Способы номинации эмоций в языке и речи

Изучение понятия и свойств (экспрессивность, образность, эмоциональность, оценочность) фразеологизма. Рассмотрение лексико-грамматических характеристик (глагольный, адъективный, междометный, именной) и компонент эмотивных фразеологических номинаций.

Способы номинации эмоций в языке и речи

План работы

1. Понятие фразеологизма и особенности фразеологической номинации

2. Лексико-грамматическая характеристика ЭФЕ

3. Компонентный состав ЭФЕ

Список литературы

1. Понятие фразеологизма и особенности фразеологической номинации

Выражение эмоций может осуществляться невербальными средствами, такими как кинесика (жесты, мимика, телодвижения), интонация (совокупность просодических элементов речи: мелодика, ритм, темп, акцентный строй и др.) и вербальными средствами – практически на всех уровнях языка.

Исследования текстов показали, что "существуют различные способы репрезентации эмоциональных концептов: а) с помощью лексических единиц, называющих эмоции и чувства человека (отдельные лексемы) [сюда же включаются фразеологизмы – Н. В.]; б) с помощью слов, описывающих различные проявления эмоций и чувств человека (узкий контекст: словосочетания); в) с помощью языковых единиц, выражающих (объективирующих) эмоции и чувства человека (широкий контекст, в котором используются не только лексические, но и синтаксические средства: предложения) (Ежова 2002, 6).

Помимо этого, в текстах осуществляется описание невербальных средств выражения и переживания эмоций (жестов, мимики, ощущений).

Одним из языковых способов номинации эмоций являются фразеологические единицы.

"Фразеологизм – это воспроизводимый в речи оборот, построенный по образцу сочинительных или подчинительных словосочетаний (непредикативного или предикативного характера), обладающий целостным (или реже – частично целостным значением) и сочетающийся со словом. Фразеологизм возникает тогда, когда, по меньшей мере, два слова (чаще знаменательных), участвующих в его формировании, оказываются семантически преобразованными в такой мере, что полностью или частично утрачивают собственно лексическое значение" (Жуков 1986).

В нашей работе термины фразеологизм, фразеологическая единица, фразеологический оборот будут использоваться как равноправные, в стилистических целях.

В качестве дифференциальных признаков фразеологизма называют устойчивость, идиоматичность, воспроизводимость, семантическая целостность значения, раздельнооформленное строение, возможность структурных вариантов, невозможность дословного перевода на другие языки.

Фразеологизм необходимо отграничивать, с одной стороны, от слова (с которым его объединяет целостность значения и функция члена предложения), с другой стороны, от свободного словосочетания (формально он тоже состоит из слов).

Научная литература по фразеологии чрезвычайно обширна, однако среди ученых до сей поры нет единого мнения по вопросу о сущности фразеологической единицы как языкового явления (см. об этом: Шанский 1996, 20-37).

Руководствуясь "узким" пониманием фразеологии, мы не относим к ее области пословицы, поговорки, крылатые слова, афоризмы; описательные и аналитические обороты речи, сложные союзы и предлоги, составные термины.

За рамками данного исследования остаются также "глагольно-именные словосочетания типа: доводить до бешенства, приходить в исступление, впадать в истерику, вгонять в тоску и т.п. со значением "приводить кого-либо или приходить самому в определенное состояние", смысл которого выражен сочетанием предлога с существительным. Подобные словосочетания в русском языке стоят ближе всего к фразеологизмам. Они находятся как бы на грани перехода во фразеологизмы, что объясняется их конструктивными особенностями и тематическими и лексическими особенностями групп глаголов и имен существительных, образующих такие словосочетания. Все глаголы в них имеют значение, отвлеченное от прямого, главного, основного, – самое периферийное в системе значений данного глагола. Они получают это значение только в сочетании с абстрактными существительными со значением чувства, состояния, переживания, настроения и т.п., причем только в предложной конструкции: глагол – предлог – имя существительное" (Молотков 1987, 15).

На особенности фразеологической номинации по сравнению с лексической обращали внимание В.М. Глухов (1989), В.М. Мокиенко (1989), Ю.П. Солодуб (1989) и многие другие. Прежде всего она связаны с такими свойствами фразеологизмов, как экспрессивность, образность, эмоциональность, оценочность.

Эти понятия, пишет В.М. Мокиенко (1989, 208), порой трудно разграничить, в результате чего в ранних работах по фразеологии отождествлялись, например, эмоциональность и экспрессивность.

Экспрессивность понимается нами в широком смысле, "как некоторое выделение каким-либо способом того или иного содержания из других передаваемых содержаний. Экспрессия нацелена на привлечение внимания к какому-либо понятию, мысли, а через них – к некоторому предмету, явлению, признаку предмета, его состоянию и т. д." (Стернин 1985, 124). Такое определение позволяет объединить два подхода к экспрессивности: 1) "выразительность речи, которая возникает на основе таких семантических свойств языковых единиц, как эмоциональность, оценочность, образность" и 2) "интенсивность, содержащееся в значении слова усиление степени проявления некоторого признака" (там же, 123).

Особое значение экспрессивности придаётся у В. М. Мокиенко, который называет ее в числе дифференциальных признаков фразеологической единицы (Мокиенко 1989, 5).

Эмоциональность ( или эмотивность) обычно рассматривают как коннотативный компонент значения, связанный с выражением определенных эмоций. "Любое проявление эмоциональной семантики экспрессивно, но не все экспрессивное эмоционально" (там же, 209).

В.И. Шаховский в понятие эмотивности включает и денотативное значение эмоции, и коннотативный компонент значения (1987, 26-27).

Понятие оценочности раскрывается как выражение отношения субъекта к другому субъекту, объекту, явлению с позиции "хорошо" – "плохо" (Лукьянова 1976, 6).

Под образностью традиционно понимается "способность языковых единиц создавать наглядно-чувственные представления о предметах и явлениях действительности" (Мокиенко 1989, 157). Способность компонентов фразеологической единицы вызывать ассоциации со своим прямым значением зависит от степени ее семантической прозрачности.

"Несомненно, что образность и экспрессивность в лексике взаимосвязаны, однако образность выступает лишь как одно из средств создания экспрессии" (там же).

Экспрессивность, эмоциональность, образность и оценочность фразеологической номинации обусловливают обширность группы ЭФЕ: "Если лексика в своей совокупности отражает всю сумму явлений, фактов, процессов действительности, то фразеология охватывает в первую очередь сферу переживаний и чувств, психологических состояний индивидуумов, темы чувств, печали, радости, любви, дружбы, конфликта и борьбы, качественную характеристику" (Ройзензон, Авалиани 1967, 12). "Необычность, сложность психических процессов, … связанных непосредственно с человеческим ви дением, оценкой реалий, требуют отхода от нейтральности и избирают формой воплощения ФЕ" (Авалиани 1979, 7).

2. Лексико-грамматическая характеристика ЭФЕ

1. "По грамматической структуре фразеологизмы можно разграничить на ФЕ-словоформы (в душе, не пара, не горит), ФЕ-словосочетания (заказывать путь, по пьяной лавочке, чучело гороховое) и ФЕ-предложения (закон не писан, в ногах правды нет) (Диброва 1979, 117).

2. "Лексическое значение фразеологизма и его грамматические категории составляют содержание фразеологизма (в отличие от формы его), с которым связывается лексико-грамматическая характеристикафразеологизма, то есть отнесенность его к определенному разряду фразеологизмов" (Молотков 1987, 8): именных, глагольных, адъективных, адвербиальных, глагольно-пропозициональных, междометных.

Среди ЭФЕ преобладают глагольные, глагольно-пропозициональные и междометные фразеологизмы, что обусловлено языковой категоризацией ЭФЕ.

Многочисленные междометные ЭФЕ используются для непосредственного выражения эмоций: хоть головой о стену бейся, боже <ты> мой, не было печали, чтоб пусто было кому, где это видано, хоть волком вой, вот так штука, вот те (тебе) <и> на, вот те (тебе) <и> раз, вот это да, хорошенькое (хорошее) дело, ёлки зелёные, чтоб ты лопнул, мать честная, на тебе, ничего себе, ну и ну, хоть плачь, подумать только, на что это похоже, вот где сидит, скажи на милость, нечего сказать, слава богу, с ума сойти, ишь ты, тьфу ты пропасть, фу ты <ну ты>, этого ещё не хватало, чёрт возьми, чёрт его (их) знает, чёрт знает что такое, что за чудеса и многие другие.

Взгляды лингвистов на междометия вообще и на междометные фразеологизмы в частности расходятся. Одни считают, что "включение междометных выражений … в состав фразеологизмов языка так же условно, как условно отнесение собственно слов-междометий к лексическим единицам языка" (Молотков 1987, 8). В междометиях, говорят сторонники данного подхода, отсутствуют денотативные компоненты (номинативный и понятийный), а из коннотативных компонентов (ассоциативный, эмотивный, оценочный) наличествуют лишь два последних. Другие ученые не отрицают и номинативную функцию междометий. Это справедливо, если понимать номинативность в широком плане, когда все факты языкового выражения какого-либо явления действительности рассматриваются как явление номинации (Козырева 1989, 73). Однако и в этом случае отмечают, что для междометных фразеологизмов характерно преобладание коннотативных аспектов значения (эмотивного и оценочного).

Глагольно-пропозициональные ЭФЕ имеют общее значение "испытывать какую-либо эмоцию" и приближены к категории состояния. "В этот разряд фразеологизмов отнесены те из них, которые по своему значению выражают действие или состояние, структурно организованы как предложения (обычно двусоставные) и по своей синтаксической функции в предложении выполняют роль предиката" (Молотков, 1987, 8). Как нам кажется, термин "глагольно-пропозициональные фразеологизмы", несмотря на громоздкость, предпочтительнее терминов "предикативные фразеологизмы" и "устойчивые фразы", поскольку последние характеризуют только грамматическую структуру фразеологического оборота и, таким образом, к устойчивым фразам может быть отнесена часть междометных фразеологизмов.

В этот разряд входят ЭФЕ со структурой двусоставных предложений: гора с плеч <свалилась>, завидки берут, мухи дохнут, сердце (душа) болит, сердце кровью обливается, сердце ноет, сердце падает, сердце (душа) радуется, сердце (душа) разрывается и односоставных предложений, в основном безличных: бросает в жар, отлегло от сердца, наболело на душе.

Глагольные ЭФЕ обладают определенными грамматическими категориями, аналогичными категориям глагола (вид, время, наклонение, лицо, число, род): бередить душу, не верить своим глазам, воспрянуть духом, вставать с левой ноги, диву даваться, задевать за живое, кошки скребут на душе, кровь стынет в жилах, кусать себе локти, лезть в бутылку, лезть на стенку, не находить себе места, падать духом, принимать близко к сердцу, приходить в себя, раздирать душу (сердце), сгорать со стыда, сидеть в печенках, сходить с ума, терять голову, не чаять души в ком.

Данные фразеологизмы объединяет сема бытийности ("испытывать какую-либо эмоцию") или каузативности ("вызывать в ком-либо какую-либо эмоцию").

Возможно, в этот разряд следует поместить и такие ЭФЕ, которые подразумевают глагол-связку быть: на взводе, не в духе, на седьмом небе, без памяти от кого, от чего, вне себя; безл. было не по себе кому.

Адвербиальные ЭФЕ аналогичны наречиям образа действия: сквозь зубы, веселыми ногами, под горячую руку, в сердцах, с замирающим сердцем, с тяжелым сердцем и означают "в каком-либо эмоциональном состоянии (делать что-либо)".

Именные ЭФЕ часто содержат названия эмоций и в большинстве своем принадлежат фразеологическим сочетаниям, которые в данной работе не рассматриваются. В фразеологических словарях зафиксированы следующие именные ЭФЕ: крик души, скука смертная, тоска зеленая, угрызения совести, платоническая любовь, присутствие духа, радужное настроение.

Адъективные ЭФЕ характеризуют в основном внешний вид человека, переживающего какую-либо эмоцию: как громом пораженный, как в воду опущенный, чернее ночи, чернее тучи.

Таким образом, эмотивные фразеологизмы каждого лексико-грамматического разряда имеют свою специфику структуры и семантики, которая определяет особенности их языкового варьирования, актуализации и модификации в тексте.

3. Компонентный состав ЭФЕ

"Компонент – это составная часть фразеологизма, представляющая собой семантически преобразованное слово. …степень преобразования бывает неодинаковой: одни компоненты теряют какую-либо связь со словами свободного употребления (куры не клюют ‘очень много’), другие лишь частично сохраняют семантическую близость со словом (короче воробьиного носа ‘ очень невелик’), третьи почти не несут какие-либо семантические потери (ср. находить общий язык ‘добиваться взаимного понимания’). Компонент воспринимается как слово (семантически преобразованное) до тех пор, пока ему может быть однозначно приписано то или иное внесистемное (специфическое) значение" (Жуков 1986, 10).

Компонентный состав фразеологизмов связан с их семантикой.

Именные компоненты ЭФЕ русского языка восходят к словам, которые можно распределить по нескольким тематическим разрядам: 1) соматизмы; 2) явления природы; 3) наименования эмоций; 4) предметы быта; 5) сфера сверхъестественного. Большинство из этих слов принадлежит древнейшим пластам лексики языка. "А как известно, чем больше возраст слова в языке, тем шире его семантическая структура, тем больше у него возникает новых значений, следовательно, тем больше у такого слова возможностей образования фразеологических единиц, поскольку возникновение фразеологических единиц связано с развитием полисемии" (Вайнтрауб 1975, 159).

Самую многочисленную подгруппу образуют фразеологические обороты, в составе которых присутствуют соматические компоненты – названия частей тела и внутренних органов. Сюда же целесообразно отнести компоненты душа, дух. Соматические фразеологизмы – вообще одна из самых обширных и продуктивных групп в корпусе фразеологии.

Чаще всего во фразеологизмах данной подгруппы встречается компонент сердце (121 раз). Фразеологические единицы с этим компонентом могут обозначать практически любые эмоции, как положительные, так и отрицательные. Образованы они в основном по следующим структурно-семантическим моделям:

1. Сердце + глагол = "сердце делает что-либо" – человек испытывает какую-либо эмоцию: сердце взыграло, сердце ноет, сердце радуется, сердце разрывается, сердце кровью обливается, сердце упало, сердце уходит в пятки и т.д. Это глагольно-пропозициональные фразеологизмы.

2. Глагол + сердце (в косвенном падеже) = "кто-либо, что-либо действует на сердце" – кто-либо, что-либо вызывает в человеке какую-либо эмоцию: бередить сердце, разбить сердце и т.д.

С древних времен сердце считалось "седалищем чувств". "Состоянием сердца выражается все душевное состояние" (Епископ Варнава, 38).

Разнообразные эмоциональные переживания обозначаются и фразеологизмами с компонентом душа (89 единиц), которые образуются по тем же структурно-семантическим моделям, что и фразеологизмы с компонентом сердце :

1. Душа + глагол = "душа делает что-либо" – субъект испытывает какую-либо эмоцию: душа болит, душа горит, душа наизнанку, душа на небе, душа не на месте и т.д.

2. Глагол + душа (в косвенном падеже) = "кто-либо, что-либо действует на душу" – кто-либо, что-либо вызывает в человеке какую-либо эмоцию: бередить душу, выматывать душу, переворачивать <всю> душу, плевать в душу, раздирать душу и т.д.

Нередки обороты, где компоненты душа / сердце выступают как вариантные: бередить душу (сердце), душа (сердце) не на месте, душа (сердце) переворачивается, душа (сердце) в пятках, раздирать душу (сердце) и т.д.

В обыденном сознании сближаются понятия "душа" и "дух". Однако в пределах одного фразеологического оборота компоненты душа и дух никогда не варьируются. В одних ЭФЕ русского языка компонент дух сближается по смыслу с компонентом душа (не в духе, падать духом, воспрянуть духом), а в других обозначает "дыхание" (дух замирает, дух занимается, дух захватывает, перехватило дух (дыхание, дых)).

Компонент кровь также ассоциируется с эмоциональными состояниями (страсти, волнения, страха и др.): кровь играет, кровь стынет в жилах, кровь ударила в голову, портить кровь кому, портить себе кровь и т. д.

Можно сказать, что компоненты сердце, душа, дух, кровь являются символически маркированными (символически мотивированными), поскольку они характеризуются устойчивыми семантическими ассоциациями и определяются национально-культурными и религиозными факторами (Жуков 1986, 11). Разумеется, в ЭФЕ актуализируются лишь некоторые из ассоциативных значений, которыми обладают в языке слова-символы.

Фразеологические единицы, имеющие в своем составе компонент нервы, соотносятся со значением нервного напряжения и со значением "нервничать, раздражаться": действовать на нервы, трепать нервы, портить нервы, нервы на пределе и т. д.

Остальные соматические компоненты ЭФЕ – бока, волосы, глаза, голова, зубы, кожа, ноги, рот, руки, уши и т. д. – обычно участвуют в описании жестов, мимики и ощущений, сопровождающих эмоции: волосы дыбом, всплеснуть руками, глаза на лоб лезут, коленки трясутся, мурашки по спине, разводить руками, разевать рот, уши горят, хвататься за голову и т. д. Исключение представляет полностью переосмысленное выражение встать с левой ноги – в нем отразилось поверье о том, что все, связанное с левой стороной – плохое. "Встать после сна с левой ноги предвещало неудачу" (Шанский, Зимин, Филиппов 1987).

В некоторых фразеологизмах указывается на то, что информация, вызывающая какую-либо эмоцию, получена через органы зрения или слуха: смотреть во все глаза, резать глаза (глаз), не верить своим глазам, глаза бы мои не глядели, резать ухо (уши), не верить своим ушам, уши вянут .

Заметим, что "стилистическая прикрепленность слова резко снижает его потенциальные возможности образовывать фразеологические единицы" (Глухов 1978, 140). Ср., напр.: компонент глаза встречается в 33 ЭФЕ, компоненты зенки, шары – в 1.

Вторую по величине подгруппу ЭФЕ образуют фразеологизмы, в формальную структуру которых входят компоненты, обозначающие явления живой и неживой природы.

Явления природы представлены в следующих фразеологических оборотах: как огня бояться, мороз по коже подирает, на седьмом небе, душа на небе, как в воду опущенный, готов сквозь землю провалиться, метать громы и молнии, как громом пораженный, туча тучей, чернее тучи и т. д.

ЭФЕ данного разряда часто содержат именные компоненты, относящиеся к понятиям "жар" и "холод", что мотивировано связью эмоциональных состояний с физиологическими процессами, происходящими в организме человека. В таких фразеологизмах отражены, например, ощущение озноба, сопровождающее страх: мороз по коже подирает, бросает то в жар, то в холод; повышение температуры тела при волнении, возбуждении: перен. гореть в огне; бросает (кидает) в жар и т.д. Фразеологический оборот ни жарко ни холодно означает равнодушие, отсутствие эмоциональной реакции.

Гора и камень символизируют тяжелое душевное состояние: гора <лежит> на душе, <тяжелый> камень лежит на сердце (на душе, на совести) и т.д. Ср. камень с души свалился, гора с плеч <свалилась> – о чувстве облегчения, избавления от тягостного состояния.

ЭФЕ на седьмом небе и душа на небе связаны с древним представлением об устройстве мира: на небе находится рай, царство небесное.

К давним, дохристианским ассоциациям восходит в русском языке компонент свет (белый свет). Он имеет положительную оценку и совмещает значения "весь мир, земля" и "солнечный, дневной свет". Позже в церковной литературе появляется вариант божий свет (Колесов, 220–224). См.: невзвидеть света, свету белому не рад – кто-либо остро ощущает боль, гнев, страх и т.п.; белый свет не мил – ничто не радует, все угнетает, раздражает кого-либо; свет в глазах померк, свет в рогожку покажется, свет с овчинку покажется – кому-либо становится невыносимо тяжело, плохо, страшно; одно из значений ЭФЕ увидеть свет – почувствовать облегчение.

В ряде ЭФЕ присутствуют названия растений и животных: дрожать как <осиновый> лист, хоть трава не расти, все трын-трава, вот так клюква, действует, как на быка красная тряпка, дразнить гусей, дрожать как заяц, злой как собака, кошки скребут на душе, как мокрая курица, мухи дохнут, надуться как индюк, нахохлиться как сыч, пес его знает, смотреть волком, смотреть зверем, хоть волком вой, червь сосет и т.д. Здесь отражены свойства живой природы и связанные с ней поверья.

Третью подгруппу образуют фразеологизмы, где содержатся компоненты – названия эмоций. Большинство из таких ЭФЕ – это фразеологические сочетания. Мы приведем здесь только те обороты, которые зафиксированы во фразеологических словарях: на верху блаженства, вламываться в обиду, завей горе веревочкой, злость берет, ноль внимания <фунт презрения>, позеленеть от злости, не в радость, сгорать со стыда, срывать злость на ком, лопаться от злости, тоска зеленая, угрызения совести, в растрепанных чувствах и т.д. В некоторых ЭФЕ происходит олицетворение эмоций: зло берет, завидки берут.

Небольшую подгруппу составляют ЭФЕ с названиями артефактов : выпрыгнуть из <собственных> штанов, держать себя в узде, хоть под стол залезай, лезть в бутылку, лезть на стену (на стенку), хоть в гроб ложись, как маслом по сердцу, как обухом по голове, подпрыгивать до потолка, свет в рогожку покажется, сидеть как на иголках, сорваться с тормозов и т.д. Символическое значение отчетливо прослеживается у компонента нож (значение острой, внезапной душевной боли, страдания): нож острый что кому, нож в сердце, как ножом резануть по сердцу.

Наконец, можно выделить фразеологизмы, в составе которых присутствуют компоненты, связанные с религией , с областью сверхъестественного: Боже милостивый, боже (бог) <ты> мой, бог его (тебя и т.п.) знает, бог с тобой, слава богу, слава тебе господи, тьфу ты господи, Христос с тобой, царица небесная, матерь божья (божия), на седьмом небе, душа на небе, ад в душе (в груди) у кого, обл. как Христос по сердцу <прошел>; кромешный ад на душе у кого, бояться как черт ладана, смотреть букой, кой (какой) черт, леший тебя (его и т.п.) возьми, черт возьми, черт побери, черт знает что <такое>, что за черт (дьявол).

Образ дьявола "слагался на протяжении многих веков, впитывая в себя элементы языческого религиозного сознания народа, на которые с введением христианства накладывался … образ "христианского" дьявола. … Многообразие функций этого персонажа, нашедшего отражение в народных преданиях, легендах, сказках – с одной стороны, и необычайно яркая экспрессия этого слова – с другой, способствовали фразеологизации словосочетаний, в состав которых входит эта лексема" (Николаева, 61). Дьявол считался причиной неадекватного поведения человека, бурного выражения сильных отрицательных эмоций (гнев, ярость): бес (сатана, дьявол) вселился в кого.

Входящие в состав ЭФЕ глагольные компоненты принадлежат к разнообразным тематическим группам. Их значения, как и значения предметных компонентов, переосмысляются в различной степени. Все же можно выделить наиболее часто встречающиеся: 1) глаголы движения (мурашки бегают (ползают) по спине, прыгать до потолка, камень с души (с сердца) свалился (упал), сходить с ума, приходить в себя); 2) глаголы, связанные с температурными явлениями (сердце тает, глаза разгорелись, кровь кипит); 3) глаголы восприятия (не слышать (не чуять, не чувствовать) ног под собой, быть (чувствовать себя) на седьмом небе); 4) глаголы отрицательного физического воздействия (трепать (портить) нервы, рвать (разрывать) душу); 5) глаголы эмоций (душа радуется, волновать сердца); 6) глаголы, использующиеся только в составе ФЕ (устаревшие и проч.) (души не чаять, таращить глаза, воспрянуть духом) и некоторые другие.

Список литературы

1. Водяха А. А. Эмоциональная рамка высказывания: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. – Волгоград, 2006. – 16 с.

2. Васильев И. А. История и современное состояние проблемы интеллектуальных эмоций и чувств. // Искусственный интеллект и психология. – М.: Изд-во МГУ, 2008. – С. 133–175.

3. Бабенко Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций в русском языке. – Свердловск: Урал. ун-т., 2007. –187

4. Додонов Б. И. Эмоция как ценность. – М.: Политиздат, 2008. – 272 с.

5. Дорфман Л. Я. Эмоции в искусстве: теоретические подходы и эмпирические исследования. – М.: Смысл, 2008. – 424 с.

6. Ермакова Л. М. Эмоциональность как основное свойство арготической и просторечной лексики (на материале лексических единиц французского языка, обозначающих части человеческого тела). // Когнитивная семантика: Материалы Второй Международной школы-семинара по когнитивной лингвистике, 11–14 сент. 2009 г. / Отв. ред. Н. Н. Болдырев: Редколлегия: Е. С. Кубрякова и др.: В 2ч. Ч.1. – Тамбов: Изд-во ТГУ, 2009. – С. 36–38.

7. Ильюшина Е. С. Эмоции и их выражение в языковой картине мира. // Филология и культура: Тезисы II-ой Международной конференции , 12–14 мая 1999 г. Отв. ред. Н. Н. Болдырев. Редколл: Е. С. Кубрякова и др. – В 3ч. – Ч. 1. – Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г. Р. Державина, 2007. – С. 48–50.

8. Красавский Н. А. Эмоциональные концепты в немецкой и русской лингвокультурах: Монография. – Волгоград: Перемена, 2008. – 495с.

9. Крейдлин Г. Е. Семантические типы жестов. // Лики языка. – М.: Наследие, 2006. – С. 174–184.