Понятие и сущность сделки, их виды

Оглавление Стр. Введение .. Глава 1. Понятие и сущность сделки.…... …...…. Глава 2. Недействительные сделки …...

Оглавление

Стр.

Введение……………………………………………………………………………….. 3
Глава 1. Понятие и сущность сделки.…...………………………………………...…. 5
Глава 2. Недействительные сделки…………………………………………………... 12
2.1. Ничтожные сделки…..……...…….......…………….……...……………… 13
2.2. Природа и содержание понятия «притворная сделка»…………………. 15
2.3. Особенности притворных сделок………………………………………… 22
2.4. Последствия недействительности притворных сделок....……….……… 24
2.5. Оспоримость притворных сделок в судах РФ…………………………… 27
Заключение ……………………………………………………………………………. 30
Список использованных источников ……………………….……..……………...…. 32

Введение

В последние годы, как учеными, так и практикующими юристами все большее внимание уделяется вопросам, связанным с понятием сделки, ее особенностями. Это вполне объяснимо, так как сделки являются основной правовой формой обмена между участниками гражданского оборота.

Сделки совершаются субъектами гражданского права свободно: по собственной воле и в своем интересе. Свобода прав и законных интересов каждого гарантируется на территории РФ, прежде всего, главой 2 Конституции РФ.[1]

Граждане и юридические лица совершают при этом самые разнообразные действия, в результате которых возникают, изменяются и прекращаются их права и обязанности. В процессе установления, изменения и прекращения прав и обязанностей сделка зани­мает наиважнейшее место; это наиболее распространенные и многообразные юридические факты, с которыми закон связывает возникновение гражданских прав и обязанностей. Покупка продуктов в магазине, проезд на транспорте, оплата коммунальных услуг, посещение парикмахерской, распоряжение имуществом на случай смерти и многие другие действия охватываются понятием «сделка».

Так какова же правовая природа сделок, что следует учесть при их заключении, дабы не допустить их недействительности?

Актуальность выбранной мною темы определяется несовершенством законодательства, а также необходимостью фундаментальных исследований института притворных сделок в гражданском праве.

Объектом исследования в данной работе является природа притворных сделок в гражданском праве и их последствия.

Предмет исследования – нормативно-правовые акты, в частности: Конституция РФ, Гражданский кодекс РФ; научная литература, посвященная сущности, видам сделок, условиям и последствиям их недействительности под редакцией таких авторов как: Суханов Е.А.; Сергеев А.П.; Толстой Ю.К.; Садиков О.Н. и др.; а также материалы судебной практики.

В данной курсовой работе используется метод изучения и анализа.

Целью курсовой работы является исследование причин возникновения и правовых последствий притворных сделок в гражданском праве.

Данная цель обусловила постановку следующих задач:

- раскрыть понятие сделки, выявить характеристики сделки;

- определить виды недействительных сделок;

- выявить природу и содержание понятия «притворная сделка»;

- дать оценку притворным сделкам;

- проанализировать последствия недействительности притворных сделок;

- дать характеристику судебной практике в части применения ст. 170 ГК РФ.

Структура работы – данная курсовая работа состоит из введения; заключения; списка использованных источников; пяти параграфов, объединенных в две главы.


Глава 1. Понятие и сущность сделки

Гражданское право регулирует отношения экономического оборота и повседневной жизни граждан, которые разнообразны и подвержены периодическим изменениям. Поэтому гражданские права и обязанности чаще всего возникают в результате целена­правленных и правомерных действий организаций и граждан, эти действия отражают их потребности и возможности и учитывают реально существующие условия рынка (его конъюнктуру).

В общежитии «сделка»не имеет определенного юридического значения; однако чаще всего под сделкой разумеется договор или вообще какое-либо соглашение. Но мы будем употреблять это слово в более обширном и определенном смысле, разумея под юридической сделкой всякое юридическое действие, направленное к изменению существующих юридических отношений. Таким образом, под наше понятие о сделке подходит не только договор, соглашение, но, например, и духовное завещание.[2]

Правомерные действия граждан и юридических лиц, направ­ленные на установление, изменение или прекращение граждан­ских прав и обязанностей, именуются сделками. Сделки могут совершать также Российская Федерация, ее субъекты и му­ниципальные образования, на что прямо указывается в ст. 124 и ст. 125 ГК РФ.[3]

Основанием заключения сделки, как правило, является соглашение сторон, либо волеизъявление одной стороны, однако в случаях, прямо предусмотренных законом и при наступлении указанных в нем обстоятельств, сделка заключается на основании закона (ст. 445 ГК РФ). Например, в отношении договора розничной купли-продажи, в определенной розничной точке продавец не вправе отказаться от совершения сделки с конкретным покупателем.

Юридическая сделка иначе называется юридическим актом. Ей противополагается правонарушение, как такое юридическое действие, которое, хотя и влечет за собой юридические последствия, но не те, которых желало лицо. Сам термин «сделка» далеко не чужд русскому законодательству, так, например, не достигшему 17 лет запрещается совершать акты и сделки какого-либо рода без согласия попечителя.[4]

Представляется, что гражданско-правовые сделки характеризуются рядом призна­ков, которые выражают их правовую сущность и одновременно позволяют отграничивать их от других юридических фактов, внешне схожих со сделками, но имеющих другое назначение и подчиненных поэтому иным правилам.

Во-первых, сделка — целенаправленное, т.е. волевое действие граждан и организаций. Она осуществляется для достижения определенного правового результата, в котором заинтересовано со­вершающее сделку лицо.[5]

Воля лица должна достигнуть определенной правовой цели, становится доступной восприятию другими участниками гражданских правоотно­шений в результате изъявления лицом своей воли вовне, т.е. волеизъ­явления. Само по себе наличие у лица какого-либо намерения не может породить юридические последствия до тех пор, пока оно не выражено вне.[6]

Все способы выражения внутренней воли могут быть сгруппированы по трем группам: 1) прямое волеизъявление, совершаемое в устной или письменной форме (например, заключение договора, сообщение о со­гласии возместить ущерб, обмен письмами и т.п.); 2) косвенное волеизъявление имеет место в случае, когда от лица, намеревающегося совершить сделку, отходят такие действия, из содержания которых явствует его намерение совершить сделку. Такие действия называются конклюдентными (от лат. concludere — заключать, делать вывод). (Оплата проезда в метро, помещение товара на прилавке сами по себе уже означают наме­рение лица заключить сделку.) В соответствии с п. 2 ст. 158 ГК РФ конклюдентными действиями могут совершаться лишь сделки, которые в соответствии с законом могут быть совершены устно; 3) изъявление воли может иметь место и посредством молчания. Однако такое выражение волеизъявления допускается только в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон. Так, стороны могут договориться о том, что молчание одного из участников договора на предложение другого участника об изме­нении условий договора означает его согласие со сделанным пред­ложением. Законом также могут быть предусмотрены случаи, когда молчание признается выражением воли совершить сделку.[7]

Естественно, что воля и волеизъявление должны соответст­вовать друг другу. В случае когда воля направлена на одно дейст­вие, а волеизъявление выражает намерение совершить другое действие, сделка может вызвать споры между участниками, что препятствует ее совершению.

Весьма показательна эволюция, которую претерпела буржуазная цивилистика в своем отношении к значению воли сторон для сделок. Приводящее к совершению сделки волевое действие слагается из воли и волеизъявления. Если они совпадают, то при соблюдении требований закона ничто не может воспрепятствовать наступлению нужного юридического эффекта. Сложнее обстоит дело в случаях расхождения между ними, когда приходится отдавать предпочтение либо внутренней воле, либо волеизъявлению.

Вплоть до середины XIX в. господствующая роль принадлежала теории воли (Савиньи, Бринц и др.). Она строилась на той посылке, что в принципе договора нет, если волеизъявление не соответствует внутренней воле. Но так как подобная посылка не согласуется не только с развитым, а вообще с любым экономическим оборотом, сторонники самой этой теории были вынуждены сопроводить ее различными оговорками. Они указывали, в частности, что лишено юридической силы лишь такое волеизъявление, которое ненамеренно искажает содержание внутренней воли, а при намеренном (умышленном) ее искажении юридическая связанность должна наступить несмотря на противоречие между волей и волеизъявлением.

Чем больше, однако, ускорялось совершение товарных операций и чем масштабнее становилось движение товаров, тем меньше почвы оставалось для теории воли как в чистом ее виде, так и с различными оговорками. Уже к середине XIX в. она утрачивает свою былую распространенность, а затем почти вовсе сходит со сцены, уступив место новой концепции - теории волеизъявления (Коллер, Пининский и др.). Сторонники этой теории, начав с чисто психологических рассуждений о том, что недопустимо отрывать волю от волеизъявления, что они составляют две стороны одного и того же феномена, и что совершенно немыслима внутренняя противоречивость такого единого феномена, приходили к выводу о невозможности существования волеизъявления, вовсе не опирающегося на определенную внутреннюю волю. Юридически связывающую силу должно поэтому иметь самое волеизъявление, как бы оно ни соотносилось с внутренней волей.[8]

Еще один элемент психического отношения человека к совер­шаемому им действию, который может иметь значение для сдел­ки, – мотив.[9]

Юридически безразлично, достигло ли лицо в результате этой сделки того результата, который выступил побудительным мотивом сделки.

Законодательством, однако, предусмотрены отдельные случаи, когда мотиву может прида­ваться юридическое значение. Так, в ст. 169 ГК РФ содержится опре­деление недействительной сделки, совершенной с целью, заведо­мо противной основам правопорядка или нравственности, т.е. мо­тив, цель сделки предопределяет последствия недействительности. Кроме того, стороны вправе сами придать мотивам юридическое значение, оговорив установление прав и обязанностей либо их из­менение и прекращение, в зависимости от осуществления мотива или цели сделки. В таком случае мотив, оговоренный сторонами, становится условием сделки, а сама сделка будет совершенной под условием.

Следует отличать мотив и цель сделки от ее основания (causa), т.е. того типового юридического результата, который должен быть достигнут исполнением сделки. (Так, приобретение права собст­венности является основанием для купли-продажи, передача иму­щества в пользование – основанием для аренды и т.п.) Конкрет­ная правовая цель лиц может не совпасть с основанием сделки, в этом случае мы имеем дело с притворной или мнимой сделкой. Основание является обязательным элементом сделки, за исключе­нием случаев, специально указанных в законе.[10]

Волеизъявление позволяет отграничивать сделку от юридических поступков (например, обнаружение находки или клада) и юридических событий (например, стихийных бедст­вий), которые также влекут гражданско-правовые последствия, однако наступают независимо от наличия дееспособности и подчи­нены иному правовому режиму.

Во-вторых, сделка — правомерное действие, соответствующее требованиям гражданского законодательства. По этому признаку она отличается от действий неправомерных, которые обозначают­ся термином «деликт». Неправомерные действия также влекут гражданско-правовые последствия (прежде всего — обязанность возместить причиненный вред), однако в силу значительных пра­вовых особенностей подчинены правилам об обязательствах, воз­никающих вследствие причинения вреда.[11]

Наконец, в-третьих, сделки совершаются субъектами граждан­ского права и направлены на возникновение гражданско-право­вых последствий. Этот признак отличает сделку от администра­тивных актов, которые принимаются органами государственного управления при реализации их компетенции. (Примерами могут служить решения государственных органов о реквизиции или кон­фискации собственности или выдаче ордеров на жилое помещение.) Такие акты также создают гражданско-правовые последствия, но влекут прежде всего возникновение административно-правовой обязанности выполнить соответствующее решение, а правомер­ность и действительность такого решения будут оцениваться с точки зрения предписаний административного права.[12]

Однако, признаки сделки в бытовой сфере и сделки как регулятивной категории теории гражданского права не безусловны. Конечно, связь между сделкой и правоотношением существует, но ставить знак равенства между гражданским правоотношением и сделкой без предварительной характеристики содержания понятия сделки представляется преждевременным. По поводу правоотношения не возникает сомнения в его правомерности, а вот по характеристике сделки возникает, хотя ст. 153 ГК РФ и определила, что сделки - это действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В гражданском правоотношении действия его участников ведут к изменению их правомочий на социальные блага, которыми они владеют на правах собственника. В сделке же все далеко не однозначно. В гражданском правоотношении действия участников правомерны. В сделке же, буквально толкуя ГК РФ, нельзя утверждать, что правомерность – основополагающий признак сделки. По меньшей мере, два обстоятельства не позволяют поставить в один ряд категорию «сделка» и «гражданское правоотношение».

В гражданском правоотношении не может идти речь о его недействительности, а в сделке - может. Действия в гражданском правоотношении только правомерны, т.е. соответствуют закону или иным правовым актам, они не совершаются с целью, противной основам правопорядка. Они действительны. Сделки же могут быть, согласно ГК РФ, действительными и недействительными. Прежде в законодательстве России не проводилось деления недействительных сделок на ничтожные и оспоримые ни в ГК 1922 г., ни в ГК 1964 г., ни в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г.[13] Теперь же (ст. 166 ГК РФ) закон ввел термин ничтожной сделки и охарактеризовал эту сделку как не соответствующую требованиям закона и иным правовым актам (ст. 168 ГК РФ). Но если один вид сделок откровенно противоправен, то говорить, что сделки всегда правомерны, значило бы не замечать установлений закона.

Во-вторых, гражданское правоотношение никак нельзя назвать односторонним. В ГК РФ же (ст. 154, 155)[14] не только установлена возможность односторонней сделки, но и предусматриваются обязанности для лица, совершившего такую сделку. Если предположить, что ничтожная сделка может быть еще и односторонней, то нужно констатировать наличие проблемы для теории механизма гражданско-правового регулирования, защиты прав собственности и придания устойчивости самому гражданскому обороту.

Обыденное представление о сделке такое: сделка - действие, правомерное или нет - неважно. Оно направлено на изменение отношений по поводу имущественной принадлежности социальных благ. Такой подход к правовой природе сделки с позиций теории механизма гражданско-правового регулирования неприемлем. Ведь процесс обмена благами в товарной экономике и есть гражданский (хозяйственный) оборот. Гражданское правоотношение является неотъемлемой частью нормального хозяйственного оборота.[15]

Без законодательного уточнения понятия сделки не представляется возможным установить в теории логическую связь между гражданским правоотношением и сделкой. Указания на направленность действия для получения необходимого субъектам результата недостаточно. Закон следовало бы дополнить указанием, что это не просто действие, а управомоченное действие.

Соответственно понятие сделки в ст. 153 ГК РФ предполагается возможным дополнить следующим продолжением: действия, совершаемые с целью приобретения имущественных прав путем, противным основам гражданского правопорядка, сделками не являются и не порождают гражданских правоотношений.


Глава 2. Недействительные сделки

Недействительность может обнаружиться по причинам субъективным (например, несовершеннолетие), или объективным (например, продажа чужой вещи), по причинам, лежащим на внутренней стороне сделки (например, существенное заблуждение) или на внешней (например, несоблюдение формы).[16]

Недействительность сделки - это ее порочность, то есть действие, хотя бы и являющееся сделкой или только именуемое «сделкой», но совершенное с такими нарушениями, предусмотренными законом, которые делают его изначально ничтожным или оспоримым, вследствие чего оно либо не порождает те юридические последствия, которые преследовали субъекты, либо эти последствия могут не наступить по решению суда.[17]

Основания недействительности должны иметь место одновре­менно с совершением сделки как юридического факта. [18]

Например, если на момент заключения договора купли-продажи дома его уже не существует, то исполнение договора (переход права собственно­сти на дом от продавца к покупателю) является невозможным и до­говор будет недействительным как заключенный с каузой, которую невозможно осуществить. Права и обязан­ности по такому договору не возникнут с самого начала. Если же дом сгорел уже после заключения договора, то договор будет дейст­вительным: права и обязанности возникнут в момент его заключе­ния. Однако с момента гибели предмета договора соответствующие права и обязанности прекратятся в связи с невозможностью испол­нения договора.

Сделки, совершенные с правовыми нарушениями, подразделяются на два основных вида:

а) ничтожные;

б) оспоримые.

Однако классификация недействительных сделок на ничтожные и оспоримые на протяжении веков была пред­метом жестких теоретических дискуссий. В те времена и поны­не противники разделения недействительных сделок на ничтожные и оспоримые считали и считают такую классификацию уязвимой как логически, так и по существу. В связи с этим было предложено классифицировать недействительные сделки на абсолютно недействительные, т.е недействительные непосредственно в силу за­кона, и относительно недействительные, которые становятся недей­ствительными в силу признания суда по специальному заявлению заинтересованного лица.[19]

2.1. Ничтожные сделки

Ничтожными (с точки зрения действительности сделок) являются действия, прямо нарушающие закон, существующий правопорядок. Эти действия по своей сути являются правонарушениями.

Ничтожность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не порождает и не может породить желаемые для ее участ­ников правовые последствия в силу несоответствия его закону.

Скупка краденого, покупка ценной вещи у недееспособного не могут породить права собственности у приобретателя; нотариально не удостоверенный залог недвижимости не может породить прав залогодержателя и т.п.

Гражданский кодекс РФ предусматривает следующие виды ничтожных сделок в зависимости от оснований их недействительности:

а) сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов (ст. 168);

б) сделка, совершенная с целью, противной основам правопорядка и нравственности (ст. 169);

в) мнимая и притворная сделка (ст. 170);

г) сделка, совершенная лицом, признанным недееспособным (ст. 171), и сделка, совершенная малолетним (ст. 172).[20]

Представляется, что к данной категории сделок необходимо отнести и сделки, совершенные с несоблюдением установленной законом или соглашением сторон обязательной формы в случаях, когда такое несоблюдение влечет ничтожность сделки (обяз.письм.форма : соглашение о неустойке, договор о залоге, договор поручительства, договор продажи недвижимости, аренды здания, кредитный договор, договор банковского вклада, страхования, коммерческой концессии[21] ; обяз.нот.удостоверение : доверенности на совершение сделок, требующих нот. удостоверения; в порядке передоверия доверенности; договора ренты; завещания[22] .).

Общая характеристика рассматриваемых сделок такова: ничтожная сделка - та, которая недействительна (противоправна) с самого начала, по самому своему существу и не требует признания ее недействительности судом. Требование о применении последствий недействительности такой сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом, судом по его собственной инициативе.[23]

2.2. Природа и содержание понятия «притворная сделка»

Несоответствие воли и волеизъявления является причиной ни­чтожности мнимых и притворных сделок. Как мнимая, так и притворная сделки ничтожны.

Притворная сделка – это сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку (ст. 170 ГК РФ).[24]

Притворные сделки – сделки с отсутствием основа­ния, то есть, того типового юридического результата, который должен был бы иметь место в действительной сделке.

Однако, в притворной сделке хотя и отсутст­вует основание — стороны стремятся достигнуть отнюдь не того правового результата, который должен возникнуть из совершае­мой сделки. В этой ситуации имеется две сделки: одна притвор­ная, а другая та, которую стороны действительно имели в виду. Таким образом, притворная сделка как бы прикрывает своей фор­мой истинную сделку. Поскольку притворная сделка не имеет ос­нования, она недействительна. Однако притворные сделки не всегда возникают вследствие неблаговидных действий, нередко граждане просто не понимают, какую сделку им следовало бы со­вершить, либо не проводят различия, скажем, между куплей-про­дажей и имущественным наймом. Закон предоставляет возмож­ность исправить подобные ошибки: признавая притворную сделку недействительной, предлагается применить к сделке, которую сто­роны действительно имели в виду, относящиеся к ней правила за­кона. Если прикрываемая сделка не противоречит требованиям закона и иных правовых актов, то она действительна и порождает соответствующие права и обязанности; если же имеется правона­рушение, то она признается недействительной.[25]

Например, ФАС Поволжского округа (г.Казань) 26.01.2010г. постановил оставить кассационную жалобу по делу № А55-4968/2009 без удовлетворения.

МУП городского округа Самара «Парки города Самары» (далее – истец, предприятие) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к индивидуальному предпринимателю Родионову Константину Сергеевичу (далее – ответчик, Родионов К.С.) о взыскании задолженности по договору аренды от 01.06.2007 № 3 асфальтового покрытия с учетом неустойки в размере 414 206 руб. 10 коп. Как следует из материалов дела и установлено судом, истцу на праве постоянного (бессрочного) пользования на основании постановления главы г. Самары от 08.12.1997 № 1429 предоставлен земельный участок площадью 35 700 кв.м, расположенный по адресу: ул. Спортивная, 19 в Железнодорожном районе г. Самары. В реестр муниципального имущества городского округа Самара на основании решения Малого Совета Самарского горсовета народных депутатов от 17.09.1992 № 222 включен объект благоустройства - асфальтовое покрытие площадью 10 310 кв.м, расположенное на территории парка им. Щорса по адресу: г. Самара, ул. Спортивная, 19. Как следует из технического отчета муниципального предприятия г. Самары «Архитектурно-планировочное бюро», асфальтированная площадка является улучшением земельного участка, самостоятельных назначений и функций по отношению к земельному участку не имеет и не может быть использована независимо от него. На основании статей 130, 170, 606, 607 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции пришел к выводу о том, что, заключив договор от 01.06.2007 № 3 аренды асфальтового покрытия, стороны совершили притворную сделку, которая является ничтожной. Сделка по передаче в аренду асфальтового покрытия совершена с целью прикрыть другую сделку - по передаче в аренду заасфальтированного земельного участка.

Исходя из вышеизложенного, суд пришел к выводу, что у истца отсутствует право требовать у ответчика уплаты арендных платежей по договору аренды от 01.06.2007 № 3 и соответствующих штрафных санкций, поскольку указанный договор, будучи притворной сделкой, ничтожен и не влечет правовых последствий, как и сделка, прикрываемая данным договором.[26]

Судам необходимо учитывать, что сделки, совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка и нравственности, могут прикрываться иными сделками, которые формально не нарушают требований законодательства. В данных случаях к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), в силу чего притворная сделка квалифицируется как ничтожная исключительно по статье 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка, при наличии к тому оснований, может быть квалифицирована по статье 169 ГК РФ.[27]

Разрешение проблемы притворных сделок возможно при одновременном анализе и притворной, и прикрываемой сделок. Оценка каждой из них связана с определенными трудностями при выявлении признаков притворности, определении характера прикрываемой сделки и признании ее действительности. Особую сложность в этом перечне представляют вопросы, связанные с прикрываемыми сделками. ГК РФ 1994 года фактически без изменений воспроизвел содержавшиеся в предшествующем Кодексе положения об этом виде сделок. В п. 2 ст. 170 ГК РФ, так же как это было в ч. 2 ст. 53 ГК РСФСР, указано, что к прикрываемой сделке должны применяться правила, относящиеся к той сделке, которую стороны имели в виду.[28]

Притворные сделки в хозяйственной практике - явление не редкое. Причина их возникновения кроется в желании сторон скрыть подлинную природу своих отношений и избежать нежелательных для себя гражданских, налоговых и иных правовых последствий. При этом стороны преследуют цель получить тот же результат, которого они достигли бы, совершая сделку открыто.

Правовая судьба прикрываемой притворной сделкой напрямую зависит от того, насколько она соответствует требованиям закона. Если сделка ничего противозаконного в себе не несет, то перемещается в нравственно-этическую сферу и беспрепятственно порождает для сторон необходимые права и обязанности.[29]

Однако - и это надо всегда иметь в виду - значительная часть притворных сделок заключается для прикрытия сделок недействительных. В таком случае в зависимости от порока сделки применяются и относящиеся к ней правила.

Например, коммерческая организация передает муниципальной библиотеке в дар денежную сумму, имея истинной целью разместить в помещении библиотеки свой офис. Эта акция должна расцениваться как сделка, не соответствующая требованиям закона, поскольку стороны намеревались совершить договор аренды с учреждением - субъектом права оперативного управления, который не вправе распоряжаться закрепленным за ним имуществом.

Также можно привести еще один пример из практики рассмотрения споров Одиннадцатым Арбитражным Апелляционным судом (г.Самара):

Открытое акционерное общество «Чистопольский молочный комбинат» (далее заявитель) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 12 по Республике Татарстан (далее налоговый орган) от 30.09.2009 г. № 13-26/33 в части доначисления 966 002 руб. единого социального налога за 2007 и 2008 г.г., а также в части начисления соответствующих пеней и налоговых санкций.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 31 марта 2010 года по делу № А65-34820/2009 в удовлетворении заявленного требования отказано.

В апелляционной жалобе заявитель просит отменить решение суда первой инстанции и удовлетворить заявленное требование.

Из материалов дела следует, что в ходе проверки налоговым органом были выявлены нарушения, которые отражены в акте выездной налоговой проверки № 13-26/30 от 08.09.2009 г. налоговый орган, рассмотрев акт выездной налоговой проверки и представленные заявителем возражения принял оспариваемое заявителем в части решение № 13-26/33 от 30.09.2009 г.

Налоговый орган в оспариваемом решении сделал вывод о неправомерном уменьшении заявителем подлежащего уплате ЕСН посредством заключения с ООО «Чистопольское молоко» договоров на предоставление работников, поскольку фактически работники состояли в трудовых отношениях с заявителем, а взаимоотношения заявителя с ООО «Чистопольское молоко» были направлены лишь на получение необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения ЕСН. Сделки, оформленные с ООО «Чистопольское молоко» уменьшают размер налоговой обязанности заявителя по ЕСН, при этом ООО «Чистопольское молоко» примененяет упрощенную систему налогообложения и также не уплачивает ЕСН. Совершенные заявителем и его контрагентом сделки в их совокупности не подтверждают наличия иной деловой цели, кроме как связанной с получением необоснованного освобождения от уплаты единого социального налога. ОАО «Чистопольский молочный комбинат» и ООО «Чистопольское молоко» зарегистрированы по одному адресу, руководство осуществлялось взаимозависимыми лицами. При создании ООО «Чистопольское молоко» не преследовалась цель осуществления им коммерческой деятельности. Предприятие не занималось направленным поиском и набором работников, не формировало банк данных соискателей, не оказывало аналогичных услуг другим организациям. Собственных денежных средств ООО «Чистопольское молоко» не имело, целевое финансирование его деятельности полностью осуществлялось ОАО «Чистопольский молочный комбинат».

Заявитель считает, что налоговым органом необоснованно доначислен ЕСН, так как в его действиях не было признаков недобросовестности, договоры по предоставлению персонала не противоречат гражданскому законодательству, реально исполнены и обусловлены экономическими причинами, поскольку с их помощью предприятие получило возможность более гибко использовать трудовые ресурсы.

Как следует из материалов дела, директором ООО «Чистопольское молоко» являлся Латыпов Р.М., одновременно работавший начальником логистики ОАО «Чистопольский молочный комбинат», а затем заместителем директора ОАО «Чистопольский молочный комбинат». Главным бухгалтером ООО «Чистопольское молоко» и ОАО «Чистопольский молочный комбинат» являлся Фасхутдинов Г.Г. Учредителями ООО «Чистопольское молоко» являлись ОАО «Чистопольский молочный комбинат» и Прокофьев А.Н. (директор ОАО «Чистопольский молочный комбинат»).

Основным видом деятельности ООО «Чистопольское молоко» является «наем рабочей силы и подбор персонала» Кадровый состав ООО «Чистопольское молоко» формируется путем перевода работников из ОАО «Чистопольский молочный комбинат».

ОАО «Чистопольский молочный комбинат» заключены договоры о предоставлении персонала с ООО «Чистопольское молоко» № 1/2 от 29.06.2006 г., № 1/1 от 11.01.2007 г., № 35 от 11.01.2007 г., № 48 от 10.01.2008 г.

ООО «Чистопольское молоко» в спорный период применяло упрощенную систему налогообложения, и, соответственно, в силу п. 2 ст. 346.11 НК РФ не являлось плательщиком единого социального налога.

В то же время, заявитель применял общую систему налогообложения и являлся плательщиком единого социального налога.

В результате, суммы, оплачиваемые заявителем по договорам за предоставление персонала ООО «Чистопольское молоко» не облагаются единым социальным налогом, поскольку заявитель формально не имел трудовых и гражданско-правовых договоров с этими работниками.

Как правильно установлено судом первой инстанции, формирование кадрового состава (перевод, прием, увольнение) в организациях осуществлялось по инициативе руководящих работников заявителя и ООО «Чистопольское молоко». Первоначально 73 работника ООО «Чистопольское молоко» работали в ОАО «Чистопольский молочный комбинат». Перевод работников носил формальный характер, поскольку трудовые функции и фактическое место осуществления трудовой деятельности для этих работников не изменились, они работали на прежних местах, сохранились их должностные обязанности, условия труда, размер заработной платы оставались прежними, что подтверждается протоколами допросов работников.

ООО «Чистопольское молоко» была дана справка исх. №01 от 12.02.2010 о том, что в период с 01.07.2006 г. по 31.12.2009 г. в ООО «Чистопольское молоко» работал персонал в количестве 67 человек, 31.12.2009 г. персонал уволен по собственному желанию.

Весь уволенный 31.12. 2009 г. персонал ООО «Чистопольское молоко» был снова принят в ОАО «Чистопольский молочный комбинат», что подтверждено Приказом о приеме работников на работу № 425л/с от 31.12.2009 г. и штатной расстановкой на 01.01.2010 г.

Из материалов дела следует и правильно установлено судом первой инстанции, что единственной целью заявителя при взаимоотношениях с ООО «Чистопольское молоко» являлось получение налоговой выгоды, каких-либо доказательств получения иной экономической выгоды заявителем не представлено. При этом применение данной схемы получения налоговой выгоды для организации-налогоплательщика приводит к не поступлению в бюджет единого социального налога, который предназначен для мобилизации средств для реализации прав граждан на государственное пенсионное и социальное обеспечение (страхование) и медицинскую помощь.

Доводы заявителя и третьего лица - ООО «Чистопольское молоко» о том, что ООО «Чистопольское молоко» оказывало услуги по аренде персонала (аутсорсинг) не только заявителю, но и ООО АПК «Чистое поле» и ООО «Игенче», обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам.

Сделки, единственной направленностью которых является получение налоговой выгоды (уклонение от уплаты налогов), являются антисоциальными, не соответствующими закону или иным правовым актам (статья 168 ГК РФ), а мнимые и притворные сделки (статья 170 ГК РФ) являются недействительными независимо от признания их таковыми судом в силу положений статьи 166 ГК РФ.

Решение арбитражного суда первой инстанции является законным и обоснованным, а поэтому его следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.[30]

Эти обстоятельства в их совокупности достоверно свидетельствуют о получении заявителем необоснованной налоговой выгоды, под которой в соответствии с положениями постановления ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы.[31]

Сделка оценивается как притворная при совокупности трех условий. Во-первых, при наличии и в прикрываемой, и в притворной сделке одних и тех же сторон. Во-вторых, воля сторон должна быть направлена на возникновение в прикрываемой сделке иных гражданско-правовых отношений по сравнению с закрепленными в притворной сделке. В-третьих, необходимо присутствие умышленной формы вины, свидетельствующей об осознании сторонами последствий своих действий в каждой из сделок.[32]

2.3. Особенности притворных сделок

Содержащееся в п. 2 ст. 170 ГК РФ утверждение о применении правил, относящихся к той сделке, которую стороны имели в виду на первый взгляд не должно предполагать отхода от общих требований, предъявляемых к сделкам, и в том числе требования о форме. При буквальном истолковании закона такой вывод возможен, однако его нельзя считать правильным. Оценивая прикрываемую сделку, не следует упускать из виду роль института притворной сделки в гражданском праве, призванного выявлять истинное волеизъявление участников гражданского оборота и тем самым обеспечивать его легальность. Игнорирование этого обстоятельства существенно затрудняет доказывание прикрываемых сделок. Нельзя ведь представить ситуацию, при которой стороны, совершая притворную сделку, будут надлежащим образом оформлять действительные правоотношения. Для того и заключается притворная сделка, чтобы скрыть истинные намерения участников, а когда они облечены в надлежащую форму, надобность в такой сделке отпадает. Если рассматривать проблему в этом контексте, вывод коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ не выглядит бесспорным. Более логичным представляется изложенный той же коллегией, но десятилетием раньше, взгляд на притворные сделки как на особый вид сделок, в отношении которых отсутствуют ограничения по допустимости устных доказательств.[33]

Несоблюдение требований о письменной форме не может препятствовать признанию прикрываемой сделки действительной и по другим основаниям.

Притворная сделка представляет собой двуединое правовое явление, в котором объединены два правоотношения: одно из них - квазиправоотношение, не направлено на создание юридических последствий, второе – реальное, их предполагает, но не открыто. Существовать отдельно друг от друга эти правоотношения не могут, и потому если суд констатирует притворность сделки, он тем самым признает факт существования прикрываемой сделки, которую и надлежит оценивать. При этом условия прикрываемой сделки должны исследоваться не изолированно, а во взаимосвязи с притворной сделкой. Письменная форма притворной сделки в этом случае будет выступать в качестве письменного доказательства прикрытой сделки, что позволяет в соответствии с п. 1 ст. 162 ГК РФ преодолеть порок формы сделки.[34]

2.4. Последствия недействительности притворных сделок

ГК РФ определяет последствия сделок в зависимости от общей направленности гражданско-правового регулирования, оснований не-действительности сделки и формы сделки, а также иных обстоятельств (в том числе – вины одной из сторон). Причем недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной части (ст. 180 ГК РФ). Вместе с тем в отношении этих последствий в гражданском праве выработаны особые обобщающие категории (конструкции), охватываемые понятием реституция.[35]

Последствия недействительности сделок включают двух- и односторонние реституции, а также дополнительные имущественные последствия.

Реституция - это возвращение (обратное) всего полученного по исполненной сделке. В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Двухсторонняя реституция – каждая из сторон по недействительной сделке обязана возвратить другой все полученное по ней в натуре или деньгах (при невозможности возвратить в натуре).

Односторонняя реституция – исполненное обратно получает только одна сторона – добросовестная. Причитающееся другой стороне (недобросовестной) переходит в доход государства.

Дополнительные имущественные последствия: возмещение понесенного реального ущерба (в сделке с недееспособным лицом, признанной судом недействительной, если другая сторона знала о его недееспособности); недопущение реституции — все полученное по сделке переходит в доход государства (сделка совершенна с целью, противной основам правопорядка и нравственности, при умысле обеих сторон).[36]

При квалификации сделки по статье 170 ГК РФ, то есть, как притворной сделки возможна только двусторонняя реституция.

Обращение в суд с требованием о признании сдел­ки недействительной и о применении последствий недействитель­ности сделки (как оспоримой, так и ничтожной) может быть осу­ществлено в пределах срока исковой давности.[37]

По существу, исковая давность должна пониматься как срок, в течение которого возможно принудительное осуществление права с помощью любого юрисдикционного органа.[38]

Исковая давность по недействительным сделкам:

по оспоримым — 1 год со дня, когда истец узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной; прекращения насилия, угрозы, под влиянием которых она была совершена;

по ничтожным — иск о применении последствий недействительности сделки может быть предъявлен в течение трех лет, со дня начала ее исполнение.

Поскольку ничтожная сделка недействительна и без призна­ния этого факта судом, то закон устанавливает только срок иско­вой давности для предъявления требования о применении послед­ствий недействительности ничтожной сделки. При отсутствии исполнения ни­чтожная сделка не приводит ни к каким правовым последствиям, поэтому нет необходимости исчислять срок с момента заключения ничтожной сделки.[39]

Наглядным примером может послужить следующее постановление Федерального Арбитражного суда Поволжского округа от 02 апреля 2010г.

Инспекция Федеральной налоговой службы России по Советскому району г. Самары (далее – истец, ИФНС России) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с иском о признании недействительным договора от 20.03.2003 № 1 возмездного оказания услуг по предоставлению персонала, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Строммашина-Щит» (далее – ООО «Строммашина-Щит») и Самарской городской общественной организации инвалидов «Истина» (далее – СГООИ «Истина»).

Как следует из материалов дела и установлено судами, 20.03.2003 между ООО «Строммашина-Щит» и филиалом «Строммаш-Персонал» СГООИ «Истина» был заключен договор № 1 возмездного оказания услуг по предоставлению персонала. Предметом договора являлось оказание услуг по представлению трудовых ресурсов, в порядке и на условиях, определенных договором, необходимых для обеспечения деятельности ООО «Строммашина-Щит» в форме направления работников, с которыми СГООИ «Истина» заключены трудовые договоры.

Истец мотивировал исковые требования тем, что указанная сделка, заключенная между ответчиками, является в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожной, поскольку направлена на уклонение от уплаты единого социального налога, и также является притворной сделкой.

Ответчики в судебном заседании суда первой инстанции заявили о пропуске истцом срока исковой давности.

Апелляционный суд, обоснованно признав срок исковой давности пропущенным, исходил из следующего.

В соответствии со статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

В соответствии с частью 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Из материалов дела следует, что исполнение сделки началось в апреле 2003 года, что подтверждается счетами-фактурами, актами, списками персонала.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к правомерному выводу о пропуске истцом срока исковой давности, что в силу статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Довод истца о притворности сделки также правомерно признан судами необоснованным, так как истец не указал, какую конкретно сделку прикрывал заключенный между ответчиками договор по предоставлению персонала.[40]

2.5. Оспоримость притворных сделок в судах РФ

Ничтожная сделка, несомненно, является недействительной независимо от решения суда. Но это отнюдь не исключает права сторон обратиться в суд по поводу недействительности ничтожной сделки, даже не требуя применения предусмотренных в законе последствий. Все дело лишь в характере заявленного иска.[41]

Согласно п. 2 ст. 170 ГК к сделке, которую стороны действительно имели в виду, применяются относящиеся к ней правила, в соответствии с которыми и решается вопрос о действительности прикрываемой сделки. Совершение прикрываемой сделки имеет, как правило, незаконную цель, что, однако, не означает ее обязательной недействительности.[42]

Хотя среди перечисленных в ст. 12 ГК РФ способов защиты гражданских прав отсутствует такой способ, как признание ничтожной сделки недействительной, Пленумы Верховного суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ в п. 32 Постановления от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указали, что ГК РФ не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, поэтому такие требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные п. 1 ст. 181 ГК РФ (то есть, три года со дня начала исполнения по этой сделке), и подлежат рассмотрению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.[43]

В литературе высказана точка зрения, что притворными должны признаваться сделки, в которых стороны заблуждались относительно правового характера правоотношений. По мнению авторов анализируемой идеи, в этом случае надлежит применять правила о прикрываемых сделках. Так, если стороны заключили договор купли-продажи, но оформили его как договор имущественного найма, то договор купли-продажи является прикрываемой сделкой.[44]

Предложенная оценка основанием притворности сделки признает неосторожную форму вины ее участников. Между тем подобный подход не согласуется с определением, данным в п. 2 ст. 170 ГК РФ, согласно которому притворная сделка заключается с целью прикрыть другую сделку. Приведенное определение указывает все признаки умысла: осознание участниками сделок противоправного характера своих действий, предвидение возможного результата таких действий, желание его добиться.

Однако такой довод нельзя признать бесспорным, поскольку главным условием толкования должно быть выявление действительной воли сторон, на что и указывает п. 2 ст. 431 ГК РФ.

Квалификация сделки как притворной возможна при наличии умысла у обеих сторон. Если умысел был только у одной стороны, а вторая заблуждалась относительно характера сделки, применение п. 2 ст. 170 ГК РФ становится невозможным. Такую сделку нужно расценивать как сделку, совершенную под влиянием заблуждения в ее природе (ст. 178 ГК РФ).

В судебной практике встречаются оценки противоположного свойства, когда оформленную сделку, содержание которой не соответствует реальному волеизъявлению сторон, предлагается рассматривать как сделку с заблуждением в предмете соглашения.

Иллюстрацией такого подхода может служить следующий пример.

Стороны в письменной форме заключили договор дарения жилого помещения. Впоследствии даритель обратился в суд с иском о признании договора недействительным и возврате жилого помещения, сославшись на то, что одаряемый при совершении договора обязался содержать истца, но обязанность не исполнял.

Решением районного суда иски были удовлетворены. Договор дарения признан притворной сделкой, прикрывавшей договор пожизненного содержания с иждивением, который из-за ненадлежащего исполнения плательщиком ренты обязанностей был расторгнут с возвращением жилого помещения истцу. По кассационной жалобе ответчика, не отрицавшего осуществления ухода за дарителем, коллегия по гражданским делам областного суда решение отменила. Не согласившись с выводом о притворном характере дарения, коллегия вынесла новое решение, расценив спорные правоотношения как договор дарения, при заключении которого даритель заблуждался в тождестве предмета договора (ст. 178 ГК РФ), и применила реституцию.


Заключение

Во введении мы ставили перед собой одну из основных задач: определить понятие сделки. Таким образом, сделка это – наиболее распространенные юридические факты, влекущие возникновение и прекращение гражданских прав и обязанностей. Круг сделок не ограничен названными в ГК РФ и других законах; возможно совершение сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему, а также сочетающих элементы различных сделок.

Сделки представляют собой действия, направленные на достижение определенного правового результата.

Следовательно, сделка – это волевой акт и для ее совершения необходимо наличие дееспособности, которая по-разному определяется для граждан (ст. 21, 26, 27, 28 ГК РФ) и юридических лиц (ст. 49 ГК РФ) и может быть ограничена в отношении некоторых сделок.[45]

Представляется, что целесообразно закрепить в ГК РФ следующее понятие сделки: сделка - есть правомерное, т.е. дозволенное законом волевое действие, совершаемое гражданами и юридическими лицами, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Действия, совершаемые с целью приобретения имущественных прав путем, противным основам гражданского правопорядка, сделками не являются и не порождают гражданских правоотношений. Данная формулировка позволила бы устранить неоднозначность понятий.

В современных условиях рынка, когда коммерческий оборот расширяется, его участниками становится большое число новых предпринимателей, не имеющих достаточного практического опыта, также возрастает число разного рода коммерческих злоупотреблений, в результате появляется значительное число сделок, правовая сила которых их участниками затем оспаривается.

Среди отдельных составов недействительных сделок с порока­ми содержания следует назвать притворные сделки.

Притворные сделки — сделки с отсутствием основа­ния, то есть, не имеющие юридического результата.

Однако притворные сделки не всегда возникают вследствие неблаговидных действий, нередко граждане просто не понимают, какую сделку им следовало бы со­вершить, либо не проводят различия, скажем, между куплей-про­дажей и имущественным наймом. Закон предоставляет возмож­ность исправить подобные ошибки: признавая притворную сделку недействительной, предлагается применить к сделке, которую сто­роны действительно имели в виду, относящиеся к ней правила за­кона.

Анализ ГК РФ позволяет выделить 4 группы правовых последствий признания недействительности сделок, а не 3, как это принято в юридической литературе. А именно: двусторонняя реституция; односторонняя реституция; недопущение реституции; возмещение убытков (в качестве дополнительного правового последствия).

У некоторых авторов ''возможно «превращение» притворной сделки в ту сделку, которую прикрывали стороны, если последняя, в свою очередь, не является недействительной''.[46]

Сложность выявления признаков притворной и прикрываемых сделок, понимания их взаимосвязи, неочевидность различий между притворными и некоторыми видами других недействительных сделок, создают определенные трудности в правоприменительной деятельности. Для формирования единой судебной практики было бы целесообразно посвятить недействительным сделкам отдельное постановление Верховного Суда РФ или, в крайнем случае, изучить и обобщить судебную практику.


Список использованных источников

Нормативно-правовые акты

1. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993г. (с изменениями от 30.12.2008г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008г. № 7-ФКЗ) // Российская газета. – 1993. – 25 декабря № 237; Российская газета. – 2009. – 21 января № 7.

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изменениями от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

3. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996г. № 14-ФЗ (в ред. от 12.08.1996г. № 110-ФЗ, от 24.10.1997г. № 133-ФЗ, от 17.12.1999г. № 213-ФЗ, от 30.12.2008г. № 308-ФЗ, от 09.04.2009г. № 56-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ) // Российская газета . – 1996. – 6 февраля № 23, 7 февраля № 24, 8 февраля № 25, 10 февраля № 27; Российская газета. – 2009. – 20 июля № 131.

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001г. № 146-ФЗ (в ред. от 02.12.2004г. № 156-ФЗ, от 03.06.2006г. № 73-ФЗ, от 18.12.2006г. № 231-ФЗ, от 29.12.2006г. № 258-ФЗ, от 29.11.2007г. № 281-ФЗ, от 29.04.2008г. № 54-ФЗ, от 30.06.2008г. № 105-ФЗ) // Российская газета. – 2001. – 28 ноября № 233; Российская газета. – 2008. – 3 июля № 141.

Книги

5. Алексеев С.С. Гражданское право: учеб. / С.С. Алексеев, Б.М.Гонгало, Д.В.Мурзин [и др.]; под общ. ред. С.С.Алексеева. – 2-е изд., перераб. и доп.– М.: ТК Велби, Изд-во Проспект: Институт частного права, 2009. – 528 с.

6. Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения: Изд. 2-е, испр. М.: «Статут», 1999. – 848 с.

7. Гришаев С.П. Гражданское право: Учебник / Под ред. С.П.Гришаева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрист, 2005. – 496 с.

8. Грудцына Л.Ю., Спектор А.А. Гражданское право России: Учебник для вузов. – М.: ЗАО Юстицинформ, 2008. – 560 с.

9. Егоров Н.Д. Гражданское право: Учеб.: В 3 т. Т. 1. - 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Егоров, И.В.Елисеев и др.; Отв.ред. А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. - М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004. – 776 с.

10. Елисеев Н.Д. Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – 784 с.

11. Иоффе О. С. Гражданское правоотношение. Критика теории «хозяйственного права». / Под.ред.д.ю.н., проф. Суханова Е. А. - М.: «Статут», 2000. – 777 с.

12. Мейер Д. И. Русское гражданское право: учеб.: в 2 ч. - 3-е изд., перераб. и доп. / Витрянский В.В, Шерстобитов А.Е., Кулагина Е.В. [и др.]; отв.ред. д.ю.н., проф. Суханов Е.А. – М.: «Статут», 2003. – 831 с.

13. Мозолин В.П. Гражданское право. В 2-х частях. Отв ред. Мозолин В.П. М.: Юристъ, Ч 1. – 2005. – 719 с.

14. Пиляева В.В. Гражданское право. Часть общ. и особ.: учебник. – М.: ТК Велби, 2005. – 800 с.

15. Садиков О.Н. Гражданское право России. Общая часть: Курс лекций / Отв.ред. О.Н.Садиков. – М.: Юристъ, 2001. – 776 с.

16. Садиков О.Н. Гражданское право: Учебник. / Под ред.д.ю.н., проф. О.Н. Садикова. — М.: Юридиче­ская фирма «КОНТРАКТ»: «ИНФРА-М», 2006. –

493 с.

17. Сергеев А.П., Толстой Ю.К. Гражданское право. Том. 1. Учебник. Изд. 6-е, перераб. и доп. / Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. – М.: ООО «ТК Велби», 2005. – 776 с.

18. Суханов Е.А. Гражданское право. В 4 т. Т.1: Общ. часть: учеб.для студ.вузов. / Отв.ред. – Е. А.Суханов. – 3-е изд., перер.и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2007. – 720 с.

19. Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изд. 1907 г.) / Вступ. статья, Е.А. Суханов. – М.: Фирма «СПАРК», 1995. – 272 с.

Статьи

20. Киселев А.А. Вопросы квалификации и классификации недействительных сделок // Юрист. – 2007. – № 12. – С. 63-67.

21. Чеговадзе Л.А. Гражданско-правовая категория объекта // Законодательство. – 2003. – № 1. – С. 25-28.

22. Мурашко М.С. Притворные сделки в судебной практике // Российская юстиция. – 2006. - март № 3. – С. 4-11.

23. Лисицкая О.А. Что такое притворная сделка? // Закон. – 2004. – 15 ноября № 23. – С. 40-43.

Ресурсы Интернет

24. Постановление Федерального Арбитражного суда Поволжского округа Российской Федерации от 26.01.2010г., дело № А55-4968/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru

25. Постановление Одиннадцатого Арбитражного Апелляционного суда Российской Федерации от 09.07.2010г., дело № А65-34820/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru

26. Постановление Федерального Арбитражного суда Поволжского округа Российской Федерации от 02.04.2010, дело № А55-13196/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru

Материалы судебной практики

27. Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 10 апреля 2008г. № 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса РФ» // Вестник Высшего Арбитражного суда Российской Федерации. – 2008. – май, № 5. – С. 40-43.

28. Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 6 и Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 1 июля 1996 г. № 8«О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Российская газета. – 1996. – от 10 августа № 151; Российская газета. – 1996. – 13 августа № 152.

29. Постановление Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» // Вестник Высшего Арбитражного суда Российской Федерации. – 2006. – декабрь, № 12.


[1] Конституция РФ от 12.12.1993г. (с изм. от 30.12.2008г. № 6-ФКЗ, от 30.12.2008г. № 7-ФКЗ) // Российская газета. – 1993. – 25 декабря № 237; Российская газета. – 2009. – 21 января № 7.

[2] Мейер Д. И. Русское гражданское право: учеб.: в 2 ч. - 3-е изд., перераб. и доп. / Витрянский В.В, Шерстобитов А.Е., Кулагина Е.В. [и др.]; отв.ред. д. ю. н., профессор Суханов Е.А. – М.: «Статут», 2003. – С. 371.

[3] Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изм. от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

[4] Г.Ф. Шершеневич. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.) / Вступительная статья, Е.А. Суханов. – М.: Фирма «СПАРК», 1995. – С. 113.

[5] Гражданское право России.Общая часть: Курс лекций / Отв.ред. О.Н.Садиков. – М.: Юристъ, 2001. – С. 316.

[6] Гражданское право: Учебник / Под ред. С.П.Гришаева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрист, 2005. – С. 65.

[7] Гражданское право. Том. 1. Учебник. Изд. шестое, перераб. и доп. / Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. – М.: ООО «ТК Велби», 2005. – С. 281.

[8] Иоффе О. С. Гражданское правоотношение. Критика теории «хозяйственного права». / Под.ред. д. ю. н., профессора Суханова Е. А. - М.: «Статут», 2000. – С. 270.

[9] Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 282.

[10] Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 282.

[11] Гражданское право России.Общая часть: Курс лекций / Отв.ред. О.Н.Садиков. – М.: Юристъ, 2001. – С. 317.

[12] Гражданское право России.Общая часть: Курс лекций / Отв.ред. О.Н.Садиков. – М.: Юристъ, 2001. – С. 317.

[13] Киселев А.А. Вопросы квалификации и классификации недействительных сделок // Юрист. – 2007. – № 12. – С. 63.

[14] Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изм. от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

[15] Чеговадзе Л.А. Гражданско-правовая категория объекта // Законодательство. – 2003. – № 1. – С. 25.

[16] Г.Ф. Шершеневич. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.) / Вступительная статья, Е.А. Суханов. – М.: Фирма «СПАРК», 1995. – С. 127.

[17] Гражданское право: учеб. / С. С. Алексеев, Б. М. Гонгало, Д. В. Мурзин [и др.]; под общ. ред. С. С. Алексеева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект: Институт частного права, 2009. – С. 101.

[18] Гражданское право: Учебник. Том I / Под ред.д.ю.н., профессора О.Н. Садикова. — М.: Юридиче­ская фирма «КОНТРАКТ»: «ИНФРА-М», 2006. — С. 201.

[19] Гражданское право. В 4 т. Т. 1: Общая часть: учеб.для студ.вузов. / Отв.ред. – Е. А.Суханов. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Волтерс Клувер, 2007. – С. 480-481.

[20] Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изм. от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

[21] Гражданский кодекс РФ (часть вторая) от 26.01.1996г. № 14-ФЗ (в ред. от 12.08.1996г. № 110-ФЗ, от 24.10.1997г. № 133-ФЗ, от 17.12.1999г. № 213-ФЗ, от 30.12.2008г. № 308-ФЗ, от 09.04.2009г. № 56-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ) // Российская газета . – 1996. – 6 февраля № 23, 7 февраля № 24, 8 февраля № 25, 10 февраля № 27; Российская газета. – 2009. – 20 июля № 131.

[22] Гражданский кодекс РФ (часть третья) от 26.11.2001г. № 146-ФЗ (в ред. от 02.12.2004г. № 156-ФЗ, от 03.06.2006г. № 73-ФЗ, от 18.12.2006г. № 231-ФЗ, от 29.12.2006г. № 258-ФЗ, от 29.11.2007г. № 281-ФЗ, от 29.04.2008г. № 54-ФЗ, от 30.06.2008г. № 105-ФЗ) // Российская газета. – 2001. – 28 ноября № 233; Российская газета. – 2008. – 3 июля № 141.

[23] Гражданское право: учеб. / С. С. Алексеев, Б. М. Гонгало, Д. В. Мурзин [и др.]; под общ. ред С. С. Алексеева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Проспект: Институт частного права, 2009. – С. 101.

[24] Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изм. от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

[25] Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 310.

[26] Постановление ФАС Поволжского округа РФ от 26.01.2010, дело № А55-4968/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru.

[27] Постановление Пленума ВАС РФ от 10 апреля 2008г. № 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением ст. 169 ГК РФ». // Вестник ВАС РФ. – 2008. – май, №5. – С. 41.

[28] Мурашко М.С. Притворные сделки в судебной практике // Российская юстиция. – 2006. - март № 3. – С. 4.

[29] Лисицкая О.А. Что такое притворная сделка? // Закон. – 2004. – 15 ноября № 23. – С. 41.

[30] Постановление Одиннадцатого Арбитражного Апелляционного суда Российской Федерации от 09 июля 2010 г., дело № А65-34820/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru

[31] Постановление Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» // "Вестник ВАС РФ". – 2006. – декабрь, № 12.

[32] Мурашко М.С. Притворные сделки в судебной практике // Российская юстиция. – 2006. - март № 3. – С. 5.

[33] Мурашко М.С. Притворные сделки в судебной практике // Российская юстиция. – 2006. - март № 3. – С. 5.

[34] Мурашко М.С. Там же. – С. 6.

[35] Гражданское право: учеб. / С. С. Алексеев, Б. М. Гонгало, Д. В. Мурзин [и др.]; под общ. ред. С. С. Алексеева. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект: Институт частного права, 2009. – С. 105.

[36] Л.Ю. Грудцына, А.А. Спектор. Гражданское право России: Учебник для вузов. – М.: ЗАО Юстицинформ, 2008. – С. 96.

[37] Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 312.

[38] Гражданское право: Учеб.: В 3т. Т.1 – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д. Егоров, И.В. Елисеев [и др.]; отв. ред. А.П. Сергеев, Ю.К. Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2004. – С. 357.

[39] Гражданское право: учеб.: в 3 т. Т.1. – 6-е изд., перераб. и доп. / Н.Д.Елисеев [и др.]; отв.ред.А.П.Сергеев, Ю.К.Толстой. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2008. – С. 313.

[40] Постановление ФАС Поволжского округа РФ от 02.04.2010, дело № А55-13196/2009. – Режим доступа: http://kad.arbitr.ru.

[41] Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения: Изд. 2-е, испр. М.: «Статут», 1999. – С. 258.

[42] Гражданское право. В 2-х частях. Отв ред. Мозолин В.П. М.: Юристъ, Ч 1. – 2005. – С. 271.

[43] Постановление Пленума ВС РФ от 1 июля 1996 г. № 6 и Постановление Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Российская газета. – 1996. – от 10 августа № 151; Российская газета. – 1996. – 13 августа № 152.

[44] Сергеев А.П., Толстой Ю.К. Гражданское право. Том. 1. Учебник. Изд. 6-е, перераб. и доп. / Под ред. А.П.Сергеева, Ю.К.Толстого. – М.: ООО «ТК Велби», 2005. – С. 310.

[45] Гражданский кодекс РФ (часть первая) от 30.11.1994г. № 51-ФЗ (в ред. от 20.02.1996 № 18-ФЗ, от 12.08.1996г. № 111-ФЗ, от 08.07.1999 № 138-ФЗ, от 17.07.2009г. № 145-ФЗ, от 27.12.2009 № 352-ФЗ; с изм. от 24.07.2008г. №161-ФЗ, от 18.07.2009г. № 181-ФЗ, от 27.12.2009г. № 352-ФЗ) // Российская газета. – 1994. – 8 декабря № 238-239; Российская газета. – 2009. – 29 декабря № 252.

[46] Пиляева В.В. Гражданское право. Часть общая и особенная: учеб. – М.: ТК Велби, 2005. – С. 96.