регистрация / вход

Тоталитарное государство понятие сущности и специфические черты

МИНИСТЕРСТВО ОБРАОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Московский открытый юридический институт УРСОВАЯ РАБОТА по учебной дисциплине Теория государства и права

МИНИСТЕРСТВО ОБРАОВАНИЯ И НАУКИ

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Московский открытый юридический институт

К УРСОВАЯ РАБОТА

по учебной дисциплине

Теория государства и права

Тема: ” Тоталитарно е государство понятие сущности и специфические черты”

Самодай Алексей Николаевич(№44566)

Факультет-Юридический

Специальность-Юриспруденция

Москва

2008

Введение. По своему происхождению человек как биологический вид — об­щественноесущество. Люди жили сообществами, которые соответст­вовали их глубиннымсоциальным инстинктам взаимопомощи, рода­ми, племенами, общинами и ихобъединениями. Труд, быт и иная деятельность человека на протяжениитысячелетий определялись традициями и обычным правом, функциональные различиямежду членами общества носили временный характер и не сопровождалисьсоциальными привилегиями. Военные задачи и потребность в коор­динациихозяйственных усилий общин способствовали постепенной концентрации изакреплению властных функций в руках верхушки вождей и жрецов. Так сложиласьпостоянная власть, из которой 5-6 тысяч лет назад выросло государство —могущественная машина для обеспечения экономического и политическогогосподства над уг­нетенными массами.Государство стало не просто орудием экономически доминирующе­го класса; оноприобрело собственные интересы и цели. Выделившись из общества как внешняя,подавляющая и регулирующая сила, оно присвоило себе, в первую очередь,монополию на принятие общих решений и на применение насилия.В ходе исторического развития совершенствовались и механизмы государственноговоздействия, а полномочия властных аппаратов не­уклонно росли. В феодальнойЕвропе сохранялась автономия общин, союзов, цехов, ассоциаций, братств и т.д., государства мало вмеши­вались в их внутреннюю жизнь.Но по мере становления буржуазных отношений традиционные общественныеинституты оказались под двойным давлением — со стороны абсолютистской властии со сторо­ны растущего капитализма, поддерживаемого, поощряемого, а иногдадаже насаждаемого государством. В результате социальные связи, ос­нованные нанормах солидарности и взаимопомощи, подверглись размыванию и разрушению. Вдвадцатом веке государство во многих странах приобрело новое качество –полностью подчинять граждан своей воле и регулировать их поведение всоответствие со своими интересами.государства c таким режим взаимодействия собществом являются тоталитарными.

1.1 Признаки тоталитарно го режима,государства.

Первый признак - абсолютная концентрация власти , реализуемая через

механизмы государства и представляющая собой этатизм, то есть

вмешательство государства в экономическую и политическую жизнь страны,

возведенное в высшую степень. Такая концентрация власти с точки зрения

формы правления

непременно представляет собой автократию, для которой

характерны:

A. Соединение исполнительной и законодательной власти в одном лице

при фактическом отсутствии независимой судебной власти.

B. Принцип "вождизма", причем вождь харизматического, мистического типа.

Второй признак - однопартийная политическая система , не

допускающая никаких иных политических организаций. Такая политическая

система тесно связана с двумя моментами.

Во-первых, основой однопартийной политической системы обязательно

становится моностическая, господствующая идеология, исходящая

исключительно от правящей партии и не терпящая никакой оппозиции или

критики. В самой партии также поддерживается идейное единство.

Основным методом моностической идеологии является массовая

оболванивающая пропаганда, базирующаяся на социально -

классовой(СССР), расово - националистической (Германия) или религиозной

(Иран времен аятоллы Хомейни) демагогии. В годы консервации режима

руководящая роль партии была узаконена 6-й статьей конституции СССР.

Весь механизм власти был сведен к следующему:политические

структуры - это исключительная привилегия партийцев, во всех остальных

органах и учреждениях партийцы либо непосредственно хозяйничали, либо

держали управление под своим надзором.

Достаточно было центру провести заседание или опубликовать статью,

как мгновенно приводился в действие весь государственно-общественный

механизм. А чуть где сбой, партия и полиция в кратчайшие сроки устраняли

"неисправность"-отклонение от общего мнения.

В последующем подробнее будет рассмотрена коммунистическая

партия, находившаяся у власти как в Советском Союзе, так и в странах

Восточной Европы.

Коммунистическая партия партией особого типа являлась не только

потому, что была централизованна, по-армейски дисциплинированна,

стремилась к определенным целям и.т.п.

Между тем лишь в коммунистической партии идеологическое единство,

тождественность мировоззрений и взглядов были обязательны для всех без

исключения членов, хотя данный императив касался скорее головных

органов и высших инстанций партии. Тем, кто пониже, только формально

было вменено в обязанность соблюдать единство, "блюсти идейную чистоту

своих рядов"; их прямой задачей было выполнять решения. Однако и низы

должны были усваивать взгляды вождей.

Третий признак - общественно-политическое движение , составляющее

массовую социальную базу режима. К сожалению, в ранних концепциях

тоталитаризма практически не рассматривалась роль самого народа в

создании и функционировании тоталитарного режима.

Народные массы чаще выступали в облике несчастных жертв, бедных

непротивленцев, являющихся объектом приложения тоталитарных сил.

Некоторые исследователи советского тоталитаризма производят

искусственное разделение общества на отдельные части.

С одной стороны, лидер-диктатор во главе единственной массовой

политической партии, террористический полицейский контроль,

сверхцентрализованная система управления, а с другой - страдающий,

несчастный народ. Если первая часть буквально аккумулирует в себе

страшные черты тоталитаризма, то вторая часть общества находится как бы в

стороне, вызывая симпатии и даже любовь.

Известно, что в Германии и Италии установлению тоталитарных

режимов предшествовали массовые движения, участники которых

совершенно добровольно поддерживали и разделяли фашистскую

идеологию.

Сталинские репрессии по свидетельству очевидцев воспринимались

значительной частью населения сочувственно, на этот раз на режим работали

также пропаганда и террор.

Советский опыт свидетельствует, что тоталитаризм всегда имел

социальную опору в народе. Без нее он не мог бы так долго существовать и

видоизменяться. Документальные кадры: делегат от доярок надрывно кричит

и от имени колхоза имени Буденного требует смерти для "врагов народа".

Казалось, каждый колхоз, фабрика, парикмахерская, столовая должны

отметиться и потребовать "высшей меры"; лица требующих сменяются, но

слова поразительно похожи.

Из западных исследователей первой обратила внимание на фактор

общественно-политического движения Х.Арендт, которая считала, что

тоталитарные режимы возникают на его базе.

Какова же роль тоталитарного ОПД ?

В характере тоталитарного режима фактор ОПД занимает определяющее

место по следующим причинам.

Во-первых, именно через ОПД как социальную базу режима происходит

формирование в общественном сознании "тоталитарной идеи".

Во-вторых, через ОПД достигается всеохватывающий контроль над

всеми проявлениями общественной жизни, что и обеспечивает

осуществление тоталитарного господства власти.

В-третьих, через ОПД тоталитарный режим внедряет мифы в

общественное сознание, формирует позитивное отношение масс к

тоталитарному режиму, тотализирует массы изнутри, а всех несогласных,

неподдающихся уничтожают.

С ОПД связана также и атомизация общества.

Еще до прихода к власти тоталитарное движение строится на принципах

предельной атомизации своих членов; сначала достигается верность

движению, преобладание связей с движением над личными связями, а затем

их полная утрата в пользу своего места в движении.

После установления тоталитарного режима атомизация

распространяется на широкие слои общества с помощью аппарата

устрашения, включающего в себя, кроме террора, также и газеты, радио;

однако самый мощный эффект имеет развитая система доносительства и

круговой поруки, закрепляющая таким образом эффект массовой

тоталитарной пропаганды.

"В обстановке всеобщей взаимной подозрительности, когда лояльность

режиму измеряется числом доносов, любые личные связи становятся

обоюдоопасными. Элементарная осторожность требует отказа от тесных

связей, чтобы не ставить близких людей в такое положение , когда они ценой

спасения своей собственной жизни будут вынуждены погубить тебя.

Четвертый признак - государственно организованный террор ,

основанный на постоянном и тотальном насилии. Основой тоталитарного

режима может быть только всеобщая лояльность граждан, в обеспечении

которой террор играет не последнюю роль, представляя собой логическое

продолжение тоталитарной пропаганды.

Обращенная не к разуму, но к чувствам тоталитарная пропаганда ,

являясь по сути насилием над духом, подкрепляется насилием физическим.

Двойной гнет разлагает личность, гасит ее мыслительные способности,

оставляя место лишь почти непроизвольным рефлексам энтузиазма и страха.

Такое давление со стороны государства ликвидирует не только любую

оппозицию, но и любую попытку к инакомыслию.

Террор нанес огромный ущерб нации, практически уничтожив ее

генофонд: представителей интеллигенции, людей науки уничтожали как

Относящихся к буржуазии, как "социально-чуждых".

Пятый признак - экономическая автаркия при жесткой регламентации

экономики и существенной доле внеэкономических форм принуждения.

Появление тоталитарных тенденций в общественном развитии было

обусловлено выходом ряда стран из патриархального, феодального состояния

и включением их в новую систему государств с развитой экономикой. При

этом развивающиеся государства вступали в конфликт с уже развитыми,

занимая подчиненное положение, подобное положению полуколоний.

Отсюда стремление к экономической автаркии как залога независимоcти.

С точки зрения внутреннего развития тоталитарному режиму также

требовалась жестко регламентированная, замкнутая на государство

экономическая структура. Более того, стоящей у руководства группировке

была необходима такая экономическая структура, которая не просто

замыкалась на государство, но в значительной степени зависела от воли

лидеров.

Коммунистические вожди , искренне убежденные в своем знании

экономических законов, считали, что могут с научной точностью управлять

производством.

В Германии автократическая форма власти, наводящая "железной

рукой" "новый порядок" в стране, была для монополий предпочтительнее

сложного механизма демократического государства.

И в Германии, и в СССР не терпящая никакой оппозиционной

организации тоталитарная политическая структура, которая практически

свела на нет роль профсоюзов(или они служили орудием пропаганды),

позволяла эксплуатировать труд самыми изощренными способами.

Жесткая централизация и террор позволяли в Германии тесно связанным

с режимом монополиям извлекать максимальные прибыли при минимальных

издержках. А монополии благодаря финансовой помощи создавали для

руководства фашистского режима экономическую базу.

Тоталитарным характером собственности, как и слишком значительной

ролью, которую в экономике играла идеология, можно объяснить особую

ситуацию с производителями при коммунизме. Свобода труда в Советском

Союзе была ограничена сразу после революции, а полностью с ней было

покончено в 1940 году.

1.2 Формы тоталитарного режима,государства.

Есть специфические черты, позволяющие выделить в данной группе несколько разновидностей тоталитарных государств(обществ):коммунистический тоталитаризм(СССР),фашизм(германия)и национал-социализм(на данный момент ряд балтийсих стран). Последний часто называют разновидностью фашизма.

1. Коммунистический тоталитаризм

Эта разновидность тоталитаризма наиболее полно отражает характерные черты режима, т.е. частная собственность ликвидируется, а следовательно, уничтожается всякая основа индивидуализма и автономия членов общества.

Экономической основой тоталитаризма советского типа была командно- административная система, построенная на огосударствлении средств производства, директивном планировании и ценообразовании, ликвидации основ рынка. В СССР она сформировалась в процессе проведения индустриализации и коллективизации. Однопартийная политическая система утвердилась в СССР уже в 20-е гг. Сращивание партийного аппарата с государственным, подчинение партии государству стало фактом тогда же. В 30-е гг. ВКП(б), пройдя через ряд острых схваток ее лидеров в борьбе за власть, являлась единым, строго централизованным, жестко соподчиненным, отлаженным механизмом. Дискуссии, обсуждения, элементы партийной демократии безвозвратно ушли в прошлое.
Коммунистическая партия была единственной легальной политической организацией. Советы, формально являвшиеся главными органами диктатуры пролетариата, действовали под ее контролем, все государственные решения принимались Политбюро и Центральным Комитетом ВКП(б) и лишь затем оформлялись постановлениями правительства. Ведущие деятели партии занимали руководящие посты в государстве. Через партийные органы шла вся кадровая работа: ни одно назначение не могло состояться без одобрения партийных ячеек. Что касается комсомола, профсоюзов, других общественных организаций, то они были не более чем «приводными ремнями» от партии к массам.
Своеобразные «школы коммунизма» (профсоюзы для рабочих, комсомол — для молодежи, пионерская организация — для детей и подростков, творческие союзы
— для интеллигенции), они, в сущности, выполняли роль представителей партии в различных слоях общества, помогали ей руководить всеми сферами жизни страны. Духовной основой тоталитарного общества в СССР была официальная идеология, постулаты которой — понятные, простые — внедрялись в сознание людей в виде лозунгов, песен, стихотворений, цитат вождей, лекций по изучению «Краткого курса истории ВКП(б)»: в СССР построены основы социалистического общества; по мере продвижения к социализму классовая борьба будет обостряться; «кто не с нами — тот против нас»; СССР — оплот прогрессивной общественности всего мира; «Сталин — это Ленин сегодня».
Малейшее отступление от этих простых истин каралось: «чистки», исключение из партии, репрессии были призваны сохранить идейную чистоту граждан. Культ
Сталина как вождя общества был едва ли не важнейшим элементом тоталитаризма
30-х гг. В образе мудрого, беспощадного к врагам, простого и доступного лидера партии и народа абстрактные призывы обретали плоть и кровь, становились предельно конкретными и близкими. Песни, кинофильмы, книги, стихотворения, газетные и журнальные публикации внушали любовь, трепет и граничащее со страхом уважение. На нем замыкалась вся пирамида тоталитарной власти, он был ее бесспорным, абсолютным вождем. В 30-е гг. на полных оборотах работал сложившийся ранее и существенно разросшийся репрессивный аппарат (НКВД, органы внесудебной расправы — «тройки», Главное управление лагерей — ГУЛАГ и др.). С конца 20-х гг. волны репрессий шли одна за другой: «Шахтинское дело» (1928), процесс над «Промышленной партией»
(1930), «Дело академиков» (1930), репрессии в связи с убийством Кирова
(1934), политические процессы 1936—1939 гг. против бывших вождей партии (Г.
Е. Зиновьев, Н. И. Бухарин, А. И. Рыков и др.), руководителей Красной Армии
(М. Н. Тухачевский, В. К. Блюхер, И. Э. Якир и др.). «Большой террор» унес жизни почти 1 млн расстрелянных, миллионы людей прошли через лагеря ГУЛАГа.
Репрессии были тем самым орудием, посредством которого тоталитарное общество расправлялось не только с реальной, но и с предполагаемой оппозицией, вселяло страх и покорность, готовность, жертвовать друзьями и близкими. Они напомина- ли запутанному обществу о том, что человек,
«взвешенный на весах» истории, легок и ничтожен, что его жизнь не имеет никакой ценности, если она нужна обществу. Террор имел и экономическое значение: на стройках первых пятилеток трудились миллионы заключенных, внося свой вклад в экономическое могущество страны. В обществе сложилась весьма непростая духовная атмосфера. С одной стороны, многим хотелось верить, что жизнь становится лучше и веселее, что трудности пройдут, а сделанное ими останется навсегда — в светлом будущем, которое они строят для следующих поколений. Отсюда энтузиазм, вера, надежда на справедливость, гордость от участия в великом, как считали миллионы людей, деле. С другой стороны, царили страх, ощущение собственной незначительности, незащищенности, утверждалась готовность беспрекословно выполнять данные кем- то команды. Полагают, что именно такое — взвинченное, трагически расколотое восприятие действительности свойственно тоталитаризму, который требует, говоря словами философа, «восторженного утверждения чего-то, фанатической решимости ради ничто». Символом эпохи можно считать принятую в 1936 г.
Конституцию СССР. Она гарантировала гражданам весь набор демократических прав и свобод. Другое дело, что большинства из них граждане были лишены.
СССР характеризовался сак социалистическое государство рабочих и крестьян.
Конституция отмечала, что социализм в основном построен, утвердилась общественная социалистическая собственность на средства производства.
Политической основой СССР признавались Советы депутатов трудящихся, за
ВКП(б) закреплялась роль руководящего ядра общества. Принцип разделения властей отсутствовал.

Несмотря на преимущественно тоталитарные формы политической организации социалистической системе присущи и гуманные политические цели. Так, например, в СССР резко повысился уровень образования народа, стали доступными доля него достижения науки и культуры, была обеспечена социальная защищенность населения, развивалась экономика, космическая и военная промышленность и т.д., резко сократился уровень преступности, к тому же на протяжении десятилетий система почти не прибегала к массовым репрессиям.

2. Фашизм.

Одну из крайних форм тоталитаризма представляет фашистский режим, который прежде всего характеризуется националистической идеологией, представлениями о превосходстве одной наций над другими (господствующей нации, расы господ и т. д.), крайней агрессивностью. Фашизм основывался на необходимости сильной беспощадной власти, которая держится на всеобщем господстве авторитарной партии, на культе вождя.

Как разновидность фашизма выступает национал-социализм, который нередко рассматривают как отдельную форму тоталитарного режима.

Фашизм - правоэкстремистское политическое движение, возникшее в обстановке революционных процессов, охвативших страны Западной Европы после первой мировой войны и победы революции в России. Впервые он был установлен в Италии в 1922 г. Итальянский фашизм тяготел к возрождению величия Римской империи, установлению порядка, твердой государственной власти. Фашизм претендует на восстановление или очищение “народной души”, обеспечение коллективной идентичности на культурной или этнической почве. К концу 30-х годов фашистские режимы утвердились в Италии, Германии, Португалии, Испании и ряде стран Восточной и Центральной Европы.

Фашизм, как правило, основывается на националистической, расистской демагогии, которая возводится в ранг официальной идеологии. Целью фашистского государства объявляется охрана национальной общности, решение геополитических, социальных задач, защита чистоты расы.

Главная посылка фашистской идеологии такова: люди отнюдь не равны перед законом, властью, судом, их права и обязанности зависят от того, к какой национальности, расе они принадлежат. Одна нация, раса при этом объявляется высшей, основной, ведущей в государстве, в мировом сообществе а посему достойной лучших жизненных условий. Другие нации или расы, если и могут существовать, то всего лишь как неполноценные нации, расы, они в конечном счете должны уничтожаться. Поэтому фашистский политический режим - это, как правило, человеконенавистнический, агрессивный режим, ведущий в итоге к страданиям прежде всего своего народа. Но фашистские режимы возникают в определенных исторических условиях, при социальных расстройствах общества, обнищании масс. В их основе лежат определенные общественно-политические движения, в которые внедряются националистические идеи, популистские лозунги, геополитические интересы и т. п.

Милитаризация, поиск внешнего врага, агрессивность, склонность к развязыванию войн и, наконец, военная экспансия определенным образом отличают фашизм от иных форм тоталитаризма.

Для фашистского режима характерны опора на шовинистические круги крупного капитала, слияние государственного аппарата с монополиями, военно- бюрократический центризм, который ведет к упадку роли центральных и местных представительных учреждений, рост дискреционных полномочий исполнительных органов Государственной власти, сращивание партий профсоюзов с государственным аппаратом, вождизм. При фашизме происходит разрушение общечеловеческих правовых и моральных ценностей, растет произвол, упрощается карательные процедуры, ожесточаются санкции и вводятся превентивные меры, разрушаются права и свободы личности, увеличивается число деяний, признаваемых преступными. Государство при фашизме неимоверно расширяет свои функции и устанавливает контроль над всеми проявлениями общественной и личной жизни. Уничтожаются либо сводятся на нет конституционные права и свободы граждан. В отношении других прав граждан часто допускаются нарушения со стороны властей и открыто демонстрируется пренебрежение к правам личности, в противовес им подчеркиваются государственные приоритеты, основанные на «великой», «исторической» национальной идее. Противопоставление интересов государства и гражданина решается в пользу государственных интересов, зачастую ложно понятых и провозглашенных. Фашизм питается националистическими, шовинистическими предрассудками, заблуждениями. Он использует сохраняющиеся национальные структуры в обществе для достижения своих целей, для натравливания одних наций на другие. Фашистское право – это право неравенства людей прежде всего по критерию их национальной принадлежности.

В настоящее время фашизм в его классической форме нигде не существует.
Однако всплески фашистской идеологии можно увидеть во многих странах.
Фашистские идеологи при поддержке шовинистических, люмпенизированных слоев населения активно борются за овладение государственным аппаратом либо по крайней мере за участие в его работе.

1.3 Система права в тоталитарном государстве.

Ярким примером извращенной правовой системы тоталитаризма

является фашистская правовая система 19 века.

Функционеры аппарата фашистской партии и правосудия занимали

позицию, характеризующуюся следующим: отрицанием либерального

политико-правового порядка б) признанием концепции расово очищенной

нации упрощением ее правопорядка; в) признанием политической гегемонии

фашистской партии; г) экспонированием роли «вождя». Из политической

концепции единства в немецкой нации, выраженной в триединой формуле -

«государство, движение и нация», были выведены основные понятия права,

принцип «вождизма» и принцип равенства.

Буржуазное гражданское право должно было бы заменено «народным

кодексом». По концепции Г. Франка, в нем нужно было отказаться от

наследия римского права и наслоений других правовых систем и выводить

его истоки из германского права. В нем предполагалось определить понятие

«семьи», «свободы заключения соглашений», «права собственности»,

«брака», «права наследования» и. т. д. Согласно Гедеманну, кодекс должен

касаться всех «принадлежащих к великогерманскому рейху» в духе

нюрнбергских законов 1935 г., но не распространялся на лиц «чуждой крови»

и иностранцев Проект кодекса предполагал неравенство перед законом

санкционированное ранее «арийскими» статьями нюрнбергских законов.

Приговором уголовного суда гражданин мог быть лишен своего правового

статуса, если оказался «недостойным принимать полное участие в правовой

жизни», иначе говоря, он низводился до положения врага. «Народный

кодекс» не был оглашен до конца существования третьего рейха, однако

множество предложений, поступивших в ходе редакционной работы

свидетельствует о направлении, по которому следовало фашистское

законодательство, и показывает, как оно должно было отойти от буржуазной

правовой системы, являющейся наследием французской и английской

революций. Фашистские концепции личного права нашли полное отражение

в так называемом нюрнбергском законодательстве третьего рейха

(значительно меньше — в законодательстве фашистской Италии), далее — в

законе о гражданстве рейха, а также в законе об охране немецкой крови (15

сентября 1935 г.). Закон о гражданстве делил граждан на две категории,

причем гражданами sensu stricto были лица «немецкой крови или

родственной ей», которые своим поведением доказывают, что «сознательно

будут служить нации и рейху». Законодательство о защите немецкой крови

подтвердило основы политики дискриминации расово чуждых элементов.

Правовая норма и сопутствующее ей принуждение привели к полному

отстранению от нормальной жизни еврейского населения. Подобные

дискриминационные нормы были введены по отношению к польскому

населению (25 сентября 1941 г.). Нюрнбергские законы создавали фундамент

права о браке. Некоторые его предпосылки нашли свое отражение в законе о

стерилизации (14 июля 1933 г.) и в судебной практике, а также в

законодательных нормах об охране потомства немецкой нации (18 октября

1936 г.). Право о браке (6 июля 1938 г.), по официальному обоснованию,

«было первым шагом на пути создания единого великогерманского права о

браке и семье». В нем содержалось утверждение, что брачное право

перестает быть контрактом, что оно является правовым устройством,

созданным для поддержания биологической непрерывности немецкой нации.

Понятия крови и расы легли в основу ограничений при вступлении в брак,

причем постановления параграфа 4 закона ссылались на нюрнбергский закон.

Чистота расы была условием, вступления в брак. Несколько последующих

нормативных актов исключали и даже предусматривали наказание за

вступление в брак лиц «немецкой крови» или родственной ей с лицами

«чуждой крови". Такие постановления касались не только евреев, но и всех

национальностей, признанных принадлежащими к низшей расе, прежде всего

славян (во время войны). Наследственное право (31 августа 1938 г.)

содержало концепцию «здорового национального чувства». Его предписания

считали недействительным изъявление последней воли, если при этом

нарушались интересы семьи и национального единства, понятые в духе

«здорового национального чувства». Случаи нарушения «здорового

национального чувства» были подробно перечислены в обосновании закона и

в интерпретационном распоряжении министра юстиции. Ни в каком случае

наследство не могло переходить от «арийцев» к евреям. Предписания закона

о наследовании согласно гитлеровской политике явно ограничивали, право

распоряжаться собственным имуществом. Примечательно, что в особых

распоряжениях административных властей вопросы наследования у евреев

регулировались таким образом, что все имущество евреев после их смерти

поступало в государственную казну. ВО время войны на "территориях,

присоединенных к рейху" польское население, не принявшее «немецкой

национальной карты», лишалось имущества и по отношению к нему

постановления наследственного права были беспредметны.

Представляется, что из концепции личного права вытекали некоторые

аналогии для формирования фашисткого права наций (международного

права), также законов касающихся национальных меньшинств. Правовая

доктрина третьего рейха приняла новый термин — «право о национальных

группах» (Vоlksgruppen гесht), отказавшись от традиционного понятия

«меньшинство». Гитлеровской политике агрессии должно было служить

положение о «международно-правовом упорядочении большого

пространства при одновременном невмешательстве других держав».

Утверждалось, что международное право как право наций (ius gentium)

является «конкретным порядком», персонально установленным

принадлежностью к нации и государству. Одновременно каждый порядок

оседлых народов, сосуществующих и уважающих, друг друга, составляет

также территориально конкретный порядок пространства».6

Правовая доктрина гитлеровской Германии выдвигала тезис,

исключавший ассимиляцию, денационализацию немецких национальных

групп, проживающих в других странах. В соответствии с принятым

принципом приоритета политики над правом это положение подкреплялось

заявлением Гитлера, сделанным 20 февраля 1938 г. в парламенте, и

нацистской «национальной идеей», из торой вытекало якобы «немецкое

право опеки над немецкими национальными группами иной государственной

принадлежности». Эта политическая концепция была возведена в ранг

нового международно-правового принципа, исключающего возможость

ассимиляции инонациональных групп. Из этого следовала претензия

распространить опеку на немецкие «национальные группы», проживающие в

Семиградье, на Волге, в Балтийских странах и т. д. Этим также правовая

доктрина оправдывала гитлеровскую агрессию против Чехословакии и

6 Правовая система фашизма. М.: 1986.

Польши. В связи с политическими решениями об «упорядочении

пространства» уже в 1939 г. Германская академия права отказалась от

намерения кодифицировать «право о национальных группах».

Фашистская теория государства и права выдвинула на первое место

расизм, и им вскоре было пропитано все законодательство третьего рейха.

При соблюдении видимости законности монополистический капитал

отнимал при помощи ряда нормативных актов имущество у целых групп

населения, признанных объективными врагами, в первую очередь у евреев. В

годы второй мировой войны крупные монополии в своей практике

«ариизации» уже полностью отказались от создания видимости законности (в

частности, по отношению к полякам). Дискриминационные акты

«ариизации» до 1939 г. имели целью установить контроль государства над

имуществом евреев, изъять у них средства производства, хотя «отчуждение»

не употреблялось. Этой цели служили экономические сделки, при которых

использовалось положение евреев, ограничения в торговле и правах,

опирающиеся на административные распоряжения, а также акты о

ликвидации имущественного состояния "неарийцев". Варварское

распоряжение от 12 ноября 1938 г., налагавшее на все еврейское население в

Германии контрибуцию размером в 1 млрд. марок, положило начало волне

дискриминационных актов. Затем "неарийцам" было запрещенo заниматься

розничной торговлей, занимать руководящие должности, покупать

недвижимое имущество, иметь дело с обращением драгоценностей и т. д.

"Ариизационное» законодательство было введено на территории Австрии и

Чехии немедленно после нападения и захвата этих земель. На территории

Польши секретное распоряжение Гитлера от 7 октября 1939 г. положило

начало акции экспроприации поляков.

"Ариизация" должна была начаться во имя «немецкого национального

единства», с целью устранения объективного врага. Фактически, однако,

процесс «ариизации» происходил в интересах крупного частного и

государственно-монополистического капитала. «Благо нации», во имя

которого проводилась «ариизация», фактически было благом верхушки

фашистских главарей, ибо промышленно-финансовая олигархия в

фашистских государствах срасталась с руководящей верхушкой фашистской

партии.

Особая роль в фашистском праве принадлежала уголовному праву.

Исходя из расистских установок, уголовное право безусловно должно было

применяться и в таких вопросах, которые раньше относились только к сфере

морали. Для определения роли уголовного права существенным было

признание: существования «национальной общности», якобы связанной

узами крови и расы, а также субъективным чувством принадлежности к этой

общности принципа вождизма и тем самым указаний «вождя», которые

таким образом становились нормой поведения. Законодатель исходил из

того, что на члена «национальной общности» следует налагать обязанности, а

права последнего недействительны. Основной обязанностью считалось

повиновение, а уголовное право должно было oсуществлять функцию

регулятора общественной морали. С первых месяцев после прихода к власти

фашистов, расширялись общие принципы уголовной ответственности и так

называемые судейские меры наказания, ужесточались принципы

специальных превентивных мер и увеличивалось количество фактических

состояний, ведущих к небывалой пенализации жизни.

Началом в системе фашистской репрессивно-превентивной политики

было распоряжение о защите нации и рейха 28 февраля 1933 г. (так

называемый Lex van Lubbe), вводившее смертную казнь за преступления,

которые в момент их совершения карались меньшей мерой наказания.

Следующие законодательные акты от 20 декабря 1934 г. должны были

обеспечить особую защиту государственных учреждений и фашистской

партии. Новелла к уголовному кодексу от 28 июня 1935 г. допустила

возможность уголовного преследования за деяния предусмотренные

нормативными актами, т. е. применение аналогии. Аналогия преступности

деяния выходила за рамки правовой системы, обращаясь «к здоровому

национальному чувству». Судья должен был установить, было ли в составе

преступления нарушение основ политической доктрины фашистов.

Новеллизация нескольких фактических положений кодекса

свидетельствует о непосредственном вмешательстве «вождя» в правосудие.

На это указывают предписания об охране немецкой крови и чести (15

сентября 1935) а также законы о борьбе с экономическим саботажем и т. д.

В ходе подготовительных работ к изданию нового уголовного кодекса

были сформулированы положения, которые легли в основу «уголовного

права военного времени». Еще до войны строгость уголовного

законодательства не оставляла сомнений, что дело идет к применению таких

средств, которые полностью устранят преступность. Уже проекты

«уголовного права военного времени» были направлены на создание системы

эффективной защиты "внутреннего фронта" — системы, охраняющей

«единство национальной общности». Усиление уголовных санкции,

расширение перечня деяний, за которые угрожало уголовное наказание, и,

наконец, упрощение карательной процедуры — это лишь некоторые

важнейшие средства борьбы деструктивными» действиями или

«предательством».

Распоряжение об особом уголовном праве в период войны от 17 августа

1938 г. свидетельствовало о том, фашистское государство закончило этап

подготовки к войне и приспособило всю правовую систему к военным

условиям. Смертной казнью каралось так называемое "разлагающее влияние

на обороноспособность». Это должно обеспечить мобилизацию и

ликвидировать проявления пораженческих настроений. Очередные акты о

чрезвычайных мерах в области радиовещания, о военной экономике и,

прежде всего, о врагах нации (5 сентября 1939 г.) составляли ядро уголовного

права военного времени. В них допускалось применение наказаний,

выходящих за границы законности, если этого требовало "здоровое

национальное чувство". Среди прочих выделялось своими исключительно

суровыми наказаниями распоряжение об обеспечении обороноспособности

немецкой нации от 25 сентября 1939 г. Несколько позже (6 мая 1940 г.) было

разрешено распространить действие уголовных законов на оккупированные

страны, на преследование граждан покоренных стран через суд оккупантов и

на подавление таким образом движения сопротивления (хотя этим

занимались и другие оккупационные органы). В годы войны фашистские

законодатели не были стеснены требованиями законности. Примечательным

является факт, что даже суды, которые должны творчески развивать

законодателя, также перестали считаться с требованиями законности.

3.Преимущества и недостатки тоталитарных режимов, государств.

Тоталитарные режимы при своей внешней мощи и надёжности, очень нестабильные и малоэффективные социальные образования. В каждом тоталитарном государстве находится множество зародышей его будущей гибели. В долгосрочном функционировании они неконкурентоспособны с другими видами государственных режимов.

Тоталитарные режимы неэффективны :

Экономически:

Тотальная зарегулированность тормозит развитие производства и общественных отношений, как в силу системных законов кибернетики (большие затраты времени и ресурсов на самоконтроль), так и в силу ригидности бюрократического аппарата. Кроме того, органы, осуществляющие контроль со временем разрастаются и поглощают огромные средства (18 млн. аппаратных работников в СССР при населении в 200 млн. человек). Также здесь нарушается один из принципов кибернетики о местной саморегуляции (большинство проблем должно разрешаться на местном уровне, уровне «отдельной клетки».) В тоталитарном государстве имеется тенденция к разрешению малых дел в центральных и высших органах государства . Например ГОСПЛАН СССР занимался проблемами обычно решаемыми на догосурственном уровне - уровне миллионов отдельных предприятий, что сильно снижало качество его регулирования.

Система централизованного планирования производства и нормированного распределения ресурсов и продукции, оказывается менее эффективной, чем формирующийся в условиях рыночной экономики баланс между спросом и предложением.

Закрытость страны для внешнего рынка тормозит развитие экономики в целом. В этом случае, мировой рынок заменяется суррогатом из принудительного разделения труда или созданием цепи завоеванных государств, чья экономика включается в экономику страны-сюзерена (Германия)

Большое количество разнообразной «чрезвычайщины», которая на короткий строк выправляет положение, но в целом убыточна. Одним из следствий этого является распространённость внеэкономических методов принуждения и подневольного труда. При долгосрочном применении это губительно для экономики.

Снижение мотивированности к труду у населения, поскольку наибольшие средства человек может получить только на государственной или партийной должности. Так же в силу малых различий в зарплате между начальником и подчинённым (в СССР) не было стимулов для карьерного роста. Такая система тяготеет в уравнительности в вознаграждении, выгодной не для тех, кто работает с полной отдачей. Это явление несколько нивелируется системой моральных поощрений и идейным ажиотажем населения, но долго поддерживать такое состояние нельзя, и как постоянная основа трудовых отношений она несостоятельна.

Огромные расходы на военную сферу в ущерб социальной, за счет ухудшения быта населения и развития многих необходимых отраслей производства, что приводит к низкой покупательной способности населения и удушению внутреннего рынка.

Большие расходы на пропаганду и агитацию , ненужные иным государственным режимам.

При огосударствоывании экономики предприятия управляются не хозяевами, а чиновниками, которые в первую очередь заинтересованы в сохранении своей государственной должности. В силу этого руководители предприятий не заинтересованы в рискованных инновациях , и нацелены на сохранение существующего уровня производства, что гибельно для экономики государства. Вследствие неправильной мотивации руководителей предприятий отсутствует их внимание к экологичности производства , что ведёт к излишнему загрязнению природы.

Политически :

Отсутствие реально обеспеченных прав и свобод личности сковывает общественную и экономическую инициативу граждан, является залогом произвола гос. органов.

Отсутствие независимых СМИ не позволяет гражданам иметь достоверную информацию о делах государства. Это соединяется с отчуждением граждан от управления государством и порождает безответственность правителей . Вследствие этого гос. аппарат лишается необходимой критической оценки его действий со стороны общественности и специалистов. Это даёт почву для развития вредных тенденций и принятия неверных решений (освоение целины).

В силу закрытости тоталитарного общества граждане не получают полную информацию о других государствах и лишены возможности сравнивать свою жизнь с жизнью заграницей. Это ведёт к отсутствию конкуренции между политическими системами за своих граждан, ставит препятствия для перенимания полезных политических и общественных институтов.

Поскольку высшие чины безответственны перед народом они зависят прежде всего от своего окружения (высших гос. органов, силовых ведомств и др.), то их решения часто определяются внутренними аппаратными интригами и результатами «подковерной» борьбы между ведомствами и начальниками. Наиболее важные решения принимаются единовластным лидером или верхушкой элиты под влиянием идейно-политических соображений, субъективных расчетов. Это обуславливает большую вероятность ошибок при принятии решений (война в Афганистане, нападение на СССР, антиалкогольная кампания). Этот недостаток усиливается чрезмерной централизацией власти в руках отдельных лиц на всех уровнях управления.

Продвижение по службе во многом зависит не от деловых качеств человека, а от его лояльности режиму, способности лавировать и проталкиваться, его способности к интригам. Этот принцип кадрового отбора препятствует продвижению наиболее талантливых людей , что ухудшает качество гос. аппарата.

Тоталитарный режим неудовлетворительно обеспечивает систематическую смену правителей . Здесь новый правитель или приходит к власти через ожесточенную борьбу, угрожающею существованию всего государства (смута), или приводится к власти партийным большинством. В этом случае, личные качества правителя, его талант управления, неважны, выбирается наиболее удобный «лидер» (Брежнев). Часто эти пути сочетаются, но к власти приходит не тот, кто отражает интересы страны и народа, а тот кто отвечает интересам гос. аппарата.

Тоталитарным режимам свойственна тяга к агрессивной внешней политике и силовым методам решения конфликтов . Это увеличивает вероятность начала больших войн, которых можно было бы избежать.

Невозможность построения доброкачественных внешних отношений – всякое независимое государство рассматривается, прежде всего, как потенциальный идеологический и военный противник, с которым возможны лишь временные соглашения. В унии между тоталитарными государствами отношения могут выстраиваться лишь по феодальному принципу сюзеринитета-вассалитета, (Германия-Италия) или же они протекают в форме скрытой конфронтации (СССР-Китай). В то время как прочные, взаимовыгодные внешние отношения – залог стабильности всякого государства.

Господство принципа политической целесообразности в управлении вызывает нестабильность во внешней и внутренней политике государства, снижает доверие к государству как со стороны народа так и со стороны иностранных государств. Ещё один аспект этой проблемы заключается в том, что никакое государство не может долго существовать без твёрдых ценностей и нравственных ориентиров. Ценности создаваемые самим тоталитарным государством очень быстро меняются, оно создаёт их из сиюминутных надобностей, а ценности созданные ранее, наследуемые им, часто отрицаются. Это ведёт к социальной нестабильности, «брожении в умах». Всё это снижает способность государства противостоять сильным кризисам, снижает его кризисоустойчивость, повышает общую вероятность его распада.

Из предыдущего принципа, вытекает отсутствие законности в государстве. По-большому счету, здесь действует «право сильного». В силу этого, борьба за власть может принимать социально-опасные формы, угрожающие существованию всего государства. Я думаю, что отсутствие законности было важнейшей причиной распада СССР.

Господство единой идеологии рождает догматичность власти , её идеалогическую скованность в принятии решений. Зачастую ответственные лица проявляют не мудрость, а твёрдость, следуя идейным догмам (политика насильственной коллективизации).

При долгосрочности существования всякого тоталитарного государства, неизбежна утрата доверия к официальной идеологии . В этом случае власть лишается своего важнейшего ресурса – доверия общества и идеалогической базы.

Всеобщая идеалогизированность общества приводит и к идеалогизированности науки и искусства. Так в СССР объявлялись вне закона генетика, кибернетика, джаз, авангард и др. Это тормозит развитие науки и обедняет культуру народа. Отрицание гуманистической самоценности индивида провозглашает общую выгоду выше личной пользы, но это кажущуюся, обманчивая правота. Личная выгода большинства, есть выгода всего общества, и лучше предоставить условия каждому отстаивать свою выгоду, чем группе людей выгоду всех. Своя рубашка как известно ближе к телу, и отстаивать личную выгоду, просчитывать последствия, поучается лучше, чем чужую. Также отчуждение права решать, предполагает высокую нравственность и профессионализм тех, в чью пользу происходит отчуждение, но это условие не всегда выполняется. Сказано, что навести порядок проще в отдельном доме, чем на всей улице, на одной улице, проще чем во всем городе, а в городе проще, чем в государстве. Поэтому основой государственного устройства должна быть свобода каждого в отстаивании своих интересов.

Преимущества тоталитарных государств :

Однако, тоталитарные государства имеют ряд серьёзных преимуществ над демократическими. Одним из первых это отмечал ещё Троцкий : «…в военной и дипломатической области тоталитарные государства имеют значительные преимущества над тяжеловесными механизмами демократий - прежде всего преимущества свободного маневра, не связанного внутренними сопротивлениями". Эта свобода от контроля со стороны социальных институтов и общественного мнения своей страны может определить крупные военные успехи тоталитарных государств в начале войны.» Отчасти этим свойством можно объяснить военные успехи Германии в войне со Францией.

Также тоталитарные государства обладают огромными мобилизационными возможностями, возможностью в кратчайший срок сосредоточить максимум ресурсов на важных направлениях. Следствием этого были огромные технические успехи СССР и Фашистской Германии (быстрое создание мощной промышленности, освоение космоса).

Кроме того, тоталитарность является одним из выходов из кризиса массового сознания (Германия), способом преодоления смуты и политической нестабильности (СССР). То есть, на ранних этапах своего существования, тоталитаризм стабилизирует государство и дает ему выход из глубоких кризисов.

К числу менее важных преимуществ я бы отнес успешность государства в правоохранитеной сфере (борьба с уголовниками) и преподнесение гражданам чувства гордости за мощь своей Родины.

Однако эти преимущества реализуются только на короткое время. По мере развития тоталитарного государства они теряются под давлением много более многочисленных недостатков. Поэтому жизнь любого тоталитарного государства коротка, оно очень быстро сгорает, сжигая свои стартовые ресурсы. Все тоталитарные государства недолговечны – со временем они или уничтожаются извне (Фашистская Германия), распадаются (СССР) или трансформируются во что-то более мирное (КНР)

Заключение.

Везде, где есть основания говорить о тоталитаризме, наблюдается стремление одного властного центра, персонифицированного вождем, поставить все или почти все стороны жизни общества под свой контроль во имя достижения общей цели, окрашенной в мессиансткие тона. При этом все индивидуальное подчиняется всеобщему, подверстывается под него, «растворяется в нем». Это, кстати, относится и к самому господствующему классу, даже к господствующей когорте: ее представители тоже отождествляют себя – не всегда, впрочем, осознавая это – с общим тоталитарным телом, становясь олицетворением всеобщих стандартов и ценностей, рабами системы.

А поскольку реализация этой стратегии возможна только с помощью единой официальной идеологии и посредством применения насильственных методов, перерастающих при определенных обстоятельствах в массовый террор, то наличие такой идеологии и примененные насилия (включая нетерпимость к инакомыслию) также выступают в качестве сущностных признаков тоталитаризма.

Вождь-идол и масса идолопоклонников – вот две опоры тоталитарного государства, поддерживающие, обусловливающие друг друга и просто не способные друг без друга существовать.

Могут ли концепции тоталитаризма помочь политологам и политикам, а также широкой общественности России в выработке курса на демократизацию? Наверное, могут. Но сегодня демократически настроенных россиян интересует в первую очередь вопрос о путях выхода из тоталитаризма и опасности повторного вползания в него. Не грозит ли нам тоталитарный рецидив? Не обречена ли Россия на возвращение в прошлое? Вопрос тем более не беспочвенный, что с политических трибун и журнально-газетных страниц снова зазвучал знакомый тезис: «Переход от тоталитаризма к демократии возможен только через авторитаризм».

Это означает, поясняют нам, что «первоначально необходимо осуществить модернизацию в духовной сфере, затем в экономике – произвести дифференциацию форм собственности, добиться формирования гражданского общества и лишь затем перейти к изменению политической системы...»

При этом авторитаризм трактуется как режим, который «предполагает сосредоточение всей власти в одних руках, но допускает размежевание и даже поляризацию сил и интересов, при нем не исключаются отдельные элементы демократии, такие, как выборы, парламентская борьба». «Сильная рука» не допускает лишь открытой схватки различных сил, создает условия гармонизации интересов, демократических реформ.

В описываемом режиме трудно увидеть модель для практической реализации – по крайней мере в условиях современной России. Как властвующий Авторитет может «добиться» формирования в стране гражданского общества? Внедрить его с помощью указов? Но гражданское общество – продукт творческой самодеятельности свободных граждан на протяжении длительного времени. Оно создается в естественной среде, в процессе взаимодействия – свободного взаимодействия! –политических и социальных сил, а не путем авторитарного регулирования. Да и будет ли Авторитет заинтересован в том, чтобы добровольно отречься от престола?

Есть большие сомнения, что стоящие перед Россией экономические, социальные и иные проблемы удалось бы решить в рамках авторитарного поля. Больше того, вполне оправданны и опасения, что авторитаризм стал бы не приближать нас к демократии, а отдалять от нее. Он опасен уже тем, что власть президента и группирующихся вокруг него элит не имеет действенного противовеса и блокирующего механизма в лице сильного парламента и независимого авторитетного суда. Ведь согласно предлагаемому нам варианту развития, эти институты явно могут приобрести чуть ли не декоративный характер. Президенту и его «королевской рати» просто некому противостоять. Их ошибки некому исправить. Их притязания некому умерить. Их амбиции некому унять. Ведь в условиях авторитаризма не существует реальной оппозиции. Пусть «лояльной», как называют ее на Западе, или «конструктивной», как предпочитают говорить у нас – но оппозиции. А это прямой путь к произволу.

Неэффективность авторитаризма неизбежно обернулась бы его контрпродуктивностью, открыв дорогу для диктатуры – возможно, и тоталитарной. Не стоит забывать, что власть имеет тенденцию к самовозрастанию, а грань, отделяющая тоталитаризм от авторитаризма, тонка и легко проницаема. Логика эволюции любой, тем более авторитарной, власти такова, что, не встречая на своем пути преград в виде непреодолимого Закона, Оппозиции и т.п., Авторитет стремится сделать ее тотальной – беспредельной и всеобщей.

Не стоит забывать и о «человеческом факторе». Пока живы люди, политическая социализация которых протекала в условиях тоталитаризма, и пока сохраняется политическая культура, служившая матрицей советского сознания и поведения на протяжении десятилетий, до тех пор Россия будет нести в себе социальные «гены» тоталитаризма и сохранять предрасположенность к его рецидивам.

Стоит обратить внимание и еще на одно обстоятельство. В некоторых из бывших союзных республик предпринимаются активные попытки возрождения если и не тоталитарных, то, по крайней мере, полутоталитарных режимов. Так что есть кому впечатлять «силой примера» россиян, тоскующих по брежневским, а то и по сталинским временам.

Список литературы.

1.Тоталитаризм: что это такое? Исследования зарубежных политологов. Отв. редакторы Верченов Л.Н., Игрицкий Ю.И. - М., 1998.

2.Бессонов Б. Фашизм:идеология и практика. М. , 1985.

3.Вадим Дамье. Тоталитарные тенденции в XX веке. //www.fak2000.chat.ru/totalitarism

4."Теория государства и права: учебник для ВУЗов по специальности: "Правоведение" Москва, МГУ,

5. Джилас М. Лицо тоталитаризма. //М. :"Новости", 1992.

6.Гаднелев К.С. Тоталитаризм как феномен ХХ-го века. Вопросы философии, 1992, № 2.

7.Солженицын А. И. Архипелаг ГУЛАГ, т. 1. М. , :Центр "Новый мир"-1990

8.Теория государства и права. /Под ред. В. М. Корельского. - М.: Инфра. 1997 г.

9.Рахшмир П. Ю. Новейшие концепции фашизма в буржуазной историографии Запада. М. 1979

10.Гозман Л. , Эткинд А. От культа власти к культу людей. Психология политического сознания. "Нева", 1989, N7.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий