Правовое регулирование отношений возникших при оказании услуг

Глава 1. Понятие услуги как объекта. Услуга: Понятие содержание, виды. Обязательства по оказанию услуг входят в группу договорных обязательств. К данным обязательствам относят: перевозка, транспортная экспедиция, заем и кредит, факторинг, банковский счет, банковский вклад, а также безналичные расчеты, хранение, страхование, поручение, комиссия, агентирование, доверительное управление имуществом, возмездное оказание услуг.(6)

Глава 1. Понятие услуги как объекта.

1.1. Услуга: Понятие содержание, виды.

Обязательства по оказанию услуг входят в группу договорных обязательств. К данным обязательствам относят: перевозка, транспортная экспедиция, заем и кредит, факторинг, банковский счет, банковский вклад, а также безналичные расчеты, хранение, страхование, поручение, комиссия, агентирование, доверительное управление имуществом, возмездное оказание услуг.(6)

В римском праве обязательство об оказании услуг именовалось locatio-conductiooperarum и делилось на предоставление за плату физического труда и предоставление духовной деятельности. В российской дореволюционной цивилистике выделение обяза­тельств об оказании услуг по общему правилу не проводилось. Так, Г. Ф. Шершеневич, давая классификацию договоров по их цели, выделял договоры о предоставлении пользования чужи­ми услугами. К ним он относил личный наем, возмездное ока­зание услуг, перевозку, доверенность, комиссию, поклажу, то­варищество.В юридической литературе советского периода большая группа ученых обосновывала необходимость выделения в системе граж­данско-правовых обязательств особого, самостоятельного обяза­тельства об оказании услуг. При этом отсутствовало единство мне­ний о правовой природе этих обязательств и их видах. Основыва­ясь на нематериальном характере услуги, Е. Д. Шешенин сделал вывод, что предметом подрядных договоров являются результа­ты, воплощающиеся в товарах (вещах), а предметом договоров, порождающих обязательства по оказанию услуг, — результаты деятельности, не существующие отдельно от исполнителей и не являющиеся вещами. Согласно другому мнению, в любом воз­мездном договоре можно усматривать услугу одного контраген­та и вознаграждение за нее со стороны другого. М. И. Брагинский - предложил деление договоров на договоры по производству работ и договоры услуг, относя к последнему виду поставку, снабжение энергией и газом и т. д. Другие ученые полагали, что для выделения самостоятельного договора об оказании услуг нет оснований.(4) Сфера действия обязательства по оказанию услуг зависит от того, какое содержание вкладывается в понятие услуги. Если под услугой понимать все то, что приносит какой-либо полезный эффект, то едва ли не все обязательства незави­симо от оснований их возникновения, субъектного состава, распределения прав и обязанностей сторон, цели и т.д. могут быть отнесены к обязательствам по оказанию услуг. Такого подхода, по-видимому, не избежал и законодатель, который вкладывает в понятие услуги доста­точно широкое содержание. Впрочем, этот подход не проводится с должной последовательностью. Многие обязательства, предметом ко­торых является услуга, выделены в самостоятельные виды гражданско-правовых обязательств. И это правильно, поскольку при чрезмерно широком определении понятия услуги это понятие обесценивается и из него не могут быть извлечены сколько-нибудь плодотворные выводы как в теоретическом, так и в практическом плане. (3)

Виды услуг по договору возмездного оказания услуг:

1. Материальные услуги, которые «материализуются » в предмете или в личности потребителя услуг.

2. Нематериальные услуги, когда нет никакого овеществленного результата. Результат оказания услуг гарантирован быть не может.(5)

Материальные услуги получают объективированное выражение либо в предмете природы либо в личности самого потребителя услуг. Они выражаются в создании новой вещи, ее перемещении, внесении в нее изменений и т.д. К материальным относятся и такие услуги, которые воплощаются в личности самого человека (например, услуги парикмахера, банщика, перевозчика, осуществляющего перевозку пассажиров). Но в чем бы ни выражались материальные услуги, их результат всегда может быть гарантирован лицом, оказывающим услуги, т.е. услугодателем. Нема­териальные услуги характеризуются, во-первых, тем, что деятельность услугодателя не воплощается в овеществленном результате и, во-вто­рых, тем, что услугодатель не гарантирует достижение предполагаемого положительного результата.(3)

Обязательства по оказанию услуг следует отграничить от сходных с ними обязательственных отношений. Основное различие между обязательствами заключено в особенностях опосредуемых ими экономи­ческих отношений. Так, различие между обязательством подрядного типа и обязательством по оказанию услуг заключено в различной экономической форме результата оказываемых услуг. В обязательстве по оказанию услуг предметом является результат деятельности услуго­дателя, не отделимый от самой деятельности и не получающий овеще­ствленного выражения. В обязательствах подрядного типа и примыкающих к ним обязательствах по производству работ предметом правоотношения выступает овеществленный результат деятельности исполнителя. Он может выражаться в создании новой вещи, изменении существующих вещей, быть продуктом духовного творчества, нашедшим свое объективированное выражение в чертежах, схемах, книгах, отчетах, картинах и т.п. Результат может быть различным, но именно его «вещность» служит конституирующим признаком обязательств по выполнению работ.(3)

С принятием и введением в действие части второй ГК ситу­ация принципиально не изменилась. В отличие от обязательств по передаче имущества в собственность (иное вещное право) или в пользование и обязательств о выполнении работ, кото­рые объединяются вокруг общих положений, обязательства об оказании услуг общей части не имеют. Нормы гл. 39 ГК не могут претендовать на такую роль, поскольку призваны урегулировать достаточно четкий круг только фактических, но не иных услуг (п. 2 ст. 779 ГК).(3)

1.2 Услуги связи

В рассматриваемой сфере отношения по оказанию данного вида услуг наряду с нормами ГК регулируются также положениями иных федеральных законов и иных правовых актов. Согласно ст. 2 Феде­рального закона от 16 февраля 1995 г. «О связи» (далее — Закон о связи) под услугами связи понимается деятельность по приему, обработке, передаче и доставке почтовых отправлений или сообще­ний электросвязи. Указанные услуги оказываются пользователям связи гражданами и юридическими лицами (операторами связи), получившими право на этот вид деятельности на основании ли­цензии (ст.15 Закона о связи). Все средства связи, используемые во взаимоувязанной сети связи РФ, подлежат обязательной проверке (сертификации) на соответствие установ­ленным стандартам, иным нормам и техническим требованиям. Сертификации также могут подлежать услуги связи, предоставля­емые на сети связи общего пользования (ст.16 Закона о связи). Так, согласно ст. 28 Закона о связи операторы связи обязаны предос­тавлять пользователям услуги связи, соответствующие по качеству стандартам, техническим нормам, сертификатам, а также условиям договора о предоставлении услуг связи. В соответствии со ст. 21 Закона о связи тарифы на услуги связи устанавливаются на договорной основе. В случаях, предусмотрен­ных законодательством, по отдельным видам услуг связи, оказы­ваемых предприятиями связи, тарифы могут регулироваться госу­дарством. Согласно ст. 27 Закона о связи все пользователи связи на тер­ритории Российской Федерации на равных условиях имеют право передавать сообщения по сетям электрической и почтовой связи. Пользователю связи на территории Российской Федерации не может быть отказано в доступе к услугам сети связи общего пользования. Следовательно, договор о предоставлении услуг свя­зи общего пользования является публичным. Вместе с тем владель­цы сетей и средств связи обязаны предоставлять абсолютный при­оритет всем сообщениям, касающимся безопасности человечес­кой жизни на море, земле, в воздухе, космическом пространстве, проведения неотложных мероприятий в области обороны, без­опасности и охраны правопорядка в РФ, а так­же сообщениям о крупных авариях, катастрофах, эпидемиях, эпизоотиях и стихийных бедствиях. Это положение полностью соот­ветствует п. 2 ст. 1 ГК. Защита прав пользователей связи на предоставление услуг элек­трической и почтовой связи надлежащего качества, получение информации о таких услугах и об их исполнителях, а также меха­низм реализации этих прав регулируются законодательством Рос­сийской Федерации. В частности, при предоставлении услуг связи потребителям на их взаимоотношения с услугодателями распро­страняется действие положений Закона о защите прав потребителей.

Согласно ст. 32 Закона о связи все операторы связи обязаны обеспечить соблюдение тайны связи. Информация о почтовых от­правлениях и передаваемых по сетям электрической связи сооб­щениях, а также сами эти отправления и сообщения могут вы­даваться только отправителям и адресатам или их законным представителям. Прослушивание телефонных переговоров, ознакомле­ние с сообщениями электросвязи, задержка, осмотр и выемка почтовых отправлений и документальной корреспонденции, по­лучение сведений о них, а также иные ограничения тайны связи допускаются только на основании судебного решения. В соответствии со ст. 37 Закона о связи операторы связи несут имущественную ответственность за утрату, повреждение ценных почтовых отправлений, недостачу вложений почтовых отправле­ний в размере объявленной ценности, искажение текста телеграм­мы, изменившее ее смысл, недоставку телеграммы или вручение телеграммы адресату по истечении 24 часов с момента ее подачи в размере внесенной платы за телеграмму (за исключением теле­грамм, адресованных в населенные пункты, не имеющие элект­росвязи). Таким образом, ответственность оператора связи явля­ется ограниченной. В свою очередь, при нарушении пользователем связи правил эксплуатации оконечного оборудования сети электросвязи, исполь­зовании на сети несертифицированного оборудования, а также при несвоевременной оплате услуг связи оператору связи предостав­ляется право приостановить доступ пользователя связи к сети элек­тросвязи до устранения недостатков, за исключением случаев, пре­дусмотренных ст. 29 Закона о связи. При этом пользователь связи обязан возместить оператору связи не полученные им доходы, а также возместить ущерб, вызванный простоем оборудования, и вред, причиненный его повреждением. Одному из важнейших видов связи специально посвящен Фе­деральный закон от 9 августа 1995 г. «О почтовой связи»[1] (далее —Закон о почтовой связи), устанавливающий некоторые особенно­сти оказания услуг почтовой связи.

Под услугами почтовой связи понимаются действия или деятельность по приему, обработке, перевозке, доставке (вручению) почтовых от­правлений, а также по осуществлению почтовых переводов денеж­ных средств.

Согласно ст. 16 Закона о почтовой связи услуги почтовой связи оказываются операторами почтовой связи на договорной основе.

По договору оказания услуг почтовой связи оператор почтовой свя­зи обязуется по заданию отправителя переслать вверенное ему поч­товое отправление или осуществить почтовый перевод денежных средств по указанному отправителем адресу и доставить (вручить) их адресату, а пользователь услуг почтовой связи, в свою очередь, обязан оплатить оказанные ему услуги.

Операторы почтовой связи обязаны обеспечить пересылку пись­менной корреспонденции пользователям услуг почтовой связи в контрольные сроки. Нормативы частоты сбора письменной коррес­понденции из почтовых ящиков, нормативы ее обмена, перевоз­ки и доставки, а также контрольные сроки ее пересылки разраба­тываются федеральным органом исполнительной власти, осуще­ствляющим управление деятельностью в области почтовой связи, и утверждаются Правительством РФ. Сроки оказания иных услуг почтовой связи устанавливаются операторами почтовой связи са­мостоятельно. Качество услуг почтовой связи должно соответствовать установ­ленным стандартам, а также предоставляемой операторами почто­вой связи информации об условиях оказания данных услуг.

Согласно ст. 29 Закона о почтовой связи плата за услуги почто­вой связи, за исключением универсальных услуг почтовой свя­зи, определяется по тарифам, устанавливаемым на договорной основе. За неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств по оказанию услуг почтовой связи операторы почтовой связи не­сут перед пользователями услуг почтовой связи имущественную ответственность. Ответственность операторов почтовой связи на­ступает за утрату, порчу (повреждение), недостачу вложений, недоставку или нарушение контрольных сроков пересылки почто­вых отправлений, осуществления почтовых переводов денежных средств, иные нарушения установленных требований по оказанию услуг почтовой связи. В ст. 34 Закона о почтовой связи конкретизи­руются по сравнению с Законом о связи меры ограниченной иму­щественной ответственности оператора почтовой связи перед пользо­вателем. За нарушение контрольных сроков пересылки почтовых отправ­лений и осуществления почтовых переводов денежных средств для личных (бытовых) нужд граждан операторы почтовой связи вы­плачивают неустойку в размере 3 процентов платы за услугу почто­вой связи по пересылке за каждый день задержки, но не более оплаченной суммы за данную услугу, а также за нарушение кон­трольных сроков пересылки почтового отправления воздушным транспортом — разницу между платой за пересылку воздушным и наземным транспортом.

Наряду с указанными Законами порядок и сроки оказания отдельных видов услуг связи регулируются утвержденными Пра­вительством РФ правилами.(4)

1.3. Медицинские услуги и услуги социального характера

В этой области платных услуг действуют Основы законодатель­ства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утверж­денные Верховным Советом РФ 22 июля 1993 г., федеральные законы о социальном обслуживании населения, а также иные правовые акты. Согласно Правилам предоставления платных медицинских ус­луг населению медицинскими учреждениями потребители, пользу­ющиеся платными медицинскими услугами, обязаны наряду с оплатой стоимости предоставляемой медицинской услуги выполнять требования, обеспечивающие качественное предоставление плат­ной медицинской услуги, включая сообщение необходимых для этого сведений.

Медицинские учреждения несут ответственность перед потре­бителем за неисполнение или ненадлежащее исполнение условий договора, несоблюдение требований, предъявляемых к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на терри­тории Российской Федерации, а также в случае причинения вреда здоровью и жизни потребителя. В связи с этим потребители, пользу­ющиеся платными медицинскими услугами, вправе предъявлять требования о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением условий договора, возмещении ущерба в случае причинения вреда здоровью и жизни, а также о компенсации за причинение морального вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Нарушение установленных договором сроков исполнения ус­луг должно сопровождаться выплатой потребителю неустойки в порядке и размере, установленных ст. 28 Закона о защите прав по­требителей или договором. По соглашению сторон указанная не­устойка может быть выплачена за счет уменьшения стоимости предоставленной медицинской услуги, предоставления потреби­телю дополнительных услуг без оплаты, возврата части ранее вне­сенного аванса.

Медицинское учреждение освобождается от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение платной медицинс­кой услуги, если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным Законом о защите прав по­требителей.

В соответствии с Положением о предоставлении бесплатного социального обслуживания и платных услуг государственными социальными службами за плату (полностью или частично) основ­ные виды социальных услуг предоставляются гражданам государ­ственными социальными службами на условиях, установленных постановлением Правительства РФ от 15 апреля 1996 г. № 473 «О порядке и условиях оплаты социальных услуг, предоставляемых гражданам пожилого возраста и инвалидам государственными и муниципальными учреждениями социального обслуживания». Та­рифы на социальные услуги, оказываемые населению государствен­ными социальными службами, устанавливаются органами исполнительной власти субъектов РФ. Решение об условиях оказания социальных услуг (бесплатно, с частичной или полной оплатой) государственными социальными службами принимается администрацией учреждения (предприятия) социаль­ного обслуживания на основании представленных гражданами или их законными представителями в соответствующие социальные службы письменного заявления, справки о доходах, а также доку­мента, удостоверяющего личность гражданина. Несовершеннолет­ним детям, находящимся в трудной жизненной ситуации, соци­альные услуги оказываются без их письменного заявления и справки о доходах. Консультативная помощь в устной, письменной или за­очной (по телефону) форме оказывается без письменного заявле­ния. При предоставлении учреждениями (предприятиями) соци­ального обслуживания социальных услуг, оказываемых в соответ­ствии с их уставами или иными учредительными документами анонимно, документ, удостоверяющий личность гражданина, не требуется. При оказании платных социальных услуг государственные со­циальные службы заключают с гражданами или их законными представителями договор на основе примерного договора, утверж­даемого Министерством социальной защиты населения РФ. В до­говоре на предоставление платных социальных услуг указываются виды и объем предоставляемых услуг, сроки, в которые они дол­жны быть предоставлены, порядок и размер их оплаты, а также другие условия, определяемые сторонами.

1.4. Аудиторские услуги

Этот вид платных услуг ориентирован главным образом на сферу предпринимательства. Согласно п. 3 Временных правил аудиторс­кой деятельности в Российской Федерации, утвержденных Указом Президента РФ от 22 декабря 1993 г. № 2263, аудит представляет собой предпринимательскую деятельность ауди­торов (аудиторских фирм) по осуществлению независимых вневедом­ственных проверок бухгалтерской (финансовой) отчетности, платеж­но-расчетной документации, налоговых деклараций и других финан­совых обязательств и требований экономических субъектов, а также по оказанию иных аудиторских услуг.

В связи с этим аудиторская деятельность, как и многие другие виды оказания платных услуг, подлежит лицензированию, а спе­циалисты в данной области — аттестации на право осуществления аудиторской деятельности[2] . Несмотря на наличие специальных нор­мативных актов, регулирующих особенности аудиторской деятель­ности в отдельных сферах хозяйственной деятельности (банковс­кой, на рынке ценных бумаг и т. п.), ими, однако, не устанавли­вается специфика договорных отношений между исполнителями и заказчиками, поэтому при заключении и исполнении этого вида услуг стороны должны руководствоваться правилами гл. 39 ГК.

1.5. Правовые услуги

Оказание правовых услуг также подчинено общим правилам, установленным гл. 39 ГК. Вместе с тем на практике применение норм данной главы, а также договорных условий при оказании правовых услуг вызвало неоднозначное толкование. В связи с этим в информационном письме Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 сентября 1999 г. № 48 «О некоторых вопросах судебной практи­ки, возникающих при рассмотрении споров, связанных с догово­рами на оказание правовых услуг» содержатся разъяснения, прежде всего относительно предмета такого договора. Договор об оказании правовых услуг может считаться заключенным, если в нем пере­числены определенные действия, которые обязан совершить ис­полнитель, либо указана определенная деятельность, которую он обязан осуществить. В последнем случае круг возможных дей­ствий исполнителя может быть определен согласно ст. 431 ГК на основании предшествовавших заключению договора переговоров и переписки, практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, обычаев делового оборота, последующего поведения сто­рон и т. д.

Если в договор в соответствии с п. 4 ст. 421 ГК включаются ус­ловия о предоставлении исполнителем заказчику материальных результатов его действий или деятельности (письменные консуль­тации и разъяснения, проекты договоров, заявлений, жалоб и других документов правового характера), то такой договор приоб­ретает смешанный характер и содержит в себе элементы договора подряда и договора возмездного оказания услуг (п. 3 ст. 421 ГК).

Что касается вопроса об оплате правовых услуг, то согласно ст. 779 ГК исполнитель приобретает право на оплату услуг только при совершении определенных в договоре действий или деятель­ности, поэтому отказ заказчика от оплаты фактически оказанных ему услуг недопустим. Вместе с тем если в договоре об оказании правовых услуг размер оплаты ставится в зависимость от решения суда или иного государственного органа, которое будет принято, то требование исполнителя о выплате такого вознаграждения не подлежит судом удовлетворению. В этом случае размер вознаграж­дения должен определяться в соответствии с требованиями п. 3 ст. 424 ГК и с учетом фактически совершенных исполнителем дей­ствий или деятельности.

1.6. Туристско-экскурсионные услуга

Этот вид возмездного оказания услуг урегулирован наряду с общими нормами гл. 39 ГК также нормами специального закона [Федеральный закон от 24 ноября 1996 г. «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон об осно­вах туристской деятельности)]. Согласно ст. 9 Закона об основах туристской деятельности формирование туристского продукта осу­ществляется на основе конкретного заказа туриста или лица, уполномоченного представлять группу туристов, представляемого туроператору, который оформляется в письменной форме как соглашение, имеющее характер предварительного договора. Продви­жение же туристского продукта осуществляют туроператор и тур-агент. При этом, если письменная информация о туристском про­дукте содержит все существенные условия договора, предусмот­ренные ГК, а также рассматриваемым Законом, и оформлена как предложение, из которого усматривается воля туроператора или турагента заключить договор на указанных в предложении услови­ях с любым, кто отзовется, такое предложение признается офер­той (публичная оферта). В соответствии со ст. 10 Закона об основах туристской деятельности реализация туристского продукта осуще­ствляется на основании договора. Договор заключается в письменной форме и должен соответствовать законодательству Российс­кой Федерации, в том числе законодательству в области защиты прав потребителей.

При этом конкретные условия путешествия, розничная цена туристского продукта указываются в туристской путевке, выдава­емой туристу туроператором или турагентом. Туристская путевка является письменным акцептом оферты туроператора или турагента на продажу туристского продукта и неотъемлемой частью догово­ра. Вместе с тем согласно ст. 1 этого же Закона туристская путевка является документом, подтверждающим факт передачи турист­ского продукта.

Таким образом, по тексту данного Закона туристский продукт реализуется туристу по договору розничной купли-продажи на ос­нове конкретного заказа туриста или лица, уполномоченного пред­ставлять группу туристов, предоставляемого туроператору, кото­рый оформляется в письменной форме как соглашение, имеющее характер предварительного договора. Такой договор должен заклю­чаться в письменной форме и содержать все существенные усло­вия, перечисленные в ст. 10 Закона об основах туристской деятель­ности. Кроме того, турист должен иметь еще и туристский ваучер, представляющий собой документ, устанавливающий право тури­ста на услуги, входящие в состав тура, и одновременно подтвер­ждающий факт их оказания. Рассмотренные положения вряд ли поддаются сколько-нибудь серьезному анализу из-за их полной не­вразумительности и несуразицы. Они находятся в противоречии с положениями как общих норм гражданского права об обязатель­ствах и договорах, так и гл. 39 ГК. В связи с этим статьи Закона об основах туристской деятельности, регулирующие договорные от­ношения об оказании туристско-экскурсионных услуг, не подле­жат применению (п. 2 ст. 3 ГК)-.

1.7. Услуги общественного питания

Согласно Правилам оказания услуг общественного питания, утвержденным постановлением Правительства РФ от 15 августа 1997 г. № 1036, услуги общественного питания оказываются в ре­сторанах, кафе, барах, столовых, закусочных и других местах общественного питания, типы которых, а для ресторанов и баров так­же их классы (люкс, высший, первый), определяются исполните­лем в соответствии с государственным стандартом.

Исполнителю при оказании услуг общественного питания предо­ставляется право самостоятельно устанавливать в местах оказания услуг правила поведения для потребителей, не противоречащие законода­тельству Российской Федерации, в том числе: ограничение курения, запрещение нахождения в верхней одежде и др., а также определять перечень оказываемых услуг в сфере общественного питания. Вместе с тем он должен иметь ассортиментный перечень производимой им продукции общественного питания, соответствующий обязательным требованиям нормативных документов. Следует иметь в виду, что наряду с услугами общественного питания в рассматриваемой сфере самое широкое распростране­ние имеет изготовление и продажа полуфабрикатов продуктов питания, а также готовых блюд. В этих случаях к отношениям, воз­никающим между исполнителем и заказчиком, применяются пра­вила продажи отдельных видов продовольственных и непродоволь­ственных товаров.

При предварительном заказе услуг общественного питания фор­мой договора может выступать заказ, квитанция и т. д., содержа­щие необходимые сведения.

Глава 2. Правовое регулирование отношений возникших при оказании услуг.

Глава 3. Практика применения законодательства в сфере оказания услуг.

3.1 Консультационные услуги в сфере инжиринга, аудита и правовых услуг.

Актуальность исследования вопросов, связанных с возмездным оказанием консультационных услуг не вы­зывает сомнений. Судебная практика отражает возрас­тающую роль консультационных услуг, оказываемых субъектам предпринимательской деятельности, в систе­ме правоотношений, характеризующих современное экономическое пространство России.

Законодатель, не раскрывая понятия «консульта­ция», оперирует этим термином в ряде нормативно-пра­вовых актов. Пункт 6 ст. 1 закона об аудите определяет виды консультационных услуг, относящиеся к разре­шенным видам деятельности аудиторских организаций. В свою очередь, закон об адвокатуре устанавливает по­рядок разграничения адвокатской деятельности и иных правовых услуг, оказываемых в форме консультаций.

Оказание сопутствую­щих аудиту услуг — это предпринимательская деятель­ность по оказанию услуг, в том числе услуг консультаци­онного характера в сфере финансов, экономики, управ­ления, права и т.д.

Практика показывает, что наибольшее количество вопросов, поступающих к аудиторам, связано с консуль­тированием по вопросам налогового планирования, бух­галтерского сопровождения в виде дачи консультаций по вопросам ведения, постановки и восстановления бух­учета, анализа финансового состояния предприятия и индивидуального предпринимателя, консультации по правовым вопросам и другими видами правового кон­сультирования в части применения отдельных положе­ний законодательства. Спорным в юридической литературе является воп­рос о соотношении понятий «консультация (консал­тинг)» и «инжиниринг». Следует отметить, что существу­ют различные подходы к определению понятия «инжи­ниринг». Рассмотрим несколько определений, предлага­емых в литературных источниках.

Несомненный интерес представляет подход авто­ров к рассмотрению инжиниринга как совокупности интеллектуальных видов деятельности, направленных на получение наилучших (оптимальных) результатов от капиталовложений или иных затрат связанных с реали­зацией проектов различного назначения, за счет рацио­нального подбора и эффективного использования мате­риальных, трудовых, технологических и финансовых ресурсов, а также методов организации и управления на основе научно-технических достижений и с учетом кон­кретных условий и фактов осуществляемых проектов.

Учитывая особенности, характеризующие инжини­ринг, следует согласиться с последней точкой зрения ав­торов и сделать вывод, что понятие «инжиниринг» более широкое, чем инженерный консалтинг, и включает в себя собственно инжиниринг и инженерно-консульта­ционные услуги (инженерный консалтинг).(8)

Отдельно следует остановиться на вопросе предос­тавления консультаций при оказании юридических и правовых услуг, выделяемых отдельными авторам.

Согласно общероссийскому классификатору услуг населению к правовым услугам относятся: устные со­веты по правовым вопросам, поручения по ведению дел на предварительном следствии, ведение уголовных дел в судах первой, кассационной и надзорной инстанции, ведение административных дел, посещение лица, со­держащегося в местах лишения свободы, вызов адвока­та на дом, поручения по гражданским делам в судах пер­вой, кассационной и надзорной инстанций, досудебная подготовка гражданских дел, представительство интере­сов граждан в государственных органах, учреждениях и организациях, а также предоставление правовой инфор­мации с программным обеспечением в виде проблемно-ориентированных баз данных, обеспечение ежемесяч­ными перечнями нормативных актов, предоставление копий полных текстов нормативных актов. К правовым услугам следует относить также: юридический консал­тинг по всем отраслям права, правовую работу по обес­печению хозяйственной и иной деятельности предприя­тий, учреждений и организаций любой организационно-правовой формы, правовую экспертизу учредительных и иных документов юридических лиц, подбор и система­тизацию нормативных актов, составление справочников по юридическим вопросам, научно-исследовательскую работу в области права и т.д. Представленный перечень означает, что официальный документ не делает разгра­ничения понятий юридических и правовых услуг, а счи­тает их равнозначными.

Таким образом, к правовым услугам следует относить письменные консультации и разъяснения по юридичес­ким вопросам, составление проектов договоров, заявле­ний, жалоб и других документов правового характера. (8)

3.2. Правовое регулирование договора оказания услуг по передаче тепловой энергии

Задачами настоящей работы являются определе­ние правовой природы договора, опосредующего пра­воотношения, связанные с передачей тепловой энер­гии, обобщение соответствующей судебной практики и внесение предложений по применению действую­щего законодательства при разрешении споров с уча­стием организаций — владельцев теплосетей, по кото­рым передается энергия. Исследование проводится в рамках норм действующего законодательства, ведом­ственных актов о теплоснабжении и судебной практи­ки, согласно которым договор оказания услуг по пере­даче энергии может заключаться как между энерго-снабжающей организацией (далее — ЭСО) и органи­зацией, оказывающей услуги по передаче энергии (да­лее — организация, передающая энергию, ОПЭ), так и между ОПЭ и абонентом (далее контрагента ОПЭ бу­дем именовать потребителем в отличие от абонента как контрагента ЭСО).

Прослеживается следующая тенденция: если в 2000—2001 гг. суды ква­лифицировали договор о передаче энергии как дого­вор возмездного оказания услуг', то в 2002—2003 гг. из 11 рассмотренных дел в случаях признано, что пере­дача энергии не является энергоснабжением, а в 8 случаях стороны и суды руководствовались правовы­ми нормами об энергоснабжении, а также нормами Общей части ГК РФ и антимонопольным законодатель­ством (за 2004 г. в СПС «Гарант» материалов по дан­ной категории дел не обнаружено).

Если даже считать лицензирование деятельности по передачи энергии обязательным для любого лица по сети которого транспортируется энергия, договора, заключенный при отсутствии лицензии действителен, пока суд не признает иное как оспаривая сделка. Практически невероятна и возможность обращения с иском по такому договору управомоченных лиц, указанных в ст.173 ГК РФ. С точки зрения закона полагаем, что простой владелец сетей не обязан и не в праве получить лицензию на передачу энергии. Можно уверенно утверждать, что если организация даже обладающая общей правоспособностью, не говоря об унитарных предприятиях, не создана специально для деятельности по энергоснабжению, не имеет подготовленного персонала и такой вид деятельности не отражен в ее учредительных документах, то в силу различных подзаконных актов лицензия ей и не может быть выдана.

Уполномоченный орган по установлению тарифа на услуги по передаче тепловой энергии нормативно не определен6. На практике размер оплаты услуг по передаче тепловой энергии для ОПЭ, не являющегося энергоснабжающей организацией, устанавливается договором с потребителем, а если стороны не пришли к согласию по размеру оплаты, — РЭК. Если плата за оказание услуг по передаче энергии является договор­ной, то все же целесообразно согласовать или утвер­дить в РЭК или ином компетентном органе калькуля­цию к договору.(14)

Что касается обязанности ОПЭ, не являющегося ЭСО, заключить договор передачи энергии с присоеди­ненным к ее сетям потребителем, полагаем, следуя ч. 2 п. 1 ст. 421 ГК РФ, что ни ГК РФ, ни законом заключение такого договора в обязательном порядке не предусмот­рено. Договор передачи энергии не входит в определен­ный законодателем перечень публичных договоров. Положения о том, что договор передачи энер­гии является договором оказания услуг, а не договором энергоснабжения, и не носит публичного характера, четко выражены в мотивировочной части Постановле­ния ФАС СЗО от 7 февраля 2002 г. № А56-23786/01. Антимонопольным законодательством обязательность для ОПЭ заключения такого договора также не установ­лена, поскольку весьма спорна возможность не имею­щей статуса энергоснабжающей организации зани­мать доминирующее положение на соответствующем товарном рынке.

Таким образом, договор с участием владельца участка теплосе­тей, предметом которого является передача тепловой энергии и теплоносителя, по правовой природе являет­ся договором возмездного оказания услуг по передаче энергии с элементами договора энергоснабжения и, возможно, элементами договора подряда. Соответ­ственно признание договора незаключенным возмож­но, помимо общих оснований для договоров возмезд­ного оказания услуг, при несогласовании сторонами либо отсутствии в договоре существенных условий до­говора энергоснабжения — полностью или частично в зависимости от субъектов и содержания конкретного договора. (14)

3.3. Некоторые проблемы применения административной ответственности за нарушение порядка размещения заказа на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных или муниципальных нужд членами конкурсной или аукционной комиссий

Со вступлением в силу Федерального закона от 21 июля 2005 г. «О закупках товаров для государствен­ных и муниципальных нужд» (далее — Федераль­ный закон о закупках) начался новый этап развития системы государственных и муниципальных заку­пок, организация которой призвана способствовать экономии бюджетных средств, а также предотвраще­нию коррупции в рассматриваемой сфере. Венцом законодательной политики в этом направлении ста­ло принятие Федерального закона «О внесении из­менений в некоторые законодательные акты Россий­ской Федерации и признании утратившими силу от­дельных положений законодательных актов Россий­ской Федерации в связи с принятием Федерального закона от 2 февраля 2006 г. «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд». Этим законом в Особенную часть Кодекса об адми­нистративных правонарушениях РФ были включе­ны четыре статьи, предусматривающие ответствен­ность за различные нарушения законодательства в сфере государственных и муниципальных закупок.

Объектом нарушения порядка размещения за­каза на поставки товаров, выполнение работ, оказа­ние услуг для государственных или муниципальных нужд членами конкурсной или аукционной комис­сий, как, собственно, и других правонарушений в сфере размещения заказов, является собственность (это следует из размещения ст. 7.30 КоАП РФ в гла­ве седьмой Кодекса), что весьма спорно. В диспозиции названной статьи не говорится об ущербе соб­ственнику в лице государства, юридических или физических лиц.

Определенное в КоАП РФ место для «Наруше­ния порядка размещения заказа на поставки това­ров, выполнение работ, оказание услуг для государ­ственных и муниципальных нужд» и статей о других правонарушениях в сфере размещения заказа не учитывает общие положения Бюджетного кодекса РФ от 31 июля 1998 г.4 о том, что отношения, возни­кающие между субъектами бюджетных правоотно­шений в процессе формирования доходов и осуще­ствления расходов бюджетов всех уровней бюджет­ной системы Российской Федерации и бюджетов государственных внебюджетных фондов относятся к бюджетным правоотношениям (ч. 1 ст. 1). Таким образом, расходы по государственным и муниципальным закупкам относятся к расходам бюджета, которые осуществляются в рамках бюд­жетных правоотношений. Соответственно при на­личии в нормативном правовом акте структурной единицы, охватывающей охранительные финансо­вые нормы, именно в нее как наиболее близкую бюджетным нормам должны быть включены поло­жения об ответственности за нарушение порядка размещения заказа на поставки товаров, выполне­ние работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд.(13)

Нельзя не обратить внимания и на санкцию ч. 2 ст. 7.30 КоАП РФ. Она носит абсолютно-опреде­ленный характер, предусматривая наложение административного штрафа в размере двадцати пяти МРОТ. Введение такой жесткой санкции сомни­тельно в силу нескольких причин.

Прежде всего она не учитывает то обстоятель­ство, что в комиссию входят не менее пяти человек, которые могут представлять как заказчика, уполно­моченный орган, так и третьих лиц; комиссию воз­главляет председатель (п. 2, 3 ст. 7 Федерального за­кона о закупках). Несмотря на то что комиссия пра­вомочна осуществлять свои функции, если на ее за­седании присутствует не менее чем пятьдесят про­центов общего числа ее членов (п. 10 ст. 7 Федераль­ного закона о закупках), более чем вероятна ситуа­ция, когда одинаковое административное наказа­ние будет применено к лицам, имеющим вне ко­миссии различный статус. Такое уравнивание пра­вового положения членов конкурсной и аукцион­ной комиссий в контексте размера назначаемого штрафа входит в определенное противоречие с не­обходимостью учитывать личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягча­ющие административную ответственность, и обсто­ятельства, отягчающие административную ответ­ственность, что закреплена в ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ.(13)

3.4 О возможности правового регулирования деятельности по оказанию оккультных услуг

Технический прогресс и разви­тие цивилизации не приводят к су­щественному качественному изме­нению человеческой психики и меж­личностных отношений. Мы влюбля­емся, страдаем, переживаем, хо­тим узнать свою судьбу и повлиять на нее. Сейчас, как и тысячи лет на­зад, невозможно узнать и изменить свое будущее даже при помощи самых мощных компьютеров. А че­ловек желает знать и управлять своей судьбой. Поэтому он идет к народным целителям, гадалкам, магам, отдает деньги за приворо­ты, гадания, снятия порчи и про­чую «помощь».

Действительно, на сегодняшний день российское законодательство напрямую не предусматривает ни­какой ответственности за подобные виды «услуг». Единственным исклю­чением являлся закон Краснодар­ского края от 6 апреля 1999 г. № 169-КЗ «Об административной ответ­ственности», в котором была пре­дусмотрена административная от­ветственность за нарушение обще­ственного порядка, «выразившаяся в приставании к гражданам с целью гадания, попрошайничества».(12)

Как юридически квалифицировать различные магические воздействия (привороты, отвороты, снятие порчи и т. д.)? Что это: возмездное оказание услуг, один из видов договоров, предусмотренных ГК РФ, или мошенничество, т. е. уголовно наказуемое деяние?

Следует выяснить, что являет­ся предметом договора оказания

оккультных услуг. Оккультизм — система суеверных представлений о таинственных силах и сверхъес­тественных свойствах природы, доступных якобы познанию «из­бранных», «посвященных». К ок­культизму относится магия, теосо­фия, спиритизм. Магия— чародейство, волшебство, колдов­ство, целительство. С магией свя­заны всевозможные суеверия и раз­нообразные обряды, приметы, га­дания, заклинания, «чудеса», при­вороты. Соответственно, оккульт­ные услуги — услуги по оказанию различных магических воздействий.

Таким образом, можно выявить одно из главных свойств услуги — неустойчивость ее качества (то, что нельзя исчислить). Это свой­ство проявляется в особенностях, специфических чертах, явлениях, а уровень качества есть целый ряд свойств, делающих явление цен­ным, значимым. Следовательно, уровень качества должен опреде­ляться набором признаков выпол­няемой операции. Как определить те признаки и требования, кото­рым дблжна отвечать операция, чтобы быть качественной услугой?

Проблема определения качества получаемой услуги — вопрос перво­степенной важности. Он встает и в договорах, предусмотренных ГК РФ (например, медицинские, юридиче­ские услуги, услуги по обучению), так как результат от услуги в таких областях зависит непосредственно от заказчика и самой ситуации. Напри­мер, полезный эффект услуг репе­титора существенно зависит от спо­собностей ученика. А выигрыш адво­катом порученного дела зависит не только от его квалификации и доб­росовестности, но и от сложности дела, а также от других существую­щих обстоятельств.

Невозможность определения ка­чества оккультной услуги (т. е. дей­ствия приворота) связана не толь­ко с «непрофессионализмом» испол­нителя, но и с личностью заказчи­ка, а также с объектом воздей­ствия. К тому же при оказании при­воротной услуги есть большая веро­ятность наступления положительно­го результата не вследствие ка­ких-либо магических воздействий, а по счастливой случайности. Чело­век после посещения магов обрета­ет больше уверенности, что у него все получится, и это играет поло­жительную роль (в медицине это называют «эффектом плацебо»).

В то же время исполнитель, ока­зывая заказчику услуги, не отве­чает за ожидаемый результат. Исполнитель оказывает заказчику услуги не на свой риск.

Оказания ок­культных услуг может быть добровольном — следует также рассмотреть вопрос о возможности привлечения таких чародеев к уголовной ответственно­сти. Как правило, большая часть услуг оказывается на частных квар­тирах без соответствующей регис­трации своей деятельности. Поэто­му можно подумать о возможнос­ти применения ст. 171 УК РФ — незаконное предпринимательство. Кроме того, услуги такого рода оказываются в специальных цент­рах, не имеющих на это, как пра­вило, собственной лицензии. Вопрос о том, является ли такая деятель­ность предпринимательской, оста­ется открытым.

Таким образом, условно можно выделить два вида оказания ок­культных услуг:

— уличные, насильно и незакон­но навязываемые услуги, которые можно квалифицировать как мо­шенничество (ст. 159 УК РФ);

— добровольные, основанные на договоре возмездного оказания ус­луг, за качество которых исполни­тель (маг) не отвечает.

Считаем, что запрет на оказание оккультных услуг — не выход из сложившейся ситуации. Во-первых, поход к гадалке для русского че­ловека можно сопоставить с похо­дом к психологу или психотерапев­ту. Во-вторых, этот запрет не бу­дет соблюдаться в столь строгой форме. Крайне сложно на практи­ке осуществить подобный запрет, что приведет к криминализации и без того сомнительного бизнеса. Наиболее целесообразна, на наш взгляд, легализация оккультных услуг с одновременным введением обязательного лицензирования их деятельности и контролем со сто­роны государственных органов. Оче­видно, что определение качества оказываемых оккультных услуг, а также магических способностей са­мого колдуна представляется мало осуществимым. Однако государство может оградить граждан от возмож­ного причинения вреда путем при­влечения к работе в данной сфере лишь профессиональных психологов и психотерапевтов, а также обязательной медико-психологической экспертизы состояния самого «мага».(12)

3.4 Вопросу о природе социальных услуг

Проводимые в настоящее время реформирование социальной сфе­ры, реализация приоритетных на­циональных проектов в образова­нии, здравоохранении, жилищной политике и сельском хозяйстве направлены на повышение качества жизни граждан Российской Феде­рации. Одним из признаков высоко­го качества жизни в цивилизован­ных государствах является возмож­ность граждан пользоваться систе­мой разнообразных услуг: инфор­мационных, правовых, транспорт­ных, культурных, образователь­ных, медицинских и т. д.

Социальные услуги являются не­отъемлемым атрибутом современного социального государства. Зна­чение этого явления приводит как к выделению самостоятельного эта­па в развитии социального государ­ства — государства социальных услуг, так и к рассмотрению функции по оказа­нию социальных услуг в качестве одной из сторон социальной дея­тельности современного государ­ства.(11)

В современных условиях особую социальную направленность имеют образование, медицинские услуги, социальное обеспечение. К сожале­нию, в ряде исследований сущ­ность социального государства зна­чительно сужается и социальные услуги рассматриваются исключи­тельно с точки зрения потребнос­тей социально незащищенных об­щественных групп. Между тем в условиях постиндустриального об­щества эти услуги важны не толь­ко для беднейших слоев населения, но для большей части общества. Цель этих услуг — содействие, а иногда и непосредственное обеспе­чение человеку достойной жизни и свободного развития.

В ряде имеющихся исследований по проблемам юридической природы социальных услуг в качестве критерия, позволяющего отграни­чить социальные услуги от иных публичных услуг, используется сфе­ра жизни общества, в рамках ко­торой происходит их реализация.

Публичный коллективный поря­док предоставления социальных услуг отмечается также некоторы­ми судьями Европейского Суда по правам человека, хотя решения Суда в большинстве своем исходят из преобладания частноправового регулирования над публично-пра­вовым в отношениях по социально­му страхованию, где также имеют место социальные услуги.

К признакам социальных услуг следует относить и то, что условия договора по предоставлению соци­альных услуг, а также обязанность сторон вступить в договор предус­мотрены нормативными правовыми актами и полностью исключают сво­боду договора13.

Особые финансовые условия и иные гарантии доступности этих услуг, которые обеспечивает госу­дарство, и именно оно — также черта, отличающая социальные услуги от иных публичных услуг.

Признаком социальных услуг яв­ляется и тот факт, что они регу­лируются нормами специальных за­конов, не имеющих «прописки» в гражданском законодательстве, а образующих особый блок законода­тельства — социальное законода­тельство, в рамках которого мож­но объединить законодательство об образовании, здравоохранении, культуре, частично жилищное и семейное законодательство, трудо­вое законодательство и законода­тельство о социальном обеспече­нии.

Следующий признак — преобла­дание императивного метода регу­лирования, характерного для пуб­личного права, над диспозитивным, характерным для частного права18. Использование императивного ме­тода привело, в частности, к тому, что ряд социальных услуг непосред­ственно вытекают из системы обя­зательного социального страхова­ния и обязательного медицинского страхования (медицинская помощь в рамках программ ОМС).

Полагаем, что к числу признаков следует отнести и принятие госу­дарством (или иными публичными структурами, например, местным самоуправлением) на себя ответ­ственности (полной или частичной) за социальные услуги.

Право граждан на доступность необходимых благ и услуг предпо­лагает, что в условиях техногенно­го общества, когда значительно возрастает зависимость человека от системы этих благ и услуг, необхо­димо не только участие государ­ства в создании, расширении и со­вершенствовании этой системы, но и вмешательство в процесс получе­ния, пользования теми или иными достижениями цивилизации. Пункты 3 и 6 Декларации об использова­нии научно-технического прогресса в интересах мира и на благо чело­вечества призывают: «Все государ­ства должны принимать меры, на­правленные на то, чтобы достиже­ния науки и техники служили це­лям удовлетворения материальных и духовных потребностей всех сло­ев населения». В подобном духе вы­держана и ст. 17 Декларации соци­ального прогресса и развития.(11)

Социальное обслуживание, вклю­чающее в себя совокупность соответствующих услуг, выступает в роли одного из тех «способов, при помощи которых создаются условия для удовлетворения социально-при­оритетных потребностей, исходя из интересов общества». Будучи сред­ством наиболее полной интеграции человека в общественную жизнь посредством пользования услугами современной инфраструктуры и до­стижениями цивилизации, право на обслуживание, как уже указы­валось, не соответствует возраста­нию доли потребления социальных услуг.

Доступность услуг — это их важ­нейшая характеристика, особенно актуальная для социальных услуг в России. На доступность услуг вли­яет множество факторов, среди них: географический фактор, эко­номический, культурный, органи­зационный, фактор социальной при­надлежности. В связи с этим пола­гаем, что правовое регулирование в сфере социальных услуг, наря­ду с имеющей место тенденцией по их стандартизации, должно со­здать дополнительные гарантии доступности тех услуг, которые непосредственным образом связаны с реализацией социальных и культурных прав, закрепленных в Кон­ституции Российской Федерации.(11)

3.5. Расходы арендатора на коммунальные услуги

Большинство российских организаций либо арендуют помещение для офиса, ли­бо сдают его в аренду. Ранее арендовать помещения можно было лишь у государ­ственных или муниципальных структур. В настоящее время недвижимость стала предметом инвестиций, сдачей в аренду помещений занимается немало коммерче­ских фирм. Они диктуют свои условия за­ключения договоров и оплаты, и арендато­ры вынуждены соглашаться.

Единственный акт, на который следует ориентироваться при анализе текста дого­вора аренды, — это ГК РФ.

Арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соот­ветствующем условиям договора аренды и назначению этого имущества (п. 1 ст. 611 ГК РФ). Это означает, что, например, арен­дуемое помещение должно сдаваться в аренду в пригодном для ведения конкрет­ного бизнеса состоянии — с освещением, отоплением, водоснабжением и т. д.

За пользование помещением аренда­тор вносит арендную плату, порядок, условия и сроки перечисления которой определяются, как правило, договором. Установление арендной платы подробно регулируется ст. 614 ГК РФ. Так, арендная плата обычно имеет вид определенных в твердой сумме платежей и включает пре­доставление арендатором определенных услуг. Размер ее допустимо изменять по соглашению сторон в сроки, предусмот­ренные договором, но не чаще одного раза в год. Законом могут быть предусмо­трены иные минимальные сроки пересмо­тра величины арендной платы.

Существуют три наиболее популярных способа оплаты коммунальных услуг при аренде недвижимости.(10)

В первом случае арендатор с согласия арендодателя самостоятельно заключает договор с коммунальными службами и рас­считывается непосредственно с ними.

Во втором — арендатор платит аренд­ную плату, в которую включены «комму­нальные» расходы.

В третьем — арендодатель, получив счета от коммунальных служб, перевыстав­ляет их на имя арендатора в части потреб­ленных им услуг.

Самый удобный способ для обеих сто­рон, когда арендатор напрямую заключает договор с коммунальными службами и само­стоятельно рассчитывается со снабжающей организацией. В этом случае коммунальщи­ки выставляют счета непосредственно арен­датору, а он оплачивает их и принимает НДС к вычету. Учесть для прибыли данные затра­ты можно как экономически обоснованные.

Однако заключить отдельный договор можно, как правило, при долгосрочной аренде целого здания на длительный срок. Оформление отдельных присоединений — процесс сложный и поэтому при небольшом сроке аренды (менее 7—10 лет) нецелесо­образный. Коммунальные службы почти всегда отказывают арендаторам в заключе­нии отдельного договора даже при наличии у них отдельных приборов для учета потреб­ляемых услуг, так как предпочитают иметь дело с собственником помещений.

Если коммунальные платежи включены в арендную плату, то арендодатель выставля­ет арендатору к оплате счет с единой фик­сированной суммой, включающей арендную плату и коммунальные платежи. Единствен­ным неудобством является то, что размер арендной платы не может меняться чаще одного раза в год.

Однако в п. 11 Обзора практики разреше­ния споров, связанных с арендой (далее — Обзор) ВАС РФ разъяснил, что в течение года должно оставаться неизменным усло­вие договора, предусматривающее твер­дый размер арендной платы либо порядок (механизм) ее исчисления. Поэтому в дого­воре можно предусмотреть, что арендная плата состоит из двух составляющих: постоянной (непосредственно арендной платы) и переменной (суммы коммуналь­ных платежей, вносимых арендодателем поставщикам коммунальных услуг в поль­зу арендатора). Окончательный размер арендной платы будет каждый месяц опре­деляться расчетным путем с расшифров­кой составляющих в счете, направляемом арендатору. При таком механизме исчис­ления арендной платы вся сумма будет яв­ляться именно арендной платой.

Если арендодатель применяет общий налоговый режим и не освобожден от обя­занностей плательщика НДС, он обязан выставлять нанимателю счета-фактуры по облагаемым НДС операциям. При такой формулировке арендной платы арендода­тель должен выставлять один счет-фактуру на сумму арендных платежей. В нем указы­вается общая сумма арендной платы, включающая постоянную часть (аренд­ную плату) и переменную (коммунальные платежи).

Допустимо рассчитывать коэффициент исходя из мощности подключенных элект­роприборов. Но такой способ применяется редко, так как он довольно трудоемок, по­скольку необходимо учесть мощность каж­дого электроприбора в соответствии с его техническими показателями и специально фиксировать время его работы. В любом случае механизм расчета должен быть ука­зан в договоре.

Если коммунальные платежи оплачи­ваются арендаторами отдельно, сверх арендной платы, то арендодатель внача­ле получает от поставщиков коммуналь­ных услуг (с которыми у него установлены договорные отношения) счета за весь по­требленный обьем. Затем арендодатель взимает с арендатора приходящуюся на его долю часть затрат по коммунальным платежам.

Некоторые эксперты приводят форму­лировку п. 12 Обзора о том, что возложе­ние на арендатора оплаты коммунальных услуг не может рассматриваться как фор­ма арендной платы. Обращаем внимание на то, что в данном пункте Обзора была рассмотрена конкретная проблема, когда арендная плата отсутствовала и вместо нее арендатором выплачивались только коммунальные платежи. Суд решил, что отсутствие арендной платы ведет к тому, что арендодатель не получает никакого возмещения за пользование зданием, а оплата арендатором коммунальных услуг сама по себе не означает возмездное™ договора аренды. Поэтому ссылаться при рассмотрении вопроса о коммунальных платежах на указанный пример, полагаем, неправомерно.

Требование об оплате коммунальных услуг, затрат на услуги связи, электроэнер­гию и т. п., предъявляемое арендодателем арендатору, до недавнего времени не вы­зывало проблем ни у одной из сторон. Минфин РФ рассматривал этот порядок как механизм компенсации расходов арендодателя.(10)

3.6. Правовые аспекты развития рынка страховых

услуг в условиях рыночных преобразований

в Российской Федерации

На рубеже веков в РФ стра­хование привлекает все больше внимания законо­дательной и исполнительной властей. Страховая деятельность способствует бюджетному наполне­нию через использование налогового механизма и вместе с тем снижает бюджетные расходы на покры­тие имущественных потерь, возникших в результате стихийных бедствий, техногенных катастроф и чрезвычайных событий. В этой связи страхование становится важным сегментом формирующейся рыночной экономики.

Отрицательно сказывается на становлении рынка страховых услуг отсутствие стимулирования широкомасштабных слоев населения к использова­нию возможностей страхового механизма защиты нарушенных имущественных интересов.

Формирование страхового рынка носит в значи­тельной мере стихийный характер, и во многих слу­чаях защита прав и интересов страхователей не обеспечена должным образом, что приводит к не­доверию граждан к страховым организациям. По данным социологического исследования о причи­нах отсутствия страхового интереса, респондентами были названы основные препятствия, сдерживаю­щие развитие страхования в России. Главным отри­цательным фактором оказалось недоверие к страхо­вым организациям. Среди других — высокие стра­ховые взносы (страховые премии), отсутствие фи­нансовых возможностей страхователей — различ­ных слоев населения.(9)

Невысоким остается не только интерес населе­ния к страхованию, но и коммерческих структур. Как отмечается в литературе, «в российской деловой практике отсутствие страховой защиты у любой коммерческой фирмы очень незначительно влияет на отношения с партнерами по бизнесу. Ссылки на отсутствие страховой культуры и укоренившихся традиций к страхованию выглядят малоубедитель­ными. Скорее, причина кроется в отсутствии эко­номического интереса к страхованию, при наличии довольно размытой правовой базы, регулирующей хозяйственный оборот».

Страхование становится необходимым элемен­том социально-экономической системы общества, обеспечивающим защиту имущественных интересов граждан, организаций и государства. Оно обеспечи­вает гарантии восстановления имущественного по­ложения субъектов, существовавшего до воздействия вредоносных факторов, оказывает положительное влияние на укрепление финансов страны. Являясь средством освобождения бюджета от непредвиден­ных и значительных по объему расходов на заглажи­вание вреда, вызванного страховыми событиями, страхование выступает устойчивым источником дол­госрочных инвестиций. Все это предопределяет стратегическую направляющую развития страхова­ния в условиях рыночного ведения хозяйства.

Направления развития страхования в России становятся более определенными, целенаправлен­ными и эффективными. Проблемы страхования ак­туализируются в связи с вступлением в силу Согла­шения о партнерстве и сотрудничестве между Рос­сийской Федерацией и Европейским Союзом, предстоящим вступлением нашего государства во Всемирную торговую организацию.

Основными задачами по развитию страхового дела в России Концепция называет формирование законодательной базы страховых услуг; развитие обязательного и добровольного видов страхования; создание эффективного механизма государственно­го регулирования и надзора за страховой деятельно­стью; стимулирование перевода сбережений насе­ления в долгосрочные инвестиции с использовани­ем механизмов долгосрочного страхования жизни; поэтапная интеграция национальной системы страхования с международным страховым рынком.

Потребности экономики обусловили не только формирование независимых страховых обществ, их союзов, ассоциаций и других форм объединений страховых организаций, но и развития таких новых, ранее не применявшихся в нашей стране нетради­ционных видов страхования, как страхование пред­принимательского риска, страхование ответствен­ности. Объективная основа развития страхового рынка — необходимость обеспечения непрерывности процесса воспроизводства путем предоставле­ния денежной помощи потерпевшим в случае не­предвиденных, неблагоприятных обстоятельств. На основе анализа отечественного и зарубежного опыта страховой деятельности проводятся марке­тинговые исследования конъюнктуры рынка стра­ховых услуг, что дает возможность определить перс­пективные направления и тенденции их развития и развития страхового сервиса в стране.

Перспективы развития российского страхового рынка находят отражение не только в программных документах, не имеющих непосредственно регулятивно-нормативный характер, но и в нормативно-правовых актах. В последней редакции Закона РФ «Об организации страхового дела в Российской Фе­дерации» уточнены цели и задачи организации страхового дела. В качестве цели названо обеспече­ние защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, государства, а также публично-правовых территориальных образований РФ при наступлении страховых событий. Что же касается задач, то закон формулирует их как «проведение единой государственной политики в сфере страхо­вания; установление принципов страхования и формирования механизмов страхования, обеспечи­вающих экономическую безопасность граждан и хо­зяйствующих субъектов на территории Российской Федерации» (п. 1 ст. 3 закона). Примечательно, что ранее законодательно не определялись цели и зада­чи в области страхования и в качестве субъектов, обеспечиваемых страховой защитой, не назывались публично-правовые территориальные образова­ния.

Анализ программных и нормативно-правовых актов последнего периода позволяет сделать выво­ды о заметном повышении интереса и востребова­нии института страхования со стороны государства. Четко наметилась тенденция к расширению и раз­витию рынка страховых услуг за счет появления но­вых страховых организаций, укрепления их финан­совой устойчивости, внедрения таких видов обяза­тельного страхования, как страхование гражданско-правовой ответственности автовладельцев, вкладов населения в кредитно-расчетные учреждения. В по­вестке дня: страхование жилых помещений, пере­возки опасных грузов, объектов производственного назначения.(9)