регистрация / вход

Книгоиздание в структуре современного книжного дела

На фоне постоянно растущих объемов книгопроизводства как в России, так и во всем мире, постоянно повышается роль издательств в структуре книжного дела, растет число издательских организаций, их влияние на величину и диапазон репертуара выпускаемых книг и брошюр, на качество издаваемой продукции.

Книгоиздание в структуре современного книжного дела

Ленский Б.В.

На фоне постоянно растущих объемов книгопроизводства как в России, так и во всем мире, постоянно повышается роль издательств в структуре книжного дела, растет число издательских организаций, их влияние на величину и диапазон репертуара выпускаемых книг и брошюр, на качество издаваемой продукции. Однако эффективность издательской деятельности в современных условиях могла бы быть гораздо более высокой, если бы совершенствование работы издателя опиралось на более надежную научную, книговедческую основу. В этой связи, приходится, к сожалению, констатировать неадекватность разработки проблем издательского дела на нынешнем этапе развития книговедения, особенно теории и практики издательского дела как научной или учебной дисциплины.

На это в последнее время не раз обращали внимание видные ученые-книговеды и практики книжного дела. Так, И.Е. Баренбаум совершенно справедливо замечает, что «редакционно-издательское дело и книжная торговля не обеспечены столь же глубокими, фундаментальными, новаторскими теоретическими разработками, как общее книговедение и библиографоведение», но, на наш взгляд, делает из этого заключения совершенно неожиданный вывод: «С использованием новых средств меняется технология производства и продажи книг, но при этом не требуется координальное переосмысление объекта и предмета науки, как, например, в библиографоведении. Многое здесь зависит от общетеоретических книговедческих положений, которыми определяется методология редакционно-издательской науки и библиополистики».

В этой связи нельзя не согласиться с А.А. Гречихиным, что, игнорируя системный подход, вообще можно придти к исключению из книжного дела момента «книгопроизводства».

Польский книговед К. Мигонь, также отмечая не разработанность отдельных разделов книговедения, писал: «Среди книговедческих (и родственных им) дисциплин наряду с такими высокоразвитыми в теоретическом, фактографическом и институциональном отношении, как библиография, библиотековедение, история книги, есть отрасли, которые только формируются. Это издательское дело, книжная торговля и чтение, а также узкие, специализированные отрасли (хотя и имеющие длительную традицию): папирология, переплетное дело, оформительское искусство».

К. Мигоню вторит И.Г. Моргенштерн: «Моделировать структуру книжного дела через перечисление составляющих его областей (звеньев) затруднительно и по той причине, что, как ни странно, еще далеко не завершился процесс формирования и наименования этих частей и становления в качестве самостоятельных изучающих их научных и/или учебных дисциплин. Например, в области создания книги как будто существует редакционно-издательское дело и посвященные ему теория, история, методика, организация этого дела, однако реальные научные и учебные дисциплины именуются теория и практика редактирования, теория журналистики, организация и экономика издательского дела и т.д.».

Такой подход к проблемам теории и практики книгоиздательского дела во многом объясняется тем, что на протяжении 60 с лишним лет сущность книгоиздательского процесса в нашей стране сводилась в основном к политической и идеологической оценке представленной авторами рукописи, то есть к так называемому редакторскому анализу, а также к технической обработке и подготовке издательского оригинала к производству. Именно поэтому теория и практика редактирования была практически единственной научной и учебной дисциплиной книгоиздательского цикла. Проблемы реализации книги - главного звена издательского дела в мировой практике - государство брало на себя, предоставляя соответствующие суммы оборотных средств государственному же книготоргу для централизованной скупки выходящей литературы и последующего распределения ее по всем регионам страны.

В современной общественной практике под издательским делом понимается форма деловой активности, связанная с выпуском и распространением различных изданий, т.е. более расширительно, чем просто процесс книгопроизводства. Поскольку для совокупного обозначения газетного и журнального дела обычно используются термины «пресса» и «периодическая печать», а в последние годы - «печатные средства массовой информации», в российском книговедении издательским делом по традиции называют преимущественно книгоиздательское дело или просто книгоиздание как часть более общего понятия «книжное дело». В этом, сфокусированном, смысле издательское дело рассматривается как производство и распространение книг и брошюр, других видов непериодических изданий, а также тех видов сериальных или продолжающихся печатных изданий, которые выпускаются в форме книг и брошюр.

Хотя И.Е. Баренбаум в уже цитированной нами статье и писал, что в книговедении «покончено с терминологической путаницей» и на этой основе «улучшилось взаимопонимание между специалистами (практиками и теоретиками)», тем не менее, одна из основных категорий книговедения - книжное дело - до сих пор относится к числу наименее разработанных понятий как в системе научного знания, так и в практической деятельности. В энциклопедии «Книга», например, одном из последних изданий книговедческого цикла, прямо указывается на то, что существуют различные мнения о составе книжного дела. Отметим, что из множества подходов к определению этой категории нам более близки позиции Е.А. Динерштейна, с которых к книжному делу предлагается относить лишь те отрасли, которые связаны с производством и распространением книги (издательское дело, книгопечатание и книжная торговля). Для соотнесения этих отраслей друг с другом характерны экономические связи. Что касается библиографий и библиотечного дела, то они, по мнению Е.А. Динерштейна, связаны с бытованием книги в обществе и в состав книжного дела не входят. Объединяющим началом в этом случае являются, как считает автор схемы, идеологические связи.

Хотя последнее положение представляется нам достаточно спорным, все же структуре книжного дела, построенной на «производственном» принципе, на понятии дела как «делания», следует отдать предпочтение. Это согласуется и с упомянутым выше мнением А.А. Гречихина, который в другой своей работе также настаивает на необходимости «в корне пересмотреть те системы книжного дела, которые вообще исключают сферу «книгопроизводства».

Однако, вне зависимости от того, какая схема книжного дела рассматривается, мы утверждаем, что в современных условиях издательское дело не просто входит в его состав, но и является его основной и ведущей частью. Это утверждение основывается, по крайней мере, на трех моментах. Во-первых, именно на этапе издательского дела сосредоточены все основные творческие процессы, характерные для создания книги, - формирование замысла издания, поиск автора, способного в наиболее эффективной степени воплотить этот замысел в жизнь, создание и организация работы всего творческого коллектива (художник, дизайнер, переводчик и т.д.), обеспечение соответствующего полиграфического исполнения тиража, и, наконец, но не в последнюю очередь, осуществление полной маркетинговой программы, нацеленной на то, чтобы книга нашла своего читателя/покупателя.

Ведущее положение книгоиздания в структуре книжного дела отчетливо определяется и при так называемом «стадиальном» рассмотрении, при анализе цепочки различных видов деятельности на пути книги от замысла к материальному воплощению в издание и переходу его в руки читателя. Один из представителей такого подхода К. Мигонь, утверждая, что совершенно естественно классифицировать книговедческие отрасли подобным образом, пишет: «В такой интерпретации первой частью науки о книге будет наука об издательском деле, под которым мы понимаем совокупность процессов, направленных на приспособление авторского текста к нуждам читателя, а также производство книги». Во-вторых, с точки зрения экономической издательское дело представляет собой одну из форм предпринимательства, базирующуюся на началах книжного маркетинга. И в этом отношении издательское дело можно назвать ведущим направлением книжного дела, поскольку именно издатель принимает на себя весь риск по выпуску книги как товара, т. е. предмета, предназначенного для продажи и призванного удовлетворить потребности определенной группы читателей. Уже упоминавшийся Дж. Алексис Кучумов говорил по этому поводу: «Издательская фирма по-настоящему является издательским предприятием только в том случае, если она не уклоняется от риска, если она доверяет оценкам читающей публики в вопросах отбора книг для издания, если издательские убытки в конце концов возмещают не читатели и не налогоплательщики. Для достижения успеха издательство должно идти на разумный риск, и не только финансовый. Издатель должен определять культурную, научно-техническую ориентацию своей фирмы, брать на себя обязательства от ее имени. И это лишь немногие примеры ситуаций, когда издатель идет на риск».

В-третьих, превратившись в результате эволюции издательского производства из посредника между автором и типографией в посредника между автором и читателем, издатель все больше и все чаще становится в определенной степени праавтором будущего издания, планирующим зачастую не только форму, в которую облекаются произведения автора, но и само произведение. На эту особенность фигуры сегодняшнего издателя мы впервые обратили внимание еще в конце 70-х годов. В этой связи важной отличительной чертой издательского дела является тот факт, что каждая выпускаемая книга, даже обычное переиздание, является, по сути, новым проектом, производственно-экономической реальностью, новым творческим решением и новым маркетингом. Специфику издательско-информационного продукта отмечал еще академик О.Ю. Шмидт, один из первых руководителей Госиздата: «Каждая книга имеет свою судьбу, своего (подчас очень «индивидуального») автора, свой технический подход, свои трудности, свою особую читательскую среду и свой неизбежный хвост неприятностей». По существу, именно издательский проект является основным видом продукции любой современной книгоиздающей структуры в ее главной, творческой ипостаси, и не случайно именно издательское название (title) является ведущим показателем активности издательства, преимущественной формой статистического учета в мировом книжном деле. Можно утверждать, что, по аналогии с деятельностью промышленных предприятий, число выпускаемых названий книг и брошюр является измерителем «мощности» издательской организации, приоритетной характеристикой ее творческого и производственного потенциала.

Специфика издательского производства в современных условиях позволила Международной ассоциации издателей назвать его созидательной, креативной экономикой с учетом творческого вклада и размеров добавленной стоимости самого издателя в каждый разрабатываемый проект.

В настоящее время творческая роль издателя, его доля участия в разработке проекта издания возрастает настолько, что это дает ему основание ставить вопрос о формировании новой области права, которая была бы полностью независимой от авторского права. «Контракт, или авторское право (как оно именуется в рамках римской юридической традиции), - отмечает Пауль Н. Ассер из Международной группы издателей научной, технической и медицинской литературы больше уже нельзя рассматривать как исключительную привилегию одного автора. Это может быть группа авторов или даже издательская фирма. Вот почему мы должны, в дополнение к авторским правам, создать систему прав, которыми можно было бы пользоваться для охраны наших инвестиций и обеспечения дальнейшей работы наших издательских фирм». Это особое право должно учитывать издательскую инициативу по выпуску той или иной книги, а также влияние издателя на формирование авторского коллектива, роль редактирования и составления, подготовки художественного оформления, организации производственного процесса и маркетинга.

Творческая роль издателя в креативной экономике органично сплетается с его предпринимательской функцией, которая наиболее рельефно проявляется в процессе инвестирования производственных процессов.

Как бы ни были сильны в книге ее духовные стороны, культурная составляющая, но издательское дело - это прежде всего предпринимательство. Тот же П.Н. Ассер, говоря об экономической стороне издательской деятельности, утверждает: «Все же издательское дело - это бизнес, что бы мы ни говорили об идеалистических и нематериальных его свойствах. При всем старании взять в расчет предстоящий рыночный риск, никто не может точно знать заранее, как воспримет рынок новую книгу - вещь, которую еще никто не видел и на которую, может быть, совершенно не будет спроса, исключая спрос со стороны членов семьи автора. Покрытие этого риска является существенным фактором обеспечения издательской функции». Поэтому, вкладывая свои или заемные средства в издания, издателю-инвестору приходится так планировать помещение капитала в другие издания, чтобы результирующая строка в балансе доходов и расходов позволила не только покрыть возможные убытки, но и получить прибыль. Многие издатели из разных стран мира разделяют точку зрения философа книжного бизнеса, вице-президента и главного редактора американского издательства «Даблдей Паблишинг Компани» Сэмюэла Воэна, утверждавшего, что «без умеренной прибыли издатель не сделает ничего. Если не выпускать в свет книги, которые можно продать, а на вырученные средства оплатить аренду и выдать зарплату, издательство не сможет вообще выпускать книг - ни серьезной литературы, ни чтива».

Органичное сочетание творческой и предпринимательской функций дают основание считать издателя ведущей фигурой во всей структуре книжного дела.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий