регистрация / вход

Нормы произношения и ударения

Понятие нормы. Признаки нормативного языка. Источники и характерные черты языковой нормы. Словесное ударение. Основные правила литературного произношения. Верные и неверные ударения в словах. Произношение безударных гласных. Иноязычные слова и выражения.

Понятие нормы. Норма ударения. Основные правила литературного произношения. Произношение гласных. Произношение согласных. Произношение заимствованных слов. Нарушение орфоэпических норм и пути их преодоления.

1. Понятие нормы:

Языковые нормы (нормы литературного языка, литературные нормы) - это правила использования языковых средств в определенный период развития литературного языка, т.е. правила произношения, правописания, словоупотребления, грамматики. Норма - это образец единообразного, общепризнанного употребления элементов языка (слов, словосочетаний, предложений).

Языковое явление считается нормативным, если оно характеризуется такими признаками, как:

соответствие структуре языка;

массовая и регулярная воспроизводимость в процессе речевой деятельности большинства говорящих;

общественное одобрение и признание.

Языковые нормы не придуманы филологами, они отражают определенный этап в развитии литературного языка всего народа. Нормы языка нельзя ввести или отменить указом, их невозможно реформировать административным путем. Деятельность ученых-языковедов, изучающих нормы языка, заключается в другом - они выявляют, описывают и кодифицируют языковые нормы, а также разъясняют и пропагандируют их.

К основным источникам языковой нормы относятся:

произведения писателей-классиков;

произведения современных писателей, продолжающих классические традиции;

публикации средств массовой информации;

общепринятое современное употребление;

данные лингвистических исследований.

Характерными чертами языковых норм являются:

относительная устойчивость;

распространенность;

общеупотребительность;

общеобязательность;

соответствие употреблению, обычаю и возможностям языковой системы.

Нормы помогают литературному языку сохранять свою целостность и общепонятность. Они защищают литературный язык от потока диалектной речи, социальных и профессиональных жаргонов, просторечия. Это позволяет литературному языку выполнять одну из важнейших функций - культурную.

Речевой нормой называется совокупность наиболее устойчивых традиционных реализаций языковой системы, отобранных и закрепленных в процессе общественной коммуникации.

Нормированность речи - это ее соответствие литературно-языковому идеалу. Указанное свойство нормы было отмечено профессором А.М. Пешковским, который писал: "Существование языкового идеала у говорящих, - вот главная отличительная черта литературного наречия с самого первого момента его возникновения, черта, в значительной мере создающая самое это наречие и поддерживающая его во все время его существования" (Пешковский А.М. Объективная и нормативная точка зрения на язык // Избранные труды. М.: Учпедгиз, 1959. С. 54).

Профессор С.И. Ожегов подчеркивал социальную сторону понятия нормы, складывающейся из отбора языковых элементов наличных, образуемых вновь и извлекаемых из пассивного запаса. С.И. Ожегов обращал внимание на то, что нормы поддерживаются общественно-речевой практикой (художественной литературой, сценической речью, радиовещанием). В 60-80-е гг. ХХ в. литературные произведения и радиопередачи действительно могли служить образцом нормативного употребления. На сегодняшний день ситуация изменилась. Не всякое литературное произведение и не всякая передача по радио и телевидению могут служить в качестве образца нормативного употребления языка. Сфера строгого следования нормам языка значительно сузилась, лишь некоторые передачи и периодические издания могут быть использованы как примеры литературно-нормированной речи.

Профессор Б.Н. Головин определял норму как функциональное свойство знаков языка: "Норма - это свойство функционирующей структуры языка, создаваемое применяющим его коллективом благодаря постоянно действующей потребности в лучшем взаимном понимании" (Головин Б.Н. Основы культуры речи. М.: 1980 // Цит. по: Соколова В.В. Культура речи и культура общения. М.: Просвещение, 1995. С. 47).

2. Норма ударения.

Словесное ударение является обязательным признаком слова. Слово опознаётся лишь при определенной постановке ударения.

Ударение в русском языке свободное. Оно может быть на любом слоге слова. В пределах одного и того же слова ударе­ние может передвигаться с одного слога на другой, например: понять, по'нял, поняла'.

Во многих случаях словесное ударение служит признаком, по которому различаются значения слов, например: а'тлас и атл'ас, за'мок и замо'к, му'ка и мука'.

Разноместность ударения в русском языке даёт возмож­ность разграничивать грамматические формы как одного и то­го же слова, так и двух разных слов, например: сте'ны и cтены', ру'ки и руки', по'лка и полка', сто'ит и стои'т.

В некоторых словах русского языка ударение ставится то на одном, то на другом слоге. Оба варианта являются пра­вильными, например: творо'г и тво'рог, ина'че и и'наче, мышле'ние и мы'шление, ке'та и кета', одновре'менно и одновреме'нно.

Особенно разнообразно, а поэтому очень трудно для изу­чения словесное ударение имён существительных. Немало споров вызывают слова догово'р и догово'р, которые многи­ми произносятся как до'говор и при'говор. Правильно произ­носить следует догово'р и пригово'р, как разгово'р и уговор. Иногда ударение меняет значение слова: призывно'й (призыв­но'й возраст) и призы'вный (призы'вный клич), мелочно'и (то­вар), ме'лочный (человек).

Бывают случаи, когда ударение меняется с течением вре­мени: так, при Пушкине говорили музы'ка, а не му'зыка. Вспомним: Гремит музы'ка боевая.

Это объясняется происхождением слова музыка от франц. music с ударением на последнем слоге. Как только это слово «обрусело», оно потеряло французское ударение.

Многие иноязычные слова и в настоящее время в разго­ворной речи произносятся с неверным ударением. Например, ква'ртал, а'тлет, про'цент, па'ртер, а'мпер, жа'люзи, медика'менты, ко'клюш можно услышать в речи вместо правиль­ных кварта'л, атле'т, проце'нт, парте'р, ампе'р, жалюзи, медикаме'нты, коклю'ш.

Можно предположить, что все приведённые слова иностранного происхождения, и поэтому их правильное произ­ношение объясняется незнанием иностранного языка. Но по­чему же так часто встречается ошибочное ударение в исконно русских словах? Нередко говорят: средства' (вместо сре'дства}, свекла' (вместо свёкла), сто'ляр (вместо столяр), танцовщи'ца (вместо танцо'вщица), на'чать (вместо начать), тесно' (вместо те'сно) и т. п. ие

Часто неверно говорят кило'метр, по при этом никто не говорит килограмм, хотя в речевой практике встречается сокращение кило'. Здесь «французская» манера произношения (ударение на последнем слоге) вполне уместна, так как метрическая система была впервые введена во Франции.

По месту ударения существительные можно распределить по трём группам:

Слова, в которых ударение ставится на определённом гласном основы и ни в какой падежной форме не меняет сво­его места.

Например, если в именительном падеже единственного числа звучит ле'ктор, -а, -ом, -е; множественное число: л'екторы, -ов, -ами, ах, не рекомендуется произносить лектора', лекторо'в.

Такое же постоянное ударение на корне во всех косвен­ных падежах будет и в словах догово'р, кварта'л, созы'в, средство.

Неправильные формы договора', до1 говоры, со'зыв, средст­ва' неумолимо кочуют из одного выступления в другое, соответ­ствующим образом характеризуя культуру речи говорящего.

Слова, в которых ударение ставится во всех падежах на окончании. Если в им. и вин. падежах окончание нулевое (стол, рубеж, рубль, язык), то ударное окончание имеют фор­мы косвенных падежей стола', столо'в, рубля', рубле'й, языка', языко'в.

Слова, где место ударения в формах единственного и множественного числа различно. В таких словах ударение перемещается с основы в единственное число на окончание во множественное число:

о 'круг — о 'круга, мн. ч. округа' — округо 'в, но 'вость — но вости, мн. ч. но'вости — повоете 'й; и наоборот, ударение перемещается с окончания в единственном числе на основу во множественном числе: среда'— среды', мн. ч. сре'ды — сред, о средах.

В именах прилагательных трудности обычно вызывает положение ударения в кратких формах. Если никому не при­ходит в голову сказать правы'й вместо пра'вый, то Вы не правы' вместо Вы не пра'вы слышится сплошь и рядом.

Следует запомнить несколько закономерностей постанов­ки ударения в кратких формах прилагательных.

Во-первых, краткие прилагательные обычно имеют те же ударения, что и полные: перегру'женный — перегружен, перегру'жена, перегру'жено, и поэтому когда говорят «повестка дня перегружена'», — это звучит неграмотно.

Вторая закономерность состоит в том, что ряд широко употребляемых кратких форм прилагательных в мужском и среднем роде имеют такое же окончание, как и полная форма (на основе), а в женском роде ударение перемещается на окончание: бли'зкий близок близка'- близко —близки; важный - ва'жен - важна ', ва'жно - важны.

Если ударение одинаково в краткой форме прилагатель­ных женского и среднего рода, то такое же ударение будет иметь и множественное число: бога'тый — бога'т — бога'та - бога'то - бога'ты; полезный — полезен — поле'зна — поле'зно - полезны.

Сели ударение в женском и среднем роде различно, то ударение в форме множественного числа совпадает с ударе­нием в форме среднего рода: гне'вный — гне'вен — гневна'— гне'вно — гпе'вны; вольный — волен — вольна'— во'льно — во'льны и доп. вольны'.

Трудности глагольного ударения в основном связаны с формами прошедшего и будущего времени, а также с причас­тиями. В формах настоящего времени и простого будущего один из самых популярных — глагол звонить. Несмотря на относительно широкую употребительность в речи форм зво'нит. позво'нит, все орфоэпические словари в качестве литературной нормы указывают ударение звони'т, позвони'т.

Формы прошедшего времени женского рода наиболее употребительных глаголов отличаются тем, что в них ударе­ние падает на окончание, в то время как в мужском и среднем роде, а также во множественном числе ударной оказывается основа. Эти глаголы (всего их около 280), а также производ­ные с приставками следует запомнить, в трудных случаях проверять себя по словарям: брать — брал, брала', бра'ло, бра'ли; быть — был, была', бы'ло, бы'ли; взять — взял, взяла', взя'ло, взя'ли: гнать — гнал, гнета', гна'ло, гна'ли и т. д.

Так же ведут себя и приставочные глаголы: добы'ть — добы'л, добыла', добы'ло, добы'ли; забра'ться — забра'лся, за­брала'сь, забра'лось, забра'лись и др.

Ударение в формах «любимых» парламентских глаголов нача'ть и приня'ть ставятся следующим образом: нача'ть — на'чал, начала', на'чало, на'чали; приня'ть — при'нял, приняла', при'няло, при'няли.

У остальных глаголов ударение в различных формах про­шедшего времени унифицировано: знать — знал, зна'ла, зна'ло, зна'ли.

В причастиях, как и в прилагательных, затруднение может вызывать ударение в кратких формах. Здесь нужно запомнить следующее правило: если в полной форме ударение падает на суффикс (-онн-/-енн-), то таким же оказывается ударение в краткой форме мужского рода. В женском и среднем роде и во множественном числе ударение перемещается на окончание: введённый — введён, введена', введено', введены'; заграждённый— заграждён, заграждена', заграждено', заграждены'.

В других кратких причастиях ударение может падать и на основу, и на окончание: на'чатый — на'чат, начата', на'чато, на'чаты; при'нятый — при'нят, принята', при'нято, при'няты.

3. Основные правила литературного произношения.

Термин орфоэпия (гр. orthos - прямой, правильный + epos -речь) употребляется в двух значениях: 1) раздел языкознания, занимающийся изучением нормативного литературного произношения и 2) совокупность правил, устанавливающих единообразное произношение, соответствующее принятым в языке произносительным нормам,

Русская орфоэпия включает в себя правила произношения безударных глас­ных, звонких и глухих согласных, твердых и мягких согласных, сочетаний согласных, правила произношения отдельных грамматических форм, особенности произношения слов иноязычного происхождения включаемые иногда в орфоэпию вопросы ударения и интонации, имеющие важное значение для устной речи, являются объектом рассмотрения орфоэпии, гак как непосредственно не относятся к произношению. Ударение относится к фонетике (служит для выделения слога в слове), к лексике (являясь признаком данного слова) или к грамматике (являясь признаком данной грамматической формы). Интонация служит важ­ным выразительным средством устной речи, придающим ей эмоциональную окраску, но не связана с правилами произношения.

Важнейшие черты русского литературного произношения сложились еще в первой половине XVIII в. на основе разговорного языка города Москвы. К этому времени московское произношение лишилось узкодиалектных черт, объедини­ло в себе особенности произношения северных и южных говоров русского язы­ка. Московские произносительные нормы передавались в другие экономичес­кие и культурные центры в качестве образца и там усваивались на почве мест­ных диалектных особенностей. Так складывались произносительные черты, не свойственные московской орфоэпической норме (наиболее четко были выра­жены особенности произношения , в Петербурге - культурном центре и столице России XVIII-XIX вв.).

Произносительная система современного русского литературного языка в своих основных и определяющих чертах не отличается от произноситель­ной системы дооктябрьской эпохи. Различия между одной и другой имеют частный характер (отпали отдельные черты произносительного просторечия, в ряде случаев произошло сближение произношения с написанием, появи­лись новые произносительные варианты). Хотя полной унификации литера­турного произношения нет, в целом современные орфоэпические нормы представляют собой последовательную систему, развивающуюся и совер­шенствующуюся. В формировании литературного произношения огромную роль играют театр, радиовещание, телевидение, звуковое кино, которые слу­жат мощным средством распространения орфоэпических норм и поддержа­ния их единства.

4. Произношение безударных гласных

В безударных слогах гласные подвергаются редукции - качественным и коли­чественным изменениям в результате ослабления артикуляции. Качественная редукция - это изменение звучания гласного с потерей некоторых признаков его тембра, а количественная - это уменьшение его долготы и силы.

В меньшей степени редуцируются гласные, находящиеся в первом предудар­ном слоге, в большей степени гласные остальных безударных слогов.

В первом предударном слоге на месте букв а и о произносится звук [А] - «крышечка». От ударяемого [а] он отличается меньшей продолжительностью и более задним образованием: тр[А]ва' , с[А]сна'.

В остальных безударных слогах на месте букв а и о произносится краткий
звук, средний между [ы] и [а], обозначаемый в транскрипции знаком [ъ]: тр[ъ]вяно'й, з[ъ]лото'й, школ[ъ], вы'з[ъ]в.В начале слова безударные [а] и [о] произносятся как [a]: [а]зо'т, [а]блада'ть.

После твердых шипящих [ж] и [ш] гласный [а] в первом предударном слоге произносится как [а]: ж[а]рго'н, ш[а]га'ть. Но перед мягкими согласными произносится звук, средний между [ы] и [э]: ж[ы']ле'ть, лош[ы']де'й.

После мягких согласных в нервом предударном слоге на месте букв произносится звук, средний между [и] и [э]: в[и']сна', ч[и']сы'.

В остальных безударных слогах на месте букв е и я произносится очень краткий [и], в транскрипции обозначаемый знаком [ь]: в[ь]лика'н, вы'н[ь]сти, п[ь]тачо'к, вы'т[ь]нуть.

На месте сочетаний букв аа, ао, оов предударных слогах произносятся гласные [аа]: з[а¯]сфальтировать, з[а¯]дно', п'а]нгли'йски, в[а¯]брози'ть.

5. Произношение согласных

В конце слов и в их середине перед глухими согласными звонкие согласные оглушаются : ястре[п], разбе[к], запа[т], бага[ш].

На месте глухих согласных перед звонкими, кроме [в], произносятся соответ­ствующие звонкие: [з]бежать, о[д]бросить, во[г]зал.

В ряде случаев наблюдается так называемое ассимилятивное смягчение, т. е. согласные, стоящие перед мягкими согласными, произносятся мягко. Это относится в первую очередь к сочетаниям зубных [з'д']есь, гво[з'д']и, е[с'л']и, ка[з'н'], ку(з'н']ец, пе[н'с']ия. Встречаются два варианта произношения [з'л']ить и [зл']ить, по[с'л']е и по[сл']е.

Двоякое произношение наблюдается в сочетаниях с губными согласными: [д'в']ерь и [дв']ерь, [з'в']ерь и [зв']ерь. В целом, регрессивная ассимиляция по мягкости в настоящее время идет на убыль.

Двойные согласные являются долгим согласным звуком обычно тогда, когда ударение падает на предшествующий слог: гру'[п¯]а, ма'[с]а, програ'[м]а. Если же ударение падает на последующий слог, то двойные согласные произносятся без долготы: а[к]о'рд, ба[с]е'йн, гра[м]а'тика.

6. Иноязычные слова и выражения

Известно, что нет такого языка, который был бы совсем свободен от иноязычных влияний, так как ни один народ в современном мире не живет совершенно изолированно.

В силу длительных экономических, политических, культурных, военных и иных связей русского народа с другими в его язык проникло довольно значительное количество иноязычных слов, которые имеют различную степень ассимиляции и неограниченную или ограниченную сферу употребления. В русской лексикологической традиции выделяются:

слова, давно усвоенные и используемые наравне с русскими (стул, лампа, школа, диван, картина, утюг, вуаль, джаз, студент, трансляция, антибиотик, техникум и др.);

слова, не всем понятные, но необходимые, так как они обозначают понятия науки, техники, культуры и т.п. (брифинг, аннигиляция, плеоназм, фонема, морфема, дезавуировать, нуклиды, превентивный, агностицизм и под.);

слова, которые могут быть заменены исконно русскими без всякого ущерба для смысла и выразительности высказывания (эпатировать, эпатаж, апологет, акцентировать, визуальный и под.).

В соответствии с этим заимствованные слова воспринимаются, с одной стороны, как закономерный результат общения народов, а с другой - как порча языка; с одной стороны, - без заимствований нельзя обойтись, а с другой (когда их слишком много и принадлежат они к третьей группе в указанной классификации) - иноязычные слова и выражения становятся тем балластом, от которого язык должен избавляться. «Авторитет употребления», целесообразность, ситуативная необходимость могут определить отношение к чужому слову и защитить родной язык от «небрежения», от «неприличностей», как назвал М.В. Ломоносов ненужные, необдуманные заимствования. Употребление заимствованных - чужих, иностранных - слов должна определять социально-языковая потребность и целесообразность» [].

Как известно, среди заимствований (в широком смысле) выделяются слова, с помощью которых дается описание чужих стран, чужой жизни и нравов, они представляют собой своеобразные «локальные приметы» и называются экзотизмами (от греч. exotikos - чуждый, иноземный, необычный: ехо - снаружи, вне). Смысловая и стилистическая функция экзотизмов заключается в том, что они позволяют создать «эффект присутствия», локализовать описание. Экзотизмы легко распределяются по так называемым «национальным сериям» (английская, французская, испанская и т.д.).

Близки к экзотизмам варваризмы (греч. Barbarismos - иноязычный, чужеземный) - подлинно иностранные слова и выражения, вкрапленные в русский текст, не полностью освоенные или совсем не освоенные из-за фонетических и грамматических особенностей. Они, как правило, употребляются в несуществующих в русском языке формах и часто передаются средствами языка-источника: авеню, денди, мосье, фрау, tete - a - tete (фр. - с глазу на глаз), cito (лат. - срочно ), ultima ratio ( лат . - порочный круг).

Иноязычные вкрапления и экзотизмы, в отличие от заимствованных слов (в узком смысле), не теряют ничего или почти ничего из черт, присущих им как единицам языка, которому они обязаны своим происхождением. Они не принадлежат, подобно заимствованиям, системе использующего их языка, не функционируют в нем в качестве единиц, более или менее прочно связанных с лексическим и грамматическим строем этого языка.

Варваризмы, как и экзотизмы, выполняют разнообразные функции: называют то, что по-русски не имеет названия; служат средством речевой характеристики персонажей; с их помощью достигается «эффект присутствия» и т.д. Причем обычно они придают тексту юмористический, иронический или сатирический оттенок.

Используемые в русском языке иноязычные слова выполняют определенную стилистическую роль, от которой зависит частотность их употребления в различных функциональных стилях. Установлено, что больше всего иноязычных слов в научном стиле (это прежде всего терминология), гораздо меньше в публицистическом, еще меньше в официально-деловом и художественном. Деятели науки, культуры, литераторы неоднократно подчеркивали мысль о том, что только необходимость может сделать целесообразным использование заимствованных слов. Так, В.Г. Белинский писал: «В русский язык по необходимости вошло множество иностранных слов, потому что в русскую жизнь вошло множество иностранных понятий и идей», - одновременно подчеркивая: «...охота пестрить русскую речь иностранными словами без нужды, без достаточного основания, противна здравому смыслу и здравому вкусу».

Идеи очищения русского литературного языка от ненужных заимствований, употребления иностранных слов в строгом соответствии с их значением, разумного предпочтения нерусским книжным словам их общеупотребительных эквивалентов сохраняют свою актуальность и в наши дни. Неоправданное введение в речь иноязычных элементов засоряет ее, а использование их без учета семантики приводит к неточности.


Список используемых источников

1. Козырев В.А. Черняк В.Д. Вселенная в алфавитном порядке: Очерки о словарях русского языка. – СПб.: Изд-во РППУ им. А.И. Герцена 2000. – 356 с.

2. Русский язык и культура речи: Учеб. для вузов / А.И. Дунев, М.Я. Дымарский, А.Ю. Кожевников и др.; Под ред. В.Д. Черняк. – М.: высшая школа, С-Пб: Издательство РГПЧ им. А.И. Герцена, 2003, - 508 с.

3. Розенталь Д.Э., Голуб И.Б., Тельникова М. Современный русский язык. – М.: Рольдо, 2001 – 448 с.

4. Словарь ударений русского языка: 82500 словарных единиц / Под ред. М.А. Штудипера. – М.: Рольф, 2000г. – 816с.

5. Скворцов Л.И. Экономия слова, или Поговорим о культуре русской речи. – М., 1996

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий