регистрация / вход

Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа 3

Введение В наше время не нужно быть специалистом, чтобы понимать, что деятельность сотрудников правоохранительной системы государства связана с повседневным риском. Сотрудники правоохранительных органов, исполняя возложенные на них законом обязанности, больше других подвергаются риску стать жертвами умышленных насильственных преступлений.

Введение

В наше время не нужно быть специалистом, чтобы понимать, что деятельность сотрудников правоохранительной системы государства связана с повседневным риском. Сотрудники правоохранительных органов, исполняя возложенные на них законом обязанности, больше других подвергаются риску стать жертвами умышленных насильственных преступлений. Опасность в этой связи может угрожать их жизни, здоровью, жизни близких родственников, другим образом, связанных с ними людей.

Такая угроза может исходить от самого различного круга лиц: отбывшие наказание лица, ранее совершившие преступления и осужденные благодаря профессиональной, компетентной работе сотрудника правоохранительных органов; лица, в отношении которых ведется производство по уголовному делу; родственники преступников; лица, целью которых является устрашение органов правоохранительной системы и другие.

Соответственно, защите жизни сотрудников правоохранительных органов государство уделяет особое внимание. Одним из направлений в сфере защиты является установление специальной уголовно-правовой нормы, предусматривающей санкцию за посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа – статья 317 Уголовного кодекса РФ[1] . Санкция указанной статьи характеризуется повышенной строгостью (лишение свободы на срок от 12 до 20 лет, пожизненное лишение свободы, смертная казнь).

Таким образом, состав преступления, предусмотренный статьей 317 Уголовного кодекса РФ, имеет особое значение в системе составов, предусмотренных законом.

В связи цель нашей работы: охарактеризовать состав преступления «посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа». Для этого прежде всего мы осветим некоторые криминологические характеристики данного преступления: уделим внимание ситуации, существующей в России, факторам, способствующим совершению преступления.

В дальнейшем мы непосредственно перейдем к анализу состава преступления: охарактеризуем все элементы состава преступления.

Также мы приведем несколько примеров из практики Верховного Суда РФ, Челябинского областного суда, Пермского краевого суда, чтобы наглядно увидеть, как дают оценку содеянного судебные инстанции различных уровней и регионов.

ГЛАВА 1. ПОСЯГАТЕЛЬСТВО НА ЖИЗНЬ СОТРУДНИКА ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОГО ОРГАНА. ХАРАКТЕРИСТИКА СОСТАВА ПРЕСТУПЛЕНИЯ.

1. Состояние преступности, связанной с посягательствами

на жизнь сотрудников правоохранительных органов, в России в 2009-2010 годах

Представленные различными государственными органами статистические данные свидетельствуют о том, что в России за последние годы ситуация, связанная с применением насилия в отношении сотрудников правоохранительных органов, является критической. Так, Следственный комитет Российской Федерации приводит следующие данные: по итогам 2009 года в производстве следователей Следственного комитета находилось 1045 уголовных дел по фактам посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов; за 2009 год от посягательств пострадало 2280 сотрудников правоохранительных органов, из них 567 человек погибло (то есть более 25 процентов, что говорит о том, что посягательства в своей большой массе являются преступлениями спланированными и имеют целью именно лишение сотрудника жизни). Наибольшее количество посягательств совершаются в отношении сотрудников органов внутренних дел. При этом, уже в начале 2010 года был совершен ряд посягательств[2] , что говорит о том, что уровень преступности в данной области не имеет тенденцию к снижению.

Самые проблемные регионы по данной категории преступлений в России – Южный федеральный округ и Северо-Кавказский федеральный округ. В Северо-Кавказском федеральном округе, куда входят Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Чеченская республика, Республика Северная Осетия — Алания, рост числа преступлений постоянно растет. Заместитель Генерального прокурора РФ Иван Сыдорук отметил, что Северо-Кавказском федеральном округе число терактов в 2010 году по сравнению с предыдущим годом возросло на 100 процентов, а число посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов на 11 процентов[3] .

Данную категорию преступлений отличает жестокость, спланированность действий. Все вышесказанное касается именно проблемных регионов, очагов деятельности незаконных бандформирований. Постоянный рост количества преступлений в перечисленных округах имеет свои закономерности и обусловлен многими факторами. Шапиев Э.А. приводит следующие причины, обуславливающие данные преступления: упадок производства, инфляция, снижения уровня жизни большинства населения безработица сказываются на возникновении острых социальных конфликтов. Республика Дагестан в этом смысле является особо проблемным регионом, что вызвано ее отставанием по уровню развития от других субъектов. И в совокупности со спорной политикой центральной власти, военными конфликтами экономико-социальные проблемы и приводят к совершению преступлений в отношений сотрудников правоохранительных органов[4] .

Таким образом, нами дана некоторая криминологическая характеристика данного вида преступности. В этой части работы мы не будем касаться преступлений, совершаемых в отношении сотрудников правоохранительных органов лицами, находящимися в состоянии алкогольного и наркотического опьянения, поскольку данные преступления все же менее опасны, чем ранее указанные, а криминологическая характеристика не является целью настоящей работы, оценка состояния преступности дана для общего видения критической ситуации, сложившейся в России.

Дальнейшая часть работы будет посвящена именно уголовно-правовой характеристике преступления, предусмотренного статьей 317 Уголовного кодекса РФ.

2. Объект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа.

Характеризуя объект данного преступления, мы будем исходить из понятия объекта как общественных отношений, которым преступлением причиняется вред.

Обращаясь к тексту Уголовного кодекса РФ, на первый взгляд данный вопрос решить достаточно просто: поскольку преступление по статье 317 Уголовного кодекса РФ, помещено в раздел «Преступления против государственной власти», то родовым объектом преступления можно считать общественные отношения в сфере нормального и законного функционирования государственной власти; наименование главы «Преступления против порядка управления» говорит о том, что видовым объектом являются общественные отношения, обеспечивающие установленный в законе порядок управления; непосредственным объектом преступления является законная деятельность сотрудника правоохранительного органа, то есть деятельность в пределах его компетенции, реализуемая посредством осуществления предоставленных ему полномочий. Но не стоит забывать о том, что данное преступление нарушает не просто установленный порядок управления, а еще и право на жизнь сотрудника правоохранительного органа, то есть следует говорить о том, что данная статья подразумевает наличие второго непосредственного объекта преступления – общественные отношения, обеспечивающие право на жизнь сотрудника правоохранительного органа, а также сформулированное в диспозиции статьи право на жизнь военнослужащего, их близких.

Но из указанных положений следует проблемный вопрос: являются ли непосредственные объекты преступления по статье 317 Уголовного кодекса РФ равнозначными?

Более того, главным практическим вопросом данной статьи является вопрос определения круга потерпевших от данного преступления, так как в законе не дается легального определения понятия «правоохранительные органы».

Первый вопрос решается в литературе неоднозначно. Коллектив авторов под руководством Громова Н.А. выдвигает на этот счет следующую позицию: « Основным объектом преступления является нормальная деятельность правоохранительных органов и военнослужащих по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, дополнительным - жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего»[5] .

По всей видимости, подобная трактовка связана с тем, что указанное преступление отделено от преступления, предусмотренного статьей 105 Уголовного кодекса РФ, и его указание в законе направлено прежде всего на защиту государственных интересов.

Аналогичной позиции придерживается и Юрченко И.А.[6]

Противоположную точку зрения высказал Таможник Е.Л.: «При решении вопроса об объекте преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ, сторонники представленных позиций, выдвигая на первое место законную деятельность сотрудников правоохранительных органов по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности или порядка управления, не учитывают в полном объеме, по нашему мнению, социальную значимость такого объекта, как жизнь человека, по сравнению с деятельностью данных лиц. Нам представляется, что непосредственный объект этого преступления - это жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, а равно их близких, а законная деятельность указанных лиц по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности выступает в качестве дополнительного объекта. На наш взгляд, жизнь - всегда более важное благо, чем деятельность. Игнорировать личность, ее благо и интересы как объект защиты от преступного посягательства, предусмотренного ст. 317 УК РФ, было бы неправильно, так как это не соответствовало бы ст. 2 Конституции Российской Федерации…»[7] .

Нам близка позиция Таможника Е.Л., поскольку он делает ссылку именно на статью 2 Конституции РФ[8] , которая предусматривает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Следовательно, интересы государства не могут стоять над правами человека. В противном случае, первая позиция сводится к абсурду: следуя такой логике, сотрудники правоохранительных органов, военнослужащие и их близкие теряют статус человека, но приобретают при этом некоторый другой статус.

Конечно, данный вопрос является скорее теоретическим, чем имеющим большое практическое значение.

А вот второй вопрос о потерпевшем имеет свою практическую сторону.

Напомним, что понятие «правоохранительные органы» не закреплено на законодательном уровне, оно является предметом исследования ученых. Данное понятие рассматривается и в рамках учебной дисциплины «Правоохранительные органы». Но оно не имеет в настоящее время единого толкования. То или иное понятие важно для различных направлений практической деятельности. Приведем простой пример: в учебнике «Правоохранительные органы (судоустройство): учебник» авторов Гуськовой А.П. и Шамардина А.А. к числу правоохранительных органов отнесена адвокатура[9] .

В диспозицию статьи 317 Уголовного кодекса РФ адвокаты как потерпевшие не включены. При этом адвокатура имеет важное значение для защиты прав человека и гражданина, то есть в этом плане это действительно правоохранительный институт. И он является таковым по своей сущности.

Но в Уголовный кодекс данная категория потерпевших в рамках статьи 317 не включена.

В свою очередь Сопнева Е.В. говорит о том, что адвокатура не входит в правоохранительную систему, не обладая возможностью применения к субъектам мер принуждения. Она относит к системе правоохранительных органов следующие структуры:

- органы внутренних дел;

- таможенные органы;

- государственную противопожарную службу МЧС России;

- уголовно-исполнительную систему Минюста России;

- органы Госнаркоконтроля России[10] .

Таким образом, в литературе нет единого подхода к пониманию системы правоохранительных органов.

Ранее действовавший Уголовный кодекс РСФРС[11] подробно регламентировал круг потерпевших, входящих в состав преступления, связанного с посягательством на жизнь сотрудников правоохранительных органов. В соответствии со статьей 191.2 Уголовного кодекса РСФСР 1960 года, в круг потерпевших входили работники милиции, народные дружинники, то есть несмотря на узкий круг потерпевших, можно было достаточно просто определить, можно ли квалифицировать деяние по статье 191.2 по признаку потерпевшего или следует обратиться к другим смежным составам. Подобное решение вопроса было предусмотрено и статьей 191.5, в круг потерпевших по которой входили дополнительно военнослужащие, сотрудники органов внутренних дел, а также иные лица, но в связи с исполнением конкретных обязанностей, перечисленных в статье.

В настоящее время из закона не следует, кто является потерпевшим от преступления. На этот счет не дает своих разъяснений и Верховный суд Российской Федерации.

Данный вопрос рассмотрен Таможником Е.Л. Он приходит к выводу о едином решении вопроса в уголовно-правовой литературе. В частности, указанным автором перечисляются следующие понятия, предлагаемые учеными: «под правоохранительным органом следует понимать орган (или лицо), охраняющий (охраняющее) порядок и общественную безопасность методом силового правоприменения, т.е. охраняющий (охраняющее) правопорядок» (А.С. Никифоров); «потерпевшие - сотрудники правоохранительного органа, военнослужащие, обеспечивающие охрану общественного порядка и общественной безопасности, или их близкие. Таковыми сотрудниками являются работники милиции, прокуратуры, ФСБ, МЧС России» (А.В. Кладков)[12] .

Указанный автор приводит еще одно определение, предложенное Н.Г. Ивановым, которое на наш взгляд представляется наиболее удачным: «К сотрудникам правоохранительных органов, выполняющих функции по охране общественного порядка, относятся лица, наделенные в законном порядке полномочиями по охране жизни, здоровья, прав и свобод граждан, собственности, интересов общества и государства от преступных и иных противоправных посягательств, а также наделенные правом применения мер принуждения»[13] . Согласно подобной трактовке, ключевым моментом для определения сотрудника правоохранительного, является то, что указанное наделено полномочиями по охране прав граждан, интересов общества, государства. Но на наш взгляд из указанного определения следует исключить возможность применения сотрудником мер принуждения, поскольку некоторые категории сотрудников правоохранительных органов не наделены напрямую возможностью применения мер принуждения. Подобное положение, например, относится к сотрудникам прокуратуры.

Потерпевших по данной статьей следует отличать от потерпевших по статье 295 Уголовного кодекса РФ, куда отнесены также сотрудники правоохранительных органов, при этом посягательство совершается на них в связи с производством предварительного расследования, рассмотрения дела в суде, исполнения судебного решения (приговора). То есть указанное посягательство совершается в связи с судопроизводством по конкретному делу либо из мести. Статья 317 Уголовного кодекса РФ предусматривает посягательство в связи с охраной общественной безопасности и правопорядка.

К военнослужащим следует относить граждан, проходящих военную службу, понятие которой дается в статье 2 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе».

Наконец, следует определить понятие близких сотрудника правоохранительных органов. В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»[14] , к близким потерпевшему лицам, наряду с близкими родственниками, могут относиться иные лица, состоящие с ним в родстве, свойстве (родственники супруга), а также лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему в силу сложившихся личных отношений.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ[15] следующим образом определяет понятие близких родственников: «Супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки».

В круг потерпевших отнесены и родственники супруга.

Никонов И.Е. приводит перечень близких сотрудника правоохранительного органа: «Близкие лица: 1) близкие родственники (супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки); 2) иные лица, состоящие в родстве (двоюродные братья и сестры, племянники, племянницы и т.д.), свойстве (родственники супруга); 3) иные лица, жизнь, здоровье и благополучие которых заведомо для виновного дороги потерпевшему (лицу, которому виновный желает отомстить или воспрепятствовать) в силу сложившихся личных отношений. К ним относятся любые лица, причинение вреда которым было бы серьезной душевной травмой для лица, которому виновный желает отомстить или воспрепятствовать его правомерной деятельности»[16] .

Некоторые авторы, например Пономарев А.Ю. предлагают реформировать правовое регулирование сотрудника правоохранительного органа таким образом, чтобы к отнести к потерпевших по статье 317 Уголовного кодекса РФ сотрудников частных охранных предприятий. При этом он говорит о том, что подобные нововведения позволят повысить эффективность охранной деятельности частных охранных структур, а также предусмотреть для сотрудников таких организаций ответственность за злоупотребление должностными полномочиями и их превышение[17] .

На наш взгляд, безусловно, это может повысить эффективность данного вида деятельности по охране правопорядка. Но специфика преступления, предусмотренного статьей 317, заключается именно в том, чтобы установить ответственность за нарушение отношений в сфере установленного законом порядка государственного управления как особого объекта преступления. Деятельность частных охранных структур в этом смысле не может по своему определению быть отнесена к порядку государственного управления. Не стоит забывать, что посягательство на жизнь работника охранного предприятия может быть квалифицировано как покушение на убийство или убийство при отягчающих обстоятельствах по статье 105 Уголовного кодекса РФ.

Таким образом, мы определили объект преступления, предусмотренного статьей 317 Уголовного кодекса РФ, круг потерпевших по данной статьей, близких сотрудника правоохранительного органа.

Теперь следует перейти к анализу объективной стороны преступления.

3. Объективная сторона посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа.

Объективная сторона данного преступления формулируется достаточно лаконично: посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа.

Состав сформулирован таким образом, что наступление вредных последствий нормой права не предусмотрено, при этом фактически они могут наступить (например, смерть сотрудника). Это позволяет сделать вывод о том, что состав преступления, предусмотренного статьей 317 Уголовного кодекса РФ, является формальным, то есть преступление считается оконченным именно с момента посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего, их близких. В уголовно-правовой литературе, такую разновидность формальных составов называют усеченными.

Анализируя объективную сторону, главный вопрос заключается в том, что считать посягательством на жизнь сотрудника правоохранительного органа. Пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 22.09.1989 N 9 "О применении судами законодательства об ответственность за посягательства на жизнь, здоровье, достоинство работников милиции, народных дружинников, а также военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка» дает следующее определение понятию «посягательство»: «Под посягательством на жизнь надлежит рассматривать убийство или покушение на убийство работника милиции или народного дружинника в связи с их деятельностью по охране общественного порядка»[18] .

Таким образом, объективная сторона посягательства может характеризоваться двумя составляющими:

1) Посягательство как покушение на убийство сотрудника правоохранительного органа;

2) Посягательство как убийство сотрудника правоохранительного органа.

Аббасов Ф.Н., Агаев Г.А. говорят о неоднозначности понимания посягательства в уголовно-правовой литературе. Они приводят пример о том, что некоторые авторы к посягательству относят только покушение на убийство, при этом считают, что убийство не может быть посягательством.

Другие авторы расширительно толкуют указанную норму и говорят о том, что к посягательству на жизнь сотрудника правоохранительного органа относятся умышленные действия, целью которых является воспрепятствование законной деятельности сотрудника правоохранительного органа и лишение его жизни. При этом последствия могут наступить самые различные: причинение вреда здоровью любой степени тяжести, смерть потерпевшего. Ключевым моментом является содержание объективной стороны: умысел виновного направлен на лишение жизни. Предлагается и вариант того, что данный состав должен охватывать действия преступника, умысел которого направлен на причинение сотруднику правоохранительного органа тяжкого вреда здоровью[19] .

В связи с этим, вышеуказанные авторы приходят к выводу о неудачной конструкции статьи 317 Уголовного кодекса РФ. Ими предлагается следующие изменения к Уголовному кодексу РФ: статью 318 Уголовного кодекса РФ необходимо исключить, а статью 317 сформулировать таким образом, чтобы ее первая часть предусматривала ответственность за убийство сотрудника правоохранительного органа, а вторая в свою очередь ответственность за причинение сотруднику телесных повреждений. Таким образом, деяние, которое не повлекло за собой смерти, но было направлено на ее причинение можно квалифицировать как покушение[20] .

На наш взгляд, подобный подход к решению такого вопроса представляется вполне обоснованным. Во введении к работе нами были представлены данные о состоянии преступности в данной области. Можно выделить две категории подобного рода преступлений с точки зрения криминологии:

1) Профессиональные преступления, совершаемые так называемыми «боевиками», то есть наиболее опасные преступления;

2) Преступления, совершаемые на бытовом уровне, то есть преступления, совершаемые лицами, находящимися в состоянии опьянения, имеющими хулиганские мотивы.

В случае разделения статьи на две части можно будет более справедливо и обоснованно квалифицировать первую категорию преступлений как убийство и покушение на убийство, а вторую категорию как причинение вреда здоровью, не исключая возможность квалификации за убийство при подробном исследовании всех обстоятельств содеянного.

Редин М.П. в свою очередь предлагает сконструировать статью таким образом, чтобы выделить в ее системе квалифицированный состав преступления как посягательство, сопряженное с причинением тяжких телесных повреждений, и особо квалифицированный как посягательство, сопряженное с причинением сотруднику правоохранительного органа смерти[21] .

Указанный автор критикует еще и позицию Бобракова И.А., который рассматривает посягательство как приготовление к преступлению. По этой логике наведение на сотрудника правоохранительного огнестрельного оружия уже можно расценить как оконченный состав преступления по статье 317 Уголовного кодекса РФ[22] .

Из всего вышесказанного следует, что посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа по действующему уголовному закону представляет собой деяние только в виде активных действий (по понятным причинам его нельзя совершить посредством бездействия), направленные на лишение сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего или их близких жизни. Наступление вредных последствий в виде смерти, а также нарушения порядка управления, пресечения законной деятельности указанных лиц для квалификации по данной статье не требуется.

Преступление считается оконченным с момента совершения действий, непосредственно направленных на лишение потерпевших жизни (например, выстрел в сотрудника из оружия).

Поскольку покушение на убийство образует собой оконченный состав преступления, то добровольный отказ от совершения преступления на основании статьи 31 Уголовного кодекса возможен только на стадии приготовления к совершению преступления.

4. Субъект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа.

По правилу статьи 20 Уголовного кодекса РФ уголовная ответственность за совершение преступления, предусмотренного статьей 317, наступает с 16 лет.

Сложности в понимании субъекта преступления по статье 317 возникать не должно. Здесь просто нужно учесть некоторые особенности субъекта.

Обязательными условиями для данного субъекта, как и по другим статьям уголовного закона, является достижение лицом определенного возраста и вменяемость.

Основным вопросом в данной сфере является конкуренция общей и специальной нормы уголовного закона.

Поскольку ответственность за совершение данного преступления наступает только с 16 лет, то норму статьи 317 Уголовного кодекса РФ нельзя применить к несовершеннолетнему в возрасте от 14 до 16 лет.

Тем не менее, как показывает практика, несовершеннолетние в этом возрасте уже способны совершить преступление, которое отличает повышенная общественная опасность. Совершенно очевидно, что для лица в возрасте от 14 до 16 лет вполне понятна социальная роль сотрудников правоохранительных органов. Справедливо говорить о том, что несовершеннолетний в возрасте от 14 до 16 лет может отдавать отчет себе в том, что он посягает на жизнь сотрудника правоохранительного органа в связи с исполнением им возложенных законом обязанностей по охране общественного порядка, обеспечению общественной безопасности.

Поскольку статью 317 нельзя применить к указанным лицам, то вопрос решается следующим образом: действия несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 16 лет, посягающего на жизнь сотрудника правоохранительного органа, должны квалифицироваться по пункту «б» части 2 статьи 105 Уголовного кодекса РФ – убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга.

Таким образом, можно говорить о том, что в данной ситуации конкуренции общей и специальной норм применению подлежит общая норма. Ответственность несовершеннолетних, достигших возраста 16 лет, наступает по специальной норме.

Данное правило подтверждают Лысенко А.В.[23] , Галахова А.В.[24] и другие авторы.

5. Субъективная сторона посягательства на жизнь сотрудников правоохранительного органа.

Преступление, предусмотренной статьей 317 Уголовного кодекса, характеризуется тем, что оно может быть совершено только с умышленной формой вины.

Умысел лица, посягающего на жизнь сотрудника правоохранительного органа, заключается в том, что действия лица направленно именно на лишение сотрудника правоохранительного органа жизни. Лицо осознает, общественную опасность своих действий, факт того, что его действия направлены против сотрудника правоохранительного органа, желает наступления вредных последствий. Также лицо может безразлично относится к последствиям.

Обязательным содержанием субъективной стороны данного преступления является осознание преступником того, что он действует против сотрудника правоохранительных органов, военнослужащего либо их близких. Об этом обстоятельстве, в частности могут свидетельствовать, ношение сотрудниками правоохранительных органов, военнослужащими форменного обмундирования, предъявления служебного удостоверения, ранее сложившиеся между лицом и потерпевшим отношения и другие.

В случае наступления смерти сотрудника правоохранительного органа преступление можно квалифицировать как совершенное с прямым, так и косвенным умыслом. Покушение может быть совершено только с прямым умыслом.

Необходимыми элементами субъективной стороны являются цель и мотив совершения преступления. Из содержания закона следует, что цель заключается в воспрепятствовании законной деятельности сотрудника правоохранительного органа. Законная деятельность сотрудника подразумевает под собой, что у него имеются законные полномочия, которые он осуществляет в той или иной ситуации. Красиков А.Н. дает следующее понятие законной деятельности сотрудника правоохранительного органа: «Под законной деятельностью понимаются такие деяния (действие или бездействие) либо система деяний, которые осуществляются в соответствии с законами или другими нормативными актами»[25] .

Преступник пытается не допустить осуществление им законных полномочий. При этом законная деятельность может быть выражена по-разному: сотрудник правоохранительного органа может еще только готовиться к определенным действиям, фактически не осуществляя полномочия; сотрудник находится в состоянии фактического осуществления им своих законных полномочий.

Вторым обязательным элементом может являться мотив мести. Месть не обозначена в уголовном законе именно как мотив, такое обозначение мести характерно для литературы и сложившейся практике. В.Н. Кудрявцев обращает внимание на то, что в принципе в Уголовном кодексе РФ термин «мотив» употребляется всего пять раз[26] .

Месть можно понимать как ответные действия преступника в связи с обидой, неприязнью на ранее совершенные сотрудником правоохранительного органа законные действия. Из этого следует, что законные действия сотрудника уже были совершены ранее и скорее всего они повлекли для преступника некоторые негативные последствия.

Нельзя обойти стороной и рассмотрение вопроса об ошибке в объекте преступного посягательства. Преступник может принять лицо за сотрудника правоохранительного органа, которое фактически им не является. При квалификации содеянного в таком случае нельзя применить статью 317 Уголовного кодекса РФ, поскольку данная статья подразумевает посягательство на лицо, которое фактически является сотрудником правоохранительного органа. Это согласуется и с правилом Уголовно-процессуального кодекса РФ о том, что все неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу обвиняемого. Таким образом, в подобной ситуации действия лица следует оценивать по фактически наступившим последствиям.

Аналогично решается вопрос, когда лицо, совершающее посягательство, ошибочно считает, что деятельность сотрудника является законной, хотя фактически признак законности в ней отсутствует.

Таким образом, можно сказать о том, что посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа является умышленным преступлением; обязательные элементы субъективной стороны: цель (воспрепятствование законной деятельности), мотив (месть за законную деятельность).

Глава 2. СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ДЕЛАМ О ПОСЯГАТЕЛЬСТВЕ НА ЖИЗНЬ СОТРУДНИКА ПРАВООХРАНИТЕЛЬНОГО ОРГАНА

В заключительной части работы будет целесообразно привести примеры из практики судов Российской Федерации для того, чтобы увидеть, какие формулировки дают суды при квалификации подобного рода преступлений, отграничения их от смежных.

Примечательно, что правила подсудности, установленные Уголовно-процессуальным кодексом РФ, предусматривают рассмотрение данной категории дел в верховном суде республики, краевом, областном судах, суде города федерального значения, суде автономной области и суде автономного округа. Дела неподсудны районным судам.

В судебной практике возникают вопросы об отграничении преступлений, предусмотренных статьями 317 и 318 «Применение насилия в отношении представителя власти» Уголовного кодекса РФ.

Так в 1999 году ставился вопрос о законности приговора Пермского областного суда от 23 апреля 1998 г. в Верховном Суде Российской Федерации. Согласно приговору, гражданин Садиев был осужден по части 3 статьи 213 и по части 2 статьи 318 УК РФ. В дальнейшем «заместитель прокурора Пермской области, не оспаривая приговор в отношении осуждения Садиева за хулиганство, в кассационном протесте поставил вопрос об отмене приговора в части его осуждения по ч. 2 ст. 318 УК РФ с направлением дела на новое рассмотрение, указав, что Садиев ударами ножа причинил работнику милиции Боринских колото-резаные ранения в левой паховой области и на левой ушной раковине и пытался нанести еще несколько ударов, т. е. совершил посягательство на жизнь работника милиции, в связи с чем органы предварительного следствия обоснованно квалифицировали его действия по ст. 317 УК РФ».

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.1998 года[27] приговор оставлен без изменения по следующей причине: «Осужденный не отрицал, что причинил Боринских телесные повреждения ножом. Однако как на предварительном следствии, так и в судебном заседании он утверждал, что не имел умысла на посягательство на жизнь работника милиции.

Показания Садиева об отсутствии у него умысла на убийство материалами дела не опровергнуты.

По смыслу закона лицо может быть признано виновным в посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа только при наличии прямого умысла, т.е. когда действия виновного свидетельствуют о том, что он предвидел наступление смерти и желал этого».

Из указанного Определения следует, что следственные органы должны усердно подходить к анализу всех фактических обстоятельств дела. Умысел на убийство должен быть определен с учетом всех фактических обстоятельств совершенного преступления: способ, орудие, обстановка. Все указанные элементы должны быть проанализированы в их совокупности. Сам факт применения орудия, которое может повлечь за собой убийство, еще не говорит о посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа. В указанном выше случае осужденный пытался не пустить сотрудников милиции в свою квартиру, но не имел умысла причинить смерть потерпевшему.

Следующий пример свидетельствует о необходимости правильного анализа законности деятельности сотрудника правоохранительного органа. В обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2005 года[28] приводится следующий пример: «Горячкин пришел в дом Д., где из хулиганских побуждений с целью убийства нанес ему удары ножом в грудь и шею. На крики о помощи вышел находившийся в доме работник милиции - Х., который с целью пресечения преступных действий Горячкина, исполняя свои служебные обязанности по охране общественного порядка и обеспечения общественной безопасности, потребовал прекратить насильственные действия. В ответ на законные требования Х. Горячкин, зная, что тот является работником милиции, нанес ему удар ножом со значительной силой в живот, пытался нанести еще удары, однако потерпевший оказал активное сопротивление».

В надзорной жалобе, оспаривая законность приговора в части осуждения по статье 317 Уголовного кодекса РФ, Горячкин указал, что не доказан тот факт, что сотрудник милиции находился при исполнении своих должностных обязанностей. Верховный Суд оставил приговор без изменения поскольку, Горячкин знал о том, что наносил удар именно сотруднику правоохранительного органа в условиях, когда последний потребовал от него прекратить незаконные действия.Таким образом, мы видим, что одним из доводов осужденных являются ссылки на недоказанность исполнения служебных обязанностей сотрудником правоохранительного органа. Этот вопрос является одним из существенных при доказывании по уголовному делу.

Возникают и обратные ситуации, когда сотрудник правоохранительного органа действительно не находится при исполнении служебных обязанностей. В таком случае действия преступника квалифицируются по статье 105 Уголовного кодекса РФ. В частности, Кассационным определением Верховного Суда РФ от 03.08.2005 года по делу N 56-о05-48[29] указано: «По смыслу закона при посягательстве на жизнь сотрудника правоохранительного органа виновный должен действовать с прямым умыслом на причинение смерти именно сотруднику милиции.

По данному делу таких обстоятельств в ходе следствия установлено не было.

Осужденные, действительно, договаривались об убийстве охранника фирмы "Фрегат-аэро", однако не собирались совершать убийство сотрудника милиции.

Потерпевший К., находясь на месте происшествия, не осуществлял служебной деятельности по охране офиса фирмы, сотрудником фирмы не являлся, служебных задач не исполнял, оказался там в результате личных проблем как частное лицо и остался там ночевать с разрешения Боярова. Официальных обязанностей по охране офиса на него не было возложено.

В результате проведенного по делу предварительного расследования осужденным было предъявлено обвинение в совершении разбойного нападения и убийства, сопряженного с разбойным нападением».

Данный пример еще раз подчеркивает то обстоятельство, что лишение жизни сотрудника правоохранительного органа должно охватываться именно таким умыслом.

Иные суды также дают значимую оценку действиям лиц, совершивших посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов. Их суждения находят свое отражения в уголовно-правовой литературе. Так, Челябинский областной суд в обвинительном приговоре от 14.04.2010 года[30] при оценке покушения на жизнь сотрудника милиции дал определение о моменте, с которого преступление, предусмотренное статье 317 Уголовного кодекса РФ, считается оконченным: «По смыслу закона посягательствоhttp://212.57.147.70/websud/bsr/TEXT.PHP?ID_DOCUM=663263&s_text=%20%27%EF%EE%F1%FF%E3%E0%F2%E5%EB%FC%F1%F2%E2%EE%20%ED%E0%20%E6%E8%E7%ED%FC%20%F1%EE%F2%F0%F3%E4%ED%E8%EA%E0%20%EF%F0%E0%E2%EE%EE%F5%F0%E0%ED%E8%F2%E5%EB%FC%ED%EE%E3%EE%20%EE%F0%E3%E0%ED%E0%27 - a59 на жизнь сотрудника правоохранительного органа признаётся оконченным и в момент покушения на жизнь, поэтому ссылки на статью Общей части УК о покушении не требуется».

Судебная практика по данной категории дел имеется и в Пермском крае. Приговором Пермского краевого суда от 09 сентября 2010 г.по делу № 2-65-10[31] признан виновным подсудимый Куклин С. Суд признал Куклина С. виновным в совершении преступления по статье 317 Уголовного кодекса РФ, мотивировав это следующим образом: «Кроме того, подсудимый совершил посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа в целях воспрепятствования законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности. При этом суд исходит из того, что производя также несколько прицельных выстрелов с расстояния, достаточного для причинения смерти потерпевшему, подсудимый осознавал, что посягает на жизнь сотрудника милиции и то, что последний в указанный момент находится при исполнении обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности».

Из данной мотивировочной части мы видим, что суд учитывает такие обстоятельства дела, как: количество выстрелов, осознание посягательства на жизнь сотрудника правоохранительных органов, расстояние, с которого производится выстрел, его достаточность для причинения смерти. Кроме того, по данному делу исследовались и показания свидетеля – врача-офтальмолога, который указывал, что острота зрения подсудимого является удовлетворительной и не требует корректировки, что важно при оценке показаний обвиняемого о том, что он не видел, что лица, в сторону которых он производит выстрелы, являются сотрудниками милиции.

Таким образом, выше нами приведены некоторые материалы из судебной практики по делам о посягательствах на жизнь сотрудников правоохранительных органов. Приведенная практика свидетельствует о том, что суды, квалифицируя действия обвиняемых и осужденных, особенно внимательно подходят к анализу объективной и субъективной стороны состава преступления: оценивают, могло ли посягательство повлечь за собой смерть потерпевшего, осознавало ли лицо, что потерпевший является сотрудником правоохранительных органов, желало ли лицо причинить смерть потерпевшему. Особенно важно, что анализ субъективной стороны проводится на основе тщательного анализа и сопоставления показаний обвиняемых с фактическими обстоятельствами дела.

Заключение

В настоящей работе мы попытались проанализировать и дать уголовно-правовую характеристику составу преступления, предусмотренного статьей 317 Уголовного кодекса РФ.

Из всего сказанного выше можно сделать следующие выводы:

1) Объект посягательства. Родовой объект преступления – общественные отношения в сфере нормального и законного функционирования государственной власти. Видовой объект преступления – общественные отношения, обеспечивающие установленный в законе порядок управления. Статья предусматривает два непосредственных объекта: законная деятельность сотрудника правоохранительного органа, то есть деятельность в пределах его компетенции, реализуемая посредством осуществления предоставленных ему полномочий; право на жизнь – общественные отношения, обеспечивающие право на жизнь сотрудника правоохранительного органа, а также сформулированное в диспозиции статьи право на жизнь военнослужащего, их близких.

2) Объективная сторона. Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа по действующему уголовному закону представляет собой деяние в виде активных действий, направленные на лишение сотрудника правоохранительного органа, военнослужащего или их близких жизни. Наступление вредных последствий в виде смерти, а также нарушения порядка управления, пресечения законной деятельности указанных лиц для квалификации по данной статье не требуется. Состав преступления является усеченным.

Преступление считается оконченным с момента совершения действий, непосредственно направленных на лишение потерпевшего жизни.

Под посягательством на жизнь сотрудника правоохранительного органа нужно понимать, как покушение на убийство сотрудника правоохранительного органа, так и убийство сотрудника правоохранительного органа.

3) Субъект преступления. Субъектом преступления является достигшее 16 лет вменяемое физическое лицо. В случае совершения преступления лицом, не достигшим 16 лет, ответственность наступает по соответствующему пункту части 2 статьи 105 Уголовного кодекса РФ.

4) Субъективная сторона преступления. Совершение данного преступления возможно лишь с умышленной формой вины. Умысел при совершении деяния, повлекшего смерть потерпевшего, может быть как прямой, так и косвенный. Покушение на жизнь сотрудника может быть совершено только с прямым умыслом, при этом преступление будет считаться оконченным.

Обязательными элементами субъективной стороны являются мотив (месть) и цель (препятствование законной деятельности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности).

В случае заблуждения лица относительно личности потерпевшего (фактически не являлся сотрудником правоохранительного органа) действия преступника необходимо квалифицировать по фактически наступившим последствиям.

Итак, нами сделаны обобщения по вопросу уголовно-правовой характеристики состава преступления. Считаем, что данная цель является достигнутой, поскольку дана оценка всем элементам состава преступления, рассмотрены спорные вопросы, сделаны соответствующие выводы.

Во второй части работы нами приведены примеры из судебной практики. В приведенных примерах рассматриваются лишь некоторые из вопросов, возникающих при разрешении данной категории дел. Тем не менее, указанные примеры, бесспорно, являются ценными, поскольку представляют собой официальные акты правоприменения, своего рода определенное толкование правовых норм.

На наш взгляд, на сегодняшнем этапе развития уголовного законодательства РФ, нет острой необходимости проводить реформирование именно статьи 317 в соответствии с вариантами, приведенными нами в основной части работы. Считаем, что суды способны сегодня правильно давать оценку деяниям, совершаемым в отношении сотрудников правоохранительных органов. Тем не менее, данная норма на сегодняшний момент не способна оказать ее истинное превентивное значение, поскольку данные преступления будут совершаться независимо от предусмотренной статьей санкции. Большинство преступников, совершающих данные деяния, в политически и социально нестабильных регионах страны не поддаются исправлению.

Таким образом, большое внимание в предупреждении данных преступлений следует уделять правовому воспитанию граждан, воспитанию в них чувства уважения к закону и правоохранительным органам, обеспечить более безопасные условия несения правоохранительной и военной службы, уделять особое внимание материальному обеспечению сотрудников правоохранительных органов и военнослужащих, исполняющих свои обязанности в проблемных субъектах Российской Федерации.

Библиографический список

Книги:

1. Гуськова А.П., Шамардина А.А. Правоохранительные органы (судоустройство): учебник. ИГ "Юрист", 2005.

2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (издание 7-е, переработанное и дополненное)/ под отв. ред. Лебедева В.М. Юрайт-Издат, 2007.

3. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (4-е издание, переработанное и дополненное) / под ред. А.А. Чекалина, В.Т. Томина, В.В. Сверчкова. Юрайт-Издат, 2007.

4. Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Н.А. Громова. ГроссМедиа, 2007.

5. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учебник / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. Инфра-М, Контракт, 2006.

Статьи:

1. «В Следственном комитете обобщена практика расследования уголовных дел по фактам посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов» (электронный документ) (http://www.sledcom.ru/news/17716.html). Проверено 17.01.2011 г.

2. «Число терактов на Северном Кавказе выросло за год на 100 процентов» (электронный документ) (http://www.rg.ru/2010/12/08/sevkav-anons.html). Проверено 17.01.2011 г.

3. Аббасов Ф.Н., Агаев Г.А. Об ответственности за посягательства на жизнь сотрудника правоохранительных органов. "Российский следователь", N 9, 2003.

4. Кудрявцев В.Н. Мотивы преступного поведения. "Юридическая психология", 2007, N 4.

5. Лысенко А.В. Некоторые аспекты возрастных проблем при квалификации преступлений, совершенных несовершеннолетними. "Общество и право", 2008, N 2.

6. Никонов И.Е. Содержание уголовно-правового понятия «близкие лица». "Российский следователь", N 4, 2004.

7. Пономарев А.Ю. Проблемы осуществления охранно-сыскными структурами правоохранительной деятельности. Административное право и процесс", 2008, N 5.

8. Редин М.П. Еще раз о конструкции составов преступлений, предусмотренных статьями 277, 295, 317 УК РФ. "Современное право", 2007, N 8.

9. Рудый Н.К. Квалификация применения насилия в отношении представителя власти по уголовному законодательству России. "Российский судья", 2008, N 7.

10. Рудый Н.К. Преступления, посягающие на служебную деятельность и личность представителей власти в уголовном законодательстве стран СНГ. "Международное публичное и частное право", 2008, N 1.

11. Сопнева Е.В. О системе правоохранительных органов. «Таможенное дело», 2007, N 3.

12. Таможник Е.Л. Объект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа. «Юридический мир», 2006, N 2.

13. Шапиев Э.А. Факторы, влияющие на совершение посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов. "Российский следователь", 2007, N 15.

Нормативно-правовые акты:

1. Конституция РФ, принятая всенародным голосованием 12.12.1993 года.

2. Уголовно-процессуальный кодекс РФ от 18.12.2001 года № 174-ФЗ.

3. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 года № 63-ФЗ.

4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)»

5. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 22.09.1989 N 9 "О применении судами законодательства об ответственность за посягательства на жизнь, здоровье, достоинство работников милиции, народных дружинников, а также военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка» (электронный документ).

6. Уголовный кодекс РСФСР. Утвержден ВС РСФСР 27.10.1960 г. Утратил силу.

Материалы практики:

1. Кассационное определение Верховного Суда РФ от 03.08.2005 N 56-о05-48 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

2. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2005 года (электронный документ) (http://www.supcourt.ru/vscourt_detale.php?id=2767). Проверено 17.01.2011 г.

3. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.1998 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

4. Приговор Пермского краевого суда от 09.09.2010 года № 2-65-10 (электронный документ) (http://oblsud.perm.sudrf.ru/modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=59400001010201648066321000538842). Проверено 17.01.2011 г.

5. Приговор Челябинского областного суда от 14.04.2010 года № 2-31/2010 (электронный документ) (http://212.57.147.70/websud/bsr/index.php). Проверено 17.01.2011 г.


[1] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (электронный документ). Принят ГД ФС РФ 24.05.1996. СПС «КонсультантПлюс».

[2] «В Следственном комитете обобщена практика расследования уголовных дел по фактам посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов» (электронный документ) (http://www.sledcom.ru/news/17716.html). Проверено 17.01.2011 г.

[3] «Число терактов на Северном Кавказе выросло за год на 100 процентов» (электронный документ) (http://www.rg.ru/2010/12/08/sevkav-anons.html). Проверено 17.01.2011 г.

[4] Шапиев Э.А. Факторы, влияющие на совершение посягательств на жизнь сотрудников правоохранительных органов. "Российский следователь", 2007, N 15 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[5] Постатейный комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / под ред. Н.А. Громова. ГроссМедиа, 2007 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[6] См: Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: учебник / под ред. Л.В. Иногамовой-Хегай, А.И. Рарога, А.И. Чучаева. Инфра-М, Контракт, 2006 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[7] Таможник Е.Л. Объект посягательства на жизнь сотрудника правоохранительного органа (электронный документ). «Юридический мир», 2006, N 2. СПС «КонсультантПлюс»

[8] Конституция РФ, принятая всенародным голосованием 12.12.1993 года (электронный документ». СПС «КонсультантПлюс»

[9] Гуськова А.П., Шамардина А.А. Правоохранительные органы (судоустройство): учебник. ИГ "Юрист", 2005 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[10] См: Сопнева Е.В. О системе правоохранительных органов (электронный документ). «Таможенное дело», 2007, N 3. СПС «КонсультантПлюс»

[11] Уголовный кодекс РСФСР. Утвержден ВС РСФСР 27.10.1960 г. Утратил силу (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс».

[12] См: Таможенник Е.Л. Указ. соч.

[13] Таможник Е.Л. Указ. соч.

[14] Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999 N 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[15] Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (электронный документ). Принят ГД ФС РФ 22.11.2001 г. СПС «КонсультантПлюс»

[16] Никонов И.Е. Содержание уголовно-правового понятия «близкие лица». "Российский следователь", N 4, 2004 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[17] Пономарев А.Ю. Проблемы осуществления охранно-сыскными структурами правоохранительной деятельности. Административное право и процесс", 2008, N 5 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[18] Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 22.09.1989 N 9 "О применении судами законодательства об ответственность за посягательства на жизнь, здоровье, достоинство работников милиции, народных дружинников, а также военнослужащих в связи с выполнением ими обязанностей по охране общественного порядка» (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[19] См: Аббасов Ф.Н., Агаев Г.А. Об ответственности за посягательства на жизнь сотрудника правоохранительных органов. "Российский следователь", N 9, 2003 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[20] См: там же

[21] См: Редин М.П. Еще раз о конструкции составов преступлений, предусмотренных статьями 277, 295, 317 УК РФ. "Современное право", 2007, N 8 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс».

[22] См: там же

[23] См: Лысенко А.В. Некоторые аспекты возрастных проблем при квалификации преступлений, совершенных несовершеннолетними. "Общество и право", 2008, N 2 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[24] См: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (издание 7-е, переработанное и дополненное)/ под отв. ред. Лебедева В.М. Юрайт-Издат, 2007 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[25] Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) (4-е издание, переработанное и дополненное) / под ред. А.А. Чекалина, В.Т. Томина, В.В. Сверчкова. Юрайт-Издат, 2007 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[26] См: Кудрявцев В.Н. Мотивы преступного поведения. "Юридическая психология", 2007, N 4 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[27] Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.1998 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[28] Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за второй квартал 2005 года (электронный документ) (http://www.supcourt.ru/vscourt_detale.php?id=2767). Проверено 17.01.2011 г.

[29] Кассационное определение Верховного Суда РФ от 03.08.2005 N 56-о05-48 (электронный документ). СПС «КонсультантПлюс»

[30] Приговор Челябинского областного суда от 14.04.2010 года № 2-31/2010 (электронный документ) (http://212.57.147.70/websud/bsr/index.php). Проверено 17.01.2011 г.

[31] Приговор Пермского краевого суда от 09.09.2010 года № 2-65-10 (электронный документ) (http://oblsud.perm.sudrf.ru/modules.php?name=bsr&op=show_text&srv_num=1&id=59400001010201648066321000538842). Проверено 17.01.2011 г.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий