Независимая журналистика в России: проблемы существования

Средства массовой информации и коммуникации часто вызывают полемику в обществе. Вопросы массовых коммуникаций важны потому, что прямо или косвенно оказывают влияние на жизни людей. Вопросы собственности на СМИ и контроля над ними также всегда в центре внимания тех, кого интересует эта область. Влияние, которое СМИ оказывают на общество, тоже порождает множественные дискуссии.

Независимая журналистика в России: проблемы существования.

Средства массовой информации и коммуникации часто вызывают полемику в обществе. Вопросы массовых коммуникаций важны потому, что прямо или косвенно оказывают влияние на жизни людей. Вопросы собственности на СМИ и контроля над ними также всегда в центре внимания тех, кого интересует эта область. Влияние, которое СМИ оказывают на общество, тоже порождает множественные дискуссии. СМИ уже по определению находятся на виду, что делает их весьма и весьма уязвимыми для всесторонних нападок. Сам процесс журналистского труда, а главное, его результат, так или иначе, затрагивает интересы многих.

По словам известного в прошлом политобозревателя, а ныне писателя Виктора Гущина: «За журналистикой закрепились две общеизвестные характеристики. Во-первых, она вторая древнейшая профессия, во-вторых, – четвертая ветвь демократической власти. Пожалуй, что и так, но только при условии: вторая древнейшая – если первая сама власть; четвертая – если она, как и три предыдущие, – непременно сучковатая».

Может быть, Гущин излишне образен, но, справедливости ради, стоит заметить, что, действительно, основные противоречия наших СМИ лежат не в сфере саморегулирования, экономики или общественных интересов, а в сфере взаимодействия с власть предержащими. А что касается «сучковатости» СМИ, то все, до чего у нас дотрагивается понятие «власть», немедленно обрастает проблемами.

Вообще ситуация в СМИ в минувшем 1999 году совершенно отчетливо изменилась. Еще года два назад модно было говорить о четвертой власти – СМИ как о некоем пласте, над которым возвышались в виде таких же пластов три других ветви власти. Все они давили на СМИ.

Сейчас конфигурация иная. Часть власти объединилась с частью прессы. Горизонтальная структура потеряна. Теперь СМИ и власть (особенно если речь идет о федеральных СМИ) – это скорее некая группа вертикально построенных структур.

Теперь практически любой далекий от СМИ человек твердо знает, что журналиста, телерадиокомпанию, газету или журнал можно купить, а более близкий – за сколько, на какой полосе или в какое эфирное время. В погоне за сенсациями за кадром остается вопрос: какой ценой добыта информация?

В борьбу между собой медиа-магнаты втягивают простых журналистов, зачастую прикрывая свободой слова свои корыстные личные интересы. Виллы и квартиры за рубежом, дорогие автомобили, счета в престижных мировых банках не только владельцев СМИ, но и целого ряда главных редакторов, ангажированных журналистов уже не удивляют общественность.

А с другой стороны, массовые увольнения, низкая заработная плата, отсутствие коллективных договоров в редакциях, страховок, общепринятых контрактов у наемных журналистов, а часто и просто приказов о назначении на работу и трудовых книжек – распространенное явление. Экономическая удавка все туже затягивается на и без того тонкой шее СМИ. Редакции более двух тысяч региональных и областных изданий стали унитарными предприятиями, на их сотрудников распространяется теперь Закон о госслужащих. При этом профессия журналиста продолжает оставаться одной из самых опасных.

«Мы рискуем потерять свободу слова, мы на грани того, что исчезнут последние, так называемые независимые (пусть экономически) средства массовой информации в регионах» – бьет тревогу Союз журналистов России.

Все приведенное выше – некий обобщенный «крик журналистской души», то, что в разных формах, с разными интонациями звучит там, где собираются поговорить «за жизнь» представители российской многострадальной журналистской братии.

Все они сегодня задают друг другу вопросы: «Что делать? Что менять? С чем и за что бороться?». Громче и чаще других звучат из их уст хорошо известные слова «независимость», «свобода». Но прежде чем говорить о свободной и независимой журналистике и условиях ее существования, нужно разграничить основные источники влияния на нее.

Журналистика вырастает из трех реалий: экономической, правовой и корпоративной.

Первая реалия. Когда журналист получает в месяц 500 рублей (такова зарплата в регионах), сложно говорить о качестве его работы. Заработок не может не влиять на качество. К этой же реалии относится жуликоватый рынок СМИ, мутный рынок рекламы. И именно для формирования инфраструктуры рынка необходимы и аудит тиражей, и координация в деятельности всей индустрии прессы.

Вторая реалия. Правовая. Те условия, которые создает власть. До тех пор, пока не будет закона о телевидении и радиовещании Российской Федерации, журналисты и хозяева каналов будут беспредельно зависеть от власти, будут лавировать, принимая участие в формировании власти, чтобы либо удержать лицензию, либо получить и сохранить любимое дело. Детальный и скрупулезный анализ "Анатомия свободы слова" выявил 89 политических режимов, сложившихся в России. И каждый субъект федерации, каждый режим по-своему дозирует свободу слова.

Третья реалия – корпоративная. Это и то, что именуется школой, и то, что является корпоративной честью. В нормальном обществе есть журналистика как обертка продукта, созданного другими. Но ее четко отделяют от настоящей журналистики, являющейся одной из сердцевин информационного общества, во многом определяющей общественное сознание.

Что нам делать? Превращать мутный рынок в прозрачный. Укреплять законодательную базу, которая бы не позволяла политикам и чиновникам рулить прессой. Создавать условия, при которых для СМИ было бы выгодно быть добросовестными и честными. Формировать корпоративные принципы профессионализма и чести, чтобы потенциальный клеветник знал, что это опасно.

А теперь – непосредственно к свободе слова и печати, условиям ее существования, реализации, ее плюсам и минусам и взглядам на нее с самых разных общественных позиций.

Свобода журналиста как понятие, проблема появляется вместе с развитием средств массовой информации и активным включением их в политическую жизнь общества. Прежде чем говорить о свободе, необходимо осознать, что подразумевается под понятием «свобода». «Понимание свободы как ничем не ограниченной возможности говорить и писать, что угодно характерна для необразованного, примитивного и поверхностного представления», – писал Гегель.

В настоящее время, в связи с отменой ряда ограничений, прежде всего цензуры, возможности свободного выбора для журналиста неизмеримо расширились. Потому свобода предстает перед пишущим не только как объективная возможность выбора, но и как субъективная способность правильно его произвести.

В свою очередь эта свобода легко оборачивается произволом, если пишущий не имеет четких нравственных ориентиров, тем более что в условиях административно-командной системы трудно было наработать сколько-нибудь солидный опыт свободного и одновременно ответственного обращения со словом. А при нехватке такого опыта воздух свободы способен одурманить не одну горячую голову.

Известно, что творческий труд вообще не может быть жестко регламентирован. Чем меньше в нем стандартных, повторяющихся моментов, тем большую роль в его регуляции играют гуманистические мотивы и моральные ценности. Эта зависимость усиливается по мере ускорения социально-экономического развития: быстрые перемены всегда несут в себе элемент новизны, а потому исключают автоматизм и требуют от личности самостоятельных решений.

Принимать решения журналисту все чаще и чаще приходится самому, во-первых, из-за стремительных темпов перемен, которые в условиях газетной и тем более радио– и телевизионной оперативности практически не оставляют запаса времени для сторонних согласований. А главное, демократизация общественных отношений, наконец, уже упомянутая отмена цензуры снимают многие бюрократические рогатки на пути его свободного выбора.

Свобода слова – понятие очень многогранное. Для журналистов свобода слова – это право иметь доступ ко всем событиям, источникам информации и писать так, как они сами того хотят. Для владельца СМИ – это право выпускать газету, которая ему нужна для достижения его целей. Для читателя – свобода слова в получении полной объективной информации и возможность высказать свою точку зрения в средствах массовой информации. Есть свои права и у власти. Иначе как ей быть властью?

Как же сделать так, чтобы не нарушить все эти права? Наверное, через такие законы, которые не ущемляют слов всех и каждого. Иными словами, никто не может владеть свободой слова таким образом, что при этом ущемляются права граждан. Это сказано и в Международной «Декларации о средствах массовой информации и правах человека». Такое понимание свободы слова неизбежно приводит к серьезной проблеме – к ответственности журналистов за сказанное слово, за использование СМИ во вред человеку, обществу, государству. Эта проблема существует и волнует общество.

Сегодня пресса утратила свои пропагандистские функции. Она стала свободной: и в политическом, и в идеологическом, и в финансовом смыслах. Что же такое демократическая пресса? В очень обобщенном виде – это достижение равенства прав для выражения официальных и сугубо индивидуальных точек зрения, это поток оперативных сообщений о деятельности разных ветвей власти, в том числе и «четвертой», то есть самой прессы. Наконец, пресса – это живой нерв, связывающий государство и общество, канал беспрерывной двусторонней связи.

Конечно, процесс демократизации СМИ протекает сложно, неоднозначно. Говоря о расширении границ независимости прессы и электронных средств информации, мы не должны забывать о необходимости гармонизировать права и обязанности журналистов. Необходимо рассматривать вопросы свободы слова в контексте общественной целесообразности, с учетом государственных интересов и национального блага.

Свобода слова должна быть подкреплена законодательно и практически. Диалог власти и прессы обязан быть конструктивным и, несмотря на их естественное противостояние, способствовать развитию страны.

Свободу слова нельзя спустить сверху. Но прекратить массовые нарушения Закона о СМИ и самой Конституции власть может и обязана. Реакция Президента на такие нарушения – один из ключевых моментов во всей системе мер противодействия произволу. От Президента будет зависеть свобода слова в России. Потому что у свободы слова три компонента и соавтора, и власть – один из них (два других – это сами СМИ и общество). Конечно, изъяны в свободе массовой информации связаны с изъянами во всех трех компонентах, но на уровне власти они имеют наиболее губительные последствия.

В России за десять лет демократического развития не сложилось политических сил, заинтересованных в свободе печати. Партии рассматривают средства массовой информации исключительно как элемент сохранения и приумножения своего влияния. Отсюда и отсутствие у нас подлинной концепции государственных СМИ.

Что же касается негосударственных СМИ и их свободной деятельности, то, мне кажется, многие журналисты и редакторы поддержали бы точку зрения Владислава Старкова, главного редактора газеты «Аргументы и факты». Оговорюсь, поддержали бы теоретически, потому что речь идет о далеко не безопасной работе СМИ. Но речь пока не об этом.

Владислав Старков: «Пресса обязана заниматься грязной политикой, теневой экономикой, коррупцией и все это грязное белье выносить на всеобщее обозрение, стараться отмыть добела. Надеюсь, СМИ как раз и возьмутся за большую общегосударственную стирку. Не правы те, кто пытается прессу зажать, снова превратить «стиральную машину» в ржавую посудину, которую можно выбросить за ненадобностью. Если это случится, государство само заржавеет».

Ответом редактору одной из немногих независимых российских газет может послужить высказывание Президента России Владимира Путина: «Мы не допустим ограничения свободы слова. Свободные СМИ – это главная гарантия развития демократии. Без гражданских свобод и свободы прессы невозможно создание в России либеральной рыночной экономики».

«Можно ли представить себе механизм ограничения свободы слова? Свобода слова – это одна из составляющих свободы личности, свободы человека в целом. За годы, прошедшие с начала демократических преобразований общества, мы стали другими. Попробуйте отобрать у нас ощущение внутренней свободы! Ничего не выйдет. Никто не отдаст его просто так. Если начнется ограничение в правах, ограничение свободы слова, каждый начнет свое собственное противостояние власти...» – вторит нашему президенту Минтимер Шаймиев, президент Татарстана.

Кстати о противостоянии. Оппозиция власти – единственно честная позиция настоящей журналистики – именно об этом предпочитают сразу заявить редакторы и журналисты, которых спрашивают о независимости журналистики. В демократическом обществе оппозиция должна существовать и иметь право на выражение своей точки зрения, на критику властей и проводимых ими акций, ведь без критики не может быть никакого прогресса. Однако, к сожалению, инструмент плюрализма в руках редакторов и журналистов некоторых изданий служит не укреплению демократических институтов, а подчас прямо противоположным целям.

Мораль

Большая ошибка, что на протяжении многих лет понятие свободы слова фактически подменялось журналистским правом. Свобода слова – это не право журналистов, на профессиональное достижение или завоевание. Это не право говорить то, что думаешь, в том числе и любую чушь, которая может прийти в голову журналисту. Свобода слова – это все-таки конституционное право народа получать достоверную информацию.

Где написано, что независимому журналисту можно обманывать народ? Да, очень непросто творить журналистам так называемых официальных изданий под таким грузом ответственности. Может, нет той легкости пера, вольного полета мысли. Кому-то приходится откладывать творческие планы, если им не находится фактографического подтверждения. Но что ближе к европейским стандартам журналистики – свобода измышлений или свобода, ограниченная ответственностью?

Кстати в Европе со свободой все обстоит совсем по-другому. Об экономической свободе СМИ речь пойдет дальше. Если говорить о свободе слова, то там ее рамки уже, строже и четче очерчены.

Существует на Западе такая теория социальной ответственности. Человек по своей природе не может разумно распоряжаться неограниченной свободой. Отсюда – право на свободу слова одних и право других на свободу защиты от чужой свободы. На этой базе возникают этические кодексы.

Один из первых сводов журналистских норм был создан в 1923 г. в США под названием "Каноны журнализма". Его приняло американское общество газетных редакторов. Судя по содержанию первых кодексов, их составители находились под влиянием возникшей в начале века концепции свободной прессы, или, как ее иначе называют, либертальной. Истоки этой концепции восходят к идеям Дж. Мильтона, Т. Джефферсона, Дж.-Ст. Милля, а ее содержание может быть сведено буквально к нескольким пунктам. Вот они:

1. Пресса является общественным или полуобщественным институтом. Ее главная цель – информировать читателя, развлекать его и помогать ему контролировать правительство.

2. Пресса доступна любому гражданину, и каждый, имеющий достаточно средств, может издавать газету.

3. Пресса контролируется самопроизвольным процессом установления истины на "свободном рынке идей".

4. В ней запрещены клевета и непристойности.

5. Наконец, пресса – четвертая власть в государстве. Она несет ответственность перед обществом и обязана представлять общество в целом.

Общая демократическая направленность этой концепции благотворно сказалась на содержании первых журналистских кодексов. В качестве высших ценностей в них провозглашаются свобода слова и право всех людей на получение правдивой информации .

Эти принципы не лишают и не могут никого лишить свободы слова. Но на тех, кто входит в профессиональные объединения, они налагают нравственную обязанность бороться за общечеловеческие ценности, за мир, демократию, социальный прогресс. Эта демократическая борьба провозглашается профессиональным долгом честного журналиста.

В действующих ныне кодексах должны учитываться значительные перемены, происходящие в сфере коммуникаций, и новые нравственные проблемы, возникающие в этой связи.

Независимости хочется всем, не одним только журналистам. Но мы всегда почему-то зависим от чего-нибудь. Издания не могут быть независимы не только от закона, но и от общественной морали. Если же журналист чувствует себя независимым от нее, считает, что можно все, – начинается то, о чем предупреждал Ф. Достоевский, – бесовщина. В такой ситуации возникает вопрос: что важнее – обеспечить независимость такому журналисту или обеспечить независимость от него общества?

Журналистика – это такая профессия, где волей-неволей приходится ходить на грани фола, по острию. Только «ходить по острию» – не значит «орать». Порядочность – последнее, если не единственное, убежище журналиста. Журналисты должны стараться быть порядочными сами по себе и распространять волны порядочности вокруг себя.

Членам журналистского сообщества нужно почаще вспоминать старую истину, гласящую, что честь и совесть не продаются, и потеряв их однажды, за деньги не купишь.

В любой борьбе, особенно за свободу, важно не потерять себя, контроль над собой. Журналист хорош, если сохранил профессиональное любопытство и способность изложить суть фактов.

У каждого своя правда, а для журналиста нет понятия правды, но есть понятие честности и точности. Говорить, что журналист должен писать правду, было бы бредом и лицемерием. Кто более честен и искренен в постижении истины (которая в конечном итоге непостижима), тот и более точен.

Известный столичный адвокат Генри Резник предлагает: «Пора журналистам вспомнить о нравственности. Многие улыбнутся: господи, ну какая нравственность, когда там большие деньги. Так я могу вам сказать: ничего другого нет. Надо создавать условия, когда за такие нарушения люди будут отторгаться от сообщества, как прокаженные. Ничего другого не придумано!».

И такие условия, если их создать, тоже будут способствовать самореализации свободной журналистики. Важно все-таки понять, что свобода – это и есть ограничения, условия. Именно они делают ее ощутимой, ценной, желанной.

А вот достижимой свободу прессы помимо вышеперечисленных благородных стремлений могут сделать продуманные экономические механизмы, будь то государственная поддержка СМИ или грамотная финансовая политика издания.

Этическая неурегулированность и беспринципность журналистики – лишь следствие неразвитости российского бизнеса. Поэтому не все западные технологии применимы не потому, что журналистика «плохая». Причина глубже – не сформированы еще нормальные рыночные отношения. Журналистика сама подстраивается под бизнес, но не наоборот.

Деньги

Журналист никогда не может быть свободным от общества. Независимых журналистов не существует. К сожалению, журналистский мир сегодня подвержен влиянию денег. Хотя какой не подвержен? СМИ – более чем реальная сила в обществе, и поэтому за них идёт такая борьба. А оградить их от олигархов, во всяком случае, при нынешнем законодательстве, практически невозможно. Со временем наши СМИ придут к западной модели, где газета – прежде всего бизнес, а не лоббистский инструмент. СМИ будут получать все большую политическую и экономическую независимость, при этом первостепенное значение будут иметь не взгляды их владельцев, а пристрастия тех потребителей, которые и обеспечивают владельцам безбедное существование.

Шаги, предпринимаемые сегодня издателями и редакторами (сертификация тиражей, выпуск актуальных книг и т.д.), приведут в итоге к тому, что удельный вес политических технологий будет снижаться, а нормальной журналистики будет больше. Но все равно сегодня перед газетами стоит выбор: хочешь быть независимым, умей зарабатывать деньги. Деньги – это реклама. Рынок рекламы сегодня полуубит, недостаточен, чтобы прокормиться. Остается грязноватый рынок политической рекламы. Размещение политической рекламы в независимой газете выгоднее, чем в зависимой. Потому что независимая газета пользуется большим авторитетом у читателей и больше востребована. Значит, независимость – это выгодный бизнес. Но это не значит, что ею надо торговать направо и налево. Всегда нужно помнить о собственной нравственной ответственности. Единственное преимущество независимой прессы, да и прессы вообще – это доверие читателя. Без доверия независимая пресса невозможна, придется садиться на иглу государственных дотаций.

В странах дальнего зарубежья правительства, как правило, четко держат руку на пульсе информационного поля страны и осуществляют разностороннюю протекционистскую политику, выражающуюся (в зависимости от ситуации) в прямых финансовых ассигнованиях СМИ и издателям, в налоговых и таможенных льготах, льготных тарифах на услуги почты, телефонные и телеграфные услуги и т.д. Ее цели: обеспечить необходимый плюрализм информационной продукции, информационного обмена; сделать доступным для граждан максимум оперативной информации о деятельности центральных и местных органов власти, общественно-политической, социально-экономической, духовной жизни страны, зарубежной жизни; препятствовать монополизации СМИ.

В России на сегодняшний день согласно Закону «О госсподдержке средств массовой информации и книгоиздания Российской Федерации», срок действия которого истекает 1 января 2002 года, для средств массовой информации предусмотрены следующие льготы:

- освобождение от налога на прибыль;

- освобождение от НДС (добавленная стоимость включает прибыль, фонд заработной платы и расходы на амортизацию оборудования);

- освобождение от таможенных пошлин на ввоз и вывоз печатных изданий, ввоз бумажного сырья, оборудования;

- льготные тарифы на услуги почты, телеграфную и телефонную связь;

- льготные тарифы на аренду площадей, находящихся в федеральной собственности.

Кроме того, согласно действующему налоговому законодательству любое средство массовой информации, как и любое предприятие, освобождается от налогов на первые два года деятельности.

Проблема сохранения льгот в информационной сфере, а по сути – обеспечения прессы на минимально достаточном уровне экономического существования, – стоит сейчас в ряду сложных и насущных проблем. Как говорилось выше, Закон о господдержке СМИ будет действовать до 1 января 2002 года. С большим трудом Комитету по информационной политике и связи Госдумы удалось добиться пролонгации закона на полтора года. Следующей возможностью для государства оставить издателей без льгот может стать принятие второй части Налогового кодекса, предполагающую отмену всяких «поблажек» в том числе для СМИ. Однако в статье 27 данного кодекса зафиксировано положение о продлении действия льгот по НДС (20% дохода) до указанного срока.

Строго говоря, льготы – совсем не рыночный элемент в экономике, а чисто административный. Поэтому он должен носить временный или экстренный характер. Налоговая льгота – это адресная помощь конкретному сектору экономики с целью дать ему возможность выбраться из кризиса за счет других, более успешных отраслей.

«Главное здесь – не дать развиться психологии «захребетника», мол, зачем стараться, что-то выдумывать, когда государство о тебе и так позаботится, – считает министр России по делам печати, телерадиовещания и средств массовых коммуникаций Михаил Лесин, – Закон о предоставлении льгот нужно регулярно подвергать ревизии, смотреть, «в коня ли корм». И отказываться от льгот сразу, как только в них объективно отпадает необходимость».

Мнение чиновника в данном вопросе подкрепляется мнениями предприимчивых редакторов приспособившихся к нынешним условиям изданий. Так, например, главный редактор серьезной новосибирской газеты «Новая Сибирь» Вячеслав Досычев заявляет: «Я категорический противник любых льгот прессе: именно из-за этих подачек на рынке СМИ так и не создана по-настоящему конкурентная среда. Газет много, и большинство из них влачит жалкое существование. Если отберут льготы, выживать прессе будет сложнее, но зато это будет нормальная конкуренция, а не ее жалкое подобие, как сейчас. Впрочем, просто отнять льготы у независимой прессы, значит, поставить ее на колени перед государственными или полугосударственными СМИ. Нормального рынка прессы не будет до тех пор, пока государственным органам не будет законом запрещено выступать учредителями и издателями СМИ».

Нет никакой уверенности, что после отмены льгот, да и при их наличии, смогут выжить все зарегистрированные на сегодня в России СМИ (8 тысяч электронных и 35 тысяч печатных изданий). Рекламный рынок, даже с государственными дотациями и льготами, не в состоянии их прокормить. А это значит, что СМИ получат негласную подпитку от политических партий, властных структур, бизнеса, криминальных сообществ. В этих условиях говорить о свободе, независимости печати – значит, просто закрывать глаза на объективную реальность.

На данном этапе СМИ, особенно печатные, являются очень уязвимой отраслью. Малейший сбой в экономике для многих нужных и полезных изданий может оказаться летальным. Поэтому важно на некоторое время сохранить льготы.

С законом о господдержке СМИ тесно связано и будущее Закона «Об экономической поддержке районных (городских) газет», который формально вступил в силу, но фактически так и не действовал, а ведь именно районной прессе важно сейчас помочь выжить и встать на ноги.

Действие закона тормозится недостаточностью в государственном бюджете средств на эти цели. Дальнейшая его судьба будет зависеть не только и не столько от настойчивости депутатов и редакционных коллективов, сколько от общей экономической конъюнктуры в стране, от наполнения бюджета и от появления реальной возможности реструктурировать государственные финансовые потоки в направлении оказания адресной поддержки, в том числе средствам массовой информации.

Власть и Право

Сегодня журналистика стала медиа-политической системой. Все меньше и меньше остается людей, которых СМИ интересуют как бизнес – только как политическое оружие, средство достижения той или иной политической цели. А в этом случае, хотят они того или нет, средства массовой информации превращаются в средства массовой пропаганды. Это особенно очевидно в период выборов. Пресса становится инструментом манипулирования, в котором, конечно, есть очаги сопротивления и профессионализма (мало, но есть). Это максимум, на что способны сегодня российские масс-медиа.

Через насилие над журналистикой, как это происходит вообще в любом насилии, власть подавляет свой комплекс неполноценности. Власть знает, что журналистика – это ее антипод (а вовсе даже не четвертая ветвь, во всяком случае, по предназначению), поэтому надругаться над нею – значит одержать пусть временную, пусть жалкую и позорную, но все-таки победу.

Журналистов покупают вовсе не для того, чтобы с их помощью оболванивать людей. Власть имеет для этого гораздо более эффективные средства. Власть желает быть уверенной, что она держит в узде главного своего противника. Она платит журналистам не за то, что они, по ее мнению, должны делать, а за то, чтобы не делали того, что должны, просто обязаны делать.

В одном из номеров «Журналиста» в этом году был опубликован своеобразный перечень того, чего журналисты ждут от власти в ближайшие годы. Процитирую его основные пункты.

«От Президента мы ждем большей открытости в отношениях с прессой, разъяснений своих позиций и действия. Ведь без поддержки СМИ, а через них и народа невозможно демократическим путем вывести страну на пути экономического роста, социальных преобразований, борьбы с коррупцией. От правительства – взвешенной государственной протекционистской политики в отношении средств массовой информации, регулирования цен. От Госдумы – принятия законов по льготам для СМИ, против монополизма в средствах массовой информации, о телевидении и радиовещании, о доступе к информации, защите прав журналистов».

Для сравнения перечислю основные стратегические направления президентской программы в области средств массовой информации и коммуникации:

- разработка эффективного механизма организационно-экономической поддержки прессы;

- защита средств массовой информации от политического давления;

- обеспечение информационной открытости;

- необходимость разработки мер против использования СМИ в узкогрупповых интересах;

- защита информационного суверенитета Российской Федерации;

- выравнивания информационных возможностей регионов;

- усиление информационных потоков по направлениям Центр – регионы – Центр.

В общем, эта программа включает в себя все то, о чем просят журналисты, редакторы и издатели со страниц профессионального журнала. Важно то, как эти пункты реализуются.

Экономическая часть программы и законы, с ней связанные, были описаны выше. Перейдем к другим законодательным актам.

Говоря сегодня о свободе слова и о законодательстве в этой области, вопрос следует ставить не так: расширять или сужать свободу слова, вводить цензуру или нет? Это все проблемы вчерашнего дня, к которым ни при каких обстоятельствах уже не будет возврата. Конституционный запрет на цензуру никто не отменял и не отменит. Вопрос сегодня в другом: как использовать эту свободу слова во благо людям, как не допустить ущемления прав журналистов на свободу слова, с одной стороны, как не допустить злоупотребления этой свободой – с другой? В этом тонком и сложном направлении должно в дальнейшем развиваться законодательство в сфере СМИ.

При обсуждении поправок и дополнений к Закону о СМИ была попытка разработать меры по ограничению монополизации информационного бизнеса. Ситуация в этой области меняется.

Если два-три года назад происходил активный процесс приобретения «олигархами» газет и телеканалов, то сейчас финансово-промышленные группы перестают быть активными игроками на рынке масс-медиа. Сам же информационный бизнес начинает приобретать все более проявляющуюся трехступенчатую систему соподчинения: центр – регион – частная компания. Это подтверждается и некоторыми положениями Концепции развития законодательства о средствах массовой информации.

В разделе «Развитие законодательства о телевизионном вещании и радиовещании» этого документа говорится о необходимости переориентировать законопроектную работу на создание пакета взаимоувязанных законов, которые в совокупности обеспечили бы правовую базу деятельности и развития аудиовизуальных СМИ. Предлагаются к разработке следующие проекты законов: «О государственном телерадиовещании», «О частном телерадиовещании», «Об общественном некоммерческом телерадиовещании». Поэтому бить тревогу по поводу монополизации СМИ в немногих руках пока преждевременно. Говорить сейчас надо о том, что усиливаются процессы концентрации СМИ на среднем уровне, в регионах, а точнее, в руках губернаторов. Смысл таких усилий очевиден – перспектива использовать полученное в предвыборных кампаниях.

В последнее время также много говорится и пишется о порядке лицензирования СМИ, особенно на конкурсной основе. Лицензирование необходимо. Не секрет, например, что газета может быть использована теми, кто ищет способы для присвоения государственных средств, тем более учитывая грядущие налоговые реформы.

Еще в сентябре 1997 года Дума в первом чтении приняла закон «О праве на информацию», получивший одобрение большинства экспертов и общественного мнения. Дальнейшее продвижение закона задержалось в связи с фактически полной переработкой первоначального варианта. По мнению экспертов, ни один вариант не удовлетворяет современным требованиям, особенно если учитывать скорость развития и внедрения в информационную сферу высоких технологий.

Идет многомерная и серьезная работа по совершенствованию и гармонизации законодательства в области СМИ. Итогами этой работы должны стать современные и продуманные законодательные акты, наличие которых – одно из важнейших условий выживания, развития и полной реализации свободной и независимой журналистики.


В работе были названы и проанализированы наиболее значимые типы условий, необходимых для существования свободной прессы. Конечно, невозможно было назвать и подробно обсудить каждое из них, но важно обозначить ключевые, чтобы каждый журналист, желающий быть, а не казаться независимым, мог выстроить для себя полный ряд этих условий, включив в него личные требования к самому себе.

В качестве выводов еще раз кратко отвечу на основные вопросы, стоявшие передо мной в начале работы.

Что такое независимость журналиста?

Понятно, что дистиллированной независимости нет Понятие «независимость журналистики» следует ограничить независимостью от конкретных явлений. Характеризующим признаком независимости журналистов является независимость экономическая и политическая, которые позволяют журналисту работать в соответствии с собственными взглядами и принципами.

В чем заключается этика свободного журналиста?

Самоцензура, честность, точность, нравственность, ответственность.

Как должны взаимодействовать власть и СМИ?

СМИ действительно могут и должны выступать оппозицией власти. Но при этом не стоит забывать о чести и чистоплотности. Настоящая оппозиция, тем более журналистская, должна быть критиком, пусть безжалостным, но конструктивным. Ответом власти должно быть создание нормальных условий для работы средств массовой информации. Это важнейшая обязанность государства перед обществом.

Может ли выжить свободная и независимая пресса?

Ответ на этот вопрос вытекает из предыдущего. Может, при условии содействия ей со стороны государства и направленности журналистики на общество, а не на власть. При условии использования современных подходов в работе журналистов, редакторов, издателей и готовности ждать перемен и идти вперед, меняться и оставаться верным себе.

Журналистика такая же, как мы сами, мы и наше общество. Я думаю, что со временем мы научимся пользоваться свободой, за которую бились. Реализация взаимозависимости между демократией и журналистикой для процветания личной и общественной жизни - путь очень долгий. Но мы должны встать на него, если наше общество собирается пожать плоды свободы.


Список литературы

1. Гущин В. Глас вопиющего... М. 1999.

2. Дэннис Э., Мэррилл Дж. Беседы о масс-медиа. М. 1997.

3. Журнал «Журналист», №№ 1-12, 1999, №№ 1-11, 2000.

4. Журнал «Профессия – журналист». №№ 1-10, 2000.

5. Журнал «Среда». №№ 1, 4, 6, 2000.

6. Как преуспеть в торговле газетной рекламой. М. НИП. 1999.

7. Социальное функционирование журналистики. СпбГУ. 1994.

8. Шарлотский проект. Как помочь гражданам взять демократию в свои руки. Эдвард Д. Миллер. М. НИП. 1998.

9. Законодательство Российской федерации о средствах массовой информации. М 1996.

10. Закон РФ «О господдержке средств массовой информации и книгоиздания Российской федерации».

11. Закон РФ «Об экономической поддержке районных (городских) газет».

12. Конституция РФ.