Проблема социокультурной динамики и синергетики

Социокультурная динамика и параметры социокультурных изменений. Основные идеи циклической модели социокультурных макродинамических процессов. Эволюционные модели социокультурной динамики. Применение идеи синергетики к исследованию социодинамики культуры.

Филиал государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Орловская региональная академия государственной службы» в г. Смоленске

Реферат

по дисциплине «Культурологи»

на тему: «Проблема социокультурной динамики и синергетики»


Содержание

Введение

1. Что такое социокулътурная динамика и каковы временные параметры социокультурных изменений

2. .Каким образом становятся возможны и происходят социокулътурные изменения

3. Основные идеи циклической модели социокультурных макродинамических процессов

4. Эволюционные модели социокультурной динамики

5. Как применимы идеи синергетики к исследованию процессов социокультурной динамики

Заключение

Список используемой литературы


Введение

Свой реферат на тему социокультурной динамики и синергетики я выбрала потому, что мне стало интересным узнать, что обозначают эти понятия, каким образом происходят социокулътурные изменения …

Культура – это ненаследуемая биологическая информация, мир искусственно созданных людьми явлений.

Культура реализует себя через равновекторные действия людей, обусловленные противоречащими друг другу и даже противоположными мотивами, целями и желаниями.

Исследование проблем социодинамики культуры – наиболее важная и актуальная область познания изменений, происходящих в обществе.

Слово «динамика» (от греч. dynamis) переводится как "сила". В физике — это раздел механики, где изучается движение тел под воздействием приложенных к ним сил, в теории машин и механизмов в разделе динамики учитывается действие сил на движение их (машин и механизмов) составных частей. В музыке этот термин используется, когда говорят о различной степени силы звучания, громкости и их изменениях.

Сама необходимость изучения динамических процессов в различных системах, в том числе и в культуре, породила новое научное направление, получившее название "синергетика".

В ходе работы над рефератом я постараюсь как можно подробнее ответить на все те вопросы, которые у меня возникли.


1. Что такое социокулътурная динамика и каковы временные параметры социокультурных изменений

Когда речь идет о социодинамике, подразумеваются изменения, которые происходят в культуре и человеке под воздействием внешних и внутренних сил. Изменения — неотъемлемое свойство культуры. Понятие "изменение" включает в себя как внутреннюю трансформацию культурных явлений (нетождественность самим себе во времени), так и внешние перемены (взаимодействия между собой, передвижения в пространстве и т.п.).

Термину "динамика" близок по значению термин ''развитие". Он употребляется для обозначения поступательного движения культуры, перехода от одного состояния к другому. Развитие культуры проявляется как через увеличение уже имевшегося, так и через возникновение качественно новых форм. Некоторые авторы подчеркивают необратимость, направленность, закономерность происходящих изменений. Обратимость культурных изменений характеризует циклические процессы, отсутствие закономерности — случайные изменения катастрофического типа, отсутствие направленности разрывает непрерывную внутренне взаимосвязанную линию развития.

Поскольку в рамках культурологии исследуются общеродовые, общесоциальные, групповые и индивидуальные аспекты процесса социокультурных изменений, то понятие "времени" для нее является достаточно гибким и фиксируется в различных масштабах.

Исходя из этого исследователи выделяют три типа шкал:

- микромасштабные шкалы времени (1 —25 лет) применяются при анализе процессов, происходящих в жизнедеятельности групп и отдельных ртндивидов (например, возрастных ритмов человека, циклов деловой активности и т.п.);- среднемасштабные шкалы времени используются при рассмотрении таких важных факторов социокультурной динамики, как экономические подъемы и спады (48—55 лет), процесс смены поколений (25 — 30 лет);

- макромасштабные шкалы времени (100 и более лет) применяются при исследовании традиций, процессов смены династий, общественных формаций, изменений языка и т.п. Именно такие масштабы используются при анализе зарождения, расцвета, упадка и гибели того или иного типа культуры (например, в творчестве Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера, А. Тонной).

Поскольку изменения в культуре протекают как в форме активизации, так и в форме замедления процессов, то важнейшими характеристиками времени для культурологов выступают его ритм и темп. Многие сферы жизнедеятельности людей подвержены чередованию подъема и спада активности, что проявляется в темпах и ритмах движения культуры в целом.

Современный культуролог Ю.М. Лотман в книге "Культура и взрыв" представляет характер социодинамических процессов в виде непрерывного движения — "осмысленной предсказуемости" и, как противоположность этому, — непредсказуемости, то есть изменений, "реализуемых в порядке взрыва". Говоря о "непредсказуемости", Ю. Лотман имеет в виду, что каждый "момент взрыва" имеет определенный набор равновероятных возможностей перехода культуры в другое состояние, из которых реализуется только одна.

Однако взрывные процессы — лишь один из двух путей, какими осуществляются изменения в культуре. «...Целые сферы культуры могут осуществлять свое движение только в форме постепенных изменений. Постепенные и взрывные процессы, представляя собой антитезу, существуют только в отношении друг к другу. Уничтожение одного полюса привело бы к исчезновению другого. Все взрывные динамические процессы... реализуются в сложном динамическом диалоге с механизмами стабилизации. Нас не должно вводить в заблуждение то, что в исторической реальности они выступают как враги, стремящиеся к полному уничтожению другого полюса. Подобное было бы гибельным для культуры. К счастью, это не осуществимо»[1] .

Так, например, по мысли Ю. Лотмана, процесс возникновения великих научных идей и открытий подобен взрыву; а их техническая реализация подчиняется законам постепенной динамики. Новое в технике всегда обусловлено и стимулируется практическими потребностями (поэтому научные идеи могут быть не своевременными) и вследствие этого оно предсказуемо, то есть выступает "реализацией ожидаемого". Новое же в науке или искусстве всегда есть "осуществление неожиданного". "Таким образом, динамические процессы в культуре строятся как своеобразные колебания маятника между состоянием взрыва и состоянием организации, реализующей себя в постепенных процессах''.

Эти тенденции в истории культуры взаимообусловлены. Одна из них не может существовать без другой. "Заминированное поле с непредсказуемыми местами взрыва и весенняя река, несущая свой мощный, но направленный поток, — таковы два зрительных образа, возникающих в сознании историка, изучающего динамические — взрывные — и постепенные процессы," —пишет Юрий Лотман.

2. Каким образом становятся возможны и происходят социокулыурные изменения

В процессе функционирования такой системы как культура в различных ее элементах и подсистемах формируются и накапливаются противоречия. Система оказывается разбалансированной и дает сбои, усиливаются дезинтеграционные тенденции. Может сложиться кризисная ситуация, поэтому процесс обновления необходим. Если деформация происходит одновременно в нескольких подсистемах культуры (например, политике, экономике и т.д.), то кризис становится всеохватывающим, приобретает системный характер.

Периоды кризисов неизбежны для любой культуры и могут играть не только негативную, но и позитивную роль в социокультурной динамике. Важную функцию в динамических процессах выполняют периоды подъема культуры, На этой конструктивной фазе рождаются, фиксируются и распространяются различные элементы нового культурного опыта. Огромную роль при этом играют культурные заимствования — внедрение предметов, норм деятельности, ценностей, апробированных жизнедеятельностью других культур; и инновационно-поисковая деятельность — сознательный отход от устоявшихся норм и использование новых образцов деятельности.

Необходимо подчеркнуть, что в реальной практике два вида процессов (процессы восхождения и кризисные процессы) зачастую тесно переплетены между собой так, что доминирующие тенденции не проявляются. Процесс отмирания старых норм и процесс внедрения новых осуществляются параллельно, иногда стремительно, иногда постепенно, а потому незаметно.

Таким образом, явление культуры в его историческом развитии есть расширение сфер и областей человеческого опыта, который рефлексируется и осмысливается, закрепляясь в традиции (от лат.traditio—передача). Однако, несмотря на всю важность традиций, которые обеспечивают устойчивость, авторитет культуры и культурных норм, нельзя себе представить развитие культуры без обновления культурного опыта, без инноваций..Они проявляются в изменениях, которым подвергается весь образ жизни. Изменения в культуре происходят в результате накопления культурного опыта, они не могут быть внезапными. Чтобы стать достоянием и ценностью человеческого бытия, им требуется определенное время, "Большое время культуры", как определял отечественный мыслитель М. Бахтин.


3. Основные идеи циклической модели социокультурных макродинамических процессов

С древнейших времен человек задумывался об изменениях, происходящих в обществе и культуре. Существуют различные модели социокультурных динамических процессов: циклические (круговая и волновая), эволюционная, синергетическая и др.

Наиболее древнее — представление о том, что изменения в мире подчинены закону повторяемости, обратимости. Циклическая повторяемость — закон биологического существования, ему подчиняется мир природы и человек, как часть этого мира. По аналогии с круговоротом веществ в природе, сменой времен года, чередованием света и тьмы, биологическими жизненными циклами, движение по замкнутому кругу составляло в архаической культуре господствующую сторону человеческого поведения, что и даю возможность воспринимать социодинамические процессы как циклические. Под циклом понимаются ''обобщенные представления об универсальной форме внутренней динамики макросоциокультурного объекта (этнос, общество, цивилизация) в период его существования от возникновения до распада"[2] .

Каждая культура проходит определенный жизненный цикл от рождения до смерти, двигаясь по замкнутому кругу к исходному состоянию хаоса. Подобные взгляды были распространены в V — IV вв. до н.э. в греческой (Аристотель, Полибий) и древнекитайской (Сым Цянь) философии. Так, древнегреческий историк Полибий (201 — 120 гг. до н.э.) выделил цикл, состоящий из шести основных, сменяющих друг друга политических режимов: монархия, тирания, аристократия, олигархия, демократия, охлократия ("власть толпы").

Историки средневекового Китая (под влиянием буддизма), арабские философы позднего Средневековья, европейские просветители нового времени, придерживаясь идеи цикличности, направляли движение своих мыслей против примитивной, линейной интерпретации истории. "Естественная" повторяемость виделась им в смене династий и форм государственного правления, выдвижении в культурно-историческом процессе различных народов, расцвете и упадке отдельных культур.

Теория круговорота в истории Дж. Вико (1668 — 1744) основана на том, что цикл существования любой нации состоит из трех эпох. Первая — "век богов", когда государство еще отсутствует, представления людей фиксируются в мифах, а приоритет закреплен за религиозными структурами. "Век героев"— это господство аристократического государства и его символическое отражение в различных формах героического эпоса. "Век людей"— демократическое государство или монархия; для этой эпохи характерно осмысление мира в историографии. Ее окончание знаменует собой распад данной культуры и общества.

Идея цикличности противостояла идее прогрессивного поступательного развития человеческой культуры и в XIX — начале XX века представлена в движении культурно-исторических типов у русского социолога Н.Я. Данилевского, жизни "культурных организмов" в концепции О. Шпенглера, круговороте "локальных цивилизаций" А. Тойнби, теории "этногенеза" Л.Н. Гумилева.

Многие этнографические и исторические факты не укладывались в рамки эволюционного или материалистического объяснения истории. В эмпирическом материале присутствовали данные, ставящие под сомнение принципы эволюционной необратимости развития культур. В этой связи О. Шпенглер писал: "Вместо монотонной картины линейнообразной всемирной истории... я вижу феномен множества мощных культур, с первобытной силой вырастающих из недр породившей их страны, к которой они привязаны на всем протяжении своего существования, и каждая из них налагает на свой материал — человечество — свою собственную форму, и у каждой своя собственная идея, собственные страсти, собственная жизнь, желания, чувствования и, наконец, своя собственная смерть"[3] .

В работу "Закат Европы" О. Шпенглер развивает идею, что, по аналогии с живыми организмами, культуры проходят следующие стадии, представляющие собой законченный цикл: "детство" — "весна" (период хаоса, накопления сил); "юность" — "лето", ‘’зрелость’’ – ‘’осень’’,

когда реализуются все потенциальные возможности культурной души; "старость" — "зима", период "цивилизации" — гибели культуры. На весь жизненный цикл культурного организма Шпенглер отводит около тысячи лет, период "цивилизации" продолжается 200 — 300 лет. На цивилизационной стадии духовная жизнь замирает, вера падает, искусство вырождается, торжествуют материалистические взгляды. По Шпенглеру, "цивилизация" — переход от творчества к бесплодию, механической работе, это — "мертвое время", "перегной" культуры, неорганическая жизнь.

Идеи О. Шпенглера были развиты в многотомной работе английского историка и социолога Арнольда Джозефа Тойнби (1889 —1975) "Постижение истории", обосновавшего концепцию круговорота "локальных цивилизаций". Под "цивилизацией" понимается устойчивая совокупность территориальных, религиозных и политических характеристик. "Локальные цивилизации" проходят определенный цикл, включающий в себя пять последовательных стадий развития: возникновение, рост (эти фазы осуществляются за счет энергии "жизненного порыва"), надлом, разложение и гибель (связаны с истощением " жизненных сил"). Полное и последовательное прохождение всех стадий цикла выступало для Тойнби основным критерием, которым он руководствовался при составлении перечня цивилизаций.

А.Тойнби считает, "чем благоприятнее окружение, тем слабее стимул для зарождения цивилизации". Цивилизации могут зарождаться под воздействием природной среды ("стимул суровых стран", "стимул новых земель"), либо человеческого окружения ("стимул заморской миграции", "стимул ударов", "стимул давления"). Умеренно неблагоприятная среда постоянно бросает "вызов" обществу, которое посредством усилий "творческого меньшинства" решает возникающие проблемы. Таким образом общество оказывается в перманентном движении, которое и приводит его к состоянию цивилизации. "Ответом на вызов общество решает вставшую перед ним задачу, чем переводит себя в более высокое и более совершенное с точки зрения усложнения структуры состояние[4] ". То есть вызов побуждает к росту, а отсутствие вызовов есть ни что иное, как отсутствие побудительных мотивов роста и развития. Согласно Тойнби, благоприятные условия, как правило, способствуют прекращению всякого роста, "поощряют возврат к природе". Однако вызов не должен быть слишком сильным, так как это может привести к гибели цивилизации.

Признавая способность человека к самоопределению, А.Тойнби считает, что динамика цивилизаций определяется законом "вызова-и-ответа, в соответствии с которым продвижение по пути прогресса связывается с выбором адекватного ответа на вызов внешних обстоятельств: "Функция "внешнего фактора" заключается в том, чтобы превратить ‘’внутренний творческий импульс’’ в постоянный стимул, способствующий реализации потенциально возможных творческих вариаций"[5] . Этот ответ появляется у "творческого меньшинства", которое властвует за счет силы своего авторитета. Когда способность находить надлежащие ответы уменьшается, "творческое меньшинство" превращается в меньшинство "господствующее" и уже не может обеспечивать "рост" цивилизации, что и приводит к ее упадку, разложению и гибели,

Поступательное движение цивилизаций осуществляется благодаря "порыву", влекущему их "от вызова через ответ к дальнейшему вызову". Прогресс, согласно Тойнби, представляет собой "кумулятивное поступательное движение, и кумулятивный характер его проявляется как во внутреннем, так и во внешнем аспектах". То есть, рост цивилизации проявляется как в освоении внешнего мира, так и в самодетерминации, самоорганизации общества. Причем технологический фактор не коррелирует с состоянием цивилизации, между техническим прогрессом и прогрессом цивилизации не существует связи. Духовный непокой является единственным "внутренним стимулом новшеств, достижений и вообще всякого исторического прогресса".

Согласно Тойнби, высшим достижением исторического развития выступает образование мировых религий, сосредоточивающих в себе и культурную преемственность, и духовное единство, несмотря на самодовлеющую замкнутость отдельных цивилизаций. Под многообразием истории Тойнби видит ее истинное содержание, которое однонаправлено и ориентировано на постижение Бога через самораскрытие человека.

Некоторые параллели с концепцией А. Тойнби возникают при анализе работ русского ученого историка Льва Николаевича Гумилева. Его идея этногенеза возникает на стыке естествознания и гуманитаристики. Л.Н. Гумилев считает, что человек не существует вне этноса. В "этническую историю" включаются результаты формообразующей деятельности природного ландшафта, понимаемого как главный источник этносов. Процесс этногенеза состоит из цикла, включающего в себя четыре фазы: возникновение, подъем, упадок и умирание этноса. История этноса в сочетании с "историей ландшафтов и историей культуры" составляет "этническую историю". Рождение культуры связано с появлением нового этноса. Согласно Гумилеву, при возникновении этноса действует "импульс пассионарности" (passio — страсть). "Пассионарностъ — это способность и стремление к изменению окружения... Импульс пассионарности бывает настолько силен, что носители этого признака — пассионарии — не могут заставить себя рассчитать последствия своих поступков. Это очень важное обстоятельство, указывающее, что пассионарностъ — атрибут не сознания, а подсознания, выражающийся в специфике конституции нервной деятельности. Степени пассионарности различны, но для того, чтобы она имела видимую и фиксируемую историей форму проявления, необходимо, чтобы пассионариев было много, то есть этот признак не только индивидуальный, но и популяционный"[6] .

К пассионариям Л. Гумилев относил Александра Македонского, Чингис Хана, Цезаря, Александра Невского, Наполеона, Рафаэля, Ван Гога и др., считая, что пассионарностъ — важный наследственный признак: "Ребёнок, установивший связь с матерью первым криком и первым глотком молока, входит в ее этническое поле, которое потом лишь модифицируется вследствие общения с отцом, родными, другими детьми и всем народом".

"Этническое поле" проявляется между элементами человеческого сообщества, именно в нем заключается феноменальность этносов. Импульсами для увеличения пассионарности на уровне общества и отдельных индивидов служат взрывы во Вселенной — "пассионарные толчки". "Этнические поля" подобны природным полям, в них взаимодействуют следующие факторы: социальные, как средства коммуникации в коллективе; географические — природный ландшафт, дающий человеку средства к существованию; технические — орудия труда. Именно действием этнических полей и постепенной утратой пассионарности в определенной фазе этногенеза объясняет Гумилев все историко-культурные реалии.

Культура есть одно из следствии этногенеза, это "кристаллизованная пассионарностъ", выражающая наиболее полно специфику этносов. Культурные формы, считает Гумилев, создаются в "надежде на бессмертие", "надежда эта оправдана: созданиям человека дарована не смерть, а медленное разрушение и забвение. В созданном нет своей пассионарности, а есть только кристаллы ее, вложенные в косное вещество творцами формы, то есть людьми, точнее, горением их чувств и страстей... Право на смерть—привилегия живого! Вот именно поэтому культуры, созданные этносами и изучаемые археологами, переживают первых и вводят в заблуждение вторых, заставляя их отождествлять творение с творцом и искать аналогии между вещами и людьми... культура как свет угасшей звезды обманывает наблюдателя, принимающего видимое за существующее’’

4. Эволюционные модели социокультурной динамики

В XIX веке эволюционная теория Ч.Дарвина побудила ученых обратить внимание на тот факт, что человек есть продукт длительной биологической эволюции, звено ее цепи. Эволюционизм надолго становится ведущим направлением социогуманитарной мысли, опираясь на представления о единстве законов истории природы и истории человека, единстве метода естественных и социогуманитарных наук. Если в начале XX века эволюционизм, утратив научный авторитет, был вытеснен идеями функционализма, то в 50 — 60-е годы "акцент в социологии и антропологии смещается от явного отсутствия интереса к проблемам социальной и культурной эволюции... к эволюционистским рамкам". Современный неоэволюционизм концентрирует все многообразие исследовательских ориентации, связанных с изучением необратимых социокультурных изменений.

Эволюционизм опирается на концепцию развития, разработанную английским социологом Гербертом Спенсером, который видел во всех происходящих явлениях часть общего необратимого процесса эволюции, включающего интеграцию и дифференциацию. Говоря о "законе эволюции", Спенсер имел в виду не "улучшение жизни", а движение от однородности к разнородности, причем ускоряющееся движение. Он утверждал неизбежность регрессивных процессов: "Если теория регресса в своей ходячей форме должна считаться несостоятельной, то и теория прогресса, принимаемая без всяких ограничении, кажется мне также несостоятельной... Очень возможно, а по моему убеждению даже весьма вероятно, что регресс имел место также часто, как и прогресс". Таким образом, социокулътурнъй процесс является дивергентным, а не линейным движением, включает в себя целый ряд относительно автономных процессов.

Эволюционизм понимает культуру как процесс адаптации людей к природному окружению. Механизмы адаптации (биологические и культурные) и составляют эволюционное развитие, которое разворачивается как дифференциация и усложнение первоначальной, синкретичной "зародышевой" формы. Можно выделить две основных эволюционных модели: однолинейную и многолинейную.

Согласно однолинейной концепции Э.Б. Тайлора, Л. Моргана, Дж. Фрэзера и др., в процессе эволюции человека и его культуры выделяется три универсальных последовательно сменяющих друг друга периода: дикость, варварство и цивилизация. Развитие идет по пути усовершенствования человеческого рода путем усложняющейся организации общества и человека.

Эволюция культуры выражается в наслоении одного элемента культуры на другой и оттеснении старого новым. "...В человеческих институтах исторические слои выражены так же отчетливо, как и в отложении пород. Они следуют один за другим в последовательности, принципиально одинаковой на всем земном шаре, независимо от мнимых, относительно поверхностных различий расы и языка, ибо сформированы сходной человеческой природой, продолжающей действовать в сменяющихся условиях дикости, варварства Ил цивилизованной жизни," —писал Э.Б. Тайлор в 1889 году. Итак, социогенез лишь составная часть биологической эволюции.

Пытаясь применить принципы эволюционизма к анализу динамики художественной культуры, известный русский поэт О.Э. Мандельштам писал в работе "О природе слова": "Для литературы эволюционная теория особенно опасна, а теория прогресса прямо-таки убийственна. Если послушать историков литературы, стоящих на точке зрения эволюционизма, то получается, что писатели только и думают как бы расчистить дорогу идущим впереди себя... Теория прогресса в литературе — самый отвратительный вид школьного невежества, Литературные формы сменяются, одни формы уступают место другим. Но каждая смена, каждое такое приобретение сопровождается утратой, потерей... Подобно тому, как существуют две геометрии, Эвклида и Лобачевского, возможны две истории литературы, написанные в двух ключах: одна — говорящая только о приобретениях, другая — только об утратах, и обе будут говорить об одном и том же"[7] . Сами представители классического эволюционизма отмечали неоднозначность понятия однолинейной эволюции, включающей, по их мнению, многообразие путей социокультурного развития, предполагая, однако, прохождение через этапы дикости, варварства и цивилизации обязательным для всех народов.

Эволюционные представления были усовершенствованы в марксизме, где на основе синтеза моргановских идей и немецкой классической философии в лице Г. Гегеля, вскрывшего механизм и источники диалектического развития (возникновение, борьбу и преодоление противоположностей), обосновывается диалектико-материалистическое понимание истории. В основе прогрессивного развития человечества, по мнению К. Маркса и Ф. Энгельса, лежит диалектика производительных сил и производственных отношений. Научно-технический прогресс приводит к изменению образа жизни людей, их культуры и быта. В своем поступательном развитии человечество проходит через этапы первобытной, рабовладельческой, феодальной, капиталистической общественно-экономических формаций, стремясь к воплощению идеалов коммунизма. Прогресс рассматривается как зигзагообразное, неравномерное, антагонистическое развитие.

Примат экономического начала в движении культуры не всегда соответствует действительности, не ко всем элементам и сферам культуры можно применить подобный анализ. Понимание существования в одно и то же время различных состояний культур как разных стадий единого общечеловеческого процесса развития, движущегося к одной цели, резко критиковалось. Так, в частности, К. Леви-Строс указывал, что сущностное отличие технически развитых культур от "примитивных" состоит в том, что процесс их развития направлен на сохранение изначальных, традиционных" способов коммуникации с природой и не сопровождается накоплением изобретений. Поэтому нельзя отождествлять прогресс человечества с однолинейным подъемом по ступеням лестницы, поскольку социокулътурная динамика идет одновременно по нескольким направлениям, и ее нельзя измерять лишь уровнем технических достижений. Например, Индии бесспорно принадлежит приоритет в философско-религиозном творчестве, а культуры Востока опережают западный мир в области познания физической сущности человека, связей между психическим и физическим.

Разнообразие форм бытия культуры, по мнению К. Леви-Строса, вытекает из специфики природно-географического положения народов (объективный фактор) и из стремления культивировать свои собственные оригинальные способы и стили жизни (субъективный фактор). Людям свойственно неприятие иных культур — этноцентризм — и отождествление представителей других культур с "дикарями", "варварами". Оригинальность и самобытность культур, согласно концепции К. Леви-Строса, является результатом особых способов реализации аналогичных человеческих ценностей разными культурами.

Многолинейная эволюционная модель отказывается от всеобщих законов эволюции и признает множественность путей социокультурного развития. В рамках этой модели исследования ограничиваются обобщением эмпирических результатов, полученных при изучении региональных культур, фиксацией исторических параллелей и повторов.

Основное внимание сосредоточено на проблеме культурной адаптации, понимаемой как процесс приспособления к среде, в ходе которого происходит усложнение культуры, дифференциация, возникновение новых культурных феноменов.

Неоэволюционизм рассматривает социокулътурную систему во взаимодействии трех составляющих ее подсистем: популяция, окружение, культура. Под средой понимается и природное окружение, и изменения, полученные в результате человеческой деятельности.

Выдающийся французский биолог, философ и теолог, приверженец концепции "христианского эволюционизма" Пьер Тейяр де Шарден (1881 — 1965) понимал человека как природное существо, обладающее духовной жизнью. Именно этот внутренний мир человека и порождает особое видение окружающего. По мнению Тейяра де Шардена, "рефлектирующее существо в силу самого сосредоточения на самом себе внезапно становится способным развиваться в новой сфере. В действительности это возникновение нового мира. Абстракция, логика, обдуманный выбор и изобретательность, математика, искусство, рассчитанное восприятие пространства и длительности, тревоги и мечтания любви… вся эта деятельность внутренней жизни есть ни что иное, как возбуждение вновь образованного центра, воспламеняющегося в самом себе"[8] . В этом смысле рефлексия — это шаг от биологического к социокультурному развитию; без нее было бы невозможно возникновение человеческой психики, мысли, разума, души, и, наконец, культуры как целостного явления и достояния человека. Рефлексию можно считать импульсом возникновения и развития культуры.

Поскольку мир находится в постоянном движении, усложнении, дифференциации, и разум человека играет все большую роль и в индивидуальной жизни, и в социальной, и в жизни самой природы, то, приходит к выводу Тейяр де Шарден, начиная с некоторого момента, роль разума оказывается определяющей как в судьбах человека, так и природы. Он широко использовал понятие ноосферы для объяснения ожидаемого эволюционного развития мира: постепенного перехода биосферы в "ноосферу", то есть сферу разума, эволюция которой подчиняется разуму и воле человека. Тейяр де Шарден, признавая противоречивость, различия в стремлениях и целях людей, неоднозначность и сложность в отношениях человека и природы, полагал, что эволюционный процесс идет по пути сглаживания этих противоречий, и в этом видел смысл перехода биосферы в ноосферу. Результатом такого перехода должна стать, по его мнению, "сверхжизнь" — состояние полного окончания всех эволюционных процессов: исчезновение всяких различий между людьми (расовых, религиозных, экономических), когда человечество сольется в единое целое с природой и Богом.

Современные исследования выделяют два эволюционных потока — общий и специфичный. Эволюция культуры понимается как процесс развития человеческого рода внебиологическими средствами (культивирование технологий совместного существования и взаимодействия со средой, способов социализации, знаковых систем и т.д.). Различия жизненных условий обусловливают специфику этих средств и самих культур. Процесс адаптации к конкретным условиям существования, то есть развитие отдельных культур, называется специфичной культурной эволюцией. А универсальный процесс последовательной смены стадий перехода от простого к сложному — общей эволюцией..

5. Как применимы идеи синергетики к исследованию процессов социокультурной динамики

Применение синергетики к пониманию сложных феноменов культурного развития носит, конечно, характер гипотезы, которая разрушает многие наши привычные представления, поражает необычными идеями, дает возможность увидеть мир по-новому, вскрыть механизмы социокультурных изменений. Согласно синергетическим идеям культура предстает перед нами в виде неравновесной, открытой, нелинейной самоорганизующейся системы. Открытость системы означает наличие в ней источников (входов) и стоков (выходов), обмена веществом и энергией с окружающей средой. Среда выступает носителем различных форм будущей организации, сферой поливариантных путей развития. Причем стоки и источники имеют место в каждой точке самоорганизующихся систем, то есть процессы обмена происходят в каждой точке данной системы: постоянно притекают какие-то вещества или энергии и отводятся продукты обмена. Представьте себе две прилегающие и взаимопроникающие среды (любой живой организм и окружающая его среда: процессы дыхания, фотосинтеза). Ярким примером такой системы является кора головного мозга, пронизанная сосудами, питающими мозг. Только благодаря этому питанию возможны сложные нейродинамические процессы в сети нейронов головного мозга. Всякая культура также имеет своего рода кровеносную систему — свою коммуникационную сеть (система линий связи, путей перемещения и распределения политических, религиозных и других духовных импульсов, социальные и материальные ресурсы), которая обеспечивает определенное состояние ее жизнедеятельности.

Открытость системы выступает необходимым, но недостаточным условием для ее самоорганизации: не всякая открытая система самоорганизуется, строит структуру. Для этого необходимо наличие двух противоположных начал: начала, созидающего структуры, наращивающего неоднородность структуры за счет действия источника (порядок); и начала, размывающего, рассеивающего неоднородность (диссипативное начало, хаос). Роль диссипации подобна роли скульптора, отсекающего от каменной глыбы (системы) все ненужное, лишнее. Поэтому она является необходимым элементом саморазвития мира.

Если диссипативное (рассеивающее, отсекающее) начало сильнее наращивающего (создающего структуры), то в таком режиме новые структуры возникнуть не могут. При полном отсутствии рассеивающих процессов (диссипации) организация также не может возникнуть, поскольку именно эти процессы выводят систему на аттрактор, то есть на тенденцию структурирования системы. Борьба этих двух начал и составляет внутренний механизм формирования, перестройки, достраивания, объединения и распада сложных систем. В качестве рассеивающего, разбрасывающего фактора могут выступать дисперсия, диффузия. Например, диффузия (распространение) знаний или болезней. Другое начало создает неоднородности в системе за счет работы источника. Например, источник знаний или очаг болезней.

Причем в процессах самоорганизации обнаруживается амбивалентная природа хаоса. С одной стороны, хаос разрушителен, так как сложные системы весьма чутко реагируют даже на малые хаотические флуктуации (отклонения). С другой стороны, хаос созидателен и конструктивен, так как служит механизмом вывода системы на аттракторы развития, смены различных режимов этого развития, а также механизмом согласования темпов эволюции при объединении простых структур в сложные. Таким образом, хаос можно уподобить двуликому Янусу: разрушая, он созидает, а созидая, приводит к разрушению. Наличие в системе этих двух начал (порядка и хаоса) делают систему неравновесной, неустойчивой, нестабильной.

Нелинейность системы означает множественность путей ее эволюции, то есть, когда изменение параметров системы оказывается сверх критических значений, система структурируется иным образом. При увеличении концентрации управляющего параметра она все дальше уходит от равновесия. При некоем критическом значении этого параметра система достигает своего порога устойчивости. Возникают, как минимум, два (или более) возможных направления развития. Это критическое значение называется точкой бифуркации (полифуркации). Таким образом, если система превзошла критическое значение параметров, то режим ее движения качественно меняется, она попадает в область притяжения другого аттрактора (реализуется иная тенденция самоструктурирования, самоорганизации).

Попадая в поле притяжения определенного аттрактора, система неизбежно развивается в сторону этого относительно устойчивого состояния, в сторону этой структуры. То есть, как бы это не казалось парадоксальным, будущее состояние системы "притягивает", изменяя, формируя и организуя наличное ее состояние. Таким образом, можно утверждать, что будущее временит настоящее. Причем И.Р. Пригожий подчеркивает, что случайность, отдельные малые флуктуации (случайные отклонения) могут играть весьма существенную и даже определяющую роль в судьбе системы вблизи точек бифуркации. Называя состояние системы вблизи этих точек (когда система как бы делает "выбор" дальнейшего пути эволюции) неустойчивостью, Пригожий представляет в качестве механизмов "запускающих" режим неустойчивости именно случайные отклонения (флуктуации). То есть вблизи моментов бифуркаций, открывающих поливариантность развития системы, случайность играет решающую роль. Таким образом, именно "нелинейность" выступает фундаментальным концептуальным узлом новой парадигмы мышления.

В одной и той же системе возникают различные структуры, являющиеся разными путями ее эволюции (аттракторами). Можно ожидать качественное изменение процесса, в том числе усложнение или деградацию системы. Причем это происходит как результат саморазвития процессов в ней.

Кроме того, нелинейность допускает на определенных стадиях сверхбыстрое развитие процессов. Такие автокаталитические процессы наблюдаются и в биологической, и в социальной, и в экономической системах (например, "экономическое чудо" послевоенной Японии, современное развитие Южной Кореи; еще одним наглядным примером из области экономики является феномен быстрого роста капитала: "деньги делают деньги", "капитал на капитал").

При данном понимании динамических процессов становится ясно, что таким сложноорганизованным системам, как культура, нельзя навязывать пути их развития. Очевидно, что традиционный подход к управлению сложными системами, основанный на представлении: управляющее воздействие—желаемый результат,— оказывается неверным, и даже приносит вред, если противостоит собственным тенденциям саморазвития сложноорганизованных систем. Проблема управления в свете синергетики сводится к необходимости понимания того, как способствовать их собственным тенденциям развития, как выводить системы на эти пути.

Синергетика формирует представление об альтернативности, поливариантности путей развития сложных систем. Это потенциально дает возможность выбора путей дальнейшего развития культуры, причем таких, которые соответствовали бы интересам и целям человечества и не являлись бы гибельными для природы. Несмотря на Множественность путей эволюции (целей развития) в точках бифуркации проявляется некая предопределенность развертывания процессов. Сегодняшнее состояние культуры определяется не только ее прошлым, ее историей, но и строится, формируется из будущего. Применительно к человеку, именно осознанные и скрытые подсознательные установки определяют его нынешнее поведение.

Синергетика открывает новые принципы управления сложными системами, где главным оказывается не сила, а малые, но правильно организованные воздействия. Подобные идеи высказывал тысячелетия назад родоначальник даосизма Лао-Цзы: слабое побеждает сильное, мягкое побеждает твердое, тихое побеждает громкое.

Наукой накоплено большое число фактов, говорящих о том, что "обратимость и жесткий детерминизм в окружающем нас мире применимы только в простых предельных случаях. Необратимость и случайность отныне рассматриваются не как исключение, а как общее правило"."Лишь искусственное может быть детерминированным и обратимым. Естественное же непременно содержит случайности и обратимости"[9] .

Именно два противоположных начала — "порядок" и "хаос" — обусловливают протекание социокультурных процессов. С одной стороны, государственные структуры, с другой — диссипативные процессы, проявляющиеся, например, в росте преступности и терроризма. С одной стороны, поиски моделей экономического планирования, с другой — стихия рыночной экономики.

Благодаря синергетике становится очевидно, "что логическому ряду: обратимость — детерминированность — логика — закон — порядок противостоит более адекватный сегодняшней реальности ряд: необратимость — асимметрия — энтропия — хаос"[10] .

При изучении меняющегося, развивающегося нестабильного мира становится ясно, что без неустойчивости не может быть развития. В статье "Философия нестабильности" И.Р. Пригожий утверждает, что нестабильность в определенном смысле заменяет сегодня детерминизм: "В детерминистическом мире природа контролируема, она есть инертный объект, подверженный нашим волевым устремлениям. Если же природа содержит нестабильность, как существенный элемент, то мы должны уважать ее, ибо мы не можем предсказать, что может произойти..."

Неустойчивость далеко не во всех случаях оборачивается "злом". Она может выступать и в качестве условия динамического развития, поскольку только неустойчивая, неравновесная система оказывается способна к спонтанной самоорганизации и развитию. Можно даже сказать, что равновесность и устойчивость являются своего рода тупиками эволюции. Таким образом, развитие и есть неустойчивость, так как оно возможно только через нестабильность, случайность, бифуркацию. Устойчивость мира и культуры относительна, она возможна лишь на отдельных (даже длительных) стадиях и до определенной степени. Достигая своего предельно развитого состояния, сложные системы обретают тенденцию к распаду. Возникновение нового неразрывно связано с хаосом, неустойчивостью и случайностью. Любая устойчивость рано или поздно оборачивается нестабильностью. Стадии возникновения и распада, равновесности и неустойчивости сменяют друг друга. Когда диссипативные процессы слабее работы источника, система входит в режим самоструктурирования, который держит хаос в определенной форме. Но поскольку развитые структуры весьма чувствительны к хаотическим флуктуациям на микроуровне, то они неизбежно в конце концов начинают распадаться.

Если в XIX веке конструктивной основой мировоззрения выступала биологическая наука (на ее основе, например, сформировались эволюционистский и органистический взгляды на культуру), то сегодня подобную роль выполняют математические модели, разрабатываемые в рамках синергетики. Они вносят новое понимание возможностей поведения сложноорганизованных систем (в том числе и культуры) и возможных способов управления ими.


Заключение

На мой взгляд, выбранная мной тема интересна и очень важна. Так как культура постоянно меняется, то людям необходимо знать, как это влияет на изменения, происходящие в человеке. А синергетика принципиально дает возможность выбора путей дальнейшего развития культуры, а это очень важно, поскольку человечеству надо, чтоб эти пути соответствовали их целям и интересам, и чтоб эти пути не были губительными для природы.

Развертываясь во времени, культура не только обновляется, но и сохраняет себя, благодаря действию через определенные социокулътурные институты механизмов преемственности, которые транслируют каждому новому поколению культурное наследие предшествующих эпох (семья, традиции, общая система образования, средства массовой коммуникации, учреждения культуры). В процессе трансляции какая-то часть оказывается утерянной, какая-то отвергнутой, но что-то добавляется и новое. При этом некоторые утраты оказываются невозвратимыми, а некоторые, по мере потребности, частично восстанавливаются. Эти процессы во многом носят непредсказуемый и спонтанный характер.

Синергетика дает принципиально новое понимание хаотических процессов, характерных для всех сфер социокультурной жизни, как неявной потенциальной упорядоченности, способности к самоорганизации. Эти тенденции реализуются в непредсказуемых заранее точках бифуркации, проходя через которые культура резко меняет режим своего движения. Несмотря на то, что социоприродный комплекс является сверхсложной, хаотизированной на уровне элементов системой, несмотря на то, что она различным образом ведет себя в каждой точке, проводимые в рамках синергетики исследования дают основания предполагать, что и социоприродный комплекс может быть описан как нелинейная открытая система сравнительно небольшим числом фундаментальных идей и даже, возможно, математическими уравнениями, которые определят общие тенденции развертывания процессов в ней. Это позволяет надеяться, что в скором времени человечество найдет ключи к решению проблем, связанных с угрозой экологической катастрофы.

В процессе работы над рефератом мне удалось узнать, что такое социодинамика и синергетика, как происходят социокулътурные изменения, как применимы идеи синергетики к исследованию процессов социокультурной динамики.


Список используемой литературы

1. Багдасарьян Н.Г. Культурология. Учебник для студентов технических вузов. Москва 1999.

2. Багдасарьян Н.Г. Учебник для вузов. Москва. Высшая школа 2004

3. Боголюбова Е.В. Культура и общество. Москва 1978

4. Воскресенская Н.О. Культурология. История мировой культуры. Москва 2003

5. Гуревич П. С. Культурология. Учебник для вузов. Москва 2003

6. Золкин А.Н. Культурология. Учебник для вузов. Москва 2001

7. Корлин А.С. Культурология. Учебник для вузов. С- Пб 2003

8. Лотман Ю.М. «Семиосфера». С-Пб 2001

9. Можейко А.А. Становление теории динамик в современной культуре: сравнительный анализ синергетической и постмодернистских парадигм. М – во образования Р.Ф. , СГПУ – Смоленск. 2004

10. Платонов Э.Е. Культурология. Учебник для студентов технических вузов.

Москва 2003

11. Поликарпов В.С. Лекции по культурологии. Москва 1997


[1] Лотман Ю.М. Культура и взрыв М, 1992 С 17 - 18

[2] Орлова Э.А. введение в социальную и культурную антропологию. С.163

[3] Шпенглер О. Закат Европы Т. 1. С. 56

[4] Тойнби А. Постижение истории. М. С. 119 - 120

[5] Там же С. 108

[6] Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера Земли. Л, С. 266

[7] Мандельштам О. О природе слова. Т 1. С. 174 - 175

[8] Тейяр де Шарден П. Феномен человека. М, С. 136 - 137

[9] Пригожин И.,Стенгерс И. порядок и хаос. М. С.48,50

[10] Кнабе Г.С. Материалы к лекциям по общей теории культуры и культуре античного мира. М. С. 83