Кодификация Русского Права в первой половине XIX века

Министерство образования Российской Федерации Челябинский Государственный университет Кафедра истории государства и права Контрольная работа Кодификация русского права в первой половине XIX века

Министерство образования Российской Федерации

Челябинский Государственный университет

Кафедра истории государства и права

Контрольная работа

Кодификация русского права в первой половине XIX века

Выполнил

студент группы ЮЗ-101

Колодяжный П.С.

Проверила преподаватель Селютина А.И.

Челябинск

. 2002 г.


Содержание

Введение. 3

1. Национально-государственный вопрос. Общественный строй Российской Империи в начале XIX в. 6

2. Кодификация русского права в первой половине XIX века. 11

Заключение. 17

Список используемой литературы.. 18

Введение

История Кодификации восходит ко времени падения Римской Империи (V в.), когда стали предприниматься попытки систематизировать огромный правовой материал, накопленный римлянами за несколько столетий. Главным итогом этих усилий стал Свод Юстиниана, подготовленный в Византии в VI в.

Крупные кодификационные работы проводились в Европе в период позднего средневековья и начало Нового времени. Однако характер этих Кодификаций резко отличался от современного. Во-первых, создатели кодификационных актов стремились охватить в них все национальное право, а не его отдельную отрасль; во-вторых, кодексы XII-XVIII вв. отличала казуистичность, крайне слабая систематизация материала, отсутствие обшей части. Первой из таких кодификаций стали Семь Партид (исп. Siete Partidas) – всеобъемлющая кодификация, составленная в Кастилии (Испания) в 1256-1263 гг. и заложившая основы национального права Испании. В середине XVII в. была осуществлена кодификация русского права под названием Соборное уложение 1649 г. Примерно в тот же период были составлены Кодекс короля Христиана V, принятый в Дании в 1683 г. (в 1687 г. его действие было распространено на Норвегию под названием «Норвежское право'«), и Свод законов Шведского государства 1734 г., которые формально действуют и поныне.

В Европе переход к современной кодификации начался на рубеже XVIII-XIX вв. К этому периоду относится осуществление трех крупнейших гражданских кодексов; Общее земское право прусских провинций (1794), сокращенно – Ландрехт; Австрийское гражданское уложение (1811) и Французкий гражданский кодекс (1804). Почти на 100 лет позже вышло Германское гражданское уложение (1896). Во главе движения за кодификацией стоял Бентам, посвятивший значительную часть своих трудов этой идее. Он исходил из той мысли, что законы должны преследовать наибольшее благо наибольшего количества людей, по своему содержанию они должны быть универсальны: по форме – общедоступны и ясны. Все эти качества достигаются путем издания их в виде писаного кодекса. Свои мысли Бентам попытался осуществить на практике. Он написал обширный универсальный кодекс права, предназначенный для всех народов.

Полностью отвергли идею кодификации в Англии, где возражения против кодификации вытекали из самой природы общего права. Значительная часть права, особенно права гражданского, здесь развивалась вне всякого воздействия со стороны законодателя, путем создания судьями прецедентов. Кодифицировать это право недопустимо уже потому, что тогда ему придется придать жесткую форму, которая лишит общее право его главной ценности – свободной приспособляемости к конкретным обстоятельствам дела. Кроме того, застывшее кодифицированное право не может предусмотреть изменений в общественных отношениях, что потребует его постоянной переделки.

В то же время в других странах, правовая система которых в большей или меньшей степени основана на общем праве, кодификация проводилась, хотя и менее последовательно, чем в странах континентальной правовой системы. В США с середины XIX века кодификация активно развивалась на уровне штатов, где были приняты собственные гражданские и уголовные кодексы. Среди них видное место занимают гражданские кодексы Калифорнии (1872), Луизианы (1875), Нью-Йорка, Небраски (1909) и др., уголовные кодексы Нью-Йорка (1881,1967), Висконсина (1956), Иллинойса (1961), Миннесоты (1963) и др. Методы американской кодификации весьма близки к инкорпорации, и в кодексах обычно отсутствует так называемая общая часть. С начала XX в. на уровне федерации принимаются так называемые «модельные кодексы».

В дореволюционной России кодификация проводилась, однако к 1917 г. была далека от завершения. Несмотря на значительные усилия русских ученых-цивилистов, так и не удалось принять Гражданское уложение. В советском государстве кодификационные работы начались сразу после окончания гражданской войны и охватили все основные отрасли права. Кодификация происходила (после образования СССР) в основном на уровне союзных республик. На уровне Союза принимались основные начала по отдельным отраслям права.

В послевоенный период, и особенно в конце 50-x – начале 60-x годов, проходит вторая масштабная кодификация советского законодательства. В результате были приняты союзные Основы законодательства и Гражданский, Гражданско-процессуальный, Уголовный, Уголовно-процессуальный кодексы в союзных республиках. Всего в 1958-1977 гг. было принято 15 Основ законодательства. С меньшей интенсивностью кодификация продолжалась и в 70-80-е гг., когда были приняты Кодекс законов о труде РСФСР (1971), Жилищный кодекс РСФСР (1983), Кодекс РСФСР об административных правонарушениях (1984). Смена социально-экономической и политической систем, образование нового Российского государства обусловили последнюю по времени кодификацию отечественного права. В 1993 г. принят Таможенный кодекс РФ. В 1994 г. была принята и вступила в силу с 1января 1995 г., первая часть Гражданского кодекса РФ, с 1 марта того же года была принята и вступила в силу вторая часть этого документа. Приняты также новые Семейный, Водный, Лесной, Уголовный и т.д.

Прежде чем приступить к исследованию кодификации Русского права первой половины XIX в., мы должны ознакомиться с условиями в каких проводилась кодификация с теми переменами происходящими в данный период времени, с изменениями в государственном механизме управления и реформами которые предшествовали кодификации.

Нас заинтересует и национально-государственный вопрос, общественный строй Российской Империи. Систематизация законодательства в то время, проходила на основании Соборного Уложения 1649 г. В государстве Российском проживало огромное количество разно-национальных народов, со своими законами и нормами поведения. Чтобы систематизировать все это, нужно было время. По большому счету кодификация в первой половине XIX в. так и не была закончена. Да и могла ли она быть закончена вообще.

1. Национально-государственный вопрос. Общественный строй Российской Империи в начале XIX в.

К XIX в. Россия объединила огромное количество христианских, мусульманских, буддийских народов. Власти не вмешивались в экономический и религиозный быт этих территорий, в России не было ничего похожего на насильственную экспансию «прогрессивных» колониальных империй Англии, Франции и т.д. Против разобщения разноплеменной страны работал продолжавший формироваться территориальный принцип устройства – деления по губерниям, а не по национальным территориям. Ущемлений по национальным признакам не существовало, хотя православное вероисповедание превалировало. Польша и Финляндия получили при Александре I конституции, признававшие своей главой русского царя, но там действовали собственные органы управления, законы, религии и т.д.

Классовое и сословное деление российского общества дополнялось делением этническим. Россия, с незапамятных времен бывшая полиэтническим государством, в данный период стала еще более многонациональной. В нее входили районы, стоявшие на разных уровнях экономического развития, и это не могло не отразится на социальной структуре империи. Вместе с тем все вновь вступавшие в Российскую империю территории типологически относились к феодальной формации, хотя и стали на разных ступенях развития. Следовательно, классовая и сословная структура их была в принципе однотипной.

Присоединение новых территорий к России означало включение инонациональных феодалов в общую структуру российских феодалов, а феодально-зависимого населения – в состав эксплуатируемых. Однако такое включение происходило не механически, а имело определенные особенности. Еще в XVI в. царское правительство предоставило все права российского дворянства прибалтийским баронам. Больше того, они получили привилегии даже в сравнении с русскими дворянами. Права русских первоначально получили польские феодалы. Молдавские бояре в Бесарабии тоже приобрели права российских дворян. В 1827 г. такие права были даны и грузинским дворянам. В XIX в., как и раньше, на государственную службу принимались лица вне зависимости от их национальной принадлежности. В формулярных списках чиновников даже не было графы о национальности.

Что касается трудящихся, то инонациональные крестьяне имели определенные преимущества перед великорусскими. В Прибалтике раскрепощение крестьян было проведено раньше, чем в Центральной России. Личная свобода сохранялась за крестьянами Царства Польского и Финляндии. Молдавским крестьянам было предоставлено право перехода. В Северном Азербайджане царское правительство конфисковало земли непокорных феодалов, составлявшие ¾ всех земельных владений края. При этом крестьяне, жившие на таких землях, освобождались от повинностей своим прежним феодалам и перешли на положение казенных крестьян. Права казенных крестьян получили и казахи. Больше того, им было разрешено переходить в другие сословия. Было запрещено рабство, все еще имевшее место в Казахстане. Казахское население освобождалось от рекрутчины, тяжким гнетом давившей русских крестьян. Таким образом, инонациональные крестьяне от присоединения к России или выиграли, или, по крайней мере, ничего не проиграли.

Интересы же господ чем дальше, тем больше начинают сталкиваться с интересами русских феодалов, а это порождает определенную волну местного национализма. Правда, царизм вел довольно гибкую политику по отношению к инонациональным феодалам, стараясь привлечь их на свою сторону, и это в большинстве случаев ему удавалось.

Идеология московской царской власти как «служение» Богу и державе была давно забыта, монархия XVIII в. в реальности «обслуживала» дворянство. Попытки Екатерины II привлечь русскому обществу идеи французского просвещения оказались безрезультатными: «просвещенное дворянство» в своем большинстве, от выгод и льгот отказываться не собиралось.

В начале XIX в. дворянство в идеологическом отношении было крайне разношерстным, оставаясь при этом единственной социальной группой, способной влиять на политику. Помещики старорежимного типа – противники любых изменений – соседствовали с влиятельной государственной бюрократией, сознающей необходимость изменений в стране. Либералы были заражены масонскими идеями. Несмотря на старых дворян перед террором революции во Франции многие осознавали, что французская революция вызовет в Европе большие перемены. Поэтому стабилизация монархической власти была закономерным явлением. Закономерно и то, что Александр I воспринял монархическую власть как «неограниченную», полномочия его были огромны. Этому способствовала и победа над Наполеоном. Император получил титул Благословенного, был гарантом Европы от наполеоновского милитаризма. Положение монарха еще больше укрепилось при императоре Николае I в силу его личных качеств – человек он был властный, прямолинейный и с возражениями не считался.

Юридическая характеристика власти царя, приведенная в ст. 1 Основных законов 1832 г., представляла собой синтез законодательных актов XVIII в. Был законодательно закреплен тип самодержавия, в отличие от петровского самовластия. «Император Российский есть монарх самодержавный и неограниченный. Повиноваться верховной его власти не только за страх, но и за совесть сам Бог повелевает».

В 1801 г., когда Александр I вступил на престол, на экономических отношениях, в которых уже проявлялись капиталистические элементы, пагубно сказывалось крепостное право. К этому времени в Европе приобрели большую популярность идеи индивидуальной и политической свободы, гражданского равенства, проникавшие и в Россию. Правда, призывы к отмене крепостного права раздавались еще в царствование Екатерины II и Павла I, но в начале XIX в. необходимость реформ стала очевидной. Они последовали вместе с ограничением крепостничества.

Будучи прекрасно образованным, Александр I питал, по-видимому, симпатию к идеям политического прогресса и искренне хотел уничтожения крепостничества, однако не мог преодолеть сопротивления дворянства.

Проводниками реформ стали по-западному мыслящие граф В.Кочубей, А.Безбородко, князь А.Чарторыйский и др. Были объявлены амнистия по политическим и государственным преступлениям и прощение эмигрантам. Указом в день коронации Александра I предписывалось создать комиссию для пересмотра всех судебных дел. Был создан Непременный совет с целью укрепления законности и разработки законов. Закон объявлялся «залогом блаженства всех и каждого». Для укрепления законности предполагалось вернуть былой статус Сенату, сосредоточив высшие контрольные и законодательные функции. Однако члены Непременного совета склонялись к мысли, что управление должно сосредоточиться в совершенно иных органах. В результате 8 сентября 1802 г. последовал указ о Сенате и Манифест об учреждении министерств. Сенат очень расплывчато признавался верховным органом и хранителем законности, но реальная административная власть переходила к министерствам. Создание их свидетельствует о формировании отраслевого управления страной, характерного для буржуазного общества, построенного на рыночном механизме. Тем не менее в таком решении был элемент искусственности и подражания Западу, поскольку в тот момент принцип «ответственности министров перед парламентом» действовать не мог, правительство отвечало перед монархом и назначалась им, хотя предполагалось внедрение «контрасигнатуры» – министры должны были скреплять своими подписями императорские указы.

Первые спонтанные преобразования продолжены были более масштабно. В Негласном комитете обговаривались идеи «прав человека и конституции». Обсуждались многочисленные проекты, в том числе М.М.Сперанского. В 1810 г. был учрежден Государственный совет ( действовал до 1917 г.). Он должен был являть собой аналог западных парламентов, но не мог им быть из-за иных принципов деятельности. Государственный совет подчинялся императору и был перед ним ответственным. Его акты утверждались императором. В состав Государственного совета входили администраторы (министры) и назначаемые царем чиновники и дворяне. Главенствовал на заседаниях император. Состоял Государственный совет из департаментов, занимавшийся экономикой, торговлей, наукой, военными, гражданскими и духовными делами. Вводилась должность государственного секретаря. Совет главенствовал над системой министерств.

В 1811 г. реформа министерств была продолжена, их деятельность оформлялась «Общим учреждением министерств».

Восемь созданных в 1802 г. министерств (в дальнейшем их число увеличилось) строились на принципах отраслевого управления: военное, морское, юстиции, внутренних дел, иностранных дел, финансов, коммерции, народного просвещения. По указу 1811 г. министрам предоставлялась высшая исполнительная власть по своему ведомству, но зачастую они руководствовались указаниями императора. Постепенно сложилась практика постоянных докладов царю (по необходимости – ежедневных ), он был в курсе всех изменений в государстве.

С образованием министерств был создан координирующий орган – Кабинет министров, в состав которого входили помимо министров высшие чиновники министерств и назначаемые императором лица. К его ведению относился широкий круг вопросов: от обсуждения законов до управления страной, но решения утверждались царем. В 1812 г. Комитет министров был законодательно утвержден, но в марте 1812 г. М.М.Сперанский, возглавлявший деятельность по проведению реформ, получил отставку и был сослан, а с началом Отечественной войны они практически прекратились.

Разгром Наполеона предопределил конец прозападных реформ. Александр I в ходе борьбы с Наполеоном приобрел такой большой авторитет, который давал возможность объективного укрепления самодержавных начал. Его внимание сосредоточилось на внешней политике. Внутренние реформы активно дебатировались, но затихли. В 1815 г. была дана конституция Польше, освободились крестьяне в Прибалтике: ждали перемен и в России.

2. Кодификация русского права в первой половине XIX века

Все изменения в праве России, в первой половине XIX века производились только для того, чтобы отстоять устои феодализма, абсолютические порядки. В силу этого, изменения в праве, были невелики.

Стремление удержать и подкрепить устои шатающегося феодализма приводит к идее своеобразной феодальной законности. В след за Петром I, требовавшим неуклонного соблюдения законов ту же мысль проводит спустя столетие Александр I. В одной из резолюций он писал: «Закон должен быть для всех единствен. Коль скоро я себе дозволю нарушать законы, кто тогда почтет за обязанность соблюдать их?» Стремление закрепить существующие порядки приводит к идее систематизации законодательства, то есть к кодификации.

Если содержание права в данный период изменилось несущественно, то этого нельзя сказать о его форме. Была проведена грандиозная работа по систематизации российского законодательства составившая целую эпоху в его истории.

Последним универсальным систематизированным сборником, охватывающим почти все отрасли русского права, было Соборное Уложение 1649 г.

К началу XIX в. неразбериха в законодательстве дошла до предела. Она была одной из причин беспорядков и злоупотреблений в слухах.

Александр I уже в 1801 г. учредил новую, десятую по счету, комиссию во главе с П.В.Завадовским. Она получила название Комиссии составления законов и провела значительную подготовительную работу. Но лишь при Николае I удалось развернуть по-настоящему и завершить систематизацию российского законодательства.

Неудача всех десяти комиссий определяется тем, что они были охвачены серьезными противоречиями, борьбой между новым и старым, в основе которой лежал вопрос о существовании крепостного права, т.е. о существе феодализма. Так было и с последней, десятой комиссией. «Когда главный исполнитель работ» комиссии Г.А. Розенкампф предложил начать дело с пересмотра законодательства о крестьянстве, он наткнулся на резкий отпор Александра I.

Николай I, дал установку ничего не менять в праве, а лишь привести в порядок существующие нормы. За проведением в жизнь этой директивы, император наблюдал лично. Для этого комиссия была создана не при Государственном совете, который должен был заниматься подготовкой законопроектов, а бала просто преобразована во II отделение Собственной канцелярии его императорского величества. В последствии, когда уже был готов Свод законов, император учредил семь ревизионных комиссий, чтобы проверить тождество Свода существующему законодательству. Проверка облегчалась тем, что каждая статья Свода имела ссылку на источник – соответствующий акт в Полном собрании законов, с датой и номером.

Успеху работы комиссии способствовал и субъективный фактор: ее возглавлял М.М.Сперанский – видный юрист и человек удивительной трудоспособности, впервые привлеченный к кодификационным работам еще в 1808-1809 гг. Причем, Николай I, с большой неохотой привлек Сперанского, прежние либеральные настроения которого, конечно, были известны императору. Сперанский, отрешившись от прежних либеральных иллюзий, вполне принял установки Николая I и действовал на основании их.

Сперанский решил организовать работу поэтапно. Сначала он хотел собрать воедино все законы, изданные с момента принятия Соборного Уложения, затем привести их в определенную систему и, наконец, на базе всего этого издать новое Уложение. В таком порядке работа и развернулась.

Сначала преступили к созданию Полного собрания законов (ПСЗ). Оно включило в себя все нормативные акты с Соборного Уложения до начала царствования Николая I, собранные в хронологическом порядке. Таких актов набралось свыше 50 тыс., составивших 46 толстых томов. В последствии ПСЗ дополнялось текущим законодательством. Так появилось второе Полное собрание законов Российской империи, охватившее законодательство до 1881 г., и третье, включившее законы с марта этого года.

ПСЗ все-таки было не совсем полным собранием законов. Некоторые акты кодификаторам не удалось найти. Дело в том, что государственные архивы России находились в скверном состоянии. Ни водном, из них не было даже полного реестра существующих законов. В некоторых же случаях отдельные акты умышленно не вносились в ПСЗ. Речь идет о документах внешнеполитического характера, сохранявших еще оперативную секретность. Не вносились также законы, изданные по обстоятельствам чрезвычайной важности, и частные дела, касающиеся какого-либо лица или содержащие правила внутреннего распорядка для государственных органов. По подсчетам А.Н.Филиппова, в первое ПСЗ не вошло несколько тысяч документов. В то же время, в Полное собрание вошли акты, по существу, не имевшие характера законов, поскольку само понятие «закон» в теории не было разработано. В Полном собрании законов можно найти акты неюридического характера, судебные прецеденты.

После издания Полного собрания законов, Сперанский преступил ко второму этапу работы – созданию Свода законов Российской империи. При его составлении исключались недействующие нормы, устранялись противоречия, проводилась редакционная обработка текста. Кроме того, уже при создании ПСЗ Сперанский позволял себе редактировать публикуемые законы.

При создании Свода законов М.М.Сперанский исходил из того, что «Свод есть верное изображение того, что есть в законах, но он не есть ни дополнение их, ни толкование». Однако, по мнению исследователей Сперанский неоднократно и сам формулировал новые нормы, не опирающиеся на действующий закон, особенно в сфере гражданского права.

В Своде законов весь материал был расположен по особой системе, разработанной Сперанским. Если ПСЗ строится по хронологическому принципу, то Свод – уже по отраслевому, хотя и не совсем последовательно проведенному.

В основу структуры Свода было положено деление права на публичное и частичное, идущее от западноевропейских буржуазных концепций, восходящих к римскому праву. Сперанский только называл эти две группы законов государственными и гражданскими. Работая над Сводом, Сперанский изучил лучшие образцы западной кодификации – римской, французский, прусский, австрийский кодексы, но не скопировал их, а создал собственную оригинальную систему.

Свод был издан в XV томах, объединенных в 8 книгах. Книга 1-я включила по преимуществу законы об органах власти и управления и государственной службе, 2-я – уставы о повинностях, 3-я – уставы казенного управления (уставы о податях, пошлинах, питей-ном сборе и др.), 4-я – законы о сословиях, 5-я – гражданское законодательство, 6-я – уставы государственного благоустройства (уставы кредитных установлений, уставы торговые и о промышленности и др.), 7-я – уставы благочиния (уставы о народном продовольствии, общественном призрении и врачебный и др.), 8-я – законы уголовные. С самого начала законодатель установил, что эта структура Свода должна оставаться неизменной, хотя бы менялось содержания конкретных законов. Этот принцип соблюдался на всем протяжении истории Свода, т.е. до Октябрьской революции, только в 1885 г. к Своду был добавлен XVI том, содержащий процессуальное законодательство.

После издания Свода Сперанский мыслил приступить к третьему этапу систематизации – к созданию Уложения, которое должно было не только содержать старые нормы, но и развивать право. Если ПСЗ и Свод были лишь инкорпорацией, то создание Уложения предполагало кодификационный метод работы, т.е. не только соединение старых норм, но и дополнение их новыми. Однако именно этого-то и не хотел император.

Планируя создание Уложения, Сперанский отнюдь не собирался колебать устои феодализма. Он просто хотел привести законодательство в соответствие с требованиями жизни. Новеллы в праве должны были, по его замыслу, не подорвать, а укрепить феодальный строй и самодержавие, усовершенствовать его. Но, трезво оценивая ситуацию, он понимал, что нужно пойти на определенные уступки, чтобы не потерять всего.

Однако эти идеи Сперанского не нашли поддержки. Работа по систематизации остановилась на втором этапе. Можно лишь отметить как элемент третьего этапа издание в 1845 г. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных – первого настоящего российского уголовного кодекса.

Разработка Уложения о наказаниях началась сразу после создания Свода законов и велась первоначально в Министерстве юстиции, а затем во II отделении Императорской канцелярии. При разработке проекта был использован том XV Свода законов. Но авторы Уложения не ограничились российским опытом. Они изучили многочисленные западноевропейские уголовные кодексы, даже проекты некоторых кодексов.

Проект Уложения и объяснительная записка к нему были готовы к 1844 г. Их размножили для предварительного обсуждения. После рассмотрения проекта в Государственном совете Уложение было утверждено императором в августе 1845 г. и введено в действие с 1 мая 1846 г.

Уложение о наказаниях было громадным законом. Оно содержало более 2 тыс. статей, разбитых на 12 разделов, имеющих сложную структуру. Такая громоздкость закона объяснялась тем, что его авторам не удалось преодолеть казуальность, свойственную прежним феодальным уголовным сборникам. Законодатель стремился предусмотреть все возможные виды преступлений, не полагаясь на обобщающие формулировки. Отчасти это объяснялось низким профессиональным уровнем российских судей, которые не могли бы разобраться в юридических абстракциях и, которым нужно было показать состав преступления как можно проще и нагляднее.

Впервые в российском законодательстве Уложение содержало Общую часть, функции которой выполнял первый раздел закона. Уложение делило правонарушения на преступления и проступки, граница между которыми была проведена не слишком четко. В первом разделе говорилось о вине как основании ответственности, о стадиях развития преступной деятельности, о соучастии, обстоятельствах, смягчающих и устраняющих ответственность. Военнослужащие не подпадали под действие Уложения о наказаниях. Для них существовал изданный в 1839 г. Военно-уголовный устав, заменивший собой Артикул воинский.

В системе преступлений на первом месте стояли преступления и проступки против религии, государства, порядка управления, должностные преступления.

Уложения предусматривало обширную и сложную систему наказаний. Они подразделялись по разрядам, родам и степеням. Все наказания за преступления и проступки делились на уголовные и исправительные. К уголовным относилось лишение всех прав состояния, соединенное со смертной казнью, каторгой или ссылкой. Исправительными наказаниями считались потеря всех особенных личных и сословных прав и преимуществ, соединенная со ссылкой в Сибирь или другие места, заключение в крепости, в смирительном доме, тюрьме, кратковременный арест и некоторые другие. Сохранялся сословный принцип применения наказаний: все преступники делились на тех, к кому могли применяться телесные наказания, и на тех, к кому они не применялись, предусматривалась такая мера наказания, как лишения сословных прав и привилегий.

Заключение

Таким образом, Уложение о наказаниях уголовных и исправительных было большим шагом вперед в развитии уголовного законодательства Российской империи. Однако на нем по-прежнему висел большой груз феодальных принципов и предрассудков.

Параллельно с систематизацией общеимперского законодательства были проведены работы по инкорпорации остзейских законов, отражающих привилегированное положение местных дворян, мещан и духовенства. Еще при Александре I задание по систематизации законодательства было дано Общеимперской кодификационной комиссии работавшей над ним в течение семи лет. В 1828 г. при II отделении Собственной канцелярии его императорского величества была учреждена комиссия по систематизации законодательства. По решению Государственного совета были собраны и доставлены в Сенат древние документы со всего края, составивших 23 объемистых пакета. Эти документы на немецком, латинском, польском, шведском, русском языках были из Сената направлены в указанную комиссию. Результатом работы этой комиссии, явилось издание в 1845 г. первых двух частей Свода местных узаконений: первая – Учреждения, вторая – Законы о состояниях. Значительно позже была издана третья часть – Законы гражданские.

Так в первой половине XIX в. была оформлена система российского права дожившая в своей основе до последних дней Российской Империи.

Список используемой литературы

-Российский юридический словарь А.Я. Сухарев 1999 г. г. Москва

-История отечественного государства и права часть 1 2000 г.

-История государства и права России XIX-XX вв. Москва 1995 г.

-История отечества, Москва 2000 г.