регистрация / вход

Законодательное обеспечение реформы 1861года

Содержание Введение 3 1. Исторические условия проведения крестьянской реформы 1861 г. 5 1.1. Экономика как фактор проведения реформы 5 1.2.Социально-политическая система как фактор проведения реформы 8

Содержание

Введение.......................................................................................................................................................................................... 2

1. Исторические условия проведения крестьянской реформы 1861 г..................................... 4

1.1. Экономика как фактор проведения реформы......................................................................................................... 4

1.2.Социально-политическая система как фактор проведения реформы........................................................ 7

2. Законодательное обеспечение реформы.................................................................................................... 9

2.1. Манифест о всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта................................................................................................................................. 9

2.1. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости............................................ 13

2.3. Положение о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости, и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий.. 25

2.4. Правила о порядке приведения в действие положений о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости............................................................................................................................................................................................................ 31

2.5. Положение о губернских по крестьянским делам учреждениях................................................................ 34

2.6. Дополнительные правила об устройстве крестьян, водворенных в имениях мелкопоместных владельцев, и о пособии сим владельцам............................................................................................................................................... 34

Заключение................................................................................................................................................................................ 36

Список использованной литературы............................................................................................................... 40

Введение

В середине 19 в. в России были проведены исторические преобразования, кардинально изменились общественные условия развития страны, в том числе правовые, были созданы предпосылки для развития капитализма. Первой и ведущей реформой стала ликвидация крепостного права, освобождение крестьянства. Ее проведение было предопределено всем предшествующим ходом развития страны, существовали экономические и социальные предпосылки. Подготовка реформы проходила несколько лет. Проведение реформы затянулось на десятилетия. Ее ход был определен 17 законодательными актами, которые были изданы 19 февраля 1861 г:

- Общее положение,

- Положение об устройстве дворовых,

- Положение о выкупе,

- Положение о губернских и уездных по крестьянским делам учреждениях,

- Правила о порядке приведения в действие Положений,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян 29-ти великороссийских, трех новороссийских и двух белорус­ских губерний,

- Местное положение о поземельном устройст­ве крестьян трех малороссийских губерний, составлявших Левобережную Украину,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян трех губерний Правобережной Украины,

- Местное положение о поземельном устройстве крестьян Литвы и части Белоруссии,

- Дополнительные правила о крестьянах мелкопоместных владельцев,

- Дополнительные правила о приписанных к частным горным заводам людях Министерства финансов,

- Дополнительные правила о кре­стьянах. отбывающих работы на помещичьих фабриках,

- Дополнительные правила о крестьянах и работниках, отбы­вающих работы на Пермских частных горных заводах и соля­ных промыслах,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворовых людях Области войска Донского,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворовых людях Ставропольской губернии,

- Дополнительные правила о крестьянах и дворо­вых людях Сибири,

- Правила о людях, вышедших из крепо­стной зависимости в Бессарабской области.

Рассмотрению сущности основных правовых актов, законодательного обеспечения реформы, посвящена данная курсовая работа. В процессе работы были исследованы непосредственно законодательные акты реформы, текст их был взят по изданию “Российское законодательство” (М., 1958 г.).

1. Исторические условия проведения крестьянской реформы 1861 г.

1.1. Экономика как фактор проведения реформы

Реформа 1861 гг. выросла из всё углублявшегося несоответствия между господство­вавшими в России старыми феодальными производственными отношениями и новым характером неуклонно возраставших производительных сил.

Закон обязательного соответствия производственных отно­шений характеру производительных сил пробивал себе доро­гу, определял объективную необходимость ликвидации уста­ревшей феодальной системы, тормозившей поступательное раз­витие производительных сил, требовал установления новых — капиталистических — производственных отношений.

К 50-м годам XIX в. конфликт производительных сил и производственных отношений настолько обострился, а капита­листические производственные отношения настолько выросли, что феодализм оказался глубоко расшатанным и старая систе­ма хозяйства—подорванной в своей основе. Именно это выз­вало крах феодализма, возникновение кризиса революционного характера и переход к новому — капиталистическому — спо­собу производства. В результате реформы 1861 г. капитали­стические производственные отношения стали господствующей формой производственных отношений, несмотря на все сохра­нившиеся после реформы пережитки феодализма.

Значительный рост новых производительных сил, принад­лежавших по своему характеру к капиталистическому способу производства, и рост капиталистических производственных отношений отчётливо видны прежде всего из развития промыш­ленности, основанной на применении вольнонаёмного труда. Такая промышленность существовала и в начало XIX в., но в результате её интенсивного роста в течение первой половины столетия она в 50-х годах уже стала занимать качественно новое место в общей системе хозяйства страны: к 1860 г. из 859 950 рабочих, занятых в русской промышленности (включая металлургическую), 61,4% рабочих уже были воль­нонаёмными. Это значит, что капиталистические производст­венные отношения стали уже играть преобладающую роль в русском промышленном производстве в целом и вступили в резкий конфликт с оброчным положением рабочих. В отдель­ных же отраслях промышленности — хлопчатобумажной, шел­коткацкой — крепостной труд в 50-х годах был уже почти пол­ностью вытеснен вольнонаёмным.

Резкое обострение конфликта между старыми крепостниче­скими производственными отношениями и развитием произво­дительных сил наиболее отчётливо видно на примере особенно быстро развивавшейся и передовой в техническом отношении текстильной промышленности, где наиболее ясно проявлялись признаки начавшегося в России промышленного переворота. В Петербурге и Петербургской губернии, по сохранившейся в архиве ведомости 1860 г., в текстильной промышленности преобладающую роль играют уже сравнительно крупные пред­приятия — паровые фабрики с количеством рабочих от 150 до 1 200 человек, причём рабочие на них почти сплошьвольно­наёмные. В Москве и Московской губернии также начинают преобладать крупные предприятия. По ведомости за 1856 г. из 198 предприятий с количеством рабочих более 16 человек 120 фабрик, или 60,6%, представляли собой предприятия с количеством рабочих более 50 человек; из 31 132 рабочих, занятых на 198 предприятиях, 24451 человек, или 78,5% всех рабочих, работали на фабриках с количеством рабочих от 100 до 1 400 человек[1] . Многие из этих фабрик с числом рабочих более тысячи человек в действительности объединяли только часть этих рабочих в стенах одного предприятия, а остальные рабочие были крестьянами, работавшими на дому по подмосков­ным деревням, но и при этих условиях фабрика остаётся по тому времени крупным предприятием с несколькими сотнями рабо­чих. Развитие производительных сил явно принадлежало ка­питалистическому способу производства, между тем развёрты­валось оно в крепостной стране, где подавляющее большинство непосредственных производителей находилось в крепостной зависимости и даже вольнонаёмные рабочие крупных пред­приятий, как правило, были крепостными крестьянами, отпу­щенными на оброк. Феодальные производственные отношения вступали, таким образом, в резкий конфликт с характером производительных сил.

Крепостное право приковывало крестьянина к деревне — ме­наду тем рост капиталистической промышленности требовал всё большего количества вольнонаёмных рабочих. В глубоком противоречии с феодальными производственными отношениями, расшатывая их основы, в России развёртывается процесс фор­мирования рабочих кадров для капиталистической промышлен­ности, т. е. начальный процесс формирования рабочего класса, завершившийся лишь в пореформенный период. Кадры рабо­чих рекрутировались из разных слоев населения — из город­ских мещан, бессрочно-отпускных солдат, основным же источ­ником их пополнения являлось экспроприированное кресть­янство. Разложение барщинной системы хозяйства, выявилось в разорении крестьян помещиками вследствие роста эксплуатации, увеличения барщины и обезземеливания крестьян помещиками. Разорение приводило крестьян к необходимости искать заработок, вслед­ствие чего к середине XIX в. вырос неземледельческий отход из деревни. Наличие крепостного права тормозило развитие капиталистических отношений, помещик часто задерживал в деревне именно беднейших крестьян, “ненадёжных” с точки зрения своевременной уплаты оброка, но всё же количество от­ходников в 50-х годах растёт с каждым годом. Среди крепост­ных помещичьих крестьян в промышленных губерниях процент отпущенных на оброк, по данным редакционных комиссий, собранным в 1859 г.[2] , составлял в Костромской губернии 88, в Ярославской — 87, в Вологодской — 84, в Олонецкой — 72, в Петербургской — 70, во Владимирской — 70, в Московской губернии—68. Большинство отходников из оброчных крестьян были вольнонаёмными рабочими, некоторая их часть занима­лась ремёслами, мелкой торговлей и т. д. Однако в любом случае такой высокий процент отходников наглядно свидетельствует о том, что феодальный способ производства был подорван в самой основе. Преобладающая часть крепостных крестьян промышленных губерний, юридически являясь крепостной, была уже занята в капиталистическом производстве.

В таких промышленных губерниях, как Владимирская или Московская, расширение промышленного производства усиливало и ускоряло процесс отрыва крестьян от земле­делия. Купцы-предприниматели широко практиковали орга­низацию своих фабрик в глухих уездных городах или даже в деревенской местности, что приводило к фактическому пре­вращению части крепостных помещичьих и казённых крестьян в постоянных фабричных рабочих. Так, например, в Москов­ском уезде на казённой земле крестьян сельца Ростокина по­строил ситценабивную фабрику коммерции советник Молчанов, так как здесь он мог получить дешёвую рабочую силу. Эта боль­шая для того времени фабрика с двумя паровыми машинами в 18 и 40 л. с., с годовым оборотом почти в миллион рублей, расположенная в 6 каменных и 16 деревянных корпусах, занимала в течение года от 630 до 910 рабочих. При Аристовом посаде в Богородском уезде была открыта шелко­ткацкая фабрика московского купца Шишова, на которой рабо­тало 416 рабочих. Всего из 198 текстильных предприятий, имев­шихся в 1856 г. в Московской губернии, 83 были расположены не в Москве, а в губернии. Из 14 наиболее крупных петербург­ских текстильных фабрик 9 были расположены в самом городе, а 5 — в уезде[3] .

Наличие крепостного права, крепостнических производст­венных отношений задерживало развитие капиталистической про­мышленности, которая не могла получить достаточного количе­ства свободных рук, тормозило развитие производительности труда в сельском хозяйстве, являлось причиной упадка промыш­ленности, основанной на применении труда крепостных рабочих, что особенно ярко видно на примере уральской металлургии.

Действие объективного экономического закона обязатель­ного соответствия производственных отношений характеру про­изводительных сил вело к необходимости уничтожения кре­постного строя в России. Закон этот пробивал себе дорогу, несмотря на сопротивление класса помещиков, кровно заинте­ресованного в сохранении старого способа производства.

1.2.Социально-политическая система как фактор проведения реформы

Основной общественной силой, боровшейся за уничтожение феодально-крепостнического строя, было закрепощённое кре­стьянство. Антифеодальная борьба крестьянства была стихийной; установление капиталистических производственных отношении являлось объективным резуль­татом этой борьбы.

Крестьянское движение против помещиков нарастало с каж­дым десятилетием. Развитие капиталистического уклада в условиях господства феодально-крепостнического строя было мучительным процессом для угнетённых масс. Процесс этот, сопровождавшийся обнищанием помещичьих, государственных и удельных крестьян, особенно усилился во время и после Крымской войны. Война обострила и ускорила развитие этих процессов, что вызывало ещё большее усиление нищеты и бед­ствий трудящихся масс, содействовало возрастанию их на­тиска на феодальный строй.

Крестьянство отвечало на рост помещичьей эксплуатации, на обезземеливание и разорение усилением стихийного движе­ния, охватившего к концу 50-х годов всю Европейскую Россию.

Сохранение крепостного рабства становилось всё более не­выносимым для крестьян.

Широкий размах приобретает крестьянское движение наро­дов России в годы Крымской воины в связи сростом налогового бремени и резким ухудшением положения крестьянства. Вместе с тем неоднократные обращения царя ко всем сословиям с при­зывом к патриотическим жертвам, с объявлением о наборах ополченцев пробуждали в крестьянстве уверенность, что уча­стием в войне оно купит себе свободу. В апреле 1854 г. вышел указ о наборе в морское ополчение. Набор производился с целью формирования гребной флотилии для обороны Балтийского по­бережья и распространялся на четыре губернии — Петербург­скую, Олонецкую, Тверскую и Новгородскую. От крепостных крестьян при записи в ополчение требовалось разрешение поме­щика. В крестьянстве прошёл слух о том, что вступление в опол­чение освободит ополченцев и их семьи от крепостной зависи­мости. На этой почве возникли волнения, охватившие кроме указанных ряд внутренних губерний (Рязанскую, Тамбовскую, Владимирскую и др.). Движение было прекращено военной си­лой. В 1855 г. в связи с призывом в общегосударственное опол­чение волнения крестьян приняли ещё более грозные размеры. Особенно остро протекали они на Украине — в Киевской гу­бернии, где ненависть к польским панам-помещикам и воспоми­нания о казачестве придали им своеобразную форму. В народе заговорили о существовании скрываемого панами и попами ука­за, которым все крестьяне якобы призываются “в казаки” и освобождаются от крепостной зависимости с передачей им в собствен­ность земель и имущества помещиков. Крестьяне отказывались от работы на господ, вводили явочным порядком самоуправле­ние, не слушались “убеждений” начальства и в ряде случаев оказывали сопротивление войскам. В результате столкновений насчитывалось много убитых и раненых крестьян. Это движение перебросилось и в Поволжье. Чрезвычайно резкую форму оно приняло среди татар Казанской и Нижегородской губерний, отказывавшихся нести военную службу.

В великороссийских губерниях движение 1855 г. вырази­лось в массовом бегстве крепостных в города, где они требовали зачисления в общегосударственное ополчение. Значительным упорством отличались волнения в Воронежской губернии. В 1856 г. крестьянское движение проявилось в новой форме — в самостоятельном уходе десятков тысяч крепостных, главным образом украинских крестьян Херсонской и Екатеринославской губерний, па Крымский полуостров, в “Таврию за волей”. Толчком к этому движению послужили слухи, что в Крыму крестьяне получат волю. Правительство двинуло крупные военные силы, чтобы подавить это движение.

Особенно усиливается крестьянское движение в последние годы перед реформой. В среднем в первую четверть XIX в. ежегодно имело место более 11 волнении, в 1826—1854 гг.— более 24 и в 1855—1861 гг.— более 79.

Процесс расслоения крепостной деревни выделял крестьян­скую бедноту и ставил её в тяжёлую материальную зависимость от деревенского богатея. Во время неурожаев крестьяне пита­лись “хлебом” из желудей, мякины и лебеды. Крымская война явилась исходным моментом значительного ухудшения в поло­жении угнетённых масс: огромные рекрутские наборы выры­вали из деревни большое количество кормильцев в возрасте наивысшей трудоспособности. Бедствия крестьян, ещё раньше увеличившиеся в связис разложением крепостного хозяйства и усилением эксплуатации, обострились во время войны. Кресть­янские хозяйства приходили в упадок, семьи крестьян с уходом кормильцев часто обрекались на нищету и голод. Ряд последова­тельных неурожаев, начавшихся ещё до войны и продолжавших­ся во время неё, усугублял тяжесть положения крестьянства. Опустошение казны военными расходами вело к усилению нало­гового бремени, падавшего на трудовое население.

2. Законодательное обеспечение реформы

2.1. Манифест о всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей и об устройстве их быта

Манифест 19 февраля явился основным документом реформы, именно он провозгласил реформу, на положения манифеста опирались прочие законодательные акты, регулирующие ход реформы, манифест определял также механизм ее реализации (правовые акты и государственные органы).

Манифест определял цель реформы: “..крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей”, т.е. не просто отмену крепостного права, а наделение бывших крепостных дополнительными правами и возможностями, которые на тот момент имелись у свободных крестьян, и от которых крепостных отделяла не только личная зависимость от помещика.

Помещики сохраняли право собственности на землю – это было вторым ключевым пунктом реформы. Они обязывались наделить своих бывших крепостных землей и жильем за выполнение теми повинностей – своеобразную арендную плату. Так как создатели манифеста понимали, что отмена крепостной зависимости сама по себе не делает крестьянина свободным, для обозначения безземельных бывших крепостных было введено особое обозначение:“временно-обязанные”.

Крестьянам предоставлялась возможность выкупать усадьбы, а с согла­сия помещиков - приобретать пашню и другие угодья, отведенные им в постоянное пользование. С приобретением в собственность определенного количества земли, крестьяне освобождались от обя­занностей к помещикам по выкупленной земле и вступали в со­стояние свободных крестьян-собственников.

Особым положением о дворовых людях определялось для них и переходное состояние, приспособленное к их занятиям и потребностям; по истечении двух­летнего срока от дня издания Положения, они получали полное осво­бождение и срочные льготы.

На этих главных началах составленными Положениями определялось буду­щее устройство жизни крестьян и дворовых людей, устанавливался порядок обществен­ного крестьянского управления, и указывались подробно данные крестьянам и дворовым людям права и возлагаемые на них обязанности в отношении к государству и к помещикам.

Все Положения, общие, местные, и особые дополнительные прави­ла для некоторых местностей, для имений мелкопоместных владельцев и для крестьян, работавших на помещичьих фабриках и заводах, по воз­можности были приспособлены к местным хозяйственным потребностям и обычаям. Чтобы сохранить обычный порядок там, где он представляет “обоюдные выгоды” (в первую очередь, конечно, помещикам), помещикам предоставлялось право заключать с крестьянами добровольные со­глашения о размере поземельного надела крестьян и о следующих за него повинностях, с соблюдением правил, установленных для обеспечения ненарушимости таких договоров.

Манифест устанавливал, что новое устройство не может быть введено вдруг, а требует времени, при­мерно не менее двух лет; в течение этого времени, “в отвращение замеша­тельства, и для соблюдения общественной и частной пользы”, существовавший в помещичьих имениях порядок должен был быть сохранен “дотоле, когда, по совершении надлежащих приготовлений, открыт будет новый порядок”.

Для достижения этих целей постановлялось:

1. Открыть в каждой губернии Губернское Присут­ствие по крестьянским делам, которому вверялось высшее ведение делами крестьянских обществ на помещичьих землях.

2. Для рассмотрения на местах недоразумений и споров, могущих возник­нуть при исполнении Положений, назначить в уездах Мировых Посред­ников, и образовать из них Уездные Мировые Съезды.

3. Образовать в помещичьих имениях мирские управления, для чего, оставляя сельские общества в прежнем составе, открыть в значительных селениях волостные управления, а мелкие сельские общества соединить под од­но волостное управление.

4. Составить по каждому сельскому обществу или имению уставную грамоту, в которой будет исчислено, на основании местного Положения, количество земли, предоставляемой крестьянам в постоянное поль­зование, и размер повинностей, причитающихся с них в пользу помещика, как за землю, так и за другие выгоды.

5. Уставные грамоты приводить в исполнение по мере утверждения их для каждого имения, а окончательно по всем имениям ввести в действие в те­чение двух лет, со дня издания Манифеста.

6. До истечения этого срока, крестьянам и дворовым людям пребывать в прежнем повиновении помещикам и беспрекословно исполнять прежние их обязанности.

7. Помещикам сохранить наблюдение за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов.

Текст Манифеста, возвещавшего освобождение крепостных крестьян, был написан по поручению Александра II московским митрополитом Филаретом (Дроздовым). Как и другие документы реформы, он был подписан императором 19 февраля 1861 г.

В Манифесте доказывалась законность существовавшей до этого власти помещиков над крестьянами, объяснялось, что хо­тя прежние законы и не определяли пределы права помещика над крестьянами, однако они обязывали его устроить... благо­состояние крестьян. Рисовалась идиллическая картина первона­чальных добрых патриархальных отношений искренней правди­вой попечительности и благотворительности помещика и добро­душного повиновения крестьян, и лишь в дальнейшем, при уменьшении простоты нравов, при умножении разнообразия отношений... добрые отношения ослабевали и открывался путь произволу, отяготительному для крестьян. Тем самым автор Манифеста стремился внушить крестьянам, что их освобожде­ние от крепостной зависимости — акт благодеяния высшей вла­сти (самодержавия), которая побудила помещиков к добро­вольному отказу от своих прав на личность крепостных людей.

В Манифесте кратко излагаются и основные условия осво­бождения крестьян от крепостной зависимости (детально они изложены в утвержденных 19 февраля 1861 г. восьми Положе­ниях и девяти Дополнительных правилах).

По Манифесту, крестьянин сразу получает личную свободу (полные права свободных сельских обывателей).

Ликвидация феодальных отношений в деревне — не едино­временный акт, а длительный процесс, растянувшийся на не­сколько десятилетий. Полное освобождение крестьяне получали не сразу с момента обнародования Манифеста и Положений, т. е. 19 февраля 1861 г. В Манифесте объявлялось, что крестья­не в течение двух лет (до 19 февраля 1863 г.) обязаны отбы­вать те же самые повинности (барщину и оброк), что и при крепостном праве, и находиться в прежнем повиновении поме­щикам. Помещики сохранили право наблюдения за порядком в их имениях, с правом суда и расправы, впредь до образования волостей и открытия волостных судов. Таким образом, черты внеэкономического принуждения продолжали сохраняться и после объявления “воли”. Но и по истечении двух переходных лет (т. е. после 19 февраля 1863 г.) крестьяне еще длительное время находились на положении временно-обязанных. В литера­туре иногда неверно указывается, будто срок временно-обязанного состояния крестьян заранее был определен в 20 лет (до 1881 года). В действительности ни в Манифесте, ни в Положениях 19 февраля 1861 г. никакого фиксированного сро­ка прекращения временно-обязанного состояния крестьян не устанавливалось. Обязательный перевод крестьян на выкуп (т.е. прекращение временно-обязанных отношений) был уста­новлен Положением о выкупе наделов остающимися еще в обя­зательных отношениях к помещикам в губерниях, состоящих на Великороссийском и Малороссийском местных положениях 19 февраля 1861 года от 28 декабря 1881 г., а в девяти за­падных губерниях (Виленской, Гродненской, Ковенской, Мин­ской, Витебской. Могилевгкой. Киевской, Подольской и Во­лынской) крестьяне были переведены на обязательный выкуп в 1863 г.

Манифест провозглашал сохранение нрава помещики” на всю землю в их имениях, в том числе и на крестьянскую надель­ную, которую крестьяне получали в пользование за определен­ные местными положениями повинности. Чтобы стать собствен­ником своего надела, крестьянин должен был выкупить его. Условия выкупа подробно изложены в Положении о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их уса­дебной оседлости и о содействии правительства к приобрете­нию сими крестьянами в собственность полевых угодий.

Цитируя “Послание апостола Павла к римлянам” (глава 13, стихи 1-й и 7-й); “всякая душа должна повиноваться властям предержащим” и “воздавать всем должное, и в особенности, кому должно, урок, дань, страх, честь”, автор Манифеста убеждал крестьян сохранять полное повиновение властям и по­мещикам.

Манифест предварял обнародование утвержденных в тот же день 17-ти законодательных актов, содержащих условия осво­бождения крестьян.

19 февраля 1861 г. царем был подписан указ Правитель­ствующему сенату, которому повелевалось “сделать зависящее распоряжение о немедленном обнародовании и приведении в действительное исполнение” препровожденных в Сенат указан­ных 17-ти законодательных актов о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости. Сенату предписывалось “принять ме­ры, чтобы Положения общие, предназначенные к исполнению повсеместному, были доставлены помещикам и в сельские обще­ства крестьян, водворенных на помещичьих землях, а Положе­ния местные и дополнительные к оным правила были препро­вождены по принадлежности к помещикам и в сельские общест­ва тех местностей, до коих каждое из сих узаконении касается”. Тексты Положений и Манифеста 19 февраля 1861 г. были опу­бликованы также в качестве Приложения к № 20 “Сенатских ве­домостей” от 10 марта 1861 г. В начале марта 1861 г. было при­нято постановление: “Дабы облегчить изучение сих Положений, признано полезным издать краткое из них извлечение, собствен­но о порядке постепенного введения в действие новых постано­влений, относящихся до прав и обязанностей крестьян и дворо­вых людей”. В “Кратком изложении” содержались статьи: о личных правах и обязанностях крестьян, правила о их поземель­ном устройстве и правила о дворовых.

Обнародование Манифеста и Положений 19 февраля 1861 г., содержание которых обмануло надежды крестьян на “полную волю”, вызвало взрыв крестьянского протеста уже весной 1861 года: за первые пять месяцев зарегистрировано 1340 массовых крестьянских волнений, а всего за год — 1859 (примерно столько же, сколько их учтено за всю первую половину XIX века). В 937 случаях крестьянские волнения в 1861 году были усмирены с применением военной силы . Фактически не бы­ло ни одной губернии, в которой в большей или меньшей степе­ни не проявился бы протест крестьян против “дарованной” им “воли”. Наибольший размах крестьянское движение приняло в центрально-черноземных губерниях, в Поволжье и на Украине. где основная масса крестьян находилась на барщине и наиболее острым был аграрный вопрос.Большой общественный, резонанс имели восстания крестьян, кончившиеся их расстрелом, в апре­ле 1861 г. в селах Бездне (Казанская губ.) и Кандеевке (Пен­зенская губ.), в которых приняли участие десятки тысяч крестьян.

2.1. Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости

Положение определяло в общих чертах личные и имуще­ственные права и обязанности вышедших из крепостной зави­симости крестьян, образование и функции сельских и волост­ных органов крестьянского самоуправления, характер “попечи­тельства” над крестьянами их бывших помещиков на период временно-обязанного состояния, а также порядок отбывания ка­зенных, земских и мирских повинностей. Прочие Положения и Дополнительные правила, утвержденные 19 февраля 1861 г., являлись развитием и детальной конкретизацией норм, которые изложены в Общем положении.

Освобождение крестьян от крепостной зависимости и предо­ставление им права заводить торговые и промышленные пред­приятия, заключать имущественные сделки, выступать от своего имени в судах, возбуждать судебные иски, приобретать недви­жимую собственность, переходить (хотя и с определенными ог­раничениями) в другие сословия — все это давало больший про­стор крестьянскому предпринимательству, способствовало росту отхода крестьян на заработки, складыванию рынка рабочей си­лы, т. е. в конечном счете создавало более благоприятные усло­вия для развития капитализма в России. Вместе с тем в течение переходного периода еще продолжали сохраняться черты вне­экономического принуждения: временно-обязанное состояние крестьян, право вотчинной полиции помещика, зависимость крестьян и сельских органов крестьянского самоуправления от местной администрации. Но и после переходного периода сохра­нялась сословная неравноправность крестьян, прикрепление их к общине, к наделу. Крестьянство продолжало оставаться низ­шим, податным сословием, которое обязано было нести разного рода денежные и натуральные повинности, подвергалось теле­сным наказаниям, от чего были освобождены привилегирован­ные сословия — дворянство, духовенство, купечество.

В Общем положении о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости, отразился противоречивый характер рефор­мы — вводя нормы буржуазного права, оно одновременно со­храняло и ряд крепостнических черт.

Статьи 1—2 предоставляют личную свободу крепостным крестья­нам, однако с теми ограничениями, которые определялись нор­мами как данного Положения, так и других актов крестьянской реформы.

Личную свободу, а также ряд имущественных прав, указан­ных в последующих статьях Общего положения, крестьяне по­лучали с момента обнародования Манифеста и Положений 19 февраля 1861г. Необходимо подчеркнуть большую значи­мость акта предоставления крестьянам личной свободы и свя­занных с ней гражданских и иных прав, предусмотренных ста­тьями 21—39 данного Положения. Борьба крестьян за “волю” была ведущим направлением в многовековой истории крестьян­ского движения.

С момента обнародования закона об отмене крепостного пра­ва бывший крепостной крестьянин, у которого ранее помещик мог отобрать все его достояние и его самого продать, заложить. подарить, проиграть в карты, сдать вне очереди в рекруты, без всякой со стороны крестьянина вины сослать в Сибирь, полу­чал не только возможность свободно распоряжаться своей лич­ностью, но и приобретал ряд других личных и имущественных прав. Последующие буржуазные реформы, предоставлявшие крестьянам право участвовать в суде в качестве присяжных за­седателей, избирать и быть избранными в земские учреждения и т. д., еще более расширяли права крестьян, а главное — консолидировали крестьянство, стирали грани между бывшими помещичьими, удельными и государственными крестьянами.

По 10-й ревизии (1858 год)[4] в России насчитывалось 23069631 человек обоего пола крепостных крестьян, в том числе 22 563 086 находились в Европейской России и Сибири и 506 545 человек в Закавказском крае. Из числа 22 563 086 че­ловек обоего пола крепостных Европейской России и Сибири 542 599 человек числились “приписанными к частным заводам и фабрикам” и 40 544 человека — крепостными “разных ве­домств”. Собственно помещичьих крестьян в Европейской Рос­сии и в Сибири числилось 21 979 933 человека обоего пола, из них “помещичьих крестьян на общем праве” — 21 625 609 че­ловек и “на условном праве” — 354324. Из 21625609 че­ловек помещичьих крестьян 20 158 231 составляли “поселенные крестьяне”, т. е. имевшие свои наделы и исполнявшие феодаль­ные повинности, и 1 467 378 человек обоего пола — дворовые люди. Всех дворян, владевших крепостными крестьянами в Европейской России и в Сибири, в 1858 году насчитывалось 106 897 (точнее, владельцев имений, а вместе с семьями чи­сленность помещичьего класса составляла около 0,5 млн. чело­век обоего пола). Беспоместных дворян, владевших только дво­ровыми, насчитывалось 3703. У них было 12286 мужского по­ла (далее — м. п.) душ дворовых. Собственно помещиков, вла­девших землями и поселенными на этих землях крестьянами, насчитывалось 103 194. У них крестьян и дворовых людей на­ходилось во владении 10683853 души м. п.

Помещичьи крестьяне, получившие в 1861 году личную сво­боду, зачислялись в состав податных сословий, которые в отли­чие от привилегированных сословий (дворян, почетных граж­дан, духовенства, купцов 1—2 гильдий) обязаны были платить подушную подать, отбывать прочие государственные повинно­сти, в том числе и рекрутскую.

Центральным вопросом реформы был вопрос о земле. Закон подчеркивал право собственности помещиков на всю землю в имении, в том числе и на крестьянскую надельную, а крестьяне объявлялись лишь пользователями этой надельной земли, обя­занными отбывать за нее помещику установленные Положения­ми повинности — барщину или оброк. Наделение крестьян землей за повинности и определяло временнообязанное состоя­ние бывшего крепостного крестьянства после отмены крепост­ного права.

Выдвигавшиеся в ходе подготовки реформы помещика­ми-крепостниками проекты о безземельном освобождении крестьян были отвергнуты. Принятая 4 декабря 1838 г. прави­тельственная программа разработки реформы предусматривала обязательное наделение крестьян необходимым количеством земли. При наделении крестьян землей правительство исходило из двух принципиальных соображений: 1) из интересов сохранения крестьянского хозяйства как объекта эксплуатации и 2) обеспе­чения спокойствия в стране из опасения крестьянских волне­ний. Власти великолепно знали, что одним из главных требова­ний в крестьянском движении было предоставление крестьянам земли (“воли без земли не бывает”—таков был лозунг крестьян). Но если полное обезземеление крестьян в силу ука­занных соображений было невозможно, то и наделение кресть­ян достаточным количеством земли, которое поставило бы крестьянское хозяйство в независимое положение от помещи­чьего, было невыгодно помещику. Поэтому была поставлена за­дача предоставить крестьянам землю в таком размере, чтобы они были привязаны к своему хозяйству, к своему наделу, а вследствие недостаточности последнего — привязаны к поме­щичьему хозяйству. Отсюда и родилась система отрезков от крестьянского надела, зафиксированная в местных положениях.

При крепостном праве помещик обязан был по закону про­довольствовать крестьян в голодные годы, а также призре­вать (т. е. давать содержание) престарелых и “увечных” крестьян, у которых не было ближайших родственников. На практике и в то время помещик возлагал эту обязанность на самих крестьян: он обязывал их создавать “запасные хлебные магазины” (страховой зерновой запас), вводил для этого спе­циальные “мирские запашки” и облагал крестьян дополнитель­ным мирским сбором на содержание одиноких инвалидов и престарелых. На помещика также была возложена ответствен­ность за уплату крестьянами подушной подати; от его воли в значительной мере зависела и отдача крестьян в рекруты. Ком­ментируемая статья освобождает помещика от этих обязанно­стей.

Статья 10 возлагает на крестьян те обязанности (по общественному продовольствию, призрению), которые снимались с помещика. Статьи 11—16 предусматривают право крестьян выкупить свои на­делы в собственность. Условия этого выкупа и права крестьян на выкупленную ими надельную землю изложены в Положе­нии о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависи­мости, их усадебной оседлости и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий.

В статьях 18—20 определяется система управления крестьянами, вы­шедшими из крепостной зависимости: вотчинная полиция, об­щие и специальные государственные органы. Последние указа­ны в Положении о губернских и уездных по крестьянским де­лам учреждениях.

Статьи 21—39 определяют новый статус крестьянина. Крестьяне поступали в категорию свобод­ных сельских обывателей, т. е. приобретали права (а также и новые обязанности) незакрепощенных податных сословии.

Статья 21 отменяет особенно ненавистное для крестьян право помещика вмешиваться в их семейную жизнь. Обильный доку­ментальный материал, относящийся к эпохе крепостного права (а также и литературные произведения), содержит потрясаю­щие описания трагедий крестьян вследствие вмешательства в их личную жизнь помещиков и “по закону” и в порядке “злоупотребления помещичьей властью”.

Статьи 22—23 содержат перечисление имущественных прав, предоставляемых освобожденным от крепостной зависимости крестьянам. Особого внимания заслуживает здесь свобода торгово-предпринимательской деятельности. Крестьяне приобрета­ли права, предусмотренные уставами Торговым и Фабричным: заниматься торговлей, всякого рода ремесленной деятельно­стью, устраивать фабрики и заводы, записываться в ремеслен­ные цехи того или иного города (но при этом оставаясь в своем звании крестьян), заниматься казенными подрядами и т. д. Примечание к ст. 23 имеет в виду статьи местных положений: ст. 107 для губерний великороссийских, новороссийских и бе­лорусских, ст. 107 для губерний малороссийских, ст. 84 для гу­берний Правобережной Украины и ст. 79 для литовско-бело­русских губерний. Указанные статьи предоставляли крестьяни­ну право, “не испрашивая на то особого разрешения ни у поме­щика, ни у общества”, устраивать и содержать на своей усадеб­ной земле постоялые дворы, промышленные и торговые заведе­ния (согласно Уставу торговому, предоставлявшему таковое право всем свободным сословиям).

Статья 24 предоставляет крестьянам правоспособность в сфе­ре гражданского и уголовного процесса. Характерно деклари­руемое в примечании 2 к данной статье право иска и жалобы крестьян как на посторонних лиц, так и на владельца земли, на которой они водворены, т. е. на своего бывшего помещика. На­помним, что крестьянам при крепостном праве было запрещено жаловаться на помещиков. В статье специально подчеркивается отсутствие у ее норм обратной силы, что имело особый смысл, поскольку помещики в преддверии реформы принимали допол­нительные меры к ограблению и притеснению крестьян: продажа крестьян отдельно от земли (“на своз”), что противоречило даже тогдашним законам, на­сильственное переселение на неудобные земли, перевод в дво­ровые, отнятие имущества, ссылка в Сибирь и т. п.

При взыскании штрафов, пеней, недоимок и пр. применялись статьи Устава о благоустройстве казенных селений. Статьи 384—407 этого Устава регламентируют “порядок и спо­собы исполнения приговоров сельских и волостных расправ” в селениях государственных крестьян, процедуру удовлетворе­ния имущественных исков (в частности, порядок продажи крестьянского имущества за долги, отдачи должника или недо­имщика в общественные работы, “порядок и способы исполне­ния решений судебных мест”). В данном случае применялись нормы изданного 30 апреля 1838 г. Учреждения об управлении государственными имуществами в губерниях.

Статья 25 лишает помещика одной из его существенных фео­дальных привилегий — права вотчинной юстиции. В крепостную эпоху помещик пользовался в своем имении широкой административной и полицейской властью: имел право держать свои тюрьмы, наказывать телесно крестьян. В 1857 году под­тверждалось право помещиков наказывать крестьян розгами до 40 ударов, палками до 15 ударов, заключать в смирительные дома на срок до трех месяцев или сдавать в арестантские роты гражданского ведомства на срок до шести месяцев. Вес это совершалось без суда, по личной воле помещика, решение которо­го было безапелляционным и приводилось в исполнение немед­ленно. На помещиков вообще была возложена функция под­держивать полицейский порядок в крепостной деревне.

Помещики пользовались своими правами гораздо шире, чем это им было предоставлено но закону. В смысле расправ и наказании крестьян произвол не знал границ. Архивы тогдашних правительственных уч­реждений полны жалобами крестьян на произвол поме­щиков. Закон и теперь, однако, оставляет за помещиком неко­торое право вмешательства в уголовные дела его бывших крестьян. Таким образом, если ст. 9 Общего положе­ния снимала с помещика обязанность ходатайствовать за крестьян по делам гражданским и уголовным, то ст. 28 не от­нимала у него права вмешательства в дела крестьян.

Указанные в ст. 29 права подробно регламентированы в ст.ст. 47, 71, 75, 130—140 данного Положения, а также надле­жащими статьями других законов: Устава о службе от прави­тельства, Устава о податях. Законов межевых и пр. Эти права предоставляли возможность (разумеется, зажиточному кресть­янству) путем получения соответствующего образования, оста­вления наделас уплатой всех за него повинностей или досроч­ного выкупа выйти из общины, приписаться в мещане или в купцы. Пореформенная статистика свидетельствует о значи­тельном росте численности мещан и купечества за счет выход­цев из крестьян.

Статья 30 дополняет формулировку ст. 25, имея в виду лишь одну конкретную форму воздействия — поражение в сословных правах.

Статья 31 конкретизируется в ст. 8—26 Положения о выку­пе. Комментируемая статья провозглашает гарантию от посяга­тельств со стороны помещика на движимое имущество кресть­ян, на их общественные денежные средства и хлебные запасы. Эта гарантия весьма существенна, ибо при крепостном праве крестьянское имущество нисколько не было защищено от про­извола помещика.

До 1848 года закон не разрешал помещичьим крестьянам приобретать недвижимую собственность (землю) на свое имя. Всякие покупки земли (как и другой недвижимости) крестьяне могли производить только на имя своих помещиков. Тем са­мым помещики становились юридически собственниками по­купных крестьянских земель. Таким образом, права крестьян на это имущество законом не были защищены. Указ 3 марта 1848 г. предоставил и помещичьим крестьянам право поку­пать земли, дома. лавки, мельницы и пр., но с согласия поме­щиков. Судя по последующему законодательству, такое согла­сие они получали не всегда, почему и после 1848 года вынужде­ны были покупать землю на имя господина. Однако основная масса таких земель была куплена, конечно, до ука­за. Исключив из действия закона земли, купленные кре­стьянами до 1848 года. указ 3 марта 1848 г. открывал перед по­мещиками широкие возможности для прямого захвата этих зе­мель. Такие случаи особенно участились в период подготовки крестьянской реформы. Помещики в предвидении реформы шли на всякие ухищрения для захвата покупных крестьянских земель: отбирали их за оброчные недоимки, за предоставлен­ные в долг деньги, отбирали под видом “покупки” за ничтож­ную пену, присоединяли их к наделении земле, продавали их как свою собственность, пользуясь утратой крестьянами доку­ментов на покупные земли, и т. п.

Статья 32 официально признает за крестьянами право соб­ственности на земли, приобретенные ими в крепостное время, на условиях, которые сформулированы в специальных прави­лах, приложенных к статье.

“Буде помещик не согласится выдать крестьянам надле­жащие данные на имущества, приобретенные ими на имя их по­мещиков, крестьяне могут заявлять о том, не пропуская десяти­летней давности со времени приобретения недвижимого имуще­ства, мировому посреднику для распоряжений на основании нижеследующих статей.

Если мировому посреднику будет заявлено крестьянами о принадлежности им недвижимого имущества, приобретенного ими на собственные деньги, хотя и на имя помещика, то миро­вой посредник обязан спросить о том владельца и, когда нуж­но, потребовать его письменного по сему предмету отзыва. Буде в сем отзыве или в уставной грамоте владелец, безуслов­но признает право крестьян на сие имущество, то мировой по­средник утверждает оное за крестьянами и выдает им копию с своего о том постановления. Земля, признанная на сем основа­нии собственностью крестьян, не включается в состав мирского надела и не облагается никакой в пользу помещика повинно­стью..

7) При суждении сего рода дел как мировой посредник, так и мировой съезд и губернское присутствие обязаны принимать в уважение только доказательства письменные, как те, кои при­нимаются судами на основании гражданского судопроизводства по делам тяжебным, так и домашние, не подлежащие в подлин­ности своей никакому спору и сомнению бумаги.

8) Когда право собственности крестьян на имущество такого рода будет признано и утверждено губернским присутствием, действующим в качестве высшего совестного суда, уездный суд по предъявлении оному полученной крестьянином или кре­стьянами копии с решения дела немедленно выдает им на озна­ченное имущество данную на гербовой бумаге низшего досто­инства без взимания пошлин.

9) Заложенное имущество, признанное на основании предыдущих статей собственностью крестьянина или крестьян, не освобождается от залога, и имущество, проданное с публичного торга или перепроданное в другие руки, остается у последнего покупщика, но крестьянам предоставляется в сих случаях оты­скивать судебным порядком понесенные ими убытки с помещи­ка, на имя которого было приобретено имущество, или же с его наследников”.

Приведенные правила, как видно из их содержания, ставили крестьянам жесткие условия для возврата их покупных земель. Прежде всего, правила ограничивали иск сроком давности по­купки: он не должен был превышать 10 лет. Данные по семи центрально-промышленным губерниям России (Владимирской, Калужской, Костромской, Московской. Нижегородской, Твер­ской и Ярославской), в которых более, нежели в других регио­нах страны, покупалось крестьянами на имя помещиков земли, показывают, что подавляющее число покупок, произведенных крестьянами (90%), и купленной земли (97%) приходилось на время до 1851 года (т. е. до предельной даты срока давно­сти). Далее, для утверждения своих прав на землю крестья­не обязаны были представить письменные документы на владе­ние этой землей. Как правило, такие документы находились у помещика, поскольку покупки совершались на его имя. Сама процедура рассмотрения спора о покупных землях всецело за­висела от мировых посредников, уездных мировых съездов и губернских по крестьянским делам присутствий (дворянских по своему составу), которые далеко не всегда решали споры в пользу Крестьян.

По смыслу данных правил, губернское по крестьянским де­лам присутствие являлось окончательной инстанцией в реше­нии споров крестьян с помещиками о покупных землях. Одна­ко, как показывают архивные документы высших государствен­ных учреждений, крестьяне при отказах им в исках губернски­ми присутствиями обращались с ходатайствами в Главный ко­митет об устройстве сельского состояния и в Земский отдел Министерства внутренних дел (в архивных фондах которых и сохранились многочисленные тяжебные дела бывших крепост­ных крестьян о покупных землях). Судя по этим документам, полная драматизма борьба крестьян за собственные земли про­должалась почти два десятилетия после обнародования Поло­жении 19 февраля 1861 г.

В 1862 году Министерство внутренних дел предложило Главному комитету об устройстве сельского состояния пересмо­треть условия закрепления купчих крестьянских земель, сняв десятилетний срок давности для предъявления иска и расши­рив круг принимаемых к рассмотрению доказательств. Но ут­вержденное 6 мая 1863 г. царем мнение Государственного сове­та оставило в неприкосновенности эти правила . В 1871 году последовало разъяснение Главного комитета: “Помещик имеет право землю, купленную крестьянами на его имя до 3 марта 1848 г., передать им или оставить за собою, и затем продать в составе прочего своего имения как собственность” . Тем са­мым самому помещику предоставлялось право решать, возвра­щать крестьянам их покупную землю или распоряжаться ею как своей собственностью.

Предоставление ст. 33—35 крестьянам права приобретать в полную собственность землю, как в индивидуальном порядке, так и обществами и товариществами, имело далеко идущие эко­номические и социальные последствия. За 1863—1892 годы крестьянами было куплено 12 110816 десятин земли, из них в единоличную собственность — 5 789 862 десятины, товари­ществами — 4 847 643 десятины и сельскими обще­ствами — 1473311 десятин. Основным объектом ку­пли-продажи земли были помещичьи земли, так как крестьян­ские надельные земли на долгое время были фактически исключены из торгового оборота. Вовлечение помещичьей .зем­ли в торговый оборот и формирование буржуазной земельной собственности.

Как явствует из содержания ст. 36, в случаях, когда земля приобреталась на вольном рынке обществами и товарищества­ми, любому участнику этих покупок предоставлялось право, даже без согласия общества и товарищества, потребовать выде­ления в единоличную собственность своего пая или же денеж­ного за него вознаграждения. Значимость таковой возможно­сти заключается в том. что крестьянину, собственнику земли, открывался путь выхода из общины: он мог отказаться от свое­го надела (выполнив при этом все прочие формальности) и строить свое хозяйство на покупнойземле.

Второй раздел Положения регулировал устройство сельских обществ и волостей и их управления.

“Сельское общество”составлялось из крестьян, на земле одного помещика: оно могло состоять либо из целого селения (села или дерев­ни), либо из одной части разнопоместного селения, либо из нескольких мелких, по возможности смежных, и, во всяком случае, ближайших между собой по­селков (выселков, починков, хуторов, застенков, односелий, или от­дельных дворов, и т.п.), пользующихся всеми угодьями, или некоторыми из них сообща, или же имеющих другие общие хозяйственные выгоды.

"Волости" образовывались из состоящих в одном уезде и, по возможности, смежных, сельских обществ. При соединении в волости сельские общества не раздроблялись. Сельское общественное управление составляли сельский сход и сельский староста. Сверх того, общества могли иметь: особых сборщиков податей; смотрителей хлебных магазинов, училищ и больниц; лес­ных и полевых сторожей; сельских писарей, и т. п.

"Сельский сход" составляется из крестьян-домохозяев, принадлежавших к составу сельского общества, и, кроме того, из всех назначенных по выбору сельских должностей лиц. Не воспрещалось домохозяину, в случае отлучки, болезни и вообще невозможности лично явиться на сход, присылать вместо себя кого-либо из членов своего семейства; с дворов же многотягольных дозво­ляется присылать на сход двух или более крестьян, если сие согласно с мест­ным обычаем.

Ведению сельского схода подлежали:

- выборы сельских должностных лиц и назначение выборных на волостной сход;

- приговоры об удалении из общества его членов; временное устранение крестьян от участия в сходах не долее, как на три года;

- увольнение из общества членов его и прием новых;

- назначение опекунов и попечителей; проверка их действий;

- разрешение семейных разделов;

- дела, относящиеся до общинного пользования мирскою землею: передел земель, накладка и скидка тягл, окончательный раздел общинных земель на постоянные участки и т.п.;

- при участковом или подворном (наследственном) пользовании землею, распоряжение участками мирской земли, не состоящими в подворном пользовании;

- совещания и ходатайства об общественных нуждах, благоустройстве, обучении грамоте;

- принесение, жалоб и просьб, по делам общества, через осо­бых выборных;

- назначение сборов на мирские расходы;

- раскладка всех лежащих на крестьянах казенных податей, земских и мирских денежных сборов, равно как земских и мирских натуральных повин­ностей, и порядок ведения счетов по означенным подателям и сборам;

- учет должностных лиц, сельским обществом избранных, и назначение им жалованья или иного за службу вознаграждения;

- дела по отбыванию рекрутской повинности, в той степени, в какой они касаются сельского общества;

- раскладка оброка и издельной повинности по тяглам, по душам, или иным принятым способом, там, где повинности, в пользу помещика, отбывают­ся за круговую порукою целого общества;

- принятие мер к предупреждению и взысканию недоимок;

- назначение ссуд из запасных сельских магазинов и всякого рода вспо­моществовании;

- дача доверенностей на хождение по делам общественным;

54. Для решения нижеследующих дел требуется согласие не менее двух тре­тей всех крестьян, имеющих голос на сходе:

- о замене общинного пользования землею участковым или подворным (наследственным);

- о разделе мирских земель на постоянные наследственные участки;

- о переделах мирской земли;

- об установлении мирских добровольных складок и употреблении мир­ских капиталов;

- об удалении порочных крестьян из общества и предоставлении их в рас­поряжение Правительства.

Сельский староста исполнял, в пределах ве­домства сельского общественного управления, следующие обязанности:

- созывал и распускал сельский сход и сохранял на нем по­рядок;

- предлагал на рассмотрение схода все дела, касающиеся нужд и польз сельского общества;

- приводил в исполнение приговоры сельского схода, распоряжения воло­стного управления и мировых учреждений;

- наблюдал за целостью меж и межевых знаков, на землях, в пользовании крестьян находящихся или принадлежащих им в собственность;

- наблюдал за исправным содержанием дорог, мостов, гатей, перевозов и пр., на землях, отведенных сельскому обществу в надел или приобретенных крестьянами в собственность;

- наблюдал за исправным отбыванием крестьянами податей и всякого рода повинностей как казенных, земских и мирских, так оброка или издольной по­винности в пользу помещика, и собирал сии подати и оброки в тех обществах, где не было особых сборщиков;

- понуждал к исполнению условий и договоров крестьян между собою, а равно заключенных с помещиками и посторонними лицами, когда такие дого­воры не оспариваются самими крестьянами;

- надзирал за порядком в училищах, больницах, богодельнях и других об­щественных заведениях, если они учреждены сельским обществом на свой соб­ственный счет;

- наблюдал за своевременным составлением ревизских сказок, и подает оные, куда следует;

- по просьбам крестьян о выдаче им установленных билетов и паспортов на отлучки, или об увольнении вовсе из общества, давал волостному старшине надлежащее удостоверение в том, что к увольнению означенных крестьян пре­пятствия нет;

- заведывал, в порядке, установленном обществом, мирским хозяйством и мирскими суммами; надзирает за целостью запасного общественного хлеба и за правильным распоряжением оным;

- охранял от растраты те имущества неисправных плательщиков, коими обеспечивается взыскание недоимки.

Волостное управление составляли волостной сход, волостной старшина с волостным правлением и волостной крестьянский суд.

"Волостной сход" составлялся из сельских и волостных должностных лиц, замещаемых по выбору, и из крестьян, избирае­мых от каждого селения или поселка, к волости принадлежащего, по одному от каждых десяти дворов, как пользующихся землею за повинности, так и приобретших участки в собственность.

Ведению волостного схода подлежали:

- выборы волостных должностных лиц и судей волостного суда;

- постановление о всех вообще предметах, относящихся до хозяйственных и общественных дел целой волости;

- учреждение волостных училищ; распо­ряжения по волостным запасным магазинам, где они есть;

- принесение, куда следует, жалоб и просьб, по делам волости, чрез осо­бых выборных;

- назначение и раскладка мирских сборов и повинностей, относящихся до целой волости;

- поверка действий и учет должностных лиц, волостью избираемых;

- поверка рекрутских списков и раскладка рекрутской повинности,

- дача доверенностей на хождение по делам волости.

По полицейским делам, волостной старшина в пределах ведомства воло­стного управления был обязан:

- объявлять, по предписаниям земской полиции, законы и распоряжения правительства, и наблюдать за нераспространением между крестьянами под­ложных указов и вредных для общественного спокойствия слухов;

- охранять благочиние в общественных местах и безопасность лиц имуществ от преступных действий, а также принимать первоначальные меры для восстановления нарушенной тишины, порядка и безопасности, впредь до распо­ряжения земской полиции;

- задерживать бродяг, беглых и военных дезертиров, и представлять их по­лицейскому начальству;

- доносить земской полиции о самовольно отлучившихся из волости и о преступлениях и беспорядках, случившихся в волости;

- наблюдать за точным исполнением установленных настоящим Положени­ем правил о приписке, увольнении и перечислении крестьян из одного общест­ва в другое, и доносить о сем земской полиции, для уведомления Уездного Ка­значейства и Казенной Палаты;

- распоряжаться в чрезвычайных случаях, как например: при пожарах, на­воднениях, повальных болезнях, падеже скота и других общественных бедстви­ях, и немедленно доносить полицейскому начальству о чрезвычайных происше­ствиях в волости;

- предупреждать и пресекать преступления и проступки, принимать поли­цейские меры для открытия и задержания виновных, и представлять их на дальнейшее распоряжение подлежащего начальства;

- наблюдать за исполнением приговоров мировых учреждений и волостного суда.

Волостное правление составлялось из старшины, всех сельских старост или помощников старшины, и из сборщиков податей, там, где есть особые сборщики.

Решению правления, единогласному или по большинству голосов налич­ных членов, подлежали только следующие дела:

- производство из волостных сумм денежных расходов, утвержденных уже волостным судом;

- продажа частного крестьянского имущества, по взысканиям казны, помещика или частного лица, кроме тех случаев, которые по закону возлагаются на об­щую полицию,

- определение и увольнение волостных должностных лиц, служащих по найму.

Старшина, по всем другим делам его ведомства, только советуется с правлением, но распоряжается по своему усмотрению, под личною свою ответственностью.

Для составления волостного суда избирается ежегодно волостным схо­дом (или сельским, если волость состоит из одного сельского общества) от че­тырех до двенадцати очередных суден. Определение числа сих выборных и установление между ними очереди предоставляется сходу, на следующих осно­ваниях:

- присутствие суда должно было состоять не менее, как из трех судей;

- судьи могли быть избраны, или для бессменного в течение целого года, отправления своей должности, или для отправления оной по очереди, заранее определенной сходом;

- в последнем случае, из избранных в числе от 4-х до 12-ти судей, должны выбывать, в назначенные сроки (как например: через два, четыре или шесть месяцев), не более половины, и затем выбывшие замещаются другими избранными судьями, по очереди.

Волостной суд ведал, на основании следующих статей, как споры и тяжбы между крестьянами, так и дела по маловажным их проступкам.

Волостной суд решал окончательно: все споры и тяжбы собственно ме­жду крестьянами, ценою до ста рублей включительно, как о недвижимом и движимом имуществах в пределах крестьянского надела, так и по займам, покупкам, продажам и всякого рода сделкам и обязательствам, а равно и дела по вознаграждению за убытки и ущерб, причинен­ные крестьянскому имуществу.

Окончательному решению волостного суда подлежали все, без ограничения ценою иска, между крестьянами споры и тяжбы, которые тяжущиеся стороны предоставят решению волостного суда. Споры и тяжбы, в коих, кроме крестьян, участвовали посторонние лица, могли быть также, по желанию тяжущихся сторон, предоставляемы окончательному решению волост­ного суда.

Волостной суд разбирал и приговаривал к наказанию крестьян, при­надлежащих к волости, за маловажные проступки, когда оные совершены в пределах самой волости против лиц, принадлежащих к тому же состоянию, и без участия лиц других состояний, а также, когда означенные проступки не находились в связи с уголовными преступлениями, кои подлежат рассмотрению общих судебных мест. Если в совершении проступка участвуют крестьяне, принадлежащие к другой волости, то виновных приговаривал к наказанию суд той волости, в пределах которой проступок был совершен.

Волостной суд был властен приговаривать винов­ных: к общественным работам - до шести дней, или к денежному взысканию - до трех рублей, или к аресту - до семи дней, или, наконец, лиц, от телесного наказания не изъятых, - к наказанию розгами до двадцати ударов. Назначение меры наказания за каждый проступок предоставлялось усмотрению самого суда. Приговоры волостного суда по проступкам, подлежащим его рассмот­рению, считались окончательными. Они приводились в исполнение сельскими старостами, или когда волость состояла из одного сельского общества, помощником волостного старшины, под наблюдением старшины и за общею их ответственностью.

2.3. Положение о выкупе крестьянами, вышедшими из крепостной зависимости, их усадебной оседлости, и о содействии правительства к приобретению сими крестьянами в собственность полевых угодий

Данное Положение также играло важную роль в законодательном обеспечении реформы. В нем излагались правила:

- о выкупе в собствен­ность, вышедшими из крепостной зависимости, временно-обязанными крестья­нами усадеб, отдельно от полевых угодий;

- о содействии государства к приобретению теми же крестьянами в собственность, вместе с усадьбами всего, или части полевого надела, предоставленного им от помещиков в постоянное пользование за определенные повинности.

Крестьянам, вышедшим из крепостной зависимости, предоставлялось пра­во выкупать в собственность их усадебную оседлость.

Приобретение в собственность крестьянами полевых земель и угодий, отведенных им в постоянное пользование, до­пускалось не иначе, как с согласия помещика.

При приобретении крестьянами в собственность, вместе с усадебною оседлостью, полевого надела, оказывалось содействие от государства. Содействие заключалось в том, что Правительство ссужало, под приобретаемые на этом основании земли, определенную сумму, с рассрочкою крестьянам уплаты на продолжительный срок, и само взыскивало сле­дующие с них платежи, как в счет процентов по выданной сумме, так и на постепенное погашение долга. Эта сумма выдавалась помещику процент­ными кредитными бумагами, по коим Правительство принимает на себя уплату процентов и капитала.

Определение размера выкупа за усадьбы, на основании со­глашения, засвидетельствованного Мировым Посредником, в присутствии по­сторонних свидетелей, в числе от 3-х до 6-ти, зависит от договари­вающихся сторон. От этого соглашения зависело также постановление всех усло­вии, относительно порядка и рассрочки платежей. Если же добровольных со­глашений не было, то выкуп производился на основании правил Положения.

Для определения этой доли усадьбы каждого селения причисляются одному из четырех разрядов, установленных в означенном Местном Положении. Из оброка, причитающегося за весь крестьянский надел в селении, отно­сится собственно на усадебные земли: первого разряда - не более 1 р.50 коп второго разряда - не более 2 р. 50 коп., третьего разряда - не более 3 р. 50 коп. на ревизскую душу. В четвертом разряде, к коему причисляются усадьбы в селениях, обложенных, на основании означенного Положения, за представлен­ные крестьянам особые выгоды, возвышенным оброком, денежная повинность за усадьбы может быть определена порядком, указанным в том Положении, и свыше 3 р. 50 коп. на душу.

Для исчисления выкупной суммы за усадебную оседлость, причитаю­щаяся с нее, по уставной грамоте часть оброка помножается на шестнадцать и две трети; таким образом за каждый рубль ежегодного оброка падающего на усадьбы, полагается выкупная сумма в 16 руб. 67 коп.

Исчисленная за все усадьбы сельского общества выкупная сумма разверстывалась между домохозяевами по мирскому приговору, с утвер­ждения помещика. В случае несогласия помещика на мирскую разверстку, воз­никшее недоразумение разрешается Мировым Посредником. Недовольная ре­шением Мирового Посредника сторона могла приносить жалобы Уездному Мировому Съезду.

Когда все домохозяева селения вместе желали выкупить свои усадьбы оседлость, в таком случае они должны были внести сполна выкупную сумму, определенную за все усадьбы. Когда один домохозяин выкупал свою усадебную оседлость отдельно от других, то он вносил единовременно сумму, причитающуся на ею усадьбу по разверстке. В тех селениях, где существовало общинное пользование угодьями, крестьянин, отдельно выкупающий свою уса­дебную оседлость, уплачивал помещику эту сумму, с прибавлением к ней двадцати копеек на каждый рубль.

Порядок выкупа устанавливался следующий. Крестьяне, желавшие приступить к выкупу своей усадебной оседлости, обращались с просьбой к помещику; но предварительно, они обязаны были внести выкупную сумму в Уездное Казначейство, для хранения и выдачи, впоследствии помещику при окончатель­ном закреплении за крестьянами выкупленных усадеб.

Помещику предоставлялось право, не ожидая предложения со сто­роны крестьян, сделать такое заявление в уставной грамоте, при составлении ее, или впоследствии, чрез Мирового Посредника. Если этого заявления не было сделано, а между тем, по отсутствию помещика, или по другим причинам, непосредственное со­глашение с ним крестьян, относительно выкупа усадеб, не было достигнуто, то пре­доставлялось крестьянам право обращаться прямо к Мировому Посреднику.

Крестьяне, со дня выдачи им "данной", освобождались от платежа по­мещику той доли оброка, которая падает на выкупленные усадьбы, и получали ее в собственность, с тем лишь ограничением, что в продолже­ние первых девяти лет со времени утверждения Положения, усадьбы не могли быть передаваемы, или закладываемы посторонним лицам, не принадлежащим к обществу. По прошествии этого срока, крестьяне могли располагать выкупленными усадьбами, как своей собственностью, на основа­нии общих законов. Домохозяин, выкупивший свою усадебную оседлость, со­хранял право участия в пользовании общественным выпуском и другими ча­стями сей оседлости, состоящими в распоряжении всего общества.

Завершающим этапом ликвидации феодальных отношении в бывшей помещичьей деревне являлся перевод крестьян на вы­куп. Этот процесс начался одновременно с введением уставных грамот и растянулся на десятилетия. Положения 19 февраля 1861 г. не устанавливали никакого окончательного срока пре­кращения временнообязанного состояния крестьян: перевод крестьян на выкуп всецело зависел от воли помещика, который имел право заключать выкупные сделки как по обоюдному со­глашению с крестьянами, так и в одностороннем порядке. Уже на 3 января 1862 г. из 2796 представленных уставных грамот по 322 грамотам переводились на выкуп 2782 души мужского пола (далее—м. п.) крестьян, на 3 января 1863г. из 95300 представленных уставных грамот по 5808 грамотам на выкуп переводились 678811 душ м. п. крестьян. К началу 1864 го­да на выкуп перешло 959 892 души м. п. крестьян.

В 1863 году в связи с восстанием в Польше и развернувшим­ся широким крестьянским движением в Литве, Белоруссии и на Правобережной Украине, где владельцами населенных име­нии были преимущественно польские дворяне, правительство изменило условия реформы в сторону некоторых уступок крестьянству, чтобы, с одной стороны, ослабить накал классо­вой борьбы в деревне в этих регионах, с другой — попытаться опереться на местное крестьянство, представленное преимуще­ственно литовцами, белорусами и украинцами, в борьбе с поль­ским национально-освободительным движением. Указами 1 марта, 30 июля и 2 ноября 1863 г. установленный по устав­ным грамотам оброк понижался на 20%, находившиеся на бар­щине крестьяне переводились на оброк, произведенные от на­дела отрезки возвращались крестьянам, мировые посредники польского происхождения заменялись русскими, присланными из внутренних губерний, а крестьяне сразу переводились на выкуп . “Для поверки денежных повинностей и составления выкупных актов” 9 апреля 1863 г. были учреждены в каждом уезде особые поверочные комиссии. В соответствии с указами 1 марта, 30 июля и 2 ноября 1863 г. на обязательный выкуп были переведены 2 517 919 душ м. п. в 9-ти западных губерни­ях (Виленской, Витебской, Волынской, Гродненской, Киев­ской. Ковенской, Минской, Могилевской и Подольской), соста­влявших Литву, Белоруссию и Правобережную Украину.

На 19 февраля 1870г. перешло на выкуп 6679344 души м. п.. что составило 66,6% от общего числа бывших помещичь­их крестьян. На 1 января 1877г. перешедшие на выкуп со­ставляли 71,9% от общего числа крестьян. На 1 января 1881 г. крестьян-собственников числилось уже 84,1%, а временнообязанных — 15,9% (1552403 души м. п.). Пе­ревод на обязательный выкуп остававшихся к 1881 году на временнообязанном положении полутора миллиона душ м. п. крестьян предусматривался с 1 января 1883 г. изданным 28 де­кабря 1881 г. “Положением о выкупе наделов остающимися еще в обязательных отношениях к помещикам крестьянами в губерниях, состоящих на Великороссийском и Малороссийском местных положениях 19 февраля 1861г.”. Он завершился к 1895 году. Издание Положения 28 декабря 1881 г. о переводе остававшихся на временнообязанном положении крестьян на обязательный выкуп, а также объявленное одновременно пони­жение выкупных платежей на 20% и сложение недоимок по этим платежам, несомненно, явилось одной из уступок крестья­нам, на которую пошло правительство в обстановке революци­онной ситуации 1879—1881 годов. Однако данная уступка не могла сколько-нибудь существенно поправитьтяжелое положе­ние крестьянства, остававшегося по-прежнему в экономической зависимости от государства и своих бывших помещиков[5] .

На 1 января 1895 г. числилось крестьян, перешедших на вы­куп, —9 158754 души м. п. в местностях с общинным земле­владением и 109 791 домохозяин с подворным землевладением. Было заключено 124 тысячи выкупных сделок, из них 20% по обоюдному соглашению крестьян с помещиками, 50% — по од­ностороннему требованию помещика и 30% — “правитель­ственной мерой” (т. е. указами 1 марта, 30 июля и 2 ноября 1863г. и Положением от 28 декабря 1881 г.).

В Закавказье, где крепостное право было отменено законами 13 октября 1864г. и 13 октября 1865г. (в Грузии) и 14 мая 1870г. (в Армении и Азербайджане) перевод временно-обязанных крестьян начался с 1912—1913 гг. согласно Положе­ниям от 20 декабря 1912г. и 7 июля 1913 г. и не завершил­ся даже к 1917 году.

Выкупная операция — буржуазная по своему содержанию мера, проводимая крепостническими методами насилия и при­нуждения. Выкуп крестьянами их надельных земель в боль­шинстве случаев носил принудительный характер — в силу не­соразмерности выкупных платежей ценности и доходности выкупаемых наделов и длительности самой выкупной опера­ции. Вот почему перевод крестьян на выкуп проводился преи­мущественно по одностороннему требованию помещиков или “обязательной мерой” правительства.

Выкуп не только способствовал более интенсивному прони­кновению товарно-денежных отношений в крестьянское хозяй­ство, социальному расслоению деревни, но он давал помещикам (особенно крупным латифундистам) денежные средства для перестройки своего хозяйства на капиталистической основе. Перевод крестьян на выкуп означал дальнейшее отделение крестьянского хозяйства от помещичьего. Выкупная операция ликвидировала систему феодальных отношений в деревне и превращала крестьянина в самостоятельного собственника зе­мельных угодий. Выкупная операция, оказавшаяся выгодной для государства, несомненно, позволила ему выйти из тяжело­го финансового кризиса, в каком оно оказалось после Крым­ской воины, и проводить активную экономическую политику: строить казенные железные дороги и промышленные пред­приятия, предоставлять значительные ссуды помещикам и ка­питалистам-предпринимателям. Выкупная операция явилась важным фактором первоначального накопления для капитали­стического хозяйства пореформенной России.

Статьи 1—3 устанавливают два вида поземельной собственности, приобретаемой бывшими помещичьими крестьянами посред­ством выкупа: 1) так называемую усадебную оседлость и 2) по­левой надел (пашня, сенокосы, выгоны и другие угодья), кото­рый крестьяне получали по уставной грамоте в постоянное поль­зование за феодальные повинности. Условия и порядок выкупа усадьбы определены статьями 8—26 данного Положения, выкуп в собственность полевого надела определен статьями 27—122 (раздел второй). Статус перешедших на выкуп крестьян (крестьян-собственников) и их поземельные права определены статьями 156—179, составляющими раздел третий.

По смыслу ст. 3, крестьяне не имели права требовать перевода их на выкуп. Оно предоставлялось только помещику, который мог заключать выкупные сделки как по обоюдному с крестьяна­ми соглашению, так и без их согласия, в одностороннем порядке, но в последнем случае он лишался от 20 до 25% выкупной сум­мы, составлявшей так называемый дополнительный платеж.

Посредничество государства между помещиками и крестьяна­ми в выкупной операции, о чем говорится в статье, имело важ­ное социальное и экономическое значение. Содействие выкупу со стороны государства, которое гарантировало помещикам вы­купные платежи в строго выдерживаемые им сроки, избавляло также помещика в условиях социальной напряженности в поре­форменной деревне от многочисленных столкновений с крестья­нами на этой почве. Выплатив помещику соответствующую сум­му, правительство с помощью своего мощного административ­но-полицейского аппарата взыскивало ее вместе с процентами с крестьян. Правительственное содействие делу выкупа, несом­ненно, решало задачу ускорения перевода крестьян на вы­куп.

Статья 5 подчеркивает, что Положение о выкупе касается толь­ко заключения сделок о выкупе крестьянской надельной земли и не распространяется на другие сделки по купле-продаже недви­жимой собственности. Порядок заключения последних регла­ментируется общим гражданским законодательством.

Статья 1350 тома Х Свода законов Российской империи, упо­минаемая в 1-м примечании к ст. 5, гласит: “Ненаселенные зем­ли, проданные от лица одного состояния лицам другого, выкупу не подлежат”.

Пункты 1—4 статьи 6 свидетельствуют о незначительности льгот и облегчений при совершении выкупных сделок. Они не­сколько уменьшали расходы обеих сторон в процессе оформле­ния сделки и сокращали ее бюрократическую процедуру. По­скольку подавляющее большинство выкупных сделок соверша­лось по одностороннему требованию помещиков, на практике указанные льготы и облегчения более всего были на руку по­мещикам.

Упоминаемые в статье 7 особые условия выкупа земель бывшими помещичьими крестьянами Сибири и Бессарабской области из­ложены в Дополнительных правилах о крестьянах и дворовых людях, вышедших из крепостной зависимости в Сибири (ст. 11—20), и в Правилах о людях, вышедших из крепостной зависимости в Бессарабской области (ст. 8—11). Сибирским по­мещикам давалось право либо заключать со своими крестьянами сделки о предоставлении им в собственность их земельного на­дела, либо продать свои имения в казну. Помещик мог предоста­вить крестьянам их наделы в собственность либо за деньги (с рассрочкой в уплате выкупной суммы), либо за особые повинно­сти (деньгами или работой) по смерть помещика, либо на опре­деленный срок. При этом условия о выполнении определенных работ за надел пересматривались каждые три года. По 10-й реви­зии в Сибири числилось всего 4320 душ мужского пола крепост­ных, в том числе 384 души дворовых. Основная масса крепост­ных Сибири сосредоточивалась в Тобольской губернии (3149 душ м. п.). В Бессарабской области числилось 10 844 души м. п. крепостных, в том числе 3005 душ м. п. Дворовых. К бывшим крепостным Бессарабской области применялось то положение, на котором находились бессарабские царане: свободные крестьяне, сидевшие на помещичьих землях, за которые они на договорных с помещиками условиях отбывали феодальные повинности. Согласно Дополнительным пра­вилам о бывших помещичьих крестьянах Бессарабии (ст. 8—11), помещик обязывался предоставить крестьянам зе­мельные наделы не в собственность, а в постоянное пользование.

Государство содействовало крестьянам в выкупе земельного надела, следующим образом. Определенная по правилам Положения сумма, выдаваемая помещи­ку, под приобретаемые крестьянами в собственность мирские земли и угодья, обеспеченными (гарантированными) Правительством кредитными бумагами, именовалась "выкупной ссудой". Всякие добавочные, сверх, выкупной ссуды, платежи, какие крестьяне обязывались уплатить, помещику, по взаимному с ним соглашению, не обеспечивались (не гарантировались) государством. Крестьяне, приобретшие в собственность землю, при посредстве выкупной операции, обязаны были вносить в казну ежегодно, взамен следовавшего помещику за землю оброка, по шести копеек на рубль с назначенной Прави­тельством выкупной ссуды, впредь до ее погашения. Таковые платежи име­новались “выкупными”. Выкупная ссуда погашалась взносом выкупных платежей в продолжение сорока девяти лет со дня выдачи ссуды.

2.4. Правила о порядке приведения в действие положений о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости

Правила определяли:

- права, приобретаемые крестьянами по обна­родовании Положении, и отношения их к помещикам до введения в действие уставных грамот и до учреждения волостей,

- порядок составления, рассмот­рения, поверки, утверждения и введения в действие уставных грамот коими определяются постоянные поземельные отношения помещиков и крестьян.

1. Права, приобретаемые крестьянами по обнародовании положе­нии, и отношениях их к помещикам до введения уставных грамот и до учреждения волостей включали в себя следующее. Со дня обнародования Положений о крестья­нах вышедших из крепостной зависимости, прекращались:

- перекрепление личных прав на крестьян и дворовых людей, и переуступ­ка сих прав, в каком бы то ни было виде,

- переселение крестьян с одних земель на другие, иначе, как на основании правил, установленных Местными Положениями о поземельном устройстве крестьян,

- отдача крестьян и дворовых людей владельцами посторонним лицам в ус­лужение или в работы, а также отдача малолетних из крестьян и дворовых лю­дей в обучение ремеслу или на воспитание, без согласия на то их родителей или воспитателей;

- отдача крестьян и дворовых людей, без разрешения подлежащего учреж­дения, в исправительные заведения или в распоряжение Правительства.

Крестьянам предоставлялось право, не спрашивая предва­рительного согласия помещика:

- вступать в брак и пользоваться всеми семейственными правами, на осно­вании общих узаконений;

- как целому обществу крестьян, так и каждому из них отдельно, приобре­тать в собственность недвижимые и движимые имущества, а также отчуждать сии имущества, отдавать в залог и вообще распоряжаться ими, с соблюдением общих узаконений;

- входить, как отдельно, так и в составе обществ, в разрешенные законом договоры и обязательства с казной и частными лицами, на общих для всех свободных сельских состояний основаниях;

- производить торговлю, в пределах, предоставляемых законом свободным сельским обывателям;

- записываться в цехи и производить ремесла в селениях; открывать и со­держать фабричные, торговые, промышленные и ремесленные заведения, на основании общих узаконении и Положений о крестьянах;

- вчинять иски и тяжбы по делам гражданским и ответствовать за себя, лично или чрез поверенных, а по делам уголовным и полицейским подавать жалобы и защищать и ограждать себя всеми, законом дозволенными, способа­ми, а также быть свидетелями и поручителями, на общем для свободных сосло­вий основании.

Дворовые люди приобретали те же, как и крестьяне, права личные и по имуществу; но те из дворовых, которые состояли в обязательном услужении у своих владельцев, подчинялись временным ограничениям в поль­зовании означенными правами, на основании Положения об устройстве дворо­вых людей.

Со дня обнародования Положений о крестьянах, и впредь до введения в действие уставной грамоты, крестьяне, продолжая пользоваться теми самыми усадьбами и полевыми угодьями, которыми до того пользовались, обязаны были: со­стоящие на оброке - платить оброк владельцу в прежнем размере, состоящие на барщине - отправлять оную в прежнем же размере.

Со дня обнародования Положений, повсеместно отменялись все, существовавшие доселе, добавочные сборы с крестьян или дани сельским произведениями: птицей, баранами, маслом, яйцами, ягодами, грибами, разными съестными припасами, холстом, сукном, пряжею, шерстью и т.п. Не отменялись лишь существующие в некоторых местностях, сборы зерновым хлебом, свекловицею и льном, на которые прямо указано в Местных Положениях.

Со дня обнародования Положений, крестьяне не могли быть переводимы с оброка на барщину или на смешанную повинность, или со смешанной повин­ности исключительно на барщину, только если крестьяне сами изъявят согласие на замену денежного оброка работами в пользу помещика.

Все неотмененные повинности, работами или деньгами, должны быть сполна отбываемые крестьянами в пользу помещи­ков, без малейшего упущения.

По открытии сельских обществ, крестьянам предоставлялось право уча­ствовать, на установленных в сельских обществах сходах, в составлении мир­ских приговоров и в выборах общества, а также быть избираемыми в должности, и отравлять оные на основании правил, установленных в Общем о кресть­янах Положении.

Помещик сохранял право:

- разбирать и судить взаимные споры и иски водворенных на его землях крестьян;

- подвергать их взысканиям и наказаниям, с тем, чтобы наказаниям телес­ным они были подвергаемы не иначе, как чрез полицию.

Впредь до устройства волостей, выдача крестьянам и дворовым людям билетов и паспортов зависит также от владельца имения.

Впредь до устройства волостей, на обязанности владельца остается по­буждение, законным порядком и, если нужно, при содействии земской поли­ции, водворенных на его землях крестьян ко взносу государственных податей и к отправлению денежных и натуральных повинностей. Владелец не отвечает своим имуществом за те недоимки по государственным податям и сборам, кои находятся на крестьянах по обнародовании Положений о крестьянах.

Впредь до утверждения и введения в действие по каждому имению ус­тавной грамоты, на владельце оставались прежние обязанности по продовольст­вию и призрению крестьян. Впредь до назначения Мировых Посредников, жалобы и недоразумения, кои могут возникать между помещиками и крестьянами, или дворовыми людь­ми, подлежали разбору уездных предводителей дворянства. Воспрещалось пода­вать жалобы на помещиков по таким делам и распоряжениям, которые совершились в прежнее, до обнародования Положений о крестьянах, время, в силу существо­вавшего крепостного права.

С учреждением волостей и со введением в действие уставных грамот крестьяне вступали в пользование прочими, даруемыми им правами, на точном основании Общего и Местных Положений о крестьянах и дополнительных правил.

2.5. Положение о губернских по крестьянским делам учреждениях

Правительство придавало большое значение учреждениям. на которые были возложены обязанности по проведению крестьянской реформы на местах. Этим было продиктовано из­дание специального законодательного акта, в котором детально были разработаны структура и функции указанных учреж­дений.

Первым звеном в этой системе были мировые посредники, вторым, утверждавшим решения мировых посредников и рас­сматривавшим поступавшие на них жалобы, — уездный съезд мировых посредников. Третьим звеном, утверждавшим реше­ния мировых съездов, рассматривавшим жалобы на действия первых двух звеньев, а также разрешавшим все другие вопро­сы, связанные с проведением реформы в жизнь, выступало гу­бернское по крестьянским делам присутствие, возглавляемое губернатором. Высшее наблюдение над деятельностью этих уч­реждений и вообще над проведением реформы было возложено на Главный комитет об устройстве сельского состояния, образо­ванный одновременно с утверждением Положений 19 февраля 1861 г. и заменивший собой Главный комитет по крестьянско­му делу, на который была возложена подготовка крестьянской реформы. Главный комитет об устройстве сельского состояния числился при Государственном совете под непосредственным наблюдением императора. В состав Комитета назначались по личному выбору императора руководители ведомств, непосред­ственно связанные с подготовкой и проведением крестьянской реформы: министры внутренних дел, юстиции, финансов, госу­дарственных имуществ, императорского двора, начальники 2 и 3 отделений Собственной его императорского величества кан­целярии.

Первостепенное значение придавалось институту мировых посредников. Из 132 статей данного Положения 122 трактуют о порядке назначения, компетенции и ответственности этих должностных лиц.

2.6. Дополнительные правила об устройстве крестьян, водворенных в имениях мелкопоместных владельцев, и о пособии сим владельцам

Мелкопоместным считался помещик, который имел менее 21 души м. п. и притом не более определенного в законе количест­ва земли. По 10-й ревизии из 103 194 помещичьих семей (вла­девших населенными имениями) насчитывалось 42 978 семей, владевших менее чем 21 душой м. п. каждая, т. е. 41,3% от об­щего числа земле- и душевладельцев. В общей сложности у та­ких владельцев числилось 339 586 душ м. п., или в среднем по 8 душ на владение. Однако мелкопоместных в смысле настоя­щих Дополнительных правил (т. е. отвечающих обоим критери­ям — мало крестьян и мало земли) было вдвое меньше. Поми­мо этого насчитывалось 3703 семьи беспоместных душевладель­цев, у которых в общей сложности находилось 12 286 душ м. п. крепостных, или немногим более чем по 3 души на вла­дельца[6] .

Необходимость издания особых, более льготных для мелко­поместных владельцев Правил диктовалась заботой правитель­ства поддержать материально этот слои дворянства. Имея в среднем по 8 душ на владение (а в более чем 23 случаев и ме­нее душ), в материальном отношении они мало чем отлича­лись от крестьян (хотя и обладали всеми правами и привиле­гиями дворянства): жили в тех же крестьянских домах и на­равне с крестьянами обрабатывали землю. Многие из них жи­ли всецело за счет военной и гражданской службы. Именно этот слой дворянства до реформы разорялся н деклассировал­ся. С 8-й (1833 г.) ко 10-ю ревизию число мелкопоместных сократилось в полтора раза, а душевлалельцев — в пять раз. Своих крестьян они продали другим помещикам или отпустили за выкуп на волю.

Заключение

Экономика России неуклонно и закономерно развивалась по пути дальнейшего становления капиталистических отношений. К середи­не XIX в. кризис феодальных отношений стал очевидным. Посесси­онная промышленность окончательно показала свою экономическую несостоятельность, в силу чего по инициативе самих заводчиков была перестроена на новый лад. Владельцы посессионных предприятий по­лучили право увольнять крепостных, которые затем переводились в разряды государственных крестьян или городских жителей. Их же после увольнения охотно брали на предприятия по вольному найму.

Вотчинная промышленность, основанная на труде крепостных крестьян, также приходила в упадок.

В то же время активно развивалась капиталистическая промыш­ленность — купеческая и крестьянская. Однако феодализм мешал ее свободному росту, затруднял привлечение наемных работников, су­жал рынок сбыта.

Рост капиталистической промышленности в стране требовал все больше и больше свободных рабочих рук. Этому существенно меша­ла барщинная система хозяйства. Представители буржуазии и неко­торая часть либеральных помещиков требовали отмены барщинной системы и перехода к вольнонаемному труду.

В 30 — 50-е годы XIX в. в России произошел промышленный пе­реворот. Развитие капиталистической промышленности, тесно свя­занной с выработкой товаров на рынок, приводило к увеличению го­родского населения. Однако процесс расширения внутреннего рынка проходил значительно медленнее, чем развитие промышленности. Это объяснялось тем, что подавляющая часть населения страны вела на­туральное хозяйство. Крепостные крестьяне не могли быть полноцен­ными потребителями промышленной продукции.

Все более невыгодным становился труд крепостных и для помещиков. Некоторые из них предпочитали переводить крестьян подрядностью на оброк, а затем нанимать их для работы на барской земли. Основная масса помещиков все же шла по пути усиления эксплуатации крестьян с целью повышения доходности своих имений. Стране требовалось все больше товарного хлеба. Помещики спешили использовать это обстоятельство для получения прибылей.

Некоторые помещики, особенно черноземных районов, в погоне за прибылями усиливают эксплуатацию крепостных крестьян путей их перевода полностью на барщину и даже на так называемую месячину. Крестьянин получал от барина скудный месячный продовольственный паек и все время работал на барской земле, отрываясь от своего хозяйства.

Страна переживает кризис крепостнического хозяйства. Многий помещики разоряются. Растут нужда и обнищание крестьян. Положение в еще большей мере обостряется в связи с тяжелой и неудачной для России Крымской войной. В это время усиливаются рекрутские наборы, увеличиваются налоги. Сама же война показала всю гнилость экономики России, наглядно продемонстрировала отсталость страны, что в конечном счете привело к возникновению в 1859 — 1861 гг. революционной ситуации в стране.

Стихийные массовые выступления и восстания крестьян становятся столь мощными и опасными для царизма, что царь и многие его приближенные понимают необходимость принять срочные меры для спасения самодержавия.

Отмена крепостного права произошла не мгновенно. Проведение крестьянской реформы предшествовала длительная работа по выработке проектов законодательных актов об отмене крепостного права.

Царизм при выработке проекта реформы не мог, разумеется, иг­норировать мнение большинства помещиков. В целях его выяснения царское правительство образовало из местных помещиков губернские комитеты, которым предлагалось выработать свои предложения к проекту об отмене крепостного права.

На содержание проекта крестьянской реформы значительное вли­яние оказало мнение губернских комитетов, которые выражали ин­тересы реакционных крепостников. В результате с учетом мнения губернских комитетов был подготов­лен окончательный проект, рассмотренный Государственным сове­том, большинство членов которого его одобрило. 19 февраля 1861 г. царь подписал манифест об освобождении крестьян от крепостной зависимости и комплекс законов об отмене крепостного права.

Революционная ситуация 1859—1861 гг. дала непосредственный толчок, который ускорил решение вопроса об отмене крепостного права, обусловленное объективными закономерностями экономичес­кого развития.

С момента обнародования манифеста крестьяне получили личную свободу. Помещики потеряли право вмешиваться в личную жизнь крестьян, не могли переселять их в другие местности, тем более не могли продавать другим лицам с землей или без земли. За помещика­ми сохранялись лишь некоторые права по надзору за поведением вы­шедших из крепостной зависимости крестьян.

Изменились также и имущественные права крестьян, прежде все­го их право на землю. Однако в течение двух лет сохранялись по су­ществу прежние крепостнические порядки. За это время должен был совершиться переход крестьян во временнообязанное состояние. Наде­ление землей производилось в соответствии с местными положения­ми, в которых для различных районов страны (черноземных, степных, нечерноземных) определялись высшие и низшие пределы количества земли, предоставляемой крестьянам. Эти положения конкретизировались в уставных грамотах, в которых указывалось, какую землю получали крестьяне.

В целях урегулирования взаимоотношении между помещиками и крестьянами Сенатом по представлению губернаторов назначались мировые посредники из числа дворян-помещиков. Уставные грамоты составлялись помещиками или мировыми посредниками. После этого их содержание обязательно доводилось до сведения соответствующего крестьянского схода или сходов, если грамота касалась нескольких деревень. Затем могли вноситься поправки по замечание ям и предложениям крестьян, а мировой посредник решал спорные вопросы. Грамота вступала в силу после того, как крестьяне были ознакомлены с ее текстом и когда мировой посредник признавался содержание соответствующим требованиям закона. Согласие крестьян на условия, предусмотренные грамотой, было не обязательно. Правда, помещику было выгоднее добиться такого согласия, ибо в этом случае при последующем выкупе земли крестьянами он получал так называемый дополнительный платеж.

В целом по стране крестьяне получили земли меньше, чем до тех пор имели. Особенно значительными оказались отрезки в черноземных районах. Крестьяне были не только ущемлены в размерах земли они, как правило, получали неудобные для обработки наделы, так как самая лучшая земля оставалась у помещиков.

Временнообязанный крестьянин получал землю не в собственность, а только в пользование. За пользование он должен был расплачиваться повинностями — барщиной или оброком, которые мало отличались от прежних его крепостных повинностей.

Следующим этапом освобождения крестьян был переход их в состояние собственников. Для этого крестьянин должен был выкупить усадебную и полевые земли. Цена выкупа значительно превышала действительную стоимость земли. Следовательно, крестьяне платили не только за землю, но и за свое личное освобождение.

Чтобы обеспечить реальность выкупа земли, правительство организовало так называемую выкупную операцию. Оно заплатило за крестьян выкупную сумму, предоставив крестьянам, таким образом, кредит. Этот кредит должен был погашаться в течение 49 лет с вы­платой ежегодно 6% на ссуду.

После заключения выкупной сделки крестьянин именовался соб­ственником. Однако его собственность на землю была обставлена разного рода ограничениями. Полным собственником крестьянин ста­новился лишь после выплаты всех выкупных платежей.

Первоначально срок пребывания во временнообязанном состоя­нии не был установлен, поэтому многие крестьяне тянули с перехо­дом на выкуп. К 1881 г. таких крестьян оставалось примерно 1%. Тогда был принят закон об обязательном переходе на выкуп в тече­ние двух лет. В этот срок следовало заключить выкупные сделки либо потерять право на земельные наделы. В 1883 г. категория временно-обязанных крестьян исчезла. Часть из них оформила выкупные сдел­ки, часть лишилась земли.

В 1863 и 1866 гг. реформа была распространена на удельных и государственных крестьян. Удельные крестьяне получили землю на более льготных условиях, чем помещичьи. За государственными крестьянами сохранилась вся земля, которой они пользовались.

Реформа предусматривала организацию крестьянского самоуп­равления. Крестьяне освободились от власти помещиков и вотчинной полиции. Их место в большой мере заняли сельские волостные органы самоуправления. Для выколачивания из крестьян выкупных платежей был использован старинный институт — сельская община с ее круговой порукой.

Органом общинного самоуправления был сельский сход. Он ре­шал вопросы, связанные с распределением земли среди членов общи­ны на основе уравнительного землепользования. Староста следил главным образом за своевременным и точным выполнением кресть­янами повинностей. Он мог подвергать аресту или общественным работам на срок до двух дней, штрафовать на сумму решения, которые касались всей волости.

На волостном сходе выбирали волостного старшину, который выполнял решения схода и различные полицейские функции (задер­живал бродяг, дезертиров, принимал другие меры по охране порядка). Старшину избирали, как правило, из кулаков. Волостной сход избирал волостной суд для рассмотрения малозначительных уголов­ных и гражданских дел.

Крестьянское общественное самоуправление функционировало под контролем полицейских органов. В контакте с ним действовали старосты и особенно волостные старшины. Крестьяне и после выку­па земельных наделов относились к сословию с существенными огра­ничениями прав по сравнению с другими слоями населения.

В целом крестьянская реформа носила буржуазный характер и способствовала дальнейшему развитию в России капиталистических отношений.

Список использованной литературы

1. Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. Ростов, 1995 г.

2. Занойчковский П.А. Отмена крепостного права в России. М., 1968.

3. Исаев И.А. История государства и права России. М., 1996 г.

4. История отечественного государства и права (под ред. Чистякова О.И.).

5. История СССР. Том 2. /Под ред. Нечкиной М.В./. М., 1954.

6. М.,1996 г.

7. Российское законодательство Х — XX веков. М., 1985.

8. Юшков С.В. Курс истории государства и права. М., 1949 г.


[1] История СССР. Том 2. /Под ред. Нечкиной М.В./. М., 1954. С. 237.

[2] Занойчковский П.А. Отмена крепостного права в России. М., 1968. С. 16.

[3] Занойчковский П.А. Отмена крепостного права в России. М., 1968. С. 50.

[4] Занойчковский П.А. Отмена крепостного права в России. М., 1968. С. 47.

[5] Занойчковский П.А. Отмена крепостного права в России. М., 1968. С. 56.

[6] История СССР. Том 2. /Под ред. Нечкиной М.В./. М., 1954. С. 202.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий