регистрация / вход

Передача на русский язык функции артикля

Содержание Об авторе. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Краткая справка об источнике «Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы)». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Содержание

1. Об авторе. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

2. Краткая справка об источнике «Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы)». . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

3. Введение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

4. Передача функции артикля на русский язык. . . . . . . . . . . . . . . . .

5. Заключение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


6.

Об авторе

Андрей Венедиктович Федоров (1906-1997) по праву считается основоположником отечественной теории перевода.

Его первая статья, увидевшая свет в 1927 году, называлась «Проблемы стихотворного перевода». И с тех пор теория и практика перевода стали смыслом всей литературной, научно-исследовательской и педагогической жизни А. В. Федорова. Он первым поднял чисто прикладную задачу перевода текста с одного языка на другой до ранга глубокой языковедческой проблемы.

В книге «О художественном переводе» А. В. Федоров пишет о том, что успешное сочетание теории и практики перевода возможно лишь на широкой филологической основе. Эта работа содержит общие принципы лингвистического подхода к переводу текста, которые получили дальнейшее развитие и уточнение во «Введении в теорию перевода» (1953 г.) и во 2-м (1958 г.) и 3-м переработанном и дополненном издании под названием «Основы общей теории перевода» (Лингвистический очерк) 1968, 1983 и 2002 года.

В основу лингвистической теории перевода А. В. Федорова положено установление определенных закономерностей при помощи сопоставления особенностей словарного состава, грамматического строя и стилистического использования языковых средств французского, немецкого, английского и русского языков и анализа переводческой практики.

Важнейшим положением этой теории является функциональный принцип установления таких соответствий.

С теорией и практикой перевода тесно связана и другая грань научно-исследовательской и писательской деятельности А. В. Федорова – углубленное изучение проблем языка и стиля художественного произведения. Его книга, посвященная этой теме, так и называется – «Язык и стиль художественного произведения» (М.-Л., 1963). В ней автор излагает свой подход к стилистической архитектонике текста. В другой книге «Очерки общей и сопоставительной стилистики» автор обращается к методам анализа текста с позиции теории и практики перевода. А. В. Федоров давал великолепные образцы анализа индивидуального стиля ученого. Так, его наблюдения над языком Л. В. Щербы можно рассматривать как руководство для всех ученых, от начинающих до маститых, по использованию специальной лексики в научном произведении.

В целом научная деятельность Андрея Венедиктовича Федорова была многообразной. Он органично сочетал в себе энциклопедические знания ученого-литературоведа, тонкое исследовательское чутье лингвиста и великолепный талант писателя.


Краткая справка об источнике

В книге «Основы общей теории перевода (лингвистические проблемы)» рассматриваются важнейшие разделы общей теории перевода, такие как задачи теоретического перевода, основные факты из истории перевода и переводческо мысли, условия выбора языковых средств в переводе, грамматические вопросы перевода, а также разновидности перевода в зависимости от жанрового типа переводимого текста.

Книга построена на материале переводов с немецкого, английского, французского, отчасти испанского языков на русский; эпизодически используются данные перевода с некоторых других языков на русский и с русского на иностранные.

Как было сказано выше, первое издание книги (1953) вышло под названием «Введение в теорию перевода». В нем была сделана попытка поставить проблему перевода (для всех его разновидностей) в широком масштабе как проблему языковедческую. Такая направленность работы и категоричность тона многих формулировок вызвала ряд возражений и замечаний.

Для второго издания книга была полностью пересмотрена, существенно переработана и дополнена, в частности, было подчеркнуто, что «лингвистическим путем не могут быть объяснены все факты из области перевода», но что «лингвистический путь изучения, не являясь достаточным для постановки и решения всех проблем перевода (в частности, художественного), безусловно является необходимым в делеихисчерпывающего исследования».

В середине 1960-х годов размах переводческой деятельности во всем мире усилился, определилась необыкновенная широта масштаба, которую приобрели теперь работы по изучению практики, теории и истории перевода. Таким образом, третье издание книги (1968), оказавшееся в ряду многочисленных уже работ, не возбудила того удивления, с каким было встречено первое.

В четвертом и пятом изданиях сохранилась общая концепция книги, ее состав и структура, основное содержание и значительная часть материала книги в ее предшествующей редакции с учетом опыта, накопленного отечественными и зарубежными исследователями с конца 1960-х годов. В задачу входило предложить разграничение между некоторыми тенденциями исследования и теоретическими взглядами, вызывающими либо возражения и сомнения, либо согласие со стороны автора.

Часть иллюстративного материала — главным образом из области газетных текстов и научной литературы – была обновлена, раздел о переводе научно-технической литературы и документально-деловых текстов был опущен. Примеры жеизпереводов художественной литературы, почерпнутые из работ лучших представителей этого искусства или нужные как отрицательный материал, за редкими исключениями сохранены, они продолжают служить для анализа, иллюстрируют или подкрепляют положения книги.


Введение

Данный реферат посвящен одному из грамматических аспектов перевода, рассмотренных Андреем Венедиктовичем Федоровым, а именно способам передачи функций грамматического элемента ИЯ, не имеющего формального соответствия в ПЯ.

Автор убежден, что при исследовании вопросов перевода с одного конкретного языка на другой основное внимание должна привлекать именно область грамматических явлений, специфичных для каждого из них. При этом в первую очередь, он подчеркивает важность изучения случаев расхождения грамматического строя языков.

А.В.Федоров называет три основных типа грамматического расхождения между ИЯ и ПЯ:

1. в ИЯ существует элемент, которому нет формально-грамматического соответствия в ПЯ (например, наличие артикля и разница между определенным и неопределенным артиклем, аналитические формы прошедшего времени в ряде романских и германских языков — при отсутствии этих явлений в русском языке).

2. в ПЯ есть элементы, не имеющие формального соответствия в ИЯ, а между тем неизбежно применяемые в любого вида текстах (например, форма вида глагола, широко развитая флективная система, наличие причастий активной формы прошедшего времени и пассивной формы настоящего времени в русском языке — при отсутствии этих грамматических средств в тех или иных романских, германских и др. языках),

3. в ПЯ есть грамматические элементы, формально соответствующие элементам ИЯ, но отличающиеся от них по выполняемым функциям.

Эти расхождения, особенно ощущаемые именно при переводе, являются результатом своеобразия каждого из двух языков. Однако А.В.Федоров отмечает, что круг грамматических особенностей для каждого языка (по отношению к другому) всегда ограничен. Он также утверждает, что при передаче подобных сочетаний, хотя бы в общей и единообразной для каждого из них, не может быть полного стандарта, следования какому-то одному неизменному принципу, и нисколько не исключается выбор между несколькими, хотя бы и близкими друг к другу возможностями. Выбор варианта может зависеть от соотношения с соседними предложениями, от жанра и типа переводимого текста» от его стиля и т.п.

Тем не менее возможны обобщения способов передачи грамматических расхождений в тех случаях, когда несколько языков, в той или иной мере родственных, имеют между собой общие особенности, общие черты, одинаковые элементы, отличающие их от ПЯ. Разумеется, должно учитываться своеобразие, с которым данные черты и особенности проявляются в каждом из них. Так, можно говорить о том, как используются русские видовые формы глагола для перевода с тех языков, где вид в качестве грамматической категории не существует. При этом нужно учитывать возможности одного конкретного языка в их отношении к другому или нескольким языкам, особенности которых находят в нем известные соответствия.

Автор также подчеркивает, что различие грамматического строя часто вызывает необходимость при передаче значения, выраженного морфологическим средством языка подлинника, прибегать в переводе к средству синтаксического или лексического порядка. В данном случае связь между разными уровнями языка проявляется с особенной силой.


Способы передачи функции артикля

Говоря о грамматических элементах ИЯ, не имеющих формального соответствия в ИЯ, А.В.Федоров обращается помимо всего прочего к артиклю.

Он рассматривает передачу лишь двух типов артиклей: определенного и неопределенного. Как нам известно, различие между определенным и неопределенным артиклем в различных языках состоит в том, что первый указывает на уже известный нам объект, а второй – на новый, упоминаемый в контексте впервые. В данном случае артикль выполняет функцию как средства, участвующего в актуальном членении предложения. Похожая функция в русском языке передается флективными средствами.

А.В.Федоров предлагает два способа передачи функции артикля

А) лексический

Б) синтаксический

А) В качестве примера лексического способа автор приводит перевод названия романа Мопассана «Unevie» как «История одной жизни». Действительно, неопределенный артикль во французском языке указывает на то, что речь идет об одной из человеческих жизней, об одной типичной человеческой судьбе, и это может быть передано лишь более распространенным сочетанием слов. В то время как перевод «Жизнь» дает понять, что речь идет о жизни в целом, жизни человечества, как будто в оригинале сказано «Lavie».

Итак, неопределенный артикль может переводиться с помощью таких лексических добавлений, как «один», «какой-то», «некий» и т.д.

Б) Смысловая роль артикля может быть отражена по-русски синтаксическим способом. Так как неопределенный артикль указывает на неизвестное, то при постановке существительного с ним в конец предложения будет достигнут как раз эффект неопределенности действующего лица, его новизны. Наоборот, в предложении, где на первом месте стоит существительное, воспроизведение порядка слов подлинника является передачей значения определенности, известности, выраженного артиклем.

Сравним несколько аналогичных по составу предложений английского, немецкого, французского, испанского языков, где смысловая роль артикля в основном одинакова:

A man came round the comer.

An der Ecke erschien ein Mann.

Une femme sortit de la chambre.

Un joven salió del hotel.

Из-за угла вышел (появился) человек.

Из комнаты вышла женщина.

Из гостиницы вышел молодой человек.

В этих четырех случаях существительные сопровождаются неопределенным артиклем. Представим себе теперь ряд более или менее аналогичных фраз, отличающихся только тем,что в нихприменен артикль определенный:

The man still stood at the corner,

Der Mann stand immer noeh an der Ecke. La femme sortit de la chambre.

El joven salio del hotel.

Человек все еще стоял на углу.

Женщина вышла из комнаты.

Молодой человек вышел из гостиницы.

Анализ переводов классических и современных произведений на русский язык также подтверждает, что тот порядок русских слов, при котором подлежащее занимает первое место, а затем следует сказуемое, может быть признан типичным, максимально распространенным при передаче французских, немецких, английских, испанских и т.п. предложений, имеющих в начале подлежащее-существительное с определенным артиклем.

Впрочем, следует отметить, что постановка подлежащего в начало предложения, когда в ИЯ при нем присутствует неопределенный артикль, возможна при условии, что при нем стоит определение, определительное придаточное предложение или связь с контекстом сообщает ему большую конкретность. При этом ослабляется оттенок неопределенности, выраженный артиклем.

Например:

"Une vieille femme en camisole de nuit a ouvert la porte et a demandé ce qu’il voulait". «Старуха в ночной кофте открыла дверь и спросила, что ему было нужно».

Наличие определительных словосочетаний делает возможным вынесение группы подлежащего в начало предложения, так как указание на конкретизирующие признаки уже содержится в ней.

С другой стороны, постановка подлежащего в конце предложения возможна и при передаче существительного с определенным артиклем, если оно означает нечто единственное, неповторимое. Так, фраза «Lesoleilselève» может быть переведена с разным порядком слов: «Солнце восходит» и «Восходит солнце». Само значение слова «солнце» таково, что при постановке в конце этого простого предложения оно исключает возможность воспринять его по аналогии с теми случаями, когда постпозиция передает значение неопределенности.

Бывают также случаи, когда функция артикля в условиях узкого замкнутого контекста, например, в заглавиях с их характерной краткостью, остается невоспроизведенной. Так, в заглавии романа Теодора Драйзера "AnAmericanTragedy" именно благодаря неопределенному артиклю подчеркивается типичность для Америки трагических событий, изображенных автором, а русский перевод этого заглавия, стилистически единственно возможный, – «Американская трагедия» этого смысла не передает. Следовательно, то, что в подлиннике подчеркнуто уже заглавием, в переводе выявится только из содержания всего произведения в целом.

При переводе важно учитывать, что некоторые функции артикля не совпадают в разных языках. Например, в немецком языке развита демонстративно-выделительная функция определенного артикля при имени собственном (например, «derPeter», «dieSophie» и т. д.) и та же функция лишь слегка намечена в языке французском (употребление определенного артикля при именах некоторых известных артистов, — например, «LaMalibran»). При переводе на русский язык эта функция артикля утрачивается, независимо от степени ее применения в языке подлинника и единственное, что в некоторых случаях хоть отчасти может быть воспроизведено дополнительными лексическими средствами - это стилистические оттенки, связанные с нею (например, оттенок фамильярно-бытового просторечия, обычно присущий демонстративно-выделительному употреблению немецкого определенного артикля).


Заключение

В своей книге «Основы общей теории перевода» А.В.Федоров затронул актуальную проблему, ведь на русский язык ежедневно переводятся сотни текстов с языков, где артикль является неотъемлемой частью грамматической системы.

Все приведенные примеры говорят о том, что средства одного языка (в данном случае — русского) открывают возможности для передачи смыслов, выраженных в других языках с помощью артикля (элемента, которому нет формального соответствия в русском языке). При этом существенно, что для передачи специфического элемента ИЯ (артикля) применяется специфическое же средство русского языка как ПЯ (более свободный порядок слов).

Рассмотренные способы компенсации артикля оказываются применимыми для перевода с разных языков, где функции артикля однотипны и устойчивы на протяжении огромного Хронологического периода. Обобщающие замечания о возможности перевода перечисленных примеров основаны на общности особенностей, представляемых категорией артикля в разных языках.

Однако эта возможность перевода не является универсальной, т. е. ни в какой степени, при всей закономерности в ее применении, не является практическим «правилом без исключений». А.В.Федоров неоднократно подчеркивает, что для перевода конкретного случая нужно учитывать конкретный контекст, сочетаемость и значение лексических единиц и другие факторы.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий