регистрация / вход

Элементы разговорной речи в текстах телевидения

Взаимосвязь литературного и разговорного языка. Особенности и отличия разговорных и просторечных слов, механизм их проникновения в литературный язык. Анализ применения элементов разговорной речи в текстах телевидения на примере рекламных роликов.

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО РЫБОЛОВСТВУ

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«МУРМАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Курсовая работа

По дисциплине: «Стилистика и литературное редактирование»

на тему: «Элементы разговорной речи в текстах телевидения»

Выполнил: студент

Гр. СО – 271

Симановский И.Д.

Руководитель: Коренева А.В.

Содержание:

Введение

1 Основная часть

1.1 Взаимосвязь литературного языка и разговорной речи

1.2 Особенности разговорной речи

1.3 Жаргонизмы и просторечия

1.4 Способы увеличения экспрессивности публицистического текста на телевидении

1.5 Стилистически окрашенные слова как один из методов увеличения экспрессивности текста

2 Анализ применения элементов разговорной речи в текстах рекламных роликов

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Современный человек не представляет свою жизнь без телевидения. Оно выполняет различные функции:

· информационную (часто изложение фактов сопровождается комментарием к ним, их анализом и оценкой).

· познавательно-просветительную (передавая многообразную культурную, историческую научную информацию, телевидение способствует пополнению фонда знаний своих зрителей).

· функцию воздействия (СМИ не случайно называют четвертой властью: их влияние на взгляды и поведение людей достаточно очевидно, особенно в периоды так называемых инверсионных изменений общества или во время проведения массовых социально-политических акций, например, в ходе всеобщих выборов главы государства).

· гедонистическую (здесь речь идет не просто о развлекательной информации, но и о том, что любая информация воспринимается с большим положительным эффектом, когда сам способ ее передачи вызывает чувство удовольствия, отвечает эстетическим потребностям адресата).

Язык средств массовой информации, особенно телевидения, - область, вызывающая споры и интересующая многих сейчас. Тема данной курсовой работы – «Элементы разговорной речи в текстах телевидения». Выбор данной тематики обусловлен, прежде всего, значимостью объекта исследования на современном этапе развития нашей страны. Актуальность рассматриваемой темы вызвана тем, что в нашей стране не осталось людей, полностью абстрагированных от телевидения, а для многих из нас телевизор является главным источником получения информации и средством развлечения. Конечно телевидение – это не единственное средство массовой информации, но, если смотреть правде в глаза, то оно в наше время - главное из этих средств, которое действительно вошло в каждый дом. Может быть, в будущем эту нишу займет некий гибрид телевидения и интернета, однако, сейчас именно телевидение самый сильный манипулятор массового сознания. Следовательно, на всех нас влияет телевизионная речь и, к сожалению, не всегда благоприятным образом. Ведь мы всё чаще и что главное всё больше слышим из телевизора элементы разговорной речи.

Целью данной работы является рассмотрение сущности элементов разговорной речи, а также выяснение их роли на современном телевидении. Достижению поставленной цели предполагает решение следующих задач:

· изучение основных различий литературного и разговорного языка;

· анализ особенностей разговорных и просторечных слов и их отличий друг от друга (следует признать, что у разных авторов имеются некие расхождения в трактовке этих понятий);

· выяснение механизма проникновения просторечных и разговорных слов в литературный язык, в публицистический стиль;

· анализ применения элементов разговорной речи в текстах телевидения (на примере рекламных роликов).

Решение этих задач позволит обобщить знания об использование разговорной речи на телевидении и поможет в предстоящей практике работы в средствах массовой информации.

Объект исследования – телевидение в России. Оно появилось около ста лет назад и постоянно эволюционирует, меняет формы, приоритеты в вещании материала. Предмет исследования – разговорная речь как понятие и метод повышения рейтинга программы и эффективности рекламы. Хороший журналист должен перенимать опыт исследователей и конкурентов, в работе применять полученные знания и не повторять ошибки, сделанные предшественниками.


1 Основная часть

1.1 Взаимосвязь литературного языка и разговорной речи

Итак, проблема проникновения разговорных слов в литературный язык волнует многих ученых. Определенный «бум» в количестве публикаций на эту тему приходится на восьмидесятые годы. Это было обусловлено рядом социальных и политических процессов, на которые реагировал язык. В то время происходила «перестройка» существующего строя. Смягчение цензуры повлияло на стилистические характеристики газетных статей. Еще не завершившаяся «перестройка» повлекла за собой так называемое «открытие границ». Все больше людей получали возможность выезда за границу, все больше элементов заграничных будней проникало в советский быт. Это привело к появлению в речи советских граждан множества заимствованных слов, американизмов (киллер, супер-танкер) и т.д. Эти процессы взволновали филологов.

В печать выходило множество публикаций посвященных этой проблематике. Среди них были монографии ученых, занимавшихся вопросами культуры речи и культуры языка. После распада СССР эта тенденция пошла на убыль. Возможно, малое количество публикаций по данной тематике связано с тем, что в современном русском языке появляется огромное количество заимствованных слов из английского языка, что связано с компьютеризацией. Развитие Интернета привнесло в язык множество специальных терминов (профессионализмов). Вследствие этого основное внимание было приковано именно к проблемам влияния Интернета на русский язык и т.п. В связи с появлением вышеназванных средств коммуникации изменяется не только разговорная речь, но и литературный язык. Можно выдвинуть предположение, что литературная норма представляет собой исторически изменчивое явление. Поэтому в литературном языке широко представлены варианты либо равноправные в своем употреблении, либо стилистически распределенные.

Норма закрепляется в языке только после ее распространения на широкие массы людей, говорящих на русском языке. Необходимо отметить, что к литературной норме относятся стилистически нейтральные слова. Кроме того, нужно подчеркнуть, что современный русский литературный язык – это общенародный язык в его обработанной форме, служащий средством общения и обмена мыслями во всех областях жизни и деятельности. Разговорные слова характерны для разговорной речи, они служат характеристиками явления в кругу бытовых отношений, сообщают речи непринужденность. Просторечие свойственно нелитературной городской разговорной речи, содержащей в себе немало недавних диалектных слов, слов разговорного происхождения, новообразований, возникающих для характеристики разнообразных бытовых явлений, словообразовательных вариантов нейтральной лексики. Просторечное слово используется в литературном языке как стилистическое средство для придания речи оттенка шутливого, пренебрежительного, иронического, грубоватого характера. Часто эти слова являются выразительными, экспрессивными синонимами слов нейтральной лексики.[1]

Итак, как видно из выше написанного, связь литературного языка с разговорной речью очень крепка. Точнее, разговорная речь является частью литературного языка. Изменения, которые происходят в языке, являются продуктом развития общества, его духовной и материальной культуры, науки и техники. Пополнение словарного запаса литературного языка осуществляется путем перехода разговорных, просторечных слов в письменную речь. Случаи такого перехода могут иметь место в произведениях писателей и поэтов. Например, благодаря И. Северянину в нашем языке закрепилось слово бездарь. Отметим, что иногда могут закрепляться даже ошибочные варианты. Например, Маяковский написал: «Я русский бы выучил только за то, что им разговаривал Ленин». (Разве можно выучить язык за что-то?) Вместо «на нем говорил» – «им разговаривал». Однако, подчеркнем, что в данном случае подобные ошибки вызваны требованиями размера стихотворения.

Использование специфических слов в произведениях художественного стиля обусловлено стремлением к повышению образности текста. Например, очень далекие от общеупотребительной лексики слова, какими являются профессионализмы, широко представлены в романах «Цемент» и «Энергия» Ф. Гладкова, «Далеко от Москвы» В. Ажаева, «Молодая гвардия» А. Фадеева и во многих других произведениях. Больше того, по мотивам стилистической целесообразности, например для речевой характеристики персонажей, мастера слова вводят в ткань литературного произведения диалектные слова, арго, просторечную лексику, архаическую; создают неологизмы, оригинальные обороты речи и т. п. Именно благодаря обилию разговорных слов в речи героя читатель может подробнее представить не только его характер, но даже социальный статус и т.д. Словом, то, что признается недопустимым в общем языковом употреблении, в художественной литературе может использоваться как средство высокой выразительности. Такую функцию выполняют, например, бурсацкие жаргонизмы в «Очерках бурсы» Помяловского, арготизмы старателей в «Золотухе» Мамина-Сибиряка.

Отметим, что использование разговорных слов в произведениях подобного рода обусловлено, прежде всего, авторской позицией и никоим образом не может трактоваться как нарушение стилистики произведений. Однако именно таким путем в литературном языке могут закрепляться некоторые разговорные нормы, превращаясь в литературные.

Современная публицистика, в силу ее неразрывной связи с повседневностью, изобилует разговорными словами. Однако учеными окончательно еще не установлено, может ли разговорное слово или просторечие, которое часто используется в различных публикациях, закрепиться в языке в качестве литературной нормы по прошествии времени. Здесь можно выдвинуть предположение, что такой процесс пока происходить не может, так как публицистика изначально не может считаться образцовой формой национального языка, хотя и является частью литературного языка в целом.

Литературный язык представляет собой базис, основу всего русского языка. Именно он является образцом, носителем литературной нормы. Однако словарный состав этого языка может обогащаться за счет двух его структурных частей, т.е. путем проникновения из разговорного языка в литературный некоторых слов и словосочетаний. Использование разговорного языка характерно для всего русского народа. В быту и будничной жизни вне зависимости от профессиональной принадлежности, уровне культурного и личностного развития.

Просторечный язык в сравнении с разговорным является более грубым и его использование характерно для определенной прослойки современного общества. Отметим, что слова, относящиеся к просторечному языку очень часто могут носить негативную окраску. Степень негативной стилистической окраски слова может влиять на общее восприятие речи говорящего (или же написанного текста). Эта отличительная особенность просторечных слов (ярко выраженная стилистическая окраска, в большинстве случаев – негативная – часто используется авторами телевизионных текстов как один из методов повышения экспрессивности излагаемой мысли).

Просторечные слова подразделяются на нелитературные и литературные. Нелитературные слова являются очень специфичной частью русского языка. Чаще всего их использование характерно для некоторых закрытых социальных групп, обладающих невысоким уровнем образования, слабыми представлениями о морально-этических нормах и требованиях того общества, в котором они живут. Особенно ярким примером может послужить использование таких нелитературных просторечий как жаргоны. Современные исследования психологов отмечают: часто использование жаргонизмов, а также нецензурных слов является отличительной чертой групп антисоциальной направленности. И это подтверждает жизнь, так как наиболее развитым видом жаргона является тюремный. Но как показывает практика, на телевидении: в речи ведущих новостей, в рекламных роликах и т.д. мы можем слышать такие жаргонизмы как «беспредел», «отсидка», «общаг» и др. и это уже считается нормальным. Так например ведущий новостного блока мурманского канала «БЛИЦ-ТНТ» Никита Васильев заверил, что без таких «словечек» не один сюжет, касающийся криминальной хроники, не станет успешным. Хотя буквально десятилетие назад слова данного типа были закреплены в обиходе соответствующих слоев.

Итак, нами был рассмотрен процесс взаимодействия разговорной речи и литературного языка. В следующей главе будут проанализированы особенности разговорной речи.

1.2 Особенности разговорной речи

Стилистическая характеристика слова определяется принадлежностью слова к тому или другому стилю речи.

Стиль речи - это разновидность современного литературного языка, для которой характерна исторически сложившаяся и общественно осознанная совокупность принципов отбора и сочетания средств выражения (слов, фразеологизмов, конструкций), определяемая функцией языка в той или иной сфере человеческой деятельности. Как было отмечено выше, в зависимости от выполняемых в речевой практике функций, выделяются такие типы, как разговорный и книжный. В свою очередь они подразделяются на стили: научный, публицистический, официально-деловой, художественный и разговорный. Функциональные стили принято называть жанровыми стилями: с лингвистической точки зрения функциональные стили представляют собой широкие жанры речи, из которых каждый характеризуется некоторыми присущими только ему и неповторимыми в других жанрах языковыми средствами.

Кроме жанровых стилей существуют еще экспрессивно-эмоциональные стили, главную особенность которых составляет эмоционально окрашенная лексика, служащая для выражения положительной или отрицательной оценки. В зависимости от характера эмоциональной окраски слов различаются такие экспрессивно-эмоциональные стили, как торжественный (или риторический), иронически-шутливый, официально-холодный, интимно-ласковый, фамильярный.

Экспрессивно-эмоциональные стили по отношению к жанровым стилям занимают подчиненное положение: по преимуществу они сопутствуют в качестве вспомогательных разговорному, художественному и публицистическому стилям.

Каждый из жанровых стилей является целесообразно (в соответствии с выполняемой им функцией) организованной системой средств выражения и поэтому в известной степени может быть охарактеризован как в отношении словаря, так и в отношении грамматики (морфологии и синтаксиса).

Лексическую основу как разговорного, так и всех других стилей составляют общеупотребительные слова, обычные и широко распространенные названия предметов, явлений, качеств, действий и состояний. На фоне общеупотребительной, или, как принято ее называть, нейтральной, лексики выделяются специфические слова, характерные для того или другого стиля речи. В толковых словарях такие слова сопровождаются стилистическими пометами, указывающими, в каком стиле данное слово имеет преимущественное хождение. Так, например, слова разговорного стиля, выступающих главным образом в форме устной речи, обозначены пометами: разговорные и просторечные. К разговорным относятся слова типа газетчик, толчея, уйма, грызня, поблажка, погодить, жадничать. К просторечным - слова вроде раззява, парнюга, лупцовка, потрафить, изгадить, барахлить, оттяпать, трахнуть, кокнуть, нашкодить, обалдеть, намедни и т.д.[2]

Лексический состав разговорной речи отличается стилистической пестротой. При явном господстве нейтральных слов вполне допустимы сниженные разговорные (болтать, болтанка, большущий) и даже просторечные и жаргонные слова (взбелиниться, балдеж). Рядом с подобными словами часто встречаются книжные слова (перпона, прецедент) и специальные (ротор, гамма-глобулин). При этом гораздо чаще, чем болтать, используется нейтральное говорить и т.д.

Исследователь разговорной речи В.Д. Девкин считает необходимым выделить в лексике, используемой в разговорной речи, такие элементы, как:

1. Общеязыковой нейтральный пласт.

2. Разговорно-окрашенный, связанный с «бытовой номенклатурой», т.е. неактуальный для официального общения.

3. Разговорные дублеты и синонимы нейтральных номинаций.

4. «Несловарные» лексические средства, привлекаемые в живой беглой речи как замены регулярно применяемых лексем.

Особенностью лексики разговорной речи является преобладание первого, второго и четвертого элементов при несущественности третьего, поскольку разговорно-маркированные слова составляют не более 8-10% всего лексического фонда высказываний в обиходной речи и, что еще важнее, они для разговорных текстов факультативны.[3] В большинстве случаев их использование обусловлено прагматически, а не информационно. В словарях помета (разг.) относится только к разговорным дублетам и синонимам нейтральных номинаций, т.к. они являются наименее важным в разговорной речи элементом. Однако надо подчеркнуть, что рассматриваемая помета не характеризует лексику разговорной речи, а лишь указывает невозможность употребления этой лексики в официальной речи из-за сниженного характера.[4]

Основную часть лексики составляет – обычная, нейтральная, общелитературная лексика, не являющаяся специфичной для разговорной речи. Необходимо отметить, что особенности деривационной системы русского языка размываются. С одной стороны, лексическая система отличается большей противопоставленностью имени и глагола. Отглагольных существительных в разговорной речи немало, но они теряют способность выражать процесс, начинают обозначать только предметы, факты, события.

Например, «дай чем потереть». Кроме того, в разговорной речи широко употребляются местоимения. Неофициальное, непосредственное общение, не оставляющее времени на поиск слова создает психологические предпосылки для появления сиюминутных окказиональных обозначений. При этом легче образуются новые существительные, чем новые словосочетания. Например, не история зарубежной литературы, а зарубежка. Этот пример относится к свернутым сочетаниям, использование которых также часто встречается в разговорной речи. При этом нередко использование существительных со сдвинутым значением, понятным только потому, что собеседники имеют общую базу. Например, «дай Марь Ванну» означает передать ей телефонную трубку (или же в домашнем обиходе так называют кастрюлю среднего размера).

Специфика разговорной речи проявляется и в слове как знаке.

Во-первых, слово обычно имеет четкую направленность, оно обозначает конкретные предметы окружающего мира. При этом сигнификативное (образное) значение слова оказывается на втором плане. «Возьми на столе». Имеется в виду не стол как вид мебели, а конкретный стол. В сознании говорящих возникают не образы, а конкретные предметы. Четкая направленность слова предельно конкретизирует его даже в случаях самого общего значения (бандура, штуковина и т.д.)

Во-вторых, нередко используются знаки узкоколлективные, а не общерусского кода – быструшка (вермишель быстрого приготовления).

Возможно также использование слов, понятных только в рамках определенного учреждения, в пределах определенного города или страны. Например, фраза «бобби протестуют!» в программе «Сегодня» на НТВ за 15.03.06. «Бобби» – это название полицейских, характерное только для Великобритании. Или же характерное только для Москвы разговорное название ДК им. Горбунова и рынка возле него звучит как «Горбушка».

Лексическая система разговорной речи имеет свои отличия. Она почти не имеет синонимических отношений. Это связано с тем, что в условиях непосредственного общения невозможен поиск наиболее точного слова, неточность обозначения компенсируется пониманием с полуслова.

Своеобразны антонимические отношения разговорной речи. Разговорный язык может обходиться меньшим набором слов, поэтому слово может выступать немаркированным членом многих противопоставлений.

Еще заметнее специфика разговорной лексики в ее речевом функционировании. Так, очень характерна для разговорной речи окказиональная субстантивация прилагательных и местоимений. Рассмотрим пример.

- На чем ты их привезешь?

- На своей. (Здесь имеется в виду машина).

Существует определенная свобода в использовании слов: сдвинутые и синонимичные значения разговорной речи использует наиболее частотные компоненты синонимических рядов, основные представители смысловых полей и незнаменательную лексику.

Итак, в данной главе были рассмотрены особенности разговорной речи. Далее тема моего исследования обязывает меня перейти к более подробному рассмотрению самих элементов разговорной речи, а в частности, к просторечий и жаргонизмов.

1.3 Жаргонизмы и просторечия

В соотношении основных форм национального языка очевидна экспансия двух неосновных, периферийных форм - жаргона и просторечия. Однако при этом такая неосновная форма, как диалект, вытесняется за ненадобностью. Показательно, что исследователи не отмечают активности диалектных элементов и в современной разговорной провинциальной речи; правда, в региональных СМИ элементы диалектной речи, может быть, и более активны, хотя пока нет исследований, подтверждающих это предположение.[5]

Тот факт, что элементы жаргона в наше время СМИ используют чаще, чем десять лет назад, лежит на поверхности. Но интересно проследить, каким образом происходили эти количественные изменения. Жаргонное слово всегда таило в себе какую-то особую привлекательность - свободой от литературной нормы, оригинальностью, грубоватым остроумием, какой-то лихостью. Поэтому когда газеты, радио и ТВ так свободно начали говорить о том, о чем раньше не говорилось, дорога в общий язык СМИ для жаргонизмов оказалась широко открытой. Однако затем эти языковые единицы без особого труда переместились и в тексты иной тематики. Интересно, что журналисты заимствуют прежде всего слова и выражения из уголовного жаргона, хотя речь идет не о текстах уголовной тематики (кстати, в газетах, которые издаются в местах лишения свободы, жаргонизмов нет; по-видимому, там они воспринимаются как знаки «опасной культуры»). В остальных СМИ сегодня для элементов жаргона практически нет тематических ограничений. Это может быть материал о политике, экономике, спорте или искусстве. Исключением не стали и рекламные ролики (ниже будут рассмотрены примеры таковых).

Так говорят журналисты, а не герои их материалов. При этом жаргонизмы все реже поясняются в тексте, все чаще употребляются без кавычек, а это означает, что многие из них уже входят в речевой обиход. И СМИ только отражают эту языковую реальность. В связи с этим показательна прямая зависимость между увеличением количества жаргонизмов в телевизионном материале и ростом его рейтинга.

Экспансия жаргона состоит, однако, не только в количественных изменениях, но также и в изменении его роли, его статуса. Жаргонное слово очень часто является доминирующим наименованием, находится в смысловом центре фразы, занимает сильную синтаксическую позицию, и это создает впечатление его «веса», значимости. Особая любовь СМИ к жаргону, его «отмывание» в СМИ проявляется и в том, что жаргонизмы часто помещаются в облагораживающее окружение, рядом со словами, которые в нашем сознании имеют положительную окраску, даже ореол возвышенности. Часто жаргон используется как строительный материал для создания образности речи:

«Небольшой японский город Ито на полуострове Идзу к юго-западу от Токио охвачен паникой: его жителей терроризирует «банда» из шести крайне агрессивных диких обезьян». Программа «Сегодня» НТВ 22.10.2007

Необходимо отметить, что механизмы взаимодействия литературного языка с внелитературными сферами речи нельзя считать до конца изученными. Значительный интерес в связи с этим представляет картина усвоения разговорной речью и литературным просторечием элементов, идущих из различных социальных диалектов, профессионального просторечия, жаргонизированной лексики, молодежного сленга и т. п.

Литературный язык, а в особенности публицистический стиль, постоянно пополняется за счет диалектной, просторечной и жаргонной (арготической) лексики, которая приходит в общее употребление, как правило, в измененном виде и обычно утеряв семантическую связь со своим источником возникновения и специфического бытования. Взаимовлияние и взаимопроникновение характеризует в целом социальные диалекты, отношения между ними. Слова одного жаргона легко могут переходить в другой. Это предопределяет сложный характер взаимодействия литературного языка с социальными диалектами (или социальными разновидностями речи).

«Жаргонные слова не только кочуют из жаргона в жаргон, но довольно часто проникают и в обычную разговорную речь. Особенно благоприятной средой для проникновения всякого рода арготизмов является просторечная лексика».[6]

Жаргонная по происхождению лексика и фразеология, попадая в общую речь и литературное просторечие, видоизменяясь там и сосуществуя с исконно жаргонной лексикой, «образует так называемый интержаргон, что ведет к известному сближению различных социальных разновидностей речи. Границы между ними становятся менее отчетливыми и определенными». Оформление жаргонизированной речи в качестве своеобразного стиля (скорее потенциального, чем реального), определяя дальнейший путь ее развития, опровергает взгляд на эволюцию жаргона в целом как на нечто подобное судьбе территориальных диалектов (распад с некоторым дальнейшим распространением, «вторжением» в просторечие через промежуточное звено — интердиалект).

Необходимо отметить, что в наше время можно говорить не сколько о проникновении отдельных чужеродных, внесистемных элементов в литературную (ориентированную на литературность) речь, а в действительной перестройке иерархической системы стилей, противопоставленных как «официально-литературное» — и «обычное разговорное» или «принятое», но одинаково существующее в языковом сознании носителей.

Речь идет, таким образом, не о проникновении отдельных элементов жаргона в обычную речь, но о количественном их росте в тот или иной период, а о новом качестве жаргона как своеобразного стиля речи в новую эпоху развития национального языка.

Явление это присуще не только русскому языку, оно едва ли не является общеязыковым. Отметим, что арготическая лексика (направленная на узкий коллектив людей и носящая некоторый секретный характер), утратив свой профессиональный и секретный характер, служит средством эмоциональной экспрессии, образного, эвфемистического, иронического словоупотребления в сфере повседневного бытового общения. Теряя свою специфику, она приобретает более зыбкий и неопределенный характер, причем главенствующую роль играют в ней на этой новейшей стадии играют метафорические иносказания, как способ экспрессивного переосмысления стандартов национального языка.[7]

Эволюция от жаргона к сленгу происходит неравномерно. Заимствуются слова и выражения, усваиваются клочки жаргона. Жаргонные слова и словосочетания приносят с собой своеобразную «фразеологичность» — излюбленные или просто обычные в системе жаргона соединения и сцепления слов.

Словарный запас так называемого сленга постоянно обновляется.

Например, с возникновением некоторых новых явлений в жизни нашего общества возникли такие слова как:

Стрелка – встреча деловых партнеров для решения острых вопросов.

Разборка – встреча представителей криминального мира для решения острых вопросов вооруженным путем.

Тусовка – имеет несколько значений. 1. Интересное общество, компания (он принадлежит к нашей тусовке) . 2. Вечеринка, где собрались преимущественно знакомые люди (тусовка закончилась только утром).

Менты – слово, относящееся к просторечным, т.к. обладает негативной окраской. Название милиционеров, работников органов внутренних дел в целом.

Прикольный – хороший, отличный, незаурядный, запоминающийся, обладающий какими-то специфическими качествами (прикольный фильм). Это слово характерно для молодежного сленга.

Все вышеперечисленные слова очень часто можно слышать в текстах современного телевидения.

Отметим, что в некоторых случаях можно говорить о жаргонной «валентности» слова: не только, например, симпатяга, но — чаще — симпатяга малый, не только толкнуть (доклад), по и более естественно (в том же примерно значении) — толкнуть речу или речугу и т. п.

Взаимодействие жаргонного стиля речи с просторечием создает в живом общении широкую базу для действий всякого рода аналогий, привычных для просторечия.

Можно отметить, что употребление слова стиляга (оценочно-положительное) уступило место оценочно-уничижительному (презрительному) употреблению его в обиходно-разговорной речи и затем в литературном языке, где оно стало символом определенного антиобщественного явления. В дальнейшем социальное «обесценение», нейтрализация этого слова привело к шутливому употреблению его в разговорной речи – применительно к своеобразной (комбинированной) окраске некоторых предметов. Стилягой стали называть автомашины, капот которых раскрашен разным красками. Сходную судьбу имело слово Бродвей — название главной улицы (молодежный сленг, из жаргона стиляг). В конце 50-х годов слова Брод, Бродик, Бродвей ощущались еще как сугубо жаргонные и были темой острых сатирических выступлений.

Эволюция от жаргона к сленгу и просторечию — сложный и неоднородный процесс. В ряде случаев в жаргонированное просторечие и сленг приходят не просто нейтрализованные слова того или иного жаргона, а слова и группы слов, заимствованные из одного жаргона в другой - межжаргонные.

Итак, можно говорить о двух путях вхождения жаргонизмов в общую речь:

1) постепенное усвоение жаргонизма разговорной речью, нейтрализация его во времени, при движении к литературной речи (ср. стиляга, Бродвей, а также темнить, голосовать и многие другие);

2) усвоение слов или выражении из интержаргона, при котором относительная нейтрализация происходит до их выхода в общую речь (экспрессия и маркированность былой принадлежности жаргону в этом случае сохраняется гораздо дольше).

Понятие об интержаргоне (межжаргонной лексике) в неявном или в обратимом виде издавна встречается в лингвистической литературе, особенно в конкретных описаниях общественно-языковой судьбы тех или иных выражений и слов.

Академик В.В. Виноградов, исследовавший историю жаргонно-просторечного глагола стрелять — стрельнуть, писал: «Стрелять в значении «добывать выпрашивая или вымогая» и теперь свойственное, главным образом, нелитературному просторечию, несомненно арготического происхождения. Среди слов «блатной музыки» разными исследователями и собирателями отмечен глагол стрелять со значением «красть». Этому русскому арготизму соответствует немецкое воровское schissen с тем же значением. Следовательно, внутренняя форма, лежащая в основе этого арготического употребления, интернациональна для среды деклассированных». Как многие слова из арго деклассированных, глагол стрелять с соответствующими видоизменениями значения распространился в XIX веке по разным профессиональным диалектам. Так, из нищенски-воровского арго, из арго деклассированных слова стрелок, стрелять, стрельнуть попадают в разговорную речь других социальных слоев. Стрелять в жаргонном значении впервые отмечено в словаре П.Е. Стояна (Петроград, 1916). В арго нищих и деклассированных слово стрелять употреблялось как в Москве, так и в Петербурге и других городах. Возможно, что в Петербург оно перешло из Москвы. Сейчас это слово широко использует молодежь. Толковые словари современного русского языка отмечают у глагола стрелять значение «просить, выпрашивать или добывать, доставать, прося» с пометой «просторечное».

Современное разговорно-просторечное существительное отсебятина является по происхождению профессионализмом, возникшим в речи художников. В.И. Даль считал это слово плодом индивидуального словотворчества К. Брюллова. Явление интержаргонного слоя лексики как основного источника или «склада» различных жаргонных и арготических элементов с несомненной ясностью и определенностью возникает из этих примеров. Роль в формировании этого слоя арготических элементов и актерского жаргона продолжает оставаться значительной вплоть до нашего времени.

Именно из интержаргона пришло, например, в просторечие слово халтура. Из церковного (или бурсацкого) речевого обихода, где оно значило «служба по покойнику, отпевание», слово это перешло в арго в качество своеобразной метафоры: «служба» по покойнику - кража в квартире, где находится покойник. Арготическое употребление этого слова было заимствовано другими жаргонами, стало межжаргонным. Ср. халтура, халтурщик, халтурить в речи артистов-гастролеров и в музыкантском (лабушском) жаргоне.

Описанные здесь «пути» жаргонизма следует рассматривать не как последовательное развитие семантики слова в связи с новым употреблением, а, скорее, как распространение со временем в разных социальных группах некогда профессионально маркированного термина. Семантика, связанная с побочным, легким заработком (или прибылью вообще), могла развиваться уже в самом церковном речевом обиходе, в жаргоне певчих, дьяков и т. п. В обиходе православного духовенства так назывались службы, происходившие на дому у прихожан, по большим праздникам; для того чтобы успеть обойти большее число домов - и, следовательно, собрать больше денег, - они произносились ускоренно и в сокращенном виде. Отсюда халтура - выгода, легкий добавочный заработок, без особой траты сил. В пьесе А.Н. Островского «Воспитанница» слово халтура «взятка» вложено в уста судейского чиновника-хапуги: «Он теперь уже заранее рассчитывает, сколько доходов будет получать в суде, или халтуры, как он говорит».

Выше нами были рассмотрены основные особенности изменения семантики жаргонов и их проникновения в письменную речь. Исходя из всего выше написанного, можно сделать вывод, что при рассмотрении уровней и типов контрастных чередований мы в сущности уже проанализировали наиболее типичные источники экспрессии: рефлексия разговорности, широкое обращение к иноязычной и терминологической лексике, ориентация на язык беллетристики и широкое заимствование его приемов и средств; к ним добавляется и только что рассмотренная актуализация общеязыковых единиц. Мы фактически привели примеры наиболее распространенных конкретных средств выражения в языке современного ТВ.

1.4 Способы увеличения экспрессивности публицистического текста на телевидении

Как мы уже отмечали, поток информации в современном обществе огромен. Возникает потребность в правильной и оперативной информации. Эти качества могут достигаться только путем стандартизации языка. Однако, при подобных процессах для выделения наиболее значимой информации (особенно в публицистическом тексте) авторам приходится прибегать к различным видам увеличения экспрессивности текста. Язык публикаций и статей в связи с этим претерпевает изменения.

С точки зрения знакового продукта («слов, которыми говорится»), телевизионную коммуникацию при всем ее фактическом речевом многообразии следует рассматривать как набор противопоставляемых экспрессивных и стандартизованных элементов. При этом их маркированность и нейтральность может существенно отходить от аналогичного общеязыкового противопоставления; она конструктивна и, соответственно, прямолинейна.

ТВ- текст в этом смысле синкретичен, пользуется без ограничений «всем языком». Разбиение средств выражения производится, естественно, по одному критерию, а не по привычным языковедческим нормам лексико-семантических групп, типов словосочетаний, даже многогранных и сложных экспрессивно-стилистических окрасок, закрепленных в языке функционально-стилевых слоев.

Т.е. достижение экспрессивности на ТВ достигается нестандартными путями. Семиотический аспект телевизионного языка вообще зависит от того, насколько данная система и организация знаков удовлетворяет нужды ТВ-коммуникации, и потому не может замкнуться, скажем, в рамках одного стиля.

Рассматриваемые обстоятельства и выливаются в общие ориентации на стандарт изложения информации в телевизоре и экспрессию, пронизывающие язык ТВ, захватывающие его внешние, а отчасти и внутриструктурные уровни, воздействуя таким образом и на литературный язык в целом.

В этом смысле можно провести, разумеется, в высшей степени условную параллель между телевизионным языком и другими «языками» внутри единого русского языка, с одной стороны и между действительно разными языками, с другой: ведь как отмечают многие исследователи данного вопроса, различия между языковыми системами начинаются там, где выступают разные способы сегментации внеязыковой действительности с помощью языковых средств.

Видимо, этим объясняется отмечаемый исследователями факт несомненного сближения «языка» массовой коммуникации в разных языках: оно обусловливается одинаковым элементом - окружающей нас действительностью и одинаковой прагматической направленностью массовой информации.[8]

Итак, любой журналист настроен на поиск экспрессии. Экспрессия, как уже было отмечено выше, представляет собой слова, увеличивающие выразительность речи.

Многие ученые предлагают различные классификации экспрессивной лексики.

Рассмотрим наиболее ранние из них. В статье Е.М. Галкиной-Федорук (1958) выделено три группы эмоциональной (экспрессивной) лексики:

1) слова, выражающие чувства, переживаемые самим говорящим (отвращение, брезгливость, злость, любовь, ненависть и т. п.);

2) слова, выражающие лексическую оценку явления с точки зрения говорящего (добрый, злой, жестокий и т. п.);

3) слова, в которых понятие о чувстве обозначается не лексически, а посредством суффиксов или приставок эмоциональной оценки (цветочек, разудаленький, здоровущий и т. п.).

В статье О.Н. Пономаревой (1967) говорится о трех лексических разрядах с точки зрения выражения чувств и настроений: междометиях, служебных словах и эмоционально окрашенной лексике, выражающей чувства вместе с понятийным содержанием.

Роль экспрессии в телевизионном языке нельзя сводить к задаче компенсирования повышения силы воздействия; суть надежности связи, эффективной передачи информации, убеждения именно в одновременном параллельном действии системы различных воздействий. Применительно к языку следует говорить об органичном и постоянном совмещении и переплетении экспрессивного и нейтрального начал, которые к тому же редко выступают только разными способами передачи одного и того же содержания и связываются обычно с его видоизменениями. Однако надо учесть, что излишняя экспрессивность текста может послужить причиной неадекватного восприятия излагаемой информации зрителем.

Именно экспрессивность отличает телевизионный язык от других разновидностей литературного языка, обслуживающих иные совокупности социальных сфер и ситуаций общения (научный, деловой, поэтический и другие «языки»).

Последовательное, хотя очень различное и в разных комбинациях реализуемое чередование экспрессии и нейтральности (так называемого стандарта), выступая основным свойством телевизионного языка, обеспечивает надежное донесение до зрителя содержательно-информационной стороны с ее будничностью, деловитостью, строгостью, однозначностью, интеллектуальной точностью и воздействующе-организующей стороны с ее исключительностью, эмоциональностью, даже сенсационностью.

К сожалению, от исследователей пока что скрыты некоторые механизмы взаимодействия стандарта и экспрессии, что и приводит к нежелательным противоречиям в теоретических работах и практических рекомендациях.

Лишь немногие авторы подходят, например, к стилистическим смешениям, если и не как к достоинству, то как к естественному качеству телевизионного языка, показывая его нежелательность лишь там, где оно внутренне не обосновано содержанием.

Теперь необходимо отметить основные особенности лексических показателей экспрессивности. Основа, и, прежде всего, корень как главная ее часть, выступает в слове носителем его лексического значения. К лексическим показателям экспрессивности мы относим производные основы с разной степенью структурной членимости и семантической мотивированности. Выделим несколько разновидностей соотношения производной основы с производящей.

Экспрессивная лексика образуется от экспрессивных основ с помощью экспрессивных суффиксов. Приведем примеры. Плетюха говорят о болтливом человеке сплетнике (обычно женщине). Слово образовано от плести «болтать, сплетничать». «Вот плетюха! Ты че плетешъ-то, чё плетёшь!». «Нету ей веры от меня — она известная плетюха, чё попадя! В этих словах показателем экспрессивности являются не столько суффиксы, сколько производящие основы. Не будет преувеличением сказать, что экспрессивность (отрицательная оценка) суффикса тускнеет на фоне экспрессивности производящей основы. Сравним, например, говоруха - руха, моторуха, брехуха, плетюха, в первом показателе экспрессивности выступает суффикс, в остальных — ос-(корень и суффикс).

1.5 Стилистически окрашенные слова как один из методов увеличения экспрессивности текста

Что приходит в тексты новейшего русского языка? Основной процесс связан с перемещением лексических элементов из периферийных сфер языка в центр системы. К таким элементам, как было сказано выше, относятся жаргон, разговорные элементы, просторечие. Они объединяются по признаку "сниженность" в сравнении с нейтральным уровнем литературного языка. Данные элементы широко употребительны и в языке газет, и в теле- и радиовещании, и в речи образованных слоев населения. В 90-е годы их употребительность резко возросла. Перечисленные группы слов являются стилистически окрашенными, т.е. они являются очень яркими представителями того стиля, к которому относятся. Отметим, что именно подобные категории слов позволяют увеличить экспрессивность текста. Именно использование этих слов придает тексту некую критичность, ироничность или же резкость (если речь идет о злободневных событиях). Именно через использование стилистически окрашенных слов зритель наиболее ярко и четко представляет позицию автора. Отметим также, что Земская Е.А. в своих исследованиях вводит термин общий жаргон и относит его к стилистически окрашенным словам.

Термином "общий жаргон" называются жаргонизмы, используемые в средствах массовой информации и в речи образованных слоев населения. К числу наиболее частотных относятся такие слова, как разборка, зачистка, тусовка, крутой, ящик (телевизор). Эти и подобные слова можно встретить почти в любом номере газеты, каждый день услышать по телевизору.

Разговорные и просторечные элементы менее широко включаются в современную речь. Процесс включения подобных сниженных элементов в литературный текст лингвисты нередко называли термином "демократизация языка".

Факты употребления сниженной лексики в речи литературно-говорящих людей и средствах массовой информации многочисленны и разнообразны. Несколько примеров из разговорной речи: ювелирка – ювелирная промышленность, обменник – пункт обмена валюты, мобильник – мобильный телефон, боевики – террористы (чаще во мн. числе), силовик – руководитель силового министерства, ведомства или крупного подразделения, дутик – дутая куртка, оэртэшник – сотрудник телеканала ОРТ.

Значительная часть разговорных наименований – это суффиксальные существительные, образованные на базе словосочетаний "прилагательное + существительное", так называемые универбаты. Народ постоянно создает иронические номинации для различных явлений повседневной жизни. Так, куриные окорочка, которыми питается значительная часть российских горожан, люди называют ножками Буша.

Просторечные, жаргонные и разговорные слова можно встретить в самых серьезных текстах. В сюжете «Самозванные “патриоты” воюют против России» (документальный фильм НТВ, 21.09.2007) находим: главарь-верзила, жаргонное название членов общества "Память" – памятники. Поясним некоторые слова: ражий – прост. "крепкий, здоровый"; верзила – разг. "высокий, нескладный человек”.

Сниженные элементы могут выстраиваться в трехчленные синонимические ряды. Так, нейтральная номинация пятиэтажный дом имеет три сниженных синонима: пятиэтажка (разг.) – хрущевка (прост.) – хрущоба (жаргон).

Пятиэтажка – суффиксальный универбат, созданный на базе словосочетания;

хрущевка – производное с суфф. –к(а) от фамилии Хрущев (при котором строили такие дома); хрущоба – каламбурное скрещение начальной части фамилии Хрущев и конечной части слова трущоба. Иллюстрация – газетный заголовок, в котором оседствуют два члена этого ряда: "Московский проект реконструкции пятиэтажек медленно отмирает (заголовок). Лет через десять "хрущевки" сами рассыплются" (подзаголовок; Сегодня, НТВ 28.12.2006).

В языке конца XX в. из трех рассмотренных потоков сниженных элементов наиболее сильный – жаргонный, наиболее слабый – просторечный.

Третий пласт: иноязычные элементы. Они широким потоком вливаются в тексты современного языка. Это - прежде всего названия новых явлений, предметов, понятий в политике, экономике, науке, быту, торговле, искусстве. Развитие науки и техники, расширение экономических, политических, профессиональных и личных контактов между жителями России и Западного мира способствуют активизации взаимодействия между русским языком и западноевропейскими. Для 80–90-х годов характерен интенсивный процесс заимствования иностранных слов, прежде всего английских, что уже было отмечено выше.

Одно из таких заимствований: дефолт (англ. default) – "невыполнение обязательств", "неплатежи". После финансового кризиса в августе 1998 г. это слово замелькало на страницах газет, его можно услышать по телевидению, в устной речи.

Отмечу, что в России слово дефолт, как правило, употребляется без всяких уточнений – нет указаний ни времени, ни места. Имеется в виду наш российский дефолт августа 1998 г. Рассмотрим некоторые типические черты протекания процесса заимствования.

Итак, вышеописанные явления характерны для современного языка. Они не рассчитаны на экспрессивность, а выполняют прежде всего номинативную функцию и отражают процесс вхождения (или не вхождения) чужого слова в русский язык.

Характернейшая особенность текстов в. – интертекстуальность (мозаичность, цитатность). Это явление распространяется и на обычный повседневный язык, и на язык массовой коммуникации. Цитаты – это дословные выдержки из какого-либо произведения. Устойчивые выражения типа пословиц и поговорок, не составляющие часть какого-либо произведения, а также клишированные фразы иного характера не являются цитатами.

Цитирование и включение инкрустаций – высокохарактерная черта современного функционирования языка. Обычно цитаты и инкрустации вводятся в текст без всяких отсылок. Адресат должен уметь их вычленить, понять их происхождение, их первоначальный смысл и тот смысл, который они получают в новом окружении.

Для современного языка характерно два способа применения цитат и инкрустаций:

1. дословное использование, при этом само включение чужеродной единицы выступает как средство экспрессии;

2. изменение формы устойчивого выражения или слова, так что трансформация формы служит рождению нового содержания.


2 Анализ применения элементов разговорной речи в текстах рекламных роликов

Зрители самых разных каналов российского телевидения могли видеть рекламу организации "I.ru", торгующей ноутбуками. Реклама состояла из набора фраз, произносимых различными людьми. Этот набор не был постоянным, однако многие из фраз повторялись довольно часто. Вот как они звучали:

1. "Каждый день я гружу друзей".

2. "А я их развожу".

3. "Я их достаю".

4. "Я часами вправляю друзьям мозги".

5. "Я им вставляю, чтобы были собранными".

6. "А я друзей проверяю самыми изощренными способами".

7. "А я на них стучу".

8. "А я продаю друзей каждый день, и это неплохой бизнес".

Завершалось все фразой:

9. "А еще вы можете заказать своего друга".

Оставим в стороне технические, эстетические и моральные аспекты этой рекламы, для нас это не важно. Для нашей работы в этом тексте будет интересно, прежде всего то, что в нем сознательно использована просторечная лексика, отсутствующая в литературном языке. Мало того, именно эта лексика выполняет основную рекламную функцию, создавая эффект каламбура - каждое из этих слов встречается и в литературном языке, но с другим значением, а иногда и управлением.

1. Грузить (лит.) - наполнять что-либо грузом (багажом, ноутбуками).

Грузить (разг.) - обманывать, лгать.

2. Развожу (лит.) - доставляю в разные места.

Развожу (разг.) - обманываю.

3. Доставать (лит.) - взять что-либо, находящееся на расстоянии, извлечь, вынуть что-то.

Доставать (разг.) - надоедать, изводить кого-л.

4. Вправлять мозги - собирать компьютеры.

Вправить мозги (разг.) - убедить кого-либо, часто с использованием угрозы / шантажа / силы.

5. Вставлять – помещать, ставить внутрь чего-либо.

Вставлять (кому-л.) - применять меры воздействия (физического или морального)

6. С точки зрения стилистики эта фразв нас не интересует.

7. Стучать (лит.) - неправильное словоупотребление - нельзя стучать на компьютерах, но можно по клавиатуре.

Стучать на кого-либо (разг.) - сообщать неразглашаемую информацию с целью причинения вреда.

8. Продать (лит.) - отдать за определенную плату (товар).

Продать человека - совершить предательство, измену из корыстных побуждений.

9. Заказать (лит.) - поручить изготовить, исполнить, доставить что-либо.

Заказать человека - организовать заказное убийство кого-л., нанять киллера для убийства кого-л.

Необходимо также отметить, что значения всех перечисленных слов в просторечии имеют ярко выраженный "криминальный" оттенок, так как обозначают весьма специфические понятия, характерные для повседневного быта носителей просторечия, в большой степени связанного с криминальной и полукриминальной деятельностью. Этот, казалось бы, незначительный факт, тем не менее, весьма показателен.

Здесь мы наблюдаем один из роликов рекламной кампании торговой сети «Эльдорадо». Опять же мы будем проводить анализ видеоряда только с точки зрения стилистики. Больше всего нас интересуют слова В. Галыгина:

"Европейская разборка без нас не пройдёт! Я еду выбивать скидки! Со мной одиннадцать серьёзных ребят и удача! "

Разборка – крупная ссора с дракой между враждующими лицами, группами (обычно преступными) (разг.). В рекламе под этим словом подразумевается чемпионат Европы по футболу 2008 года.

Выбивать – с трудом добиться, получить что-нибудь у кого-нибудь (прост.).[9]

Одиннадцать серьезных ребят здесь прилагательное “серьезных” использовано в значении важных, колоритных, сильных. В таком значении это прилагательное так же пришло к нам из тюремного жаргона. В ролике под фразой одиннадцать серьезных ребят следует понимать сборную России по футболу.

Итак, за семь секунд видеоряда в ролике было использовано три элемента разговорной речи. Причем все они относятся к бандитской тематике.

На этом видеоряде мы видим еще один рекламный ролик продукции «Эльдорадо».

"Ну что ты паришься ? Что ты паришься ? Париться надо где? На парах…" – говорит В. Галыгин, задумавшемуся студенту. Здесь употребление глагола "паришься", но не в значении приготовляться, прогреваться в закрытом сосуде на пару, а в значение просторечия. Это на молодежном сленге означает то же самое, что и "потеть над задачей".

Характерно, что практически во всех случаях просторечные элементы используются здесь не в игровых целях, а как нейтральная лексика, призванная максимально точно выразить мысль автора. Экспрессивность выражений, бросающаяся в глаза носителю литературного языка, также вполне естественна, так как речевое поведение носителей просторечия характеризуется большей языковой экспрессией и степенью агрессивности, чем поведение носителей литературного стандарта.


Заключение

Подводя основные итоги в данной курсовой работе, необходимо отметить, что проведенное исследование позволило наиболее точно изучить основные процессы взаимодействия между разговорной речью и литературным языком. Работа посвящена изучению основных механизмов и причин проникновения в тексты телевидения элементов разговорной речи.

Была выявлена следующая особенность. Некоторые разговорные слова, проникая в литературный язык закрепляются в нем. Другие же (как правило, более грубые формы – просторечия и жаргонные слова) так и остаются инородными элементами в упорядоченной структуре литературного языка. Однако, просторечные слова граничат не только с жаргонами, но и сленгом (о чем говорилось в работе). Яркими представителями сленга являются новые сленговые слова и понятия.

Данная работа ставила цель: рассмотрение сущности элементов разговорной речи, а также выяснение их роли на современном телевидении.

Хочется подчеркнуть, что данная цель была достигнута не только путем изучения работ научного характера (монографии и т.д.), но и анализа конкретных данных, из телевизионных материалов. В результате чего был сделан вывод, что работники телевидения используют элементы разговорной речи для предания текстам экспрессивности и живости, закрывая глаза на то, что это чаще всего ведет к нарушению общеязыковой литературной нормы словоупотребления. А делается это всё в погоне за рейтингами.

В связи с этим необходимо подчеркнуть, что использование экспрессивной лексики на телевидении обусловлено прагматичным стремлением авторов наполнить большей информативностью и увлекательностью для зрителя излагаемый материал и повысить эффективность воздействия этого материала.

В ходе выполнения основных задач исследования был сделан ряд наблюдений. И как следствие можно сделать заключение, что тенденции развития телевидения сегодня не вызывают положительных эмоций. Потому как всё больше и больше разговорной лексики попадает в эфир, потому как молодежь всё «проглатывает» и что самое страшное это нравится молодёжи.

Средства массовой информации играют немаловажную роль в нашей жизни. Поэтому проблема языка СМИ, а в частности телевидения очень важна. Телевидение в значительной степени определяет нормы языка и общения, и тем более высока их ответственность за то, чтобы эти нормы отвечали лучшим культурным традициям. К сожалению, остается только надеяться, что телевидение посредством воздействия на аудиторию будет нести мир и благополучие в жизнь людей, а не разрушать наши умы.


Список используемой литературы

1. Девкин, В.Д. Разговорная речь / В.Д. Девкин. – М.: Наука, 1979. – 152 с.

2. Калинин, А.В. Культура русского слова. / А.В. Калинин – М.: изд-во МГУ, 1984. – 299 с.

3. Муратов, С.А. Телевизионное общение в кадре и за кадром : учеб. Пособие для вузов / С.А. Муратов. – М. : Аспект Пресс, 2003. – 201 с.

4. Ожегов, С.И. Толковый словарь русского языка/ С.И. Ожегов. – Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. – 4-е изд., дополненное. – М.: Азбуковик, 1999. – 944 с.

5. Система средств массовой информации России: учеб. Пособие для вузов / Л.Н. Засурский, М.И. Алексеева, Л.Д. Болотова; под ред. Л.Н. Засурского. – М.: Аспект Пресс: Изд-во МГУ, 2003. – 2009 с.

6. Сиротинин, О.Б. Вопросы стилистики устной и письменной речи. / О.Б. Сиротинин. – Саратов, изд-во Сар. Ун-та. – 1989. – 183 с.

7. Скворцова, Л.И. Литературная норма и просторечие. / Л.И. Скворцова; под ред. Скворцова Л.И. - М.: Наука, 1977. – 252 с.

8. http://www.stgcinema.ru/look/seeadv

9. http://www.advi.ru

10. http://smotri.ru


[1] . Литературная норма и просторечие. / Под ред. Скворцова Л.И. - М.: Наука,

1977. – 252 стр.

[2] Ожегов С.И. Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка/ Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. – 4-е изд., дополненное. – М.: Азбуковик, 1999. – 944 стр.

[3] Калинин А.В. Культура русского слова. – М.: изд-во МГУ, 1984. – 299 стр.

[4] Девкин В.Д. Разговорная речь. – М.: Наука, 1979. – 152 стр.

[5] http://www.advi.ru

[6] Калинин А.В. Культура русского слова. – М.: изд-во МГУ, 1984. – 299 стр.

[7] Калинин А.В. Культура русского слова. – М.: изд-во МГУ, 1984. – 299 стр.

[8] Вопросы стилистики устной и письменной речи. / Под ред. Сиротинина О.Б. – Саратов, изд-во Сар. Ун-та. – 1989. – 183 стр.

[9] Ожегов С.И. Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка/ Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. – 4-е изд., дополненное. – М.: Азбуковик, 1999. – 944 стр.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий