Хулиганство

Понятие хулиганства. Объект и субъект хулиганства. Объективная и субъективная сторона. Ответственность за хулиганство. Проблемы квалификации хулиганства. Хулиганство относится к одному из распространенных преступлений против общественного порядка.

План.

1. Введение.

2. Глава 1. Хулиганство.

3. Понятие хулиганства. Объект и субъект хулиганства.

4. Объективная и субъективная сторона.

5. Ответственность за хулиганство.

6. Проблемы квалификации хулиганства.

7. Заключение.

8. Список литературы.


Введение.

Состав преступления, именуемого "хулиганство", в УК РФ претерпел воистину "революционные" изменения.

В диспозиции ч. 1 ст. 213 УК РФ дается определение понятия уголовно наказуемого хулиганства: "Грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества".

Это означает, что обязательными атрибутами хулиганства стали: насилие либо угроза насилия, либо уничтожение или повреждение чужого имущества, либо угроза уничтожения или повреждения чужого имущества.

Исключены слова, определяющие хулиганство как "умышленные действия".

В новой норме жестко ограничен объект уничтожаемого (повреждаемого) имущества; имеется в виду только чужое, тогда как для квалификации действий хулигана по признаку особой дерзости в прежней норме принадлежность уничтожаемого имущества на квалификацию никак не влияла.

Как и в прежней норме (ст. 213 УК РСФСР), не раскрыто содержание, вкладываемое в само понятие хулиганства. Между тем на практике именно это обстоятельство порождает множество вопросов, связанных с отсутствием четких критериев, определяющих сущность нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу. [1]

При подготовке нового УК высказывалось мнение о нецелесообразности включения в него специального состава преступления - "хулиганство". Главными аргументами сторонники этой позиции называли отсутствие надежного инструмента "распознания" мотивов и целей при совершении хулиганских действий, в связи с чем судебная практика допускает много ошибок. Кроме того, специалисты справедливо отмечают, что общественный порядок нарушается при совершении любых проступков и преступлений, равно как и любое правонарушение выражает явное неуважение к обществу.[2]

Но надо иметь в виду, что специальным и обязательным объектом хулиганских действий в первую очередь является общественный порядок и проявляются они в форме наглости, цинизма, бесстыдства и оскорбительности совершаемых деяний как в отношении конкретных граждан, так и в отношении моральных устоев и нравственных правил общества в целом.

В судебной практике нередко встречаются дела, когда суды отказываются признавать действия хулиганскими только на том основании, что они совершались не в общественном месте и (или) в отсутствие очевидцев. Природа этих ошибок в том, что факторы, характеризующие обстоятельства и место совершения хулиганских действий, оцениваются отдельно от побудительных мотивов их совершения. [3]


Глава 1. Хулиганство.

Понятие хулиганство. Объект и субъект хулиганства. Объективная и субъективная сторона.

Хулиганство относится к одному из наиболее распространенных преступлений против общественного порядка. В 1995 г. в Российской Федерации было зарегистрировано более 190 тыс. случаев совершения хулиганства.

При совершении хулиганства грубо нарушается общественный порядок, спокойствие, правила общежития, нормальная деятельность предприятий, учреждений и организаций. В процессе хулиганства нередко причиняется вред здоровью граждан, наносится ущерб собственности. Зачастую хулиганство приводит к совершению других тяжких преступлений. [4]

Объект преступления - общественный порядок. Дополнительными непосредственными объектами хулиганства выступают здоровье человека, а также собственность.

Объективная сторона состоит в действиях, грубо нарушающих общественный порядок, выражающих явное неуважение к обществу, сопровождающихся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества.

Грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, означает причинение серьезного вреда общественному порядку. Это имеет место в случаях длительного нарушения общественного спокойствия, надругательства над отдельными лицами или группой лиц, осквернения мест отдыха населения и т.п. Грубое нарушение общественного порядка возможно в форме помех массовым мероприятиям, дерзкого приставания к гражданам и других действий, выражающих явное неуважение к обществу.

Совершение хулиганских действий чаще всего происходит в общественных местах - на улицах, площадях, стадионах, в парках, кинотеатрах и т.п. Этот признак не является, однако, обязательным. Преступление может быть совершено и в любом другом месте (в лесу, в поле), вне мест массового присутствия людей. [5]

В большинстве случаев хулиганство происходит публично, в присутствии людей, являющихся свидетелями, потерпевшими, сотрудниками учреждений и организаций, посетителями общественных мест и т.п. Именно в таких случаях наиболее полно проявляется обязательный для хулиганства признак явного неуважения к обществу. Вместе с тем не исключается хулиганство и в отсутствие людей, когда наряду с действиями, грубо нарушающими общественный порядок, уничтожается или повреждается имущество, либо результат хулиганских действий доступен восприятию людей.

Образующие объективную сторону хулиганства действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу, должны сопровождаться применением или угрозой применения насилия либо уничтожением или повреждением чужого имущества. Именно этот признак позволяет отличить уголовно наказуемое хулиганство от административно-наказуемого мелкого хулиганства, под которым согласно ст.158 КОАП РФ понимаются нецензурная брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам и другие подобные действия, нарушающие общественный порядок и спокойствие граждан.

Под насилием понимается нанесение ударов, побоев, причинение легкого вреда здоровью потерпевшего. Причинение средней тяжести или тяжкого вреда здоровью не охватывается хулиганством и нуждается в дополнительной квалификации соответственно по статьям 112 или III УК.

Угроза применения насилия выражается в запугивании убийством, причинением легкого, средней тяжести или тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Уничтожение или повреждение чужого имущества означает приведение его в состояние, непригодное для дальнейшего использования по назначению, либо в такое состояние, при котором имущество может быть восстановлено для последующего использования.

Хулиганство сконструировано в законе как формальный состав и признается оконченным преступлением с момента совершения действий, грубо нарушающих общественный порядок и выражающих явное неуважение к обществу, сопровождавшихся применением насилия либо угрозой его применения, а также уничтожением или повреждением чужого имущества.

Субъективная сторона хулиганства характеризуется виной в виде прямого умысла. Лицо сознает, что своими действиями, сопряженными с применением насилия или угрозой его применения, а также уничтожением или повреждением чужого имущества, грубо нарушает общественный порядок и выражает явное неуважение к обществу, и желает совершить эти действия.

Обязательный признак субъективной стороны хулиганства - хулиганский мотив, состоящий в стремлении в неуважительной форме бросить вызов обществу путем нарочитой грубости, жестокости, озорства, буйства и т.п.

Субъектом преступления является лицо, достигшее 16-летнего возраста. Уголовная ответственность за злостное и особо злостное хулиганство, предусмотренное частями второй и третьей статьи 213 УК, наступает с 14 лет. [6]

Квалифицированным (злостным) по ч.2 ст.213 УК признается хулиганство, совершенное: а) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой; б) с сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка; в) лицом, ранее судимым за хулиганство.

Хулиганство признается совершенным группой лиц, если в его совершении без предварительного сговора совместно участвовали два или более исполнителя.

Хулиганство признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее (до момента начала хулиганских действий) договорившиеся о совместном совершении преступления.

Хулиганство признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений, предусмотренных ст.213 УК.

Под сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, понимается активное противодействие осуществлению указанными лицами служебного или общественного долга.

Представителем власти, согласно примечанию к ст.318 УК, признается должностное лицо правоохранительного или контролирующего органа, а также иное должностное лицо, наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости. К представителям власти относятся депутаты, сотрудники милиции, судьи, прокуроры и др.

Иными лицами, исполняющими обязанности по охране общественного порядка или пресекающими нарушение общественного порядка, являются, например, народные дружинники, отдельные граждане и т.п.

Предшествующая судимость за хулиганство может являться квалифицирующим признаком только при условии, что она не снята или не погашена в установленном законом порядке.

Хулиганство, сопряженное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, признается особо злостным (ч.3 ст.213 УК).

Применение в процессе совершения хулиганских действий оружия или предметов, используемых в качестве оружия, значительно повышает общественную опасность преступления, поскольку при этом создается реальная угроза жизни или причинения серьезного вреда здоровью людей. Понятием оружия охватывается огнестрельное и холодное оружие, как заводского, так и кустарного производства. Предметами, используемыми в качестве оружия, могут признаваться любые предметы (топоры, металлические прутья, камни и т.п.), которые были предварительно приготовлены для совершения хулиганства либо подобраны на месте его совершения. [7]

Обязательным условием ответственности за особо злостное хулиганство является применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Применение означает использование оружия или предметов для фактического причинения вреда здоровью людей либо создание реальной угрозы такого вреда. Один лишь факт обнаружения оружия у задержанного хулигана не может признаваться особо квалифицирующим обстоятельством. Это обстоятельство отсутствует также в случаях, когда оружие или предметы, используемые в качестве оружия, применялись для уничтожения или повреждения имущества и это не создавало опасности для жизни и здоровья граждан (например, производство выстрела по электролампам осветительных мачт). Следовательно, моментом окончания данного преступления является фактическое применение оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Наступление общественно опасных последствий в виде вреда здоровью или жизни не требуется. Убийство, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью, совершенные из хулиганских побуждений, надлежит квалифицировать только по статьям 105, III или 112 УК. Если имеет место реальная совокупность названных преступлений и хулиганства, содеянное квалифицируется по совокупности с хулиганством.

По сравнению со статьей об ответственности за хулиганство УК РСФСР 1960 г., в статье содержится ряд изменений. Среди наиболее важных из них - декриминализация состава простого хулиганства в том виде, как оно было предусмотрено в прежнем УК, и уточнение квалифицирующих признаков преступления. [8]

Хулиганство предполагает грубое нарушение общественного порядка. Под общественным порядком прежде всего следует понимать сложившуюся в обществе систему отношений между людьми, правил, взаимного поведения и общежития, установленных действующим законодательством, обычаями и традициями, а также нравственными нормами. Понятие грубого нарушения общественного порядка является оценочным и означает значительность, существенность нарушения. Этот признак дополняется также оценочным понятием явного, т. е. очевидного и открыто выраженного, неуважения к обществу.

Нельзя квалифицировать как хулиганство нанесение оскорблений, побоев, причинение вреда здоровью и другие преступления, основанные на личных неприязненных отношениях и совершенные в быту или на производстве в отношении членов семьи, родственников, знакомых или сослуживцев. В некоторых случаях подобные действия могут образовывать состав хулиганства, если один из них присутствует прямой умысел на нарушение общественного порядка [9]

Как правило, к хулиганству следует относить указанные действия, совершаемые в общественных местах (на улице, в общественных учреждениях, на транспорте, в предприятиях общественного питания и т. п.) в отношении случайных прохожих и посетителей, иных незнакомых или малознакомых людей. Нередко в таких случаях виновный в поведении потерпевшего усматривает некий повод для своих действий или сам его провоцирует. Существенным обстоятельством для квалификации действий как хулиганских в подобных ситуациях следует считать явную несоразмерность действий преступника вызвавшему их поводу.

Под насилием в ч. 1 статьи понимается умышленное причинение легкого вреда здоровью или побоев. Причинение вреда здоровью средней тяжести или тяжкого требует квалификации деяния по совокупности ст. 213 и ст. III или 112.

Под сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, следует понимать не просто неповиновение названным лицам, а активное им противодействие. При этом действиями названных лиц, вызывающими сопротивление виновного, следует признать не просто просьбы и требования, т. е. различные словесные призывы, а активное вмешательство в хулиганские действия, включая применение силы. Сопротивление, оказанное после прекращения хулиганских действий, например в связи с последующим задержанием виновного, не должно рассматриваться как квалифицирующее обстоятельство хулиганства (см. упоминаемое выше постановление Пленума Верховного Суда РФ “О судебной практике по делам о хулиганстве”).

Применение при хулиганстве оружия или предметов, используемых в качестве оружия, охватывает не только те случаи, когда виновный с их помощью наносит или пытается нанести телесные повреждения, но и такие, когда использование этих предметов в процессе хулиганских действий создает реальную угрозу для жизни или здоровья граждан

Хулиганство является умышленным преступлением, совершаемым только с прямым умыслом, т. е. лицо осознает, что грубо нарушает общественный порядок, выражает явное неуважение к обществу, и желает этого.

Субъектом преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 213, является лицо, достигшее 16 лет. Уголовная ответственность за хулиганство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 и ч. 3) наступает с 14 лет.

Ответственность за хулиганство

Между тем представляется, что применительно к хулиганству "общественным" является то место, где лицо совершает хулиганские действия, независимо от изначального его предназначения, Это могут быть места, которые традиционно принято считать общественными: улицы, парки, учебные заведения, учреждения культуры и т.п., а также и такие, например, как лес или пустырь.

Наконец, это может быть ситуация, когда хулиганские действия совершаются вообще в отсутствие каких-либо очевидцев, и к тому же в таком "месте", которое не принято считать общественным. Наиболее типичный пример - так называемое телефонное хулиганство.

Но есть и другие примеры. “Так, в связи с финансовыми и кадровыми трудностями, вдали от населенных пунктов, на развилке сельских дорог почтовое ведомство укрепило на столбе почтовый ящик, в который в определенные дни недели доставляло различную корреспонденцию, предназначенную для жителей, живущих в деревне, расположенной в десяти километрах. Корреспонденцию из этих ящиков в определенными забирал один из жителей деревни, имевший мотоцикл, и передавал ее по назначению. Случайно проезжавший на машине К., увидев почтовый ящик в столь, необычном месте, поджег содержимое и, убедившись, что все сгорело, а ящик пришел в полную негодность, уехал. Объясняя мотив своего поступка, К. пояснил, что его просто "развеселило" наличие почтового ящика в столь необычном месте.” [10]

Совершенно очевидно: своими действиями К. грубо нарушил общественный порядок. При этом грубое в данном случае проявилась в совершении хулиганских действий, сопряженных с уничтожением чужого имущества. До 1997 гола действия К. следовало квалифицировать по ч. 2 ст. 20Д УК РСФСР по признаку "особой дерзости", а по новому УК РФ - по ч. 1 ст. 213 по признаку уничтожения (или повреждения) имущества.

Таким образом, для признания действий хулиганскими важно не столько место их совершения и наличие, сколько умысел лица, совершающего эти действия. [11]

Объектом хулиганства является общественный порядок, состоящий из широкого круга общественных отношений, а причиняемый при хулиганстве вред имеет многоаспектное, сложно-комплексное содержание и характер.

С объективной стороны действия хулигана характеризуются не только грубым нарушением общественного порядка, выражающем явное неуважение к обществу, но и применением насилия к гражданам; причинением им имущественного ущерба; угрозами совершения таких действий. При этом момент окончания хулиганских действий "перенесен" законом на более раннюю стадию , на угрозу совершения названных действий как на самостоятельную форму хулиганства.

Таким образом, одним из главных критериев, характеризующих объективную сторону хулиганства, можно считать действия, олицетворяющие желание лица продемонстрировать обществу пренебрежение к устоям, нормам и правилам, настроению граждан, наконец, глумление над их честью и достоинством. Конкретные последствия этих действий хулигана, как правило, не волнуют. [12]

Субъективная сторона хулиганства характеризуется не "межличностными отношениями" лица, совершающего определенные действия, а "подходом" его к нормам общежития.

С. субъективной стороны хулиганство всегда выражается в умышленных действиях.

Судебная практика показывает, что если при преступлениях против личности применяется какое-либо оружие, то оно, как правило, заранее подготовлено или специально приспособлено для повышения поражающих качеств; а используется не только целенаправленно, но и по прямому назначению. При совершении же хулиганских действий лицо, как правило, не готовит оружие заранее и часто применяет любые предметы, случайно оказавшиеся под рукой, а собственно оружие нередко использует непродуманно, нецеленаправленно и не по прямому назначению.

Субъект хулиганства - вменяемые лица, ответственность наступает с 16 лет, а по чч. 2 и 3 ст. 213 УК РФ - с 14 лет.

Дадим определения ряду квалифицирующих признаков хулиганства. Под насилием понимается (как минимум) умышленное причинение побоев или телесных повреждений.

Причинение в процессе хулиганства тяжкого или средней тяжести ирода здоровью квалифицируется соответственно по с ч .ст. III и 112 УК РФ (по признаку совершения этих действий "из хулиганских побуждений'').

Для наступлении же уголовной ответственности по ч. 1 ст. 213 УК РФ потерпевшему должен быть причинен легкий вред, т.е. вред, вызвавший кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности (ст. 115 УК РФ), либо причинена физическая боль.

Надо учитывать, что в диспозиции ч. 1 ст. 213 УК РФ все же пет прямого указания на степень вреда здоровью, причиненного в результате хулиганских действий. Из этого следует, что под насилием в этой норме подразумевается не только причинение легкого вреда здоровью или побои, но и ограничение свободы передвижения путем отталкивания, связывания, удержания и т.п. действий.

К сожалению, в новом УК РФ законодатель не дал никакого определения понятию "угроза применения насилия". В связи с этим возникает ряд вопросов. В частности, подпадает ли под понятие "угроза" ситуация, когда во время хулиганских действий дебошир угрожает человеку на словах, но при этом никаких практических действий, направленных на осуществлению этой угрозы, не предпринимает; либо когда, высказывая угрозу на словах, лицо делает угрожающие жесты, однако на практическое осуществление угроз не идет. Разумеется, во втором случае можно точнее определить факт угрозы. Однако и в том, и в другом случае нельзя с полной уверенностью предвидеть поведение хулигана, оцепить реальность осуществления угрозы. [13]

Главным фактором, характеризующим отличие "угрозы насилия" от реального насилия, является отсутствие какого- либо контакта между хулиганом и гражданами, поскольку наличие ого - это уже не угроза, а насилие: даже если он просьбу взял За руку и удерживает, несмотря на просьбы отпустить. Вместе с этим "угроза" в смысле ч. 1 ст. 213 УК РФ) не одно только высказывание о намерении, например, "проучить", а совершение конкретных поступков, направленных на реализацию такого намерения.

Бесконтактная блокировка, ограничивающая свободу граждан и исключающая для них возможность уйти, сопровождающаяся одновременным высказыванием в их адрес угрозы применить насилие, вполне может рассматриваться как психологическое насилие над человеком.

Аналогичным образом можно оценить и действия лица в случаях высказывания угроз с одновременным заряжением оружия, направлением его в сторону людей, прицеливанием в них либо подготовкой предмета для использования в качестве оружия - отбил горлышко у бутылки, оторвал доску от забора, поднял камень и т.п.

О реальной угрозе применения насилия могут свидетельствовать и слова хулигана, находящегося в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, которое лишает его возможности ориентироваться в ситуации и правильно оценивать ее, управлять собственной "тормозной системой" и, таким образом, делает его поведение практически непредсказуемым.

Надо учитывать также и эмоциональное, стрессовое состояние хулигана, высказывающего угрозы, когда есть все основания опасаться, что в таком состоянии человек не может контролировать свои действия и руководить ими.

В каждом случае надо тщательно исследовать и причины невыполнения высказывавшихся угроз.

В ч. 1 от. 213 УК РФ законодатель четко ограничил объект уничтожения или повреждения имущества принадлежностью его любому лицу, кроме самого хулигана.

Пунктом "а" ч. 2 ст. 213 УК РФ введен новый квалифицирующий Признак, о необходимости которого давно говорила юридическая общественность. Речь идет о совершении хулиганства группой лиц (различными вилами групп).

На практике хулиганство довольно часто совершается компанией нетрезвых людей, как правило,, без предварительного сговора, когда каждый соисполнитель совершает преступные действия исключительно в меру своего разумения, что не делает это преступление менее опасным.

При этом следует все же иметь в виду, что организатор группы, даже если он не принимал участия в конкретных действиях, будет отвечать за преступления, на которые 'он направил группу.

Совершение кем-либо из членов группы действий, выходящих за пределы договоренности, является эксцессом исполнителя, и другие участники группы за эти действия уголовной ответственности не подлежат.

Пунктом "б" ч. 2 ст. 213 УК РФ установлена уголовная ответственность за хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка. Необходимо иметь в виду следующее: субъект должен обязательно сознавать, что оказывает сопротивление именно представителю власти или другому лицу, которое охраняет общественный порядок.

Представителем власти является любое должностное лицо, обладающее специальными полномочиями по охране общественного порядка, а к "иным лицам" относится любой человек, который хотя и не обладает полномочиями представителя власти, но в данный момент исполняет обязанности по охране общественного порядка. Однако уголовная ответственность по этому признаку может наступить и в тех случаях, когда указанные лица в момент пресечения хулиганских действий не исполняли обязанности по охране общественного порядка.

Пунктом "в" ч. 2 ст. 213 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за совершение хулиганства лицом, ранее судимым за хулиганство.

Этот квалифицирующий признак соответствует прежней ч. 2 ст. 213 УК РСФСР.

Следует учитывать следующие обстоятельства: для подтверждения судимости справки о судимости недостаточно; прежняя судимость за хулиганство должна быть подтверждена копией приговора, вступившего в законную силу; повторность не образуется, если судимость снята или погашена в установленном законом порядке.

Частью 3 ст. 213 УК РФ предусмотрена ответственность за хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

Под признаки этой нормы подпадает любое оружие, которое будет признано таковым экспертным заключением (само понятие "оружие" регулируется Законом об оружии).

Вместе с тем использование во время хулиганских действий в качестве оружия любого предмета образует состав преступления по ч. 3 ст. 213 УК РФ, независимо от того, где и когда этот предмет был взят хулиганом, улучшил ли он его поражающие свойства или нет.

Отмечу, что редакция диспозиции ч. 3 ст. 213 УК РФ неудачна. Семантическое толкование понятия "оружие" предполагает только предмет, относящийся собственно к огнестрельному или холодному оружию. В то же время пол "предметами" судебная практика понимает любые предметы (лопату, отвертку, палку, камень и т.п.). которые-были использованы для причинения вреда здоровью. Эти предметы судебная практика признает орудием преступления, но не оружием.

“М. в нетрезвом состоянии в присутствии более десяти человек, среди которых были женщины с детьми, скандалил во дворе жилого дома, ругался нецензурно, угрожал расправой. Порвал одной женщине рукав платья, мужчину ударил ладонью по лицу, другого толкнул головой выживет. Услышав, что граждане говорят о необходимости вызвать милицию, вбежал в дом и вскоре выбежал с охотничьим ружьем. - в присутствии всех зарядил его патронами и, продолжая выкрикивать угрозы, начал наводить ружье на граждан. Люди с криками стали разбегаться, прятаться, ложиться на землю. В этот момент двое мужчин отобрали ружье у М., который не оказал им никакого сопротивления. Соответствующее разрешение на ружье у М. имелось. М. пояснил, что и ружье, и патроны к стрельбе не пригодны, и он об этом знал. Ему просто хотелось всех напугать. Проведенная судебно-баллистическая экспертиза установила, что ружье и патроны к стрельбе не пригодны.

При обсуждении этой ситуации в Российской правовой академии немалая часть слушателей, к сожалению, посчитала, что действия М. следует квалифицировать по ч. 3 ст. 213 УК РФ, поскольку потерпевшие не знали о непригодности ружья и воспринимали действия М. как реальную угрозу его применения. Попытку применения ружья слушатели усматривают в том, что М. не сумел довести свой умысел до конца, так как его действия были пресечены гражданами, которые также не знали, что ружье не для стрельбы и думали, что рисковали своей жизнью. Однако в приведенной ситуации М. знал, что реально не может использовать ружье по прямому назначению и сознавал, что его угрозы не создавали опасности для жизни и здоровья граждан. С учетом этих обстоятельств следует признать, что квалификация действий М. по ч 3 ст. 213 УК РФ неправомерна.

Действия М. следует квалифицировать по ч. 1 ст. 213 УК РФ - по квалифицирующим признакам угрозы применения насилия и повреждения имущества граждан.”[14]

Юридическая квалификация преступления в любом случае зависит не от восприятия гражданами ситуации, созданной лицом, совершающим преступление, тем более не от степени их испуга, а от субъективного отношения лица к этим действиям и объективных возможностей достичь конкретного результата.

Проблемы квалификации хулиганства.

В правоприменительной практике квалификация хулиганства весьма и весьма противоречива, на что неоднократно обращалось внимание высшими судебными инстанциями.

С тем, чтобы избежать ошибки в квалификации преступления, предусмотренного ст. 213 УК, предназначались различные варианты, среди которых, в частности, императивная обязанность судов анализировать мотивы и цели виновных. Однако, несмотря на все усилия, досадные ошибки уже перестают удивлять своей закономерностью. Нормы ст. 213 УК превратились в беспрецедентное явление, “поглощающее” собой практически все преступления, вызывающие трудности в процессе квалификации на практике. Термин “хулиган” стало символом любого правонарушения, воплотив в себе универсальное смысловое значение понятия “вор” старого российского законодательства.

Частые ошибки в квалификации деяния, расплывчатость формулировок норм дают основания усомниться' в практической целесообразности и научной обоснованности выделения в УК специального состава преступления “хулиганство”. ·В настоящее время в УК РФ хулиганство представлено, по сути дела, в двух аспектах: как “мотив” оно закреплено в п. “б” ст. 102, п. “и” ст. 105 нового УК (умышленное убийство из хулиганских побуждений и как деяние - в ст. 213 УК, ст. 213 нового УК (хулиганство). Таким образом, одна и та же акция в одних случаях выступает в качестве мотива, а в других - как деяние, что вызывает недоумение. Может ли мотив быть деянием? Разумеется -нет. Между тем, придав мотиву качество деяния, законодатель создал неразрешимые трудности, с которыми правоприменитель сталкивается уже при определении объекта хулиганства.

По общему правилу, объектом хулиганства является общественный порядок, под которым понимается совокупность отношений, нормативно определяющих поведение людей в процессе социальной жизнедеятельности. Общественный порядок - не что иное, как масштаб дозволенного: не кради, не задевай чести и достоинства другого, соблюдай чистоту, пристойность и т. п. В случае нарушения необходимых для нормального общественного развития правил общежития виновного ждет кара, степень репрессивности которой зависит от тяжести нарушения. Хулиганство, таким образом, посягает на весь комплекс нормативных отношений, регулирующих нормальный, общественно значимый процесс жизнедеятельности, а каждое конкретное хулиганское действие нарушает конкретное, нормативно определенное отношение, существующее ради необходимости соблюдения общественного порядка. [15]

Однако общественный порядок неизбежно нарушается при совершении любого правонарушения: преступления, административного проступка, гражданско-наказуемого деликта, аморального поведения. Так, переход проезжей части в неустановленном месте вне всякого сомнения нарушает общественный порядок. То же и - убийство, клевета, хищения и т. д. Все это - деяния, нарушающие общественный порядок, поскольку их совершение грубо противоречит нормальному сосуществованию людей в обществе. Следовательно, хулиганство не может иметь в качестве непосредственного объекта общественный порядок, поскольку этот объект является общим для всех без исключения деяний, нарушающих нормальное функционирование общества.

В целом же общественный порядок как совокупность отношений, определяющих поведение людей, нарушить невозможно, поскольку данная совокупность состоит из огромного конгломерата отдельных связей.

Возникает и вопрос об определении объективной стороны хулиганства.

По ст. 213 (ст. 213 нового УК) хулиганство - умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок и выражающие явное неуважение к обществу. Но где критерии, разграничивающие “грубое” и негрубое” нарушение общественного порядка? На каком основании можно об этом судить? Грубость в словаре В. Доля определяется как неучтивость, дерзость, обида. Но опять-таки любое действие, противоречащее общественно значимым нормам, отличается этими качествами. И вряд ли удастся кому-то реально отличить мелкое хулиганство от уголовно наказуемого.

В качестве хулиганства правоприменительная практика рассматривает такие действия, как, например, причинение телесных повреждений, уничтожение или повреждение имущества, побои и т. п. Вместе с тем эти деяния, грубо нарушающие общественный порядок, закреплены в конкретных нормах Особенной части УК. С равным успехом в качестве хулиганства могут быть оценены и такие предусмотренные конкретными нормами деяния, как развратные действия (ст. 120 УК), незаконное лишение свободы (ст. 126), нарушение тайны переписки, телефонных переговоров и телеграфных сообщений (ст. 135), а также целый ряд других конкретно определенных в УК деяний. Для того, чтобы отличить хулиганство от всей совокупности противоправных деяний, нарушающих общественный порядок, правоприменитель оперирует рядом “объективных признаков”), создавая, прямо скажем, вредный прецедент. [16]

Так, в качестве обстоятельств, позволяющих разграничить хулиганство и другие действия, нарушающие общественный порядок, правоприменитель ссылается, как это ни парадоксально, на место действия - общественное место, более того, на наличие либо отсутствие свидетелей деяния. “Так, Железногорский городской народный суд Курской области квалифицировал действия В., выразившиеся в сопротивлении работнику милиции, дополнительно по ст. 213 УК на том лишь основании, что деяние было совершено в общественном месте.”[17]

“По делу Апурина Верховный Суд РСФСР подчеркнул, что “его действия нельзя признать грубо нарушающими общественный порядок, . поскольку посторонние лица при конфликте не присутствовали”, а по делу Карманова было безаппеляционно заявлено: “Умысел его не был направлен на нарушение общественного порядка и фактически таковой нарушен не был: никто из соседей не видел и не слышал, как Карманов избивал тещу”[18] .

В п. 15 постановления № 5 Пленума Верховного Суда РСФСР от 24 декабря 1991 г. “О судебной практике по делам о хулиганстве” (в редакции постановления Пленума № а от 21 декабря 1993 г.) сказано буквально следующее: “Нанесение оскорблений, побоев, причинение легких или менее тяжких телесных повреждений и другие подобные действия, совершенные в семье, квартире, в отношении родственников, знакомых и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т. п., должны квалифицироваться по статьям УК, предусматривающим ответственность за преступления против личности. Однако в тех случаях, когда такие действия были сопряжены с очевидным для виновного грубым нарушением общественного порядка и выражали явное неуважение к обществу, их следует квалифицировать как хулиганство”. По существу, высшая судебная инстанция своим авторитетом санкционирует нарушение принципов квалификации преступлений, благодаря которому в качестве разграничительного критерия выступает не субъективная направленность индивида, а место совершения деяния и '(или) наличие очевидцев. В результате получается вот такая уникальная “правовая картина”: если один избивает другого в квартире и при этом никто не видит и не слышит происходящее, деяние может быть квалифицировано по соответствующей статье, предусматривающей ответственность за нанесение телесных повреждений. Но стоит только совершить подобные действия в общественном месте или на глазах у очевидцев, как они приобретают иной статус и становятся хулиганством, поскольку дебош при свидетелях означает, согласно правоприменительной практике, очевидное неуважение к обществу (как будто другие умышленные преступления не свидетельствуют о том же).

Закон императивно определяет хулиганство как деяние умышленное. Значит, субъект, совершающий хулиганство, сознает, что он своим повелением грубо нарушает общественный порядок и выражает явное неуважение к обществу и желает все это исполнить. Специально подчеркиваю психическое отношение виновного к признакам, которые являются неотъемлемыми для данного деяния для того, чтобы акцентировать внимание на очередном парадоксе: уместно ли выяснять у хулигана, желал ли он проявить явное неуважение к обществу и грубо нарушить общественный порядок? Полагаю, что такой вопрос способен вызвать лишь саркастическую улыбку. Совершая' конкретные действия, которые в правоприменительной практике квалифицируются как хулиганство, виновный чаще всего безразлично относится к факту грубого нарушения общественного порядка и вовсе не помышляет о явном неуважении к обществу. Такое отношение к содеянному подпадает под признаки косвенного умысла, который применительно к хулиганству вообще неприемлем, ибо данный состав сконструирован как формальный. Следовательно, в случае, когда будет установлено, что субъект не желает, а лишь сознательно допускает нарушение общественного порядка в результате своих действий (разве можно это исключить), то он вообще не будет нести ответственности по причине отсутствия субъективной стороны состава преступления. Однако, несмотря на столь очевидное противоречие между фактическим субъективным отношением виновного к содеянному и требованиями норм права, правоприменитель презюмирует наличие у хулигана прямого умысла, выдавая желаемое за действительное. Таким образом еще более подрывается авторитет права. [19]

Настойчивые требования скрупулезно анализировать мотивы и цели хулиганских действий, содержащиеся практически во всех постановлениях высших судебных инстанций, посвященных вопросам квалификации хулиганства, на практике вызывают разночтения. В этой связи представляют интерес два классических примера из судебной практики, связанные с определением соответствующего мотива.

“Горбунов и Сафиулин в состоянии алкогольного опьянения ехали с Мальцевым и Тютрюмовым на автомашине “Москвич”, управляемой Парщаковым. Около деревни Волочи на встречной полосе движения выезжал на свою сторону движения автомобиль ГАЗ-53, управляемый Пономаревым. Стремясь избежать столкновения, Парников съехал в кювет.

После этого Горбунов и Сафиулин пришли в гараж совхоза, куда приехал Пономарей, вскочили на подножку машины и нанесли ему несколько ударов кулаками по лицу. Затем они вытащили Пономарева из машины и еще несколько раз ударили, на замечания присутствовавшего Нестеренко не реагировали. ·Верховный Суд РСФСР, полагая, что нижестоящий суд неверно квалифицировал деяние как хулиганство, вынес следующее решение: “Как видно из дела, легкие телесные .повреждения без расстройства здоровья (кровоподтек на губе) были причинены потерпевшему не из хулиганских побуждений, а в связи с нарушением им правил дорожного движения, создавшим аварийную обстановку на дороге, умысел осужденных не был направлен на грубое нарушение общественного порядка.[20]

Какие разумные доводы доказывают, что преступление, совершенное из-за нарушений правил дорожного движения, лишено хулиганских побуждений, а преступление, совершенное ради перевода в другую колонию, имеет все признаки хулиганского мотива?

Парадоксы субъективной стороны хулиганства на этом не кончаются. Пытаясь найти возможности разграничения хулиганского мотива от иных побуждений, правоприменитель приходит к выводу, весьма показательному для квалификации рассматриваемого преступления: если мотивы неочевидны и действия кажутся беспричинными, то деяние можно считать совершенным из хулиганских побуждений.


Заключение.

Хулиганство, таким образом, есть (в основе своей) проявление игнорируемого обществом “Я”, и поэтому за свои действия субъект должен нести уголовную ответственность. В этой связи целесообразно воспользоваться опытом зарубежных стран, в уголовных кодексах которых норм о хулиганстве нет (например, УК ФРГ, Австрии, Франции), а также кодификационными традициями старого русского законодательства.

До 1922 года нормы о хулиганстве у нас отсутствовали, но были предусмотрены действия, которые в современном законодательном пространстве получили бы квалификацию как хулиганство. Например, в разделе втором Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года, называемом “О преступлениях против веры и о нарушениях ограждающих сную постановлений” было предусмотрено отделение второе “О нарушении благочиния во время священнослужения в церквах”, в рамках которого наказывались такие деяния, как нарушение должного благоговения шумом и другими неблаговидными поступками, совершенное в пьяном виде, и т. п. В другом разделе “О преступлениях и проступках против порядка управления” предусматривались нормы о неблаговидных поступках в присутственных местах. Например, в ст. 309 указывалось: “Кто в присутственном месте, во время заседания и в самой оного камере, осмелится неприличными словами или каким-либо действием оказать явное к сему месту неуважение”,- и далее следовали санкции.


Список литературы:

1. Уголовный Кодекс РФ 1997 года.

2. Комментарий к УК РФ./Наумов А. –М., 1996.

3. Комментарий к УК РФ./Скуратов А. –М., 1996.

4. Комментарий к УК РФ./Радченко М. –М., 1996.

5. Бюллетень Верховного Суда РСФСР 1989,№2.

6. Бюллетень Верховного Суда РСФСР 1997,№1.

7. Бюллетень Верховного Суда РФ 1998,№6.

8. Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации.//Российская юстиция, 1996, №8.

9. Ткачевский Ю. Хулиган и хулиганство. //Человек и закон, 1985.

10. Уголовное право России. Особенная часть./Рарог А. –М., 1996.

11. Халдеев Л. Ответственность за хулиганство.//Российская юстиция, 1997,№5.


[1] Халдеев Л. Ответственность за хулиганство.//Российская юстиция, 1997,№5, с. 38

[2] Халдеев Л. Ответственность за хулиганство.//Российская юстиция, 1997,№5, с. 39

[3] там же

[4] Уголовное право России. Особенная часть./Рарог А.- М., 1996, с. 236

[5] Уголовное право России. Особенная часть./Рарог А.- М., 1996, с. 239

[6] Уголовное право России. Особенная часть./Рарог А.- М., 1996, с. 240

[7] Уголовное право России. Особенная часть./Рарог А.- М., 1996, с. 241

[8] Ткачевский Ю. Хулиган и хулиганство. //Человек и закон, 1985, с. 15

[9] Комментарий к УК РФ ./Наумов А. –М., 1996, с. 513

[10] Бюллетень Верховного Суда РФ, 1997, №1.

[11] Халдеев Л. Ответственность за хулиганство.//Российская юстиция, 1997,№5, с. 39

[12] Ткачевский Ю. Хулиган и хулиганство. //Человек и закон, 1985, с. 17

[13] Халдеев Л. Ответственность за хулиганство.//Российская юстиция, 1997,№5, с. 39

[14] Бюллетень Верховного Суда, 1998, №6, с. 76

[15] Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации.//Российская юстиция, 1996, №8, с. 39.

[16] Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации.//Российская юстиция, 1996, №8, с. 39.

[17] Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации.//Российская юстиция, 1996, №8, с. 39.

[18] Там же

[19] Иванов Н. Хулиганство: проблемы квалификации.//Российская юстиция, 1996, №8, с. 41

[20] Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1989. №2., с. 46