конституции РФ.

Анализ законодательного определения свидетельского иммунитета (п. 40 ст. 5 УПК) позволяет выделить три элемента в его структуре:

- право не давать показания против себя;

- против супруга, супруги и своих близких родственников;

- в иных случаях, предусмотренных УПК.

Так как ранее мы уже выяснили, что УПК в настоящее время не содержит указания на предоставление свидетельского иммунитета в «иных случаях», то в структуре свидетельского иммунитета остается всего два элемента, содержание которых будет уточнено во второй главе дипломной работы.

ГЛАВА 2. СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ СВИДЕТЕЛЬСКОГО ИММУНИТЕТА В УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ РОССИИ

§ 1. Содержание отдельных видов свидетельского иммунитета

Одним из видов свидетельского иммунитета является привилегия от самоизобличения.

Привилегия от самоизобличения тесно связана с презумпцией не­виновности и основанным на ее положениях распределением обязанности доказывания. Нормативное закрепление привилегии от самоизобличения способно кардинальным образом решить проблемы незаконного привлечения к уголовной ответственности, проведения различных следственных действий с участием и в отношении так называемых заподозренных лиц, позволит расширить состязательные начала в уголовном производстве, в том числе в его досудебных стадиях[48] . Законодательное закрепление права не свидетельствовать против себя является новеллой уголовно-процессуального законодательства. Следовательно, как и любое новшество, нормы о привилегии от самоизобличения имеют ряд существенных недостатков.

Следует согласится с мнением некоторых авторов[49] , что в общем виде сущность свидетельского иммунитета от самообвинения заключается в том, что допрашиваемому лицу пожелавшему воспользоваться свидетельским иммунитетом не могут при производстве следственных действий задаваться вопросы, уличающие его в совершении преступления, а свидетель, соответственно, вправе воздержаться от ответов на подобные вопросы, если таковые будут ему заданы. Также лица и органы, ведущие уголовный процесс, обязаны перед началом допроса разъяснить допрашиваемому лицу его право отказаться давать показания об обстоятельствах, уличающих его в совершении преступления[50] .

По смыслу УПК, лицо не обязано свидетельствовать в тех случаях, когда это может изобличить его лично, супруга или близких родственников, а подозреваемый, обвиняемый могут отказаться от дачи показаний вообще (ч. 4 ст. 46 и ч. 4 ст. 47 УПК). В других ситуациях освобождения от обязанности свидетельствовать не происходит. Таким образом, чтобы не нарушать права допрашиваемого надлежит учитывать предмет его показаний и его процессуальный статус.

Рассмотрим подробнее круг субъектов, пользующихся привилегией против самообвинения. Основные проблемы, возникающие здесь, связаны с возможностью и порядком использования права не свидетельствовать против себя следующим субъектам:

— лицом, фактически подозреваемым (заподозренным);

— подозреваемым и обвиняемым.

Недопустимо допрашивать свидетеля, заподозренного в совершении преступления, только с позиции угрозы уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Считаем, что выходом из сложившейся ситуации является грамотное и всестороннее разъяснение тех прав и обязанностей, которые обуславливают процессуальный статус свидетеля. Здесь мы имеем в виду и необходимость давать показания в силу уголовного запрета отказа от дачи таковых, и право воспользоваться свидетельским иммунитетом, и, что самое главное, иметь возможность пригласить адвоката (кстати, это ни в коем случае не противоречит действующему УПК). Разъяснение последнего права особенно актуально в том случае, если вероятность причастности этого свидетеля к совершенному деянию достаточно велико. Примечательно то, что право иметь адвоката абсолютно любому участнику уголовного процесса было предоставлено еще до вступления в силу УПК.

В 2000 г. Конституционный Суд РФ отметил: «признать не соответствующими Конституции, ее статьям 17 (ч. 1), 21 (ч. ), 22 (ч.1), 48 и 55 (ч. 3), положения ч 1 ст. 47 УПК, которые по их буквальному смыслу предоставляют лицу, подозреваемому в совершении преступления, право пользоваться помощью защитника лишь с момента предъявления обвинения, а в случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, или применении к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвинения с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении этой меры пресечения, и, следовательно, ограничивают право каждого на досудебных стадиях уголовного судопроизводства пользоваться помощью адвоката (защитника) во всех случаях, когда его права и свободы существенно затрагиваются или могут быть существенно затронуты действиями и мерами, связанными с уголовным преследованием»[51] .

Широкое понимание понятия подозреваемого дает лицу право немедленно воспользоваться соответствующими правами, в том числе и иммунитетом от дачи показаний, не дожидаясь формального признания за ним этого статуса какими-либо актами органов предварительного расследования.

Полагаем, что право на отказ от дачи показаний вообще у заподозренного возникает в то время, когда Конституционный суд устанавливает момент возникновения права на защиту в вышеуказанном примере.

Появление у следователя предположения о совершении лицом преступления не должно обернуться презумпцией виновности заподозренного и служить основанием для переложения на него бремени доказывания его невиновности. В частности, принципу презумпции невиновности противоречит следующее суждение: поскольку факт совершения деяния установлен, то наличие преступного умысла достигает такой степени вероятности, что он считается существующим, и тогда на долю заподозренного должна переходить обязанность доказать его отсутствие. Привилегия от самообвинения не должна быть ничем не подкрепленной декларацией, формальностью. Она служит гарантией обеспечения прав личности и объективным условием достижения целей уголовного судопроизводства.

Остановимся на особенностях свидетельского иммунитета подозреваемого и обвиняемого.

Особого внимания процессуалистов во все времена заслуживали показания, данные против самого себя. Отношение уголовного процесса к признаниям подозреваемого, обвиняемого определяется в первую очередь назначением и задачами, которые стоят перед процессом[52] .

Отношение к показаниям подозреваемого, обвиняемого в советском уголовном процессе было обусловлено наличием такой цели, как установление объективной истины по делу[53] . Из положения о возможности достижения абсолютной истины в уголовном судопроизводстве вытекали и соответствующие обязанности и полномочия субъектов уголовного процесса, а также методы расследования[54] .

В российском с 1993 года закреплено право не свидетельствовать против самого себя (ст. 51 Конституции). Это означает, кроме того, что показания подозреваемого, обвиняемого должны обязательно подтверждаться совокупностью иных доказательств (ч. 2 ст. 77 УПК), и то, что эти показания должны быть даны добровольно и только после разъяснения права отказаться от дачи показаний. Последнего требования в УПК РСФСР не содержалось вовсе, а показания обвиняемого считались «царицей» доказательств и дополнительной поверки не требовали. Здесь мы имели в виду то, что формально доказательства были все равны, но «признательным показаниям» у советской власти отдавалось особое предпочтение[55] .

В публикациях, комментирующих Конституцию, утверждалось, что в разъяснении ст. 51 Конституции обвиняемому и подозреваемому нет необходимости, так как у них нет обязанности давать показания. Поэтому данное в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г, разъяснение о том, что ст. 51 должна разъясняться также подсудимому, обвиняемому и подозреваемому, было воспринято как расширительное, в некоторой степени неожиданное, даже как некий юридический «изыск»[56] . Тем не менее, на сегодняшний день с учетом обязательности постановлений Пленума Верховного Суда РФ и требований ст. 476 УПК не подлежит сомнению, что следователь обязан разъяснять ст. 51 Конституции и подозреваемому (обвиняемому).

Естественно, что в 1995 году, когда было принято вышеуказанное постановление, понятие «свидетельский иммунитет» вообще не существовало в УПК и ученые-теоретики по- разному восприняли позицию Верховного Суда и всячески пытались отстоять точку зрения, согласно которой подозреваемому и обвиняемому нет необходимости разъяснять право не давать показания против себя в силу различных обстоятельств. В итоге были выдвинуты следующие аргументы:

1) подозреваемый, обвиняемый не обязаны давать показания в
принципе[57] ;

2) они не несут ответственности ни за отказ от дачи показаний, ни за дачу заведомо ложных показаний[58] ;

3) факт не разъяснения этим лицам статьи 51 Конституции не нарушает ни один из действующих законов, а содержание самой ст. 51 не предусматривает необходимости ее разъяснения подозреваемому и обвиняемому[59] ;

4) подозреваемый и обвиняемый обладают гораздо большими по объему правами, чем право не свидетельствовать против себя. Поэтому разъяснение им ст. 51 способно привести к заблуждению относительно своих прав (Р. Колбаев приводит пример, когда один из соучастников был вынужден давать показания против других соучастников, буквально поняв смысл ст. 51)[60] .

Таким образом, лишь со вступлением в УПК в 2001 году право не свидетельствовать против себя и своих близких получило закрепление в действующем уголовно-процессуальном законодательстве, а именно в приложениях к ст. 476 УПК, где напрямую предусмотрена необходимость наличия подписи подозреваемого или обвиняемого в графе о разъяснении сущности свидетельского иммунитета. Отсутствие указания на необходимость при допросе подозреваемого и обвиняемого разъяснения ст. 51 Конституции небезосновательно породило мнение о том, что разъяснять этим участникам уголовного процесса права не давать показаний против себя и своих близких лиц вовсе не нужно.

Есть еще один нюанс, который касается свидетельского иммунитета обвиняемого. По российскому законодательству обвиняемый может быть поставлен в весьма «уязвимое» и невыгодное положение при выделении дела о преступной деятельности его соучастников в отдельное производство. При этом обвиняемый по общему делу автоматически становится свидетелем по выделенному. Это может существенно ограничить его права, в том числе и привилегию от самоизобличения. Так, обвиняемый имеет право не давать показания вообще, а свидетель и другие лица — только в части сведений, изобличающих его самого и других близких лиц в совершении преступления.

Вопрос о второй разновидности рассматриваемого иммунитета -свидетельского иммунитета близких родственников и приравненных к ним лиц, также имеет ряд проблем, которые следует рассмотреть более подробно.

Нельзя не согласиться, что показания, данные против своего родственника или близкого человека, подрывают отношения доверия между близкими людьми, могут разрушить семью с одной стороны и внести в производство ложные показания — с другой. То, что близкие родственники часто дают ложные оправдательные показания, показали результаты проведенного анкетирования сотрудников правоохранительных органов.

В юридической литературе традиционно высказывается мнение о том, что обязанность свидетеля давать показания, обусловлена публично-правовым характером уголовно-процессуальной деятельности; одновременно свидетельствование является и моральным долгом каждого гражданина. Между тем в судебно-следственной практике встречаются ситуации, когда возникает конфликт ценностей; с одной стороны, необходимость выполнения свидетелем своего гражданского долга давать правдивые показания, а с другой стороны — естественные чувства любви и снисхождения к нарушившему закон близкому человеку. Осуществление каждой из выбранных возможностей поступка во имя какой-либо нравственной нормы одновременно ведет к нарушению другой нормы, представляющей для личности определенную моральную ценность. И в каждом случае родственники и близкие обвиняемого должны среди различных по значимости социальных ценностей сделать выбор в пользу одной из них и в ущерб другой, и только через разрешение этого противоречия и борьбу мотивов реализовать свою гуманитарно-правовую цель[61] .

Закон раскрывает понятие «близкие родственники» — согласно пункту 4 ст. 5 УПК под ними понимаются «супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дедушка, бабушка, внуки». Это понятие определяется более широко, чем его трактует ст. 14 Семейного кодекса РФ, которая не считает близкими родственниками супругов, указывая на то, что браки между близкими родственниками в принципе запрещены (ст. 14). Отнесение супруга или супруги к близким родственникам вызывает обоснованные возражения ученых[62] .

Актуальным для сегодняшнего дня является ответ на вопрос что делать в случаях, когда возникает необходимость распространения ст. 51 Конституции на лицо, проживающее с обвиняемым (подозреваемым), подсудимым в фактических брачных отношениях, но без официальной регистрации? Согласно буквальному толкованию закона «сожители» не попадают в круг лиц, обладающих свидетельским иммунитетом[63] , что, несомненно, ставит их в очень щекотливое положение.

Следует согласиться с тем, что российские суды стоят на «пуританской» позиции: штамп в паспорте создает родственные отношения, а та психологическая близость, свойственная родственным отношениям, ради чего, собственно, сам запрет и установлен, не учитывается[64] . Из решений Верховного Суда РФ видно, что если люди живут вместе много лет, но их брак в органах ЗАГСа не зарегистрирован, они обязаны свидетельствовать друг против друга: «венчание в церкви, наличие совместных детей и ведение общего хозяйства не порождает супружеских отношений и не освобождает от обязанностей свидетеля»[65] . Еще более жуткие ситуации возникают, когда юридически неусыновленных детей, которых обвиняемый воспитывал с годовалого возраста, заставляют свидетельствовать против человека, которого они считают своим отцом (матерью).

В ст. 5 УПК содержится и понятия «близкие лица» (п. 3 ст. 5) и «близкие родственники» (п. 4 ст. 5). При ознакомлении с ними выясняется, что у обвиняемого близких лиц нет; близкие лица (любые лица, жизнь, здоровье и благополучие которых дороги в силу личных отношений) есть только у свидетелей и у потерпевших. Введен этот термин, чтобы принимать в отношении указанных лиц меры безопасности (ч. 3 ст. 11, ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193, п. 4 ч. 2 ст. 241, ч. 5 ст. 278 УПК)[66] .

У обвиняемого же есть исключительно близкие родственники, причем все родственные связи должны быть подтверждены документами из органов ЗАГС, иначе никакой «близости» не возникает. Посмотрим на судебную практику. Если в присутствии сожителя убивают его сожительницу, то содеянное квалифицируется как убийство с особой жестокостью, потому что оно совершено в присутствии близкого потерпевшему лица[67] . При привлечении же сожителя к уголовной ответственности, когда сожительница на основании ст. 51 Конституции РФ и п. 1 ч. 4 ст. 56 УПК просит предоставить ей свидетельский иммунитет, в просьбе ей отказывают, ссылаясь на то, что только близкий родственник вправе отказаться от дачи показаний[68] .

Кстати, существует еще одна, противоположная точка зрения. По мнению Л. М. Карнеевой, И. Кэртэс, напротив, «распространение свидетельского иммунитета на неоправданно широкий круг лиц (на бывших сожителей, их родственников и т.д.) не только осложняет установление истины по делу, но и неправильно по существу»[69] . Бесспорно, что данная концепция полностью соответствовала духу советского уголовного судопроизводства и полностью противоречит современным концепциям уголовного процесса. Однако такая позиция тесно связана с формальным запретом расширенного толкования норм, регламентирующих иммунитеты, а также с запретом применять их по аналогии. Важным общим признаком иммунитетов, как было отмечено выше, является то, что все они регулируются исключительными (специальными) нормами. Следовательно, иммунитеты распространяются только на тех лиц, которые прямо указаны в законодательстве, и только в том объеме, в каком они допускаются законом[70] .

При решении вопроса о лицах, подлежащих освобождению от дачи показаний в силу родства с обвиняемым или подозреваемым, как справедливо, на наш взгляд, отмечала И. В. Смолькова, необходимо руководствоваться не только самим фактом родства или супружества, но и особым характером доверительных отношений между людьми. Кроме близких родственников свидетельский иммунитет следует распространить и на особо близких лиц, для которых дача свидетельских показаний может носить характер нравственной драмы (жених и невеста; лица, состоящие в фактических брачных отношениях или как это принято называть в гражданском браке)[71] .

Идею о распространении свидетельского иммунитета на гражданского супруга поддержали большинство опрошенных сотрудников правоохранительных органов. Особенно следует отметить указание некоторых судей на то, что одного факта заявления лица о наличии близких отношений должно быть достаточно для предоставления свидетельского иммунитета. В этой ситуации вину обвиняемого необходимо устанавливать с помощью других доказательств и избегать допроса сожителей.

За расширение круга близких лиц выступают многие специалисты. За включение в этот список сожительствующих, но не состоящих в официальном браке лиц, и их родителей, ссылаясь на законодательный опыт ряда европейских стран, выступает А. Г. Кибальник[72] . Ф.А. Агаев и В. Н. Галузо аргументируют возможность расширения перечня близких лиц местными или национальными традициями отдельных субъектов Российской Федерации[73] .

Распространения свидетельского иммунитета на близких лиц может автоматически решить еще один очень «щекотливый» вопрос. Все чаще и чаще наше общество сталкивается с фактами однополых взаимоотношений. В нашей стране однополые браки запрещены, в Европе становятся обычным явлением и признаются многими государствами. Мы отстраняемся от оценки таких отношений, однако в принципе признать близкими лицами однополых сожителей в некоторых случаях нам представляется вполне возможным. Также включение в понятие свидетельского иммунитета нашей трактовки понятия близких лиц решает еще один очень важный вопрос.

В некоторых традиционных этнических общностях считается недопустимым содействовать представителям власти против своих соплеменников. Невыполнение этого требования влечет негативные последствия для нарушителя со стороны общины, вплоть до смерти. Исходя из замкнутости образа жизни некоторых народов, например цыган, нам представляется необходимым распространить свидетельский иммунитет и на представителей народов ведущих общинно-родовой образ жизни, тем более что вследствие тесных общинно-родовых отношений представителей данных этносов вряд ли они расскажут следователю правду.

В соответствии с Декларацией о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам, и ст. 27 Международного пакта о гражданских и политических правах, касающихся прав лиц, принадлежащих к этническим, религиозным и языковым меньшинствам, поощрение и защита прав указанных лиц способствует политической и социальной стабильности государств, в которых они проживают, а также развитию общества в целом, и в демократических рамках на основе верховенства закона способствовало бы укреплению дружбы и сотрудничеству между народами и государствами. В соответствии со ст. 1 указанной декларации «государство охраняет на их соответствующих территориях существование и самобытность национальных или этнических, культурных, религиозных и языковых меньшинств и поощряет создание условий для развития этой самобытности»[74] .

Основы гарантий самобытного социально-экономического и культурного развития коренных малочисленных народов Российской Федерации, защиты их исконной среды обитания, традиционных образа жизни, хозяйствования и промыслов содержатся прежде всего в Федеральном законе от 03.05.99 № 18 «О гарантиях прав коренных малочисленных народов Российской Федерации»[75] . В соответствии со ст. 1 указанного законна коренные малочисленные народы Российской Федерации - это народы, проживающие на территориях традиционного расселения своих предков, сохраняющие традиционные; образ жизни, хозяйствование и промыслы, насчитывающие в Российской Федерации менее 50 тысяч человек и осознающие себя самостоятельными этническими общностями. Единый перечень коренных малочисленных народов Российской Федерации утверждается Правительством Российской Федерации по представлению органов государственной власти субъектов Российской Федерации, на территориях которых проживают эти народы.

Как нам представляется, приоритетным для государства и общества является сохранение внутренних общинно-родовых социальных отношений определенной этнической общности. Разрушение таких отношений приводит подчас к гибели (вымиранию) этноса как носителя определенной культуры. Поэтому нам и представляется необходимым распространение свидетельского иммунитета на представителей этнических общин, ведущих общинно-родовой образ жизни. Т.е., например, применительно к представителям коренных малочисленных народов Крайнего Севера и некоторым другим этносам свидетельский иммунитет является средством правовой защиты прав и законных интересов национальных меньшинств в целях обеспечения эффективного и справедливого уголовного судопроизводства.

Полагаем, что представители малочисленных народов не должны давать показания против представителей своей общины точно также, как и сожители не должны свидетельствовать друг против друга, за исключением случаев, когда они сами пожелают сделать это.

Таким образом, признание за представителями народов, ведущих общинно-родовой образ жизни, как малыми этническими общностями, свидетельского иммунитета вполне соотносится с международно-правовыми актами и приводит отечественное уголовно-процессуальное законодательство в соответствие с общемировыми стандартами.

Еще одна проблема, возникающая при реализации норм свидетельского иммунитета близких родственников, касается определения предмета этого иммунитета. Ее можно выразить в вопросе: чьи близкие родственники, а в случае использования нашего понятия свидетельского иммунитета, и близкие лица вправе отказаться от дачи показаний? Прежде всего, это родственники и близкие лица подозреваемых и обвиняемых (подсудимых, оправданных, осужденных). Из изложенного выше об иммунитете заподозренного лица вытекает, что его родственники и близкие лица также вправе отказаться от дачи показаний. Кроме того, это родственники и близкие лица подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых дело приостановлено или прекращено по нереабилитирующим основаниям, так как в случае возобновления производства по делу данные ранее показания такого свидетеля могут изобличить родственника или близкое лицо[76] .

В литературе была высказана позиция о том, что право отказаться от показаний не должно принадлежать свидетелю, если обвиняемый, состоящий с ним в близком родстве или супружестве, умер во время предварительного следствия или после него, а следствие продолжается или дело рассматривается судом в отношении соучастников умершего[77] . Однако такая позиция представляется нам недостаточно обоснованной. Как было отмечено выше, в основании свидетельского иммунитета родственников лежат глубокие нравственные чувства, уважение к его чести, доброму имени, чувство собственной привязанности и веры в его доброе имя. В связи со смертью близкого человека эта нравственные ценности и память о нем не умирают вместе с ним, Поэтому представляется необходимым сохранять в таких случаях свидетельский иммунитет. Кроме того, по буквальному смыслу закона предоставляется право отказаться от дачи показаний против близких родственников (в том числе живых и умерших). В заключение параграфа подведем его итоги.

Свидетельский иммунитет распространяется на свидетеля, потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца, гражданского ответчика, заподозренного, подозреваемого, обвиняемого, а также представители потерпевшего, гражданского истца, частного обвинителя и гражданского ответчика.

В целях совершенствования норм института свидетельского иммунитета представляется целесообразным внести предложенные ранее изменения действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Свидетельский иммунитет родственников и близких лиц распространяется на родственников и близких лиц подозреваемых н обвиняемых (подсудимых, оправданных, осужденных), а также лиц в отношении которых дело приостановлено или прекращено по нереабилитирующим основаниям.

§ 2. Актуальные проблемы реализация свидетельского иммунитета в различных стадиях уголовного процесса

Подвергая свидетельский иммунитет системному анализу, необходимо рассмотреть его проявления в различных стадиях уголовного судопроизводства и выявить проблемы, связанные с реализацией данного института.

Первые проблемы возникают уже в стадии возбуждения уголовного дела и связаны они с процессом получения объяснений.

Большинство юристов придерживаются точки зрения, что объяснения, полученные до возбуждения уголовного дела, относятся к виду доказательств, который в законе (ч. 2 ст. 74 УПК) обозначен как «иные документы». Так Н. В. Жогин и коллектив авторов в книге «Теория доказательств в советском уголовном процессе» отметили, что «поступившее заявление или объяснение содержит фактические данные об обстоятельствах, которые должны стать предметом допроса заявителя, не лишает самостоятельного доказательственного значения поступившее заявление или объяснение. Было неправильно игнорировать документы, собранные в стадии возбуждения уголовного дела, они должны использоваться в качестве доказательств»[78] .

Формально объяснения, полученные в стадии возбуждения уголовного дела, отвечают всем требованиям, предъявляемым к такому виду доказательств как иные документы, в том числе самому важному из них - относимости. Однако объяснение не является процессуальным документом, как процедура его получения действующим УПК не предусмотрена. Но практика показывает, что, являясь источником информации, относящейся к уголовному делу, объяснение играет важную роль в принятии решения о возбуждении уголовного дела.

Сотрудники правоохранительных органов предлагают дать объяснения и сознательно умалчивают о том, что не процессуальное действие. Естественно, что часто люди не знают этого и считают своей обязанностью дать объяснение представителю власти.

При отобрании объяснений положения ст. 51 Конституции лицами, осуществляющими отбор объяснений, как правило, не разъясняются. Это мотивируется тем, что данная норма разъясняется только при производстве следственного действия - допроса. Но зачастую, как уже отмечалось, объем информации, содержащейся в протоколе допроса, является точной копией объяснения, и отличаются эти документы лишь по форме. Возникает вопрос, почему при отобрании объяснения (если мы точно знаем, что данное лицо действительно обладает свидетельским иммунитетом, например, является близким родственником подозреваемого) ст. 51 Конституции не разъясняется? Не нарушение ли это конституционных гарантий дающего объяснения лица, которое ставит под сомнение дальнейшее использование объяснения уже в рамках возбужденного уголовного дела?

Безусловно, нельзя не отметить, что процесс получения объяснений неотделим от соблюдения процессуальных гарантий прав и интересов граждан. К таким гарантиям можно отнести, в частности, запрет домогаться показаний путем физического или психического насилия или других незаконных мер, право лица знакомиться с текстом объяснения и вносить в него необходимые, с его точки зрения, дополнения и поправки, возможность пользоваться родным языком и, самое главное, отказаться от дачи объяснений против себя и своего близкого человека вообще. Однако, если лицо все же желает давать объяснения в стадии возбуждения уголовного дела, в обязательном порядке следует разъяснять положения ст. 51 Конституции.

В связи с этим мы можем сделать вывод о том, что право не свидетельствовать против себя, своего супруга, близких родственников и близких лиц возникает уже в тот момент, когда лицо сталкивается с необходимостью (возможностью) давать объяснения.

Также в стадии возбуждения уголовного дела не предусмотрена УПК обязанность разъяснения права не свидетельствовать против себя, своего супруга, близких родственников и близких лиц, что на наш взгляд является существенным недостатком УПК.

Явка с повинной отнесена законом к числу поводов для возбуждения уголовного дела. Заявление о явке с повинной может быть подано до возбуждения уголовного дела либо после этого, если органам предварительного следствия не было известно, что преступление совершило данное лицо.

Таким образом, явка с повинной представляет серьезное юридическое значение в уголовном судопроизводстве, и разъяснение конституционного права на свидетельский иммунитет является необходимым. Лицо, явившееся с повинной, однозначно желает сообщить правоохранительным органам информацию о совершенном или готовящемся преступлении, поэтому считаем, что право на свидетельский иммунитет такое лицо, скорее всего, использовать не будет.

В стадии предварительного расследования также имеется ряд проблем. Первым возникает вопрос о возможности вызова на допрос лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, и об обязанности их явки. Вызов свидетеля для дачи показаний по уголовному делу имеет значение юридического факта. Именно официальный вызов гражданина в правоохранительный орган ставит этого гражданина в процессуальное положение свидетеля с вытекающими из него процессуальными обязанностями и правами[79] . Согласно закону, свидетелем по уголовному делу является лицо, официально вызванное в качестве свидетеля[80] . Согласно ст. 56 УПК, свидетель не вправе уклоняться от явки по вызовам следователя, дознавателя, прокурора или в суд. В. Г. Даев отмечал, что обязанность явиться по вызову и дать правдивые показания тесно связаны между собой, но не тождественны[81] . Обязанность явки по вызову относится к процессуальной форме поведения и обеспечивается возможностью применения мер процессуального принуждения (привод, денежное взыскание). Сохраняется ли данный порядок для лиц, обладающих свидетельским иммунитетом?

Ограничение предмета показаний или круга допрашиваемых лиц не исключает автоматически возможность их вызова для допроса, поскольку наличие обстоятельств, препятствующих допросу, может быть выявлено только в результате контакта с соответствующим лицом[82] . Таким образом, свидетель, обладающий свидетельским иммунитетом обязан явиться по вызову, но имеет право не давать показания. Считаем, что точно таким же образом должен решаться вопрос и в случае повторного вызова того же свидетеля к следователю, дознавателю, прокурору или в суд.

Следующую проблему в реализации свидетельского иммунитета представляет разрешение вопроса о необходимости и порядке разъяснения уголовной ответственности за отказ от дачи показаний или дачу заведомо ложных показаний. В науке уголовного процесса существует мнения о том, что при разъяснении свидетелю (потерпевшему) положений ст. 51 Конституции нет необходимости предупреждать их об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний в случае, если допрашиваемые лица не пожелают воспользоваться правом, предусмотренным этой нормой. Например, В. Николюк и В. Кальницкий считают, что «предупреждение об уголовной ответственности, действительно, в некоторой степени нейтрализует конституционное право «хранить молчание» и является психологическим давлением на свидетеля. В то же время отказаться от предупреждения об уголовной ответственности нельзя. Интересы правосудия требуют гарантий достоверности свидетельских показаний. «Компромисс» может быть достигнут умелым, тактически грамотным разъяснением закона»[83] .

Предупреждение вообще имеет значение для оценки допустимости соответствующего вида доказательств и является необходимым элементом процессуальной формы допроса в качестве свидетеля, и несоблюдение этой формы вообще не позволяет оценивать правомерность поведения свидетеля. Но в данном случае предупреждение об уголовной ответственности расценивается как психологическое воздействие на лицо и принуждение его к даче показаний, что, безусловно, недопустимо. На основании примечания к ст. 308 УК лицо не подлежит уголовной ответственности за отказ от дачи показаний против себя самого, своего супруга или своих близких родственников, однако закон не освобождает его от уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний, если будет доказано, что сообщаемые или истребуемые сведения объективно не могли быть использованы против этого лица или его близких родственников.

Таким образом, лица, обладающие свидетельским иммунитетом, об уголовной ответственности по ст. 308 УК предупреждаться не должны. Если эти лица сочтут возможным дать свидетельские показания, им должна быть -разъяснена ответственность за дачу ложных показаний по ст. 307 УК, поскольку освобождение от обязанности свидетельствовать не означает возникновения права на лжесвидетельство. Полное или частичное искажение сведений о фактах свидетелем, обладающим свидетельский иммунитетом, но пожелавшим эти правом не воспользоваться, относится к ложным показаниям[84] , Такого мнения справедливо поддерживается большинство юристов[85] , поскольку логично, что если участник уголовного процесса, отказавшись от свидетельского иммунитета, стал давать заведомо ложные показания, то в такой ситуации должна наступать уголовная ответственность.

Однако эта проблема однозначно не решена в тексте УПК. Согласно ст. 64 УПК, требуется предупреждать об ответственности всех свидетелей без всякого исключения. В соответствии с законом следователь обязан заполнить бланк протокола допроса полностью и в графе о разъяснении уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных оказаний допрашиваемое лицо обязано поставить подпись.

Таким образом, в настоящее время следователь лишен возможности отказаться от разъяснения уголовной ответственности лицу, обладающему свидетельским иммунитетом. Это, на наш взгляд, существенный недостаток уголовно-процессуального кодекса.

Также в различных стадиях уголовного судопроизводства необходимо различать категории допустимости доказательств и свидетельского иммунитета. С одной стороны, допустимость доказательств охватывает соблюдение правил иммунитета. Показания свидетеля, потерпевшего, полученные с нарушением норм федерального закона, в том числе предусматривающего право не свидетельствовать в определенных случаях, являются недопустимыми, то есть не имеют юридической силы. В этом смысле нормы о свидетельском иммунитете являются частью института допустимости доказательств. Однако одно такое сопоставление было бы однобоким. С другой стороны, свидетельский иммунитет характеризует уголовно-процессуальный статус свидетеля, его право не давать показания в предусмотренных законом случаях. Поэтому использование свидетельского иммунитета, а именно отказ от дачи показаний, не приводит к получению доказательств. Следовательно, при отсутствии самих доказательств нет и их неотъемлемого свойства — допустимости. Таким образом возникает ситуация, когда нормы о свидетельском иммунитете применяются, а нормы института допустимости - нет. Поэтому будет правомерным вывод о том, что институт свидетельского иммунитета не поглощается полностью институтом допустимости доказательств, другими словами - не является его субинститутом[86] .

Особенно некорректно, на наш взгляд, право свидетельского иммунитета реализуется в стадии судебного разбирательства. Наибольшую трудность отправлению правосудия представляют законодательные противоречия, регламентирующие процесс проведения предварительного слушания в суде. Особенностью процедуры предварительного слушания является допустимость допроса в этой стадии по ходатайству сторон в качестве свидетелей любых лиц, которым известно что-либо об обстоятельствах производства следственных действий, приобщения к уголовному делу документов, за исключением лиц, обладающих свидетельским иммунитетом (ч. 8 ст. 234 УПК),

Законодатель, очевидно, хотел сказать, что этих лиц нельзя допрашивать без их согласия, но буквальное прочтение нормы приводит в пик: если при обыске присутствовал близкий родственник (и он может рассказать о нарушениях прав и свобод человека и гражданина, других незаконных действиях должностных лиц), то его допрашивать нельзя. В общем, эта ситуация является, пожалуй, единственным примером, когда свидетельский иммунитет приносит вред правосудию.

Существует еще одна проблема: законодатель однозначно подошел к вопросу о том, что если в суде свидетель или потерпевший пожелают воспользоваться правом свидетельского иммунитета, то данный отказ не будет иметь никакого практического значения. При отказе в суде потерпевшего или свидетеля от дачи показаний суд самостоятельно решает вопрос о необходимости оглашения показаний, ранее данных этим лицом в ходе предварительного расследования. Если все-таки суд приходит к выводу о необходимости оглашения таких показаний в ходе судебного следствия, то на суд одновременно возлагается обязанность проверить соблюдение стороной обвинения требований ч. 2 ст. 11 УПК, т.е. были ли потерпевший или свидетель, обладающие свидетельским иммунитетом, должным образом предупреждены о том, что их показания могут использоваться в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

Однако в юридической литературе высказывается точка зрения о том, что право отказа от дачи показаний включает также и право отказаться от уже данного показания. В подобных случаях показания свидетелей не могут быть использованы в качестве доказательств ни на основании протокола допроса, ни путем пересказа их содержания лицом, присутствующим при допросе (понятыми, работниками милиции и т.п.). Допрос таких лиц и оценка их показаний означали бы обход права на свидетельский иммунитет, так как это равноценно оглашению на суде показаний свидетеля, данных в стадии предварительного расследования. Это ограничение не относится к другим лицам, которым свидетель, имеющий по данному делу иммунитет, рассказал об известных ему фактах во внепроцессуальном порядке[87] .

По мнению А. В. Смирнова, при отказе свидетеля от показаний против себя и своих близких родственников в судебном заседании суд не имеет права сослаться в приговоре на показания этого свидетеля, данные им в ходе предварительного расследования, даже если на досудебном производстве этому свидетелю перед дачей им показаний и было разъяснено право не свидетельствовать против себя[88] . Дело в том, что показания, данные в ходе предварительного расследования, могут быть оглашены в суде лишь при наличии существенных противоречий в этих показаниях и показаниях, данных в суде, либо при неявке свидетеля в судебное заседание (п. 1,2 ч. 1 ст. 281 УПК РФ). В случае полного отказа явившегося в суд свидетеля от дачи показаний нельзя утверждать, что показания, данные на предварительном расследовании, чему-либо противоречат, поэтому огласить показания, данные на предварительном расследовании нельзя. Но доказательства, которые не были оглашены (исследованы) в судебном заседании не могут быть положены в основу приговора (ч. 3 ст. 240 УПК РФ)[89] .

Однако в условиях действия процессуального закона (УПК РФ 2001 года) с данной точкой зрения нельзя согласится. Свидетелю УПК предоставлено право в любой момент вновь воспользоваться свидетельским иммунитетом. Именно по этой причине право на отказ от показаний разъясняется ему перед каждым допросом[90] .

На практике данные нормы в некоторых ситуациях могут существенно навредить участникам уголовного судопроизводства. Решение давать показания против своих близких лиц — это всегда борьба мотивов. Может быть, свидетель - близкий родственник и дает показания на стадии предварительного расследования, но к началу судебного разбирательства ситуация меняется и желание сохранить нормальные семейные отношения перевешивает все остальные мотивы.

Может быть и так, что человек согласно действующему законодательству в стадии предварительного расследования не имел права отказаться от дачи показаний, хотя и очень хотел (проблема сожителя), а к моменту судебного разбирательства он получает соответствующее право (вступает в официальный брак) и желает им воспользоваться.

Обе эти ситуации некорректно разрешаются нормами УПК. Можно было бы указать суду, что воспроизводить показания, данные на предварительном расследовании, допустимо не только в случае соблюдения норм ст. 11 УПК, но и с учетом мотивации лица, которое отказалось давать такие показания в суде. Ведь суд не должен занимать какую-либо из сторон в уголовном процессе, а воспроизведя обвинительные показания свидетеля, который отказался от их повторения в суде, суд фактически занимает сторону обвинения.

Решение данной проблемы охватывается изменением понятия свидетельского иммунитета, закрепленного в п. 40 ст. 5 УПК, путем применения понятия близких лиц, предложенного нами ранее.

В сущности, единственная стадия уголовного судопроизводства, в которой в реализации свидетельского иммунитета нет проблем, — это стадия исполнения приговора. Такая ситуация вызвана тем, что на этом этапе уголовного процесса не предусматривается получение каких либо показаний, и у участников уголовного судопроизводства просто не возникает необходимости отказываться от дачи показаний. Хотя, например, если осужденному, в отношении которого рассматривается возможность условно-досрочного освобождения, будут в суде заданы вопросы, ответы на которые могут поставить его в невыгодное положение, то данное лицо вправе воспользоваться свидетельским иммунитетом.

Таким образом, в различных стадия уголовного судопроизводства есть определенные трудности реализации свидетельского иммунитета. Полагаем, что предложенные нами ранее изменения законодательства позволят устранить многие из рассмотренных проблем.

§ 3. Проблемы процессуального оформления свидетельского иммунитета

Как мы уже выяснили, право отказаться от дачи показаний в силу родственных отношений, а также в некоторых других случаях, предусмотренных законом, существует фактически на всех стадиях уголовного судопроизводства.

Как уже было отмечено ранее, после разъяснения следователем перед началом допроса потерпевшему, свидетелю и некоторым другим лицам права на свидетельский иммунитет эти лица должны сами решить, желают ли этим правом воспользоваться. Однако в случае желания допрашиваемых воспользоваться своим, как они полагают, правом на свидетельский иммунитет, одного заявления допрашиваемых недостаточно, чтобы освободить этих лиц от обязанности давать показания.

Уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает специального процессуального порядка официального признания (отдельного процессуального документа) следователем права на свидетельский иммунитет. Не предусматривает уголовно-процессуальный закон также какого-либо порядка действий следователя в тех случаях, когда допрашиваемое лицо ошибочно полагает, что имеет право воспользоваться своим предполагаемым правом на свидетельский иммунитет. Очевидно, что в этих случаях совершенно недостаточно устного разъяснения следователем этому лицу, что он правом на свидетельский иммунитет по закону не располагает, а идти на крайнюю меру — возбуждение уголовного дела против такого лица может оказаться преждевременным.

Лицо, которое решило сообщить о преступлении, имеет право знать о том, что может не свидетельствовать против себя и своих близких. Однако кроме предупреждения об уголовной ответственности за дачу ложных показаний (заведомо ложный донос) заявителю ничего не разъясняется. Конечно, если заявитель сообщает о преступлении публичного обвинения, то в его действии преобладают общественные интересы. Но когда человек сообщает о преступлении частного или частно-публичного обвинения, то возможное вмешательство правоохранительных органов в события в его семье не всегда желательно для заявителя.

Большинство семейных конфликтов решаются по принципу, «не вынося сор из избы». Как показывает практика, для разрешения даже самых серьезных семейных конфликтов иногда достаточно простого выезда на место наряда милиции. Это как раз тот самый пример, когда лицо обладает свидетельским иммунитетом, но возможно в случае его допроса пожелает отказаться от его использования.

Даже если лицо само решило свидетельствовать против себя, то было бы не лишним разъяснить ему сущность свидетельского иммунитета.

Исследуя проблемы процессуального оформления свидетельского иммунитета, рассмотрим несколько типичных следственных ситуаций, последующий анализ которых позволит их (проблемы) выявить. Первая — лицо действительно обладает правом воспользоваться свидетельским иммунитетом и желает воспользоваться им. Вторая — лицо ошибочно полагает, что имеет право не давать показания и отказывается от дачи таковых. Третья — лицо обладает правом свидетельского иммунитета, но отказывается им воспользоваться.

Следует отметить, что в действующем законодательстве наличие у лица свидетельского иммунитета никак не отражается. Обязанность следователя после разъяснения сущности свидетельского иммунитета будет заключается в одном: заполнить соответствующий процессуальный документ — внести запись об отказе от дачи показаний либо их дословно записать. Именно так решается вопрос в первой ситуации — в протоколе допроса отражается только лишь желание допрашиваемого лица воспользоваться правом свидетельского иммунитета.

Вторая следственная ситуация несколько более сложная. Если, как уже было сказано ранее, обвиняемый и подозреваемый всегда могут отказаться от дачи показаний без всяких ограничений, то для свидетеля, потерпевшего и некоторых других лиц в случаях необоснованного отказа дать показания может наступить уголовная ответственность за отказ от дачи показаний. Отказ же давать показания в ходе предварительного расследования свидетель (потерпевший и другие лица) может заявить как во время допроса, так и в ходе других следственных действий, связанных с получением показаний, например, таких как очная ставка, предъявление для опознания и проверка показаний на месте[91] .

В этой ситуации следователь также должен внести в соответствующий протокол допроса всю информацию, полученную от свидетеля или потерпевшего, а в случаях обнаружения признаков состава преступления в деяниях вышеуказанных участников процесса решить вопрос о возбуждении уголовного дела по ст. 307,308 УК.

В третьей следственной ситуации, наличие у лица права отказаться от дачи свидетельских показаний означает, что оно не может быть привлечено за этот отказ к уголовной ответственности. При согласии лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, дать показания, они должны быть дознавателем, следователем, прокурором и судом предупреждены о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу (ч. 2 ст. 11 УПК).

По смыслу ст. 11 УПК и п. 1 ст. 56 УПК данное предупреждение носит устный характер и в процессуальных документах не отражается. В протоколе допроса свидетеля (который обладает свидетельским иммунитетом) помимо разъяснения под роспись положений ст. 51 Конституции РФ и уголовной ответственности, дополнительных записей по поводу наличия свидетельского иммунитета и желания лица даже в этом случае давать показания, как правило, не делается. Такую практику дознавателей и следователей вряд ли можно признать обоснованной с точки зрения обеспечения права свидетельского иммунитета участников уголовного судопроизводства.

Для полноценного обеспечения права потерпевшего, свидетеля и других лиц на свидетельский иммунитет в уголовном судопроизводстве, на наш взгляд, все же следовало бы в протоколах допроса отмечать факт желания лица, обладающего свидетельским иммунитетом дать показания.

Таким образом, признание права потерпевшего, свидетеля и других не давать показания или отказ в признании за указанными участниками процесса такого права должны быть, на наш взгляд, процессуально закреплены специальным решением дознавателя, следователя или прокурора.

Такое действие обусловлено необходимостью четко зафиксировать в процессуальном документе принятое решение, поскольку это связано с признанием и обеспечением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. Указывая в соответствующем процессуальном документе основания и мотивы признания за лицом права не давать показания, или отказа в таком признании, дознаватель и следователь формулируют свою обоснованную и законную правовую позицию относительно наличия права конкретных лиц не давать показания. Вынесение дознавателем или следователем такого постановления создает благоприятные условия для последующей проверки прокурором или судом принятого ими решения.

Таким образом, современная процедура предварительного расследования может быть подвергнута значительному совершенствованию. И свидетельский иммунитет в данном случае выступает не непреодолимым препятствием на пути правосудия, а эффективным средством защиты определенных интересов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В работе представлен теоретический анализ проблем свидетельского иммунитета в российском уголовно-процессуальном праве. На основании данных теоретических положений сформулированы рекомендации по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства и практики его применения.

В результате проведенного исследования можно сделать следующие выводы:

1. В 1993 году в Конституции Российской Федерации появилось право не свидетельствовать против себя и своих близких, получившее название свидетельского иммунитета.

Первоначально свидетельский иммунитет нашел свое закрепление в нормах международного права. Согласно подпункту «g» п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г.[92] , каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным. Иными словами, любое лицо, включая обвиняемого, освобождается от обязанности давать показания, уличающие его в совершении преступления.

Слово «иммунитет» происходит от латинского immunitas, означающего освобождение, избавление от чего-либо. Как юридический термин «иммунитет» означает исключительное право не подчиняться некоторым общим законам.

Сам термин «свидетельский иммунитет» в системе современного законодательства появляется лишь в 2001 году вместе с новым Уголовно-процессуальным кодексом РФ. В соответствии с которым, «свидетельский иммунитет - право лица не давать показания против себя и своих близких родственников, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом» (п. 40 ст. 5).

2. Свидетельский иммунитет — самостоятельный уголовно-процессуальный субинститут правового института уголовно-процессуальных иммунитетов содержащий нормы которые:

· позволяют отказаться от дачи показаний против себя, своего супруга, близких родственников и близких лиц лицу, вызванному для дачи показаний;

· позволяют подозреваемому, обвиняемому в совершении преступления отказаться от дачи показаний вообще;

· предусматривают обязанность должностных лиц разъяснения участникам уголовного судопроизводства права на свидетельский иммунитет;

· определяют порядок предоставления и процессуального оформления свидетельского иммунитета.

Анализ действующего законодательства позволили выделить данную систему норм. Этими нормами в настоящее время выступают:

- статья 14 вышеуказанного Международного пакта о гражданских и политических правах;

- статья 51 Конституции России, которая гласит:

«1. Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом.

2. Федеральным законом могут устанавливаться иные случаи освобождения от обязанности давать свидетельские показания»,

- пункт 40 ст. 5 УПК, определяющий свидетельский иммунитет как право лица не давать показания против себя и своих близких родственников, также в иных случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным

- часть 1 ст. 11 УПК, в которой сказано, что суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права, обязанности и ответственность и обеспечивать возможность осуществления этих прав.

- часть 2 ст. 11 УПК, содержащая норму, согласно которой в случае согласия лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, давать показания, дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны предупредить указанных лиц о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств в ходе дальнейшего производства по уголовному делу;

- часть 4 ст. 46 УПК, предусматривающая право подозреваемого давать объяснения и показания по поводу имеющегося в отношении его подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний. При этом, установив обязанность должностных лиц при согласии подозреваемого дать показания предупредить о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и при его последующем отказе от этих показаний, за исключением случая, предусмотренного пунктом 1 части второй статьи 75 УПК.

- пункт 4 ч. 2 ст. 54 УПК и п. 7. ч. 4 ст. 44 УПК, предоставляющие право гражданскому истцу и гражданскому ответчику отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, крут которых определен п. 4 ст. 5 УПК. Параллельно на должностных лиц накладывается обязанность при согласии гражданского истца или гражданского ответчика дать показания предупредить о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае их последующего отказа от этих показаний;

- часть 4 ст. 56 УПК и п. 3 ч. 2 ст. 56 УПК, которые предоставляют право свидетелю и потерпевшему отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК. При согласии указанных лиц давать показания они должны быть предупреждены о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае их последующего отказа от этих показаний;

- часть 4 ст. 45 УПК и п. 3 ч, 2 ст. 55 УПК, которые устанавливают правило, согласно которому представители потерпевшего, гражданского истца, частного обвинителя и гражданского ответчика имеют те же процессуальные права, что и представляемые ими лица. Следовательно, указанные представители имеют право отказаться свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, круг которых определен п. 4 ст. 5 УПК. При согласии указанных лиц давать показания они должны быть предупреждены о том, что их показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае их последующего отказа от этих показаний.

3. Правовой институт уголовно-процессуальных иммунитетов -совокупность юридических норм-исключений, составляющих самостоятельную часть системы уголовно-процессуального права регулирующих соответствующие общественные отношения, связанные с предоставлением дополнительных процессуальных гарантии законности и обоснованности вовлечения граждан в сферу уголовного судопроизводства, применения к ним мер процессуального принуждения и иных правоограничений, а также освобождением от некоторых процессуальных обязанностей.

4. Как субъективное право свидетельский иммунитет — право лица не давать показания против себя, своего супруга, близких родственников и близких лиц.

5. В уголовно-процессуальной науке существует узкий и широкий
подход к пониманию свидетельского иммунитета. Первый определяет
свидетельский иммунитет исключительно как право отказаться от дачи
показаний, второй - как совокупность права отказаться от дачи показаний и
законодательного запрета допроса некоторых категорий лиц. Узкая трактовка
свидетельского иммунитета наиболее точно отражает содержание данного
права и поэтому представляется более предпочтительной.

6. Среди уголовно-процессуальных иммунитетов свидетельский
иммунитет занимает особе место. Дипломаты, священнослужители,
Президент России, Президент России, сложивший свои полномочия,
адвокаты, следователи и некоторые другие должностные лица обладают
только свидетельским иммунитетом, установленным ч. 1 ст. 51 Конституции.
Все другие случаи создания дополнительных особых правил получения
свидетельских показаний от указанных лиц образованы либо
законодательным запретом допроса, либо нормами, устанавливающими
самостоятельный уголовно-процессуальный иммунитет должностного лица,
и со свидетельским иммунитетом не связаны.

7. Анализ действующего законодательства (норм, образующих
статут свидетельского иммунитета) позволяет сделать вывод о том, что правом не давать показания в настоящее время могут воспользоваться следующие участники уголовного судопроизводства:

- подозреваемый;

- обвиняемый;

- потерпевший;

- свидетель;

- гражданский истец;

- гражданский ответчик;

- представитель (потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и частного обвинителя).

8. Назначение свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве складывается из нескольких аспектов.

Во-первых, не давать показаний против себя самого - важнейшая гарантия обеспечения права подозреваемого, обвиняемого на защиту.

Именно право не свидетельствовать против себя впервые было закреплено в действующем законодательстве и легло в основу свидетельского иммунитета.

Отсутствие обязанности свидетельствовать против себя означает в том числе и то, что признание своей вины должно осуществляться только добровольно, а не под принуждением. Ныне действующий закон не предусматривает ответственности подозреваемого и обвиняемого за дачу ложных показаний, они могут строить свою защиту по своему усмотрению. Если показания получены под угрозой применения любых взысканий за непризнание своей вины, они являются незаконными и на них не может быть основан обвинительный приговор.

Во-вторых, свидетельский иммунитет служит сохранению внутрисемейных и родственных ценностей. Показания против своего супруга, отца, брата и т.д. наносят тяжелейший удар по семейно-родственным отношениям.

В-третьих, свидетельский иммунитет следует рассматривать в качестве одной из гарантий обеспечения безопасности участия свидетеля в уголовном судопроизводстве.

9. Виды свидетельского иммунитета классифицируются по нескольким основаниям:

- по субъекту иммунитета;

- по объему показаний;

- по предмету показаний.

Классификация свидетельского иммунитета по источнику его закрепления бессмысленна в силу того, что право свидетельского иммунитета содержатся в самостоятельном институте уголовно-процессуального права и нормы в него входящие не содержат отдельных видов свидетельского иммунитета, а образуют его содержание, представляя собой единую систему, а не простую совокупность.

10. Содержанием свидетельского иммунитета выступает право отказаться свидетельствовать против себя и право отказаться свидетельствовать против своих родственников, супруга и близких лиц.

11. Свидетельский иммунитет родственников и близких лиц распространяется на родственников и близких лиц подозреваемых и обвиняемых (подсудимых, оправданных, осужденных), а также лиц в отношении которых дело приостановлено или прекращено по нереабилитирующим основаниям.

12. Закрепленное в Конституции право свидетельского иммунитета для уголовного судопроизводства носит принципиальный характер.

Свидетельскому иммунитету необходимо придать статус принципа головного судопроизводства и поместить соответствующую норму в главу 2 УПК по ряду нижеследующих причин:

во-первых, правило свидетельского иммунитета обладает всеми признаками, свойственными принципам уголовного процесса. Подтверждением этому служит как сложившаяся судебная практика, широко использующая рассматриваемое конституционное положение и придающая ему принципиальную значимость, так и преобладающее мнение практических работников о необходимости ввести это важное правило в УПК РФ;

во-вторых, большая часть проблем, связанных с реализацией права не давать показания и рассмотренных в диссертационном исследовании, по нашему глубокому убеждению, не может быть разрешена без детальной регламентации всей процедуры и всех тонкостей наделения лица свидетельским иммунитетом непосредственно в тексте УПК РФ. Как показывает практика, любая неточность или двусмысленность закона приводит к печальным последствиям при правоприменении. Для свидетельского иммунитета таких неясностей накопилось уже слишком много;

в-третьих, придание рассматриваемому правовому институту статуса руководящего начала позволит реально распространить его действие на те стадии уголовного процесса, где применение свидетельского иммунитета необходимо, но пока затруднено. В первую очередь, речь идет о стадии возбуждения уголовного дел.

Полагаем, что изменения в законодательстве позволят устранить многие из рассмотренных проблем связанных с предоставлением свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве и приблизиться еще на один шаг к цели построения истинно правового государства, в котором общепризнанные мировым сообществом права и свободы граждан определяют закон.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

НОРМАТИВНЫЕ ПРАВОВЫЕ АКТЫ

1. Конституция Российской Федерации Российская газета. 1993. 25 дек.
Уголовный кодекс Российской Федерации //Справочная правовая система Консультант Плюс: Версия Проф.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации //Справочная правовая система Консультант Плюс: Версия Проф.

3. Всеобщая декларация прав человека. Принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. // Права человека: основные международные документы. – М., 2004.

4. Европейская конвенция о защите прав человека и основных свобод 1950г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 2009. № 2.

5. Протокол № 7 к Европейской конвенции о защите прав и основных свобод 1984 г. // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 2.

6. Постановление Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. № 11-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина Маслова В.И.»//Российская газета. 2000. 4 июня.

7. Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 23. Ст. 2291.

8. Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о взаимной правовой помощи по уголовным делам (Москва, 17 июня 1999 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 47. Ст. 4635.

9. Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам. Принята резолюцией 47/135 Генеральной Ассамблеи ООН 18 декабря 1992 г. // Международные акты о правах человека: Сб. документов/ Сост.В.А. Карташкин, Е.А. Лукашева. М., 2008. С. 107-111.

10. Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1994. № 12.

МОНОГРАФИИ, УЧЕБНИКИ, УЧЕБНЫЕ ПОСОБИЯ:

11. Аберхаев Э. Р. Свидетельский иммунитет как гарантия права на неприкосновенность частной жизни // Российский следователь. 2006. № 4. Агаев Ф. А. Иммунитеты в российском уголовном процессе. Автореф. дисс... канд. юрид. наук. М., 1996.

12. Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 1998.

13. Бардин Л. Н. Обязанности адвокатов, а также лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность в сфере оказания юридических услуг, по противодействию легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма // Адвокатская практика. 2004. № 6. С. 37–41;

14. Башкатов, Л.Н. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации учебник Л.Н. Башкатов отв. ред. И.Л. Петрухин. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2006.

15. Бессонов, А.А. Правовое регулирование положения участников уголовного судопроизводства // Уголовный процесс. 2008. № 8.

16. Булатов А. В. Обеспечение следователем прав, законных интересов и безопасности потерпевших и свидетелей. Волгоград. 2002. С. 31.

17. Булатов В. А. Обеспечение следователем прав, законных интересов и безопасности потерпевших и свидетелей: Учеб. пособие, Волгоград, 2002. Буробин В. Легализация доносительства // Бизнес-адвокат. 2005. № 6.

18. Вандышев В. В. Уголовный процесс. Курс лекций. СПб., 2004. С. 124.

19. Викторский, С.И. Русский уголовный процесс: Учебное пособие / С.И. Викторский. – М.: Юридическое бюро «ГОРОДЕЦ», 1997. – С. 223.

20. Гончаров Д. Ю. Ответственность за отказ от дачи показаний // Журнал российского права. 2009. № 6.

21. Громов Н., Николайченко В., Конев В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе// Российская юстиция. 1997. № 9.

22. Даев В. Г. Материально-правовые и процессуальные проблемы свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве // Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступностью. Калининград, 1995.

23. Даев В. Г. Иммунитеты в уголовно-процессуальной деятельности // Правоведение. 2002. № 3. С. 49.

24. Дементьев, И.Д. К вопросу о понятии уголовно-процессуальных иммунитетов // Российский следователь. 2008. № 10.

25. Демин Ю. Г. Статус дипломатических представительств и их персонала. М. 1995. С. 21;

26. Зайцев О. А. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на предварительном следствии. М., 1996. С. 76.

27. Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов / Под ред. Е. Ю. Львовой. М., 1998.

28. Карнеева Л. М., Кертэс И. Проблемы свидетельского иммунитета // Сов. государство и право. 1989. № 6

29. Кипнис Н. М. Институт допустимости доказательств в УПК РФ // Издание: Российская правовая газета «ЮРИСТ». 2003. № 47. Ноябрь.

30. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве / Н.М. Кипнис. – М.: Юристъ, 1996.

31. Колбаев Р. О праве не свидетельствовать // Законность. 1997. № 10.

32. Конев, В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе / В. Конев, Н. Громов, В. Николайченко // Российская юстиция. – 1997. – № 9. – С. 48.

33. Кореневский Ю. В. Нужна ли суду истина? // Российская юстиция. 1994. № 5.

34. Лопатин В. Н., Федоров А. В. Свидетельский иммунитет // Государство и право. 2004. № 6.

35. Лукашук И. И. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997. С. 24.

36. Малько А. В. Льготная и поощрительная правовая политика. СПб., 2004.

37. Малько А. В. Привилегии и иммунитеты как особые правовые исключения: монография / А. В. Малько, С. Ю. Суменков. Пенза, 2005.

38. Малько А. В., Субочев В. В. Законные интересы как правая категория. СПб., 2004.

39. Махов В. Н. Свидетель - не подозреваемый. // Законность. 2001. № 1.

40. Михайловская И. Б. Цели, функции и принципы российского уголовного судопроизводства. М., 2008.

41. Москалькова Т. Н. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). М., 1996.

42. Николюк В., Кальницкий В. Применение статьи 51 Конституции Российской Федерации в уголовном судопроизводстве // Законность 2008. № 8. С. 15.

43. Орлов Ю. К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2001.

44. Панкратов, В. О свидетельском иммунитете законных представителей / В. Панкратов // Советская юстиция. – 1993. – № 7.

45. Поддубный А. О. Административно-деликтные иммунитеты // Журнал российского права. 2003. № 6.

46. Покровский И. А. Основные проблемы гражданского права. М., 2001.

47. Права человека. Сборник международных документов. М., 2008.

48. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на предварительном следствии. Пособие / под ред. С. П. Шербы. М., 1995.

49. Рогачевский Л. А. Адвокатура в правовом механизме противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма: международно-правовой и внутригосударственный аспекты // Правоведение. 2005. № 4.

50. Россинский, С.Б. Уголовный процесс России: Курс лекций / С.Б. Россинский. – М.: Эксмо, 2007.

51. Руднев В.И. Иммунитеты от уголовного преследования // Журнал российского права. 2008. №7.

52. Рыжаков А. П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. 3-е изд. М., 2003.

53. Саушкин, С.А. Правовое обеспечение свидетельского иммунитета: современное состояние и вопросы развития / С.А. Саушкин, Е.П. Гришина // Адвокатская практика. – 2002. – № 5.

54. Сильнов М. А. Вопросы обеспечения допустимости доказательств в уголовном процессе (досудебные стадии). М., 2001. С. 34.

55. Смирнов А. В., Калиновский К. Б. Комментарий к УПК РФ / Под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2004. С. 876; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2003. С. 790.

56. Смирнов, А.В. Уголовный процесс: учебник для вузов А.В. Смирнов, К.Б.Калиновский под ред. А.В. Смирнова. СПб., 2004.

57. Смолькова, И.В. Проблемы охраняемой законом тайны в уголовном процессе / И.В. Смолькова. – М.: Луч, 1999.

58. Трофимов В. В. Взаимодействие индивидов как правообразовательный процесс: общетеоретический аспект. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Волгоград, 2001.

59. Трунов И. Л. Защита прав личности в уголовном процессе. М., 2009. Уголовно-процессуальное право: учебник отв. ред. В.И. Радченко.-М.,2005.

60. Фокина М. А. Свидетельский иммунитет в гражданском судопроизводстве // Правоведение. 1995. № 4-5.

61. Хомич В. Применение норм свидетельского иммунитета в отношении обвиняемого и подозреваемого // Законность. 1997. № 7.

62. Шурухнов, Н.Г. Новое уголовно-процессуальное законодательство России: проблемы теории и практики применения («круглый стол») //Государство и право. 2002.

АВТОРЕФЕРАТЫ И ДИССЕРТАЦИИ:

63. Агаев Ф. А. Иммунитеты в российском уголовном процессе. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 1996.

64. Адамов Ю. П. Борьба с лжесвидетельством. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 1974.

65. Алексеев С. Н. Надзор за соблюдением прав и свобод участников уголовного процесса в системе конституционных гарантий прав и свобод человека и гражданина и полномочий прокурора. Дис... канд. юрид. наук. Самара, 2002.

66. Апарин С. М. Привилегия от самоизобличения в уголовном процессе. Автореф. дисс... канд. юрид. наук. Волгоград, 2000.

67. ВельшИ. В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе. Дис... канд. юрид. наук. М., 2000.

68. Епихин А. Ю. Защита законных прав и интересов свидетеля в уголовном процессе. Дис... канд. юрид. наук. М., 1995.

69. Зайцев О. А. Теория и практика участия свидетеля в уголовном процессе. Автореф. Дис... канд. юрид. наук. М. 1993.

70. Кибальник А. Г. Иммунитет в уголовном праве. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 1999.

71. КиримоваЕ. А. Правовой институт. Автореф... канд. юрид. наук, Саратов, 1998.

72. Лавринюк К. В. Уголовно-процессуальное регулирование допроса по российскому законодательству. Дис. канд. юрид. наук. СПб., 2003.

73. Мирошник С. В. Правовые стимулы в российском законодательстве. Автореф. дис... канд. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 1997.

74. Никитин С. Ю. Свидетельский иммунитет в уголовном судопроизводстве России. Дис... канд. юрид. наук. Челябинск, 2005.

75. Новиков С. А. Показания обвиняемого в современном уголовном процессе России. Автореф. дис... канд. юрид. наук. Санкт-Петербург, 2003.

76. Орлов А. В. Конституционные нормы, обеспечивающие обвиняемому право на защиту в российском уголовном процессе. Дисс. канд. юрид. наук. Саратов, 2004.

77. Петров Д. Е. Отрасль права. Автореф. дис... канд. юрид. наук. Саратов, 2001.

78. Руднев В. И. Иммунитеты в уголовном судопроизводстве. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 1997.

79. Суменков С. Ю. Привилегии и иммунитеты как общеправовые категории. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2008. С. 20.

80. Тренбак О. Н. Признание доказательств недопустимыми и исключение их из разбирательства дела в суде присяжных. Автореферат дисс. канд. юрид. наук. Саратов, 2000.

81. Юрков А. П. Международное уголовно-процессуальное право и правовая система Российской Федерации, теоретические проблемы. Дис... докт. юрид. наук. Казань, 2001.


[1] См.: Лопатин В. Н., Федоров А. В. Свидетельский иммунитет // Государство и право. 2004. № 6. С. 49.

[2] См.: Малько А. В. Привилегии и иммунитеты как особые правовые исключения: монография / А. В. Малько, С. Ю. Суменков. Пенза, 2005. С. 105.

[3] См.: Малько А. В. Льготная и поощрительная правовая политика. СПб., 2004. С. 141.

5 См.: Современный словарь иностранных слов: толкование, словоупотребление, этимология / Под ред. Л. М. Баш, А. В. Боброва. М., 2003. С. 334; Большой юридический словарь / Под ред. А. Я. Сухарева, В. Д. Зорькина, В. Е. Крутских. М, 1997. С. 733.

6 См.: Малько А. В. Льготная и поощрительная правовая политика. СПб., 2004. С.

[7] См.: Агаев Ф. А. Иммунитеты в российском уголовном процессе. Автореф. дисс... канд. юрид. наук. М., 1996. С. 8; Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 1998. С. 4.

[8] Право Совета Европы и Россия: Сборник документов и материалов. Краснодар, 1996. С. 163,145,174.

[9] См.: Демин Ю. Г. Статус дипломатических представительств и их персонала. М. 1995. С. 21; Лукашук И. И. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997. С. 24.

[10] См.. Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / под. ред. В. В. Лазарева. М., 1999. С. 441.

[11] См.: Сильнов М. А. Вопросы обеспечения допустимости доказательств в уголовном процессе (досудебные стадии). М., 2001. С. 34.

[12] Малько А. В. Привилегии и иммунитеты как особые правовые исключения: Монография / А. В. Малько, С. Ю. Суменков. Пенза, 2005. С. 8.

[13] Малько А. В. Указ. соч. С. 155.

[14] Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 1998.

[15] См.: Киримова Е. А. Правовой институт. Автореф... канд. юрид. наук. Саратов, 1998. С. 17-18; Баранов В. М., Полонина С. В. Система права, система законодательства н правовая система. Н. Новгород, 2000.

[16] См.: Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Указ. соч. С. 27.

[17] См.: Сильнов М. А. Вопросы обеспечения допустимости доказательств в уголовном процессе (досудебные стадии). М., 2001. С. 67.

[19] См.: Юрков А. П. Международное уголовно-процессуальное право и правовая система Российской Федерации: теоретические проблемы. Дис... докт. юрид. наук. Казань, 2001. С. 121.

[20] Николаев А. Дипломатические привилегии и иммунитеты // Международная жизнь. 1983. №8. С 152.

[21] Собрание законодательства Российской Федерации. 5 июня 2000 г. № 23. Ст.2349.

[22] См.: Смирнов А. В., Калиновский К. Б. Комментарий к УПК РФ / Под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2004. С. 876; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2003. С. 790.

[23] Договор между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о взаимной правовой помощи по уголовным делам (Москва, 17 июня 1999 г.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. № 47. Ст. 4635.

[24] Федеральный закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. 2001. № 23. Ст. 2291.

[25] Москалькова Т. Н. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). М., 1996. С. 47.

[26] Карнеева Л. М.» Кертэс И. Проблемы свидетельского иммунитета // Советское государство и право. 1989. M., №6 С.57.

[27] Чувилев А. А. Проблема свидетельского иммунитета в свете задач реформы Советского уголовного судопроизводства // Укрепление общественного порядка и законности в правовом государстве: Межвуз. сб. науч. тр. МВД СССР. М., 1990. С. 150.

[28] Булатов В. А. Обеспечение следователем прав, законных интересов и безопасности потерпевших и свидетелей: Учеб. пособие, Волгоград, 2002. С. 31.

[29] Никитин С.Ю. Свидетельский иммунитет в российском уголовном процессе. Дисс… канд. юрид. наук. Челябинск, 2005. С. 53.

[30] Карнеева Л, М., Кертэс И. Проблемы свидетельского иммунитета // Советское государство и право, 1989, № б. С. 57; Смыслов В. Н. Свидетель в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 29; Зайцев О. А. Теория и практика участия свидетеля в уголовном процессе. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М, 1993. С. 14-15; Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 1998. С. 97; Булатов А. В. Обеспечение следователем прав, законных интересов и безопасности потерпевших и свидетелей. Волгоград. 2002. С. 31.

[31] АгаевФ. А., ГалузоВ.Н. Иммунитеты в Российском уголовном процессе. М., 1998. С.96.

[32] Собрание законодательства Российской Федерации. 2001, № 7. Ст. 617.

[33] Российская газета. 2004. 7 апреля.

34 Собрание законодательства Российской Федерации. 2001, № 7. Ст. 617.

[35] Орлов Ю. К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. М., 2001. С. 99-100.

[36] См.: Защита по уголовному делу: Пособие для адвокатов / Под ред. Е. Ю. Львовой. М., 1998. С. 65; Баев М. О., Баев О. Я. Защита от обвинения в уголовном процессе. Воронеж, 1995. С. 34; Адаменко В. Д. Сущность и предмет защиты обвиняемого. Томск, 1983. С. 78.

[37] Постатейный научно-практический комментарий к Конституции Российской ии / Под ред. О.Е. Кутафина. М, 2003. С. 78.

38 Аберхаев Э. Р. Свидетельский иммунитет как гарантия права на неприкосновенность частной жизни // Российский следователь. 2006. № 4. С. 11.

[39] См.: Никитин С. Ю. Свидетельский иммунитет в российском уголовном процессе. Дис... канд. юрид. наук. Челябинск, 2005. С. 82.

[40] См.: Фокина М. А. Свидетельский иммунитет в гражданском судопроизводстве // Правоведение. 1995. № 4-5.

[41] См.: Никитин С. Ю. Свидетельский иммунитет в российском уголовном процессе. \кс... канд. юрид. наук. Челябинск, 2005. С. 64.

[42] См.: Кибальник А. Г. Иммунитет в уголовном праве. Автореф. дис... канд. юрид. наук. М., 2009. С. 65.

[43] См.: Махов В. Н. Свидетель - не подозреваемый. // Законность. 2001. № 1. С. 13; Руднев В. И. Иммунитеты от уголовного преследования // Журнал российского права. 1998. № 7. С. 56.

[44] Гончаров Д. Ю. Ответственность за отказ от дачи показаний // Журнал российского права. 2009. № 6.

[45] См.: Махов В. Н. Свидетель - не подозреваемый. // Законность. 2001. № 1. С. 13; Руднев В.И. Иммунитеты от уголовного преследования // Журнал российского права. 2008. №7. С. 56.

[46] См.: Никитин С. Ю. Указ. соч. С. 65.

[47] Руднев В.И. Иммунитеты от уголовного преследования // Журнал российского права. 2008. №7. С. 56.

[48] Николюк В., Кальницкий В. Применение статьи 51 Конституции Российской Федерации в уголовном судопроизводстве // Законность 2008. № 8. С. 15.

[49] Орлов А. В. Конституционные нормы, обеспечивающие обвиняемому право на защиту в российском уголовном процессе. Дисс. канд. юрид. наук. Саратов, 2004.

[50] Божьев В. П., Лубенский А. И. Источники доказательств по уголовно-процессуальному законодательству СССР и других социалистических государств. М., 1981. С. 15; Даев В. Г. Иммунитеты в уголовно-процессуальной деятельности // Правоведение. 1992. С. 51-52; Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Волгоград, 1997. С. 166; Кипнис Н. М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1996. С 34; Громов Н.» Николайченко В., Конев В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе // Российская юстиция. 1997. № 9. С. 48-50; Смолькова И. В. Процессуальный статус свидетеля в российском уголовном судопроизводстве: Учебное пособие. Иркутск» 1997. С, 4S; Никитин С. Ю. Свидетельский иммунитет в российском уголовном процессе. Дисс... канд. юрид. наук. Челябинск, 2005.

[51] Постановление Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. № 11-П «По делу о проверке конституционности положений части первой статьи 47 и части второй статьи 51 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина Маслова В.И.»//Российская газета. 2000. 4 июня.

[52] См.: Михайловская И. Б. Цели, функции и принципы российского уголовного судопроизводства. М., 2008. С. 42-61.

[53] См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н. В. Жогин. М., 1973, С. 65

[54] См.: Кореневский Ю. В. Нужна ли суду истина? // Российская юстиция. 1994. № 5.С. 20.

[55] См.: Фаткуллин Ф. Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань: ЮГУ, 1976.

[56] См.: Николюк В., Кальницкий В. Применение статьи 51 Конституции РФ в уголовном судопроизводстве // Законность. 1997. № 8. С. 14-18.

[57] Зайцев О. А. Правовые основы и практика обеспечения участия свидетеля на предварительном следствии. М., 1996. С. 76.

[58] Хомич В. Применение норм свидетельского иммунитета в отношении обвиняемого и подозреваемого // Законность. 1997. № 7. с. 40.

59 Колбаев Р. О праве не свидетельствовать // Законность. 1997. № 10. С. 39.

[59] Там же.

[61] См.: Никитин С. Ю. Указ. соч. С. 106.

[62] См.: Вандышев В. В. Уголовный процесс. Курс лекций. СПб., 2004. С. 124.

[63] См.: Громов Н., Николайченко В., Конев В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе// Российская юстиция. 1997. № 9. С. 48-50.

[64] Кипнис Н. М. Институт допустимости доказательств в УПК РФ // Издание: Российская правовая газета «ЮРИСТ». 2003. № 47. Ноябрь.

[65] См. Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за 4 квартал 1995 г. М., 1996. С. 21.

[66] Кипнис Н. М. Институт допустимости доказательств в УПК РФ // Российская правовая газета «Эж-ЮРИСТ». 2003. № 47. Ноябрь.

[67] Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. 1998. № 11. С. 21.

[68] См.: Кипнис Н. М. Указ. соч.

[69] Карнеева Л. М., Кэртэс И. Проблемы свидетельского иммунитета //Советское государство и право. 1989. № 6. С. 59.

[70] См.: Якупов P. X. Правоприменение в уголовном процессе. М., 1993. С. 31.

[71] Смолькова И. В. Процессуальный статус свидетеля в российском уголовном судопроизводстве: Учебное пособие. Иркутск, 1997. С. 23-24.

[72] Кибальник А. Г. Указ. соч. С.11.

[73] См.: Агаев Ф. А., Галузо В. Н. Указ. соч. С 99.

[74] Декларация о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам. Принята резолюцией 47/135 Генеральной Ассамблеи ООН 18 декабря 1992 г. // Международные акты о правах человека: Сб. документов/ Сост.В.А. Карташкин, Е.А. Лукашева. М., 2008. С. 107-111.

[75] Собрание законодательства РФ. 2009. № 18. Ст. 2208.

[76] Никитин С. Ю. Указ. соч. С. 113.

[77] Лавринюк К. В. Уголовно-процессуальное регулирование допроса по российскому законодательству. Дис. канд. юрид. наук. СПб., 2003.

[78] Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н. В. Жогин. М., 1978. С. 658.

[79] Тетерин Б. С., Трошкин Е. З. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 97. С. 60-61.

[80] Там же. С. 61.

[81] Даев В. Г. Материально-правовые и процессуальные проблемы свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве // Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступностью. Калининград, 1995. С. 77-78.

[82] Даев В. Г. Указ. соч. С. 78.

[83] Николюк В., Кальницкий В. Применение ст. 51 Конституции Российской Федерации в уголовном судопроизводстве // Законность. 1997. № 8. С. 16.

[84] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (особенная часть) / Под ред. Ю. И. Скуратова, В. М. Лебедева. М., 1996. С. 485.

[85] Даев В. Г. Материально-правовые и процессуальные проблемы свидетельского иммунитета в уголовном судопроизводстве // Уголовно-правовые проблемы борьбы с преступностью. Калининград, 1995. С. 80; Щерба С. П., Зайцев О. А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. М„ 1996. С. 24.

[86] См.: Никитин С. Ю. Указ. соч. С. 63.

[87] См.: Громов Н., Николайченко В., Конев В. Свидетельский иммунитет в уголовном процессе // Российская юстиция. 1997. № 9. С. 48-51.

[88] Смирнов А. В. Комментарий к ст. 56 УПК РФ / Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. А. В. Смирнова. СПб., 2003. С. 154.

[89] Никитин С. Ю. Указ. соч. С. 64.

13 Щерба С. П., Зайцев О. А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным 1996. С. 24.

[91] Уголовный закон в практике мирового судьи: Научно-практическое пособие / Под ред. А. В. Галаховой. М., 2005. С. 128.

[92] Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19 декабря 1966 г.) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1994. № 12.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ