регистрация / вход

Особенности перевода юридических текстов

Понятие перевода, его функции и роль в современном мире. Особенности профессии переводчика. Лингвокультурные факторы перевода юридического текста. Правовая лингвистика и взаимосвязь языка и права. Виды и особенности перевода юридических текстов.

Министерство образования и науки РФ

Федеральное агентство по образованию

Государственное учреждение высшего профессионального образования

“Чувашский государственный педагогический университет

им. И.Я.Яковлева”

Факультет иностранных языков

Кафедра английской филологии и переводоведения

Тема

Особенности перевода юридических текстов

Курсовая работа

Студентки 4 курса группы “Ж” английского отделения

Факультета иностранных языков

Александровой Марии

Научный руководитель:

Доцент (старший преподаватель)

Кандидат филологических наук

Шугаева Н.Ю.

Чебоксары 2008

План

Введение.

Глава 1. Теоретические основы перевода: понятие перевода, особенности профессии переводчика, функции перевода, роль перевода в современном мире.

Глава 2. Общие вопросы перевода юридических текстов

Глава 3. Особенности перевода юридических текстов

Заключение.

Библиографический список.


Введение

На протяжении жизни человек сталкивается с различными ситуациями, требующими обращения к профессиональному юристу. Зачастую документацию приходится воспроизводить на иностранном языке, например, для получения рабочей вакансии за границей, поступления в зарубежный вуз, успешного проведения деловых операций, приобретения права проживания в том или ином государстве. В этом случае не обойтись без услуг профессионального переводчика.

Перевод документации физических и юридических лиц можно охарактеризовать, как «перевод текстов, относящихся к области права и используемых для обмена юридической информацией между людьми, говорящими на разных языках» [www.wikipedia.org/wiki/Юридический_перевод]. Поскольку право является предметной областью, связанной с социально-политическими и культурными особенностями страны, юридический перевод представляет собой непростую задачу, считается одним из самых сложных видов перевыражения текста в среде переводчиков, т.к. для адекватной передачи юридической информации язык юридического перевода должен быть особо точным, ясным и достоверным.

Тексты юридического характера обладают высокой степенью переводимости, имеют «клишированную форму, и информация, содержащаяся в них, должна оформляться раз и навсегда установленным образом, согласно строгим конвенциям» [Алексеева 2006: 282]. Однако было бы ошибочно полагать, что для успешного перевода достаточно в совершенстве освоить терминологию и правила оформления подобного вида текстов. В действительности оказывается, что этого мало. На примере юридического перевода можно совершенно точно утверждать, что необходимо ещё и досконально разбираться в культурных особенностях носителей исходного языка, в специфических конструкциях, присущих только им.

В данном исследовании я постараюсь наиболее полно проанализировать характерные черты тестов юридической направленности и выделить особенности их перевода, ведь на современном этапе данная тема становится все более актуальной, насущной. По словам Л.К.Латышева, известного переводчика и преподавателя, перевод – один из видов человеческой деятельности, а любая деятельность возникает из потребности. Соответственно, перевод, в частности юридический, является наиболее востребованным, поэтому требует дополнительного рассмотрения и более близкого изучения.


Глава 1. Теоретические основы перевода: понятие перевода, особенности профессии переводчика, функции перевода, роль перевода в современном мире

Определение понятия “перевод” довольно спорно и отчасти проблематично, так как перевод достаточно многогранен и обладает специфическими аспектами, которые необходимо зафиксировать в его определении. Ученые-лингвисты дают различные трактовки понятия “перевод”. Например, А.В.Федоров, знаменитый филолог, лингвист, автор множества научных трудов, под переводом понимает, « во-первых, процесс, совершающийся в форме психического акта и состоящий в том, что речевое произведение (текст или устное высказывание), возникшее на одном – исходном – языке (ИЯ), пересоздается на другом – переводящем – языке (ПЯ); во-вторых, результат этого процесса, т.е. новое речевое произведение на ПЯ». По мнению И.С.Алексеевой, преподавателя перевода, переводчика- практика, перевод есть не что иное, как «перевыражение или перекодирование текста, порожденного на одном языке, в текст на другом языке», если рассматривать язык, как некую систему кодов. Профессор Л.К.Латышев считает, что перевод – «один из видов человеческой деятельности, наиболее совершенный вид языкового посредничества». Все эти определения по-своему удачны и дают представление о сути переводческой деятельности. Профессия переводчика - одна из самых древних, ведь уже при первых контакты между людьми, говорящими на разных языках, возникала потребность в услугах так называемого “толмача”. Благодаря труду переводчиков мы имеем возможность читать произведения всемирно известных талантливых писателей, узнавать новости, общаться с иностранными партнерами. Таким образом, профессия переводчика постоянно доказывает свою нужность людям. Бытует мнение, что для перевода достаточно иметь филологическое образование и малейшее знание языка, но это вовсе не так, ведь труд переводчика- процесс тяжелый, творческий. Знания переводчика накапливаются годами, словарный запас пополняется каждодневно, а уж на приобретение переводческих навыков будущий переводчик тратит огромное количество времени. Принято считать, что переводчик- это нечто вроде обслуживающего персонала, отсюда непонимание сути самой профессии, восприятие переводчика «как неизбежного зла» [Алексеева 2006: 27], как простого наемного работника, с которым можно обращаться как угодно, низкая оплата и неудовлетворительные условия труда. Чтобы развенчать это неверное представление, достаточно упомянуть, что благоприятный исход переговоров, споров, международных встреч - в руках переводчика, который способен сгладить определенные негативные моменты или немного резкие высказывания коммуникантов, и, наоборот, в его власти усугубить неприязнь контактирующих сторон. Здесь следует также вспомнить и о процессе перевода, чтобы доказать, что деятельность переводчика - на самом деле тяжелый труд. «Процесс перевода неизбежно распадается на два момента. Чтобы перевести, необходимо прежде всего понять, уяснить, проанализировать, критически оценить услышанное. Далее нужно найти, выбрать соответствующие средства перевыражения текста на переводящем языке (слова, сочетания, грамматические формы)» [Фёдоров 2002: 17]. Таким образом, к труду переводчика следует относиться с уважением, пониманием и терпением, ведь для того, чтобы перевести простейший текст, от переводчика требуются определенные усилия, умственное напряжение, иногда даже вдохновение, что само по себе заслуживает похвалы.

Понятие “перевод” охватывает обширный круг деятельности. Он может выступать как в письменной – перевод стихов, художественной литературы, деловых бумаг, статей и выступлений деятелей политики, науки и культуры, газетной публицистики, религиозных текстов, так и в устной форме- например, перевод речи оратора во время пресс-конференции, переговоров, делового совещания с целью преодоления языкового барьера в случае, когда коммуниканты говорят на разных языках. «Перевод способствует обмену информацией» [Алексеева 2006: 8], а, как известно, тот, кто обладает информацией, “правит” миром. Иными словами, информация- «база прогресса человечества» [Алексеева 2006: 8]. На современном этапе развития цивилизации человек стремится к быстрому обогащению информацией, на что и направлен процесс перевода. Таким образом, мы можем сделать вывод, что информативная функция перевода является одной из самых важных.

С давних времен перевод помогал людям наладить контакт, лучше понять друг друга, преодолеть культурный барьер, т.е. в данном случае речь идет о «преодолевающей функции» [Алексеева 2006: 9]. Зачастую на переводчика возлагается функция консультанта по межкультурной коммуникации. Переводчик стремится дать наиболее полное объяснение неясных для коммуникантов аспектов чужой культуры.

Во все времена перевод способствовал становлению наиболее высокого уровня развития цивилизации: «в античности он содействовал преемственности греческой и римских культур, в Средние века распространению христианства, во все последующие столетия взаимообогащению искусства, науки, литературы, материальной и бытовой культуры различных народов мира» [Алексеева 2006: 8]. В наше время переводческая деятельность во всех своих разновидностях приобрела невиданный ранее размах благодаря возрастающей интенсивности международных контактов, что дает нам основание назвать XXI столетии «веком перевода» [Федоров 2002: 15]. Переводятся различные типы текстов, которые могут отличаться как и языковой уникальностью, так и универсальным характером. Например, характерной особенностью научных текстов является обширное использование терминологической лексики, тогда как лексический фон остальной лексики- нейтрален, преобладают безличные, неопределенно-личные предложения, сложные слова, настоящее время глагола. Музыковедческий, т.е. посвященный теории и истории музыки, музыкальному творчеству, текст отличается некоторой архаичностью, производит впечатление возвышенного, т.к. изобилует «устаревшими словами, архаичными инверсиями, эмоционально-оттеночными словами( “великолепный”, “виртуозный”, “превосходный”)» [Алексеева 2006: 276-277]. Ведущим признаком газетно-журнального текста, основная цель которого- сообщить новые сведения, является «клишированность средств языкового выражения ( “демографический взрыв”, “мрачные прогнозы”, “кризис доверия”), обилие модных слов, часто иностранного происхождения (“маргинальный”, “офис”, “маркетинг”, “пиар”)» [Алексеева 2006: 284]. Наконец, переходя к теме перевода текстов юридического характера и документации физических и юридических лиц, можно сказать, что характерной чертой данного вида текстов является «преобладание канцелярского стиля» [Алексеева 2006: 282]- обилие канцелярских клише, некоторая консервативность лексики, сложный, громоздкий синтаксис, большое количество модальных слов с предписывающей семантикой (“имеет право”, “обязан соблюдать”), преобладание глагольных форм настоящего времени. «Задача подобных текстов- сообщить реципиенту объективную достоверную информацию и (иногда) предписать некие действия» [Алексеева 2006: 282]. Тексты документов, как правило, переводятся по готовой модели, поскольку при переводе преобладают однозначные эквиваленты и трансформации.

Правовая лингвистика

Особенности взаимосвязи языка и права с давних пор интересуют языковедов и правоведов. Диалог этих научных сфер, начавшийся в Германии ещё в начале 19 века, с того момента всё более расширялся, подпитываясь новыми общественно значимыми темами. Например, в 70-х годах 20 века укреплению сотрудничества правоведения и лингвистики значительно способствовало «требование общества создать понятный гражданам язык ведомственных учреждений » [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ] в 80-х и 90-х годах обсуждение новых формулировок законодательства, обеспечивающих равноправие мужчин и женщин, проходило при участии лингвистов. «В последние годы одним из важнейших факторов в развитии этого диалога является процесс правовой гармонизации в Европейском Союзе» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ], а также развитие торговли и новых средств коммуникаций, вследствие чего, в частности, растёт внимание к вопросам межъязыковой коммуникации в сфере права.

О понятии “правовая лингвистика”.

Вопросами языка и права занимается раздел науки, называемый в научной литературе “legallinguistics” (“правовая лингвистика”). Немецкий ученый-лингвист Адальберт Подлех “правовой лингвистикой” называл «совокупность всех методов и результатов исследований, которые касаются вопросов связи языка и правовых норм, и отвечают требованиям современной лингвистики». Современное понимание правовой лингвистики значительно расширилось, так как «изменились требования современной лингвистики, прошедшей за эти годы долгий путь развития» [Томсон 2004: 23]. В связи с этим изменилось соотношение правоведения и языковедения в изучении языковых вопросов в правовой сфере и значительно возросла роль лингвистических исследований в этой области. «Гейдельбергская научно-исследовательская группа по вопросам правовой лингвистики определяет эту область исследований как «научно-теоретическую и повседневно-практическую сферу соприкосновения методического восприятия языка в юриспруденции (...) и лингвистического анализа языка в значении практической семантики» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ].

Сферы соприкосновения языка и права.

Опираясь на классификацию научно-исследовательской группы по изучению языка права Берлинско-Бранденбургской академии наук, можно выделить следующие важнейшие области исследования сферы языка и права в науке:

1. Коммуникация в суде - языковое поведение сторон перед судом. Это широкое направление исследований включает, в частности, вопросы риторики, стилистики, лингвистики текста, а также различные чисто языковые аспекты, например, социальные и диалектные различия в языковом поведении участников коммуникации;

2. Юридическая аргументация - способы и возможности выражения юридических аргументов «средствами естественного языка с учётом его многозначности, вариантности и неопределённости» [Томсон 2004: 32]. Юридическая логика рассматривается тем самым через призму возможностей и свойств языка;

3. Судебная лингвистика - изучение и разработка в правовой практике технических приёмов расследования при помощи лингвистики и проч.;

4. Языковые нормы в праве – «правовые предписания в отношении речи в суде, требования к юридическим переводам, вопросы языковых обозначений, например, в сфере права на имя, права торговых знаков и т.д.» [Томсон 2004: 33];

5. Правовая сила языковых действий - действительность законов и правовых норм, «виды их языковой маркированности» [Томсон 2004: 34], а также частные случаи языковых действий, например, «критерии инвективности» [Томсон 2004: 34] и т.д.;

6. Критерии трактовки текстов – «взаимодействие собственно языковых закономерностей и внеязыковых критериев» [Томсон 2004: 35], позволяющих уточнить значение текста, таких как правовая культура, коммуникативная ситуация, объём знаний участников коммуникации и т.д.;

7. Языковые требования к юридическим формулировкам, в частности, в связи с требованием понятности и однозначности. «Систематическая разработка языковых критериев соотношения языковой формы юридического текста и его понятности и однозначности» [Томсон 2004: 34].

Язык права как предмет изучения правовой лингвистики.

Вопросы о том, является ли язык права особым языком и является ли этот специальный язык внутренне единым, составляют одну из традиционных областей исследований правовой лингвистики.

«Так как язык права является не только семиотической системой, но и неотделимой частью правовой системы с её традициями, особенностями логики и функциями, то особенности этого языка естественным образом вытекают из особенностей самого права» [Гамзатов 2004: 48], среди которых в первую очередь приводятся следующие:

- Высокая степень абстракции юридических понятий.

В отличие от специальных областей, как например, техники или естествознания, где термины обозначают конкретные предметы и могут быть изображены по крайней мере графически, что позволяет достаточно легко определить содержание понятия и соотнести понятие с его языковым обозначением, «язык права выражает абстрактные понятия и связи между ними» [Гамзатов 2004: 51] . Отсюда вытекает вторая особенность языка права:

- Тесная связь языка и права.

«Правовые понятия и нормы могут быть выражены только посредством языка» [Томсон 2004: 35] . Язык является единственным "рабочим инструментом" юриста, инструментом, который должен быть хорошо приспособлен для работы с “рабочим материалом”, то есть с системой правовых отношений, чтобы обеспечить её функционирование. Таким образом, «язык права должен быть, с одной стороны, единым, чтобы обеспечить единство внутри правовой системы» [Гамзатов 2004: 54]. С другой стороны, он должен быть применим для различных целей, то есть в различных сферах юридической деятельности.

Существуют различные мнения о том, насколько язык права можно считать единым. В пользу этого предположения свидетельствует тот факт, что юристы, то есть основные носители этого языка, получают одинаковое образование на основе единого языка. Кроме того, «во всех областях права язык правовой практики опирается на единый язык закона» [Гамзатов 2004: 54] . Аргументом против этого утверждения могут служить различные критерии, по которым язык права можно структурировать. Это и различия между правовыми институтами, в которых средством коммуникации является язык права, и различные уровни знаний и компетентности участников этой коммуникации (при этом не следует упускать из виду, что граница между объёмом юридических знаний юриста и неюриста может быть размыта), и множество способов коммуникации (например, устная или письменная) и другие аспекты. «Многие работы последних лет опирались на предложенную В. Отто классификацию “слоёв” юридического языка» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm], то есть его внутренней структуры:

1. Язык законов: общие, абстрактные правовые нормы, предназначенные законодателем как для специалистов, так и для неюристов;

2. Язык судебных решений;

3. Язык юридической науки и экспертиз: комментарии и обсуждение специальных вопросов специалистами для специалистов;

4. Язык ведомственного письменного общения: формуляры, памятки, повестки и т.д.;

5. Административный жаргон: неофициальное обсуждение специальных и полуспециальных вопросов специалистами.

Эти “языковые слои” отличаются друг от друга мерой необходимости точного, подробного и краткого выражения понятий в языке.

«Попытки структурировать юридический язык часто предпринимаются в языковедении и терминоведении, так как вопрос о структуре языка тесно связан с его функциями, а соответственно, с задачами и целями его исследования» [Томсон 2004: 46]. Поэтому существует множество точек зрения и критериев рассмотрения вопроса внутренней структуры языка права.

Среди особенностей юридического языка, наиболее часто подвергающихся критике со стороны лингвистов, многие исследователи приводят следующие:

- употребление юридических терминов, совпадающих со словами естественного языка (например, «терминологизированных слов» [Гамзатов 2004: 67] : possession (владение, обладание), item (вещь, объект));

- употребление «неопределённых выражений» [Гамзатов 2004: 67] (publicinterest (интересы общественности);

- употребление архаизмов;

- « “компактный стиль” (сложные номинальные группы, пассивные конструкции, запутанные синтаксические конструкции и "непросматриваемые" сложноподчинённые предложения и др.)» [www.rs-сenter.ru/doс_perevod].

В этой связи следует обратить внимание на то, что причины возникновения проблем понимания между юристами и неюристами в правовой и административной области заключаются не в лексике и языковых структурах, а скорее в абстрактности специальных юридических понятийных взаимосвязей.

Глава 2. Общие вопросы перевода юридических текстов

«Актуальность вопросов контрастивного анализа языков в правовой сфере, а также методологии и техники перевода юридических текстов обусловлена значительными изменениями, произошедшими в сфере политических и экономических международных отношений в последние десятилетия, в первую очередь в государствах-членах ЕС. По этой причине эта тема всё чаще привлекает внимание исследователей» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm]. Мне хотелось бы обрисовать диапазон обсуждаемых в этой связи вопросов: в чём заключаются особенности перевода юридических текстов, кто и с какой целью переводит тексты, какое качество перевода необходимо и др. Ответы на эти вопросы предлагает П. Бертелоот:

- В чём заключаются труднссти и какова специфика перевода текстов различных правовых областей?

Трудности перевода возникают чаще, если «переводимый текст относится к сфере, в которой национальные и региональные особенности правовой системы ярче выражены (например, процессуальное право, семейное право, административное устройство)» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm].

Наоборот, тексты из правовых областей, основанных на международном обмене и сотрудничестве, легче поддаются переводу (например, торговое право, банковское право, сфера защиты прав потребителей). Последнее можно сказать и о некоторых областях права, одинаково развивающихся и формирующихся в государствах, находящихся на приблизительно одинаковом уровне общественно-экономического развития (например, право окружающей среды).

- С какой целью переводятся тексты?

«В то время как в сравнительном правоведении тексты переводятся по большей части в познавательных целях, в других сферах переводы непосредственно влияют на осуществление правосудия и обеспечение правопорядка» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm]. Так, на межгосударственном уровне переводы нужны в основном для осуществления права, а в международном праве переводы необходимы для проведения международных соглашений.

- Какие тексты переводятся?

Переводимые тексты принадлежат к самым различным типам, при переводе которых следует учитывать, что «каждая категория текстов (в первую очередь это касается законов и судебных решений) отличается свойственным ей стилем и языковыми особенностями, которые должны быть по возможности сохранены в тексте перевода» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm].

- Каковы языки перевода и в чём заключаются особенности перевода с различных языков?

Если языки и правовые системы родственны, то перевод осуществлять легче, однако языковое родство не облегчит переводчику его задачи, если правовые системы сильно отличаются друг от друга. Для сохранения правового содержания юридические тексты следует всегда переводить с оригинального языка и избегать перевода с переведённого текста (такие случаи часто встречаются, например, с переводами с “общего” языка, например, с английского, отчётов о положении в определённой правовой сфере в различных государствах).

- Кто переводит?

Так как перевод юридических текстов требует глубоких специальных знаний, то юридические тексты часто переводятся юристами, а не профессиональными переводчиками. «Эта практика утвердилась, в частности, в администрации ЕС, где юристы проверяют тексты, созданные переводчиками, а в Суде ЕС в качестве переводчиков работают только юристы » [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ].

- Какие вспомогательные средства используются при переводе?

Традиционные вспомогательные средства переводчика - одноязычные и двуязычные словари и справочники - для юридических переводов зачастую недостаточны. Поэтому переводчики пользуются и научной литературой. «Многие исследователи обращают внимание на отсутствие хорошей справочной литературы, которая содержала бы объёмную информацию о юридических понятиях и сферах их употребления» [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ]. Однако, вместе с тем, большинство исследователей признают, что создание таких справочников является крайне трудоёмким процессом.

- Насколько качественным должен быть юридический перевод?

«Качество перевода заключается в его точности, понятности и хорошем стиле » [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ]. Однако все эти качества часто исключают друг друга. Значение характеристик понятности, точности и стиля перевода различно в зависимости от типа юридического текста, его функции и адресата. Так например, при переводе юридических дискуссий, предназначенных для ознакомления с определёнными правовыми вопросами широкого круга читателей, понятность и стиль могут оказаться важнее точности передачи информации. А в переводе приговора, который должен быть приведён в исполнение в другой стране, точность является важнейшим требованием.

- Какова юридическая сила текста перевода?

В международных соглашениях тексты на всех официальных языках, в отличие от неофициальных языков, имеют одинаковую юридическую силу. В странах с несколькими государственными языками тексты законов, существующие согласно конституции на всех этих государственных языках, имеют равную юридическую силу. То же касается и права ЕС. Однако толкование законов и других юридических актов ЕС требует обязательного сравнения их текстов на разных официальных языках. «Таким образом, наличие нескольких официальных языков связано с повышенным риском нарушения правовой безопасности » [www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm ].

Виды юридического перевода.

Юридический перевод, т.е. «перевод текстов, относящихся к области права и используемых для обмена юридической информацией между людьми, говорящими на разных языках» [www.wikipedia.org/wiki/Юридический_перевод], включает в себя:

Перевод личной документации

· перевод паспорта, перевод трудовой книжки, перевод свидетельства о заключении брака

· перевод свидетельства о расторжении брака

· перевод свидетельства о рождении

· перевод свидетельства о смерти

· перевод брачного договора

· перевод согласия на выезд несовершенолетнего ребенка и т.д

Перевод деловой документации:

· перевод договора купли-продажи

· перевод договора страхования

· перевод страхового полиса

· перевод договора аренды

· лизинга

· перевод трудового договора

· перевод кредитного договора и соглашения

· перевод международных соглашений и контрактов

· перевод финансового поручения и гарантии

· перевод бухгалтерской и финансовой отчетности

· перевод сертификатов и свидетельств

· перевод лицензии

· перевод доверенности

· перевод печати

· перевод технической документации и т.д.

Legalese, или юридический язык изложения.

Юридический перевод не зря считается одним из наиболее сложных видов перевода. Во многом это обусловлено тем, что при переводе юридических текстов как с русского языка на иностранный, так и наоборот обычных навыков переводчика недостаточно. «Юридический перевод не может быть осуществлен корректно без использования специальных познаний в соответствующей области права, без знания специфики конкретного вида правоотношений» [Федотова 2000: 12]. Необходимо ориентироваться в действующем законодательстве, а также владеть специальной лексикой и знать об особенностях использования иностранной юридической терминологии в конкретном контексте. Юридической перевод всегда сопряжен с определенными трудностями – в частности, невозможно перевести нормативный акт, договор и иные документы, не разбираясь в тонкостях использования английской юридической терминологии.

И здесь зачастую специалисты сталкиваются с legalese – «особым стилем, специфическими формулировками и конструкциями, на основе которых построено большое количество документов» [Власенко 2006: 132].

Legalese - английский термин, который обычно используется как синоним к понятию юридического стиля изложения. «Это особый юридический язык, особенная манера построения фраз и предложений, которая для лиц, несведущих в тонкостях английской юридической терминологии, зачастую кажется лишенной смысла» [Власенко 2006: 132].

Юридическая манера изложения считается особенно формальной. Этот формализм проявляется в длинных многосложных предложениях, громоздких оборотах и специфической терминологии.

Legalese чаще всего используется при составлении нормативных правовых актов и судебных решений, однако иногда этот формализм можно встретить и в повседневном общении юристов.

Стоит отметить, что «сегодня все более популярным становится the Plain English movement – тенденция к использованию обычного, повседневного английского языка вместо legalese» [Власенко 2006: 142]. Тем не менее, английские юристы признают, что невозможно полностью отказаться от использования legalese в юридической теории и практике.

Почему же, несмотря на свою громоздкость и трудность для понимания, legalese до сих пор пользуется популярностью среди английских юристов?

В защиту традиционного юридического стиля приводятся следующие аргументы.

«Выработанная веками терминология практически полностью исключает возможность неправильного толкования документов» [Гамзатов 2004: 67]. Legalese – более точный и менее двусмысленный, чем общепринятый английский. Тем не менее, «зачастую тексты, написанные в стиле legalese, содержат настолько громоздкие и витиеватые конструкции, что они становятся еще более двусмысленными, нежели написанные общедоступным языком» [Власенко 2006: 153].

Другим аргументом в пользу legalese является то, что необходимость предусмотреть все возможные ситуации в данном случае важнее сжатости формулировок и краткости изложения. «Использование громоздких юридических конструкций обусловливается необходимостью точно определять юридические явления» [Власенко 2006: 154]. Юридическая терминология должна быть четкой, а формулировки не должны содержать неясности или двусмысленности. В противном случае «образуются так называемы « “legalloopholes” – лазейки, пробелы в законодательстве» [www.urperevod.ru/other] .

Более того, до сих пор существует огромное количество документов и прецедентов, которые были составлены в стиле legalese и которые до сих пор являются источником английского права.

Переписывание, адаптирование документов – очень непростое и долговременное занятие. А если при этом приходится изменять стиль изложения, то этот процесс может затянуться в два-три раза. При этом зачастую «сложно сохранить и абсолютно точно передать вложенное в конкретную фразу или слово смысловое значение без обращения к помощи legalese» [Власенко 2006: 157].

Английскому legalese присущи следующие черты:

- использование слов и выражений, которые «не несут никакой смысловой нагрузки в обычном, повседневном понимании» [Власенко 2006: 163]. Тем не менее, в legalese они имеют конкретное значение, например:

nemo dat (nemo dat quod not habet) - принцип, согласно которому никто не может передать или продать то, правами собственности на что он не располагает;

replevin - иск о возвращении владения движимой вещью, виндикационный иск;

- использование слов и выражений, которые помимо обычного, повседневного смысла имеют еще и особенное юридическое значение, в частности:

nuisanсe (tort of nuisanсe) – деликт, основанный на нарушенном праве лица спокойно владеть собственностью;

сonsideration (valuable сonsideration) - встречное удовлетворение; один из необходимых элементов договора для того, чтобы тот мог быть принудительно осуществлен в судебном порядке;

- использование формальной лексики, которая считается устаревшей и очень редко употребляется в повседневном общении:

hereinafter – далее по тексту, в дальнейшем;

aforesaid – ранее упомянутый.

- построение очень длинных предложений, «содержащих большое количество оборотов, дополняющих либо характеризующих первоначальное утверждение» [Власенко 2006: 165]:

«For the authority of these maxims rests entirely upon general reception and usage; and the only method of proving, that this or that maxim is a rule of the common law, is by showing that it hath been always the custom to observe it» [Simpson 1973: 78].

- частотность употребления таких модальных глаголов, как shall, will:

«[…] the generality of subsection above shall not be taken to be prejudiced by any enactment […]" или "[…] he shall be removed from office as a justice of the peace in accordance with section 6 of this Act […]»[Hiltunen1990: 94].

- обилиепассивныхконструкций:

«It may be true that such parts of the common law […] are based upon , or (are) consistent with , ideas and values […]» [Simpson 1973: 80].

Глава 3.Особенности перевода юридических текстов

Как известно, специализированные переводы являются самыми трудными и обладают определенными особенностями. Многие ошибочно полагают, что для успешного перевода достаточно в совершенстве знать терминологию той или иной тематики. Но в действительности оказывается, что этого мало. Например, переводчик, осведомленный в юридической терминологии, с легкостью переведет такие сочетания, как therapy , pea с e officer , profiling , police discreteness , health screening , которые в юридическом тексте имеют значения перевоспитание, офицер полиции, психологическое тестирование заключенных, полномочия полиции, медицинское обследование.

Однако не всегда легко найти эквивалент какому-либо фиксированному сочетанию или встретившемуся термину. «Главным образом, проблемы у переводчика текста юридической направленности возникают из-за того, что в языке перевода отсутствуют словесные конструкции, которые достаточно точно могли бы описать термины исходного языка» [Алимов 2005: 27]. Кроме того, «зависимость текста от культурных особенностей и менталитета народа, а также от его сложившейся правовой системы, может привести к тому, что смысл текста в исходном языке не будет соответствовать смыслу в языке перевода даже при абсолютно дословной интерпретации» [Алимов 2005: 29]. Поэтому переводчику приходится обогащать свои знания путем изучения возможных лексических эквивалентов слов и целых фраз.

Рассмотримпереводтакихсловосочетаний, какlimited divorce, indeterminate sentence, Department of the Interior, Index crimes, Crime index, sensibility training, verbal judo. Во всех этих случаях, словосочетания обозначают реалии, не существующие в практике русской судебно-правовой системы и потому требующие компенсировать объективную неточность перевода культурологическим комментарием. Так, limited divorce - это раздельное проживание супругов по решению суда , indeterminate sentence - это приговор суда с неопределенным сроком тюремного заключения , когда реальный срок пребывания в тюрьме определяется тюремной администрацией или специальной комиссией, принимающими во внимание поведение заключенного, состояние его здоровья и другие обстоятельства.

Department of the Interior , переводимое как Департамент (Министерство) внутренних дел , обязательно «предполагает уточнение, что в США и России - это федеральные органы, наделенные разными полномочиями: в США Департамент внутренних дел отвечает за состояние дорог, охрану окружающей среды, соблюдение экологических законов и потому не является силовым правоохранительным ведомством» [Алимов 2005: 32].

Crime Index - это список из 8 наиболее тяжких преступлений, среди которых 4 типа преступлений против личности (murder , sexual assault , robbery , aggravated assault ) и 4 - против собственности (burglary , larceny , car theft , arson ). Соответственно, Index с rimes - это перечисленные выше типы преступлений. Данный пример интересен тем, что «наглядно демонстрирует несовпадение некоторых норм уголовного правосудия в США и России» [Алимов 2005: 36]. Так, при переводе юридических текстов у специалистов возникает недоумение, почему такие тяжкие с точки зрения российского законодательства преступления, как kidnapping of children (похищение детей), all drug offenses (все преступления, связанные с незаконным оборотом наркотиков), unlawful use of weapons (незаконное применение оружия), не входят в число так называемых “индексных” (то есть, наиболее тяжких) преступлений.

Понимание и, следовательно, представление эквивалентного перевода таких словосочетаний, как sensibility training или verbal judo требуют от переводчика «не просто лингвистической компетенции, но и проникновения в сферу профессиональной культуры полиции» [Федотова 2000: 47]. Это, на мой взгляд, наиболее трудные случаи для переводчика общей подготовки, не специализирующегося на переводе какого-то определенного вида текстов, поскольку собственно лингвистический контекст не помогает найти эквивалентный перевод. Так, sensibility training - это курс обучения общению полицейского с различными группами людей в кризисных ситуациях (ведение переговоров с террористами; опрос потерпевших, находящихся в состоянии психологической травмы, и т.д.). Verbal Judo , часто переводимое как словесное дзюдо , требует уточнения, типа “методика применения определенных языковых средств с целью достижения полицейским результатов в общении с людьми”.

Безусловный интерес представляют терминологические словосочетания, которые обозначают реалии, «несвойственные русскоязычной юридической практике, но представляющие определенный интерес для специалистов и потому активно дискутируемые в профессиональной среде юристов» [Алимов 2005: 41]. Примером таких словосочетаний являются plea / charge bargaining , plea bargain , которые переводятся на русский язык как судебный торг . Однако такой перевод требует переводческого комментария, который «должен пояснить, что это своего рода досудебный процесс переговоров между судьей, адвокатами обвиняемого и потерпевшего» [Алимов 2005: 43] о том, что в случае признания своей вины в совершении преступления обвиняемый может рассчитывать на более мягкий приговор суда или вообще избежать судебного преследования. Практика судебного торга широко распространена в американском правосудии, она имеет как своих сторонников, так и ярых противников. «В последние годы она явно заинтересовала российских юристов как способ уменьшить нагрузку на суды и судей» [Алимов 2005: 43]. Часто при переводе этого словосочетания переводчики дают неполный, на мой взгляд, вариант - мировое соглашение , что существенно сужает суть американской правовой реалии.

На примере юридического перевода можно совершенно точно утверждать, что необходимо ещё и досконально разбираться в культурных особенностях носителей исходного языка, в специфических конструкциях, присущих только им.

Еще одна трудность юридических переводов, как и других специализированных, заключается в необходимости иметь глубокие познания в исследуемой области и разбираться в деталях, дабы «выстроить предложения в логически связанный текст без противоречий и недопонимания» [Гамзатов 2004: 78]. Данная область требует также и особой точности в формулировках, нельзя какую-то фразу переводить “приблизительно по смыслу”. Даже мелкие ошибки и неточности в переводе текста могут привести к неправильному толкованию его смысла и, как следствие, «побудить к каким-либо неправильным действиям» [Гамзатов 2004: 79], например, к предъявлению судебного иска. Безусловно, необходимо также учитывать и разницу в законодательствах стран. Однако все это мы рассмотрим более подробно в следующей главе.

Юридические переводы выполняют преимущественно профессионалы, имеющие образование в области юридического права. «Тексты исходного и целевого языков рассматриваются в абсолютно разных правовых системах, следовательно, в них должны использоваться разные формулировки, характерные для каждого из языков» [Федотова 2000: 46]. Однако при этом эти формулировки должны быть понятны обеим сторонам и нести в себе одинаковый смысл. В результате «переводчику необходимо разбираться не только в юридическом праве своей страны, но и страны – носительницы исходного языка» [Федотова 2006: 47].

Все эти факторы в совокупности определяют особенности юридического перевода и доказывают, что юридическая область требует от переводчиков особой точности, глубоких знаний и является для них одной из самых сложных. И именно это объясняет относительно высокую стоимость таких переводов среди других, в том числе и узкоспециализированных.

Лингвокультурные факторы перевода юридического текста .

В последнее время чрезвычайно актуальными стали исследования языка в плане его взаимодействия с культурой. «Развитие лингвокультурологического направления обусловливается стремлением к осмыслению феномена культуры как специфической формы существования человека и общества в мире» [Швейцер 1994: 14]. Именно перевод является посредником в процессе постижения и понимания разных культур, в осуществлении контактов и общении между ними. «Рассмотрение факторов перевода любого текста в условиях межкультурной коммуникации строится с учетом основных особенностей языковой культуры, типа и механизма социального кодирования родного (русского) и иностранного (английского) языков» [Швейцер 1994: 21] . Такой подход позволяет выявить новую точку зрения на решения практических задач, связанных с проблемами перевода в частности юридического текста. Главенствующую роль в этой связи играет не только обладание социальными знаниями правовых норм, юридической терминологии, судебно-процессуальных систем, но и личностные качества переводчика, так как перевод любого текста предполагает взаимодействие суверенных национальных языков, и, соответственно, культурных концептов. «Для достижения адекватного перевода необходимо владеть спецификой образов и связанных с ними программ деятельности тех типов культур, между которыми ведется коммуникация» [Швейцер 1994: 24]. .

Исследовательским путем доказано, что те или иные фрагменты действительности, связи и отношения находят отражение в языке как общественном явлении. Примером этого может служить судебная речь, которая является различающим фактором между национальными культурами. Так, в США судебно-юридическая тематика является основной составной частью массовой культуры этой страны.

Американский гражданин на подсознательном уровне верит в ‘справедливость и стабильность’ своей правоохранительной системы. Нам же, для достижения максимально приближенного и адекватного восприятия чужой лингвокультурной общности, необходимо стать участником коммуникативного процесса, посредством текстов-переводов соответствующей юридической (правовой) тематики. Именно перевод является одной из форм взаимодействия культур, он дает известное представление о чужой культуре.

По мнению чешских лингвистов В. Матезиуса и В. Прохазки, перевод – это не только замена языка, но и функциональная замена элементов культуры. Такая замена не может быть полной, поскольку требование «перевод должен читаться как оригинал» [Швейцер 1994: 183] едва ли выполнимо, так как оно подразумевает полную адаптацию текста к нормам другой культуры.

Само понятие взаимодействия культур подразумевает наличие общих/частных элементов, и несовпадений/совпадений, которое позволяет отличить одну лингвокультурную общность от другой. «Любой переводчик, работая с юридическим текстом, должен учитывать требования узуса – языковые привычки носителей языка перевода, не нарушая привычное восприятие правового документа» [Федотова 2000: 58]. Расхождения лингво-этнического характера между носителями иностранного языка и языка перевода «могут носить как культурно-исторический, так и актуально- событийный характер» [Швейцер 1994: 41].

Наиболее полное общение между разноязычными коммуникантами осуществляется путем создания на языке перевода текста, коммуникативно равноценного иноязычному оригиналу, то есть, путем его перевода. Во время перевода юридического текста достижение адекватности возможно лишь, когда сам переводчик владеет “юридической грамотностью”, причем как на иностранном, так и на родном языке. Знание основ законодательства и особенно соответствующей правовой терминологии должны быть on the tip of his tongue .

Проиллюстрируем сказанное на примере «юридического дискурса» [Кашкин 2000: 59], который представляет собой все многообразие судебно-процессуальной системы государства. Разные страны имеют свои различные юридические системы. Язык каждой нации содержит собственные юридические термины. К примеру, английский язык ‘обслуживает’ юридические системы США, Великобритании, а немецкий язык – ФРГ, Швейцарии, Австрии. Лингвистическая эквивалентность юридических понятий часто не достижима. На сегодняшний день для европейцев унифицирована «Хартия о правах человека», а для государств-членов Европейского сообщества – документы, положения и решения этой международной организации. Вследствие чего в языках существует ряд приблизительных эквивалентов. Например:

Article 3

Everyone has the right to life, liberty and security of person.

Каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность.

Article 17

Everyone has the right to own property alone as well as in association with other.

No one shall be arbitrarily deprived of his property.

Каждый имеет право как на единоличное владение собственностью, так и в компании с другими.

Никто не может быть дискреционно лишен его собственности.

Article 24

Everyone has the right to rest and leisure, including reasonable limitation of working hours and periodic holidays with pay.

Каждый имеет право на отдых и досуг, включая разумное ограничение рабочего времени и оплачиваемый периодический отпуск.

Юридический язык- это, можно сказать, “государственный язык”. Данное правило является очень важным, его нельзя нарушать. Самая большая проблема в этом случае – невозможность в некоторых случаях найти точный, адекватный перевод с одного языка на другой. Это затрудняет работу переводчика, создает определенные препятствия в использовании иноязычного юридического документа.

«Различные виды парапереводческой деятельности в неодинаковой степени сохраняют близость к переводу» [Латышев 2001:13] и, соответственно, воспроизводят оригинал с большей или меньшей полнотой. Так как достижение идеального перевода является не совсем возможным, то переводчику приходится идти на разного рода компромиссы.

«Степень же реального приближения двуязычной коммуникации с переводом к коммуникации одноязычной, естественно, зависит от мастерства переводчика, но также и от ряда объективных обстоятельств. К таковым, в последнюю очередь, относятся свойства переводимого текста и способ выполнения перевода» [Латышев 2001: 17]. Например, юридический документ является особым переводом, где язык должен обеспечивать реализацию общественного предназначения и соответствия правовому узусу.

Как уже упоминалось, юридический документ, иной письменный носитель переводной юридической информации, имеет текстовые особенности, своеобразное языковое выражение. Текст большинства документов имеет ровный и спокойный стиль, не вызывающий дополнительных ассоциаций и не отвлекающий от сути документа. Нейтральное изложение юридических норм повышает эффективность правового регулирования.

«Качество юридического перевода определенным образом влияет на эффективность правоприменения, степень регламентации конкретных отношений» [Гамзатов 2004: 96].

По мнению Л.К.Латышева нередко требуются поправки на норму и узус и преинформационный запас носителей языка перевода. Тогда переводчик прибегает к трансформациям. При выполнении перевода правовых документов особое внимание должно уделяться лексической безэквивалентности, так как во всех языках существуют слова и устойчивые словосочетания иностранного языка, не имеющие более или менее полных соответствий в виде лексических единиц. Переводчику очень полезно иметь представление о такого рода явлениях.

Например, большинству русскоязычных не известны такие явления, как primaries – предварительные выборы, определяющие кандидатов в президенты от двух политических партий в США:

Before voting every citizen must register in accordance with the laws of his state. Thisgiveshimtherightofparticipatinginprimaries .

Перед голосованием каждый гражданин должен зарегистрироваться в соответствии с законами своего штата. Это дает ему право принять участие в предварительных выборах .

Venire – категория лиц, могущих исполнять функции присяжных:

The juries are selected from a larger panel of citizens, commonly known as the venire .

Судебные присяжные выбираются из более широкого круга граждан, обычно известного как категория лиц, могущих исполнять функции присяжных .

Vior dire – допрос присяжных для выявления их возможной предубежденности:

The prospective jurors are generally subject to further interrogation about their possible biases. Thisexaminationisknownasvior dire .

Предполагаемые присяжные обычно подвергаются дальнейшему допросу на предмет их возможной предубежденности. Эта процедура носит название vior dire .

Solicitor поверенный, солиситор (ведет дела клиентов, подготавливает дела для адвокатов):

A solicitor , acting under a general retainer, has an implied authority to accept service of process for his client…

Солиситор , действующий на основании общего договора с адвокатом, имеет подразумеваемое полномочие брать на себя обслуживание клиента в ходе судебного разбирательства…

Здесь следует также рассмотреть перевод терминологических словосочетаний-фразеологизмов, содержащих явно выраженный культурологический компонент значения. «Для создания эквивалентного перевода переводчик просто должен знать эти единицы, поскольку значение таких словосочетаний полностью переосмыслено и потому не мотивированно» [Алимов 2005: 49]. Так, Miranda rule / warning , переводимое как право человека не давать показания в отсутствие адвоката, широко используется в юридических текстах. Для большинства американцев это словосочетание воспринимается как единое целое, и уже вряд ли многие помнят о судебном прецеденте 1966 г., когда Верховный суд штата Аризона признал недействительными признания обвиняемого по имени Миранда, полученными от него полицейскими в отсутствие адвоката. С тех пор в практике американского правосудия “правило Миранды” действует повсеместно и не ассоциируется с конкретным судебным процессом.

Интересными для перевода представляются фразеоматические выражения, не зафиксированные в современных английских словарях, - three strikes law , three strikes justice , three strikes offender . Их русские переводы законы трех ударов, правосудие трех ударов, правонарушитель, осужденный по закону трех ударов, являются буквальными и требуют от переводчика «культурологического комментария» [Алимов 2005: 46]. Эти словосочетания являются метафорически переосмысленными единицами и соотносятся с правилами игры в бейсбол, согласно которым, игрок, получающий три штрафных удара, выбывает из игры («Threestrikes - andyouareout»). По американскому законодательству, разработанному и принятому в ряде штатов в конце 80-х годов XX века и действующему до сих пор, человек, имеющий две предыдущих судимости и нарушающий закон в третий раз, получает чрезвычайно строгое наказание, вплоть до смертной казни или пожизненного заключения, как правило, несоразмерное тяжести правонарушения.

Проанализируем перевод словосочетаний достаточно большой протяженности, которые в силу частого употребления функционируют в усеченном виде, причем грамматически и семантически ключевое слово настолько предсказуемо, что оно опускается как в письменном, так и устном профессиональном тексте. «Русский перевод, однако, требует восстановления опущенного и подразумеваемого слова» [Алимов 2005:57]. Например, Rules of evidence - правила сбора, хранения и представления вещественных доказательств ; Drug Institute - институт по борьбе с незаконным оборотом наркотиков ; Financial Fraud institute - институт по борьбе с финансово-экономическими преступлениями ; driving under the influence ( DUI ) - вождение автотранспортного средства в состоянии алкогольного опьянения и т.д.

Следует отметить, что переводчик может столкнуться и с обратной ситуацией, когда английская фраза содержит слова, которые принято не переводить на русский язык. Например, the United Nations High Commission for Human Rights - комиссия ООН п o правам человека .

Необходимо также упомянуть случай перевода сокращений, принятых и широко используемых в данной профессиональной среде. Как и в любом узкопрофессиональном общении, подобные единицы употребляются не только в письменных, но и устных текстах. Например, DUI / DWI - Driving under the influence / driving while intoxicated (вождение автомобиля в нетрезвом состоянии ); ROR - release on recognizance (освобождение с подпиской о невыезде ), GBMI - guilty but mentally ill (виновный, но требующий принудительного психиатрического лечения в период отбывания срока исполнения наказания ).

Некоторые трудности представляет перевод словосочетаний, имеющий различный смысл в британском и американском вариантах английского языка. «Такие случаи не столь многочисленны в юридических текстах, однако некорректный перевод зачастую существенно искажает смысл оригинального текста» [Алимов 2005: 69]. Так, и в британском, и в американском вариантах есть словосочетания Attorney General , однако при их переводе следует учитывать, какой вариант английского языка используется в конкретном случае. В США должности Генерального прокурора и Министра юстиции совмещаются одним лицом, в то время как в Великобритании эти должности занимают разные чиновники. Аналогично обстоит дело и с переводом словосочетания Solicitor General - заместитель Генерального прокурора / заместитель министра юстиции.

Из данных примеров можно увидеть, что «способы перевода юридических документов могут варьироваться и комбинироваться» [Федотова 2000: 109], в зависимости от присутствия в тексте языка перевода юридической терминологии, строения предложения, наличия союзов и вводных слов, лингвокультурологической особенности иноязычного текста и т.п. Также следует помнить, что существует масса документов, которые предназначены не для юристов, а для людей, которые могут не понять юридическую терминологию и лексику. Таким образом, при переводе теста юридической направленности переводчику следует помнить об этнокультурных различиях правовых систем русскоязычных и англоязычных стран, стараясь сохранить семантико-структурную близость перевода оригиналу.

Дополнительная информация по переводу документации.

Перевод документов необходим «как для процедуры легализации различных видов документов, так и для нотариального заверения».

Перевод документов, как правило, выполняется в письменном виде – в этом случае необходимо постоянное наличие переводимого документа у переводчика в процессе работы. Зачастую, «для перевода договоров и документов специализированной тематики необходима работа по редактированию текстов документа (юридический перевод) и помощь носителя языка для проверки соответствия деловым нормам написания» [www.wikipedia.org/wiki/Юридический_перевод]. При переводе договоров и различных учредительных документов применяется особая форма для скрепления страниц оригинала и перевода.

Особенности перевода договоров и документов перед процедурой легализации заключаются в следующем. Страны назначения в основном принимают к рассмотрению документы, которые переведены на государственный язык этой страны. Но перевод документов может быть произведен как до легализации, так и после нее – следует просто знать, что перевод договоров и документов будет необходим в любом случае. Сам документ можно перевести до легализации и затем легализовать его вместе с обычным или юридическим переводом. Перевести документ можно после легализации или в Российской Федерации или в стране назначения – многое зависит от того, какие требования к переводу документов предъявляет страна назначения.

Пример перевода юридического текста с английского языка на русский:

[ www.rs-center.ru/doc_perevod]

Данный перевод содержит все характеристики, соответствующие юридическому стилю изложения и может считаться адекватным. Под адекватным (точным, правильным) мы имеем в виду наиболее приемлемый вариант перевода. Текст насыщен специфической юридической терминологией (“remedy”, “undertaking”, “legalsuit”) включает в себя слова и выражения, которые помимо обычного, повседневного смысла имеют еще и особенное юридическое значение (“void”, “proceeding”), изобилует пассивными конструкциями и модальными формами с предписывающей семантикой (“shallbegovernedandconstrued”, “ shallbegiveninwriting”), архаизмами (“herein”, “hereto”, “hereunder”). И источник, и реципиент- административные органы, которым документ нужен для подтверждения прав и полномочий соответствующих лиц.

Remedies, Construction, Notices

All remedies, rights, undertakings, obligations and agreements contained herein shall be separable and cumulative but none of them shall be in limitation of any other remedy, right, undertaking or agreement of either party. This agreement shall be governed and construed in accordance with the laws of Germany. Any legal suit, action or proceeding against any party hereto arising out of or relating to this agreement shall be instituted only in the courts of Stuttgart, Germany.

All notices and demands hereunder shall be given in writing.

Положения, Толкование, Уведомления.

Все положения, права, соглашения, обязательства и договоренности содержащиеся в этом договоре могут быть как отделимыми, так и совокупными, но ни одно из них не должно ограничивать любое другое положение, право, соглашение, обязательство или договор любой стороны. Этот договор регулируется и рассматривается в соответствии с законами Германии. Любой юридический иск, действие или возбуждение уголовного дела против любой стороны, возникающие в связи и в отношении этого договора должны подаваться или рассматриваться в суде Штутгарта, Германия. Все уведомления или требования должны быть оформлены в письменном виде.

Partial Invalidity.

If any term, provision, covenant, or condition of this agreement is held by a court of competent jurisdiction to be invalid, void or unenforceable, the rest of the agreement shall remain in full force and effect to the greatest extent permitted by law and shall in no other way be affected, impaired or invalidated.

Частичное отсутствие юридической силы.

Если любое условие, положение, отдельная статья договора или условие будут признаны судом соответствующей юрисдикции юридически недействительными, ничтожными или не могущими служить основанием для иска, остальные пункты договора должны сохранять полную силу и действовать в максимальной степени, разрешенной законом, и не должны затрагиваться другим способом, меняться или лишаться юридической силы.


Заключение

Юридический перевод считается одним из наиболее сложных видов перевода. Во многом это обусловлено тем, что при переводе юридических текстов как с русского языка на иностранный, так и наоборот обычных навыков переводчика недостаточно. Юридический перевод не может быть осуществлен корректно без использования специальных познаний в соответствующей области права, без знания специфики конкретного вида правоотношений. Необходимо ориентироваться в действующем законодательстве, а также владеть специальной лексикой и знать об особенностях использования иностранной юридической терминологии в конкретном контексте.

Как известно, право - одна из тех гуманитарных областей, которая характеризуется наличием значительного количества национально-культурных специфических черт, отражающих выработанные нормы взаимоотношений личности с государством и другими людьми. Юридические тексты в силу своего предназначения должны быть точными и достоверными; они предписывают определенную форму действий и формулируют принципы разрешения спорных ситуаций, вырабатывают правила социального поведения в обществе.

На мой взгляд, юридический перевод является одним из наиболее востребованных видов перевода на данный момент, постоянно растет спрос на услуги переводчиков, специализирующихся именно в этой области. Правовая лингвистика - относительно новая, еще не достаточно развитая наука, поэтому специфика юридического перевода не освещена недостаточно в литературе и требует более глубоко анализа и серьезных исследований. Надеюсь, что моя исследовательская работа явилась определенной лептой в раскрытии данного вопроса.


Библиографический список

1. Федоров А.В. Основы общей теории перевода. М.: Филология три, 2002

2. Алексеева И.С. Введение в переводоведение. М.: Academia, 2006.

3. Латышев Л.К., Семенов А.Л. Перевод: теория, практика и методика преподавания. М.: Academia, 2003.

4. Томсон Г.В. Курс юридического перевода (гражданское и торговое право). — М.: МГИМО, 2004.

5. Simpson, A.W.B. "The Common Law and Legal Theory." Oxford Essays in Jurisprudence. Oxford: Clarendon Press, 1973.

6. Гамзатов М. Г. Техника и специфика юридического перевода: Сб. статей. — СПб., 2004.

7. Власенко С. В. Перевод юридического текста: когнитивные особенности номинации и реалии-профессионализмы в языковой паре английский-русский//Филологические науки в МГИМО. Сборник научных трудов № 21 (37). М.: МГИМО(У), 2005.

8. Алимов В. В. Юридический перевод. Практический курс. Английский язык. — М.:КомКнига , 2005.

9. Федотова И.Г. Юридические понятия и категории в английском языке. Обнинск. 2000.

10. Швейцер А.Д. Перевод в контексте культурной традиции // Литературный язык и культурная традиция. М., 1994.

11. Кашкин В.Б. Введение в теорию коммуникации. Воронеж: Изд-во ВГТУ, 2000.

12. Латышев Л.К. Технология перевода. М., 2001.

13. Мягкова Е.Ю. Эмоционально-чувственный компонент значения слова. Курск, 2000.

14. Чужакин А., Петренко К. Мир Перевода-5. Практическое пособие по устному переводу. М., 2001.

15. Шугрина Е.С. Техника юридического письма. М., 2000/

16. www. wikipedia.org/wiki/Юридический_перевод

17. www.lexis-asu.narod.ru/other-works/42.htm

18. www.rs-center.ru/doс_perevod

19. www.urperevod.ru/other

20.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий