регистрация / вход

Реализация принципа рекурсивности речевой деятельности в политическом дискурсе (на основе анализа стенограммы телепередачи «К барьеру!»)

В статье рассматривается возможность моделирования межличностной коммуникации с опорой на ключевые постулаты и категории теории аутопоэза. Предлагается обоснование объяснительного потенциала аутопоэтической методологии и обосновывается необходимость разработки теории второго порядка за счёт введения операциональной единицы — рекурсивного шага.

Реализация принципа рекурсивности речевой деятельности в политическом дискурсе (на основе анализа стенограммы телепередачи «К барьеру!»)

К.С. Карданова-Бирюкова

В статье рассматривается возможность моделирования межличностной коммуникации с опорой на ключевые постулаты и категории теории аутопоэза. Предлагается обоснование объяснительного потенциала аутопоэтической методологии и обосновывается необходимость разработки теории второго порядка за счёт введения операциональной единицы — рекурсивного шага. Теоретическиевыкладкиподтверждаютсяпримероманализастенограммытелепередачи«Кбарьеру!».

Рассуждая о принципах конструирования научного объекта, Ф. де Сос- сюр отмечал, что «в лингвистике объект вовсе не предопределяет точки зрения; напротив, можно сказать, что здесь точка зрения создаёт самый объект» [2: с. 46]. Используя систему фильтров, швейцарский лингвист отграничил язык (la langue) от речевой деятельности (la parole) и разработал параметры для описания языковой системы. Таким образом, был сформирован научный объект, находившийся в центре внимания лингвистики в течение первой половины XX века. Язык рассматривался как «замкнутое целое» [2: с. 34], системное описание которого осуществлялось за счёт введения совокупности дифференцированных знаков и различных оснований для их противопоставления и классификации. Благодаря тому, что взгляды Ф. де Соссюра определили развитие языковедения в XX веке, многие языковые и речевые феномены стали изучаться с системоцентрических позиций.

Вне всякого сомнения, подобные модели представляют собой один из возможных путей описания научного объекта. Более того, они строятся с опорой на систему чётких и непротиворечивых параметров, что позволяет говорить об их высоком объяснительном потенциале. Однако подобная «дискретизация» объекта научного рассмотрения вряд ли применима в тех случаях, когда речь идёт о континуальных явлениях. Так, коммуникация традиционно определяется как «общение, обмен мыслями, сведениями, идеями и т. д. — специфическая форма взаимодействия людей в процессе их познавательнотрудовой деятельности» [5]. Следовательно, особенность коммуникативного взаимодействия заключается в том, что за внешними дискретными речевыми единицами стоит процесс мышления, который невозможно «дискретировать». Поэтому модель коммуникации должна строиться на основаниях, отличных от тех, на которые традиционно опирается лингвистическая наука, — только в этом случае она может отразить континуальность коммуникации и стать действенным инструментом анализа.

На наш взгляд, методологическую основу, необходимую для конструирования такой принципиально динамической модели, формирует теория аутопоэза, которая была разработана чилийскими биологами У Матураной и Фр. Варелой в 1970-е годы. Эта теория рассматривает живые организмы (в частности, человека) как самоорганизующиеся системы, все действия которых направлены на поддержание собственной внутренней организации.

Центральным понятием теории аутопоэза является живая система, или «сеть процессов производства, трансформации и деструкции компонентов, необходимых для непрерывного поддержания самих этих процессов и в совокупности предстающих в качестве отдельного локализованного в среде объекта, в рамках которого эти процессы реализуются» [3: p. 9] (перевод наш. — К.К.). Из этого следует, что для описания живой системы важны не столько её сущностные свойства (атрибуты), сколько активный характер её деятельности (потенции, которые актуализируются в когнитивном действии).

В процессе жизнедеятельности живые системы конструируют среду, определяемую в теории аутопоэза как «область всех возможных взаимодействий группы объектов (выступающих как таковые вне зависимости от их сложности), задаваемую свойствами этих объектов (их измерениями)» [3: р. 33] (перевод наш. — К.К.). Иначе говоря, определяя живую систему, мы определяем тем самым и её среду, поскольку характеристики среды детерминируются её свойствами. Так как среда — это та область, в которой функционирует живая система, любой объект, с которым она контактирует, — часть этой среды. Следовательно, при взаимодействии двух живых систем одна система является средой для реализации аутопоэза (или самоорганизации) другой, вследствие чего происходит их онтогенетическая адаптация, т. е. сопряжение изменяющейся структуры пластичного самоорганизующегося объекта с изменяющейся структурой среды.

Представляется, что применение теории аутопоэза к анализу социального субъекта может оказаться продуктивным, поскольку позволяет рассмотреть субъект социального, в том числе и речевого, взаимодействия в эволюционном аспекте. Так конструируется новый исследовательский объект: речевая деятельность как свойство социального субъекта, опосредующее его эволюцию. При этом речевая деятельность, будучи (биологически) существенным свойством системы, континуальна, однако способна временно стабилизироваться благодаря тому, что язык как социальный код соотносится с системой личностных смыслов индивида и, таким образом, «фиксирует» её. Как субъект, так и среда структурно пластичны, адаптивны, что создаёт импульс для их дальнейшей эволюции. Постоянное изменение каждого из компонентов этого взаимодействия проявляется в том, что в разных «точках» континуума соотношение между субъектом и средой принципиально иное. Это даёт основания говорить о том, что смысл не просто порождается в самом субъекте: в сущности, смыслопорождение — это эволюция субъекта (изменение его состояния), а следовательно, его адаптация к среде и его способность конструировать более сложную среду.

Таким образом, теория аутопоэза представляет собой методологическую основу, обладающую достаточным объяснительным потенциалом при исследовании динамического объекта. Опора на концепцию У Матураны и Фр. Варелы открывает для языкознания новые методологические перспективы, что признаётся многими лингвистами, но дальше этих признаний дело, как правило, не идёт. На наш взгляд, отсутствие необходимого и достаточного минимума работ в этом направлении связано с тем, что теория аутопоэза предлагает только общефилософское описание исследуемого объекта. Однако для того чтобы она могла применяться как исследовательский инструмент, необходимо переработать её в теорию второго порядка, задав операциональную единицу. Представляется, что такой операциональной единицей может стать рекурсивный шаг, т. е. эволюционный «скачок» в организации самоорганизующейся системы, выводящий её на новый уровень взаимодействия со средой (позволяющий ей выстраивать более сложную среду и, следовательно, вступать в более сложные отношения с этой средой).

Исходя из ключевых постулатов теории аутопоэза, характер и эффективность рекурсивного шага определяются характеристиками аутопоэтической системы, характеристиками среды и характеристиками собственно взаимодействия. Поскольку перечисленные факторы обусловливают рекурсивное взаимодействие и детерминируют его характер, они релевантны для разрабатываемой модели и, следовательно, должны быть включены в неё. Рассмотрим, каким образом происходит их взаимодействие на примере анализа фрагментов стенограммы информационно-аналитической программы ТВ «К барьеру!» (Выпуск 179. Н. Аширов vs. А. Дугин) [1].

На наш взгляд, анализ межличностной коммуникации следует начинать с определения отправной точки рекурсивного взаимодействия, которую мы называем точкой рекурсивности. Точка рекурсивности задаётся мотивом коммуниканта, поскольку представляет собой исходную установку индивида, вступающего в межличностную коммуникацию. Следовательно, протекание рекурсивного взаимодействия и его эффективность в значительной степени зависят от характера экспликации точки рекурсивности и степени соответствия между нею и мотивом коммуниканта. Если мотив коррелирует с целью коммуникации, точка рекурсивности может задаваться анонсированной целью. Следует, однако, отметить, что связь между точкой рекурсивности и целью коммуникации вовсе не очевидна, поскольку за известной всем участникам общения целью могут стоять различные мотивы (например, самопрезентации, доказательства вины или конструктивного диалога). При таком положении вещей собеседники, вероятно, будут руководствоваться своими мотивами, постоянно отступая от эксплицированной цели коммуникации, пренебрегая ею.

Это даёт основание предположить, что в зависимости от характера коммуникации и мотивов её участников точка рекурсивности может быть завуалирована или эксплицирована. Так, в случае публичных дебатов цель коммуникации, как правило, сформулирована заранее: если мотив коммуниканта скоординирован с этой целью, точка рекурсивности может быть определена; если мотив и цель коммуникации не согласуются, определение точки рекур- сивности становится невозможным (или является ошибочным). Рассмотрим примеры из стенограммы:

А. ДУГИН: ...Н. Аширов по-своему предложил решить национальную проблему в России... надо создать этнические гетто в городах... С моей точки зрения, это создаёт катастрофическую ситуацию, и приведёт к усилению межнациональной и межрелигиознойрозни...

Н. АШИРОВ: ...общеизвестно, что на улицах российских городов... каждый день гибнут люди только за то, что у них другой цвет глаз и цвет кожи... в стране, победившей фашизм, это непозволительно... проблема сегодня не решается... я считаю, что только раздельное проживание может спасти их жизни и безопасность обеспечить. я прочитал несколько Ваших статей, в которых излагается мысль о том, что в России народы не должны иметь одинаковый статус... русскому народу нужно придать государствообразующий статус, а все остальные народы как бы становятся людьми второго сорта...

Исходя из извлечённой из стенограммы вербальной информации, точки рекурсивности коммуникантов определены с разной степенью детализации. Н. Аширов эксплицирует собственную позицию и определяет поле известной ему информации об исходной базе собеседника; с опорой на эту информацию, очевидно, планируется дальнейшая коммуникация. А. Дугин исходит из точки зрения оппонента, обозначая в своей позиции только то, что он выступает против. Следует отметить, что подобная «размытость» точки рекурсивности открывает возможности для дальнейшего маневрирования, поскольку она не только не «овнешняет», но скорее вуалирует мотив коммуниканта.

С другой стороны, если неопределённость точки рекурсивности возникает случайным образом (а не планируется участником общения), это может происходить вследствие того, что система обладает низким уровнем организации. Такая система, как правило, является более устойчивой и менее гибкой, и адаптация при рекурсивном взаимодействии ей в принципе не свойственна (иными словами, система резистивна).

Определение точки рекурсивности позволяет зафиксировать отправной момент рекурсивного взаимодействия, а следовательно, задать точку отсчёта. Далее исследователь может последовательно моделировать происходящие в процессе коммуникации рекурсивные шаги и соотносить полученные на каждом этапе данные с той информацией, которая была получена при определении точки ре- курсивности. Таким образом, становится возможным обнаружение и описание структурных изменений в коммуникантах (аутопоэтических системах). Анализ следующего фрагмента стенограммы позволяет увидеть, насколько коммуниканты готовы задействовать адаптационные механизмы (представляется, что только в таком случае может происходить конструктивный диалог):

Н. АШИРОВ: Мне кажется, что именно ваши мысли сегодня, к сожалению, подогревают те националистические сегодня истерии, от которой страдают многие люди в Российской Федерации, которые являются коренными её жителями, будь то чеченцы, дагестанцы, татары, башкиры и другие. Вы делите людей на какие-то кастовые различия.

А. ДУГИН: Никого никак не делю. Я просто, я более того, мои идеи — это борьба с расизмом.

Н. АШИРОВ: Зачем тогда помимо того, что декларирует конституция Российской Федерации, зачем тогда выдумывать новые какие-то конструкции для существования граждан нашей страны.

А. ДУГИН: Я не предлагаю никаких конструкций, я предлагаю назвать вещи своими именами. Ту роль, которую русский народ сыграл в нашей истории, в организации нашего общества ... вот и всё.

Н. АШИРОВ: Никто этого не отрицает.

ВЕДУЩИЙ: Вернёмся всё-таки к теме.

А. ДУГИН: Пожалуйста, да, на самом деле...

Н. АШИРОВ: Этого никто не отрицает, понимаете, но реалии сегодняшнего дня...

А. ДУГИН: Почему вы же предлагаете, господин Аширов, вы предлагаете разделить наш народ, особенно города, самое опасное, на зоны этнического расселения мигрантов, в то время когда это унижает, на мой взгляд, людей...

Н. АШИРОВ: Извините меня, сегодня наши города уже разделены по кастам. Сегодня есть комплексы жилые, которые закрытого типа, которые имеют всю свою инфраструктуру для богатых людей.

Анализ вербального контекста позволяет говорить о том, что в речи Н. Аширова реализуется мотив доказательства вины. Поскольку именно

А. Дугин инициировал «дуэль», он, очевидно, не был готов оказаться в позиции обвиняемого, поэтому его ответы на несколько провокационные вопросы оппонента звучат агрессивно (Никого никак не делю; вот и всё) и неубедительно (Я просто, я более того, мои идеи). Как только ведущий предлагает отказаться от этой линии (Вернёмся всё-таки к теме), А. Дугин немедленно использует эту возможность (Пожалуйста, да, на самом деле...) и, не позволяя Н. Аширову продолжить заданное направление дискуссии (Этого никто не отрицает, понимаете, но реалии сегодняшнего дня), задаёт свой вопрос.

Следует отметить, что А. Дугин возвращается в точку рекурсивности, поскольку его следующий вопрос никак не коррелирует с ранее проведённой серией вопросов и ответов. В сущности, он выстраивает свою позицию «с нуля», поскольку теперь у него появляется возможность реализовать мотив доказательства вины. Видимо, этот мотив является доминантным, поскольку он частотно реализуется А. Дугиным в коммуникации. В свою очередь, Н. Аширов демонстрирует большую степень адаптивности: отвечая на поставленный вопрос, он мгновенно «встраивается» в новое направление дискуссии (Извините меня, сегодня наши города уже разделены по кастам.). Иными словами, этот коммуникант является более гибким и готовым к структурным перестройкам для обеспечения более высокой степени согласования со средой (элементом которой выступает его собеседник).

Анализ следующих этапов коммуникации подтверждает то, что один из коммуникантов (А. Дугин) представляет собой резистивную систему, которой значительно меньше свойственна адаптация:

А. ДУГИН: А если господин Аширов ещё примешал к этому преступлению идею расовой ненависти или собственного превосходства, он должен втройне осуждён быть. Потому что нацизм разрушает наше общество.

Н. АШИРОВ: Правильно. Вот в этом случае, когда закон будет реально работать в отношении тех сил, которые сегодня раскачивают лодку Российской Федерации и хотят разделить народ по анклавам действительно, вот они хотят разделить нас по анклавам.

А. ДУГИН: Ну вы же и предлагаете разделить.

Н. АШИРОВ: А потому что я предлагаю это как решение безопасности граждан, которые не могут сегодня...

А. ДУГИН: Ну, вы выступаете против разделения на анклавы и сами защищаете.

В этом фрагменте Н. Аширов указывает на невозможность решения обсуждаемой проблемы в рамках существующего законодательства, поскольку закон не работает «в отношении тех сил, которые, хотят разделить народ по анклавам». Ранее в дискуссии отмечалось, что «есть определённые лица, определённые слои в нашем обществе, которые хотят раскачать нашу общую лодку. что. она хорошо будет плыть, если выкинуть татарина, чеченца, дагестанца» (Н. АШИРОВ). При этом сам коммуникант, исходя из предложенной аргументации, не поддерживает подобную стратификацию — речь идёт исключительно о раздельном проживании без ущемления какого-либо из народов в правах:

Н. АШИРОВ: Сегодня есть комплексы жилые... закрытого типа, которые имеют всю свою инфраструктуру для богатых людей. И простая русская учительница, которая сегодня не может оплатить свою квартиру и купить себе хлеб с маслом и с молоком никогда не попадёт в этот анклав, который вы называете гетто. Гетто сегодня для богатых людей существует. Раз сегодня национальное меньшинство, не обеспечена их безопасность, что же им делать тогда?

В своем комментарии А. Дугин, вероятно, исходит из того, что в обоих случаях Н. Аширов использует термин «анклав» (вы же и предлагаете разделить; вы выступаете против разделения на анклавы и сами защищаете). В этом фрагменте коммуникации речевое взаимодействие осуществляется: речевые действия объединены формальными связями и выстраиваются в единый акт коммуникации. Однако оно не опосредуется когнитивным взаимодействием: по крайней мере, один из коммуникантов не способен в полной мере учитывать речевую деятельность собеседника как средовый фактор. Это следствие того, что язык и когниция представляют собой системы, которым свойственны разные типы самоорганизации и разная степень адаптивности. Очевидно, что между данными системами наблюдается зависимость, однако их динамика не всегда коррелятивна.

Таким образом, характер рекурсивного шага определяется свойствами взаимодействующих когнитивных систем и их мотивами, а также характеристиками среды. На протяжении рекурсивного взаимодействия системы по очереди осуществляют рекурсивные шаги, адаптируясь в среде и совершая ответное действие. Однако в ряде случаев адаптация может предполагать и некоторое упрощение структуры с тем, чтобы «подстроиться» под более простую систему и обеспечить эффективное взаимодействие. Такой рекурсивный шаг является регрессивным (в отличие от прогрессивного шага, предполагающего усложнение системы). Так, в следующем фрагменте после безуспешной попытки сохранить формат конструктивного диалога Н. Аширов «подстраивается» под дискуссионный тренд, заданный оппонентом и ведущим:

А. ДУГИН: Вы предлагаете всех расселить.

Н. АШИРОВ: Ну, не надо передёргивать слова. Я сказал, что нужно тем людям, которые не защищены от произвола тех людей, которые сегодня кроят черепа людям на улицах. Независимо. Кстати, вы тоже можете под этот разряд попасть. Вы тоже, как в своё время выразился Рогозин, «я тоже не голубоглазый блондин». Его дети тоже могут под это попасть, хотя он русский. Тут мы не разделяем, русский — не русский. Вы понимаете?

А. ДУГИН: Если он не голубоглазый блондин, ну, я-то уж совсем.

ВЕДУЩИЙ: То как раз голубоглазый блондин.

А. ДУГИН: Приблизительно.

ВЕДУЩИЙ: А Дугин-то голубоглазый блондин, да, неудачно.

Н.АШИРОВ: С ваххабитом элементарно перепутать.

В тех случаях, когда один из коммуникантов представляет собой резистивную систему, которой в меньшей степени свойственна адаптация, рекурсивные шаги могут носить циклический характер. На протяжении коммуникации такая система взаимодействует, опираясь исключительно на формальные компоненты среды (например, отдельные слова и пр.), однако она, как правило, не выстраивает сложные иерархии средовых факторов. Каждое последующее действие такой системы не приводит к её усложнению — она всякий раз возвращается в точку рекурсивности.

В анализируемой стенограмме циклические рекурсивные шаги частотно совершаются А. Дугиным. Например, в следующем фрагменте:

Н.АШИРОВ: .. .за 4 месяца текущего года убито 70 человек. 126 человек искалечено. И это в мирное время.

А. ДУГИН: Чрезвычайно важно. А сколько в автомобильных катастрофах, а сколько самоубийств?

ВЕДУЩИЙ: 32 тысячи.

СЕКУНДАНТ: Извините меня, при чём здесь автомобили или катастрофы?

А. ДУГИН: У нас огромные социальные проблемы. Столкновения... вот смотрите, между странами.

Складывается впечатление, что этот коммуникант не стремится выдвинуть и аргументировать позицию, противопоставленную точке зрения Н. Аширова, поскольку в процессе коммуникации он фактически не вносит конструктивные предложения. Для подтверждения этого мы выбрали методом сплошной выборки комментарии А. Дугина и выстроили их в порядке следования (приведён фрагмент стенограммы из третьей «схватки»):

А. ДУГИН: И не будет русских.

А. ДУГИН: ...гетто.

А. ДУГИН: Это экономическая проблема тогда.

А. ДУГИН: Ну новые русские не могут подраться между собой.

А. ДУГИН: Есть и обратная сторона.

А. ДУГИН: Кровь стынет в жилах.

А. ДУГИН: Наличие таких анклавов, которые действительно возникают сейчас, к сожалению. Господин Аширов говорит не только о будущем. Он говорит о том, что уже складывается на наших глазах.

А. ДУГИН: И что является самым серьёзным источником межнациональных трений.

А. ДУГИН: Повсюду. На самом деле возникают в наших городах. Компактно селятся...

Следует отметить, что в этой части телепередачи общее количество реплик

А.Дугина составляет 19 высказываний (ср. Н. Аширов — 68; ведущий — 75), среди которых только две являются объёмными (больше 30 слов).

Представляется, что при таком взаимодействии рекурсивные шаги не осуществляются, поскольку резистивная система не адаптируется в среде и, следовательно, не эволюционирует. Это, однако, может способствовать усложнению другой когнитивной системы: действия резистивной системы в определённой степени нарушают ожидания другого коммуниканта и поэтому требуют постоянной адаптации в изменяющейся среде.

Таким образом, анализ стенограммы телепередачи «К барьеру!» показал, что вступающие в коммуникацию индивиды могут представлять собой разные типы самоорганизующихся систем. Подобное несовпадение приводит к определённым сбоям социального взаимодействия — коммуникант не распознает или не учитывает речевое действие собеседника, переключаясь в ответе на собственный доминирующий мотив. В таких случаях речевое взаимодействие коммуникантов не опосредуется когнитивным взаимодействием, а следовательно, рекурсивность утрачивается.

Предложенная модель коммуникации принципиально отличается от моделей, разрабатываемых в лингвистической науке, поскольку основывается на иной методологической базе. Она опирается на дискретные единицы, однако в ней также находит отражение имманентная континуальность, свойственная процессуальным явлениям. Дальнейшее уточнение предложенной модели возможно при её применении к анализу других типов дискурса, поскольку это позволит точнее определить роль некоторых из включенных в неё факторов, а также выявить универсальные и частные характеристики рекурсивности.

Список литературы

К барьеру!: информационно-аналитическая программа ТВ [Видеозапись] / Автор и ведущий: В. Соловьёв; дуэлянты: Н. Аширов, А. Дугин. - Вып. 179. - Выход в эфир: 22 мая 2008 г. - URL: http://www.kreml.org/media/182051789.

Литература

Соссюр Ф. де. Труды по языкознанию / Ф. де Соссюр. - М.: Прогресс, 1977. - 696 с.

Maturana H.R. Autopoiesis and Cognition: The Realization of the Living /

R. Maturana, F. Varela // Boston Studies in the Philosophy of Science. - Vol. 42. - Dordecht: D. Reidel Publishing Co., 1980. - P. 5-58.

Maturana H.R. Biology of Language: The Epistemology of Reality / H.R. Matura- na // Psychology and Biology of Language and Thought: Essays in Honor of Eric Lenne- berg. - New York: Academic Press, 1978. - P. 27-63.

Справочные и информационные издания

Лингвистический энциклопедический словарь. - URL: http://lingvisticheskiy- slovar.ru/description/kommunikatsiia/267, свободный.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий