Убийство без смягчающих и отягчающих обстоятельств

Исследование состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. Изучение типов убийств, подпадающих под состав преступления без смягчающих, либо отягчающих обстоятельств. Выявление существующих проблем законодательства и пути их разрешения.

ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

УБИЙСТВО БЕЗ СМЯГЧАЮЩИХ И ОТЯГЧАЮЩИХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

Братск 2010


Введение

Жизнь человека – самый ценный и самый хрупкий дар природы. Право на жизнь является основополагающим, естественным, неотъемлемым правом человека. Статья 20 Конституции Российской Федерации гласит: «Каждый имеет право на жизнь». Еще раньше Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 года в статье 3 зафиксировала, что каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность. И каждый человек обладает этим правом, без какого бы то ни было различия, как-то: в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного, или иного положения. Жизнь человека охраняется Конституцией и законодательством Российской Федерации, как самая главная ценность в обществе.

Причины бурного роста насильственных преступлений в последнее время очень многообразны. Их следует искать в нестабильной экономической ситуации, в нерешенности многих социальных вопросов, а также в политической сфере. Нравственное опустошение общества также оказывает свое влияние на ситуацию с преступностью. В обществе набирает силу тенденция неуважения к праву, закону, процветает безнравственность, теряются моральные ценности и установки.

Убийство издревле считалось преступлением против человека и осуждалось как моралью, так и системой норм и правил, имеющих силу закона. Запрет на убийство был одним из первых табу в человеческой культуре. Во многом это объяснялось необходимостью продолжения рода и укрепления общества.

Свобода убийства угрожала человечеству истреблением, поэтому сначала убийство было осуждено и запрещено в локальных сообществах, родах, племенах и т.д. По мере становления более крупных человеческих сообществ, вплоть до государственных объединений, табу на убийство приобрело форму закона, обязательного для всех членов сообщества. Известно, что первые законоуложения формируются на основе общепринятых норм морали и закрепляются в законах. Убийство во все времена и во всех странах (за исключением бывшего СССР в 20–50 годы) признается законодательством наиболее тяжким преступлением. Оно посягает на жизнь человека – благо, которое дается ему только один раз и требует усиленной уголовно-правовой охраны.

Статья 2 Конституции Российской Федерации, провозглашает: «человек, его права и свободы являются высшей ценностью». Защита прав и свобод человека и гражданина составляет обязанностью государства, которую оно осуществляет в том числе и с помощью уголовно-правовых мер.

Уголовный Кодекс РФ признает охрану прав и свобод человека и гражданина от преступных посягательств одной из своих задач. О степени приоритетности этой задачи можно судить по тому, что в Особенной части Уголовного Кодекса РФ введенного в действие с 1 января 1997 года, преступлениям против личности отведено первое место.

Конституция Российской Федерации провозгласила уже в преамбуле приоритет охраны прав и свобод человека. Поэтому не случайно, что на первое место в Особенной части Уголовного кодекса законодатель поставил раздел «Преступления против личности».

Убийство, относится к числу тех преступлений, которые часто вызывают серьезные трудности у следствия и суда. Высокая степень общественной опасности этих преступлений, где объектом посягательства становятся не отдельные права и свободы человека, а само его физическое существование, сама человеческая жизнь, обязывает суды неукоснительно исполнять требования закона о всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств совершенного преступления.

По данным Интернет-службы мировой статистики www.stat.ru в России в 2009 году было совершено 12300 убийств. Это население небольшого сибирского городка.

Отсюда и вытекает актуальность выбранной автором темы выпускной квалификационной работы: Понятие убийства без смягчающих и отягчающих обстоятельств.

На протяжении многих лет теоретическим обоснованием и практическим применением уголовного права занимались такие видные ученые как, Бриллиантов А.В., Кудрявцева В.Н., Лебедев В.М., Петрашев В.Н., Платонов Д.И., Радченко В.И., Смирнов М.М., Ситковская О.Д., Чекалкин А.А.

Важность научного и практического исследования, проведенного в рамках данной выпускной квалификационной работы заключается в том, что автор попытается выявить некоторые проблемы в сфере уголовного законодательства и предложить пути их решения опираясь на собственное мнение и взгляды многих видных ученых.

Объектом исследования в данной выпускной квалификационной работе будет уголовное право Российской Федерации, а предметом теория и практика применения уголовного закона по делам о простом убийстве.

Цели выпускной квалификационной работы:

1) исследование состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ;

2) проведение исследования самых распространенных типов убийств подпадающих под состав преступления без смягчающих, либо отягчающих обстоятельств;

3) выявление существующих проблем и выработка путей их решения.

В представленной автором выпускной квалификационной работе изучен обширный теоретический и практический материал, опубликованный по указанной теме в различных источниках, изучена судебная практика Братского городского суда по делам об убийствах. Сопоставляются точки зрения различных авторов по данной теме, объясняются причины выбора своей позиции, исходя из теоретического материала, содержащегося в литературе.

В работе автором в основном будет использоваться метод анализа имеющихся источников знаний, а также исторически метод исследования и синтез.


1. Общая характеристика убийства как преступления против жизни

1.1 Понятие и виды убийства по российскому законодательству

Впервые об убийстве, как о преступлении, подлежащем наказанию упоминалось в наиболее ранних письменных памятниках русского права.

По Русской Правде (1016 г.) убийство называлось «душегубством», по Своду законов Российской империи (1832 г.) убийство называлось «смертоубийством». В данном Своде была предпринята попытка дать определение понятия убийства, а именно: «насильственная смерть, причиненная другому человеку нанесением ран, ушиба или отравления, почитается смертоубийством».

Термин «убийство» в Российском уголовном праве утвердился во второй половине XIX века.

В действующем Уголовном Кодексе РФ впервые дано определение убийства. Ранее в уголовном законодательстве понятие убийства не раскрывалось. Статьи 102, 103, 104. 105, 106 УК РСФСР, предусматривающие наказание за различные виды убийств, определение понятия «убийство» не давали. В связи с этим в литературе высказывались различные мнения о том, что является убийством.

С точки зрения А.А. Пионтковского «убийство – есть противоправное умышленное или неосторожное лишение жизни человека».

В.И. Ткаченко полагал, что «убийство – это противоправное деяние, причиняющее смерть другому человеку».

С.В. Бородин определял, что «убийство – это предусмотренное уголовным законом виновное деяние, посягающее на жизнь другого человека и причиняющее ему смерть».

Против этого определения выступил М.Д. Шаргородский, который полагал, что «убийство – это неправомерное лишение жизни другого человека».

Он считал излишними все другие элементы, включаемые С.В. Бородиным в определение понятия убийства. С.В. Бородин в свою очередь указал: «определение М.Д. Шаргородского явно неполно. Оно не позволяет отграничить убийство от других преступлений, при совершении которых потерпевший лишается жизни».

Имелись и другие взгляды на то, что обозначается данным термином, которые отражали различные подходы к раскрытию содержания термина «убийство», тем не менее, все они сводились к одному, выраженному в настоящее время в Уголовном Кодексе РФ. Законодательное определение, помещенное в ст. 105 УК РФ, демонстрирует выбор в вопросе о том, что следует понимать под убийством, формулирует его как «умышленное причинение смерти другому человеку»

В отличие от УК РСФСР (ст. 106) УК РФ не знает термина «неосторожное убийство», так как в общественном сознании убийство ассоциируется именно с умышленным причинением смерти другому человеку. Причинение смерти по неосторожности образует по новому Уголовному Кодексу самостоятельный состав преступления.

Человеческая жизнь имеет определенную продолжительность, ограниченную рождением и смертью. Уголовно-правовой охране подлежит жизнь любого человека независимо от его возраста, физических и моральных качеств от начала рождения и до момента смерти.

Автор полагает, что при определении понятия «убийства», необходимо установить существенные признаки, которые позволяют раскрыть суть убийства. Но сначала нужно выяснить содержание понятий жизни и смерти, поскольку убийство непосредственно связано с лишением жизни и причинением смерти.

Жизнь человека, с биологической точки зрения, состоит в непрерывном обмене веществ, питании и выделении. С прекращением этих функций прекращается и жизнь человека.

С какого момента начинается человеческая жизнь? Данный вопрос до настоящего времени является спорным и дискуссионным.

По мнению того же С.В. Бородина, начальным моментом жизни, как объекта посягательства при убийстве, является «начало физиологических родов». Сторонниками этой идеи С.В. Бородина в этом вопросе выступают и многие другие ученые-правоведы. Г.Н. Борзенков отмечает, что «началом жизни человека является сам процесс рождения, и что жизнь ребенка может явиться объектом убийства с начала родов».

А.А. Пионтковский совместно с другими авторами полагает, что наиболее правильно, с точки зрения демократического правосознания охранять уголовным законом жизнь человека уже в самом процессе рождения. Поэтому, следует рассматривать как детоубийство, не только убийство новорожденного после отделения плода от утробы матери и начала самостоятельной жизни ребенка, но и убийство, совершенное во время родов, когда рождающийся ребенок еще не начал самостоятельной вне утробной жизни (например, нанесение смертельной раны в голову рождающемуся ребенку до того момента, когда он начнет дышать).

В Комментарии к Уголовному Кодексу РФ отмечается, что «под началом жизни человека следует понимать начало физиологических родов. Уничтожение плода ребенка до начала родового процесса не образует состава убийства».

С озвученным мнением о том, что под началом жизни необходимо понимать начало физиологических родов, автор полагает, что можно согласиться. И, думается, что нельзя согласиться с утверждением Б.В. Здравомыслова и других авторов, которые считают, что под началом жизни следует понимать не начало физиологических родов, и при этом указывают, что рождение ребенка обычно начинается путем выхода наружу из полости матки вначале головки плода… После рождения с первым вздохом легкие новорожденного раскрываются. Обычно об этом сигнализирует первый крик ребенка. С этого момента можно говорить о начале человеческой жизни».

В судебной практике в настоящее время, как правило, принято считать, что началом жизни человека является сам процесс рождения, и что жизнь ребенка может явиться объектом убийства с начала родов. Поэтому, не только лишение жизни уже родившегося ребенка, но и умерщвление его в процессе родов, должно рассматриваться как убийство.

Вопрос о моменте наступления смерти человека в медицинской литературе также является дискуссионным. Одни авторы полагают, что смерть человека наступает с момента прекращения дыхания и сердцебиения. Другие, считают сердцебиение не абсолютным доказательством жизни.

Однако, признается бесспорным наступление смерти с момента органических изменений в головном мозге и центральной нервной системе. До наступления этих изменений смерть человека называют клинической.

В статье 9 Закона РФ «О трансплантации органов и / или тканей человека» указано, что заключение о смерти дается на основе констатации необратимой гибели всего головного мозга (смерть мозга) установленной в соответствии с процедурой утвержденной Министерством здравоохранения Российской Федерации».

Утвержденная приказом Минздрава России от 4 апреля 2003 года №73 Инструкция по определению критериев и порядка определения момента смерти человека, прекращения реанимационных мероприятий исходит из того, что процесс умирания человека проходит четыре стадии: агонию, клиническую смерть, смерть мозга и биологическую смерть. В соответствии с этим нормативным актом «констатация смерти человека наступает при смерти мозга или биологической смерти человека (необратимой гибели человека)». При констатации смерти мозга человека реанимационные мероприятия прекращаются, если в течение 30 минут жизненно важные функции организма не восстановлены. При наличии признаков биологической смерти (посмертные изменения во всех органах и системах, которые носят постоянный, необратимый, трупный характер) реанимационные мероприятия вообще не проводятся. Таким образом, момент смерти означает либо смерть мозга при неэффективности реанимационных мероприятий, либо наступление биологической смерти.

Определив начальный и конечный моменты жизни человека, представляется целесообразным ответить на вопрос о понятии убийства в уголовном праве и юридической науке.

Как отмечалось выше, ч. 1 ст. 105 УК РФ определяет убийство, как «умышленное причинение смерти другому человеку». Проанализировав мнения разных ученых по данному вопросу, автор полагает, что данное определение не полно, а именно в определении нет указания на противоправность деяния. Думается, что это очень важный момент. Причинение смерти другому человеку должно быть умышленным и противоправным. Иначе получается, что буквальное толкование ч. 1 ст. 105 УК РФ позволяет относить к убийству, например, приведение в исполнение приговора о смертной казни. В данном случае лишение жизни другого человека нельзя рассматривать, как убийство. Это является правомерным лишением жизни. Для квалификации действий виновного по ст. 105 УК РФ, необходимо чтобы лишение жизни потерпевшего было противоправным.

В то же время определение убийства, закрепленное в ч. 1 ст. 105 УК РФ вносит определенность, относя к убийству только умышленное причинение смерти, исключая таким путем из категории убийств, причинение смерти другому человеку по неосторожности и отграничивая убийство от других преступлений связанных с причинением смерти.

Исходя из анализа статей действующего Уголовного Кодекса РФ все виды убийств можно разделить на три группы:

1) убийство без отягчающих и смягчающих обстоятельств, указанных в законе (ч. 1 ст. 105 УК РФ);

2) убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105 УК РФ);

3) убийство при смягчающих обстоятельствах (ст. 106 – 108 УК РФ).

Если убийство совершено при наличии смягчающих и отягчающих обстоятельств, то оно подлежит квалификации как убийство при смягчающих обстоятельствах, согласно правилу конкуренции специальных норм.

Убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ является основным составом данного преступления. В нем отсутствуют обстоятельства, предусмотренные ч. 2 ст. 105 УК РФ и ст. 106, 107, 108 УК РФ, такие убийства чаще всего совершаются из ревности, мести, на почве личных неприязненных отношений, в ссоре, в драке и т.п.

Убийство при отягчающих обстоятельствах относится к так называемым, квалифицированным убийствам. В действиях виновного должны быть признаки, предусмотренные п.п. «а-н» ч. 2 ст. 105 УК РФ:

а) двух или более лиц;

б) лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

в) малолетнего или иного лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека;

г) женщины заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;

д) совершенное с особой жестокостью;

е) совершенное общеопасным способом;

е. 1) по мотиву кровной мести;

ж) совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

з) из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом;

и) из хулиганских побуждений;

к) с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера;

л) по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы;

м) в целях использования органов или тканей потерпевшего;

н) утратил силу.

К убийствам при смягчающих обстоятельствах относится: убийство матерью новорожденного ребенка (ст. 106 УК РФ), убийство в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ) и убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 108 УК РФ).

Ранее, в Уголовном Кодексе РСФСР, убийство матерью новорожденного ребенка не выделялось в отдельный привилегированный состав, относилось к простому убийству.

По действующему Уголовному Кодексу РФ определено три вида детоубийства:

а) убийство матерью новорожденного ребенка во время и сразу после родов;

б) убийство матерью новорожденного ребенка в условиях психотравмирующей ситуации;

в) убийство матерью новорожденного ребенка в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости.

Убийство, совершенное в состоянии аффекта (внезапно возникшего сильного душевного волнения), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего либо иными противоправными или аморальными действиями (бездействиями) потерпевшего, а равно длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим, противоправным или аморальным поведением потерпевшего, относится к убийствам, со смягчающими обстоятельствами, ввиду виктимного т.е. неправомерного поведения жертвы и вызванное им состояние сильного душевного волнения у виновного.

Убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны или при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление, относится также к видам преступления, совершенных при смягчающих обстоятельствах, так как обусловлено неправомерными, общественно опасными действиями потерпевшего.

Преступления, совершенные в состоянии аффекта, имеют ряд общих признаков с преступлениями, совершенными при превышении пределов необходимой обороны. Общими для них являются объект преступления, действие, выражающееся в насилии, вина, субъект преступления. Сходной является и обстановка совершения преступления, а точнее, его повод которым в обоих случаях выступает насилие, оскорбление и другие противоправные деяния.

Наличие большого числа входных признаков этих преступлений на практике иногда ведет к их смешению. Отграничение убийства при превышении пределов необходимой обороны от убийства предусмотренного ст. 107 УК РФ, необходимо проводить по признакам объективной и субъективной стороны.

Автором не случайно были кратко охарактеризованы виды убийств, совершенных при отягчающих и смягчающих обстоятельствах. Это позволит более четко определить понятие убийства без отягчающих или смягчающих обстоятельств, то есть так называемых простых убийств.

При изучении убийства без отягчающих или смягчающих обстоятельств возникает потребность в тщательном анализе каждого признака состава преступления – объекта, объективной стороны, субъекта, субъективной стороны.

Общее учение о составе преступления является основой для выявления наличия или отсутствия в действиях лица конкретного состава преступления, то есть «теоретической базой правильной квалификации совершенного деяния».

Только на основе общего учения о составе преступления может быть получена исчерпывающая характеристика конкретного преступления, необходимая для его квалификации исходя из содеянного, в соответствии с точным смыслом закона.

1.2 Объект убийства

Объектом убийства является жизнь человека. Вред, причиненный при убийстве, невосполним. По утверждению Гегеля: жизнь – основное благо человека, «основа бытия личности». Все остальные блага и ценности имеют второстепенное значение.

Право на жизнь – это естественное право человека, гарантированное международно-правовыми документами. Убийством, признается и лишение человека жизни с его согласия. Эвтаназия, то есть процесс умерщвления безнадежно больных людей по их просьбе, по законодательству Российской Федерации недопустима и приравнивается к убийству. Следует заметить, что уголовный закон охраняет жизнь любого человека независимо от его возраста физических и социальных признаков, моральных качеств. К простым убийствам принято относить бытовые убийства, убийства в драке, ссоре, убийства на почве личных неприязненных отношений, ритуальные убийства, убийства из сострадания, из мести и ревности.

Общим объектом преступления признается совокупность благ (интересов), охраняемых уголовным законом от преступных посягательств. В соответствии со ст. 2. УК РФ – это права и свободы человека и гражданина, собственность, общественный порядок и общественная безопасность, окружающая среда, конституционный строй Российской Федерации, мир и безопасность человечества.

Данные объекты характеризуются, с одной стороны, тем, что преступление может посягать лишь на них, а с другой – любое из преступлений посягает на какой-то из этих объектов, так как общий объект есть сумма охраняемых уголовным законом объектов.

Родовой (специальный) объект – это часть общего объекта. Он представляет собой группу однородных благ (интересов), на которые посягает однородная же группа преступлений. В основу деления Особенной части УК на разделы положен родовой (специальный) объект. Так, родовым объектом преступлений, предусмотренных статьями, объединенными в главу 25 Особенной части УК РФ, являются здоровье населения.

По мнению О.В. Белокурова, родовым объектом убийства является личность (по названию раздела VII УК РФ «Преступления против личности»). Однако в теории права существует мнение, что между понятиями «личность» и «человек» имеется различие. Так, Н.И. Матузов, анализируя их, отмечает, что личностью не рождаются, ею становятся. По его мнению, личность – это понятие несколько уже, чем человек. Однако необходимо отметить, что такое понимание личности характерно для социально-философского и политико-правового (в частном праве) аспектов, когда под личностью принято понимать человека, способного самостоятельно осуществлять принадлежащие ему права и выполнять определенные обязанности (в том числе, нести ответственность), активно взаимодействовать с окружающими людьми и природной средой.

С позиции же уголовно-правовой охраны личности, её прав и свобод следует согласиться с имеющимся в научной литературе мнением, что понятия «личность» и «человек» (как социально-биологическое существо, рожденное человеком) тождественны, равнозначны, между ними нет никаких различий. Автор считает необходимым отметить, что Конституция Российской Федерации ставит знак равенства между этими понятиями в одинаковой степени охраняя права как человека, так и личности.

Действительно, существуют люди, которые в силу каких-либо причин (обстоятельств) не могут самостоятельно распорядиться своими правами и обязанностями (душевнобольные, слабоумные, новорожденные, подростки, престарелые и т.п.). С точки зрения уголовного закона жизнь, права и свободы любого человека являются объектом уголовно-правовой защиты. Поэтому, по убеждению автора, следует согласиться с предложением ряда представителей уголовно-правовой науки об изменении названия раздела VII УК РФ переименовав его как «Преступления против человека».

Видовой объект – это совокупность сходных и тождественных общественных отношений одного вида. В данном случае причинение вреда одному общественному отношению всегда причиняет или создает реальную угрозу причинения вреда другому, сходному общественному отношению. Например, преступление, посягающее на здоровье человека, как правило, создает угрозу и его жизни, поэтому жизнь и здоровье можно рассматривать в качестве видового объекта. Видовой объект является основанием деления Уголовного кодекса РФ на главы. Иногда видовой объект может совпадать с родовым. Например, раздел 11 «Преступления против военной службы» включает в себя всего одну главу, которая по названию полностью совпадает с наименованием самого раздела.

Непосредственный объект – это конкретное общественное отношение, которому преступление причиняет вред или создает угрозу его причинения. По непосредственному объекту УК РФ делится на статьи.

Непосредственный объект может быть:

1) основным, если он совпадает по содержанию с родовым объектом (например, объект мошенничества);

2) дополнительным, если совершенное преступление направлено непосредственно на иной, основной объект, однако, тем не менее, обязательно причиняет вред и ему. Например, разбой посягает как на собственность, так и на здоровье личности, однако основным объектом здесь будут отношения собственности, а дополнительным – здоровье человека, так как целью разбоя является завладение чужим имуществом;

3) факультативный непосредственный объект – это конкретное общественное отношение, которому причиняется вред, однако в рамках статьи оно не предусматривается. Например, основным объектом грабежа являются отношения собственности, а факультативным – физическая и психическая неприкосновенность потерпевшего, так как грабеж может быть соединен с насилием или угрозой применения насилия.

От объекта преступления необходимо отличать предмет преступления, в качестве которого выступают материальные предметы внешнего мира, на которые непосредственно воздействует преступник, осуществляя преступное посягательство на соответствующий объект. Например, при краже автомобиля предметом преступления является непосредственно сам автомобиль, а объектом – право собственности на него.

Рассмотрим теперь вопрос объекта преступления применительно к составу убийства.

Проблема объекта убийства имеет важное уголовно–правовое значение.

Выяснение содержания этого понятия позволяет правильно ответить на ряд других теоретических и практических вопросов (конкуренция состава убийства, объем и содержание объективных и субъективных сторон данного преступления). Как обоснованно указывал профессор С. Мокринский: «описать состав преступления значит, прежде всего, определить объект последнего – социальное благо, страдающее или подвергающееся опасности от преступного действия».

Как уже отмечалось автором выше, общий объект одинаков для всех составов преступлений, именно поэтому он именуется «общим».

Родовым объектом убийства является вся совокупность общественных отношений, обеспечивающих нормальное функционирование личности. Именно по этому признаку составы преступлений объединены в раздел 7 УК РФ, именуемый как «Преступления против личности».

Видовым объектом преступлений, объединенных в главу 16 УК РФ, в том числе и убийства, являются общественные отношения по охране такого неотъемлемого блага личности как жизнь и здоровье.

Непосредственным объектом убийства являются общественные отношения в сфере охраны жизни каждого человека.

В посягательствах на личность не принято выделять предмет посягательства.

Подводя итоги сказанному в данном параграфе, следует отметить, что объект убийства образуют общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизнь человека. Таким образом, уголовно–правовой охране подлежит жизнь любого человека, независимо от его возраста, физических и моральных качеств от начала рождения до момента смерти.

1.3 Объективная сторона убийства

Объективная сторона убийства выражается в лишении жизни другого человека, как в процессе рождения, так и на протяжении всей жизни. С объективной стороны убийство может быть совершено как путем действия. Так и путем бездействия. Чаще всего это активные действия, нарушающие анатомическую целостность жизненно важных органов человека.

Обязательный признак объективной стороны – наступление смерти. Не имеет значения для квалификации преступления время наступления смерти. Важно установить наличие причинной связи между деянием и наступившей смертью.

Вторым признаком объективной стороны убийства является последствие в виде смерти потерпевшего, потому что убийство – это преступление с материальным составом. При установлении прямого умысла на причинение смерти имеет место покушение на убийство при наличии косвенного умысла либо отвечает за фактически причиненный вред.

Автор полагает, что рассмотрение объективной стороны убийства следует начать с определения признаков, ее характеризующих. Поскольку состав преступления, предусмотренный ст. 105 УК РФ по своей конструкции является материальным, то объективная сторона будет характеризоваться тремя обязательными признаками:

1) общественно опасное деяние;

2) общественно опасное последствие;

3) причинная связь между общественно опасным деянием и общественно опасным последствием.

Первый признак объективной стороны преступления – общественно опасное деяние, которое может быть выражено как в форме действия, так и в форме бездействия.

Под действием понимают активную форму преступного поведения человека, которая выражается в механических телодвижениях, вызывающих изменения во внешнем мире. Чаще всего убийство совершается именно путем действия, направленного на нарушение функций или анатомической целостности жизненно важных органов другого человека.

Действие человека может не только прямо и непосредственно причинить смерть другому человеку, но и может привести в движение какие-то иные силы, которые в последующем повлекут смерть другого лица. Все возможные варианты действий человека при убийстве следует разделить на несколько видов, отличающихся по форме воздействия на жизнь потерпевшего.

Убийство может совершаться такими действиями, когда преступник, не прибегая к использованию каких-либо средств или орудий, причиняет смерть потерпевшему, используя только мускульную силу своего тела. Ярким примером такого действия является удушение руками за горло – в данном случае преступник применяет свою мускульную силу для совершения преступления.

Действия виновного могут осуществляться не только путем применения своей мускульной силы, но с использованием тех или иных орудий для усиления этой силы и облегчения убийства. Примером такого убийства может быть удар потерпевшего ножом.

Далее, действия виновного могут выражаться в направлении на потерпевшего каких-то иных сил. Мускульная сила может быть ничтожной, но она может направлять другую мощную силу, которая причиняет смерть. Например, убийство с применением огнестрельного оружия. В подобных случаях мускульная сила человека дает толчок другой силе, которая и причиняет смерть потерпевшему.

Наконец, действия при убийстве могут иметь форму психической деятельности и быть весьма разнообразными.

Прежде всего, это непосредственно психическое воздействие на потерпевшего, которое может вызвать болезненные расстройства и смерть, главным образом у лиц с заболеванием сердца и сосудистой системы. Кроме того, сильный испуг также может вызвать остановку сердца и смерть. В таких случаях не используется ни мускульная сила виновного, ни мускульная сила другого лица.

Убийства могут быть совершены не только путем действия, но и путем бездействия. Преступное бездействие является формой пассивного поведения и отличается тем, что человек воздерживается от всяких движений, а его сила находится в состоянии физического покоя.

Следовательно, под бездействием при убийстве следует понимать волевое, сознательное воздержание виновного от совершения определенных поступков, то есть невмешательство в развитие событий, имеющих место помимо деятельности виновного, результатом чего и явилась желаемая или допускаемая смерть. При бездействии неизбежно требуется установление того, в силу каких обстоятельств определенное лицо обязано было действовать, и могло ли оно совершить эти действия. При этом обязанность действовать определенным образом может вытекать не только из предписаний законов и подзаконных актов, но и из естественно складывающихся отношений между людьми.

Н.И. Загородников полагает, что «специального закона, обязывающего мать кормить своего ребенка, не существует, однако при убийстве матерью новорожденного ребенка путем бездействия (лишение младенца пищи) не возникает сомнений в том, подлежит ли она ответственности за это бездействие».

В основе оценки возможности обвиняемого действовать определенным образом лежит субъективный критерий: мог ли данный человек, учитывая его знания и квалификацию, опыт, состояние здоровья, в данной конкретной обстановке совершить то действие, которое от него требовалось, если бы он проявил максимум доступной ему активности.

Как было уже указано автором выше, состав преступления, предусмотренный ст. 105 УК РФ по конструкции является материальным, поэтому обязательным признаком объективной стороны преступления является наступление общественно опасного последствия.

Преступное последствие – это тот или иной вред, причиняемый преступным действием или бездействием объекту посягательства. В данном случае таким последствием будет наступление смерти потерпевшего.

Наконец, еще одним признаком объективной стороны убийства является причинная связь между деянием виновного и наступившей смертью потерпевшего.

Наука уголовного права не создала особого понятия причинной связи, не зависимого от философской категории причинности. Поэтому в основу решения вопроса причинной связи теория уголовного права кладет выработанные философией положения.

Причинность определяется философией как объективная, то есть существующая независимо от человеческого сознания связь между порождающим (причина) и порождаемым (следствие) явлением. Специфика данного определения в уголовно-правовой сфере заключается в том, что в качестве причины рассматривается только общественно опасное деяние, а в качестве следствия лишь общественно опасный результат.

При установлении причинной связи по делам об убийстве необходимо иметь в виду следующее:

1) действие (бездействие) субъекта, предшествовавшее наступлению смерти, может быть признано ее причиной только в том случае, если в момент их совершения они явились необходимым условием ее наступления, то есть таким условием, не будь которого, смерть не наступила бы;

2) эти действия (бездействия) в момент их совершения должны создавать реальную возможность наступления смерти.

Признать наличие причинной связи можно только в том случае, когда деяние виновного неизбежно влечет за собой смерть человека, является главной ее причиной. При этом для состава преступления абсолютно не имеет значения, как скоро после совершения виновным соответствующего деяния наступила смерть потерпевшего.

Убийство будет и тогда, когда смерть последовала немедленно за совершением виновным преступного деяния (например, после выстрела в голову), и тогда, когда она наступила спустя значительный промежуток времени (например, отравление ядом замедленного действия).

Но также возможны и невиновно совершенные противоправные деяния (так называемые казусы). В них есть такая причинная связь, которая, хотя и является закономерной и необходимой, но при этом исключительно редко встречается в жизни. Эту редко встречающуюся связь подавляющее большинство людей не могут предвидеть, вследствие чего непредвидение ее (то есть, иначе говоря, неосознавание последствий своих деяний) в данном случае человеку нельзя ставить в вину.

Например, юридическим казусом будет являться следующее событие. На платформе электропоезда пьяный З. подошел к незнакомому гражданину и беспричинно стал трясти его за лацканы пиджака. Гражданин неожиданно упал на платформу, забился в конвульсиях и умер.

Судебно-медицинская экспертиза установила, что потерпевший страдал редким заболеванием сосудов головного мозга, и «встряска» оказалась для него смертельной. Уголовное дело по факту смерти данного гражданина было прекращено, поскольку З. не осознавал и не мог осознавать, к каким последствиям приведет его деяние.

К характеристике объективной стороны преступления теория уголовного права относит и факультативные признаки. Это время, место, обстановка и способ действия. Установление способа действия как признака объективной стороны имеет серьезное значение для его квалификации. При совершении некоторых убийств, способ является квалифицирующим обстоятельством. Это убийство с особой жестокостью, совершение убийства способом, опасным для жизни многих людей, однако, в данной работе автор не будет касаться подобного рода убийств.

Если в результате совершенного деяния не наступили последствия в виде смерти потерпевшего, то преступление является не оконченным. При наличии приготовления или покушения на убийство деяние квалифицируется с применением ст. 30 УК РФ (покушение).

В отличие от других признаков объективной стороны убийства, причинная связь не всегда очевидна. Поэтому при расследовании каждого конкретного дела необходимо установить, что наступившая смерть потерпевшего является следствием определенных действий в конкретной обстановке.

Выяснение обстановки имеет значение не только для решения вопросов о наличии или отсутствии причинной связи, но и при определенных обстоятельствах для привлечения данного лица к уголовной ответственности и квалификации совершенного преступления. Так, выяснение момента совершения убийства без отягчающих обстоятельств, в случае истечения срока давности имеет значение для решения вопроса об освобождении лица от уголовной ответственности. Время совершения данного преступления может быть важно для применения соответствующего закона. Место совершения убийства также имеет значение для правильной квалификации, так как обуславливает применение уголовного закона, действующего в местности, где оно было совершено.

Таким образом, объективной стороной каждого убийства являются действия или бездействие виновного в преступлении. Для квалификации события преступления необходимо, в первую очередь, установить наличие причинной связи между действием и наступившими последствиями. Иными словами, действие или бездействие лица должно порождать собой наступление смерти потерпевшего.

1.4 Субъект убийства

Уголовной ответственности за совершение убийства, подлежит любое вменяемое физическое лицо, достигшее 14-летнего возраста, так как к четырнадцати годам человек формируется как личность и вырабатывает свой отличный от других характер, влияющий на его дальнейшее развитие, также он вырабатывает свою систему ценностей, в которой для нормально развитого человека, уже в этом возрасте жизнь имеет приоритетное значение, поэтому по достижению этого возраста человек способен понимать, что лишает жизни другого человека.

Это связано с тем, что убийство отнесено к особо тяжким преступлениям. Возраст и вменяемость физического лица, являются условиями наступления уголовной ответственности, так как уголовный закон наказывает преступника не за то, что он достиг определенного возраста и вменяем, а за совершение конкретного деяния при условии, что он достиг определенного, установленного возраста и является вменяемым.

Такая трактовка возраста и вменяемости объясняется тем, что любое деяние, в том числе лишение жизни, совершенное малолетним или невменяемым, не исключает общественную опасность, а устраняет лишь уголовную ответственность такого лица. Если же возраст и вменяемость отнести к признакам состава преступления, то фактически лишение жизни другого человека, совершенное малолетним или невменяемым, будет признано не представляющим общественной опасности за отсутствием состава преступления. Это может привести к тому, что лица, использующие малолетнего или невменяемого как орудие убийства, подлежали бы освобождению от уголовной ответственности.

В уголовном законе указаны отдельные признаки субъекта убийства, которые могут влиять не квалификацию преступления. Так, совершение убийства лицом, ранее совершившим убийство или покушение на него, влечет квалификацию по пп. «н» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Однако, законодатель в конце 2003 года признал утратившим силу данное правило.

Субъектом убийства новорожденного ребенка при смягчающих обстоятельствах может быть только мать, родившая этого ребенка.

Интересное исследование проведено сектором юридической психологии Всесоюзного института проблем укрепления законности и правопорядка при Прокуратуре СССР. Изучались группы преступников, выделенные в соответствии с характером преступления. Так, среди убийц 51% составляли лица в возрасте до 25 лет, до 30 лет и старше – 15%, 45 лет и старше – 34%. Холостых среди них – 60%, женатых – 31%, разведенных – 9%. Каждый второй из тех, кто к моменту преступления имел семью, считал свой брак неудачным.

Психологическую характеристику этой группы можно свести к следующему. По своим взглядам они преимущественно циники, близости с людьми нет, и потребности в ней они не испытывают, при этом каждый третий из обследованных сам считал, что нет людей, к нему расположенных. Общественные интересы им также чужды, общественная деятельность для них – это излишние хлопоты». Эгоизм – главнейшая черта их характера. А отсюда отсутствие веры в возможность хороших отношений между людьми. Прожитую жизнь оценивают пессимистически, считают, что жизнь прошла мимо них, но своей вины в этом не видят. Ретроспективный анализ становления их как личностей, равно как и условий, в которых они формировались, показывает, что детство их проходило, как правило, в конфликтных семейных условиях, скандалах и ссорах между родителями, включая рукоприкладство и иные виды насилия. Отсюда жизнь «с позиции силы» считается ими нормальной.

Именно поэтому, установление субъекта убийства, выявление и проверка всех признаков, предъявляемых законом к лицу, привлекаемому к уголовной ответственности, является необходимым условием признания причинения смерти убийством.

1.5 Субъективная сторона убийства

Субъективная сторона убийства характеризуется психическим отношением субъекта к своему деянию и наступившей смерти потерпевшего. Субъективная сторона убийства в соответствии со ст. 105 УК РФ характеризуется только умышленной виной. Умысел при убийстве может быть как прямой, так и косвенный.

При прямом умысле виновный осознает, что он посягает на жизнь другого человека, предвидит, что его деяние содержит реальную возможность или неизбежность наступления смерти, и желает ее наступления.

Так, например, С. с прямым умыслом совершил убийство. Обстоятельства дела таковы. С. и П. ехали в такси. По пути между ними возникла ссора. С достал нож и, высказывая угрозы убить П., попросил знакомого ему водителя остановить машину. Выйдя из такси С. ударил ножом П. в результате ранения сердца П. тут же скончался.

При косвенном умысле на убийство виновный осознает, что он своим деянием ставит в опасность жизнь человека, предвидит, что он от этого деяния может наступить его смерть, не желает ее наступления, но сознательно допускает либо безразлично относится к ее наступлению.

Действующее уголовное законодательство Российской Федерации устанавливает, что уголовной ответственности и наказанию подлежит только лицо виновное в совершении преступления. Закон прямо указывает и на то, что совершение общественно опасного деяния может служить основанием уголовной ответственности только в том случае, если это деяние совершено умышленно.

Состав преступления, предусмотренный ст. 105 УК РФ допускает только умышленную форму вины в виде прямого или косвенного умысла. Вина – определяется «как психический процесс, обусловленный объективными признаками преступления, где главным является предвидение общественно опасных последствий, одинаково присущих категориям умысла и неосторожности.

Если по ранее действовавшему уголовному закону субъективная сторона выражалась также в неосторожности, то по действующему УК РФ это уже не входит в состав убийства, из самого определения которого следует, что убийство – это умышленное лишение жизни. Неосторожное причинение смерти образует другой состав преступления, который не является предметом рассмотрения данной выпускной квалификационной работы.

Как уже было сказано выше, при прямом умысле лицо осознает, что совершает деяние, опасное для жизни другого человека, предвидит возможность или неизбежность наступления смерти потерпевшего и желает этого. При косвенном умысле сознательно допускает возможность наступления смерти или безразлично относится к ней.

В старом законодательстве давалась ссылка на предвидение лицом общественно опасных последствий без указания на степень вероятности их наступления, что позволяло толковать категорию «возможности» в сторону необоснованного освобождения виновных от ответственности за фактически умышленное совершение преступления, подменяя ее ответственностью за неосторожное совершение преступления. Законодатель ограничивался ранее указанием лишь на сознательное допущение наступления общественно-опасных последствий. Новация, в виде указания также и на безразличное отношение к последствиям, делает понятие косвенного умысла более завершенным.

Очень большое значение имеет установление по делам этой категории мотивов и целей лишения потерпевшего жизни. В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №1 от 27.01.1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» говорится, что по каждому такому делу должна быть установлена форма вины, выяснены мотивы, цель и способ причинения смерти другому человеку, а также исследованы иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного и назначения виновному справедливого наказания.

В практике анализ субъективной стороны при квалификации убийства является очень сложным, в силу чего происходят следственные и судебные ошибки.

При квалификации убийства должно быть обязательно выявлено, что оно совершено умышленно и определена форма умысла, так как вне конкретной формы вины деяние по российскому уголовному законодательству не может быть признано преступлением, – недопустимо объективное вменение.

Разграничение прямого и косвенного умысла важно для индивидуализации наказания и для отграничения убийства от других преступлений. Это относится, например, к квалификации покушения на убийство – наличие косвенного умысла исключает такую квалификацию. В своём постановлении №1 от 27.01.1999 г. Пленум Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» разъяснил, что покушение на убийство возможно лишь с прямым умыслом, то есть когда содеянное свидетельствовало о том, что виновный осознавал общественную опасность своих действий (бездействия), предвидел возможность или неизбежность наступления смерти другого человека и желал ее наступления, но смертельный исход не наступил по не зависящим от него обстоятельствам (ввиду активного сопротивления жертвы, вмешательства других лиц, своевременного оказания потерпевшему медицинской помощи и др.).

Рассматривая субъективную сторону убийства необходимо остановиться на понятии «заведомость» и определении его юридического значения, так как при выяснении этого признака состава преступления, «заведомость» характеризует субъективное отношение виновного к обстоятельствам, отягчающим убийство.

В п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ говорится об убийстве лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а в п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ об убийстве женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности.

Итак, заведомость – это несомненное, достоверное знание субъектом об отягчающем конкретном обстоятельстве (наличии беременности и т.д.).

В числе обстоятельств, имеющих значение для квалификации убийств, которые характеризуют субъективную сторону этого преступления, необходимо назвать мотив, цель, эмоциональное состояние лица в момент совершения убийства.

Действия человека всегда обусловлены определенными мотивами и направлены на достижение определенных целей. Правильная оценка любого поведения невозможна без учета его мотивов и целей. Мотив и цель – это психические явления, которые вместе с виной образуют субъективную сторону преступления.

Как отмечал А.А. Пионтковский «Мотив, есть побуждение, которым руководствовалось лицо, совершая преступление». В данном определении подчеркивается основная функция, которую выполняет мотив в механизме человеческого поведения вообще и противоправном поведении в частности.

Мотив определяет поведение не сам по себе, а только в соотношении с целью, в связи с теми результатами, к достижению которых стремится лицо, совершая то или иное действие.

Цель преступления – это тот желаемый результат, который стремится достичь лицо, совершая общественно опасное деяние, иначе говоря, то, что преступник хочет достичь, совершая преступление.

Мотив и цель, хотя понятия и взаимообусловленные, но характеризуют различные стороны волевого процесса. Мотив отвечает на вопрос: зачем человек совершает те или иные действия, цель определяет направление деятельности. Цель не возникает без мотива, но с другой стороны, мотив, как и весь волевой процесс, получает свое содержание благодаря цели вследствие той конкретной деятельности, в которой эта цель находит свое воплощение.

Мотив и цель – это обязательные признаки субъективной стороны преступления, оказывающие влияние на квалификацию любого преступления, в том числе и убийства.

При решении вопроса о квалификации убийства мотив не может не учитываться. В некоторых случаях происходит конкуренция мотивов, затруднительным является вопрос о выделении основного мотива.

Приходится констатировать, что далеко не всегда суды принимают надлежащие меры к установлению мотивов совершения преступления (что зачастую обусловлено односторонним подходом к оценке доказательств, без учета всех фактических обстоятельств дела), что, в свою очередь, влечет необоснованное вменение того или иного мотива преступления и осуждение виновных по статьям уголовного закона, не соответствующих содеянному.

В ч. 2 ст. 105 УК РФ указываются мотивы: корысть, кровная месть, хулиганские побуждения, расовая, религиозная ненависть или вражда. При этих мотивах убийство может быть квалифицировано по ч. 2 ст. 105 УК РФ только при наличии других обстоятельств, указанных в этой статье.

При отсутствии названных выше мотивов и других обстоятельств, отягчающих убийство, применяется ч. 1 ст. 105 УК РФ. Для квалификации убийства по этой статье мотив его совершения, по существу, безразличен. Но это не означает, что устанавливать его не следует.

При анализе субъективной стороны убийства в связи с мотивом возникает вопрос о соотношении мотива и формы умысла. По общему правилу, мотив убийства свидетельствует о прямом умысле.

Мотив и цель обычно разграничиваются в законе и имеют самостоятельное значение для квалификации некоторых видов убийств. Однако в отдельных случаях мотив и цель могут быть едиными – при убийстве по корыстному мотиву.

Немаловажное значение в характеристике субъективной стороны имеют эмоциональные моменты, эмоциональное состояние лица в момент совершения преступления. Эмоциональные моменты не только характеризуют психическое состояние личности в момент совершения преступления, но и показывают его отношение к содеянному, наступившим последствиям.

Эмоциональное состояние оказывает огромное влияние на протекание психической деятельности. Оно может сыграть положительную роль в восприятии совершаемых действий, делая его более ярким, или, наоборот, способно значительно сузить пределы сознания, отодвинув его, так сказать на второй план, ослабить критическую и контрольную деятельность.

Страх, гнев, раздражение, злоба, сильное душевное волнение – вот те эмоциональные состояния, с которыми чаще всего приходится иметь дело судебной практике. Данные обстоятельства оказывают существенную помощь в установлении мотива убийства, в определении содержания умысла и неосторожности. Без учета эмоционального состояния лица, как справедливо заметил Б.С. Утевский, не может быть полной оценки поведения подсудимого, обоснованного решения вопроса о вине подсудимого и о степени его вины.

Взаимосвязь объективной и субъективной стороны любого преступления очень точно отметил В.Н. Кудрявцев указав, что субъективная сторона порождает, направляет и регулирует объективную сторону преступления.

По мнению автора, сложность задачи при анализе субъективной стороны преступления судебными и следственными органами обусловлена недостаточной разработанностью в теории уголовного права проблем вины, умысла, мотивов и цели, вопросов их связи, соотношения между собой, с объективными признаками преступления, а также с другими понятиями и категориями, определяющими преступление и условия уголовной ответственности лица».

Сложность соотношения субъективного и объективного в преступлении, как и в любом человеческом поступке, выражается в том, что на психику действуют не только внешние условия и обстоятельства, в которых формируются воля и сознание лица, но и особенности данной личности, ее темперамент, привычки, побуждения, которые в свою очередь, являются результатом внешних факторов.


2. Уголовно-правовой анализ состава убийства без смягчающих и отягчающих обстоятельств и проблемы квалификации

2.1 Понятие Убийство без смягчающих и отягчающих обстоятельств (простого убийства)

Убийство, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, так называемое «простое» убийство, является основным составом данного вида преступлений не только потому, что такие убийства составляют 60% от числа всех совершенных убийств, но и в связи с тем, что в этой норме содержится определение понятия убийства.

По данным уголовной статистики, в общем количестве уголовных дел, рассматриваемых ежегодно всеми судами России, доля дел о преступлениях, предусмотренных ст. 105 УК РФ, не превышает 1,5–2%. В то же время в структуре дел, рассматриваемых по первой инстанции Верховными судами республик, краевыми, областными и сопутствующими им судами, дела об убийстве составляют 75–80%. С учетом этого, а также отнесения законом преступлений против жизни к категории наиболее опасных уголовно-наказуемых деяний, вопросы применения судами уголовно-правовых норм, предусматривающих ответственность за посягательство на жизнь человека, постоянно находятся в центре внимания Верховного Суда РФ.

По данным МВД России, количество зарегистрированных умышленных убийств и покушений на убийство увеличивается с каждым годом. В 2009 г. количество убийств в России составляет 12 300. Среди лиц, осужденных за убийство и покушение на убийство, женщины составили 10,3%, несовершеннолетние – 5,9%. Неснятые и непогашенные судимости имели 27,2% осужденных. В состоянии алкогольного опьянения преступления совершили 80,2% осужденных. Потерпевшие по многим делам были родственники или знакомые осужденных.

В данной работе уже отмечалось, что понимается под убийством по Уголовному Кодексу Российской Федерации.

Простым в доктрине уголовного права признается убийство без смягчающих и без отягчающих обстоятельств. Ответственность за такое убийство предусмотрена ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Сказанное означает, что простым можно считать лишь такое убийство, которое не содержит квалифицирующих (ч. 2 ст. 105 УК РФ) и привилегирующих (ст. ст. 106, 107, 108 УК РФ) признаков. При этом закон не указывает, к каким конкретным видам убийств может быть применена ч. 1 ст. 105 УК РФ. Поэтому для того, чтобы правильно квалифицировать убийство, необходимо убедиться в том, что ни одного из признаков, указанных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, ст. ст. 106, 107, 108 УК РФ, в данном убийстве нет. Следовательно, по степени общественной опасности этот вид убийства занимает как бы промежуточное положение между умышленным убийством при отягчающих обстоятельствах и убийством со смягчающими обстоятельствами.

Очертить границы простого убийства помогает анализ и систематизация судебной практики. Именно она изучает наиболее типичные посягательства на жизнь, относя их к тем или иным категориям убийств.

Так, Пленум Верховного Суда РФ от 22 декабря 1992 года «О судебной практике по делам об умышленном убийстве» к простому убийству методом исключения отнес умышленное причинение смерти, совершенное виновным из ревности, мести и других побуждений, а также убийство в ссоре либо драке.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 года №1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» уже гораздо более подробно разъясняется, что как простое, по ч. 1 ст. 105 УК РФ надлежит квалифицировать убийство, совершенное без квалифицирующих признаков, указанных в ч. 2 ст. 105 УК РФ, и без смягчающих обстоятельств, предусмотренных в ст. ст. 106–108 УК РФ, то есть убийство в ссоре или драке при отсутствии хулиганских побуждений, из ревности, по мотивам мести, зависти, неприязни, ненависти, возникшим на почве личных отношений.

Изучение судебной практики показывает, что наиболее типичными для данного вида убийства являются убийства, совершенные по мотивам мести, возникшей на почве личных отношений, ревности, в ссоре или драке. При исследовании мотивов и обстоятельств убийства, дающих основания для применения ч. 1 ст. 105 УК РФ, необходимо учитывать, что они не имеют самостоятельного значения для квалификации. Например, установления мотива ревности при совершении убийства вовсе не исключает его квалификации по ч. 2 ст. 105 или по ст. 107 УК РФ в зависимости от наличия отягчающих либо смягчающих обстоятельств, влияющих на квалификацию.

Вместе с тем это не означает, что мотивы и обстоятельства, при которых применяется ч. 1 ст. 105 УК РФ, не должны выясняться и исследоваться по каждому делу. Они могут служить определенным ориентиром при решении вопроса о квалификации убийства. Их анализ может помочь более глубоко и полно уяснить конкретную обстановку убийства, что важно для назначения наказания и для установления и устранения причин убийств и условий, способствующих их совершению.

Пленум Верховного Суда РФ уже упоминавшемся автором постановлении от 27 января 1999 года рекомендовал судам по таким делам, «особенно об убийствах совершенных из ревности или мести на бытовой почве, тщательно выяснять все обстоятельства преступления, чтобы квалифицирующие признаки других видов убийств не остались без соответствующей юридической оценки».

Автор считает необходимым особо подчеркнуть, что от простого убийства следует отличать преступления, которые хотя и посягают на жизнь человека, однако не только (и не столько) на нее, а потому они не относятся к преступлениям против жизни человека и, соответственно, к убийству. Таковы предусмотренные ст. ст. 277, 295, 317 УК РФ посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование, посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа, а также геноцид (ст. 357 УК РФ). Имея много сходного с убийством, указанные преступления отличаются от него своими видовым и непосредственным объектами, а также конструкцией объективной стороны.

Таким образом, к простому убийству относят такое убийство, которое не содержит квалифицирующих (ч. 2 ст. 105 УК РФ) и привилегирующих (ст. ст. 106, 107, 108 УК РФ) признаков.

2.2 Убийство в драке или ссоре

Изучение практики показывает, что значительная часть убийств, совершенных в драке или ссоре, квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Убийства в драке или ссоре совершаются в основном на почве разрешения межличностных конфликтов между сожителями, родственниками, знакомыми, собутыльниками, случайными прохожими и т.д.

Существует проблема семейных конфликтов и семейного насилия, она широко обсуждается в средствах массовой информации. Их называют злободневными и связывают с интенсивно развивающимся в стране криминальным насилием. Печать констатирует: никакая статистика войн и терроризма не сравнится с тем, что вытворяют друг с другом родные и близкие, из числа всех семейных преступлений 12% составляют убийства.

Убийства совершаются в основном в семьях с низким нравственным уровнем, неблагополучных семьях.

Ссора представляет собой взаимную вражду, сопровождающуюся прекращением отношений, попреканием в чем-либо или бранью – ругательствами, обращенными друг к другу. Драка имеет аналогичные признаки, но отличается нанесением побоев ее участниками друг другу.

Ссору и драку объединяет конфликт интересов, как личных – нематериальных и материальных, так и общественных. В общем плане конфликт (от лат. conflictus – столкновение) представляет собой внешнее проявление объективных и субъективных противоречий, выражающееся в противоборстве субъектов.

Очевидно, что не любое противоборство является конфликтом. Так, игра, соревнование, конкуренция, состязание, имеющие признаки противоборства, как правило, не порождают враждебности и являются скорее имитацией конфликта. Конфликтное противоборство выражается в общении, предшествующем ссоре, драке, в ходе которого у участников возникает взаимная неприязнь. В рассматриваемом аспекте конфликт – это межличностное противоборство, связанное с сознательным пренебрежением ценностями, унижением достоинства, ущемлением материальных интересов субъекта и заканчивающееся насилием. Человек как субъект определенных правоотношений должен соотносить свое поведение с существующими нормами права. В противном случае он становится участником конфликта.

По мотивационным признакам конфликты классифицируются на конфликты интересов и познавательные (когнитивные). Конфликт интересов связан с завладением тем или иным материальным либо нематериальным благом; когнитивный конфликт характеризуется наличием спора о правильности или ошибочности утверждений, соображений субъекта конфликта. Для квалификации базового убийства, совершенного в драке или ссоре, необходимо установить продолжительность конфликта, его начало и конец, поскольку в процессе ссоры и драки субъект может причинить смерть другому лицу, но по иным мотивам, не связанным с имеющим место расхождением. Последнее особенно важно для правильной юридической оценки действий третьих лиц, присоединившихся к конфликту.

Началом конфликта (ссоры или драки) следует считать:

1) сознательные и активные физические действия или передачу нежелательной информации первым субъектом второму, направленные на ущемление прав или иное причинение ущерба (могут проявляться в конкретных поступках лица: размахивании руками перед лицом, ударах по телу, толчках, подножках, словесных оскорблениях или клевете, грубых насмешках);

2) восприятие вторым субъектом этих действий как направленных против него;

3) активную ответную реакцию второго субъекта в отношении первого. Если действует лишь один субъект, о конфликте говорить преждевременно.

В базовом убийстве важнейшее значение имеет выявление зачинщика конфликта. Если виновный не связан с потерпевшим определенными отношениями, то содеянное квалифицируется как убийство из хулиганских побуждений. Если же инициатором конфликта был сам потерпевший, то убийство содержит признаки базового состава либо совершено в состоянии аффекта или необходимой обороны. Однако определение зачинщика конфликта, являясь одним из нескольких объективных обстоятельств, подлежащих установлению, само по себе не позволяет решить вопрос о квалификации убийства.

Сам по себе факт драки или ссоры не является решающим признаком для квалификации убийства по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Совершение убийства при этих обстоятельствах допускает и иную квалификацию. Убийство в драке или ссоре может иметь место, строго говоря, лишь при отсутствии обстоятельств, исключающих уголовную ответственность, либо отягчающих или смягчающих ответственность.

Убийство в драке или ссоре может быть совершено в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения или с превышением пределов необходимой обороны, либо как причинение смерти по неосторожности. При наличии этих признаков убийство в драке или ссоре должно квалифицироваться соответственно по ст. ст. 107, 108 или 109 УК РФ.

В тех случаях, когда умышленное лишение жизни в драке совершено в состоянии необходимой обороны без превышения ее пределов, оно не содержит состава преступления. Примером, убийства в ссоре может явиться уголовное дело №1–50–01 рассмотренное Братским городским судом по обвинению Ш. в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Убийство совершено при следующих обстоятельствах: 19 мая 2005 года находясь в квартире своей сожительницы С. в г. Братске, Ш. в ходе ссоры по незначительному поводу, умышленно с целью причинения смерти, нанес удар ножом в область грудной клетки слева С. Смерть потерпевшей наступила на месте происшествия и последовала от нанесения глубокой колотой раны в область сердца. Ш. суду пояснил, что когда он пришел домой, С. спала, была пьяна, входная дверь была открыта. Он стал делать ей замечание, по поводу раскрытых дверей, поскольку из квартиры уже совершалась кража, С. стала нецензурно выражаться. Он прошел на кухню и стал готовить обед, в руках находился кухонный нож, зашла С. и стала возмущаться, что он делает ей замечания, в результате чего началась ссора, она оскорбляла его нецензурно и Ш. ножом ударил С. в грудь.

Исследовав все добытые по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к убеждению, что действия Ш. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 105 УК РФ, поскольку в судебном заседании не установлено каких-либо отягчающих обстоятельств, предусмотренных в качестве квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также состояния аффекта и необходимой обороны, либо превышения ее пределов.

Таким образом, при решении вопроса о квалификации убийства, совершенного в драке или ссоре, прежде всего, необходимо исходить из того, каковы мотивы убийства, так как ссора или драка не исключает наличия мотивов, влекущих признание убийства совершенным при отягчающих обстоятельствах. Драка или ссора нередко оказывается лишь поводом для того, чтобы обострить отношения с потерпевшим, а затем совершить убийство.

Чаще всего при рассмотрении дел об убийствах в драке или ссоре возникает вопрос об отграничении их от убийств из хулиганских побуждений. Разграничение этих преступлений очень часто ставится в зависимость от того, кто был зачинщиком драки или ссоры.

Некоторые судьи полагают, что если зачинщик драки или ссоры оказывается потерпевшим, то убийство должно квалифицироваться по ч. 1 ст. 105 УК РФ. В тех же случаях, когда убийство совершает зачинщик, оно якобы относится к совершенным из хулиганских побуждений.

Более четко свою позицию по данному вопросу сформулировал Пленум Верховного Суда РФ в п. 12 постановления от 27 января 1999 г. №1: «Для правильного отграничения убийства из хулиганских побуждений от убийства в ссоре либо драке следует выяснить, кто явился их инициатором, не был ли конфликт, спровоцирован виновным для использования его в качестве повода к убийству. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, виновный не может нести ответственность за убийство из хулиганских побуждений».

Таким образом, при квалификации действий обвиняемого по ч. 1 ст. 105 УК РФ необходимо установить мотив действий виновного.

Трудности состоят в том, что убийство из хулиганских побуждений зачастую совершается в драке или ссоре и в результате обстоятельства убийства из хулиганских побуждений и убийства в драке или ссоре нередко совпадают. Практика показывает, что в тех случаях, когда убийства в ссоре или драке совершаются при отсутствии хулиганских мотивов, как правило, в происшедшем бывают виноваты в той или иной степени обе стороны.

Типичным примером может служить следующее уголовное дело №1–380–07 по обвинению Р. В совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, рассмотренное Братским городским судом.

13 июня 2007 года в вечернее время на территории дачного участка, кооператива «Морозко», в ходе ссоры между Р. и Б. произошедшей на почве личных неприязненных отношений возникших во время распития спиртного, Б. нанес удар ножом и топором Р., причинив ему телесные повреждения. В ответ Р. умышленно, с целью убийства Б., отобрав топор, нанес последнему удар обухом топора по телу, причинив ему кровоподтек в области правой ключицы, относящейся к разряду не причиняющих вреда здоровью, а затем упавшему на землю Б. нанес 9 ударов рубящей частью топора по жизненно-важным органам, от чего наступила смерть Б.

Оценив все добытые в ходе судебного следствия доказательства в совокупности, суд пришел к выводу, что действия Р. необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как умышленное причинение смерти другому человеку.

Данный вывод суда основан на том обстоятельстве, что действия Р. хотя и были ответной реакцией на противоправные действия Б., однако Р. находился в состоянии алкогольного опьянения, что значительно ослабило его контроль за своим поведением. Суд пришел к убеждению, что Р. не находился в состоянии физиологического аффекта, а также, что в действиях подсудимого не усматриваются и признаки необходимой обороны, поскольку телесные повреждения Б. были нанесены, когда он лежал на земле и не представлял опасности для Р. При назначении наказания Решетникову, суд наряду с другими обстоятельствами, учел противоправное поведение потерпевшего, нанесший подсудимому удар ножом и топором, причинив ему телесные повреждения.

Анализируя аналогичную судебную практику, в том числе вышеуказанное решение суда автор приходит к выводу, что в отличие от мотивов такой признак убийства в драке, как ее обоюдный характер, не может служить универсальным критерием для квалификации этого преступления по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Однако, некоторые теоретики и отдельные судьи ошибочно полагают, что «обоюдность» драки есть достаточный признак, чтобы подобного рода случаи квалифицировать исключительно как простое убийство.

«Под дракой принято понимать физическое столкновение людей, совершаемое по обоюдному молчаливому или выраженному словесно согласию, для разрешения возникшего спора или конфликта. Физическое столкновение охватывается дракой и в том случае, когда оно начато по инициативе одной из сторон при условии, что другая приняла вызов и вступила в нее для сведения личных счетов».

Цель любой драки – нанесение побоев, а не причинение смерти «обидчику». Поэтому, если драка перерастает в убийство, последнее правильнее будет именовать «убийством на почве драки». И хотя действия дерущихся внешне нередко выглядят безмотивными, на самом деле в качестве движущих факторов такого поведения чаще всего выступают гнев, ненависть, трусость, зависть, злоба, отчаяние, страх.

Одним из примеров, убийства на почве драки, служит уголовное дело №2–19–06 рассмотренное Братским городским судом, по обвинению С., в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ. Убийство было совершено при следующих обстоятельствах: С., находясь в состоянии алкогольного опьянения на почве личных неприязненных отношений к свекрови У., возникших в ходе ссоры оцарапала лицо потерпевшей. В завязавшейся драке С. Вооружилась туго эластичным предметом, умышленно, с целью причинения смерти У. накинула данный предмет на шею потерпевшей и применяя физическую силу, стала тянуть концы предмета сдавливая шею, тем самым совершая удушение. В результате действий С. Наступила смерть потерпевшей от механической асфиксии.

Оценив все добытые в ходе судебного следствия доказательства в совокупности, суд пришел к выводу, что действия Р. необходимо квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как умышленное причинение смерти другому человеку.

Вывод основан на том, что обвиняемая полностью признала свою вину, свидетели по делу показали, что между С. и У. длительное время были напряженные отношения и в день совершения убийства между ними была ссора. На предмете, которым произведено удушение, найдены только отпечатки пальцев С.

Вероятно, чисто российскими традициями можно объяснить тот факт, что в истории отечественного законодательства со времен Русской Правды до Уложения о наказаниях, убийство в драке рассматривалось как самостоятельный состав преступления, причем долгое время – как привилегированный состав.

В дореволюционной литературе подчеркивалось, что убийство можно считать совершенным в драке или ссоре только в том случае, если убитый был участником драки или ссоры.

Подводя краткий итог всему вышеизложенному, необходимо подчеркнуть, что нужно не механически констатировать наличие драки или ссоры, по делам об убийстве, а необходимо выяснять мотивы и действительные обстоятельства совершенного преступления.

Однако, анализируя судебную практику, автор приходит к выводу, что в отличие от мотивов такой признак убийства в драке, как ее обоюдный характер, не может служить универсальным критерием для квалификации этого преступления по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Также необходимо отметить, что квалификация преступления определяет не только меру юридической ответственности, но и место отбывания наказания, срок судимости, иные юридические последствия деяния. В этой связи разграничение базового и привилегированного (квалифицированного) составов преступления имеет особую актуальность.

Проведя анализ судебной практики по рассмотренным делам, следует отметить, что все убийства были совершены в состоянии алкогольного опьянения, в результате незначительных ссор, не способных привести к состояюнию сильного душевного волнения и поэтому они совершенно правильно квалифицированы судом как простые убийства, предусмотренные ч. 1 ст. 105 УК РФ.

2.3 Убийство из ревности

В различные исторические эпохи ревность как – мотив убийства определялась по-разному.

В дореволюционный период ревность многими исследователями рассматривалась, как атрибут чувства собственности. В советские времена под нею стали понимать «выражение частнособственнических чувств, претензию на исключительное обладание любимым человеком».

В общей структуре преступных проявлений ревность занимает более скромное место по сравнению с другими мотивами, но все же представляет собой определенную опасность.

Опасность ревности заключена в самом существе этого мотива, в его социально-психическом содержании. Ревность, независимо от того, вызвана ли она действительными или ложными основаниями, всегда олицетворяет сомнение, боязнь потери какого-то блага (расположения, внимания, любви, дружбы и т.д.) и связанное с этим стремление любыми средствами удержать это благо, одному пользоваться вниманием, расположением другого лица.

По другой версии, «ревность – это мучительное сомнение в чьей-либо верности, любви».

Ревность – как мотив умышленного убийства получила в литературе различную оценку. Так, Э.Ф. Побегайло считает, что ревность не является низменным побуждением. С.В. Бородин и другие исследователи относят мотив ревности к низменным побуждениям, заслуживающей отрицательной оценки. М.К. Аниянц полагает, что ревность – это пережиток прошлого, и независимо по какой причине она возникла у лица, убийства на этой почве должны строго наказываться.

Любопытные метаморфозы, с оценкой ревности в качестве мотива убийства наблюдается в российском уголовном праве. Например, в Уложении о наказаниях 1845 г. убийство из ревности рассматривалось как привилегированный состав. В судебной практике тех лет нередко встречались случаи вынесения убийцам из ревности оправдательного вердикта. По УК РСФСР 1926 г., такое убийство расценивалось уже как квалифицированное, а по УК 1960 и 1996 гг. отнесено к разряду простых.

Нельзя согласиться с мнением тех ученых, которые считают, что мотив ревности при убийстве всегда низменен, антисоциален, отрицателен. В основе такого подхода к оценке мотива ревности лежит неверный взгляд на соотношение понятий мотива и мотивации. Сам по себе мотив совершения преступления может быть нейтральным (и даже положительным), но мотивация, куда кроме мотива входят постановка цели, выбор средств для ее достижения, прогнозирование результатов будущего поведения и принятие решения действовать, в целом всегда носит негативный, отрицательный характер.

Представляется, что ревность, как побуждение к убийству не может иметь позитивную или негативную окраску. Сама по себе ревность является нейтральным мотивом, это нормальная реакция психически здорового человека на возникшую конфликтную ситуацию.

Степень общественной опасности убийства из ревности, как и любого убийства, должна определяться в связи с конкретными обстоятельствами совершенного преступления. Поэтому причину возникновения ревности нельзя оставлять без внимания. Как раз при совершении убийства по мотиву ревности было бы ошибочно не учитывать роль и поведение потерпевшего перед убийством или во время его совершения. Причина возникновения ревности может влиять не только на меру наказания виновного, но и на квалификацию его действий.

Поводом для убийства из ревности в большинстве случаев служит мнимая или действительная измена.

Братским городским судом 6 мая 2008 года был осужден Соколов, к лишению свободы за убийство своей жены на почве ревности. В ходе судебного следствия судом установлено, что супруги Соколовы днем 10 октября 2007 года находились в гостях у Галкина, где употребляли спиртное. В ходе распития между Соколовым и Соколовой возникла ссора на почве ревности, так как Соколову не понравилось поведение жены, Соколов звал жену домой, однако она с ним не пошла, рассердившись на жену Соколов ушел домой. Около 23 часов Соколова возвратилась домой и стала стучать в дверь, в это время Соколов с целью умышленного убийства жены взял заряженное боевыми патронами ружье ТОЗ-63, которое хранилось в ванной комнате и когда Соколова зашла в квартиру и еще находилась у дверей в коридорчике, Соколов произвел с близкого расстояния в нее выстрел, причинив ей огнестрельное, пулевое сквозное ранение грудной клетки от которого наступила смерть Соколовой.

Обсуждая состояние подсудимого в момент производства выстрела, судом учтено следующее: «Соколов испытывал чувство неприязни к жене, чувство ревности и досады за себя, появилось это чувство после ссоры с женой, когда они находились в гостях у Галкина и оно не оставляло его до самого совершения убийства жены».

Соколов, придя домой приготовил ружье, зарядил его и ждал жену. Выстрел произвел сразу же, как она вошла в квартиру. Сам подсудимый пояснил, что давно подозревал жену в измене, с Галкиным она вела себя, как с любовником и не скрывала этого. Выстрел произвел в жену после того, как спросил у нее: «что, нагулялась?», на что она ответила: «как гуляла, так и буду гулять».

Суд, правильно квалифицировал действия Соколова по ст. 105 УК РФ, как умышленное убийство, совершенное из ревности.

Другим примером убийства из ревности, где поводом к убийству послужила действительная измена со стороны потерпевшей, можно привести уголовное дело №1–745–01 рассмотренное Братским городским судом.

8 марта 2000 года около 2–00 часов ночи, Романов находясь в состоянии алкогольного опьянения, приехал в фермерское хозяйство «Успех», где в ночную смену работала его жена. Зайдя в бытовое помещение, он увидел там Медведева и свою жену, они оба были обнажены. Увидев Романова, Медведев наспех одевшись, убежал, а Романова тем временем стала что-то говорить мужу. Романов несколько раз ударил жену по лицу кулаком, после чего ушел. Купив по дороге бутылку водки, Романов выпил ее дома, взял нож и вернулся на работу своей жены, нашел ее в бытовом помещении и нанес ей несколько ударов ножом в разные части тела. От полученных проникающих колото-резанных ранений потерпевшая скончалась на месте происшествия.

Суд правильно квалифицировал действия Романова по ч. 1 ст. 105 УК РФ, как убийство из ревности.

В судебной практике встречаются и такие факты, когда убийство признается совершенным из ревности, вызванной отказом потерпевшей выйти замуж или потерпевшего жениться, а также отказ потерпевшей от продолжения сожительства, и другие поводы и причины.

Однако было бы ошибкой все убийства по мотивам ревности ограничивать лишь сферой сексуальных отношений между партнерами. Судебной практике известны убийства, совершаемые подростками по мотивам так называемой «детской ревности» в связи с тем, что родители и другие родственники относились к убитому (брату или сестре) «лучше», чем к совершившему преступление.

Но все же, обычно условиями возникновения ревности является измена или неразделенная любовь. Нередко питательной средой ревности выступают сомнения в верности, любви, дружбе и т.д. Именно в сомнениях зреет злоба, негодование, ненависть, которые и придают ревности особую динамичность и стремительность». Во всех случаях в ревности выражается обида, недовольство действиями потерпевшего, его поведением, отношением к виновному лицу. Иначе говоря, в основе ревности лежит раздраженное ложное тщеславие, доведенное порой злобой и негодованием до болезненного состояния. Поэтому ревность выступает всегда как неприязненное чувство, она олицетворяет эгоизм в отношениях между людьми.

Наибольшую трудность в правоприменительной практике вызывает проблема отграничения мотива ревности при убийстве от конкурирующих с ним сложных мотивов. Думается, что убийство по мотиву одной лишь ревности, в природе наверное не существует.

Ревность, порождает (или ей сопутствует) месть, озлобление, зависть, ненависть, гнев, отчаяние, страх и т.п. Ближе всего к ревности в этой череде побочных и производных мотивов стоит месть.

Человек, испытывающий чувство ревности, совершая убийство, стремится расправиться или с лицом, проявившим неверность, или с лицом, оказавшимся причиной этой неверности. Насилие в подобных случаях часто оказывается местью за подлинную или мнимую измену.

Так, Братским городским судом 11 июня 1998 года, Зайцев осужден по ст. 105 ч. 1 УК РФ, за умышленное убийство своей жены.

Судом установлено следующие: 7 декабря 1997 года Зайцев в квартире Кузнецовой из ревности, с целью умышленного убийства Зайцевой, ножом нанес ей несколько ударов в шею, грудь и живот, причинив тяжкие, опасные для жизни телесные повреждения в виде пяти проникающих колото – резанных ранений, от которых Зайцева скончалась на месте.

Допрошенный в судебном заседании Зайцев не отрицал, что смерть Зайцевой наступила от его действий, при этом пояснил, что нож принес с собой в квартиру Кузнецовой с целью убить жену из мести за то, что она ушла от него к другому. Судом было установлено, что брак между супругами Зайцевыми фактически распался, Зайцева подала на развод и вместе с детьми ушла жить к своей знакомой Кузнецовой и сожительствовала с Петровым. Поэтому у Зайцева возникла неприязнь к Зайцевой и он решил ее убить.

При таких обстоятельствах суд, надлежащим образом исследовав и оценив всю совокупность доказательств, пришел к обоснованному выводу о доказанности вины Зайцева в совершении умышленного убийства из неприязни и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Данный пример свидетельствует о том, что убийство совершено в большей части из ревности, куда вплелись многообразные чувства и побуждения: симптомы неравнодушия и любви, чувство обиды и негодования, досада и гнева, но все эти чувства и побуждения имеют подчиненное значение. На первый план здесь выступает уязвленное самолюбие, раздраженное ложное тщеславие.

Вообще в литературе, вопрос о том, как квалифицировать содеянное в таких случаях, убийство из мести или убийство из ревности, остается дискуссионным. Одни ученые полагают, что здесь имеет место убийство из ревности (В.А. Наумов), другие по мотивам мести (А.Н. Красиков). Сложность решения этого вопроса состоит в том, что как уже отмечалось, ревность при убийстве почти всегда содержит элемент злобы, порождающей месть. Поэтому убийство из ревности очень часто является и убийством из мести, когда поводом для мести служит измена или неразделенная любовь.

Практически для квалификации убийства по ст. 105 УК разграничение мотивов мести на почве личных отношений и ревности не имеют значения, так как в любом случае применяется данная статья. Однако на самом деле правильное установление в подобных ситуациях истинного мотива убийства важно с точки зрения и уголовного права (так достигается чистота квалификации) и уголовно-процессуального права (мотив входит в предмет доказывания по каждому уголовному делу).

Для правильной квалификации содеянного основными критериями должны служить не первичность или производность возникновения того или иного мотива, и уж тем более не особенности личности потерпевшего (или его поведения), а выявленные и доказанные мотивы ревности (или мести) в качестве главенствующих побудительных факторов, определяющих линию поведения убийцы. Вполне естественно, что в процессе такого исследования можно будет прийти к выводу о победе в конкурентной борьбе одного мотива над другим.

В некоторых случаях убийство из ревности может быть признано совершенным в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного циничными действиями со стороны другого лица, совершаемой в присутствии виновного в убийстве. Как известно, российское уголовное право признает состояние внезапно возникшего сильного душевного волнения при убийстве (ст. 107 УК РФ) смягчающим вину обстоятельством при условии, если это состояние было вызвано насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, существенно затрагивающими интересы виновного.

Внезапно возникшее сильное душевное волнение – физиологический аффект, представляющий кратковременную интенсивную эмоциональную вспышку, которая занимает господствующее положение в сознании при сохранении способности к самообладанию и возможности действовать в связи с поводом, вызвавшим аффективную реакцию.

Лишение человека жизни по мотивам ревности в состоянии аффекта имеет место, как правило, когда в качестве непосредственного повода, порождающего состояние аффекта, выступает внезапно возникшее чувство ревности в результате неожиданно обнаруженного факта измены, либо когда чувство ревности развивалось постепенно под воздействием длительной психотравмирующей ситуации в виде систематических измен, а затем внезапно последовал сильный аффективный взрыв приведший к убийству.

Так, Братским городским судом 25.01.2005 г. З., осужден к лишению свободы по ст. 105 УК РФ, за убийство своей сожительницы М., при следующих обстоятельствах, 16 декабря 2003 года З. пришел в кинотеатр «Чарли», где работала его сожительница. Там он распивал спиртное с женой, кассиром К. и контролером Н. Когда он пришел, те уже выпивали. З. купил еще водки. Потом пришел П., все вместе выпили. После этого М. попросила, чтоб З. ушел, хотя ссоры не было, на что он разозлился и ушел. Ночевал у знакомого. На следующий день он пошел к М. на работу помочь ей, время было около 11 часов утра. На работе сказали, что М. нет, тогда он пошел к их общей знакомой В. решив, что М. ночевала у нее. З. пришел к В. спросил у нее, где его жена, та ответила, что она в спальне. Он зашел в спальню и увидел М. и К., которые обнявшись лежали на кровати. Были они одеты или нет он не разглядел. Это было для него большим потрясением, так как жену очень любил и любит, совместно они прожили более 10 лет и имеют троих несовершеннолетних детей, хотя брак не зарегистрирован. Он бросился на кухню, со стола схватил нож подбежал к М. и несколько раз ударил ее ножом по телу. Он не помнит сколько раз ударил жену ножом, куда наносил удары не помнит. Он потерял контроль над собой, «убивать жену не хотел, потом когда пришел в себя, сидел у жены и просил ее не умирать».

Исследовав все добытые по делу доказательства, судом установлено, что события произошли в короткий промежуток времени, тяжкое оскорбление было неожиданным для З. Он находился в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения, об этом свидетельствует то, что он не помнит подробно всех событий, часть событий восстановил в памяти после случившегося.

Неправильное установление субъективной и объективной сторон состава преступления, его обязательных признаков приводит к тому, что суды не отграничивают умышленное убийство от убийства совершенного в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Так, по приговору Тайшетского городского народного суда Иркутской области Б. был осужден по ст. 105 УК РФ. Как указано в приговоре, преступление им совершено при следующих обстоятельствах. 8 марта 2001 года вечером Б. у себя дома вместе с женой и супругами К. распивали спиртные напитки в связи с праздником. В 22 часа в квартиру пришел сосед Г., который также принял участие в распитии спиртного. После того, как Б. уснул, его жена и Г., которые ранее состояли в интимных отношениях, уединились в доме К., куда через некоторое время пришел Б. Застав жену и Г. в обнаженном виде, он взял лежащий на столе кухонный нож и нанес сильный удар Г. в область грудной клетки, причинив сквозное ранение сердца, совершив таким образом умышленное убийство.

В судебном заседании Б. пояснил, что находился с потерпевшим в хороших отношениях, с женой жил дружно, поводов для ревности у него не было, но когда неожиданно для себя увидел обнаженными жену и потерпевшего, с криком рванулся к ним и не помнит, бил ли жену и как ударил Г.Б. подтвердила эти показания мужа.

Судебная коллегия обоснованно пришла к выводу, что суд правильно установив фактические обстоятельства дела, дал им неверную юридическую оценку, квалифицировав их по ст. 103 УК РФ, вместо ст. 105 УК РФ, поскольку все обстоятельства дела, показания подсудимого и его жены свидетельствуют о совершении преступления в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения.

Ревность, не имеющая реальных оснований, а являющаяся результатом чрезмерной подозрительности, по своему внешнему проявлению сближается с хулиганскими мотивами. Поэтому в судебной практике возникает немало вопросов, связанных с отграничением убийств совершенных на почве ревности, от убийств из хулиганских побуждений.

Отличие этих преступлений следует искать в содержании и характере тех побуждений, с которыми виновный связывает совершение убийства.

В каждом конкретном случае нужно установить, с каким стремлением связывал свое поведение виновный, совершая преступление.

Наряду с другими обстоятельствами, немаловажное значение в решении этого вопроса могут иметь характер взаимоотношений между виновным и потерпевшим (потерпевшей), продолжительность их взаимоотношений, непосредственный повод, послуживший основанием для возникновения намерения совершить убийство.

Только всесторонний учет всех обстоятельств совершения преступления даст возможность сделать правильный вывод о действительных мотивах, которыми руководствовался виновный в своем поведении.

Ревность – менее распространенный мотив совершения убийств, чем скажем месть, хулиганские побуждения и т.д.

Однако это не исключает той большой опасности, которую таит в себе ревность как некий стимул, толкающий людей на совершение убийств. Мотив ревности хоть и не влияет на квалификацию убийства, однако, суду следует устанавливать имелась ли в действиях преступника ревность, либо он находился в состоянии аффекта.

2.4 Убийство из мести, возникшей на почве личных отношений

Среди побуждений, толкающих людей на совершение общественно опасных действий, мести принадлежит одно из первых мест. Ее истоки восходят еще к кровной мести – родоначальнице всех видов мести, известных человеческому обществу. Эти, главным образом, и определяется ее социально-психологическое содержание и социальная опасность.

При наличии мотива мести убийство подлежит квалификации по ч. 1 ст. 105 УК во всех тех случаях, когда исключаются месть на почве выполнения потерпевшим служебного или общественного долга и кровная месть, а также мотив национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды.

Месть выступает как цепкий и опасный пережиток прошлого. Питают месть многообразные противоречия, имеющиеся в различных сферах человеческой жизни. Но чаще всего месть возникает на бытовой основе, на почве конфликтных ситуаций между людьми.

Месть как мотив преступления выражает собой стремление получить удовлетворение за причиненное в прошлом зло, за действия, существенно затрагивающие интересы виновного лица или его близких. Таким образом, по его мнению, определяющим в содержании мести является обида и зло. От характера и содержания обиды зависит характер и содержание мести, Чем сильнее обида, тем, по общему правилу, сильнее бывает выражена месть.

Представляется, что другими словами месть – это акт возмездия, расплаты, воздаяния за причиненный вред: физический, материальный, моральный. Известны случаи убийства проституток лицами, которые называют себя социальными санитарами, и уничтожение несчастных женщин представляют как восстановление справедливости, поскольку последние растлевают нравы и являются носителями опасных болезней. Естественно, что не может быть и речи о такой мести проституткам, как требование общественной справедливости, но несомненно наличие здесь мести, она выступает в качестве источника тяжких сексуальных переживаний убийцы. Проституток же выбирают потому, что они наименее защищены, и их убийство как бы легче оправдать, в том числе и в собственных глазах.

Месть относится к разряду сильнейших побудительных мотивов человеческой деятельности.

Как уже было сказано, идея мести возникает под влиянием внешних факторов – определенных действий потерпевшего, затрагивающих те или иные интересы виновного. Вместе с тем причину мести нельзя сводить исключительно к обстоятельствам объективного характера. Она имеет и свое субъективное обоснование, непосредственно связана с индивидуально-психологическими особенностями личности, ее ценностными ориентациями и установками. Чтобы возникла идея мести, недостаточно наличия каких-то действий другого лица. Помимо этого нужно быть еще способным к мщению, поэтому обида имеет не только объективное, но и субъективное содержание. Оно проявляется в том, что один человек небольшое замечание рассматривает как тяжкое оскорбление, а другой не реагирует и на существенное унижение его личности.

Поэтому, на взгляд автора, уголовно-правовую оценку данного мотива нельзя сводить только как к признаку субъективной стороны. Правильная оценка мести как мотива убийства позволяет определить степень общественной опасности содеянного, личности преступника, а также способна повлиять на назначение меры уголовного наказания.

Понятием простого убийства из мести охватываются не все случаи умышленного причинения смерти при наличии данного мотива. По ч. 1 ст. 105 УК квалифицируются убийства из мести, возникшей на почве личных отношений между преступником и жертвой, В их число не входят убийства из мести на почве осуществления потерпевшим служебной деятельности или выполнения общественного долга, а также убийства по мотивам кровной мести. Такие убийства квалифицируются соответственно по п. «б» и п. «л» ч. 2 ст. 105 УК.

Убийство из мести содержит в себе элементы самосуда, поскольку убийца не обращается за защитой своих интересов к правоохранительным органам, а сам «наказывает» обидчика.

Что касается причиненных «зла и обиды», то в качестве таковых они оцениваются субъективным восприятием преступника. На самом деле (объективно) действия потерпевшего могут и не содержать в себе ничего злонамеренного или обидного, однако на квалификацию это уже не влияет.

Поводом для возникновения мотива мести могут служить: оскорбление словом и действием, причинение вреда здоровью, прекращение супружеских отношений, отказ вступить в интимную связь, не возврат долга, невыполнения обязательства по контракту, недостойное поведение членов семьи или соседей, критические высказывания в печати, угроза разоблачения преступной деятельности, требовательность по службе, шантаж, и т.п.

Из приведенного перечня наглядно видно, что мотив мести вытекает из неприязненных личных отношений между убийцей и его жертвой, в результате чего месть персонифицируется, приобретает ярко выраженный личностный характер. Этим убийства данной категории отличаются от убийств, также совершаемых из мести, но окрашенной в несколько иные тона (имеется в виду кровная месть).

Изучение практики, также показывает, что поводом для мести могут быть самые различные поступки потерпевшего. Но чаще всего убийства из мести совершаются в тех случаях, когда месть возникает в результате оскорблений в ссоре и нанесения побоев.

Так Братским городским судом 30 марта 2001 года был осужден В. по ст. 105 ч. 1 УК РФ, за совершение убийства Б. из мести. Убийство было совершено при следующих обстоятельствах.

21 июля 2000 года. в 22 часа в квартире №252 В. находясь в состоянии алкогольного опьянения на почве личных неприязненных отношений умышленно с целью убийства нанес 4 удара ножом Б. в жизненно важные органы, от которых последовала смерть потерпевшего.

Подсудимый В. суду пояснил, что распивал совместно с Б. спирт, затем между ними возникла ссора, во время которой Б. стал избивать В. После этого они помирились и продолжали выпивать, но потом опять поссорились и Б. снова стал его бить руками и ногами по лицу и телу. Тогда он, защищаясь, схватил со стола нож и ударил им Б. в живот.

Признает, что смерть Б. наступила именно от удара ножом в живот потерпевшего. Исследовав все добытые по делу доказательства в судебном заседании установлено, что на почве злоупотребления спиртными напитками подсудимым и потерпевшим между ними происходили обоюдные ссоры, переходившие в драки. 21 июля 2000 года В. и Б. находились в тяжелой степени алкогольного опьянения. Судом установлено, что В. не находился в состоянии необходимой обороны или сильного душевного волнения. В. нанося удары в жизненно важные части тела, руководствовался не мотивом необходимости защищаться, а мотивом мести за причиненный ему ранее легкий вред здоровью. При таких обстоятельствах действия В. по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, квалифицированны правильно.

Поводом для мести и убийства по этому мотиву могут служить правомерные действия потерпевшего, направленные на то, чтобы защитить себя от виновного.

Так, Верховным судом было рассмотрено дело по обвинению Т., который после освобождения из тюрьмы истязал жену, обвиняя в супружеской неверности, а затем убил ее, узнав, что она пожаловалась на него участковому инспектору милиции.

Так, Братским городским судом был осужден М. за убийство из мести Ч. Судом установлено следующие обстоятельства дела. 24 декабря 1998 г. около 10 часов утра в квартире №90 М. на почве личных неприязненных отношений умышленно с целью убийства, нанес удар ножницами в грудь Ч., повлекший смерть потерпевшего.

Подсудимый М. пояснил, что ударил Ч. ножницами со злости, после того, как он сказал, что деньги которые пропали у М. пол года назад в сумме 15 000 рублей, украл он, Ч.

При таких обстоятельствах действия М. по ч. 1 ст. 105 УК РФ квалифицированы правильно, то есть он совершил убийство, умышленно причинив смерть Ч.

Месть может возникнуть в результате таких действий потерпевшего, которые не причинили и с точки зрения общепризнанных в обществе правил поведения не могли причинить никакого вреда. В таких случаях чаще всего возникает необходимость отграничивать убийство из мести на почве личных отношений от убийства из хулиганских побуждений. В каждом таком случае необходимо выяснить, действительно ли был повод для мести или виновный ссылается на данное обстоятельство лишь для того, чтобы добиться более благоприятной для себя квалификации преступления.

Как было отмечено выше, убийство из хулиганских побуждений совершается на почве явного неуважения к обществу, общепринятым нормам морали, когда потерпевшим оказывается, как правило, случайный человек и конфликт с ним не носит личностный характер. Убийство из мести, напротив, предполагает наличие сугубо личных взаимоотношений между убийцей и потерпевшим.

Месть возникает под влиянием обиды, хулиганский мотив под влиянием повода. Месть ищет удовлетворения, хулиганский мотив – повода.

Игнорирование указанных отличий мотива мести от хулиганского мотива приводит к ошибкам в судебной практике. Примером такой ошибочной квалификации может служить следующее уголовное дело.

Приговором Тульского областного суда С. признан виновным в покушении на убийство из хулиганских побуждений. Преступление совершено при следующих обстоятельствах: С. длительное время дружил с П. и сделал ей предложение выйти за него замуж, на что последняя ответила отказом. Тогда С., захватив с собой гаечный ключ, встретил П. после работы у проходной завода. Во время прогулки С. вновь предложил П. вступить с ним в брак, но она не согласилась, В ответ на это осужденный имевшимся у него гаечным ключом с целью убийства ударил П. по голове. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, рассмотрев дело в кассационном порядке, пришла к выводу, что мотивом которым руководствовался осужденный в момент совершения преступления были не хулиганские побуждения, а месть в связи с отказом П. стать его женой.

Верховный Суд обоснованно признал, что содеянное С. надлежит квалифицировать как покушение на убийство без отягчающих обстоятельств.

В мотив мести может трансформироваться ревность (о чем было отмечено выше) или даже корысть. В литературе отмечается, что при установлении мотива бытовых, досуговых и семейных убийств в 35% случаев происходит «перерастание» корыстного мотива в мотив мести.

Окончательная квалификация убийств с динамично развивающейся мотивационной сферой будет зависеть от того, какой из конкурирующих мотивов окажется доминирующим. Не исключен вариант, когда убийство, замышленное из корыстных побуждений, завершится причинением смерти потерпевшему по мотивам мести. В этом случае содеянное следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК, а не по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК.

Изучение практики показывает, что поводом для мести могут быть самые разные поступки потерпевшего. Чаще всего убийства из мести совершаются в тех случаях, когда виновные мстят за оскорбления или нанесение побоев.

Подводя краткий итог, можно отметить следующее. Как было показано выше, идея мести возникает под влиянием внешних факторов – определенных действий потерпевшего, затрагивающих те или иные интересы виновного. Вместе с тем причину мести нельзя сводить исключительно к обстоятельствам объективного характера. Она имеет и свое субъективное обоснование, непосредственно связана с индивидуально-психологическими особенностями личности. Так, одни небольшое замечание рассматривают как тяжкое оскорбление, а другие не реагируют и на существенное унижение его личности.

2.5 Иные виды убийств без смягчающих и без отягчающих обстоятельств

К убийству предусмотренному ч. 1 ст. 105 УК РФ, относятся и некоторые другие виды убийств, которые в следственной и судебной практике встречаются редко. Их общим признаком также является отсутствие обстоятельств, отягчающих или смягчающих ответственность, которые могут влиять на квалификацию.

К таким убийствам можно отнести следующие:

1) убийство в связи с неправомерными действиями потерпевшего;

2) убийство, совершенное в результате неправомерного применения оружия представителем власти, либо лицом, охраняющим государственное, общественное или другое имущество, при неисполнении потерпевшим их законных требований;

3) убийство из трусости человека, ошибочно принятого виновным за нападающего преступника;

4) убийство, совершенное при проведении научного эксперимента или при испытаниях изобретений;

5) «безмотивные» убийства;

6) убийство с согласия потерпевшего;

7) ритуальные убийства.

Представляется необходимым более подробно рассмотреть виды убийств, наиболее часто встречающихся в судебной практике.

1. Убийство, совершенное виновным в связи с неправомерными действиями потерпевшего.

Такое убийство должно исключать применение ч. 2 ст. 105, ст. 107, ст. 108 УК РФ, а квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК.

Так Президиум Верховного Суда РФ, например, признал неправильно квалифицированными действия М., осужденного за убийство из хулиганских побуждений сельского исполнителя П. Судом было установлено что, что М. ударил П. палкой по голове, в результате чего наступила его смерть. Действия М. были вызваны тем, что П. и трое его приятелей ночью, не имея каких-либо законных оснований, силой проникли в квартиру М., произвели обыск и угрожали ему арестом. Отвергнув утверждение суда о том, что М. действовал из хулиганских побуждений, Президиум расценил совершенное преступление как умышленное убийство без отягчающих обстоятельств.

2. Убийство из трусости человека, ошибочно принятого виновным, за нападающего преступника, следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК. Так были квалифицированы действия Г., который, проходя поздно вечером по тропинке на дне оврага и встретив шедших из кино З. и Л., убил последнего ударом перочинного ножа в грудь, предполагая, что они могут напасть на него и ограбить. Чтобы признать такие действия «простым» убийством, необходимо установить, что допущенная при этом ошибка не дает основания для признания неосторожного или случайного причинения смерти либо, что эти действия не могут быть приравнены к совершению убийства при превышении пределов необходимой обороны.

3. В судебной практике встречаются так называемые «безмотивные» убийства. К ним относятся такие убийства, мотив которых не установлен. Чаще всего такого рода убийства необоснованно квалифицируются как совершенные из хулиганских побуждений. Так, по приговору Верховного суда Республики Саха (Якутия) З. был осужден за убийство Д. из хулиганских побуждений. Суд установил, что приятели Д. и З. – работники геологоразведочной партии - целый день пили в палатке спирт, К вечеру из палатки вышел З. и заявил проходившему повару, что он выстрелил в Д. из мелкокалиберной винтовки, и попросил посмотреть что с ним.

Д. через некоторое время умер от полученной раны живота. Допрошенный по поводу убийства З. не отрицал совершения преступления, но утверждал, что в связи с сильным опьянением не помнит, что послужило поводом для убийства, Ни в стадии расследования, нив судебном заседании мотивы убийства установлены не были. Исходя из этого, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала, что отягчающие обстоятельства убийства не установлены, и изменила приговор.

С таким решением вопроса нельзя не согласиться. По мнению С.В. Бородина «во всех случаях, когда мотивы убийства остались невыясненными и нет возможности восполнить этот пробел, действия виновного при отсутствии отягчающих обстоятельств, влекущих применение ч. 2 ст. 105 УК РФ, в соответствии с диспозицией ч. 1 ст. 105 УК подлежат квалификации по этой статье.

4. Убийство по согласию потерпевшего. Убийство из сочувствия – это лишение жизни потерпевшего, решившего по каким-либо веским с его точки зрения причинам (жизненным обстоятельствам) уйти из жизни, физически способного, но психологически (морально) не готового сделать это своими руками. В этом случае виновное лицо либо полностью выполняет объективную сторону убийства, выступая в роли непосредственного исполнителя (делает ядовитую инъекцию, сбрасывает с высоты, отсекает голову и т.п.), либо выполняет часть объективной стороны убийства, выполняя роль «соисполнителя самоубийства» (оказание помощи при самоубийстве: удержание веревки при повешении, выбивание стула из-под ног висельника, поджигание потерпевшего, который сам себя облил бензином и т.п.). Убийство из сострадания – это лишение жизни лица тяжелобольного, испытывающего страдания, мучения и ужасные боли, психологически (морально) готового, но физически неспособного, лишенного возможности совершить самоубийство (паралич, слабость, обездвиженность и т.п.). Объективная сторона такого убийства полностью выполняется виновным лицом, который выступает в роли непосредственного исполнителя.

Причинение смерти потерпевшему с его согласия по действующему УК не исключает уголовной ответственности для причинителя вреда. Это преступление расценивается законодателем как убийство без отягчающих и смягчающих обстоятельств. Оно включает в себя по меньшей мере две разновидности.

Во-первых, это так называемое «убийство по договору», когда два лица соглашаются вместе уйти из жизни, а затем одно из них отказывается сделать это, предварительно лишив жизни другого «заговорщика».

Во-вторых, убийство с согласия потерпевшего из сострадания к нему, Источником такого сострадания служат обычно: неизлечимая болезнь вызывающая непереносимые муки, смертельная рана, экстремальная ситуация, грозящая неминуемой (и как правило, мучительной) гибелью потерпевшему.

Анализируя этот вид простого убийства нельзя не коснуться проблемы эвтаназии. Идея эвтаназии, то есть умерщвления неизлечимо больных людей по их просьбе с целью прекращения страданий, давно занимает умы философов, юристов и медиков во всем мире. Существуют активная и пассивная формы эвтаназии. Под первой понимают проведение каких-либо действий, введение лекарственных средств, которые ускоряют смертельный исход. Пассивная заключается в неприменении средств и невыполнении врачебных манипуляций, которые поддерживали бы какое-то время жизнь тяжелобольного пациента.

На вопрос, что лучше – мучительная жизнь в постоянном страдании и агонии или безболезненная смерть, обрывающая страдания – окончательный ответ пока не найден. Попытки решить проблему ответственности за убийство из сострадания в российском уголовном праве нельзя пока признать успешными. По действующему законодательству не только эвтаназия, но и прекращение мер по искусственному поддержанию жизни человека недопустимы и расцениваются как убийство. В недалеком прошлом, а именно в момент принятия УК РСФСР 1922 г. в нем существовала норма, предусматривавшая освобождение от уголовной ответственности за причинение смерти из сострадания. Однако указанная норма применялась крайне непродолжительное время и вскоре была исключена.

5. Ритуальные убийства в наше время в связи с появлением разного рода сект сатанинского толка подобные убийства стали встречаться гораздо чаще. Например, «в апреле 1993 года, в Оптиной пустыне (Калужская область) были убиты три монаха. На рукояти ножа, которым их зарезали, значились слово «Сатана» и число «666». Подозреваемый в убийстве участник афганской войны А., по многочисленным свидетельствам, страдал галлюцинациями: некий голос извне твердил ему, что он – брат Сатаны и должен убить священнослужителя. На основании результатов судебно-психиатрической экспертизы А. был признан невменяемым. Другой пример, в сентябре 2000 года студентка одного из московских университетов С. – поклонница черной магии и писателя Дж.Р. Толкиена совершила ритуальное убийство своей однокурсницы. Убийство с последующим расчленением трупа было осуществлено с помощью ритуального ножа, которым «толкиенистка» до этого периодически делала на руках символические надрезы. Ритуальное убийство, не отягощенное квалифицирующими признаками (например, совершение его группой лиц), должно влечь ответственность по ч. 1 ст. 105 УК РФ.


Заключение

Проведенное автором исследование показало, что убийство есть сложное социально – правовое явление. Судя по данным криминологических исследований, отраженным в данной работе, на росте и повышении общественной опасности насильственной преступности отразились следующие факторы:

1) коренная переоценка прежних ценностей и моральных принципов, все большее признание массовым сознанием власти денег, материального фактора как единственной ценности; обесценивание человеческой жизни, если она не подкреплена высокими материальными показателями;

2) существенное изменение образа жизни и социального статуса значительной части населения, связанные с этим ожесточение и переориентация на любые средства достижения целей.

3) общее размывание границ нравственности, морального и аморального.

В обществе распространяется и закрепляется представление о бессилии закона, правовом беспределе, о бесполезности обращаться за помощью в правоохранительные органы, что ориентирует на самостоятельные способы разрешения конфликтных ситуаций.

Подводя итоги данной выпускной квалификационной работы, автором были отмечены следующие проблемы и сделаны соответствующие выводы.

В действующем Уголовном кодексе РФ впервые в истории нашего уголовного законодательства дается определение понятия убийства. Убийством признается только умышленное причинение смерти другому человеку (ч. 1 ст. 105 УК РФ). В отличие от УК РСФСР действующий Уголовный кодекс РФ не знает термина «неосторожное убийство», ибо в общественном сознании «убийство» ассоциируется лишь с умышленным причинением смерти. Такой подход соответствует и традициям русского дореволюционного уголовного права, и, по мнению автора, представляется правильным.

Вместе с тем, на взгляд автора, положения ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса РФ требуют совершенствования. В частности в нём не отражено положение о том, что убийство это не просто умышленное причинение смерти другому человеку, а именно противоправное умышленное причинение смерти. Отсутствие указания на противоправность убийства, позволяет сделать вывод о возможности отнесения к категории убийства и действия лица, приводящего в исполнение приговор о смертной казни.

В связи с вышеизложенным автором предлагается: диспозицию ч. 1 ст. 105 УК РФ изложить в следующей редакции: «Убийство, то есть умышленное противоправное причинение смерти другому человеку…».

До сих пор законодательно не определён момент начала человеческой жизни. Данный вопрос до настоящего времени является спорным и дискуссионным.

По мнению большинства ученых начальным моментом жизни, как объекта посягательства при убийстве, является «начало физиологических родов».

Автор также полагает, что наиболее правильно, с точки зрения демократического правосознания охранять уголовным законом жизнь человека уже в самом процессе рождения. Поэтому, следует рассматривать как детоубийство, не только убийство новорожденного после отделения плода от утробы матери и начала самостоятельной жизни ребенка, но и убийство, совершенное во время родов, когда рождающийся ребенок еще не начал самостоятельной вне утробной жизни (например, нанесение смертельной раны в голову рождающемуся ребенку до того момента, когда он начнет дышать).

Ещё одной проблемой в уголовном праве России является взаимосвязь объективной и субъективной стороны убийства. Субъективная сторона порождает, направляет и регулирует объективную сторону преступления.

Сложность соотношения субъективного и объективного в преступлении, как и в любом человеческом поступке, выражается в том, что на психику действуют не только внешние условия и обстоятельства, в которых формируются воля и сознание лица, но и особенности данной личности, ее темперамент, привычки, побуждения, которые в свою очередь, являются результатом внешних факторов.

По мнению автора, сложность задачи при анализе субъективной стороны преступления судебными и следственными органами обусловлена недостаточной разработанностью в теории уголовного права проблем вины, умысла, мотивов и цели, вопросов их связи, соотношения между собой, с объективными признаками преступления, а также с другими понятиями и категориями, определяющими преступление и условия уголовной ответственности лица.

Проблема эвтаназии до сих пор вообще никак не урегулирована уголовным законодательством. Действующий Уголовный кодекс РФ не знает понятия убийства из сострадания – всё это квалифицируется по ч. 1 ст. 105 УК РФ как простое убийство. Вместе с тем по глубокому убеждению автора, эти проблемы нужно решать. Когда человек болен неизлечимой болезнью, когда каждый день жизни приносит ему только страдания, причём не только ему но и его близким, то думается, что в этом случае каждый больной волен сам решить стоит ему жить или нет.

Затронутые автором вопросы и высказанные по ним предложения, не исчерпывают всех проблем, связанных с составом убийства. Однако, как показывает судебная практика, по этим вопросам наиболее чаще допускаются судебные ошибки, которые негативно влияют на правосудие в целом. Поэтому, совершенствование норм об убийстве есть объективная потребность судебной практики. Реализация же приведенных в работе предложений, на взгляд автора, в определенной мере будет способствовать предупреждению судебных ошибок при разрешении уголовных дел данной категории.


Список источников и литературы

1. Абельцев С. Мотивация особо тяжких преступлений против личности / С. Абельцев // Российская юстиция. – 2008. № – 11. С. 30.

2. Абельцев С. Семейные конфликты и преступления / С. Абельцев // Российский следователь. – 2009. – №4. – С. 48–50.

3. Антонов В.Ф. Некоторые вопросы квалификации убийств / В.Ф. Антонов // Журнал российского права. – 2004. – №12. – С. 69–72.

4. Бавсун М.В., Николаев К.Д. Проблемы юридической оценки преступлений против общественной безопасности, сопряженных с убийством / М.В. Бавсун, К.Д. Николаев // Российская юстиция. – 2010. – №1. – С. 63–67.

5. Бавсун М., Попов П. Проблемы квалификации убийства во время родов / М. Бавсун, П. Попов // Уголовное право. – 2009. – №3. – С. 54–56.

6. Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому праву / С.В. Бородин – М.: Юрист, 2004. – 128 с.

7. Бородин С.В. Преступления против жизни / С.В. Бородин – М.: ЮРИСТЪ, 2009. – 222 с.

8. Бриллиантов А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под общ. ред. А.В. Бриллиантова. – М.: Проспект, 2010. – 689 с.

9. Бытычко В.Т. Уголовное право. Общая и Особенная части: курс лекций. / В.Т. Батычко. – Таганрог.: ТГРУ Фак-тет менеджмента и права, 2006. – 158 с.

10. Бышевская Е.С. Месть как мотив убийства. Сборник научных трудов юридического факультета СевКавГТУ. Выпуск 6. / Е.С. Бышевская. – 2007. – С. 3.

11. Геворгян В.М. Разграничение убийства по найму и убийства из корыстных побуждений / В.М. Геворгян // Современное право. – 2007. – №9. – С. 25–28.

12. Данилова С.И. Вина и наказание в уголовном праве России. Уголовно-правовой анализ (постатейный) / Под С.И. Данилова, Б.Д. Завидов, В.Б. Липатенков // Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2004.

13. Жалинский А.Э. Уголовное право в ожидании перемен: теоретико-инструментальный анализ. 2-е издание, переработанное и дополненное / А.Э. Жалинский. – М.: Проспект, 2009. – 201 с.

14. Жариков Ю.С. Уголовно-правовое регулирование и механизм его реализации / Ю.С. Жариков. – СПб.: Юриспруденция, 2009 – 108 с.

15. Ибрагимова Л.Л. Виктимологические аспекты убийства / Л.Л. Ибрагимова // Российский следователь. – 2006. – №4. – С. 48–50.

16. Иванов И. Умысел в уголовном праве России / И. Иванов // Российская юстиция. – 2005. – №12. – С. 21.

17. Иванов Н. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации – О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ). Критический взгляд / Н. Иванов // Уголовное право. – 2000. – №2. – С. 21–25.

18. Игнатов А.Н. Дискуссионные вопросы квалификации убийств / А.Н. Игнатов // Общество и право. – 2009. – №2. – С. 23–26.

19. Калиновский В.А. Понятие убийства на бытовой почве и особенности его совершения женщинами / В.А. Калиновский // Право и политика. – 2009. – №7. – С. 35–37.

20. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под общ. ред. А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, 2009. – 756 с.

21. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. д.ю.н., проф. Ю.И. Скуратова и д.ю.н., председателя ВС РФ В.М. Лебедева. – М.: Изд-во НОРМА, 2009. – 896 с.

22. Коробеев А. Простое убийство и сложности его квалификации / А. Коробеев // Уголовное право. – 2001. №2. – с. 16–19.

23. Лебедев В.М. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 7-е издание, переработанное и дополненное / Отв. ред. В.М. Лебедев. – М.: Юрайт-Издат, 2007. – 701 с.

24. Макарова Е. Убийство из сострадания / Макарова Е. // ЭЖ-Юрист. – 2008. – №32. – С. 12–13.

25. Марагулова И.Л. Некоторые вопросы квалификации убийства / Л.И. Марагулова // Журнал российского права. – 2001. №2. – с. 10–17.

26. Матузов Н.И. Теория государства и права: курс лекций, 2-е изд., перераб. и доп. / Н.И. Матузов, А.В. Малько – М.: Юристъ, 2007. – 69 с.

27. Петрашев В.Н. Уголовное право. Общая часть. Учебник / Под ред. В.Н. Петрашева. – М.: Бек., 2008. – 225 с.

28. Платонов Д.И. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (конспект лекций в схемах) / Сост. Д.И. Платонов. – М.: Изд-во ПРИОР, 2006. – 287 с.

29. Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации. / Под общ. ред. Г.Д. Садовниковой. – М.: Юрайт, 2004. – 303 с.

30. Радченко В.И. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 2-е издание, переработанное и дополненное / В.И. Радченко. – М.: Проспект, 2010. – 529 с.

31. Рачицкая В.А. Вопросы типологии убийств / В.А. Рачицкая // Российский следователь. – 2009. – №10. – С. 45–48.

32. Ревин В.П. Уголовное право России. Общая часть: учебник. 2-е издание, исправленное и дополненное. / В.П. Ревин. – СПб.: Юстицинформ, 2009. – 194 с.

33. Резник Г.М. Практика применения Уголовного кодекса Российской Федерации: комментарий судебной практики и доктринальное толкование (постатейный) / Г.М. Резник. – М.: Волтерс Клувер, 2005. – 384 с.

34. Селезнев М. Умысел как форма вины / Селезнев М. // Российская юстиция. – 2007. №3. – С. 6.

35. Ситковская О.Д. Уголовный кодекс Российской Федерации: психологический комментарий (постатейный) / О.Д. Ситковская. – М.: Волтерс Клувер, 2009. – 562 с.

36. Смирнов М.М. Уголовное право РФ. Общая часть (конспект лекций) / М.М. Смирнов. – М.: Изд-во ПРИОР, 2009. – 215 с.

37. Судебная практика к Уголовному кодексу Российской Федерации / Сост. С.В. Бородин, А.Н. Трусова, В.М. Лебедев. – М.: Спарк, 2005. – 1168 с.

38. Ткаченко В.И. Преступления с двойной формой вины / В.И. Ткаченко // Законодательство. – 2007. №5. – С. 13–15.

39. Уголовное право России. Особенная часть. Учебник / В.Н. Кудрявцева, А.В. Наумова. 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юристъ, 2007. – 492 с.

40. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (конспект лекций в схемах) / сост. Д.И. Платонов. – М.: Изд-во ПРИОР, 2009. – 287 с.

41. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть (конспект лекций) / сост. М.М. Смирнов. – М.: Изд-во ПРИОР, 2006. – 215 с.

42. Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть. Учебник. (2-е издание, исправленное и дополненное) / Л.В. Иногамова-Хегай, А.И. Рарог, А.И. Чучаев. – М.: ИНФРА-М, 2009 – 322 с.

43. Уголовное право. Общая часть. Учебное пособие. В 2 ч. / Н.П. Печников, В.Н. Чернышов. – Тамбов.: Изд-во Тамб. гос. техн. ун-та, 2005. – 64 с.

44. Федотов А.В. Виды причинной связи между деянием и наступившими вредными последствиями / А.В. Федотов // Журнал российского права. – 2001. №12. – с. 10–17.

45. Феоктистов М. Квалификация убийств: некоторые вопросы теории и практики / М. Феоктистов // Уголовное право. 2010. – №2. – С. 65–57.

46. Тенитилова В.В. Причины ошибок, возникающих в практике следственных и судебных органов при квалификации убийства в процессе установления мотивационной сферы содеянного / В.В. Тенитилова // Российский следователь. – 2009. – №12. – С. 37.

47. Чекалкин А.А. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный). 4-е издание, переработанное и дополненное / А.А. Чекалин – М.: Юрайт-Издат, 2007. – 513 с.

48. Шакин В.Б. Конкуренция и коллизия уголовно-правовых норм / В.Б. Шакин // Журнал Российского права. – 2004. – №1. – С. 7–12.

49. Ялин А. Субъект преступления как условия уголовной ответственности / А. Ялин // Российская юстиция. – 2006. – №2. – С. 10–11.

50. Яловая В.Н. Казнь как наказание за убийство / В.Н. Яловая // Российский следователь. – 2007. – №24. – С. 52–60.

51. Бояров С.А. Дифференциация базового состава убийства в ссоре и драке. // http://www.ecrime.ru 22.03.2008.

52. Краткий анализ состояния преступности. Обзор за 2009 год. // http://www.mvd.ru 20.02.2010 г.