Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство

Понятие незаконного предпринимательства, его признаки, объективная и субъективная стороны, квалификационные составы, назначение наказания за него. История развития Уголовного законодательства о преступлениях в сфере предпринимательской деятельности.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. НЕЗАКОННОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО

1.1 Понятие незаконного предпринимательства и его признаки

1.2 История развития Уголовного законодательства о преступлениях в сфере предпринимательской деятельности

1.3 Случаи малозначительности незаконного предпринимательства

1.4 Отграничение незаконного предпринимательства от смежных составов преступлений как залог правильной квалификации общественно опасных деяний

ГЛАВА 2. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

2.1 Объект и объективная сторона незаконного предпринимательства как важная предпосылка уголовной ответственности

2.2 Субъект и субъективная сторона как основной принцип наступления уголовной ответственности за незаконное предпринимательство

2.3 Характеристика квалификационных составов незаконного предприни-мательства

2.4 Назначение наказания за незаконное предпринимательство

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


ВВЕДЕНИЕ

Конституция Российской Федерации[1] закрепляет свободу предпринимательской (ст.34) и иной, не противоречащей закону деятельности. Современное Российское государство предоставило своим гражданам широкие возможности для предпринимательской деятельности. Свобода предпринимательства отнесена к неотъемлемым правам и свободам человека и гражданина. Между тем у любого права есть границы, а за преступление таких границ предполагается ответственность. С вступлением страны в рыночные отношения, с их развитием, активизировалась и преступность в сфере предпринимательства, в том числе, в виде осуществления незаконной предпринимательской деятельности, что ставит под удар нормальные рыночные отношения и престиж государства и его полномочных органов.

Экономическая преступность в России в последнее время стала более организованной и профессиональной. Расширяется сфера использования новых способов посягательств на собственность. Отчетливо видно, что интересы криминальной среды активно устремляются именно в экономику, где возникли и сохраняются практически неограниченные возможности для быстрого обогащения. Преступники, используя нестабильность законодательной базы, ценовые диспропорции, другие негативные проявления в экономике, стремятся обогатиться любым путем.

Нежелание отдельных предпринимателей и граждан выполнять установленные законом обязанности перед государством по уплате налогов и различных сборов, влечет за собой поиски различных способов сокрытия от учета полученного дохода, то есть осуществление предпринимательства без регистрации, либо без специального разрешения (лицензии), или с нарушением условий лицензирования. В результате этих неправомерных действий государство недополучает в бюджет 30% - 50% в виде платы за получение лицензий, акцизных сборов, налогов и так далее.

Предприниматели, осуществляющие свою деятельность на законных основаниях, находятся в невыгодных условиях по сравнению с нелегалами и вытесняются последними с рынка товаров и услуг. Тем самым порождается недобросовестная конкуренция, которая способствует все большему увеличению теневого бизнеса.

Несмотря на увеличение криминальной экспансии, эффективность борьбы с данным видом преступления существенно снижается из-за несовершенства уголовного закона.

Цель выполнения дипломной работы – исследование института незаконного предпринимательства на основе научного анализа уголовно-правовых норм действующего уголовного законодательства и научных публикаций по данной проблеме.

Для достижения указанной цели требуется решить следующие задачи:

- дать понятие незаконного предпринимательства, рассмотреть его признаки;

- провести анализ юридического состава незаконного предпринимательства как преступления;

- рассмотреть проблемы квалификации и наказуемости незаконного предпринимательства.

Объектом исследования дипломной работы являются отношения в сфере экономики, которые, в частности, подразумевают использование собственности как экономической категории в сфере хозяйственной деятельности.

Предметом исследования данной работы является незаконное предпринимательство, которое является таковым, если осуществляется без регистрации, без лицензии, либо с нарушением условий лицензирования.

При исследовании вопросов по теме дипломной работы анализировались нормативно-правовые акты Российской Федерации, которые в различных отраслях права регулируют аспекты предпринимательской деятельности.

В первую очередь – это Конституция Российской Федерации[2] ; Уголовный Кодекс Российской Федерации[3] ; Гражданский Кодекс Российской Федерации[4] ; Федеральный Закон «О лицензировании отдельных видов деятельности»[5] , а также другие законы и подзаконные акты, судебная практика. Работа базируется на изучении материалов уголовных дел, что придает ей практическую направленность.

Теоретической основой проделанной работы являются труды ученых-юристов (Б.В. Волженкина, Н.А. Лопашенко, П.С. Яни, И.В. Яковцовой, Л.С. Аистовой, В. Котина, Т.Д. Устиновой, Л.Д. Гаухмана и др.), комментарии к действующему уголовному законодательству (А.В. Наумова, Н.А. Громова, В.Т. Томина и др.).

Монографии, пособия и статьи перечисленных авторов использовались при исследовании темы дипломной работы.

Практическая и научная значимость дипломной работы заключается в обзоре большей части актуальных проблем применения ст. 171 Уголовного Кодекса Российской Федерации, а также в предложениях по разрешению таких проблем, совершенствования норм действующего уголовного законодательства Российской Федерации.


ГЛАВА 1. НЕЗАКОННОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО

1.1 Понятие незаконного предпринимательства и его признаки

Согласно ст. 34 Конституции Российской Федерации[6] каждый имеет право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской деятельности и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Из этого можно сделать вывод, что под предпринимательской деятельностью понимается незапрещенная законом деятельность, требующая соответствующей регистрации, лицензирования для осуществления государственного контроля, то есть деятельность легализованная, не противоречащая нормам гражданского права и не преследуемая в уголовном порядке.

Предпринимательской деятельностью признается самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке [7] .

Законной предпринимательской деятельностью можно считать лишь такую деятельность, которая обладает всеми предусмотренными данной нормой признаками:

1) Самостоятельность, а значит и независимость хозяйствующих субъектов проявляется в том, что предприниматель свободен в принятии хозяйственных решений, не запрещенных законодательством. Любой, кто имеет соответствующее желание и денежные средства, вправе организовать собственное дело, опирающееся на определенную форму собственности. Что производить, что продавать, покупать – все это предприниматель решает самостоятельно, исходя из рыночной конъюнктуры и экономической выгоды. Полная самостоятельность предпринимателя выражается тем, что над ним нет инстанции, принуждающей что-либо делать[8] .

2) Ответственность подразумевает не только экономическую и юридическую ответственность предпринимателя, но и самостоятельную ответственность за результаты своих действий. Если деятельность осуществляется не под свою имущественную ответственность, то она не относится к предпринимательской деятельности.

3) Инициатива – это сфера деятельности предприимчивых людей, способных предложить рынку или внедрить в производство новый товар либо внедрить какой-либо инновационный элемент в производство товара или же в процессе продвижения его к потребителю, что повышает эффективность производства и наиболее соответствует интересам потребителей и общества в целом. Практика предпринимательской деятельности в любой ее форме включает в себя инновационный процесс, без которого невозможно удержаться на рынке.

4) Предприниматель действует на свой риск. Именно предприниматель, принявший от своего имени конкретное самостоятельное решение, правомерно создает как потенциальную, так и реальную опасность в целях получения прибыли, достижения другого предпринимательского результата, недостижимого при использовании обычных, нерискованных средств. Рискующий предприниматель при решении каких-либо задач не может однозначно предвидеть, добьется он успеха или нет, получит прибыль или понесет убыток. Имеется в виду прежде всего предпринимательский риск, т.е. риск убытков от предпринимательской деятельности из-за нарушения обязательств контрагентами предпринимателя или изменения условий этой деятельности по не зависящим от предпринимателя обстоятельствам, в т.ч. риск неполучения ожидаемых доходов (ст. 929 ГК РФ), а также другие страховые риски, т.е. предполагаемые события, обладающие признаками вероятности и случайности. Кроме того, предприниматель несет инновационные и инвестиционные риски в виде возможности неполучения заказанного проекта или объекта, валютные и кредитные риски, а также технические и моральные риски, в которых денежные потери могут оказаться не самыми важными.

Указанные выше признаки обуславливают и содержание таких признаков, как динамичность, активный поиск решения. Это связано с тем, что предприниматель в своей деятельности ориентируется на рынок, он должен потеснить конкурентов, заставить потребителя приобрести его товар, заказать предлагаемую ему услугу, естественно, если предприниматель не будет обладать такими качествами, то ему грозит разорение, банкротство.

Главным стержнем предпринимательской деятельности является целенаправленная деятельность на получение дохода, извлечения прибыли. Именно определение понятий «доход» и «прибыль» приобретает значение при квалификации незаконного предпринимательства, при определении признаков объективной стороны состава преступления ст. 171 УК РФ, так как эта проблема порождает множество споров и разных точек зрения.

Таким образом, законной предпринимательской деятельностью можно считать лишь такую деятельность, которая обладает всеми предусмотренными данной нормой признаками: самостоятельностью; осуществляется на свой риск; направлена на систематическое получение прибыли; осуществляется в любой из следующих альтернативных экономических форм: пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ, оказание услуг; осуществляется лицом, официально зарегистрированным в качестве предпринимателя; соответствует установленным законом порядку и условиям регистрации (лицензирования)[9] .

С гражданско-правовой точки зрения отсутствие любого из названных признаков исключает возможность признания того или иного вида деятельности предпринимательской. Из этого следует, что термин «незаконное предпринимательство» неудачен, поскольку предпринимательство может называться таковым в том случае, когда оно законно. А незаконной ее делает отсутствие формальных признаков - надлежащей регистрации и соблюдения порядка лицензирования.

Для незаконной предпринимательской деятельности характерны следующие признаки:

1) самостоятельность экономической деятельности и осуществление ее на свой риск;

2) систематическое получение прибыли как цель деятельности;

3) пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг как источники прибыли.

Незаконность предпринимательства - это осуществление деятельности, обладающей всеми признаками предпринимательской, за исключением формального признака, относящегося к установленному законом или иным нормативным актом порядку осуществления такой деятельности, а также за исключением тех видов незаконной предпринимательской деятельности (в узком значении этого понятия), за занятие которыми установлена обособленная уголовная ответственность[10] .

Это положение имеет принципиальное значение для уяснения вопроса, за какую деятельность могут привлекаться к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ.

Согласно указанной статье незаконное предпринимательство -осуществление предпринимательской деятельности без регистрации или с нарушением правил регистрации, а равно представление в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, либо осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или с нарушением лицензионных требований и условий, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере[11] .

Таким образом, предпринимательская деятельность будет правомерной только при соблюдении определенных правил, нарушение которых может служить основанием для привлечения к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ, то есть за незаконное предпринимательство.

Сказанное позволяет сделать вывод, что используемые законодателем термины «предпринимательская деятельность» и «незаконное предпринимательство» не тождественны.

1.2 История развития Уголовного законодательства о преступлениях в сфере предпринимательской деятельности

История развития уголовного законодательства о преступлениях в сфере незаконного предпринимательства имеет глубокие корни. Немалое число составов, охватываемых главой «Преступления в сфере экономики», было известно нашему законодательству еще во времена принятия Соборного Уложения 1649 года, где речь шла о наказуемости, например, за нарушение кредиторских обязательств (в частности, ложном банкротстве), нарушение правил торговли (в особенности спиртными напитками, табаком) и т.д.[12] Соборное Уложение содержало, нормы, посвященные вопросам процессуального характера, а также вопросам гражданско-правовой и административной ответственности, в связи с чем трудно говорить не только о каких-либо особых видах преступлений в сфере экономики, но и системе преступлений в целом. Лишь в середине XIX века, когда уже действовало множество других нормативных актов, законодателю удалось определиться с основными видами преступлений и отразить их сначала в Своде законов Российской империи, а затем в более совершенной форме - в Уложении о наказании уголовных и исправительных.

Самостоятельным разделом Особенной части Уложения 1903 года регулировалась ответственность за осуществление предпринимательской деятельности без необходимого разрешения либо с нарушением установленных законами или уставом условий и порядка занятия отдельными видами деятельности. Особое внимание придавалось торговле спиртными напитками, сделкам с драгоценными металлами и камнями. Советское уголовное законодательство с первых лет своего существования пошло по пути национализации предприятий и значительного сужения возможных сфер частнопредпринимательской деятельности. В УК РСФСР 1922 года появилась глава, именуемая «Преступления хозяйственные», в которой шла речь о практически неизвестных ранее деяниях, таких как спекуляция, скупка и сбыт в виде промыслов продуктов, материалов и изделий, относительно которых имеется специальное запрещение или ограничение и т.д.

УК РСФСР[13] 1960 года предусматривал более широкий круг деяний, признаваемых хозяйственными преступлениями. Почти всякая деятельность частного лица, направленная на извлечение прибыли, стала рассматриваться преступлением и квалифицироваться как частнопредпринимательская деятельность, коммерческое посредничество, занятие запрещенными видами промыслов. Введя запреты на индивидуальное предпринимательство, государство не могло оставить без уголовно-правовой защиты принцип всеобщего распределения, и перераспределения материальных благ, в особенности товаров и продуктов повышенного спроса, список которых постоянно увеличивался. В результате - неоднократные изменения и дополнения Уголовного кодекса статьями об ответственности за нарушение в сфере торговли, усиление ответственности за спекуляцию.

Так, УК РСФСР устанавливал уголовную ответственность за незаконное предпринимательство (ст. 162-4), выделяя при этом в рамках обособленной нормы ответственность за такую разновидность незаконного предпринимательства, как незаконное предпринимательство в сфере торговли (ст. 162-5). Статья 162-4 УК РСФСР предусматривала ответственность за различные виды и формы осуществления указанной деятельности, в случае отсутствия специального разрешения (лицензии), которая наступала лишь тогда, когда до этого лицо в течение года привлекалось к административной ответственности, то есть диспозиция статьи конструктивно основывалась на административной преюдиции. Правовая конструкция указанной нормы объективно не могла способствовать искоренению данного вида преступных посягательств ввиду сложности привлечения к ответственности. Часть 2 ст. 162-4 предусматривала квалифицированный состав незаконного предпринимательства - самовольное осуществление предпринимательской деятельности, разрешенной исключительно государственным предприятиям.

Разгосударствление экономики требовало более эффективной защиты прав и законных интересов потребителей, а также интересов государства в условиях перехода к рыночным отношениям. Ослабление государственного контроля в этой сфере вызвало необходимость лицензирования отдельных видов предпринимательской деятельности. Так, в законе РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» 1990 г.[14] впервые появилась норма о лицензировании. Вслед за указанной нормой законодателями введена уголовная ответственность за осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии).

Учитывая рассогласованность норм Уголовного кодекса РСФСР об ответственности за незаконное предпринимательство и Кодекса об административных правонарушениях РСФСР, а также наличие «мощного ограничителя» ее применения в виде административной преюдиции, законодатель существенно изменил редакцию статьи «Незаконное предпринимательство»[15] по сравнению со ст. 162-4 УК РСФСР (в редакции Федерального закона от 1.07.1993г.). Была устранена (как условие привлечения виновного к уголовной ответственности) необходимость предварительного наложения на него административного взыскания за аналогичные деяния; были четко определены необходимые последствия преступления - крупный ущерб; устранены составы - осуществление деятельности, разрешенной только государственным предприятиям, и незаконное предпринимательство в сфере торговли (ст. 161-5 УК РСФСР). Впоследствии законодателем был введен новый квалифицированный состав, предусматривающий деяния за незаконное предпринимательство, сопряженные с извлечением крупного дохода (ст. 171 УК РФ) и причинением крупного ущерба гражданам, организациям или государству.

1.3 Случаи малозначительности незаконного предпринимательства

В соответствии со ст. 8 Федерального закона "О лицензировании отдельных видов деятельности" срок действия лицензии устанавливается положением о лицензировании конкретного вида деятельности, но не может быть менее чем три года[16] . Федеральными законами и положениями о лицензировании конкретных видов деятельности может быть предусмотрено бессрочное действие лицензии. На срок менее чем три года лицензия выдается только по заявлению соискателя лицензии.

Срок действия лицензии может быть продлен по заявлению лицензиата, если иное не предусмотрено положением о лицензировании конкретного вида деятельности. В продлении срока действия лицензии может быть отказано в случае, если за время действия лицензии зафиксированы нарушения лицензионных требований и условий.

Нарушение срока лицензии является одним из распространенных видов нарушений порядка осуществления предпринимательской деятельности. Однако во всех ли случаях такое нарушение следует признавать преступным?

ЗАО "Торговая фирма "Аркада", не успев своевременно продлить срок действия лицензии на розничную торговлю табачными изделиями, продолжала во избежание убытков заниматься продажей этого товара. Вместе с тем, в учетных документах ЗАО проводимые операции отражались надлежащим образом и полученный доход не скрывался. В скором времени ЗАО получила новую лицензию.

Однако при проверке органами налоговой службы отмеченные нарушения были выявлены. Проверяющие установили, что полученный во время безлицензионной торговли сигаретами доход составил около 18 тыс. руб., то есть превысил 200 минимальных размеров оплаты труда. Материалы были переданы в следственные органы, в отношении руководителя ЗАО Грачева возбудили уголовное дело и предъявили обвинение по статье 171 УК РФ.

Так обоснованно ли решение о привлечении Грачева к уголовной ответственности?

В результате в рассматриваемой ситуации формально признаки комментируемого состава преступления: занятие предпринимательством в отсутствие необходимой лицензии и получение при этом дохода (хотя и вполне подконтрольного) - налицо.

Вместе с тем, многие следователи и прокуроры считают обвинение Грачева несправедливым. Но ведь таких оснований для отказа в уголовном преследовании, как несправедливость, в Уголовном кодексе нет. Можно ли юридически выразить оценку прокурорами обсуждаемого казуса?

Для признания деяния преступлением суд должен установить не только соответствие совершенных действий (или бездействия) описанию, содержащемуся в конкретной статье УК РФ (к примеру, статье об убийстве, краже, лжепредпринимательстве и др.), но и выявить так называемый материальный элемент преступления - его общественную опасность. Если все иные элементы преступления налицо, но не имеется общественной опасности, то статья 14 УК РФ о таких ситуациях говорит: "не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности" [17] .

Единственной возможностью не привлекать Грачева к уголовной ответственности по ст.171 УК РФ является оценка совершенных им действий как не достигающих степени общественной опасности, необходимой для признания их преступными. Иначе говоря, при отсутствии направленности умысла Грачева на длительное осуществление предпринимательской деятельности после истечения срока лицензии и при отсутствии предусмотренного ст. 171 УК РФ ущерба указанные действия можно расценить как безвредные, то есть не общественно опасные.

1.4 Отграничение незаконного предпринимательства от смежных составов преступлений как залог правильной квалификации общественно опасных деяний

При рассмотрении уголовных дел, связанных с незаконным предпринимательством, необходимо отграничить это преступление от смежных составов. Этому вопросу уделено внимание в постановлении Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»[18] . Разграничивая в п. 5 действие норм об ответственности за незаконное предпринимательство и незаконное занятие частной медицинской практикой или частной фармацевтической деятельностью (ст. 235 УК РФ), Пленум назвал критерием такого разграничения характер общественно опасных последствий как элемента деяния, подчеркнув тем самым их значение для определения объекта посягательства, от которого зависит отнесение содеянного к тому или иному составу.

Решая вопрос о разграничении незаконного предпринимательства с иными видами незаконной деятельности, в частности, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов, сбытом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов, обсуждалась возможность вменения в определенных случаях совокупности соответствующих составов. Последние виды деятельности также можно расценивать как преступный бизнес, поскольку они отвечают содержательным признакам предпринимательства. Для признания деятельности законной здесь не «хватает» лишь тех же формальных условий законности, отсутствующих и при незаконном предпринимательстве: зарегистрированного в соответствующем качестве субъекта и разрешения на подобную деятельность. Вместе с тем в итоге Пленум возможность квалификации по совокупности исключил (п. 18 - в тех случаях, когда лицо, имея целью извлечения дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями Уголовного кодекса РФ, содеянное им дополнительной квалификации по статье 171 УК РФ не требует), имея в виду весьма далеко относящие друг от друга объекты этих деяний и, возможно, исходя из того, что «экономический» объект может быть дополнительным по отношению к основному объекту посягательств, предусмотренных ст. 223, 228 и др.

Поскольку порой вызывает сложность вопрос о том, не поглощаются ли незаконным предпринимательством преступления, предусмотренные ст. 171-1, 180 и 238 УК РФ, Пленум разъяснил, что содеянное в этом случае образует совокупность преступлений. К сожалению, в постановлении не удалось осветить весьма интересующий практику вопрос о возможности вменения состава незаконного предпринимательства, в совокупности с составом мошенничества в тех случаях, когда лицо, скажем, без лицензии торгует самостоятельной спиртосодержащей продукцией под видом водки. Нужно отметить, что совокупности преступлений суды здесь чаще всего не усматривают, полагая, что если имел место обман, то похищенные мошенническим путем у покупателей спиртного средства нельзя одновременно признавать и доходом как признаком незаконной предпринимательской деятельности.

Проблемы разграничения ст. 171 УК РФ и норм об ответственности за налоговые преступления. Предположим, лицо осуществляет предпринимательскую деятельность с незначительными нарушениями лицензионных требований и условий и, в то же время, уклоняется от уплаты налогов с доходов от такой деятельности способами, названными в ст. 198 и 199 УК РФ. Достаточно ли квалифицировать содеянное только по ст. 171 УК РФ? Думается, здесь необходима совокупность, поскольку на этот случай указание Пленума не распространяется: указанные нарушения не находятся в прямой причинной связи с причиненным ущербом бюджетной системе. Кстати, этот аргумент можно привести и в обоснование критики позиции Пленума по данному вопросу в целом, так как уклонение от уплаты налогов (ст. 198, 199 УК РФ), сокрытие имущества и т. д., в принципе, лежат за пределами объективной стороны незаконного предпринимательства, как оно понимается в уголовном законе.

Наиболее сложным является вопрос разграничения незаконного предпринимательства и мошенничества, так как эти составы имеют много общего. Диспозиции обеих статей носят довольно абстрактный характер и требуют тщательного толкования при уяснении круга деяний, предусмотренных ими.

В этой связи нельзя не упомянуть Уголовное Уложение 1903 г., насколько четко и обстоятельно в разделе «Имущественные преступления» описывались виды мошенничества, особенно заключенного в договорные формы.

Тем самым государство как бы предупреждало предпринимателей от незаконных видов деятельности, а граждан ограждало от злоупотреблений со стороны предпринимателей.

Общее между мошенничеством и незаконным предпринимательством, если понимать под ним не порядок осуществления предпринимательской деятельности, а непосредственно предпринимательскую деятельность, заключается в том, что их можно отнести к имущественным преступлениям и они связаны с договорными отношениями.

Предпринимательскую деятельность, предпринимательские отношения нельзя рассматривать в отрыве от имущественных отношений, от отношений собственности. Предприниматель и его контрагент участвуют в рыночных отношениях, а «рынок— это система отношений между продавцом и покупателем, выражающихся в конкретных сочетаниях товарного предложения, спроса и цены». А вследствие этого «...на рынке имеет место множество актов купли-продажи, в результате которых происходит смена субъектов собственности, так что у проданных товаров и уплаченных денег появляются новые хозяева, которые самостоятельно распоряжаются тем, как использовать приобретенные товары и полученные от продажи деньги».

Мошенничество также рассматривается как вид предпринимательства, где личностные качества предпринимателя направлены на обман и самооправдание обмана; рыночная среда с ее широкими возможностями сводится к действиям в сфере, где возможен обман; предпринимательская этика сводится к поведению, инициирующему обман партнера или конкурента[19] .

Незаконное предпринимательство от мошенничества следует отграничивать по следующим основаниям.

По объекту преступления — мошенничество посягает на отношения собственности, в то время как незаконное предпринимательство посягает на установленный законом порядок осуществления предпринимательской деятельности.

Но так как предметом и мошенничества и предпринимательской деятельности являются товары, работы, услуги, то особое затруднение на практике вызывает квалификация деяний, связанных с незаконным оборотом фальсифицированных товаров, особенно ликеро-водочной продукции. В литературе и на практике встречаются различные подходы к квалификации деяний, связанных с оборотом фальсифицированных товаров, изделий. В одних случаях изготовление и сбыт фальсифицированной водки рассматривается как незаконное предпринимательство, в других — как мошенничество.

Отмечается и парадоксальный случай, когда лицо было освобождено от уголовной ответственности за реализацию фальсифицированной водки «без лицензии, поскольку на реализацию фальсифицированной водки получить лицензию обвиняемый в установленном порядке и не мог»[20] .

Раскрывая формы мошенничества в виде активного и пассивного обмана, Л.В. Григорьева в качестве примера активного обмана, при котором виновный, сообщая ложные сведения, искажает истину и стремится таким образом ввести в заблуждение лицо, приводит: использование подложных документов, форменной одежды, неправильных весоизмерительных приборов, фальсифицированных предметов и т. п.[21]

Представленная характеристика мошенничества охватывает и случаи изготовления и реализации фальсифицированных товаров, в том числе ликеро-водочных изделий.

Признание последних деяний в качестве вида предпринимательской деятельности и квалификация их по ст. 171 УК РФ представляются ошибочными, так как, во-первых, предметом предпринимательской деятельности являются товары, работы, услуги, обладающие потребительскими свойствами и качеством, безопасностью, и соответствующие той информации, которую сообщает предприниматель. Во-вторых, такая квалификация не соответствует признакам деяния, предусмотренного ст. 171 УК РФ. В-третьих, значительно снижает уголовную ответственность виновных лиц в виде меры наказания, по правовым последствиям содеянного заслуживающих более тяжкое наказание, что можно проиллюстрировать следующим примером из судебно-следственной практики.

Так, П. был осужден по ст. 171 УК РФ одним из федеральных судов г. Санкт-Петербурга за то, что он в подвале дома организовал производство фальсифицированной водки путем разбавления, в определенных пропорциях незаконно приобретенного этилового спирта водой с целью дальнейшей реализации. Им было изготовлено не менее 6340 бутылок фальсифицированной водки на сумму 41 210 000 неденоминированных рублей. Суд квалифицировал деяние П. по п. «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ и назначил ему наказание в виде трех лет лишения свободы без штрафа и, применив ст. 71 УК РФ, это наказание признал условным с испытательным сроком два года, при этом деньги, изъятые у П., в сумме 20 410 000 неденоминированных рублей, ему были возвращены. На основании п. 7 постановления Государственной Думы Федерального Собрания «Об объявлении амнистии» П. от отбывания назначенного наказания был освобожден.

Вполне справедливо замечание К. В. Бубона: «Широко освещаемые телевидением наскоки милиции на подпольные водочные цеха не будут иметь абсолютно никакого эффекта, если их следствием не станут приговоры судов. Возобновление деятельности такого цеха после такого «погрома» не требует ни больших затрат, ни длительного времени, поэтому безответственность их организаторов вкупе со значительной прибылью, позволяет им возобновлять свой бизнес бесконечно»[22] .

Однако наиболее типичной ошибкой является квалификация мошенничества как незаконного предпринимательства в случае, когда для прикрытия мошеннических сделок используются предпринимательские формы.

Отграничение мошенничества от осуществления предпринимательской деятельности и от незаконного предпринимательства следует проводить по объективной стороне деяния. При ведении предпринимательской деятельности с нарушениями требований, предусмотренных гражданским законодательством, совершаются те действия, которые подпадают под признаки недействительных сделок.

Мошенничество же по объективной стороне представляет собой завладение чужим имуществом или приобретение права на него путем обмана или злоупотребления доверием. В основе такого способа хищения лежит фиктивная сделка. «Фиктивная сделка в предпринимательской деятельности — противоправные действия граждан, совершенные с целью причинения ущерба участнику сделки или третьим лицам посредством введения их в заблуждение относительно действительных обстоятельств и намерений либо путем заведомого неисполнения обязательств по сделке»[23] .

Неправильная оценка правового характера сделок приводит к грубейшим ошибкам применения как ст. 171, так и ст. 159 УК РФ.

Эти ошибки можно разделить на два вида:

1. Отказ в возбуждении уголовного дела с рекомендацией рассматривать его в гражданско-правовом порядке, в то время как в деянии может содержаться состав мошенничества, предусмотренный ст. 159 УК РФ.

2. Квалификация деяния по ст. 171 УК РФ при наличии в нем признаков преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, т. е. мошенничества.

Причиной первой ошибки является заблуждение в оценке деяний, внешне носящих законный характер, облеченных в гражданско-правовые формы. В этих случаях дела вообще не возбуждаются, а возбужденные прекращаются ввиду того, что еще действует старый, догматичный принцип сознания дознавателей, следователей, а зачастую и их руководителей, о том, что "гражданско-правовые дела" — это вообще-то "хозяйственные дела", и признание того факта, что между лицами существуют "гражданско-правовые отношения", вытекающие из сделки или договора, и их надо решать в порядке гражданско-правового судопроизводства.

Разграничение мошенничества с использованием договорных форм и предпринимательских (договорных) отношений следует проводить не потому, как оформлены эти договоры, а потому, что стало результатом этой договорной деятельности. Если обе стороны получают доходы от обоюдной деятельности и остаются при этом собственниками своего имущества, либо какая-то сторона несет убытки, но не теряет права собственности, то это действительно гражданско-правовые отношения.

Если же одна сторона, принимая на себя обязательства, не имеет никаких возможностей и желания их выполнить, а предварительно получила деньги или имущество другой стороны — контрагента и он теряет их и право собственности на них, то в данном случае речь идет о мошенничестве.

Так, заключив договоры с лицом, выступающим от имени «фирмы», например, на поставку оборудования, сырья с частичной их оплатой, потерпевшие затем остаются без денег, сырья и оборудования, так же как и граждане, предварительно оплатившие стоимость обещанного к поставке товара или оказываемой услуги.

Ошибочное представление правоохранительных органов о сущности гражданско-правовых отношений, оставляло и оставляет деятельность таких лиц практически безнаказанной, так как она признается зачастую предпринимательской. Однако предпринимательская деятельность не имеет никакого отношения к таким формам поведения, известным еще задолго до проведения экономической реформы и легализации предпринимательской деятельности и рассматриваемых как мошенничество.

Разграничение незаконного предпринимательства от лжепредпринимательства проводится по объекту преступного посягательства и по его объективной стороне. Объективная сторона лжепредпринимательства состоит в создании коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую деятельность. Основная цель создания организации - это не осуществление сделок и получение прибыли, а совершение мошеннических операций с целью получения имущественной выгоды или прикрытия запрещенной деятельности. И хотя виновный стремится путем создания официально зарегистрированной коммерческой организации осуществлять не указанные в лицензии виды деятельности, дополнительной квалификации его действия по ст. 171 УК РФ не требуют, т.к. его умысел не был направлен на осуществление предпринимательской деятельности.

Статьи 195 УК РФ «Неправомерные действия при банкротстве» и 171 УК РФ[24] следует прежде всего различать по признаку объективной стороны, которая в ст. 195 УК РФ предусматривает деяния, выражающиеся в сокрытии имущества или имущественных обязательств, сведений об имуществе, его размере, местонахождении либо иной информации об имуществе; сокрытии, уничтожении, фальсификации и иных документов, отражающих экономическую деятельность. Субъективная сторона ст. 171 УК РФ предусматривает деяние - осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, либо без специального разрешения (лицензии) в случаях когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или с нарушением условий лицензирования и находящееся в причинной связи с деянием последствие, выражающееся в причинении крупного ущерба гражданам, организациям или государству либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере. Обязательное последствие ст. 195 УК РФ - это в виде причинения крупного ущерба.

Этот ущерб может выражаться в ущербе, причиненном одному кредитору, либо слагаться в. качестве совокупного ущерба, причиненного нескольким или многим кредиторам. Обязательный признак объективной стороны ст. 195 УК РФ - время совершения преступления - период от момента предвидения банкротства до момента завершения конкурсного производства.

Кроме того, статьи 171 и 195 УК РФ различаются и по субъектам. Так, субъектом ст. 195 УК РФ является руководитель или собственник организации должника либо индивидуальный предприниматель.

Составы преступлений, связанных с банкротством, указаны в ст. 196 и 197 УК РФ (преднамеренное банкротство, фиктивное банкротство). В отличие от ст. 171 УК РФ, субъект преступлений ст. ст. 196 и 197 УК РФ - специальный: собственник коммерческой организации, руководитель такой организации, индивидуальный предприниматель.

Кроме того, если непосредственным объектом ст. 171 УК РФ являются общественные отношения, регулирующие занятие предпринимательской деятельностью, то непосредственным объектом статей 196, 197 УК РФ являются общественные отношения, регулирующие процесс банкротства и удовлетворения имущественных требований кредиторов.

Объективная сторона заключается в умышленном создании неплатежеспособности или увеличении неплатежеспособности, а также в заведомо ложном объявлении о несостоятельности. Для фиктивного банкротства характерна и цель - введение в заблуждение кредиторов для получения отсрочки платежей, или получить скидку с долгов, либо вообще не платить долги.

Таким образом, вопрос отграничения незаконного предпринимательства от смежных составов преступления является залогом правильной квалификации общественно опасных деяний, что дает возможность законного и объективного применения вида и меры наказания.


ГЛАВА 2. УГОЛОВНО-ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА НЕЗАКОННОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА

2.1 Объект и объективная сторона незаконного предпринимательства как важная предпосылка уголовной ответственности

Объективная сторона преступления - это внешняя сторона общественно опасного деяния. Это то, как преступление выражается во вне, в объективной действительности.

Наибольшее число проблем, относящихся к уголовно-правовой характеристике незаконного предпринимательства, связано, прежде всего, с описанием его объективной стороны. Главным образом это обусловлено бланкетным характером диспозиции соответствующей статьи и использованием в последней так называемых оценочных понятий.

Объективная сторона незаконного предпринимательства определена в диспозиции ч. 1 ст. 171 УК РФ как «осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, либо без специального разрешения (лицензии), в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно, или с нарушением условий лицензирования, если это деяние причинило крупный ущерб гражданам, организациям или государству, либо сопряжено с извлечением дохода в крупном размере»[25] .

Таким образом, законодатель выделяет следующие обязательные признаки объективной стороны: совершение деяния, наступление общественно опасного последствия в виде крупного ущерба, который причиняется гражданам, организациям или государству, либо извлечение дохода в крупном размере и причинной связью между деянием и причиненным ущербом.

Определяя признаки незаконного предпринимательства, законодатель предусмотрел и формы совершения этого деяния:

1) осуществление предпринимательской деятельности без регистрации. Статья 2 Гражданского кодекса Российской Федерации говорит о том, что предпринимательской деятельностью могут заниматься лица, зарегистрированные в установленном законом порядке. Это положение детализируется в ч.1 ст. 23 ГК РФ в отношении гражданина, который вправе заниматься предпринимательской деятельностью лишь с момента государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

Порядок регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей установлен Федеральным законом «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»[26] . Согласно ст. 8 данного федерального закона государственная регистрация как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей осуществляется в срок не более чем пять рабочих дней со дня представления документов в регистрирующий орган. Моментом государственной регистрации признается внесение регистрирующим органом соответствующей записи в государственный реестр (п. 2 ст. 11 ГК РФ)[27] .

При этом государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения указанного учредителями в заявлении о государственной регистрации постоянно действующего исполнительного органа, в случае отсутствия такого исполнительного органа - по месту нахождения иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности, а государственная регистрация индивидуального предпринимателя осуществляется по месту его жительства.

Осуществление предпринимательской деятельности без регистрации после истечения этого срока с момента, когда уполномоченный сотрудник государственного регистрирующего органа должен был внести соответствующую запись в государственный реестр, но не внес ее по той или иной причине, не может служить основанием для привлечения к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ, если при этом отсутствовали основания для отказа в государственной регистрации[28] .

Согласно п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» осуществление предпринимательской деятельности без регистрации будет иметь место лишь в тех случаях, когда в едином государственном реестре для юридических лиц и едином государственном реестре для индивидуальных предпринимателей отсутствует запись о создании такого юридического лица или приобретении физическим лицом статуса индивидуального предпринимателя либо содержится запись о ликвидации юридического лица или прекращении деятельности физического лица в качестве индивидуального предпринимателя[29] .

Таким образом, статус предпринимателя или юридического лица приобретается после регистрации. С этого момента занятие предпринимательством приобретает законный характер. Следовательно, незаконным является осуществление предпринимательской деятельности без регистрации, либо до момента регистрации.

В то же время следует иметь в виду, что не требуется регистрация в качестве индивидуального предпринимателя граждан, которые занимаются деятельностью, формально подпадающей под признаки предпринимательской деятельности, но регистрируемой в особом порядке. Например, в соответствии со ст. 1 «Основ законодательства Российской Федерации о нотариате» нотариальная деятельность не является предпринимательской, поэтому не требует соответствующей регистрации нотариуса в качестве предпринимателя[30] .

Вопрос о том, в каких случаях гражданин обязан регистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя, - не простой, и для его решения необходимо правильно определить характер возникающих при этом правоотношений.

Так, в производстве следователя сотрудника отдела при УВД г. Москвы находилось уголовное дело по обвинению Б., который мошенническим путем завладел автомобилем «Фолъцваген - Транспортер» у гр. Л., который согласно договору с частным предпринимателем из Республики Беларусь гр. Ш. занимался реализацией автомобилей в г. Москве, в т.ч. данным автомобилем.

Возникает вопрос: должен ли в данной ситуации гр. Л. регистрироваться в качестве предпринимателя, прежде чем заняться торговлей? Ответить на поставленный вопрос позволит анализ проведенных с гр. Л. финансовых расчетов.

Если бы Л. выступал как самостоятельный хозяйствующий субъект и расчет осуществлялся с Ш. путем дележа прибыли, налицо предпринимательская деятельность гражданина. При наличии других признаков преступления (извлечения дохода в крупном размере и т.д.) действия гр. Л. должны квалифицироваться как незаконное предпринимательство.

Поскольку Л. получал заработную плату за выполненную работу с удержанием подоходного налога и других платежей, действия Л. нельзя квалифицировать как незаконное предпринимательство, поэтому дело в части незаконного предпринимательства в отношении Л. было прекращено за отсутствием состава преступления.

Предпринимательская деятельность, осуществляемая после вынесения судом решения о признании индивидуального предпринимателя банкротом, или признания недействительной регистрации предпринимателя в связи с нарушениями действующего законодательства при его регистрации или после получения регистрирующим органом заявления предпринимателя об аннулировании его государственной регистрации в качестве предпринимателя и ранее выданного ему свидетельства о регистрации также является предпринимательской деятельностью без регистрации.

2) Осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), в случаях, когда такое разрешение (лицензия) обязательно.

Перечень видов деятельности, на осуществление которых требуется лицензия, установлен ст. 17 Федерального закона «О лицензировании отдельных видов деятельности»[31] .

По смыслу п. 2 ст. 1 данного Закона деятельность кредитных организаций; деятельность, связанная с защитой государственной тайны; деятельность в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции; деятельность в области связи; биржевая деятельность; деятельность в области таможенного дела; нотариальная деятельность; страховая деятельность; деятельность профессиональных участников рынка ценных бумаг; осуществление внешнеэкономических операций; приобретение оружия и патронов к нему; использование результатов интеллектуальной деятельности; использование орбитально-частотных ресурсов и радиочастот для осуществления телевизионного вещания и радиовещания (в том числе вещания дополнительной информации); использование природных ресурсов, в том числе недр, лесного фонда, объектов растительного и животного мира; работы и услуги в области использования атомной энергии; образовательная деятельность лицензируется в соответствии с иными нормативными правовыми актами.

Кроме того, в п.2 ст. 17 Закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» делается важная оговорка, согласно которой перечень работ и услуг по организации и проведению азартных игр и (или) пари, в том числе с использованием игровых столов и иного игрового оборудования, в помещениях казино (деятельность казино); космической деятельности; медицинской деятельности и так далее устанавливается положениями о лицензировании указанных видов деятельности.

Статья 2 рассматриваемого Закона дает следующее определение понятия лицензии: «Лицензия - специальное разрешение на осуществление конкретного вида деятельности при обязательном соблюдении лицензионных требований и условий, выданное лицензирующим органом юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю».

Лицензия выдается отдельно на каждый вид деятельности. Передача лицензии другому юридическому или физическому лицу запрещается. Поэтому осуществление определенного вида деятельности по лицензии, выданной другому лицу, или при наличии лицензии на другой вид деятельности расценивается как деятельность без лицензии. Незаконной (без лицензии) будет считаться и деятельность, осуществляемая по истечении срока действия лицензии, либо после извещения лицензиата о приостановлении действия лицензии или об ее аннулировании.

Статья 9 Закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» содержит исчерпывающий перечень документов, на основании которых выдается лицензия. Из этого, можно заключить, что представление недействительного или поддельного документа, не предусмотренного данной статьей, не может рассматриваться в качестве основания для признания предпринимательской деятельности незаконной, но может повлечь ответственность по другим статьям УК РФ.

Под представлением в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, документов, содержащих заведомо ложные сведения, следует понимать представление документов, содержащих такую заведомо ложную либо искаженную информацию, которая повлекла за собой необоснованную регистрацию субъекта предпринимательской деятельности.

В соответствии с п. 2 ст. 9 Закона «О лицензировании отдельных видов деятельности» орган должен принять решение о предоставлении или об отказе в предоставлении лицензии в срок, не превышающий 45 дней со дня поступления заявления о предоставлении лицензии со всеми необходимыми документами. Более короткие сроки принятия решения о предоставлении или об отказе в предоставлении лицензии могут устанавливаться положениями о лицензировании конкретных видов деятельности. В указанный срок, лицензирующий орган обязан уведомить соискателя лицензии о принятии решения о предоставлении или об отказе в предоставлении лицензии[32] .

Уведомление о предоставлении лицензии направляется (вручается) соискателю лицензии в письменной форме. Уведомление об отказе в предоставлении лицензии направляется (вручается) соискателю лицензии в письменной форме с указанием причин отказа.

В течение трех дней после предоставления соискателем документа, подтверждающего уплату государственной пошлины за предоставление лицензии, лицензирующий орган бесплатно выдает лицензиату документ, подтверждающий наличие лицензии.

Из этого следует, что осуществление предпринимательской деятельности, требующей лицензии, по истечении трех дней после получения уведомления о предоставлении лицензии и оплаты соответствующей пошлины, если лицензирующий орган не выдал лицензии, не может считаться незаконным.

Несколько иной позиции по этому вопросу придерживается Пленум Верховного Суда РФ. Согласно п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 при решении вопроса о наличии в действиях лица признаков осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, следует исходить из того, что отдельные виды деятельности, перечень которых определяется федеральным законом, могут осуществляться только на основании специального разрешения (лицензии).[33] Право осуществлять деятельность, на занятие которой необходимо получение специального разрешения (лицензии), возникает с момента получения разрешения (лицензии) или в указанный в нем срок и прекращается по истечении срока его действия (если не предусмотрено иное), а также в случаях приостановления или аннулирования разрешения (лицензии)[34] .

Предприятиями, занимающимися коммерческой деятельностью, могут быть как различные организации, общества, товарищества, так и государственные унитарные предприятия. Встает вопрос - может ли безлицензионная деятельность руководителей всех без исключения предприятий рассматриваться как преступление, предусмотренное ст. 171 УК РФ? Но, допустим, государственное унитарное предприятие создано по постановлению губернатора или главы администрации города для осуществления коммерческой деятельности, требующей лицензии, и осуществляет такую деятельность без лицензии. Можно ли его руководителя привлечь к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ? Как определить вредные последствия этой деятельности, если ни гражданам, ни предприятиям, ни государству не причинено крупного ущерба?

Представляется проблематичным привлечение к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ при таких обстоятельствах.

Или, к примеру, лицензированию подлежит деятельность по добыче полезных ископаемых на определенном участке месторождения, т.е. деятельность техническая, производственная, а соответствующая лицензия у субъекта добычи отсутствует, хотя на реализацию сырья, т.е. продажу товара, лицензия получена. Есть ли в действиях этого субъекта (руководителя субъекта-организации), добывающего сырье и затем его продающего, признаки незаконного предпринимательства? Поскольку в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем», содержащем разъяснения, касающиеся осуществления предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение обязательно, соответствующего деления видов деятельности не делается, на поставленный вопрос можно, очевидно, дать положительный ответ[35] .

Поэтому деятельность без лицензии или специального разрешения ни во всех случаях может рассматриваться как безусловное обстоятельство для привлечения к уголовной ответственности за незаконную предпринимательскую деятельность.

Но вот другой пример, когда директор ОАО «Ижорского завода», зарегистрированного в установленном законом порядке, гр. Т. занимался эксплуатацией металлургического и коксохимического производства и объектов, не имея на то специального разрешения, получив при этом доход в особо крупном размере. В отношении гр. Т, судом г. Колпино был вынесен обвинительный приговор.

Хотелось бы коснуться и такого аспекта о привлечении к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ, при котором вопрос о невозможности получения лицензии приобретает наиболее очевидный характер. Так, в Российском законодательстве есть такие виды деятельности, разрешение на осуществление которых получить в принципе невозможно никому, поскольку эта деятельность запрещена вообще. Так, никто не может получить лицензию на проведение сеансов массового целительства, поскольку это запрещено ст. 57 Основ Законодательства об охране здоровья граждан. Более чем очевидно, что если есть запреты, то, вероятно, есть и лица, которые данные запреты нарушают и занимаются подобной деятельностью как предпринимательской, то есть систематически получают от нее доход. Но можно ли данную деятельность назвать предпринимательской, если она запрещена в принципе? Думается, нет.

Следовательно, возможно ли привлечь к ответственности лицо, занимающееся данной деятельностью, по ст. 171 УК РФ? Ответ представляется также отрицательным, ибо какой именно признак объективной стороны следует вменять? Отсутствие лицензии? Но лицензию на данный вид деятельности в принципе получить невозможно, поэтому ставить лицу, которое занималось подобной деятельностью, отсутствие лицензии более чем странно - ведь он эту лицензию и не смог бы получить. И в данном случае государство должно привлекать к ответственности ни за то, что лицо уклоняется от контроля, а за то, что получает доход от деятельности, которой никто не вправе заниматься.

Рассмотрим другой пример.

Как должны квалифицироваться действия индивидуального предпринимателя гр. Т., который в нарушение ст. 16 и 18 Федерального закона от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ (ред. от 20.04.2007) «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» и иных актов, устанавливающих, что розничная продажа алкогольной продукции осуществляется только при наличии соответствующих лицензий, не имея такой лицензии, осуществлял продажу в розницу изготовленной им самим спиртосодержащей продукции под маркой хорошо известных производителей водки?

Так, следствием гр. Т. было предъявлено обвинение по ст. 159 и 171 УК РФ. Однако суд посчитал, что в действиях лица усматривается только состав мошенничества.

По данному вопросу ряд ученых придерживаются такой точки зрения - действия лиц, изготовивших смесь спирта и воды и реализующих ее под видом водки, соответствующей ГОСТу, надлежит квалифицировать как по ст. 159, так и по ст. 171 УК РФ, поскольку содеянным нарушается самостоятельные объекты, защищаемые каждой из названных статей. Данными действиями, как полагают эти исследователи, во-первых, причиняется ущерб собственнику-покупателю путем введения его в заблуждение относительно качеств покупаемого им товара: он вынужден платить за то, что в ином случае вообще не приобрел бы. И, во-вторых, нарушается определенный законом порядок осуществления предпринимательской деятельности. В этом случае предметом хищения выступают средства, уплаченные за якобы настоящую водку, одновременно являющиеся доходом от незаконного предпринимательства.

Приведенная точка зрения представляется спорной. Квалифицируя такие действия по ст. 171 УК РФ, следствие исходит из того, что данная деятельность осуществляется без лицензии. Защита обычно возражает следствию, ссылаясь на то, что закон не может разрешать (лицензировать) производство алкогольных смесей под видом водки и поэтому на данную деятельность и не могла быть получена лицензия.

Однако это соображение защиты само по себе не является аргументом в пользу того, что лицу не может быть вменен состав незаконного предпринимательства. Ведь если бы изготовившее и продавшее спиртосодержащую продукцию лицо не обманывало покупателей относительно качества продукта, не наклеивало бы поддельных этикеток известных производителей и т.д., то есть не вводило бы в заблуждение относительно продаваемого товара, полученная в результате самоизготовления смесь отвечала бы достаточно широкому определению алкогольной продукции. Под ней в ст. 2 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота спирта алкогольной и спиртосодержащей продукции» понимается пищевая продукция, произведенная с использованием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, с содержанием этилового спирта более 1,5 процента объема готовой продукции. Поэтому в последнем случае такие действия могли охватываться ст. 171 УК РФ.

На самом же деле рассматриваемые действия, сопряженные с обманом потребителей алкогольной продукции, не могут квалифицироваться по ст. 171 УК РФ по другим основаниям. Лицо, совершая хищение в форме мошенничества, желает, конечно, получить выгоду. Однако такую выгоду нельзя назвать прибылью, цель извлечения которой является обязательным содержательным признаком предпринимательской деятельности, в отличие от которой деятельность мошенническая законом позитивно не регулируется, не дозволяется, не может быть зарегистрирована и лицензирована.

Кроме того, мошенничество не отвечает определению предпринимательской деятельности - ни законной, ни незаконной. Ведь преступление, предусмотренное ст. 171 УК РФ, не соответствует закону лишь по формальным обстоятельствам: деятельность, требующая регистрации и (или) лицензирования, осуществляется без соблюдения этих условий. Однако по содержательным признакам она отвечает определению предпринимательства, содержащемуся в ст. 2 ГК РФ: прежде всего она направлена на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Эта деятельность состоит в том, что лицо, занимающееся ей, совершает различные сделки.

В том же случае, когда лицо продает под видом водки самодельную жидкость, содержащую алкоголь, либо когда оно маскирует обманное изъятие имущества якобы заключенным договором, сделка места не имеет. Такие действия с точки зрения уголовного закона являются таким же хищением, как кража, разбой, грабеж.

Проблематичным является также вопрос по поводу правовой оценки написания контрольных работ (проектов), выпускных квалификационных (дипломных) работ и диссертаций по заказу как незаконной предпринимательской деятельности.

Предпринимательство в сфере высшего и послевузовского профессионального образования осуществляется в форме оказания платных услуг по репетиторству поступающих в вузы, по написанию за плату для недобросовестных студентов контрольных работ, курсовых работ и проектов, выпускных квалификационных (дипломных) работ, а также по подготовке по заказу кандидатских и докторских диссертаций.

Незаконное предпринимательство по оказанию платных услуг набирает обороты. Незаконные услуги в данной сфере рекламируются даже в центральных газетах с указанием контактных телефонов.

Понятно, что изготовителей диссертаций, как и исполнителей контрольных, курсовых и т.п. в качестве индивидуальных предпринимателей никто не зарегистрирует, поскольку эти виды образовательной деятельности лицензионные, а получение у Министерства образования и наук Российской Федерации лицензии на такого рода деятельность невозможно.

Так, в Положении о подготовке научно-педагогических и научных кадров в системе послевузовского профессионального образования в Российской Федерации (приказ Минобразования от 27 марта 1998 г. № 814 с изм. от 17 февраля 2004 г.) установлено, что подготовка кандидатов и докторов наук осуществляется в докторантуре, аспирантуре, адъюнктуре и в форме соискателя при образовательных учреждениях высшего и послевузовского профессионального образования, в научных учреждениях и организациях, имеющих государственную аккредитацию и лицензию за право ведения образовательной деятельности в сфере послевузовского профессионального образования, независимо от их организационно-правовых форм.

Как отмечалось ранее, обязательным признаком состава незаконного предпринимательства, предусмотренного ч. 61 ст. 171 УК РФ, является причинение таковым крупного ущерба гражданину, организации или государству, а также, если предпринимательство сопряжено с извлечением дохода в крупном размере. При отсутствии этих признаков незаконное предпринимательство расценивается в качестве административного правонарушения (ст. 14.1. КоАП).

Не имея лицензии, изготовители диссертаций, а также контрольных работ и проектов, выпускных квалификационных (дипломных) работ используют весьма продуманные приемы конспирации при общении с потребителями своих услуг, что свидетельствует о сознательном нарушении ими законодательства.

В целях противодействия незаконному предпринимательству в указанной сфере, хотелось бы, чтобы Пленум Верховного Суда РФ свое постановление от 18 ноября 2004 г. «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» дополнил специальным пунктом, в котором додержалось бы соответствующие разъяснения по поводу правовой оценки написания контрольных, курсовых работ и других работ по заказу как незаконной предпринимательской деятельности.

3) осуществление предпринимательской деятельности с нарушением условий лицензирования будет иметь место, если это лицо (организация), имея лицензию на определенный вид деятельности, начинает заниматься другой деятельностью. Так, кредитная организация, получившая лицензию на осуществление банковских операций со средствами в рублях, не вправе проводить такие операции со средствами в иностранной валюте.

Нарушение условий лицензирования может состоять и в осуществлении деятельности за пределами территории, указанной в разрешении; в осуществлении с нарушением условий действия лицензии, например, при отсутствии необходимой техники, с нарушением технологий и санитарных правил и т.д.

Невским судом г. Санкт-Петербурга осужден гр. К. за совершение преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, выразившееся в нарушении условий, лицензирования, а именно, гр. К. осуществлял закупку, хранение и оптовую реализацию алкогольной продукции, имея лицензию на осуществление указанных действий с алкогольной продукцией, выданной республикой Дагестан, и не зарегистрировал ее в лицензионной палате г. Санкт-Петербурга.

Другим примером осуществления предпринимательской деятельности с нарушением условий действия лицензирования является уголовное дело, находившееся в производстве следователя СО при УВД города Санкт-Петербурга в отношении директора типографии «Клондайк» гр. Б., которая, изменив местонахождение своего предприятия, не сообщила об этом в соответствующие лицензирующие органы, чем нарушила условия лицензирования.

Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171 УК РФ, является причинение крупного ущерба гражданам, организациям или государству.

Ущерб может заключаться в причинении вреда потребителю, другим предпринимателям, государству (в частности, вред, причиненный неуплатой пошлины, сбора, налога при незаконном предпринимательстве).

Крупный ущерб представляет собой оценочное последствие деяния, которое делает состав преступления материальным. Это означает, что каких-либо более или менее четких критериев для его определения законодатель не установил, и потому следователь, а вслед за ним прокурор и суд должны решать, является ли ущерб крупным, применительно к каждому конкретному случаю.

Качественно крупный ущерб может выразиться как в ущербе, главным образом имущественном, так и в упущенной выгоде, то есть в различного рода убытках.

В случае причинения имущественного ущерба гражданам, критерием определения размера ущерба может быть месячный бюджет потерпевшего либо, семьи, которую он содержит, либо членом которой он является. В отношении организации определение крупного размера ущерба должна соизмеряться с размером оборотных средств предприятия или организации.

Изученная судебная практика не подтверждает позицию авторов, настаивающих на том, что крупный ущерб следует отожествлять с неуплаченными налогами.

«Ущерб» как термин в словаре русского языка определяется как потеря, убыток. Помимо уголовного права термин «ущерб» применяется в гражданском и трудовом праве. Этот ущерб может возникнуть в результате ненадлежащего исполнения договорных обязательств, либо вследствие причинения вреда имуществу граждан или юридических лиц. Кроме того, диспозиция статьи 171 УК РФ содержит признак «доход в крупном размере», который не может быть меньше, чем от непоступления налогов в бюджет государства и его субъектов, в силу этого квалификация по признаку «крупный ущерб» объективно просто невозможна.

Понятие крупного дохода, извлечение которого является одним из последствий, характеризующих объективную сторону состава преступления незаконного предпринимательства, определяет его размер. Указанное понятие раскрывается в примечании к ст. 171 УК РФ.

Пленум Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» дает разъяснение, что под доходом в ст. 171 УК РФ следует понимать выручку от реализации товаров (работ, услуг) за период осуществления незаконной предпринимательской деятельности без вычета произведенных лицом расходов, связанных с осуществлением этой деятельности (п. 12). Это разъяснение Пленума следует, конечно, признать победой здравого смысла и учения о квалификации.

Между тем практика применения в части указанного закона только начинает формироваться и пока еще совсем незначительна.

Ранее практика, основанная, к сожалению, на решениях высшего судебного органа, создала такую странную ситуацию, когда с возрастанием затрат на преступную деятельность уменьшалась возможность привлечения к уголовной ответственности. Так, адвокаты во многих случаях заявляли об исключении затрат из полученного дохода, т.к. по их мнению подзащитный не только не получил доход, но сработал себе в убыток. В обоснование своих доводов предъявляли документы, черновые записи, якобы случайно найденные у себя подозреваемыми и подтверждающие понесенные ими затраты при осуществлении незаконной деятельности. Проверить подлинность данных документов в ходе следствия достаточно сложно, поскольку зачастую фирм или частных лиц, от имени которых они выданы, установить не представлялось возможным. В результате создавалась такая ситуация, когда следователь вынужден был, принимая во внимание ч. 3 ст. 49 Конституции РФ, признавать данные документы как доказательства, оправдывающие виновного, и прекращать уголовные дела по реабилитирующим основаниям. Таким образом, создавалась реальная угроза того, что ст. 171 УК РФ фактически работать не будет.

Достаточно спорным вопросом является вопрос как единичная «левая» сделка. Вопрос о возможности привлечения к ответственности по ст. 171 УК РФ за однократное совершение лицом, не зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя и не действующим от лица коммерческой организации, сделки купли и перепродажи товаров с получением дохода в крупном и особо крупном размере решается не всегда правильно.

Не удалось полностью раскрыть понятие «систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг» и Пленуму Верховного Суда.

Вместе с тем судебная практика здесь довольно устойчива: однократные торговые и иные операции признаются непреступными.

Так, следственным отделом при УВД г. Санкт-Петербурга было прекращено уголовное дело в отношении гр. Ш., который по просьбе знакомых привез из г. Москвы 20 ящиков водки и реализовал ее. В данном случае позиция следователя была основана на определении предпринимательской деятельности, под которой понимается систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, а при доказанности всего одной незаконной торговой операции, как в данном уголовном деле, выходит, что получение прибыли систематическим не было, поэтому отнести единичную куплю-перепродажу к предпринимательской деятельности нельзя.

Рассматривая преступления в сфере незаконной предпринимательской деятельности, следует учесть, что норма данной статьи бланкетная, т.е. такая, диспозиция которой непосредственно не определяет признаки преступного деяния, а отсылает к нормативным актам другой отрасли права. В связи с бланкетностью описания признаков объективной стороны, на практике возникают много вопросов о наличии состава незаконного предпринимательства.

Например, имеется ли при наличии, конечно, всех признаков преступления - состав незаконного предпринимательства в случаях, когда:

- юридическое лицо занимается деятельностью, хотя, быть может, и не требующей лицензирования, но который ему запрещено заниматься ввиду наличия у него специальной правоспособности дел осуществления лишь определенных видов деятельности (допустим, аудиторная фирма систематически осуществляет торговые операции, прикрывая их притворными сделками);

- федеральным законом разрешено заниматься предпринимательской деятельностью только при наличии лицензии, однако порядок и условия лицензирования установлены не были, а лицо стало осуществлять такую деятельность в отсутствие специального разрешения;

- лицо, не имея соответствующей лицензии, занималось, тем не менее, определенным видом предпринимательской деятельности, а затем этот вид деятельности был исключен из перечня видов деятельности, осуществление которых разрешено только на основании специального разрешения.

В результате долгой дискуссии, Пленум (постановление Пленума Верховного Суда от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»), обсудив эти варианты, на первые два вопроса ответил положительно, а на третий - отрицательно (п. 6, 9 и 17 постановления). Особенно важно обратить внимание на позицию по последнему вопросу: здесь Пленум, по сути, потребовал применять положения ст. 10 УК РФ об обратной силе уголовного закона в случае, когда без формального изменения уголовного закона этот закон - в силу бланкетности конкретной статьи - изменяется содержательно одновременно с соответствующими изменениями законодательства позитивного регулирования.

Хотелось бы также обратить внимание на то, что научно-практические комментарии к Уголовному кодексу РФ обычно игнорируют проблему анализа непосредственного объекта незаконного предпринимательства, несмотря на то, что помимо теоретического она представляет и значительный практический интерес. Вместе с тем от ее разрешения зависит эффективность применения ст. 171 УК РФ и, в частности, безошибочность квалификации соответствующих деяний, а также их правильное отграничение от смежных преступлений.

В отечественной научной и научно-практической литературе по уголовному праву до настоящего времени не сложилось однозначного представления о содержании непосредственного объекта рассматриваемого преступления.

Существуют следующие определения понятия непосредственного объекта незаконного предпринимательства: «общественные отношения, регулирующие занятия предпринимательской деятельностью»[36] ; «общественные отношения по поводу осуществления нормальной предпринимательской деятельности»[37] ; «общественные отношения, обеспечивающие интересы экономической деятельности в сфере предпринимательства»[38] ; «порядок осуществления предпринимательской деятельности, обеспечивающий нормальное развитие экономики и финансовые интересы государства, не получающего государственную пошлину, положенную к уплате при регистрации, плату за рассмотрение заявления и за выдачу лицензии и налоги, подлежащие взысканию с индивидуальных предпринимателей и юридических лиц»; «интересы законного предпринимательства, нормальное состояние экономики, интересы потребителей, партнеров и других лиц, организаций, а также финансовые интересы государства, поскольку в результате незаконного предпринимательства создается возможность получения неконтролируемой государством, его налоговыми органами прибыли».

Два первых понятия непосредственного объекта незаконного предпринимательства являются слишком общими, не раскрывают содержания соответствующих общественных отношений и не отвечают пониманию сущности объекта преступного посягательства.

В определении непосредственного объекта, данном Л.Д. Гаухманом, несколько нарушена соотносительность объемов понятий «предпринимательство» и «экономическая деятельность». Первое всегда есть часть второго, а не наоборот.

В двух последних определениях содержание непосредственного объекта изложено так, что из них однозначно не вытекает вывод о том, какой именно из перечисленных элементов сложного объекта является основным, а какие - обязательными дополнительными. Кроме того, в определении непосредственного объекта рассматриваемого преступления, предложенном Б.В. Волженкиным, не содержится указания на такой альтернативный дополнительный непосредственный объект, как общественное отношение, обеспечивающее интересы потребителей, а в определении того же объекта, предложенном П.Н. Панченко, в качестве непосредственного объекта излишне указывается нормальное состояние экономики в целом.

Устранение этих неточностей и восполнение соответствующих пробелов позволяет сформулировать следующее определение понятия непосредственного объекта незаконного предпринимательства.

Непосредственный объект незаконного предпринимательства - сложное сочетание отношений, обеспечивающих установленный законом порядок занятия предпринимательством (основной непосредственный объект), и иные законные интересы предпринимательства, экономические интересы потребителей, деловых партнеров, финансовые интересы государства и иных субъектов, связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, за исключением банковской и иной деятельности, общественное отношение к которым составляет содержание основных непосредственных объектов отдельных видов незаконной предпринимательской деятельности (альтернативный дополнительный непосредственный объект), иначе говоря, основной непосредственный объект - общественные отношения в сфере предпринимательской деятельности, а дополнительным объектом выступают охраняемые интересы граждан, общества и государства.

Отсутствие любого из альтернативных дополнительных объектов в отдельности не влечет за собой отсутствия состава преступления, например, в случае, когда с момента начала осуществления незаконного предпринимательства правильно ведется бухгалтерский учет и осуществляются все налоговые платежи, но при этом причиняется крупный ущерб интересам потребителей либо партнеров. Отсутствие всех дополнительных непосредственных объектов одновременно указывает на отсутствие состава преступления.

Отсутствие основного непосредственного объекта при наличии хотя бы одного дополнительного непосредственного объекта указывает на наличие признаков состава иного преступления.

По структуре, то есть по способу описания, состав незаконного предпринимательства относится к альтернативному, то есть любое из перечисленных действий (осуществление предпринимательской деятельности без регистрации либо без специального разрешения (лицензии) в случаях, когда такое разрешение необходимо или с нарушением условий лицензирования) характеризует объективную сторону данного преступления.

По конструкции объективной стороны преступления, т.е. по приему описания признаков, состав незаконного предпринимательства - материально формальный. Незаконное предпринимательство, выразившееся в причинении крупного ущерба гражданину, организации или государству (материальный состав), признается оконченным с момента наступления вредных последствий, а незаконное предпринимательство, сопряженное с извлечением дохода в крупном размере (формальный состав), - с момента совершения любого из перечисленных в диспозиции ч. 1 ст. 171 УК РФ деяний, совершенных с извлечением доходов в крупном размере.

Таким образом, можно сделать следующий вывод.

Объективная сторона преступления - важная предпосылка уголовной ответственности. Она является своеобразным фундаментом уголовной ответственности, выступая критерием в оценке целей и намерений преступника. Точное установление объективной стороны является залогом правильной квалификации общественно опасного деяния и способствует достижению справедливости при привлечении виновного к ответственности.

2.2 Субъект и субъективная сторона как основной принцип наступления уголовной ответственности за незаконное предпринимательство

В практике квалификации незаконного предпринимательства значительные проблемы связаны с характеристикой субъективной стороны данного преступления. Одна группа авторов полагает, что незаконное предпринимательство может быть совершено лишь умышленно, другая - допускает возможность совершения отдельных форм незаконного предпринимательства с неосторожной формой вины.

В Конституции РФ получил закрепление принцип, в соответствии с которым, уголовная ответственность наступает лишь при наличии вины лица, совершившего преступление. Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в установленном законом порядке.

Еще в прошлом веке Г.С. Фельдштейн отмечал, что «учение виновности и его большая или меньшая глубина есть как бы барометр уголовного права».

Вина, по общему признанию, относится к субъективной стороне преступления.

Субъективная сторона незаконного предпринимательства определяется виной в виде умысла. Виновный осознает, что занимается незаконной деятельностью, т.е. осуществляет предпринимательскую деятельность, для занятия которой требуется специальное разрешение (лицензия), либо занимается предпринимательской деятельностью с нарушением условий лицензирования, предвидит возможность или неизбежность причинения крупного ущерба гражданам, организациям или государству и желает либо сознательно допускает причинение такого ущерба или безразлично к нему относится. Так, если это незаконное предпринимательство, причинившее крупный ущерб гражданам, организациям или государству, то отношение лица к содеянному может выражаться в любой форме умысла - прямого или косвенного. Если же речь идет о незаконном предпринимательстве, сопряженном с извлечением доходов в крупном или особо крупном размере, только в форме прямого умысла.

Так, следственным отделом при УВД г. Курска было предъявлено обвинение частному предпринимателю гр. М., который занимался оптовой реализацией алкогольной продукции - водки без специального разрешения (лицензии). Субъективная сторона данного преступления характеризуется умышленной виной, т.к. гр. М. осознавал, что занимался предпринимательской деятельностью без соответствующего разрешения (лицензии), хотя в данном случае оно обязательно, извлекая из этого доход в крупном размере, и желал извлекать его таким образом.

Вместе с тем при умышленном занятии незаконной предпринимательской деятельностью возможно причинение последствий по неосторожности. Например, возможно причинение вреда здоровью или смерти человека по неосторожности в результате занятия медицинской практикой или частной фармацевтической без соответствующего специального разрешения (лицензии). В данном случае действия лица надлежит квалифицировать по соответствующей части ст. 235 УК РФ.

В том случае, когда осуществление частной медицинской практики или частной фармацевтической деятельности без соответствующего специального разрешения (лицензии) не повлекло последствий, указанных в ст. 235 УК РФ, но при этом был причинен крупный ущерб гражданам, организациям или государству либо извлечен доход в крупном размере или в особо крупном размере, действия лица следует квалифицировать по соответствующей части статьи 171 УК РФ.

Проблема причинно-следственной связи между деяниями и их последствиями не являются сегодня предметом внимания теории уголовного права. Вместе с тем на практике она уже обозначилась в связи с вопросами: а) сопричинения крупного ущерба гражданам, организациям или государству деяниями нескольких лиц, независимо (вне сговора) осуществляющих предпринимательскую деятельность, когда каждое из этих деяний не является достаточным условием наступления такого вреда; б) привлечения к уголовной ответственности за покушение на незаконное предпринимательство, когда доход от него не был получен по причинам, не зависящим от виновного, и не мог быть точно исчислен.

Думается, в первом случае имеет место так называемое неосторожное сопричинение вреда, которое не имеет уголовно-правового значения в целом. Виновный может быть привлечен к уголовной ответственности лишь в том случае, если будет доказано, что его действия являлись закономерным, необходимым и достаточным условием наступления соответствующего последствия.

Во втором случае надо исходить не только из умысла виновного (как показывают результаты анализа изученных уголовных дел, умысел может носить непосредственный характер), но также из минимального размера того ущерба, который мог бы закономерно наступить в результате незаконной предпринимательской деятельности виновного.

Мотив преступления, как правило, корыстный. И хотя законодатель не требует установления мотива совершения данного вида преступления, речь идет практически всегда именно о корыстном мотиве, поскольку стремление незаконно получить прибыль есть всего лишь одна из типичных форм стремления к незаконному обогащению, т.е. корысти. Сущность корыстного мотива состоит в стремлении виновного удовлетворить свои материальные потребности за чужой счет, путем изъятия имущества, на которое у него нет никакого права.

Цели данного преступления могут быть самыми разнообразными: цели наживы, причинения ущерба личности или обществу и т.д. Цель - это представление о результатах, к достижению которого лицо стремится.

Субъектом незаконного предпринимательства является физическое, вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 года № 23 указывается, что по смыслу закона субъектом преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, может быть как лицо, имеющее статус индивидуального предпринимателя, так и лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность без государственной регистрации в качестве индивидуального предпринимателя.

При осуществлении организацией (независимо от формы собственности) незаконной предпринимательской деятельности уголовной ответственности по ст.171 УК РФ подлежит лицо, на которое в силу его служебного положения постоянно, временно или по специальному полномочию были непосредственно возложены обязанности по руководству организацией (например, руководитель исполнительного органа юридического лица либо иное лицо, имеющее право без доверенности действовать от имени этого юридического лица), а также лицо, фактически выполняющее обязанности или функции руководителя организации.

Далее, в п. 11 того же постановления подчеркивается, что если лицо (за исключением руководителя организации или лица, на которое постоянно, временно или по специальному полномочию непосредственно возложены обязанности по руководству организацией) находится в трудовых отношениях с организацией или индивидуальным предпринимателем, которые осуществляют свою деятельность без регистрации, с нарушением правил регистрации, без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением лицензионных требований и условий или с предоставлением заведомо подложных документов, то выполнение этим лицом обязанностей, вытекающих из трудового договора, не содержат состава преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ.

Следствием были привлечены к уголовной ответственности гр. Батаров и Натаров, которые с нарушением условий лицензирования реализовали винно - водочные изделия на территории г. Санкт-Петербурга. В ходе следствия было установлено, что обвиняемые занимались предпринимательской деятельностью по договору с гр. Фадзаевым - директором ЗАО «Янтарь», расположенного в РСО - Алания. В связи с этим суд возвратил уголовное дело на дополнительное расследование, указав, что необходимо разграничить роль каждого в совершении преступного деяния и привлечь к уголовной ответственности директора гр. Фадзаева, а в отношении гр. Батарова и Натарова дело в части прекратить, либо, доказав преступный сговор, предъявить им новое обвинение.

Весьма спорным является привлечение к ответственности по ст. 171 УК РФ лиц, которые фактически выполняют функции руководителя организации, созданной для совершения обманных действий в целях завладения чужим имуществом. Так, в мае 1998 г. Перовским районным судом Восточного административного округа г. Москвы по п. «б» ч.2 ст. 171 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы был осужден Гасанов, который, не являясь учредителем или руководителем предприятия, а также индивидуальным предпринимателем, организовал производство фальсифицированной водки. Казалось бы, в действиях Гасанова усматриваются признаки лжепредпринимательства (ст. 173 УК РФ), поскольку фактически им была создана организация для осуществления обмана потребителей в целях извлечения незаконной имущественной выгоды, в результате чего был причинен крупный ущерб гражданам. Такая деятельность не обладает фактическими признаками предпринимательства.

Данная позиция нашла отражение в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23, в соответствии с которым в тех случаях, когда лицо, имея целью извлечения дохода, занимается незаконной деятельностью, ответственность за которую предусмотрена иными статьями УК РФ (например, незаконным изготовлением огнестрельного оружия, боеприпасов), содеянное им дополнительной квалификации по ст. 171 УК РФ не требует. В то же время в соответствии с п. 15 этого же постановления в случаях, когда незаконная предпринимательская деятельность была связана с производством, хранением или перевозкой в целях сбыта либо сбытом товаров и продукции, выполнением работ или оказанием услуг, не отвечающими требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, содеянное образует совокупность преступлений, предусмотренных соответствующими частями ст. 171 и 238 УК РФ.

Работники организации, осуществляющей незаконное предпринимательство, на которых возложены обязанности по регистрации и лицензированию соответствующей деятельности, осведомленные об отсутствии регистрации, наличии лицензии или о несоблюдении условий лицензирования, с нашей точки зрения, могут привлекаться к уголовной ответственности по ст. 171 УК РФ лишь как соисполнители и пособники при условии совершения ими любого из действий (бездействия), предусмотренных в ч. 5 ст. 33 УК РФ.

Таким образом, можно сделать следующий вывод. В уголовном праве уделяется особое внимание проблеме субъективной стороны, поскольку малейшее отступление от принципа виновной ответственности может повлечь нарушение законности, обусловить несправедливое решение вопроса о виде ответственности и ее объеме.

2.3 Характеристика квалификационных составов незаконного предпринимательства

Квалифицированный состав преступления (ч. 2 ст. 171 УК РФ) предусматривает ответственность за незаконное предпринимательство, если оно совершено организованной группой (ОГ) или сопряжено с извлечением доходов в особо крупном размере. Последний признак не вызывает проблем в правоприменении. Наиболее сложным вопросом представляется совершение незаконного предпринимательства организованной группой.

Несмотря на то, что ч. 3 ст. 35 УК РФ дает нормативное определение понятия организованной группы как устойчивой группы лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, правоприменительная практика не выработала однозначно воспринимаемых критериев, позволяющих отграничивать организованную группу от предварительно сговорившейся (ч. 2 ст. 35 УК РФ). Единственный нормативно закрепленный признак, по которому различаются эти формы соучастия, - «устойчивость», - является оценочным, т.е. допускающим значительную свободу правоприменителя. Несмотря на разъяснения Пленума Верховного Суда РФ относительно данного признака, содержащиеся в п. 4 постановления от 25 апреля 1995 г. № 5 (в ред. от 27.12.2002) «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» о том, что «такая группа характеризуется, как правило, высоким уровнем организованности, планированием и тщательной подготовкой преступления, распределением ролей между соучастниками и т.п. правоприменительная практика нередко


использует перечисленные в разъяснении отличительные особенности организованной группы для характеристики предварительно сговорившихся групп.

Следует согласиться с мнением правоведов о том, что дать конкретное описание деятельности какой-либо организованной группе, занимающейся незаконным предпринимательством, - дело сложное и вряд ли возможное, ибо каждое уголовное дело сугубо индивидуальное и специфическое. Главное, видимо, в другом - доказать общий умысел виновных и (или) каждого в отдельности к стремлению получить доход от незаконного предпринимательства, и при этом каждый участник ОГ должен осознавать противоправность деяния, свою роль и место в разветвленной системе такой группы.

Согласно п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 при исчислении размера дохода, полученного организованной группой лиц, следует исходить из общей суммы дохода, извлеченного всеми ее участниками.

В том случае, когда незаконная предпринимательская деятельность, осуществленная организованной группой лиц, была сопряжена с извлечением дохода в особо крупном размере, действия этих лиц подлежат квалификации по пунктам «а» и «б» части 2 ст. 171 УК РФ.

Чаще всего организованной группой в сфере незаконного предпринимательства совершаются преступления, связанные с кустарным изготовлением алкогольной продукции и ее реализацией. Организатору подпольного бизнеса необходимо подготовить не только оборудование и место производства, но и подобрать непосредственных исполнителей, которые будут осуществлять изготовление, хранение, транспортировку и, возможно, реализацию фальсифицированной продукции.

Для работ по непосредственному изготовлению алкогольной продукции, в подавляющем большинстве, нанимаются лица без определенного места жительства, беженцы или приезжие из азиатских республик, лица, нигде не работающие, часто используется труд знакомых и родственников.

От уровня организации производства зависят не только производительность, но и способы реализации. Для многочисленных преступных групп, осуществляющих свою деятельность с помощью простого технического оборудования и располагающихся в частном секторе на окраинах города, либо в сельской местности, характерна продажа мелкими партиями или поштучно в самом месте производства.

Там, где производственные обороты значительны, существует более серьезная схема реализации. Организатором заранее готовятся соответствующие каналы сбыта.

Во всех перечисленных способах реализации необходимо наличие соответствующих документов на реализуемую алкогольную продукцию для сокрытия незаконного предпринимательства. Так, для транспортировки товара преступники изготавливают накладные или счета-фактуры, где указывают отправителя, получателя, наименование, количество и на какую сумму отпущена алкогольная продукция. При продаже покупателю предоставляется поддельный сертификат качества. Однако не обязательно он может быть поддельным. Достаточно купить один ящик качественной алкогольной продукции в магазине и попросить копию сертификата, заверенную печатью продавца, чтобы затем использовать полученный документ на всю партию спиртного, изготовленного кустарным способом. На случай проверки правоохранительными органами незаконным способом изготавливаются также договоры купли-продажи данной партии фальсифицированной винно-водочной продукции у какой-нибудь вымышленной фирмы, выписываются доверенности на несуществующих лиц. Хорошо организованные преступные группы имеют устойчивые связи в сфере торговли, общественного питания, центрах стандартизации, где участвующие в преступной деятельности работники указанных предприятий и организаций сами подбирают необходимые для реализации документы.

2.4 Назначение наказания за незаконное предпринимательство

Наказание, назначаемое лицам, виновным в совершении преступления, предусмотрено ст. 171 УК РФ, равно как и любое другое общественно-опасное и противоправное деяние, должно назначаться с учетом общих начал назначения наказания, закрепленных в ст. 60 УК РФ.

Стоящая перед судом задача назначения наказания с учетом личности виновного (ст. 60 УК РФ) предопределяет достаточно детальное ее изучение. К этому обязывает суд не только включение данного обстоятельства в перечень подлежащих учету при назначении наказания. Необходимость установления влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи придает особую значимость установлению всех свойств личности.

В структуре личности человека, совершившего преступление, обычно выделяют социально-демографические и уголовно-правовые признаки, социальные роли и нравственно-психологические качества.

Данные о личности подсудимого суд получает из характеристик, представленных с места работы и жительства.

Однако следует отметить, что в следственные органы и суды очень часто, несмотря на требования закона, направляются "формальные" характеристики, в которых не содержится данных об отрицательном поведении виновного, но отсутствуют и выраженные положительные признаки. Такие характеристики не могут оказать помощи в изучении личности виновного. Как показывает изучение судебной практики, более строгое наказание назначается лицам, отрицательно характеризующимся, при наличии иных схожих характеристик (возраст, уровень образования, полученный доход и т.п.).

Существенным образом дополняет характеристику личности наличие прежних судимостей, непогашенных и не снятых в установленном законом порядке.

Избирая наказание за конкретное преступление, суд должен оценить все установленные по делу смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства. Перечень смягчающих обстоятельств, данный в ст. 61 УК РФ, является открытым, и суд по своему усмотрению может признать за тем или иным обстоятельством характер смягчающего. Всего в ст. 61 УКРФ указано десять пунктов, в которых перечислена совокупность смягчающих обстоятельств. Однако при совершении незаконного предпринимательства, как показывает анализ смягчающих обстоятельств, могут быть учтены далеко не все. К ним относятся следующие обстоятельства, характеризующие личность виновного: несовершеннолетие виновного; беременность; наличие малолетних детей у виновного; явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления; добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему. Последние два обстоятельства имеют очень большое значение для виновного в плане их влияния на избрание вида и меры назначаемого наказания.

Наличие перечисленных смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих обязывает суд не назначать наказание, превышающее три четверти от максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания (ст. 62 УК РФ). Наличие малолетних детей должно обязательно устанавливаться судом, поскольку это обстоятельство не только характеризует личность виновного, но и существенным образом влияет на установление судом меры наказания с учетом ее влияния на условия жизни семьи (ч. 3 ст. 60 УК РФ).

Из числа смягчающих обстоятельств, характеризующих совершенное общественно опасное деяние, отношение к анализируемому преступлению может иметь лишь совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств. Таким образом, из десяти пунктов, в которых перечислены смягчающие обстоятельства, при рассмотрении уголовных дел о незаконном предпринимательстве реально могут быть применены только шесть (п.п. "б" - "д", "и" - "к" ст. 61 УК РФ).

Уголовный закон обязывает суд при назначении наказания установить также и отягчающие обстоятельства, перечисленные в ст. 63 УК РФ. Перечень отягчающих обстоятельств состоит из тринадцати пунктов, в которых дается не одно обстоятельство, а их совокупность, поэтому общее число отягчающих обстоятельств, которые могут оказать влияние на назначаемое наказание, значительно превышает эту цифру.

При исследовании отягчающих обстоятельств необходимо помнить, что отягчающее обстоятельство только тогда учитывается судом, когда оно не включено в диспозицию уголовно-правовой нормы. Поэтому неоднократное совершение незаконного предпринимательства, рецидив, если ранее лицо было осуждено за незаконное предпринимательство или незаконную банковскую деятельность, совершение преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ организованной группой, не могут учитываться в качестве отягчающих обстоятельств (п.п. "а", "в" ст. 63 УК РФ.) Наступление тяжких последствий (п." б" ст. 63 УК РФ) также не может рассматриваться как отягчающее обстоятельство, поскольку оно охватывается понятием " причинение крупного ущерба". Реально в качестве отягчающих при рассмотрении изученной категории уголовных дел могут учитываться следующие обстоятельства: совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору (п. "в"), особо активная роль в совершении преступления (п." г"). Все остальные обстоятельства, перечисленные в ст. 63 УК РФ, не относятся к характеристике данного преступления.

Незаконное предпринимательство - умышленное преступление, совершаемое с прямым, заранее обдуманным и конкретизированным умыслом, либо косвенным, который направляется и корректируется целью получения определенной выгоды от деятельности, осуществляемой без соблюдения необходимых требований. Данные характеристики субъективной стороны преступления определенным образом характеризуют и степень его общественной опасности. Определенное влияние на степень общественной опасности оказывает и мотив.

Учет характера общественной опасности незаконного предпринимательства предопределяется прежде всего правильной его квалификацией по соответствующей части ст. 171 УК РФ. Одинаковые по непосредственному объекту посягательства, деяния, квалифицируемые по разным частям ст. 171 УК РФ отличаются между собой по характеристике объективной стороны (организованная группа, получение дохода в особо крупном размере). Характер общественной опасности деяния выражается соответствующей санкцией. Правильная квалификация определяет предполагаемый диапазон наказаний в пределах санкций, который корректируется установлением степени общественной опасности совершенных деяний.

Назначение наказания:

● штраф в размере до 300 000 рублей;

● штраф в размере заработной платы или другого дохода осужденного за период до двух лет;

● обязательные работы на срок от 180 до 240 часов;

● арест на срок от четырех до шести месяцев.

Если есть отягчающие обстоятельства, то наказание строже:

● штраф в размере от 100 000 до 500 000 рублей;

● штраф в размере заработной платы или другого дохода осужденного за период от одного года до трех лет;

● лишение свободы на срок до пяти лет со штрафом в размере до 80 000 рублей или в размере заработной платы или другого дохода осужденного за период до шести месяцев либо без штрафа.

Такое наказание применяется в двух случаях:

- если преступление совершено так называемой организованной группой, то есть группой, которая создавалась на длительное время, чтобы совершать преступления;

- если преступники получили доход в особо крупном размере, то есть не менее 300 000 рублей.

Существенное влияние на степень общественной опасности незаконного предпринимательства будет оказывать продолжительность осуществления незаконной предпринимательской деятельности, сумма полученного дохода или причиненного ущерба.

Следует придти к выводу, что санкция ч.2 ст. 171 УК РФ в виде штрафа не соответствует тяжести совершенного деяния. Суды, применяя такую санкцию, выносят слишком мягкое наказание, не соответствующее тяжести совершенного преступления: лицо, получившее доход в особо крупном размере выплачивает за него штраф меньший, чем извлекаемая прибыль.


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В представленной дипломной работе была исследована тема – «Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство», в процессе работы были решены следующие задачи:

- дано понятие незаконного предпринимательства, рассмотрены его признаки;

- проведен юридический анализ состава незаконного предпринимательства, рассмотреть субъективные и объективные признаки незаконного предпринимательства;

- рассмотрены проблемы квалификации и наказуемости незаконного предпринимательства.

Анализ состава преступления, предусмотренного ст. 171 УК РФ, проведен в полном объеме с подробной характеристикой его элементов и признаков на основе изучения не только уголовно-правовых норм, но и соответствующих положений конституционного, гражданского, административного и налогового законодательств. Затронуты исторические аспекты развития законодательства по рассматриваемым проблемам.

Анализ состава незаконного предпринимательства сопровождался исследованием соответствующих положений экономической теории, особенно относящихся к характеристике экономической деятельности в целом и предпринимательской в частности. Это позволило дать характеристику предпринимательской деятельности, ее экономических и юридических признаков, углубить представление об объекте преступления как о порядке осуществления предпринимательской деятельности.

Основной целью явилось исследование проблемных вопросов, не решенных уголовно-правовой наукой и не нашедших единого понимания в следственной и судебной практике; установление причин и сущности недостатков, имеющихся в действующем уголовном законодательстве и внесение конкретных предложений по его совершенствованию в целях способствования наиболее успешной борьбы с общественно опасными деяниями в сфере незаконного предпринимательства

1. Незаконное предпринимательство признается правонарушением. В зависимости от степени общественной опасности и размера причиненного ущерба данное правонарушение влечет административную (ст.14.1 КоАП РФ) или уголовную ответственность.

2. Необходимо разграничивать такие понятия как предпринимательская деятельность; законная предпринимательская деятельность; незаконная предпринимательская деятельность. Для указанных категорий признак «государственной регистрации» свойственен лишь для законной предпринимательской деятельности. Незаконной же предпринимательскую деятельность делает отсутствие формальных признаков - надлежащей регистрации и соблюдения порядка лицензирования

3. Для незаконной предпринимательской деятельности характерны следующие признаки:

1) самостоятельность экономической деятельности и осуществление ее на свой риск;

2) систематическое получение прибыли как цель деятельности;

3) пользование имуществом, продажа товаров, выполнение работ или оказание услуг как источники прибыли.

4. По действующему уголовному закону субъект преступления ст.171 УК РФ - вменяемое физическое лицо, достигшее возраста 16 лет. В работе обосновывается целесообразность закрепления сложившегося в практике положения об установлении уголовной ответственности за незаконное предпринимательство не с 16, а с 18 лет в силу того, что до 18 лет лица не могут полностью осознавать общественной опасности незаконного предпринимательства из-за недостаточности знаний и жизненного опыта.

5. В работе подчеркивается, что субъективная сторона преступления ст.171 УК РФ характеризуется не только прямым умыслом, но и неосторожностью.

6. Объектом рассматриваемого преступления следует понимать установленный законом порядок, обеспечивающий нормальное осуществление предпринимательской деятельности. Непосредственным объектом незаконного предпринимательства следует понимать порядок легитимации предпринимательской деятельности.

7. Объективная сторона составов преступления заключается в незаконном предпринимательстве, т.е. в занятии инициативной самостоятельной деятельностью, осуществляемой на свой риск и направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг, самовольно, не на законных основания

Извлечение дохода в крупном размере указывает на масштаб незаконной деятельности, однако не является общественно опасным последствием (формальный состав).

8. Преступление считается оконченным в момент причинения крупного ущерба гражданам, организациям или государству или с момента извлечения виновным дохода в крупном размере.

9. Автор обосновывает позицию того, что в качестве крупного ущерба нельзя рассматривать и иные виды вреда, например, вред здоровью, ущерб престижу государства и т.д.Под крупным ущербом в теории уголовного права и на практике понимается имущественное последствие преступления.

10. В целях избежания коллизий, с которыми сталкиваются правоохранительные органы, относительно извлечения дохода, представляется целесообразным законодательно уточнить понятие «доход» применительно к незаконному предпринимательству. Под доходом следует понимать получение виновным лицом той части прибыли, которую он мог бы получить при соблюдении всех норм, регулирующих предпринимательскую деятельность.

11. На практике необходимо отличать незаконное предпринимательство от иных правонарушений. Пленум ВС РФ в постановлении N 23 решил ряд важнейших проблем по квалификации незаконного предпринимательства по совокупности с некоторыми другими статьями УК РФ. При этом как отмечают эксперты, некоторые из разъяснений Пленума стали результатом компромисса, не во всех, быть может, случаях удачно отражающего позиции сторон, иные, не исключено, заслужат упрек в недочетах юридико-технического характера. Прежде всего, на наш взгляд, это связано с тем, что уголовное законодательство о незаконном предпринимательстве не в полной мере согласовано с гражданским.

Представляется, что по ряду дискуссионных вопросов рассмотренных в настоящей работе должна быть высказана позиция ВС РФ, тем самым, поставлена точка в дискуссиях и, что самое главное, в ошибках на практике.

Низкая эффективность уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за незаконное предпринимательство, дискуссионность предлагаемых вариантов ее толкования, противоречивый характер законодательства, регулирующего предпринимательскую деятельность, запоздалая реакция государства на выявленные случаи незаконного предпринимательства, иногда ведущая к безнаказанности лиц, занимающихся незаконной предпринимательской деятельностью, с неизбежностью ставят проблему совершенствования уголовного законодательства и принятия иных законодательных мер по борьбе с незаконным предпринимательством.

Название ст. 171 УК РФ изменить, исключив понятие незаконного предпринимательства с целью избежать его неправильного толкования. Название статьи определить как «Осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии) либо с нарушением условий лицензирования.

Предлагаемые изменения не повлекут за собой существенных изменений в системе Особенной части УК РФ.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Нормативные правовые акты

1. Конституция Российской Федерации //Российская газета.– 1993.– 25 декабря.

2. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//

Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - № 25. - ст. 2954 (с изм. от 4.02.2008).

3. Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (Часть 1) (Принят Государственной Думой 21 октября 1994 г)// Собрание законодательства Российской Федерации от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301 (с изм. от 6 декабря 2007).

4. Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 08.08.2001 №128-ФЗ (Принят Государственной Думой 13.07.2001)//Российская газета.- 2001.- 10 августа

5. Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 N 129-ФЗ ст. 23 (принят ГД ФС РФ 13.07.2001)// "Российская газета", N 153-154, 10.08.2001 (с изм. от 27.10.2008)

6. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23//Бюллетень Верховного суда РФ. – №1.-2005.

Научная и учебная литература

1. И.В. Яковцова. Незаконное предпринимательство: уголовно-правовой анализ и проблемы квалификации. - Домодедово: ВИПК МВД России, 2007.

2. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть / Под. общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. - М., 2006.

3. Коровинских С. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство // Российская юстиция. - 2001. - № 4.

4. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. 1 ч./ Отв. ред. С.П. Гришаева. - М.,2006.

5. Рогов В.А. История уголовного права, террора и репрессий в Русском государстве XV-XVII вв. – М.: Юрист, 2000.

6. Яни П.С. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство. – М.,2008

7. Устинова Т.Д. Уголовная ответственность за незаконное предпринимательство. – М,2007

8. А.И. Данилов Предпринимательство и бизнес. - М. 2002.

9. Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. – М.: учебно -консультационный центр «Юринфор», 2001

10. Бубон К.В. Уголовно-правовые аспекты борьбы с незаконным оборотом алкогольной продукции// Юридический мир.2003.№ 1.

11. Котин В. Ответственность за незаконное предпринимательство//Закон - ность.-2008.-№4.

12. Волженкин Б.В. Экономические преступления. - СПб,2007

13. Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности. Комментарий к главе 22 УК РФ. – Ростов на Дону, 2007.

14. Нафиков М. Квалификация незаконного предпринимательства//Российская юстиция.-2008.№3

15. Аистова Л.С. Незаконное предпринимательство. - М.: юридический центр Пресс,2008

16. Горелов А. Незаконное предпринимательство и мошенничество//Законность.-2006.-№1.

17. Уголовное право России. Часть Особенная.3-е изд.,перераб. и доп.-М.:Волтерс Клувер, 2008

18. Евсеев А.И. Проблемы уголовно-правовой квалификации незаконного предпринимательства//Информационный бюллетень.-2008.-№4


[1] Конституция Российской Федерации //Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

[2] Конституция Российской Федерации //Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

[3] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954 (с изм. от 14.02.2008).

[4] Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (Часть 1) (Принят Государственной Думой 21 октября 1994 г)// Собрание законодательства Российской Федерации от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301 (с изм. от 6 декабря 2007).

[5] Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 08.08.2001 №128- ФЗ (Принят Государственной Думой 13.07.2001)//Российская газета.-2001.-10 августа

[6] Конституция Российской Федерации //Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

[7] Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (Часть 1, п.1 ст.2) (Принят Государственной Думой 21 октября 1994 г)// Собрание законодательства Российской Федерации от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301 (с изм. от 6 декабря 2007).

[8] Панкратов Р.Г., Серегина Т.И. Коммерческая деятельность. М., 2001 г., с. 15

[9] Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. 1 ч./ Отв. ред. С.П. Гришаева. - М.,2006.- с. 18

[10] И.В. Яковцова. Незаконное предпринимательств: уголовно-правовой анализ и проблемы квалификации. - Домодедово: ВИПК МВД России, 2007. -50 с.

[11] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954 (с изм. от 14.02.2008),

[12] Рогов В.А. История уголовного права, террора и репрессий в Русском государстве XV-XVII вв. – М.: Юрист, 2000. - с. 71

[13] Уголовный кодекс РСФСР (утв. ВС РСФСР 27.10.1960)// Свод законов РСФСР, т. 8, с. 497,

[14] О предприятиях и предпринимательской деятельности: Закон РСФСР 1990 г. // Собрание законодательства РФ. – 1994. - №11. – ст. 1194

[15] Гаухман Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. – М.: учебно -консультационный центр «Юринфор», 2001. – с. 139

[16] Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 08.08.2001 №128- ФЗ (Принят Государственной Думой 13.07.2001)//Российская газета.-2001.-10 августа

[17] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954 (с изм. от 14.02.2008).

[18] Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23//Бюллетень Верховного суда РФ. – №1.-2005.

[19] А.И. Данилов Предпринимательство и бизнес. - М. 2002

[20] Бубон К.В. Уголовно-правовые аспекты борьбы с незаконным оборотом алкогольной продукции// Юридический мир.2003.№ 1. с.64

[21] Григорьева Л.В. Уголовная ответственность за мошенничество. Саратов, 2000. с. 37.

[22] Бубон К.В. Уголовно-правовые аспекты борьбы с незаконным оборотом алкогольной продукции// Юридический мир.2003.№ 1. с.64

[23] Котин В. Фиктивные сделки в предпринимательской деятельности// Законность.2005.№ 10. с. 17

[24] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954 (с изм. от 14.02.2008).

[25] Уголовный кодекс РФ от 13 июня 1996 г. N 63-ФЗ//Собрание законодательства Российской Федерации от 17 июня 1996 г. N 25 ст. 2954 (с изм. от 14.02.2008).

[26] Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 N 129-ФЗ ст. 23 (принят ГД ФС РФ 13.07.2001)// "Российская газета", N 153-154, 10.08.2001 (с изм. от 27.10.2008)

[27] Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (Часть 1) (Принят Государственной Думой 21 октября 1994 г)// Собрание законодательства Российской Федерации от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301 (с изм. от 6 декабря 2007).

[28] Федеральный закон «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» от 08.08.2001 N 129-ФЗ ст. 23 (принят ГД ФС РФ 13.07.2001)// "Российская газета", N 153-154, 10.08.2001 (с изм. от 27.10.2008)

[29] Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23//Бюллетень Верховного суда РФ. – №1.-2005.

[30] Основы законодательства о нотариате от 11.02.1993//Российская газета. – 1993.-13 марта (с изм. 23.12.2003)

[31] Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 08.08.2001 №128- ФЗ (Принят Государственной Думой 13.07.2001)//Российская газета.-2001.-10 августа, (с изм. от 30.12.2008)

[32] Федеральный закон «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 08.08.2001 №128- ФЗ (Принят Государственной Думой 13.07.2001)//Российская газета.-2001.-10 августа, (с изм. от 30.12.2008)

[33] Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23//Бюллетень Верховного суда РФ. – №1.-2005.

[34] Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ (Часть 1, п.3 ст.49) (Принят Государственной Думой 21 октября 1994 г)// Собрание законодательства Российской Федерации от 5 декабря 1994 г. N 32 ст. 3301 (с изм. от 6 декабря 2007).

[35] Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» от 18 ноября 2004 года № 23//Бюллетень Верховного суда РФ. – №1.-2005.

[36] Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть / Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. – М., 2008. – с. 187

[37] Уголовное право России. особенная часть.-М., 2007 г.-с. 152

[38] Гаухман Л. Д., Максимов С.В. Указ. соч. – с. 139