Конституционное право зарубежных стран 2 2

ББК 67.400 Учебник подготовлен кафедрой конституционного (государ­ственного) права зарубежных стран Московской государственной юридической академии.

ББК 67.400

К 65

Учебник подготовлен кафедрой конституционного (государ­ственного) права зарубежных стран Московской государственной юридической академии.

Конституционное (государственное) право зарубежных стран: Учебник: В 4 т. Т. 4.

К65 Часть Особенная: страны Америки и Азии / Отв. ред. проф. Б. А. Страшун. — Издатель­ство НОРМА (Издательская группа НОРМА—ИНФРА • М), 2001. — 656 с.

ISBN 5-89123-575-7 (НОРМА)

ISBN 5-16-0.00758-Х (ИНФРА • М)

В настоящем томе излагаются включенные в программу МГЮА основы конституционного права пяти крупнейших стран мира, располо­женных в Америке и Азии, а также одной из азиатских стран СНГ. Это США, Бразилия, Китай, Индия, Япония, Казахстан. Нумерация соответ­ствующих глав продолжает нумерацию третьего тома учебника, где из­ложены основы конституционного права девяти стран Европы. Студенты таким образом могут ознакомиться с конституционным правом как высо­коразвитых демократических стран, так и среднеразвитых и развиваю­щихся стран, а также с конституционным правом самой большой по на­селению страны мира, сохраняющей социалистический строй. По каждой из стран приводится список рекомендуемой и дополнительной литературы на русском языке.

Учебник предназначен для студентов, аспирантов и преподавате­лей юридических вузов и факультетов и может использоваться также на политологических, исторических и географических факультетах вузов.

ISBN 5-89123-575-7 (НОРМА) ® Коллектив авторов, 2001
ISBN 5-16-000758-Х (ИНФРА • М) © Издательство НОРМА, 2001

Авторский коллектив:

Алебастрова И. А., кандидат юридических наук, доцент — гл. X (совместно с В. А. Рыжовым );

Андреева Г. Н., кандидат юридических наук, доцент — гл. XII (кроме п. 6 § 6);

Кашкин С. Ю., доктор юридических наук, профессор — гл. XIII;

Маклаков В. В., доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации — гл. XI;

Осавелюк А. М., кандидат юридических наук, профессор — гл. XIV, XV;

Рыжов В. А., кандидат юридических наук, доцент — гл. X (совместно с И. А. Алебастровой );

Страшун Б. А., доктор юридических наук, профессор, за­служенный деятель науки Российской Федерации — п. 6 § 6 гл. XII, предисловие.

Руководитель авторского коллектива — профессор Б. А. Страшун .

Предисловие

Настоящим, 4-м, томом завершается издание первого пост­советского учебника по конституционному (государственному) праву зарубежных стран, длившееся около девяти лет. За это время наш авторский коллектив трижды издал в издательстве БЕК общую часть курса (тома 1 и 2), которая, к нашей радо­сти, встретила и встречает почти исключительно положитель­ные отклики. Распроданы два тиража выпущенного в том же издательстве первого издания 3-го тома, который посвящен основам конституционного (государственного) права девяти зару­бежных стран Европы, включенных в программу МГЮА. Сегод­ня, однако, приходится констатировать, что содержание этого тома уже частично устарело: том был издан в 1997 г. (в 1998.г. он был просто допечатан), после чего в Польше и Швейцарии вступили в силу новые конституции — в 1997 и 2000 гг. соот­ветственно, а кроме того, в ряде других стран произошли ча­стичные изменения в конституционно-правовом регулировании общественных отношений. Таким образом, ощущается потреб­ность во втором издании 3-го тома, и авторский коллектив приступил к его срочной подготовке.

К сожалению, не по нашей вине нарушилось сотрудни­чество авторского коллектива с издательством БЕК, и насто­ящий, 4-й, том любезно согласилось выпустить издательство НОРМА, которое, как мы надеемся, будет переиздавать и предыдущие тома учебника по истечении срока договора с издательством БЕК. Этим обстоятельством объясняется то, что 4-й том выпускается в ином оформлении, чем три предыду­щих.

В последнее время в учебном плане МГЮА произошли некоторые изменения, касающиеся блока конституционно-пра­вовых дисциплин. Исключен из числа обязательных курс кон­ституционного права зарубежных стран СНГ. Это побудило нас ввести в особенную часть нашего курса основы конститу­ционного права двух крупнейших из этих стран, расположен­ных соответственно в Европе и Азии, — Украины и Казахста­на. Чтобы не перегружать курс, кафедра решила исключить из него основы конституционного права Венгрии и основы государственного права Индонезии. Этот выбор был продиктован тем, что никто на кафедре, к сожалению, не владеет в необ­ходимой степени языками указанных стран, а кроме того, в Индонезии происходят поистине революционные события, и невозможно при существующем информационном обеспечении своевременно отслеживать изменения в источниках государ­ственного права. В такой обстановке любая информация об Индонезии, которая была бы нами включена в учебник, может с большой вероятностью устареть еще до того, как он будет напечатан.

Это изменение программы нашего курса в настоящем томе уже учтено: основ государственного права Индонезии в нем нет, но зато есть основы конституционного права Казах­стана. Можно, пожалуй, утверждать, что основы казахстан­ского конституционного права описаны в таком объеме в рос­сийской литературе впервые: изданные к настоящему времени два учебника конституционного права зарубежных стран СНГ содержат только общую часть и не дают целостной информа­ции о конституционном праве отдельных стран.

Мы были бы признательны за любые критические заме­чания и в отношении настоящего тома, и в отношении преды­дущих томов, что позволило бы нам при последующих пере­изданиях усовершенствовать текст учебника.

В заключение хочу выразить глубокую признательность друзьям и коллегам, снабдившим авторский коллектив необхо­димой информацией либо оказавшим помощь в ее получе­нии, — С. И. и Л. В. Бельдинским, доктору юридических наук, профессору Л. М. Гудошникову, доктору филологических наук, профессору Е. Г. Пырикову.

Май 2001 года Профессор Б. А. Страшун

ОСОБЕННАЯ ЧАСТЬ

( окончание)

Глава X. Основы конституционного права США

§ 1. Конституция США

1. Конституционное развитие

Читателю уже известно, что честь авторства идеи консти­туционализма и роль первопроходца на сложном пути ее реали­зации исторически принадлежит Великобритании и ее мыслите­лям (прежде всего Дж. Локку). Однако заслуга Соединенных Штатов Америки в утверждении, развитии и распространении теории и практики конституционализма является ничуть не меньшей. Именно здесь Конституция приобрела совершенную юридическую форму, которая по сей день используется боль­шинством стран мира. Североамериканский континент явился родиной писаных конституций.

Первоначально документы, официально именовавшиеся конституциями, были приняты в 1776—1777 гг., то есть в на­чале Войны за независимость от британской Короны, во всех 13 штатах, объединившихся вскоре в единое государство. В них осуществлялось целостное регулирование основ устройства государства с тем, чтобы обеспечить человеку "блага свободы". Принятие союзной Конституции в 1787 г. явилось крупным шагом в содержательном развитии конституционализма. Впер­вые были теоретически разработаны и законодательно офор­млены такие важнейшие институты конституционного права, как президентство и президентская республика, федерализм, система сдержек и противовесов, получившие впоследствии признание и широкое распространение в мире. Таким обра­зом, США можно по праву считать второй родиной реально­го конституционализма.

Конституция 1787 г. знаменовала собой образование в мире нового государства — Соединенных Штатов Америки. С 27 последующими поправками эта Конституция действует поныне. Ее принятие, как уже было сказано, явилось результа­том объективной потребности в объединении штатов, проявив­шейся в ходе их борьбы за независимость.

В сентябре 1774 г. в Филадельфии собрался I Континен­тальный конгресс, в работе которого приняли участие пред­ставители 12 колоний, избранные их легислатурами (парла­ментами). Конгресс направил британскому Королю послание с требованием отмены законов, нарушающих интересы колоний. В апреле 1775 г. началась Война за независимость, а в мае собрался II Континентальный конгресс, который выработал общую программу борьбы, принял решение об образовании регулярной армии и избрал верховным главнокомандующим Джорджа Вашингтона.

4 июля 1776 г. Конгресс принял разработанную под руко­водством Томаса Джефферсона Декларацию независимости . Эта дата является главным национальным праздником США и отмечается как День независимости. Декларация, исходя из "самоочевидной истины", что все люди созданы равными и имеют "право на жизнь, свободу и стремление к счастью", обосновала неотвратимость отделения от Великобритании и образования "свободных и независимых штатов". Декларация по сути представляла собой первый исторический шаг по пути формирования собственно американской государственности, собственно американской правовой системы. Однако, с другой стороны, параллельно процессу разработки Декларации и вслед за ее принятием, как уже указывалось, все 13 штатов приняли собственные конституции. Таким образом, борьба за обретение независимости породила не только стремление к объединению, но и обратную тенденцию суверенизации шта­тов. Напомним, что слово "штат" (state) означает "государ­ство". В условиях войны все же возобладала идея единства.

15 ноября 1777 г. Континентальный конгресс одобрил Ста­тьи конфедерации и вечного союза , ратифицированные после­дним из штатов 1 марта 1781 г. Возникшее конфедеративное образование было квазигосударственным, слабоцентрализован­ным. В качестве органа конфедерации был учрежден однопа­латный Конгресс, в котором каждый штат имел один голос. Наиболее важные вопросы решались Конгрессом с согласия 9 из 13 штатов. К таким вопросам относились утверждение бюд­жета; установление численности армии и назначение главно­командующего; заключение договоров, союзов, осуществление займов. Постоянного исполнительного органа не было: Конгресс сам осуществлял исполнительную власть. Предусматривалась должность Президента, но его роль сводилась к председательствованию на заседаниях Конгресса.

За штатами сохранялась несколько ограниченная самосто­ятельность в таких важных сферах, как налоговая и кредит­но-денежная политика, а также оборона и безопасность. Уже в ходе военных действий, а особенно по их окончании в 1783 г., когда, подписав Версальский мирный договор, Вели­кобритания признала "свободу, суверенность и независимость" 13 американских колоний, проявились отрицательные черты слабого государственно-правового объединения штатов. Между штатами зачастую возникали конфликты, в частности при оп­ределении границ. Некоторые штаты установили высокие тамо­женные сборы, что препятствовало развитию единого эконо­мического пространства и ущемляло интересы других штатов. В расстройство пришла и финансовая система, что постави­ло под угрозу возвращение займов, сделанных во время вой­ны. В результате положение обширных слоев населения, прежде всего фермеров и рабочих, резко ухудшилось. В ряде регионов вспыхнули восстания.

25 мая 1787 г. в Филадельфии собрался Конвент для вы­работки Конституции Соединенных Штатов. Он состоял из 55 делегатов, избранных легислатурами 12 штатов (штат Род-Айленд, где возобладали антифедералистские настроения, отказался участвовать в работе Конвента). 17 сентября того же года в результате борьбы и взаимных уступок между сторон­никами различных концепций текст Конституции Соединен­ных Штатов был утвержден Конвентом и подписан 39 деле­гатами. Остальные делегаты отказались от участия в работе Конвента, покинув заседание. На следующий день текст был опубликован и направлен Конгрессу, который 28 сентября ра­зослал его легислатурам штатов для ратификации. В ходе процесса ратификации население, составившее очень скоро единую страну, впервые разделилось на два противоборству­ющих лагеря. Сторонники Конституции (следовательно, обра­зования единого государства) стали называться федералиста­ми, а их противники — антифедералистами.

Борьба за ратификацию Конституции была ознаменована яркой вспышкой блестящей публицистики. Видными предста­вителями антифедералистского ее направления были Д. Клин­тон, Р. Ли, Д. Мэйсон. Публицистическое же наследие феде­ралистов, по сей день признаваемое вершиной политической мысли США, представлено знаменитым собранием из 85 ста­тей, опубликованных в период с конца октября 1787 г. по конец мая 1788 г. в газетах штата Нью-Йорк под псевдонимом Публий и общим названием "Федералист". Авторы статей — А. Гамильтон, Дж. Мэдисон и Джон Джей — преследовали со­вершенно конкретную цель: снабдить сторонников Конституции вескими доводами в пользу ее ратификации. Однако в истории американского, да и мирового конституционализма "Федерали­сту" было предназначено сыграть гораздо большую роль: ба­зируясь на стройной системе философских представлений о человеке, собственности, сущности государства, этот труд стал основой американской государственно-правовой идеологии.

Ратификация Конституции в большинстве штатов соглас­но предписаниям Конвента осуществлялась в два этапа: сна­чала население избирало делегатов конвентов, а затем голо­сование по проекту проводилось в этих конвентах. Первым Конституцию единогласно ратифицировал конвент штата Де­лавэр (7 декабря 1787 г.). Девятым штатом, благодаря ратифи­кации которым Конституция вступила в силу (как того требо­вала ее VII статья), стал Нью-Гэмпшир (21 июня 1788 г.). Ос­тальные четыре штата ратифицировали Конституцию позднее (самым последним был Род-Айленд, где ратификация состоя­лась 29 мая 1790 г.).

В конце 1788 г. в одиннадцати штатах, ратифицировавших к этому времени Конституцию, состоялись выборы в палаты Конгресса США, а также президентские выборы. В апреле 1789 г. Конгресс первого созыва и первый Президент, которым стал Дж. Вашингтон, приступили к исполнению своих функций.

Таким образом, Конституция США 1787 г. юридически оформила победу бывших колоний над британской Короной и образование нового суверенного государства — Соединенных Штатов Америки.

2. Характеристика Конституции США

Структурно Конституция США включает сегодня преам­булу, 7 статей и 27 поправок и представляет собой весьма лаконичный документ. При этом преамбула ни судами, ни док­триной в качестве составной части Конституции не признается. В ней обозначены источник, от которого исходит Конституция ("Мы, народ..."), а также цели принятия последней (образование более совершенного Союза, утверждение правосудия, обеспе­чение внутреннего спокойствия, организация совместной обо­роны, содействие общему благосостоянию и обеспечение благ свободы).

Именно с целью обеспечения благ свободы "отцы-основа­тели", как в 1918 г. назвал разработчиков Конституции сена­тор, а затем Президент США Уоррен Гардинг, стремились организовать власть в новом государстве таким образом, чтобы в максимально возможной степени оградить человека от ее произвола, поставить преграду деспотическому правлению. В качестве основного средства достижения указанных целей Конституция признала принцип разделения властей, причем действующий как "по горизонтали", так и "по вертикали". Особая заслуга "отцов-основателей" состоит в том, что они существенно развили содержание упомянутого конституци­онного принципа по сравнению со считавшейся в то время классической трактовкой французского просветителя Шарля Л. Монтескье, дополнив его доктриной, получившей название системы сдержек и противовесов (checks and balances). Юри­дической моделью реализации идеи разделения властей с ис­пользованием системы сдержек и противовесов явилась уста­новленная Конституцией США впервые в истории президент­ская республика. Наряду с разделением властей ключевыми, концептуальными идеями Конституции явились федерализм и судебный контроль, включивший вскоре и проверку конститу­ционности правовых актов. Как утверждают американские исследователи, перечисленные принципы представлялись "от­цам-основателям" настолько самоочевидными и бесспорными, что они не получили прямого словесного закрепления в тек­сте Конституции, пронизывая, однако, все ее содержание*.

* См.: Мишин А. А., Власихин В. А. Конституция США. Политико-право­вой комментарий. М., 1985. С. 10.

В Конституции наряду с организацией власти регулируют­ся вопросы обеспечения стабильности и верховенства самой Конституции, а также фрагментарно некоторые вопросы пра­вового статуса человека и содержатся переходные положения. Первые три статьи определяют статус федеральных органов государственной власти: Конгресса (ст. I), Президента (ст. II) и Верховного суда (ст. III). Вопросы федерализма урегулирова­ны в основном ст. IV. Наконец, три заключительные статьи посвящены по большей части самой Конституции. Статья V регламентирует процедуру принятия поправок к Конституции, ст. VI содержит гарантии верховенства и высокого политичес­кого авторитета Конституции (необходимость принесения при­сяги о ее соблюдении всеми парламентариями, а также дол­жностными лицами исполнительной и судебной власти страны). Что же касается ст. VII, то она представляет сегодня лишь исто­рический интерес, устанавливая порядок ратификации Консти­туции штатами, а также удостоверяя ее юридическую легитимность.

Изменение Конституции США осуществляется в отличие от конституций многих других стран путем добавления к ней поправок, не инкорпорируемых в ее текст. Обратим внимание читателя на то, что каждая публикация текста статей Консти­туции и поправок к ней включает все, в том числе недейству­ющие (измененные или отмененные) ее положения*. Поправ­ки публикуются отдельно — после статей первоначального текста, в хронологическом порядке — каждая под соответству­ющим порядковым номером.

* Правда, в официальных изданиях Конституции указывается в приме­чаниях, какие ее положения утратили силу и к каким поправкам сле­дует в этой связи обращаться.

В действующих ныне поправках регулируются вопросы правового положения человека, в том числе избирательного права, некоторые вопросы формирования и организации дея­тельности государственных органов, соотношения полномочий федерации и штатов. Первые 10 поправок, вступившие в силу в 1791г., провозглашают важнейшие права человека и граж­данина, а также их юридические гарантии. Поэтому по ана­логии с одним из основополагающих актов британской консти­туции, принятым на столетие ранее, их именуют Биллем о правах.

Конституция США в ст. V предусматривает весьма слож­ную процедуру внесения поправок, являясь одной из самых жестких в мире. Поправка принимается 2 /3 голосов членов каждой палаты Конгресса либо специально созванным по ини­циативе легислатур 2 /3 штатов Конвентом — органом учреди­тельной власти. После принятия поправки на федеральном уровне она подлежит ратификации штатами. Для вступления поправки в силу необходимо ее одобрение 3 /4 штатов (в на­стоящее время — 38). Штаты могут ратифицировать поправки также в двух формах, аналогичных используемым на феде­ральном уровне: либо легислатурами, либо конвентами. Таким образом, процедура внесения поправки в Конституцию США включает две основные стадии: принятие на федеральном уровне и ратификацию штатами, а поправки могут вноситься посредством одной из четырех возможных процедур. Схематич­но их можно обозначить следующим образом:

1) Конгресс — легислатуры;

2) Конгресс — конвенты;

3) Конвент — легислатуры;

4) Конвент — конвенты.

До сих пор на практике все поправки, кроме одной, вно­сились по первой из этих процедур. Исключение составила XXI поправка, отменившая "сухой закон", введенный XVIII поправкой, — она была принята Конгрессом и ратифицирована конвентами штатов.

Сверхжесткий порядок изменения Конституции США 1787 г., установленный для придания ей стабильности, в соче­тании с проведением политики воспитания у населения уваже­ния к своему высшему закону, несомненно, достиг своей цели. Более чем за 200-летнюю историю США в Конгресс было вне­сено около 5 тыс. поправок к Конституции. Из них палатами одобрены 33, а были ратифицированы, как известно, 27, из которых 26 действуют. Как видно, наиболее сильной "фильт­рации" проекты поправок подвергаются Конгрессом. Однако и ратификация штатами представляет собой весьма серьезный барьер на пути внесения поправок. Истории развития амери­канской Конституции известны примеры, когда ратификация поправки затягивалась на десятилетия и даже века. Своеобраз­ный рекорд здесь принадлежит XXVII поправке, запрещаю­щей парламентариям увеличивать собственное жалованье: со­ответствующий закон может вступить в силу только после очередных выборов нижней палаты. Поправка была принята Конгрессом по предложению Дж. Мэдисона в 1789 г., а рати­фицирована необходимым числом штатов и вступила в силу лишь 7 мая 1992 г. Таким образом, процесс ратификации занял 203 года. Чтобы исключить подобную практику, Конгресс с 1917 г. стал обычно устанавливать сроки для ратификации. Если тре­буемое число штатов за отведенное время не одобрит поправ­ку, она считается отклоненной ими. Так произошло, например, с принятыми Конгрессом в 1972 и 1978 гг. соответственно по­правками о равноправии мужчин и женщин и о придании фе­деральному округу Колумбия статуса штата.

Некоторые действующие поправки были ратифицированы рядом штатов гораздо позже того момента, когда они вступи­ли в силу. Так, штаты Массачусетс, Джорджия и Коннекти­кут ратифицировали Билль о правах лишь к 150-й годовщине его одобрения Конгрессом — в 1939 г.

Почтенный возраст американской Конституции, ее лако­ничность и формальная неподатливость изменениям обусловили отсутствие в ней многих институтов, ставших в настоя­щее время традиционными в общемировой практике консти­туционализма. Это основы правового статуса политических партий; характеристика государства как правового, светского, демократического, социального; многие права социального характера и т. д. Перечисленные пробелы восполняются актами Конгресса и Президента, конституционными обычаями, судеб­ными прецедентами, огромное множество которых породило в американской доктрине понятие "живой конституции", соответствующей жизненным реальностям современного мира. Особенно важной является деятельность судов, прежде всего Верховного суда США, по осуществлению конституционного контроля и толкованию Конституции, в процессе которой ее положения подвергаются гибкой интерпретации сообразно потребностям общественного развития. В результате, как от­мечают многие американские исследователи, буквальное тол­кование Конституции давно утратило смысл, оно попросту невозможно без учета судебных решений по конституционным вопросам. Не имея права ни принимать, ни отменять законы, а тем более конституционные нормы, именно суды тем не менее играют решающую роль в определении содержания дей­ствующей Конституции.

Известный французский правовед Рене Давид отмечал, что без учета судебного толкования, путем лишь одного оз­накомления с текстом невозможно понять ни одного положе­ния Конституции, в частности, решить вопрос о том, соответ­ствует ли ей тот или иной закон*.

* См.: Давид Р., Жоффре-Спинози К. Основные правовые системы совре­менности. М., 1996. С. 300.

По выражению Г. Э. Хьюза, возглавлявшего Верховный суд США с 1930 по 1941 г., "Конституция представляет собой то, что говорят о ней судьи"*. Толкование судьями Конститу­ции, как уже отмечалось, позволяет приспособить ее положе­ния к изменяющимся историческим условиям, сообщает ей гибкость и эластичность. Истории известны случаи, когда та­кая интерпретация по прошествии некоторого временного промежутка изменялась до противоположности, что, впрочем, отражало изменение и развитие самого общества. При этом вручение права интерпретации конституционных норм профес­сионалам — юристам высочайшего класса, к тому же пользующимся в обществе большим авторитетом и независимостью, снижает до минимума опасность произвола и злоупотреблений при его осуществлении. Впрочем, огромная роль судов в фор­мировании норм конституционного права вызывает у некото­рых исследователей возражения**.

* См.: Corwin's E. S. The Constitution and What It Means Today. Princeton, 1978. P. 1.

** См.: Bork R. H. The Temptation of America. The Political Reduction of the Law. N. Y., 1978. P. 144.

В понятие "живой конституции" доктрина также нередко включает не только формальные источники конституционно­го права, но и конституционное поведение, т. е. добровольное следование высшему закону, причем не только его букве, но и духу, которое предполагает прежде всего укоренение в общественном сознании идеи незыблемости прав человека. Без этого Конституция не имела бы никакой ценности и смысла.

Конституция США положила начало современному пони­манию конституции как в материальном, так и в формальном смысле. С одной стороны, впервые конституцией стал назы­ваться юридический акт, осуществляющий целостное регули­рование основ устройства государства. С другой — особая зна­чимость данного документа обусловила наличие у него и спе­цифических формально-юридических признаков: наивысшей юридической силы, а также усложненного порядка изменения по сравнению с иными правовыми актами, в том числе зако­нами. Для подавляющего большинства конституций различных стран мира характерно сочетание указанных материально-правовых и формально-правовых признаков. Поэтому все их, в известном смысле, можно считать потомками Конституции США 1787 г.

Однако не только и, пожалуй, не столько форма амери­канской Конституции, сколько ее содержание способствовало распространению доктрины и практики конституционализма во всем мире. Эта ее роль есть предмет особой гордости американ­цев. Признавая свою Конституцию, возможно, самой "важной статьей экспорта США"*, американцы и внутри страны все­мерно поддерживают ее высокий престиж и авторитет. Об этом красноречиво свидетельствуют многие обстоятельства политико-правовой действительности США. Так, все парла­ментарии, должностные лица судебной и исполнительной вла­сти, как Союза, так и штатов, включая Президента США, при вступлении в должность дают присягу или торжественное обещание соблюдать Конституцию (ст. II, VI). Процесс натура­лизации в качестве необходимых предварительных условий предусматривает, в частности, проверку "понимания основных принципов Конституции США", а также принесение присяги, декларирующей "поддержку Конституции Соединенных Шта­тов и выступление в ее защиту от любых внешних и внутрен­них врагов".

* Мишин А. А., Власихин В. А. Указ. соч. С. 13.

3. Конституции штатов

Федеративное устройство США исторически характеризу­ется наличием наряду с федеральной Конституцией собствен­ной конституции у каждого штата.

За всю историю Северной Америки до 1991 г. на террито­рии США в общей сложности было принято 146 конституций штатов*. Они принимались в разное время. Среди действующих этих конституций три были приняты в XVIII в., 29 — в XIX, остальные — в XX. Самой старой из них является Конституция штата Массачусетс 1780 г., самой новой — Конституция штата Джорджия 1982г.

* См.: Лафитский В. И. Основы конституционного строя США. М., 1998. С. 80.

Исторически наиболее активными в конституционном стро­ительстве были штаты Юга. Так, чемпионом по числу приня­тых конституций является Луизиана, конституционная исто­рия которой насчитывает 11 высших законов. Западные же штаты, наоборот, как правило, принимали по одной консти­туции. В большинстве штатов конституции принимались кон­вентами и одобрялись референдумами.

Ни одна из действующих ныне конституций штатов не имеет значительных черт сходства с федеральной Конституци­ей. В сравнении с последней высшие законы штатов имеют следующие особенности: упрощенный порядок изменения кон­ституционных положений, а отсюда и большая подвижность*; значительный объем большинства конституций, усложненность внутренней структуры, детализированность текста, прямое отражение в нем современных политико-правовых реальностей. Заметно отличаются конституции различных штатов и друг от друга. Так, 17 из них провозглашают равноправие мужчин и женщин, 21 содержит право народной инициативы, 37 — институт референдума, 15 — право отзыва населением депута­тов и различных чиновников публичной службы.

* В штате Джорджия, например, в Конституцию 1945 г., действовавшую до 1976 г., было внесено 832 поправки.

§ 2. Конституционно-правовой статус человека и гражданина

1. Общая характеристика правового регулирования прав, свобод и обязанностей

Американская правовая доктрина базируется на концеп­ции естественного происхождения прав и свобод человека. Данный принцип послужил своего рода национальной идеей, под лозунгом которой была завоевана независимость и образо­вано государство. Именно в Британской Северной Америке впервые в истории основные права и свободы получили ком­плексное закрепление в документе конституционного значе­ния — Декларации прав штата Виргиния, принятой 12 июня 1776 г. Парадокс заключался в том, что, будучи идеологичес­ки направленным против Великобритании, содержание Декла­рации, как и более позднего североамериканского законода­тельства, базировалось на идеях, разработанных и утвердив­шихся к тому времени именно в этой стране — исторической родине, против которой восстали колонисты.

Спустя 22 дня после Виргинской декларации — 4 июля 1776 г. принимается Декларация независимости США, камер­тоном содержания которой также является идея неотчуждае­мости прав человека, которые должны быть гарантированы государством: "Все люди сотворены равными и все они одаре­ны Создателем некоторыми неотъемлемыми правами, к числу которых принадлежат жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правитель­ства". Принятые в ходе освободительной борьбы конституции штатов также признавали ключевой идеей своего содержания права человека.

Следующим шагом на пути "обеспечения благ свободы" явилась Конституция США 1787 г. Однако непосредственное словесное отражение в ней получили лишь отдельные, весь­ма немногочисленные права и свободы. Так, Конституция зап­ретила приостановку действия привилегии хабеас корпус, если только этого не потребует общественная безопасность в слу­чае мятежа или вторжения (разд. 9 ст. I). В ст. III (разд. 2) Конституция предписывает все дела о преступлениях рассматривать судами присяжных. Она запретила принятие законов об опале (назначение наказания без судебного разбирательства) и законов, имеющих обратную силу (разд. 9 ст. I). Конституция запретила лишать гражданских прав членов семей тех лиц, которые осуждены за государственную измену (разд. 3 ст. III), и установила равенство прав граждан различных штатов (разд. 2 ст. IV). Статья VI Конституции запрещает проверку религиоз­ной принадлежности в качестве условия для занятия какой-либо должности на службе США. Вот и все права и свободы человека, которые первоначально провозгласил высший за­кон США. Нетрудно заметить, что он обошел молчанием воп­рос о рабстве, существовавшем в ряде штатов, не упомянул о неотъемлемом характере прав человека, не содержал цело­стного регулирования прав человека и гражданина.

"Отцы-основатели" обосновывали этот факт различными аргументами. Одни считали, что Конституция сама по себе является Биллем о правах, поскольку содержит главные га­рантии таких прав в виде разделения властей, сильных и не­зависимых судов, выборности парламентариев и Президента и т. д. Поэтому вербальное утверждение прав и свобод они по­лагали конституционным излишеством: будучи естественными, права, дескать, не нуждаются в позитивном формулировании. Важным аргументом в пользу отсутствия в Конституции переч­ня важнейших прав и свобод служило и то, что они уже были записаны в конституциях штатов.

Однако в некоторых штатах (Род-Айленд, Северная Ка­ролина) такой подход не нашел поддержки. Они требовали дополнить Конституцию Биллем о правах под угрозой отказа от ее ратификации. Их позиция мотивировалась тем, что силь­ная власть центрального правительства представляет собой наибольшую угрозу правам человека. Поэтому именно феде­ральная Конституция (а не только конституции штатов) дол­жна взять на себя обязательства по соблюдению прав и свобод человека. А для этого важнейшие из них должны быть провозг­лашены и стать тем самым ограничителями власти централь­ного правительства. В конце концов такая позиция возобладала.

В 1789 г. Конгрессу были представлены 10 поправок к Кон­ституции, касающиеся прав и свобод человека. Они были ра­тифицированы необходимым числом штатов к 15 декабря 1791 г. и получили, как мы упомянули выше, наименование Билль о правах.

Билль о правах весьма своеобразно гарантирует права и свободы, используя негативный способ их формулирования. Тем самым его создатели подтвердили свою приверженность идеям естественного права: главный акцент в конституционной регламентации прав и свобод сделан не на их провозглашении, а на механизме их гарантированности, прежде всего стремле­нии не допустить произвола государственной власти, устано­вить ее пределы по отношению к человеку. В связи с этим и появилась формула "Конгресс не должен...". На естественно-правовой концепции основывается и IX поправка, установившая, что "перечисление в Конституции определенных прав не должно толковаться как отрицание или умаление других прав, сохраняемых народом".

Нормы о правах и свободах содержатся и в ряде других поправок к Конституции, внесенных в нее после принятия Билля о правах. Девять из них непосредственно касаются прав и свобод.

Наибольшее внимание в Конституции США и поправках к ней уделяется политическим и гражданским правам и свобо­дам, а среди экономических прав конституционное оформление получило лишь право частной собственности (поправки V и XIV).

Помимо самой Конституции источниками регулирования прав и свобод человека и гражданина являются акты Конгресса и Президента, судебные прецеденты, конституционные обычаи, а также конституции и законодательство штатов. Указан­ные источники существенно развивают, дополняют и интер­претируют конституционные положения о правах и свободах.

При этом права и свободы, прямо зафиксированные в Конституции (включая поправки), или те, которые признаны судами подразумеваемыми, вытекающими из ее духа, относятся доктриной и судебной практикой к числу фундаментальных, т. е. конституционных, пользующихся конституционной защитой. К подразумеваемым Конституцией правам Верховный суд отнес, например, в 1958 г. свободу ассоциаций, а в 1981 г. — "право вступать в брак, производить потомство, право ездить в другие штаты"*. Юридическое значение разделения всех прав на фундаментальные и иные состоит в том, что некон­ституционным может быть признан только тот закон, который нарушает фундаментальные права. Как уже отме­чалось, в отличие от большинства современных государств в США до сих пор не признается конституционного, основополагающего значения за большинством прав социального, эконо­мического и культурного характера. Но и фундаментальные права неоднородны. Среди них особо выделяются права пред­почтительные, т. е. особо значимые. К числу последних отно­сятся права и свободы, провозглашенные I поправкой к Кон­ституции.

* См.: Фридмэн Л. Введение в американское право. М., 1993. С. 158.

Субъекты прав и свобод обозначаются в тексте Конститу­ции США терминами "народ" и "граждане". При этом понятие "народ" используется в различных значениях. Чаще всего оно употребляется, когда речь идет о правах физических лиц, находящихся на территории США, независимо от их расы, пола, возраста и других особенностей (поправки I, II, IV, IX, X). Если же речь идет о вопросах, связанных с осуществле­нием публичной власти, народного суверенитета, то слово "народ", по мнению одних авторов, обозначает совокупность всех граждан, т. е. "людей, образующих государство"* а по утверждению других — избирательный корпус, т. е. совокуп­ность "граждан, которым предоставлено избирательное пра­во" (преамбула, поправка XVII)**.

*Garner В. A. A Dictionary of Modern Legal Usage. 2nd ed. N. Y., 1995. P. 648—649.

** Black's Law Dictionary. 6lh ed. N. Y., 1990. P. 1135.

Важнейшим элементом правового статуса человека и граж­данина, основой личной свободы является принцип равно­правия. Он вытекает из смысла ст. IV (разд. 2) Конституций и XIV поправки к ней, устанавливающих право граждан лю­бого штата на льготы и привилегии граждан другого штата, недопустимость законодательной и правоприменительной прак­тики, нарушающей такие привилегии, а также "равную защи­ту закона". Данный принцип по-разному трактовался законо­дательством и судами в различные исторические периоды. При этом если на начальном этапе существования американского государства первостепенное значение имел региональный ас­пект принципа равноправия, а сам он распространялся толь­ко на белых американцев, то в XIX, а особенно в XX в. гром­ко зазвучала проблема гарантированности прав меньшинств, прежде всего этнических. К числу таковых принято относить испаноязычное население, т. е. выходцев из латиноамерикан­ских государств (около 17 млн. человек, или 7% населения), афроамериканцев (27 млн., т. е. чуть менее 10%), коренное население Североамериканского континента — индейцев, эс­кимосов, алеутов (1,5 млн., т. е. немного более 0,5%), а также представителей азиатских этнических групп (немногим более 4 млн., т. е. чуть меньше 2%).

Традиционно наиболее остра в США проблема дискрими­нации негров. Первые шаги на пути ее преодоления были пред­приняты еще в прошлом веке. В 1807 г. Конгресс принял акт, запретивший с января 1808 г. ввоз в США невольников. В 1865 г. XIII поправкой к Конституции было отменено рабство. В 1875 г., в период Реконструкции Юга после окончания Гражданской войны, Конгресс принял первый Акт о гражданских правах, запретивший всякую "дискриминацию по признаку расы и цвета кожи". Однако Верховный суд США признал его некон­ституционным на том основании, что поправка XIV к Консти­туции запрещает дискриминационные действия лишь публич­ной власти, но не частных лиц.

Таким образом, в рассматриваемый период попытка пре­кратить практику дискриминации по расовому признаку не удалась. Более того, политика дискриминации обрела новую форму, выразившись в принятии как Союзом, так и штатами целого ряда законов о сегрегации. Начало такому законода­тельству положил Акт о содействии комфорту пассажиров (закон Джима Кроу), принятый в 1890 г. в Луизиане и пред­писывавший белым и черным ездить только в различных ва­гонах. В дальнейшем законы о сегрегации установили правила о раздельном обучении, проживании в гостиницах, посещении ресторанов, наконец, на федеральном уровне — о раздельной службе в армии. Последнее требование было отменено Пре­зидентом Гарри Трумэном во время Второй мировой войны. В других же сферах сегрегация господствовала вплоть до се­редины 50-х гг. XX в. Позиция судов в этом вопросе начала ме­няться только после того, как в 1954 г. Верховный суд США в решении по делу Браун против Комитета по образованию признал закон о сегрегации школьного обучения штата Кан­зас неконституционным. Это решение было поддержано Кон­грессом, который в 1957 г. принял Акт о гражданских правах, учредивший Комиссию по гражданским правам — федераль­ное независимое ведомство, входящее в систему исполнитель­ной власти. Положения Акта 1957 г. были дополнены Актом о гражданских правах I960 г., но оба они носили по большей части декларативный характер и конкретных гарантий равно­правия не содержали.

В 1964 г. был принят следующий Акт о гражданских правах, запретивший всякую дискриминацию по расовому при­знаку, в том числе в форме сегрегации. Акт объявлял незаконной расовую дискриминацию при составлении списков избира­телей, при обслуживании в общественных местах, при найме, продвижении по работе и увольнении, в деятельности проф­союзов. Однако очень скоро выяснилось, что разрушить пра­вовые барьеры дискриминации недостаточно для установления подлинно равных возможностей черных и белых. Необходимы программы содействия чернокожим американцам в осуществле­нии ими своих прав.

Стремясь уничтожить фактические последствия многолет­ней дискриминации чернокожего населения, Верховный суд ввел в конституционное право доктрину "положительных дей­ствий". Она была сформулирована в решении по делу Бэкк против Каролинского университета (г. Дэвис штата Калифор­ния). Алан Бэкк, белый, подал заявление для поступления в медицинскую школу университета Каролины. В целях облегче­ния поступления в школу представителям меньшинств школа имела квоту, в пределах которой резервировались места за чернокожими и другими меньшинствами. Школа отвергла Бэкка, но приняла негров, чей образовательный уровень был, по мнению Бэкка, гораздо ниже, чем у него. Бэкк счел, что тем самым нарушены его конституционные права, и обратился в суд. Дело дошло до Верховного суда США, который вынес весьма противоречивое решение. Отменив систему квот меди­цинской школы, Суд вместе с тем постановил, что учет расы человека в целях компенсации результатов долгой социальной дискриминации не нарушает в принципе конституционных положений о равноправии. Такая позиция, так же, как и си­стема квот и иных "положительных действий", была встречена общественным мнением неоднозначно. Часть белого населения восприняла такой подход как "дискриминацию наоборот". Вли­яние этой точки зрения усилилось в 80-е гг., в результате чего Верховный суд отказался от доктрины "положительных дей­ствий", мотивируя свое решение борьбой с "дискриминацией наоборот".

Такая позиция была подтверждена Верховным судом и в 90-е гг. В июне 1995 г. он вновь заявил о неконституционнос­ти программ "положительных действий" (причем не только для этнических групп, но и в отношении женщин), допустив их лишь в рамках "отдельных институтов и местностей, тре­бующих принятия особых мер против дискриминации". На этом основании в марте 1996 г. один из апелляционных судов при­знал неконституционными квоты, установленные для чернокожих и испаноязычных американцев. В июле 1996 г. Верховный суд США поддержал это решение.

Проблема равноправия по этническому фактору затраги­вает и комплекс вопросов, связанных с положением индейцев. Из полутора миллионов индейцев более половины проживает в резервациях. Этот институт был учрежден Актом о переме­щении индейцев 1830 г., принятым под давлением плантаторов Юга, которые добивались расширения своих земельных уго­дий. Акт предписывал всем индейцам переселиться на специ­ально отведенные для них территории к западу от реки Мис­сисипи (138 млн. акров), выделив 500 тыс. долларов на цели компенсации индейцам потери земли и расходов, связанных с перемещением. Перемещение производилось под контролем армии. Только в 20-е гг. XX в. были сделаны первые шаги на пути признания за индейцами статуса полноправных граждан. С 1924 г. родившиеся в США индейцы считаются американски­ми гражданами, а согласно решению Верховного суда 1935 г. они подлежат налогообложению и включению в списки изби­рателей. Исключение составляют индейцы, проживающие в резервациях, поскольку эти территории не входят в состав штатов. Жители резерваций освобождены и от уплаты налогов.

Акт о реорганизации индейских поселений 1934 г. впервые признал за индейцами право на самоуправление. Это дало им возможность объединиться в корпорации во главе с племенны­ми советами и их должностными лицами. Самоуправление ин­дейцев было существенно расширено Актом о самоопределе­нии индейцев и помощи их просвещению 1975 г., который пе­редал в ведение племенных корпораций вопросы организации почтовой службы, здравоохранения, введения собственных налогов, учреждения племенных судов.

Организация резерваций и регулирование их статуса под­лежат ведению Союза, ибо резервации считаются федераль­ными территориями, упомянутыми в разд. 3 ст. IV Конститу­ции. В рамках федерального департамента внутренних дел с 1832 г. действует комиссар по делам индейцев, назначаемый Президентом США по совету и с согласия Сената. Комиссар вправе разрешать все вопросы, касающиеся индейцев, в со­ответствии с актами Конгресса, Президента и секретаря (ми­нистра) внутренних дел. Эти полномочия, кроме изменения границ резерваций, комиссар осуществляет на основе, как правило, субделегирования. Территория же резерваций может изменяться только решением секретаря внутренних дел, а в штатах Аризона и Нью-Мекхико — только актом Конгресса. При комиссаре действует управление, состоящее из управля­ющих, которые консультируют комиссара и ведают отрасле­выми проблемами (школьное дело, мелиорация и др.).

В отношении индейцев на федеральном уровне и в шта­тах реализуются наиболее многочисленные программы "поло­жительных действий", включающие меры социальной, обра­зовательной и иной помощи. Однако с начала 80-х гг. федераль­ная политика в отношении индейцев перестала сводиться к расширению благотворительности и дотаций, а сделала упор также на поощрение предпринимательства.

На территории штата Аляска наряду с индейцами прожи­вают также алеуты и эскимосы, составляющие около 1 /10 населения. В отношении этих народов также действуют про­граммы "положительных действий". В частности, в штате функционируют две системы начального и среднего образова­ния: одна для коренных народов, находящаяся в ведении уп­равления по делам индейцев, а другая, организованная по школьным округам, — для прочего населения.

Несмотря на все меры, фактическое положение расовых меньшинств все еще заметно хуже положения белых. Так, детская смертность у чернокожих американцев вдвое выше, чем у белых. Средняя продолжительность жизни афроамериканцев на 6 лет, а испаноязычных — на 9 лет ниже, чем у евроамериканцев, а у индейцев вообще составляет всего 44 года.

Проблема равноправия имеет в США помимо этнического и другие аспекты. Законодательство особо запрещает дискри­минацию таких групп населения, как инвалиды, женщины, лица старшего возраста. Так, Акт о реабилитации 1973 г. обя­зывает работодателей проявлять "разумную приспособляе­мость" по отношению к инвалидам. Дискриминировать их при приеме на работу и продвижении по службе запрещает и Акт об инвалидах 1990 г. В 1967 г. Акт о дискриминации по возра­сту запретил увольнять по причине старости лиц, не достиг­ших 65 лет; в 1978 г. этот возрастной порог был повышен до 70 лет, а в 1986 г. вообще устранен. Так что на основании возра­ста увольнять вообще нельзя.

Судебная практика твердо занимает позицию недопусти­мости дискриминации по признаку пола. Например, в октяб­ре 1996 г. Верховный суд США обязал администрацию Военно­го института штата Виргиния отменить запрет на прием жен­щин, расценив его как антиконституционный.

Никаких обязанностей человека и гражданина Кон­ституция США прямо не устанавливает. Из смысла поправки XVI следует обязанность платить налоги, поправки V — обя­занность давать свидетельские показания (если они не направ­лены против себя самого). Статус Президента как Главнокоман­дующего армией и флотом США, вытекающее из него право объявлять всеобщую мобилизацию во время военного положе­ния подразумевает обязанность граждан защищать отечество. Не акцентируется внимание на обязанностях и в конституциях штатов. Все они содержат лишь обязанность по уплате нало­гов. Экзотической является до сих пор содержащаяся в Кон­ституции Массачусетса 1780 г. обязанность "каждого члена общества публично совершать в установленное время молит­вы Господу Богу".

В текущем законодательстве штатов прямое провозглаше­ние обязанностей, которые по значению можно считать кон­ституционными, тоже не распространено. Исключением можно считать разве что требование обязательного школьного обра­зования. Интересно, что такая обязанность содержит указание не на количественные параметры обязательного образования, а лишь на возраст, в рамках которого ребенок должен посе­щать школу: в большинстве штатов — с 6 до 16, а в четы­рех — с 6 до 18 лет. Обязанность обеспечить образование ре­бенку в этом возрасте лежит на родителях. В случае уклоне­ния от нее им грозит штраф.

2. Гражданство США

Некоторые принципы гражданства установлены в Консти­туции США, согласно которой при приобретении американс­кого гражданства по рождению приоритет имеет право почвы, наряду с федеральным гражданством существует гражданство штатов, а все граждане США равноправны (ст. IV, поправка XIV). Подробнее же институт гражданства регламентируется Актом об иммиграции и гражданстве (Immigration and Natio­nality Act) 1952 г., именуемым по фамилиям внесших его пар­ламентариев законом Уолтера—Маккарена.

Как и в Великобритании, для обозначения американско­го гражданства упомянутый Акт использует два термина: nationality (национальность) и citizenship (гражданство). Пер­вый из них более широкий и обозначает устойчивую правовую связь лица не только с самими Соединенными Штатами (т. е. citizenship), но и с их заморскими владениями. Лица, облада­ющие nationality of USA, т. е., условно говоря, гражданством в широком смысле слова, в русских переводах нередко име­нуются американцами или лицами американской национальности, а лица, обладающие citizenship of USA, —- гражданами США. И это вполне обоснованно: только citizenship порождает между человеком и Соединенными Штатами как государством права и обязанности, признаваемые в данной стране, в пол­ном объеме. Другими словами, только данный термин обозна­чает гражданство в собственном смысле этого слова. Лица же, обладающие nationality, но не имеющие citizenship, по-рус­ски часто называются американцами, не являющимися граж­данами США. Их правовая связь с США менее богата по со­держанию, хотя и включает право лица на покровительство со стороны США за рубежом, право свободного въезда на терри­торию страны и выезда из нее, право на облегченный порядок приобретения гражданства в собственном смысле (citizenship), а также определенные льготы при приобретении американс­кого гражданства детьми такого лица.

Акт 1952 г. подробно регламентирует процедуру приобре­тения и прекращения гражданства США (citizenship). Оно мо­жет быть приобретено по рождению и в результате на­турализации. Как и в других странах, в рамках филиации дей­ствуют как право почвы, так и право крови. При этом праву почвы отдается предпочтение : население стран Америки ис­торически пополнялось во многом за счет иммиграции. По пра­ву почвы гражданами США считаются:

— лица, родившиеся на территории США* и находящие­ся под их юрисдикцией (из такой юрисдикции исключаются дети дипломатических представителей иностранных государств в США; дети граждан неприятельских государств, родивши­еся на территории США во время ее оккупации соответству­ющим государством, наконец, дети нелегальных иммигрантов);

* Акт об иммиграции и гражданстве включает в понятие "территория Соединенных Штатов" также территории Пуэрто-Рико, Виргинских ос­тровов и острова Гуам.

— лица, родившиеся в США от родителей, принадлежа­щих к коренным народностям континента: индейцам, эскимо­сам, алеутам (представители перечисленных народностей стали признаваться гражданами США с 1924 г.);

— наконец, лица, обнаруженные в США в возрасте до пяти лет, если их родители неизвестны (американское граж­данство данной категории лиц прекращается, если до дости­жения ими 21 года будет установлено, что лицо родилось за пределами США).

Право крови распространяется лишь на лиц, родившихся за пределами США. При этом степень лояльности законодателя к различным категориям лиц, родившихся за границей от граждан США, неодинакова. Она зависит прежде всего от того, один или оба родителя ребенка были гражданами США на момент его рождения. В случае, когда оба родителя — аме­риканские граждане, их ребенок становится гражданином США по рождению, если хотя бы один из родителей имел непосредственно перед рождением ребенка постоянное место жительства на территории США или в одном из их заморских владений.

Если ребенок родился за пределами США и при этом толь­ко один из его родителей является американским гражданином, то многое зависит от места рождения ребенка. Так, наиболее льготные условия приобретения американского гражданства существуют для лиц, родившихся в заморских владениях США, если при этом хотя бы один из родителей являлся гражданином США и непрерывно проживал в США в течение одного года в любой период времени до рождения данного ребенка.

Если же лицо родилось за пределами США и их заморс­ких владений и при этом лишь один из его родителей является американским гражданином, условия приобретения им граж­данства по рождению зависят от того, имеется ли у второго родителя правовая связь с США. Если такая связь существует в виде nationality, то ребенок становится американским гражданином при условии постоянного проживания его роди­теля — гражданина США на их территории непрерывно в те­чение одного года непосредственно перед рождением ребенка. В случае, когда второй родитель — иностранец, ребенок счи­тается гражданином США по рождению при условии постоян­ного проживания родителя — гражданина США на территории этого государства или заморских владений не менее установ­ленного законом срока, который является неодинаковым для различных периодов времени, так как в Акт 1952 г. несколько раз вносились изменения, сокращавшие его. Так, если ребе­нок родился 14 ноября 1986 г. или позднее, то он приобрета­ет гражданство США в том случае, если родитель — гражда­нин США проживал в данной стране или на ее зависимых тер­риториях в течение как минимум пяти лет в общей сложности до рождения ребенка, причем из них не менее чем два года долж­ны приходиться на период, когда родитель был старше 14 лет. Для приобретения гражданства США по рождению детьми, родившимися ранее 14 ноября 1986 г., закон устанавливает более жесткие требования. Так, дети, родившиеся в период между 24 декабря 1952 г. и 13 ноября 1986 г. от родителей, лишь один из которых являлся гражданином США на момент их рождения, становятся гражданами данной страны по рож­дению при условии проживания их родителем — гражданином в США или их заморских владениях не менее 10 лет, из ко­торых пять лет — после достижения 14-летнего возраста. К проживанию в США приравниваются нахождение на государ­ственной службе у правительства США, на службе в Воору­женных силах США, работа в международной организации, членом которой состоят США, а также нахождение родите­ля — гражданина США за границей, но на иждивении своих не состоящих в браке детей, удовлетворяющих только что на­званным условиям.

Особые правила приобретения американского гражданства Акт 1952 г. устанавливает для детей, родившихся вне брака. Если ребенок рожден за пределами США, то он становится американским гражданином по рождению, если его мать на момент его рождения имела гражданство США и постоянно проживала когда-либо ранее в США или их заморских владе­ниях в течение одного года. Если мать ребенка, рожденного вне брака, не удовлетворяет указанным условиям, возможно приобретение им американского гражданства по отцу, но для этого он должен соответствовать тем же требованиям, кото­рые сформулированы законом в отношении матери, и, кроме того, усыновить ребенка до достижения последним 21 года.

Необходимыми условиями натурализации в соответствии с Актом Уолтера—Маккарена являются:

— достижение заявителем 18-летнего возраста;

— наличие постоянного места жительства (приобретенно­го на законных основаниях) на территории США в течение не менее чем пяти лет непосредственно перед обращением;

— фактическое законное пребывание в стране как мини­мум в течение половины этого срока (отсутствие в США свы­ше 6 месяцев влечет его прерывание, за исключением случа­ев, указанных в законе);

— проживание в штате, где подается заявление о при­еме в гражданство, не менее 6 месяцев; постоянное прожи­вание в США с момента подачи заявления до вынесения судом решения о приеме в гражданство;

— наличие у заявителя высоких моральных качеств;

— "преданность Конституции США, лояльное отношение к существующему строю и процветанию США";

— знание английского языка, включая умение читать, пи­сать, использовать в речи наиболее употребляемые слова (пос­леднее требование не распространяется на лиц, физически не способных его выполнить, а также лиц старше 50 лет и не менее 20 лет постоянно проживающих в США на законных основаниях);

— знание и понимание основ истории, принципов и фор­мы правления США.

Для некоторых категорий натурализующихся лиц сроки проживания и фактического пребывания в США законом со­кращаются либо вообще снимаются. Так, лицо состоящее в браке с гражданином (citizen) США в течение трех лет непос­редственно перед обращением с заявлением о натурализации, приобретает право на нее, если в течение всего этого срока супруг является гражданином США, а само лицо законно проживало на территории США и при этом не менее половины указанного срока (т. е. полутора лет) физически находилось в данном государстве, а также в течение 6 месяцев проживало в штате, на территории которого подано заявление о натура­лизации. Впрочем, закон предусматривает и несколько случаев полного снятия требований о сроках проживания и пребыва­ния в США заявителей.

Натурализация ребенка по ходатайству родителей осуще­ствляется, если оба они натурализовались после рождения ребенка.

Закон содержит требование о недопустимости при приеме в гражданство дискриминации по признакам расы, пола либо семейного положения. Вместе с тем установлен запрет приема в американское гражданство лиц, призывающих к свержению законного правительства США или состоящих в организациях, выступающих за такое свержение; являющихся членами любых тоталитарных объединений (среди них как особо опасные закон выделяет коммунистические партии и ассоциации); поддер­живающих доктрины установления в США тоталитарной дикта­туры (опять же прежде всего — коммунистической); "пропо­ведующих или поддерживающих" политический терроризм, нанесение ущерба собственности, саботаж. Перечисленные запреты действуют не только в период совершения лицом соответствующих действий, но и в течение 10 лет после этого, если только лицо не докажет, что членство в соответствую­щей организации или содействие ей не носило добровольно­го характера, либо имело место до достижения данным ли­цом 16 лет, либо было связано с предписанием какого-либо закона (т. е. являлось обязательным), либо имело целью трудо­устройство, получение продовольственного пайка или другого жизненно важного блага. Совершение деяний, признаваемых законодательством США преступлениями, также является ос­нованием для отказа в приеме в американское гражданство. Для различных преступлений закон устанавливает неодинако­вый период времени, в течение которого действует запрет приема в гражданство. За совершение некоторых преступлений (убийство, провоз и распространение наркотиков, нелегальная торговля оружием и т. п.) возможность натурализации утрачи­вается навсегда.

Решение о натурализации принимает Служба иммиграции и натурализации. Оно может быть обжаловано в суд.

Следует отметить, что в статусе натурализованных граж­дан и граждан по рождению имеются некоторые различия. Так, только урожденный гражданин может быть избран Пре­зидентом США. Членами Палаты представителей и Сената могут стать граждане по рождению, а также те натурализо­ванные граждане, которые являются таковыми в течение не менее чем семь и девять лет соответственно.

Прекращение гражданства США возможно как на доб­ровольной основе, т. е. по инициативе самого гражданина, так и в принудительном порядке, осуществляемом государством.

Американское гражданство прекращается добровольно, если соответствующее лицо обратилось с заявлением об от­казе от него. Заявление подается должностному лицу диплома­тического или консульского учреждения США в иностранном государстве либо должностному лицу службы иммиграции и натурализации генерального атторнея США.

Акт об иммиграции и гражданстве не употребляет терми­на "лишение гражданства", однако все же предусматривает возможность его принудительного прекращения. Основаниями прекращения гражданства США по инициативе государства выступают:

— приобретение гражданином США гражданства иност­ранного государства в результате натурализации;

— принесение присяги или клятвы верности иностранному государству или его политико-территориальному подразделе­нию;

— поступление на военную службу к иностранному госу­дарству без специального письменного разрешения государ­ственного секретаря и министра обороны;

— поступление на гражданскую службу правительства иностранного государства или его политико-территориально­го подразделения, если это сопряжено с наличием либо при­обретением гражданства данного государства или принесени­ем ему присяги либо клятвы верности;

— наконец, совершение измены, попытка свергнуть пра­вительство Соединенных Штатов насильственным путем, уча­стие в военных действиях против США.

Существование в законодательстве столь обширного пе­речня оснований принудительного прекращения американского гражданства объясняется тем, что традиционно и доктрина, и судебная практика одним из необходимых элементов содер­жания института гражданства признают наличие особой свя­зи между государством и гражданином, состоящей в верности , преданности (allegiance) последнего Соединенным Штатам.

Решение о прекращении гражданства США принимается: при добровольном отказе от него — упомянутыми должност­ными лицами, при совершении измены и иных действий про­тив США — общими военными судами; в остальных случаях — федеральными окружными судами или судами штатов первой инстанции.

Особым основанием принудительного прекращения граж­данства США является отмена натурализации. Она осуществ­ляется только в судебном порядке при наличии следующих оснований:

— незаконное получение натурализации в результате со­крытия тех или иных фактов или фальсификации документов;

— выезд гражданина в течение пяти лет после натурализа­ции на постоянное место жительства в иностранное государство;

— установление в течение пяти лет после натурализации связи, включая членство, с организацией, связь с которой не позволяла бы соответствующему лицу получить гражданство США.

Допуская в принципе двойное гражданство , закон Уолте­ра—Маккарена относится к нему негативно. Двойное граждан­ство можно приобрести только по рождению — в результа­те коллизии законодательства о гражданстве США и какого-либо иного государства (чаще всего такого, где доминирует право крови). Но и в этом случае закон весьма ревниво отно­сится к упрочению политико-правовых связей своих граждан, имеющих также гражданство иного государства, с последним. "Использование преимуществ гражданства иностранного госу­дарства" (например, участие в выборах) при условии достижения соответствующим американским гражданином 22 лет и проживания в данном иностранном государстве не менее трех лет может послужить еще одним основанием для принудитель­ного прекращения гражданства США.

В соответствии с законом американцами, не имеющими граж­данства США (nationals), являются:

— лица, родившиеся в их заморских владениях (в момент или после приобретения соответствующими территориями ста­туса таковых);

— родившиеся за пределами США и их заморских владе­ний лица, у которых оба родителя — американцы, не являю­щиеся гражданами (citizens) США и имевшие постоянное ме­сто жительства в Соединенных Штатах или их заморских вла­дениях до рождения данного ребенка;

— наконец, лица, родители которых неизвестны, обна­руженные в заморских владениях СТА в возрасте до пяти лет, если до достижения 21 года не будет установлено, что соответствующее лицо родилось не в заморских владениях США.

Напомним, что во всех перечисленных случаях речь идет о неинкорпорированных владениях США (см. ниже в § 6).

Указанные лица вправе натурализоваться на льготных условиях: срок проживания во владениях США засчитывает­ся им в требуемый срок проживания в самих США при ус­ловии, что на момент обращения с ходатайством о натура­лизации соответствующее лицо является жителем одного из штатов.

Режим иностранцев. В случае законного пребыва­ния в стране иностранцев, к числу которых относятся и апат­риды, их статус, как и в большинстве других стран, отлича­ется от статуса граждан. Они не могут участвовать в выборах и не имеют права на доступ к публичной службе. Согласно действующим положениям Акта о регистрации иностранцев 1940 г. (закон Смита) они обязаны сообщать службам генераль­ного атторнея о месте своего пребывания и его изменении. Они могут быть депортированы в страну своего происхожде­ния (если таковая имеется), например, за представление лож­ных сведений, послуживших основанием для разрешения на въезд, за связь с подрывными организациями, за участие в забастовке. Депортация производится по решению генерально­го атторнея, которое может быть обжаловано в суд.

В остальном на иностранцев, как правило, распространя­ется национальный режим .

3. Гражданские (личные) права, свободы и обязанности

Права и свободы этой группы по-прежнему остаются в центре внимания и законодательства и судебной практики.

Право на жизнь как само собой разумеющееся, подразу­меваемое право прямо нигде не зафиксировано. Общепризнано, что в Конституции содержатся важнейшие его гарантии: запреты лишать кого бы то ни было жизни без "надлежащей правовой процедуры", а также применять "жестокие и нео­бычные" наказания (поправки V, VIII, XIV). Именно в связи с необходимостью гарантировать право на жизнь в США ведутся давние споры по вопросам запрещения искусственного преры­вания беременности и смертной казни. Принятые в 60—70-е гг. некоторыми штатами законы о запрещении абортов признаны Верховным судом США в 1973 г. в решении по делу Роу про­тив Уэйда неконституционными.

В апреле 1996 г. Конгресс принял билль, запрещающий искусственное прерывание беременности (при отсутствии ме­дицинских показаний), длящейся более 20 недель. Президент наложил на него вето.

Смертная казнь с самого начала существования США как государства предусматривалась федеральными законами и за­конодательством штатов за наиболее опасные преступления против жизни и государства. Ее применение, таким образом, изначально не рассматривалось как нарушение права на жизнь. Об этом, в частности, свидетельствует упоминание о смертной казни и о "лишении жизни" в V и XIV поправках к Конститу­ции. В XX в., особенно после Второй мировой войны, в США, как и во многих других странах, активизировалось движение за отмену смертной казни.

С конца 60-х гг. в США фактически установился морато­рий на приведение в исполнение смертных приговоров. Это привело к образованию постепенно растущей "очереди смер­тников". Сложившаяся противоречивая ситуация потребовала обращения к Верховному суду США, который сформулировал свою позицию в 1972 г. в решении по делу Фурман против Джорджии. Суд признал законы штатов, предусматривающие смертную казнь, "произвольными" и противоречащими Кон­ституции, потребовав по сути их пересмотра. После этого ре­шения уголовное законодательство штатов, регламентировав­шее основания и условия применения смертной казни, дей­ствительно подверглось существенным изменениям. В 1976 г. по делу Грегг против Джорджии Верховный суд США признал смертную казнь в принципе не противоречащей Конституции при соблюдении законодательством, ее предусматривающим, определенных условий. Во-первых, смертная казнь может быть установлена только за убийство при отягчающих обстоятель­ствах или лишение жизни, вызванное совершением иного тяжкого преступления. Во-вторых, закон должен предоставить суду присяжных возможность выбора между смертной казнью и пожизненным заключением. В 1988 г. Верховный суд ввел еще одно ограничение, установив, что смертная казнь не может применяться к лицам моложе 16 лет.

В настоящее время смертная казнь предусмотрена зако­нодательством Союза, а также 36 штатов за приблизительно 70 составов преступлений (убийство, государственная измена, шпионаж, линчевание, ограбление и т. п.). Способами ее ис­полнения в различных штатах являются электрический стул, газовая камера, расстрел, повешение, а в 16 штатах — смер­тоносная инъекция. Федеральное законодательство США пре­дусматривает смертную казнь за несколько видов наиболее тяжких государственных, военных и общеуголовных преступле­ний. В 1988 г. актом Конгресса к их числу добавлено убийство федерального служащего, совершенное торговцами наркотика­ми. Однако и ныне число выносимых смертных приговоров по-прежнему значительно превосходит число исполняемых, в результате чего "очередь смертников" неизменно превышает 2 тыс. осужденных*.

* См.: Боботов С. В., Жигачев И. Ю. Введение в правовую систему США М., 1997. С. 149.

В последние десятилетия в доктрине и судебной практи­ке ведется оживленная дискуссия о конституционности "права на смерть". Речь идет о праве неизлечимо больных людей отказываться от приема медикаментов, искусственно поддер­живающих жизнь, и праве оказания им помощи в этом со стороны медицинских работников. Судебная практика по дан­ному вопросу развивается довольно противоречиво. В 1990 г. Верховный суд США в решении по делу Кразен против депар­тамента здравоохранения штата Миссури поддержал правило департамента, предоставляющее должностному лицу лечебно­го учреждения право прекратить введение поддерживающих жизнь препаратов неизлечимо больному пациенту, если име­ются неопровержимые доказательства того, что больной не желал их введения*. В 1996 г. на этом основании был оправдан Джек Кеворкян, выступивший пособником в самоубийстве 27 пациентов (после оправдания он совершил еще два аналогич­ных деяния). Однако в июле 1997 г. Верховный суд изменил позицию в этом вопросе, признав неконституционными зако­нодательство штатов и практику помощи в самоубийстве без­надежно больным людям, мотивируя это трудностями уста­новления фактов смертельности заболевания и добровольнос­ти самоубийства.

* См.: Tribe L. H., Dorf М. С. On Reading the Constitution. Camb. (Mass.); L 1991. P. 51—52.

Среди личных прав, получивших конституционное офор­мление, особое значение имеет свобода совести. Свобода сове­сти, как и другие права, провозглашенные I поправкой к Конституции, включается доктриной в число предпочтитель­ных прав. Признание столь важной роли данной свободы обус­ловлено тем, что многие из первых европейских поселенцев бежали в Америку именно для того, чтобы спастись от рели­гиозных преследований, которые были распространены в Ев­ропе в XVII—XVIII вв. Именно поэтому свобода совести полу­чила косвенное отражение уже в первоначальном тексте Кон­ституции: ст. VI запретила проверку или требование каких бы то ни было религиозных убеждений или религиозной принад­лежности в качестве условия для занятия какой-либо долж­ности, учрежденной Соединенными Штатами. Следует обра­тить внимание на то, что и ст. VI и поправка I подразумева­ют не только свободу исповедовать любую религию, но и право не исповедовать никакую, т. е. быть атеистом. Поэтому рассматриваемое право верно называть именно свободой со­вести, а не свободой вероисповедания, как это нередко дела­ется в литературе*.

* См., например: Ньюборн Б. Судебная защита свободы слова и вероис­поведания в Соединенных Штатах // Верховенство права: Сборник. М., 1992. С. 142.

Конституция США весьма лаконично формулирует свобо­ду совести. Буквальное ее прочтение дает возможность заклю­чить, что свобода совести не может быть ограничена лишь государством — как Союзом (поправка I), так и штатами (сле­дует из разд. 1 поправки XIV). Однако расширительно толкуя конституционные положения, законодательство и судебная практика разработали значительное число правил, гарантиру­ющих свободу совести и предусматривающих ее определенные ограничения, из которых и складывается современное содер­жание данного права. Оно предполагает, что правительство может ограничивать свободу совести только в том случае, если такие ограничения являются абсолютно необходимыми для обеспечения более значимых ценностей и при этом они не могут быть достигнуты менее радикальными мерами. Именно руководствуясь данным подходом, Верховный суд в 1925 г. признал неконституционным закон штата, запрещающий час­тные школы, управляемые религиозными объединениями, а в 1963 г. объявил противоречащим конституционной свободе совести решение соответствующего органа штата о лишении пособия по безработице членов секты "Свидетели Иеговы", которые по религиозным убеждениям отказывались работать в субботу и поэтому не могли найти себе работу.

Однако практике Верховного суда США известны и реше­ния, в большей или меньшей степени ограничивающие свободу совести, если это, как уже указывалось, признавалось самим Судом необходимым в целях охраны жизни, здоровья, обще­ственной нравственности, безопасности, а также для обеспе­чения свободы (в том числе совести) других людей, либо об­щегосударственных интересов.

Одним из первых решений Верховного суда по вопросу об ограничении свободы религии стало решение по делу Рейнолдс против США. Суть дела состояла в том, что члены ре­лигиозной секты мормонов согласно своему вероучению прак­тиковали полигамию, которая с 1862 г. признана федеральным преступлением. Один из мормонов Джордж Рейнолдс был за многоженство осужден и обжаловал приговор вплоть до Вер­ховного суда. Заявив, что полигамия расшатывает устои обще­ственной нравственности, Суд подтвердил приговор и консти­туционность соответствующего закона. В 1962 г. Суд счел некон­ституционной распространенную практику начинать каждый день в государственных и муниципальных школах с молитвы, в 1963 г. запретил чтение Библии во время церемоний открытия таких школ, в 1980 г. признал неконституционным закон шта­та, требовавший вывешивания десяти заповедей в каждом классе, в 1992 г. расценил как противоречащее Конституции участие протестантского священника в выпускной церемонии государственной школы. Указанные действия и акты были объявлены неконституционными как нарушающие свободу совести других лиц, то есть противоречащие конституционно­му принципу религиозного равноправия.

К неотъемлемым правам народа Конституция (II поправ­ка) относит право на хранение и ношение оружия . Та беспре­цедентная значимость, которая придается данному праву, воз­веденному в ранг конституционного, объясняется в доктрине "естественным пристрастием американцев к оружию, которое сформировалось у них в силу исторических причин. В отличие от других стран в США отсутствует жесткий и эффективный государственный контроль над оружием. На федеральном уров­не в данной сфере действует Акт о контроле над огнестрель­ным оружием 1968 г., требующий, чтобы покупатель огне­стрельного оружия заполнил официальный бланк, проставив в нем свои имя, фамилию, домашний адрес и указав, что он не был судим за тяжкое преступление, не является наркома­ном и не страдает психическим заболеванием. В 1993 г. Конг­рессом был принят еще один акт, несколько усложнивший процедуру приобретения огнестрельного оружия. Законода­тельство штатов регламентирует порядок приобретения, усло­вия хранения и использования огнестрельного оружия более обстоятельно.

Единственной территориальной единицей, в которой уста­новлен запрет (с 1977 г.) на продажу оружия, является феде­ральный округ Колумбия. Запрет адресован лишь лицам, тор­гующим оружием. Попытки же ограничить право на обладание оружием, обращенные непосредственно к гражданам, рас­сматриваются общественным мнением как посягательства на собственность и свободу. Именно поэтому в 1983 г. Верховный суд США признал неконституционным закон штата Иллинойс, который запрещал гражданам иметь в собственности пистолеты и некоторые другие виды огнестрельного оружия.

В качестве фундаментального личного права IV поправ­ка к Конституции предусматривает право на охрану личности, жилища, бумаг и имущества от необоснованных обысков и арестов.

Право на охрану личности от произвольного ареста под­тверждается поправкой XIV, запрещающей принятие и при­менение штатами законов, которые ограничивали бы права граждан США, а также лишение их жизни, свободы и иму­щества властями штатов без надлежащей правовой процедуры. Тем самым поправка распространила гарантии против произ­вола властей в отношении частных лиц и на законодательство штатов. Важнейшей конституционной гарантией прав, связан­ных с личной неприкосновенностью, является недопустимость производства обысков и арестов без ордера, выданного в ус­тановленном законом порядке. Необходимыми условиями выда­чи ордера являются, в соответствии с Конституцией, наличие достаточных оснований для проведения обыска или ареста, а также подтверждение их существования присягой или торжественным заявлением полицейского*. При этом сам ордер дол­жен содержать подробное описание места обыска, подлежа­щих аресту либо обыску лиц или имущества. Содержание дан­ной поправки было адаптировано Верховным судом США к методам расследования и предупреждения преступлений с использованием средств современной техники в 1967 г. в реше­нии по делу Кац против Соединенных Штатов, где было ука­зано, что использование электронных устройств для подслу­шивания и наблюдения "является обыском и изъятием по смыслу Конституции". Поэтому они могут использоваться толь­ко на основании ордера суда. Данное правило было подтвер­ждено в федеральных актах о контроле над преступностью и обеспечении безопасности на улицах 1968 г. и о наблюдении за иностранной разведывательной деятельностью 1978 г.

* Некоторые американские юристы критикуют указанную конституцион­ную формулу, содержащую лишь условия, при которых ордер может выдаваться, но не указывающих на то, при каких условиях он должен выдаваться. Такое дополнение, по их мнению, способствовало бы иско­ренению произвола должностных лиц. См.: Amar A. The Constitution and Criminal Procedure. New Haven; L., 1997. P. 13.

Еще одним направлением развития содержания рассмат­риваемой поправки явилась выработка на ее основе концепции частной жизни (privacy), т. е. права на ее неприкосновенность от произвольного и неправомерного вмешательства в любые ее сферы со стороны кого бы то ни было, прежде всего государ­ства. Как видно, право на частную жизнь далеко выходит за рамки полицейских расследований. Это еще один образец фак­тической гибкости и эластичности американской Конституции, умения американских юристов адекватно приспособить ее к условиям меняющейся действительности, в частности путем расширительного толкования.

В систему личных прав человека Конституция США орга­нически интегрирует и иные уголовно-процессуалъные права-гарантии, поскольку они направлены в первую очередь на охрану личной свободы.

Упомянутые гарантии содержатся в поправках к Консти­туции США и охватываются принципом "надлежащей правовой процедуры" (due process of law). Его суть заключается в том, что никто не должен лишаться жизни, свободы или имуще­ства без законного судебного разбирательства (поправка XIV). При этом наиболее обстоятельно рассматриваемый принцип регламентируется Конституцией применительно к уголовному судопроизводству. Правило надлежащей судебной процедуры включает право обвиняемого в совершении преступления, ка­раемого смертной казнью, или иного позорящего преступле­ния на вынесение обвинительного заключения большим жюри, за исключением дел, возбуждаемых в сухопутных и морских частях либо в милиции, когда последняя находится на дей­ствительной службе (поправка V), и на быстрое и публичное рассмотрение дела судом присяжных (поправка VI). Право на суд присяжных имеют также истцы и ответчики по граждан­ским делам с ценой иска свыше 20 долл. (поправка VII). Обви­няемый имеет право быть осведомленным о сущности и осно­ваниях обвинения, право на юридическую помощь адвоката, право участвовать в очной ставке со свидетелями обвинения и требовать принудительного вызова свидетелей, показываю­щих в его пользу, право не свидетельствовать против себя (поправки V, VI). Недопустимо повторное наказание за одно и то же преступление, установление чрезмерных залогов и штрафов, применение жестоких и необычных наказаний (по­правки V, VIII).

Перечисленные права были существенно развиты судами. Так, в 1966 г. Верховным судом США было сформулировано "правило Миранды", в соответствии с которым гражданину, подозреваемому в совершении преступления, должны быть при первой же возможности разъяснены его процессуальные пра­ва, в частности право не давать показаний и право пользо­ваться услугами адвоката с самого момента возбуждения уго­ловного дела, ареста или задержания. Несоблюдение "прави­ла Миранды" влечет исключение из дела всех доказательств, полученных в результате допросов обвиняемого, очных ставок и иных следственных действий с его участием. В этом же ре­шении Суд признал право обвиняемого на пользование услу­гами адвоката за счет средств правительства, если он сам не в состоянии оплатить их.

Следует отметить, что некоторые конституционные поло­жения, касающиеся гражданских прав, представляют сегодня чисто исторический интерес, будучи полностью реализованны­ми и потому утратившими актуальность. Таковыми являются поправки III и XIII. Первая из них запрещает размещение в мирное время солдат в жилище без согласия его владельца, а XIII поправка отменяет рабство.

4. Политические права, свободы и обязанности

Приходится еще раз напомнить читателю, что принятая в настоящем учебнике, как и во многих других, классификация прав, свобод и обязанностей весьма условна и применяется в целях удобства. Особенно трудно, если не невозможно, точ­но разграничить личные и политические права, ибо после­дняя категория прав находит применение не только в полити­ческой сфере.

К "предпочтительным" правам в данной группе прав и свобод относится свобода слова (поправка I). "Предпочтитель­ность" данного права вытекает из того, что оно не только обеспечивает "рынок идей", необходимый для нормального функционирования демократического общества и государства, но и представляет собой важнейшую форму индивидуального самовыражения, необходимого человеку как социальному су­ществу.

Свобода слова является первичным, основополагающим правом, а важнейшими, наиболее эффективными формами ее существования выступают также сформулированные в I по­правке свобода печати, собраний, петиций . Современное понимание свободы слова и печати предполагает свободное выступление не только в печатных, но и в электронных сред­ствах массовой информации.

Важнейшей гарантией свободы слова и печати является отсутствие предварительной цензуры. В 1931 г. в решении по делу Ниар против Миннесоты Верховный суд постановил, что свобода печати (включая радиовещание) не должна ограничи­ваться никакой предварительной цензурой. Суд сделал исклю­чение, допустив предварительную цензуру лишь в отношении материалов, в которых сообщаются сведения, составляющие государственную тайну, публикуются "непристойности"; содер­жится подстрекательство к насилию или свержению правитель­ства, нарушается неприкосновенность частной жизни (privacy), а также содержится информация о деле, по которому не за­кончено судебное разбирательство. В указанных случаях пред­варительная цензура может осуществляться только путем обращения соответствующих должностных лиц в суд с хода­тайством об издании запретительного приказа (injunction) на публикацию соответствующих материалов. Последующая (кара­тельная) цензура осуществляется также в судебном порядке путем предъявления гражданского иска или возбуждения уго­ловного дела. Это оказывается возможным, если нарушены правила об ограничении свободы слова и печати, разработан­ные законодательством и судебными решениями.

Законодательные ограничения свободы слова содержатся в Акте о шпионаже 1917 г. (с поправками 1918 г.), согласно которому подлежат ограничению или полному запрету все публичные выступления, в которых высказываются "презре­ние, насмешки, издевательства или создается дурная слава о форме правления в США, Конституции, флаге или форме одежды, принятой в армии и на флоте США", высказывания провоцирующие слушателей на нарушение общественной порядка. К числу оснований для ограничения свободы слова и печати суды относят также наличие в речи (или публикации) "явной и реальной опасности", а также "непристойностей". Первое основание разрешает властям пресекать выступления которые неизбежно повлекут очень серьезные отрицательные последствия (например, насилие, ущерб интересам государства). Однако ограничение свободы слова допускается лишь в том случае, если указанные последствия не могут быть предотвращены иным, менее радикальным способом. Непристойность как основание ограничения свободы слова и печати означает запрещение откровенно циничных форм порнографии не представляющих никакой художественной, литературной, политической или научной ценности*.

* См.: Ньюборн Б. Указ. соч. С. 134—142.

Акт о коммуникациях 1996 г., а точнее — являющийся его частью Акт о благопристойности, дополнил ограничения свободы слова недопустимостью непристойностей в компьютерных сетях, доступных подросткам. Однако в июне 1997 г. Верховный суд США признал Акт о благопристойности противоречащим I поправке к Конституции.

Со свободой слова тесно взаимосвязаны иные информационные свободы, получившие в последние десятилетия развитие в законодательстве США. Акт о свободе информации 1996 г. установил правило, согласно которому все лица, желающие получить информацию из федеральных государственных учреждений (и их архивов), могут официально ее затребовать. Данному праву соответствует обязанность должностных лиц беспрепятственно предоставить гражданину интересующие его сведения, если они не входят в число установленных законом исключений: персональных, медицинских и иных личных досье, сведений, составляющих государственную или коммерческую тайну, информации о еще не принятых решениях и т.д.

Важными формами осуществления свободы слова I поправка, как уже указывалось, признает свободу мирных собраний и петиций. Первая включает право граждан на проведение собраний в любой форме: митингов, демонстраций, манифестаций, шествий и т. д. Поскольку осуществление пере­численных мероприятий увеличивает вероятность совершения действий, нарушающих общественное спокойствие или обще­ственный порядок, процедура реализации свободы собраний регламентируется более обстоятельно, чем свобода печати или петиций.

В 1941 г. в решении по делу Кокс против Нью-Гэмпшира Верховный суд указал, что в целях охраны общественного порядка законодатель вправе регламентировать время, место, порядок проведения демонстраций и митингов в общественных местах. Такая регламентация осуществляется законодатель­ством штатов. Главными условиями проведения названных публичных акций является их мирный характер, разрешение собственника земли, на территории которой планируется ми­тинг, шествие или собрание, а также уведомление местных властей, которые могут ограничить свободу собраний (изменив место, время проведения либо вообще отменив соответствую­щее мероприятие) во избежание нарушения нормального до­рожного движения, проведения в одном районе двух митин­гов или шествий одновременно, опасности блокирования вхо­да в здания и выхода из них. Законы многих штатов запрещают проводить названные мероприятия вблизи зданий судов, мест лишения свободы и военных объектов с тем, чтобы избежать их политизации.

Петиция рассматривается доктриной и судебной практи­кой не только как просьба "об удовлетворении жалобы", как она определена поправкой I к Конституции. Петиция может касаться любых вопросов, побуждать государственные органы к определенным, желательным для заявителя действиям или про­сто служить средством выражения политических взглядов. Нали­цо пример расширительного толкования Конституции, ориен­тированного в большей степени на ее дух, нежели букву.

Следует отметить, что первоначально конституционный запрет ограничения свободы совести, слова, печати, собраний и петиций относился лишь к федеральному законодательству. Лишь в 1925 г. Верховный суд признал упомянутые свободы охраняемыми от любых посягательств — на основе клаузулы о надлежащей правовой процедуре, сформулированной в по­правке XIV.

В тексте Конституции не записано право на объединение . Однако на основе расширительного толкования свободы сло­ва, собраний и петиций, содержащихся в I поправке к Консти­туции, в 1958 г. Верховный суд в решении по делу Национальная ассоциация содействия прогрессу цветного населения против Алабамы признал его в качестве фундаментального, истолковав I поправку следующим образом: "Хотя положение о свободе ассоциаций прямо не сформулировано в поправке, она на протяжении долгого времени считается подразумеваемой положениями о свободе слова, собраний и петиций".

Среди политических прав Конституция наибольшее внимание уделяет избирательному праву, которое будет особо рассмотрено ниже, в § 4.

5. Экономические, социальные и культурные права, свободы и обязанности

Эта группа прав и свобод получила в Конституции США значительно более скромное отражение, чем гражданские и политические права и свободы. Фактически только одно из них — право частной собственности — имеет конституцион­ное оформление в виде запрета ее изъятия без законного су­дебного разбирательства, а для общественно полезных це­лей — также без справедливого вознаграждения (поправки V, XIV). Конституция, следовательно, допускает лишь два осно­вания принудительного прекращения права собственности: в качестве санкции за совершение правонарушения и для обще­ственных нужд (с соблюдением упомянутых условий). Такое понимание права собственности в принципе сохраняется и сегодня. Правда, расширительное толкование конституцион­ного положения о возможности изъятия собственности для общественно полезных целей позволило доктрине и судебной практике постепенно отказаться от признания абсолютного характера права частной собственности. Так, в 50—60-е гг. XX в. Верховный суд признал возможным в рамках государ­ственного регулирования экономики ограничение монополи­зации.

Прочие права данной группы Конституцией США не про­возглашаются. Следовательно, они не относятся к числу "фун­даментальных" и конституционно охраняемых на федеральном уровне. Такой подход подтвержден целым рядом решений Вер­ховного суда США. Так, в 1972 г. он определил, что потреб­ность в нормальном жилье не является "фундаментальным интересом", а в 1973 г. указал, что право на образование ни прямо, ни косвенно не вытекает из Конституции*. Указанные права трактуются судами, доктриной и законодательством крайне ограничительно — лишь как недопустимость дискри­минации в соответствующих сферах.

* См.: Мишин А. А., Власихин В. А. Указ. соч. С. 295.

Тем не менее некоторые экономические, социальные и культурные права получают законодательную регламентацию на федеральном уровне. Так, трудовое законодательство США начало развиваться в 70-е гг. XIX в. в ходе острых кон­фликтов между предпринимателями и профсоюзами. Основы же современного его состояния были заложены в период про­ведения "Нового курса" Президента Франклина Рузвельта. Принятый в 1932 г. закон Норриса—Ла Гардия впервые в исто­рии США предоставил рабочим право на заключение коллек­тивных договоров с предпринимателями. Акт о национальных трудовых отношениях (закон Вагнера) 1935 г. гарантировал на­емным работникам права на свободное образование профсою­зов, вступление и пребывание в них. Работодателям запреща­лось принуждать работников к членству в профсоюзе и, наобо­рот, навязывать контракты, обязывающие их не вступать в профсоюзы. Судам было запрещено применять репрессии за принадлежность к профсоюзам и участие в забастовках. Акт также впервые разрешал забастовки, бойкоты, пикеты.

Акт о справедливых условиях труда 1938 г. впервые ус­тановил 8-часовой рабочий день, а также право работников на ежегодный оплачиваемый отпуск, определил минимальный размер оплаты труда. Принятые после Второй мировой вой­ны акты о трудовых отношениях (Тафта—Хартли 1947 г. и Лэндрама—Гриффина 1959 г.), которые и ныне регулируют трудовые отношения американцев, несколько ограничили их права в сфере трудовых конфликтов. Запрещены так называ­емых незаконные стачки, к числу которых относятся забастов­ки солидарности, забастовки государственных служащих и работников государственных предприятий, "дикие", т. е. несанк­ционированные профсоюзами, а также забастовки, "опасные для общества". Кроме того, профсоюзы обязаны за 60 дней до начала забастовки предупредить об этом работодателя и феде­ральную службу по посредничеству и примирению, в против­ном случае забастовка также считается незаконной. Признать забастовку незаконной вправе только суд. Проведение таких забастовок может повлечь роспуск профсоюза, наложение на него крупного штрафа, уголовную ответственность руководи­телей. Если начатая забастовка подвергает опасности "нацио­нальное благосостояние и безопасность", Президент США вправе инициировать ее приостановление на 80 дней ("период охлаждения") путем обращения через генерального аттор­нея в суд за изданием запретительного приказа (injunction). В течение 80 дней ведутся переговоры по примирению сторон, после чего забастовка может возобновиться.

В период проведения "Нового курса" были также впервые законодательно зафиксированы права, связанные с социальным обеспечением. Наиболее важным в системе источников, их зак­репляющих, стал Акт о социальном обеспечении 1935 г. — пер­вый в истории США общефедеральный акт, установивший пра­во на пенсии по возрасту. Это право приобрели граждане США, достигшие 65 лет, удовлетворяющие определенному цензу оседлости. С 1991 г. для этого стало необходимым наличие тру­дового стажа не менее 35 лет. Если стаж меньше, размер пен­сии тоже сокращается в прямой пропорциональной зависимос­ти. Поправка, внесенная в Акт 1935 г. в 1983 г., предусматривает повышение с 2000 г. пенсионного возраста до 67 лет.

Акт о социальном обеспечении 1935 г. учредил также по­собия по безработице. Внесенные в него в 1939 и 1956 гг. по­правки установили пособия по случаю потери кормильца, а также по инвалидности, не связанной с производственной травмой (пособия по нетрудоспособности, явившейся следстви­ем производственной травмы, устанавливаются законодатель­ством штатов). Все указанные выплаты осуществляются за счет страховых взносов работников и предприятий. Следует обратить внимание на то, что до сих пор в США не существу­ет системы страхования, а следовательно, и соответствующих выплат на случаи болезни, а также беременности и родов.

Интересно, что, производя иные выплаты (пособия мало­обеспеченным гражданам общего и целевого характера, осу­ществляемые не за счет страхования, а за счет бюджета), государство не признает за соответствующими гражданами права на получение указанных денежных сумм, а рассматри­вает их выплату как благотворительную деятельность государ­ства — Вэлфэр (welfare — благотворительность).

Важные гарантии права на здоровую окружающую среду содержит Акт об улучшении качества окружающей среды 1970 г., учредивший федеральное агентство по охране окружа­ющей среды, на которое возложен контроль за состоянием вод, воздуха, недопущением вредных шумов, ликвидацией отходов и т. д. Агентство имеет право издавать подзаконные акты ре­гулирующего характера, устанавливающие стандарты качества воды и воздуха, правила, касающиеся промышленных отходов, сточных вод и т. д., а также инициировать уголовное преследование нарушителей установленных правил. На обеспечение рассматриваемого права направлен также Акт о политике в области ликвидации отходов ядерного производства 1982 г.

Заметным направлением развития социального законода­тельства в последние десятилетия стало также принятие ак­тов, гарантирующих права потребителей. В целях борьбы с "обманом потребителей" (ложная реклама, фальсификация мар­кировки продукции, требования оплаты неоказанных услуг и т.д.) ныне принято большое число правовых актов на уровне федерации и в штатах. Создана национальная администрация по вопросам продовольствия и лекарств (независимое ведомство), которая издает перечни стандартных требований, предъявляе­мых к качеству соответствующих продуктов, и обладает конт­рольными функциями. За обман потребителей установлены меры гражданско-правовой и уголовной ответственности.

Экономические, социальные и культурные права получи­ли более обстоятельную, чем на федеральном уровне, регла­ментацию в законодательстве штатов. Однако в ранг консти­туционных прав они и штатами возведены лишь фрагментарно. Ни в одной конституции штатов нет комплексной регламента­ции всей совокупности важнейших прав этой группы. В консти­туциях Флориды, Гавайев, Луизианы, а также свободно при­соединившегося государства (см. ниже — § б) Пуэрто-Рико записаны лишь права на организацию профсоюзов и заключе­ние коллективных договоров. Права на 8-часовой рабочий день, на заработную плату без дискриминации и не ниже минималь­ной, на образование и получение профессии провозглашены конституциями Иллинойса, Монтаны, Виргинии и Пуэрто-Рико. Конституции Аляски, Гавайев, Мичигана и Техаса гаран­тируют право на охрану здоровья. А в конституциях Иллиной­са, Монтаны и Пенсильвании декларировано право на здоро­вую окружающую среду.

§ 3. Конституционно-правовые основы общественного строя

1. Правовое регулирование экономических, социальных и духовно-культурных отношений

Институт общественного строя лишь условно, по аналогии с более распространенной сегодня в мире европейской континентальной моделью конституционализма, расширительно трактующей конституцию как основной закон не только государства, но и общества в целом, можно считать конституционно-правовым. Американская же доктрина его таковым не признает ввиду того, что придерживается изначального, классического, англосаксонского подхода к пониманию консти­туции лишь как закона, содержащего главные ограничения государственной власти в пользу обеспечения прав человека. Тем не менее нам представляется логичным и целесообразным познакомить читателя с основами законодательного и судебно­го регулирования отношений, образующих в своей совокупно­сти общественный строй США.

Первые попытки государственного регулирования экономических отношений были предприняты в США в кон­це XIX в. В то время основным направлением такого регули­рования явилось антимонопольное законодательство. Первым юридическим документом в этой сфере стал Акт о защите торговли и коммерции от незаконных ограничений и монополий (закон Шермана) 1890 г., объявивший преступными любые до­говоры и объединения экономического характера, направлен­ные на ограничение торговли между штатами и иностранны­ми государствами. Монополизация торговли и даже покушение на нее также считались уголовными деяниями. В 1914 г. Кон­гресс принял Акт о федеральной торговой комиссии (закон Клейтона), запретивший под страхом уголовного преследова­ния противоправные способы борьбы с конкурентами в торгов­ле, к числу которых были отнесены уступка в цене, необосно­ванное снижение цен, скупка корпорациями акций конкури­рующих фирм и т. п. Названные акты до сих пор считаются важнейшими в рассматриваемой сфере.

С начала 30-х гг. XX в. важным направлением экономичес­кой политики государства стала защита отечественного произ­водителя. Юридически это выражается в наличии антидем­пингового законодательства. Первым актом в данной области стал Акт о тарифе 1930 г., предусматривающий взимание антидемпинговой пошлины на импортные товары, продавае­мые ниже "обоснованных" цен. Пошлина взимается по реше­нию министра торговли. Аналогичные меры содержит ныне действующий Антидемпинговый кодекс 1994 г.

Еще одной сферой государственного воздействия на экономику является в США регулирование тех ее отраслей, которые имеют особую публичную значимость. В начале XX в. были приняты действующие поныне акты, регулирующие функционирование транспорта, учреждений коммунальных услуг, банковской системы, элеваторов. В годы президентства Ф. Рузвель­та (периоды Великой депрессии и "Нового курса") в сферу го­сударственного регулирования были вовлечены новые отрасли: социальное страхование, фондовые биржи, трудовые отноше­ния, цены на сельскохозяйственные угодья и продукцию, при­родный газ, грузовой транспорт. При этом основное бремя пра­вовой регламентации экономики лежит на штатах.

Интенсивность государственного воздействия на экономи­ку на протяжении XX в. была не всегда одинаковой. Она за­висела прежде всего от экономического положения страны и от того, какая из двух партий являлась правящей в тот или иной период. Усиливалось государственное воздействие в пе­риоды правления Демократической партии, ослаблялось, — когда к власти приходила Республиканская партия.

Становление социальной функции государства про­изошло в США значительно позже, чем в европейских стра­нах: она складывалась одновременно с активизацией государ­ственного регулирования экономики в период проведения "Но­вого курса" Ф. Рузвельта. Впоследствии социальная функция американского государства развивалась достаточно неравно­мерно и также в основном усиление ее совпадало с правле­нием Демократической партии.

Важным объектом реализации социальной функции госу­дарства выступают отношения между трудом и капиталом. Они начинают подвергаться государственному регулированию с конца XIX в. как следствие обострения социальных конф­ликтов между предпринимателями и наемными работниками. В 1886 г. впервые на отдельных государственных предприятиях был установлен 8-часовой рабочий день. В 1916 г. Конгресс принял Акт о 8-часовом рабочем дне на железнодорожном транспорте. На рубеже веков законы, ограничивающие про­должительность рабочего дня, были приняты многими штата­ми. Однако Верховный суд США, основываясь на теории аб­солютно свободного предпринимательства, неоднократно при­знавал такие законы неконституционными, противоречащими "свободе хозяев и работников заключать контракт друг с дру­гом", а следовательно, XIV поправке к Конституции. Наиболь­шую известность получило решение по делу Лохнер против штата Нью-Йорк (1903 г.). Предметом спора был Нью-Йоркский статут, регулирующий работу пекарен и ограничивающий ра­бочий день в них 60 часами в неделю и 10 часами в день. Вер­ховный суд США признал его неконституционным.

Подход законодательства и судебной практики к данному вопросу изменился только в 30-е гг. Актами Конгресса 1938 и 1942 гг. были установлены 8-часовой рабочий день и 40-часовая рабочая неделя; сверхурочная работа должна оплачиваться в полуторном размере. Именно в это время вводятся ежегодные отпуска, устанавливается минимальный размер заработной платы (с 1 сентября 1997 г. она составляет 5,15 долл. в час), запрещается детский труд, появляется государственное соци­альное страхование, разрешаются профсоюзы и забастовки, вводится институт коллективных договоров.

Государственная политика в сфере трудовых отношений, проводимая в 80—90-е гг., как никогда ранее направлена на обеспечение сотрудничества между трудом и капиталом, вы­работку неконфликтных методов разрешения разногласий, поскольку "могущество страны, ранее определявшееся ее военной мощью, сегодня измеряется квалификацией ее рабо­чих, искусством ее менеджеров и силой ее технологий"*.

* Червонная С. А. Новые аспекты регулирования трудовых отношений в США // США: экономика, политика, идеология. 1995. № 2. С. 14.

Задачи регулирования государством отношений между трудом и капиталом обусловили учреждение в этой сфере целого ряда федеральных административных ведомств. Это национальный комитет по трудовым отношениям, наделенный правом расследовать незаконные действия в сфере трудовой деятельности, издавать распоряжения об их прекращении и т. п.; национальный арбитражный совет, осуществляющий ква­зисудебные функции по разрешению трудовых споров; феде­ральная служба посредничества и примирения, предлагающая посреднические услуги для разрешения трудовых конфликтов; комиссия по безопасности и охране здоровья на производстве.

Важнейшим направлением социальной деятельности госу­дарства является в США, как и в других странах, социальное обеспечение . Однако до сих пор его единой централизованной системы здесь не существует.

Социальное обеспечение складывается из множества про­грамм: федеральных, штатов, муниципальных, совместных. При этом государственная система социального обеспечения включает две основные формы: социальное страхование и социальное вспомоществование. Они различаются по источни­кам финансирования: система страхования формируется за счет взносов, а система вспомоществования — из бюджетных средств. Обе системы являются достаточно фрагментарными. Так, Акт о социальном страховании 1935 г., впервые учредив­ший данную форму социального обеспечения, предусматривал лишь два вида государственного страхования: по возрасту и безработице. Впоследствии поправками к этому акту было введено страхование на случаи потери кормильца и нетрудоспо­собности, не связанной с производственной травмой. Муници­пальное же страхование осуществляется только в отношении лиц старше 65 лет (программа Медикэр), которые получают медицинский полис на основании льготных страховых взносов (тем самым частично их медицинское обслуживание оплачи­вается муниципалитетами).

Второй формой государственного социального обеспечения является система вспомоществования, получившая название Вэлфэр. Данная система, как отмечалось, начала формировать­ся также в период проведения "Нового курса". При этом пер­воначально выплаты по ней распространялись только на пре­старелых и слепых граждан, а также детей из бедных семей. Со второй половины 60-х гг., когда Верховный суд США вы­нес целый ряд решений, поддерживающих мероприятия по развитию Вэлфэра, в том числе ввел понятие "черты бедно­сти", данная система стала неотъемлемой частью социальной политики американского государства. В настоящее время го­сударственное вспомоществование охватывает граждан, дохо­ды которых не превышают или относительно немного превы­шают (на 25—30%) официально установленную черту беднос­ти. Система Вэлфэра сегодня включает множество программ. Во-первых, это федеральная программа обеспечения гаранти­рованного дохода не ниже прожиточного минимума малообес­печенным гражданам пенсионного возраста, слепым и прочим инвалидам. Во-вторых, элементом системы Вэлфэра являются федерально-штатные программы помощи нуждающимся семь­ям с детьми. Они охватывают по большей части многодетные и неполные семьи. В-третьих, система Вэлфэра включает и разнообразные программы продовольственной помощи бедным, которые обеспечиваются талонами, дающими право бесплат­но или по сниженным ценам приобретать в специальных ма­газинах продукты питания. Четвертым элементом системы Вэлфэра являются субсидии на строительство жилья малообес­печенным семьям.

Наконец, чрезвычайно важной составной частью системы Вэлфэра выступают программы медицинской помощи. Наиболее крупной из них является разработанная в середине 60-х гг. федеральная программа Медикэйд, предусматривающая бесплатное оказание медицинской помощи беднейшим слоям населе­ния. Помимо этой программы на федеральном уровне действу­ют и другие, например специальная программа для легочных больных, программа льготного медицинского обслуживания работников федеральных органов и учреждений и т. д. На про­граммы Медикэр и Медикэйд расходуются более 60% всех затрат государства на нужды здравоохранения. В целом же государство в рамках многочисленных программ в сфере ме­дицинского обслуживания покрывает около 44% всех таких затрат на нужды здравоохранения. Остальные 56% оплачива­ются частным сектором (страховыми компаниями и непосред­ственно пациентами)*.

* См.: Швецова Н. А. Злоупотребления и мошенничество в государствен­ных медицинских программах США // США: экономика, политика, иде­ология., 1997. № 1. С. 119.

Наряду с федеральными программами в каждом штате действуют собственные программы социальной помощи. Име­ются и многочисленные частные программы, разрабатывае­мые различными фондами, иными общественными объедине­ниями, предпринимателями.

С 80-х гг. XX в. и до настоящего времени наблюдается тенденция к некоторому ограничению социальной деятельности американского государства. В первую очередь это выразилось в сокращении выплат в рамках федеральных программ вспо­моществования. Уже в 80-е гг. были уменьшены расходы на различные программы Вэлфэра, особенно ощутимо в сфере здравоохранения. В ходе проведения президентских выборов 1992 г. Демократическая партия выступила с программой ре­формы социального обеспечения. Наиболее крупным преобра­зованиям предполагалось подвергнуть сферу здравоохранения с тем, чтобы все американцы получали медицинскую помощь бесплатно. После своего избрания Президентом лидер демок­ратов Б. Клинтон образовал комитет по подготовке предложе­ний о реформе медицинского обслуживания. Однако соответ­ствующий законопроект был отвергнут Конгрессом в 1994г. В предвыборной платформе Демократической партии 1996 г. по­ложения о реформе системы здравоохранения уже отсутство­вали. Более того, под нажимом республиканского большинства в Конгрессе осенью 1996 г. (после двукратного отклонения Пре­зидентом) был принят Акт о реформе социального вспомоще­ствования, представляющий собой по сути самую крупную ре­форму в этой сфере за все время ее существования и значительно сокращающий помощь государства малоимущим. Вве­денные этим актом ограничения затрагивают лиц трудоспособ­ного возраста и детей из малоимущих семей. В частности, предусмотрены полное прекращение выплат федеральных пособий на детей молодым матерям, родившим детей вне бра­ка, ограничение пятью годами максимального срока получения трудоспособными лицами федеральной помощи по системе Вэлфэра, обязательное участие трудоспособных получателей федерального вспомоществования в общественных работах.

Указанная реформа социального обеспечения была на­правлена на преодоление духа иждивенчества в обществе: по выражению одного из парламентариев, она превращает соци­альное вспомоществование в то, чем оно должно быть: "во второй шанс, а не в образ жизни"*.

* См.: Keesing's Record of World Events. 1996. №. 7—8. P. 41219.

Неотъемлемым элементом социальной функции американ­ского государства стала с конца 50-х гг. и активная политика в области образования. Широкое развитие получил государ­ственный сектор образования, особенно начального и средне­го: более 90% всех детей школьного возраста обучаются в го­сударственных и муниципальных школах бесплатно. Около 80% всех студентов также получают высшее образование в государственных вузах, хотя и за определенную плату. Конг­рессом США не раз принимались акты о начальном и среднем образовании, предусматривающие выделение денежных средств на цели обучения детей из необеспеченных семей (приобрете­ние учебников, школьные завтраки и т. п.).

Платформа Демократической партии, с которой выступил Б. Клинтон на президентских выборах 1996 г., предусматрива­ла, в частности, увеличение срока обязательного обучения с 12 до 14 лет, расширение компьютеризации учебного процес­са, меры по усиленному обучению детей раннему чтению.

Экономическим рычагом реализации социальной функции государства является в США, как и в других странах, нало­говая политика. В течение XX в. подходы к ее содержанию в большей или меньшей степени не раз изменялись в зависимости от состояния экономики и соотношения партийных сил в государственном механизме. Регулярный подоходный налог в стране был введен в 1909 г. В настоящее время, с 1986 г., когда Президент Рональд Рейган подписал Акт о налоговой реформе, ставки налогов являются едва ли не самыми низкими среди развитых стран. При этом более 4 млн. семей с низкими доходами были вообще освобождены от уплаты налогов. Наи­высшая ставка подоходного налога сократилась с 70% в 1981 г. до 33%. Большая же часть населения (около 80%) выплачивает в качестве налогов приблизительно 15% от дохода*.

* См.: Боботов С. В., Жигачев И. Ю. Указ. соч. С. 65.

Важные направления социальной политики государства — охрана окружающей среды и защита потребителей.

Религиозная политика государства получила отражение в Конституции, текущем законодательстве, а также в судебной и политической практике. Она основана, с одной стороны, на принципах светского характера государства, религиозного плюрализма и равноправия всех религий, церквей и конфес­сий, а также граждан независимо от отношения к религии. С другой стороны, государство поощряет религиозность насе­ления. Первый аспект уже был нами затронут при рассмотре­нии проблем правового статуса человека и гражданина. Вмес­те с тем общеизвестно, что религия и церковь прочно интег­рированы в политическую культуру США как один из устоев американского общества и государства. Действительно, засе­дания обеих палат Конгресса, а также Верховного суда США (равно как и законодательных и высших судебных органов штатов) открываются молитвой*, в военных академиях, феде­ральных госпиталях и тюрьмах проводятся обязательные бо­гослужения и действуют капелланы; процедура принесения присяги вновь избранным Президентом США при вступлении в должность производится с возложением его руки на Библию и заканчивается словами: "Да поможет мне Бог"; национальным девизом США, утвержденным специальным актом Конгресса в 1956 г., являются слова "Мы верим в Бога" — они помещены на всех денежных знаках США, находящихся в обращении с 1861 г.; церковная собственность не облагается налогом; в не­которых штатах священникам делегировано право регистри­ровать браки (при условии получения соответствующей лицен­зии от муниципальных властей). Наконец, ни один из Прези­дентов США не был атеистом.

* Судебная практика не признает это нарушением конституционного принципа равноправия религий. В 1983 г. в решении по делу Марш про­тив Чемберса Верховный суд постановил, что обычай ежедневно начинать работу законодательного органа с молитвы, которая совершается опла­чиваемым из государственного бюджета капелланом, — это "конститу­ционная процедура, истоки которой уходят корнями в глубокую историю традиций страны".

По данным на 1995 г., более 98% жителей США — веру­ющие. При этом в стране очень высока степень религиозного плюрализма. Основными, наиболее распространенными высту­пают три религиозных направления: протестантизм (исповеду­ется 57% населения), католицизм (28%) и иудаизм (2%)*. Как видно, доминирует протестантизм, объединяющий, в свою оче­редь, множество различных религиозных общин. В соответ­ствии с этим и ключевые посты в государственном механизме занимают преимущественно протестанты. Например, за всю историю существования США только один из американских Президентов — Джон Кеннеди — был католиком, все прочие принадлежали к различным протестантским общинам.

* См.: Bramhead P. Life in Modern America. Harlow, 1995. P. 139.

2. Конституционно-правовое регулирование политической системы

Общих задач, подлежащих выполнению государ­ством, Конституция США не формулирует, хотя в практи­ке Верховного суда и в доктрине имеются суждения по их поводу. Функции его в экономической, социальной и духовно-культурной сферах нами уже рассмотрены. Политическая функция государства в США не имеет особых отличий от по­добных функций, выполняемых другими государствами, и поэтому мы можем ограничиться тем, что об этом сказано в § 1 гл. V Общей части учебника, и перейти к вопросу о поли­тических партиях, где определенная специфика имеется.

Традиционно, с самого начала существования США как государства, в стране действует двухпартийная система. В настоящее время она характеризуется политическим проти­воборством и поочередным доминированием в законодательных и исполнительных органах власти — как федеральных, так и штатов — Республиканской и Демократической партий. Однако современная модель двухпартийной системы существовала не всегда, а сформировалась во второй половине XIX в.

Сегодня взаимоотношения двух главных партий характе­ризуются тем, что между ними сохраняется консенсус в отно­шении фундаментальных первооснов США — частной собствен­ности, личной и политической свободы, республиканского фе­деративного государства и т. п. Но расходятся партии, и порой существенно, в способах поддержания и развития этих прин­ципов. Демократическая партия на современном этапе зареко­мендовала себя сторонницей курса, важной составной частью которого являются: политика перераспределения доходов населения в пользу малоимущих, стремление сгладить социальные различия, обеспечить развитие систем социального страхо­вания и вспомоществования, разумное государственное ре­гулирование экономики, защита гражданских прав цветного населения, усиление роли федеральной власти, расширение помощи развивающимся странам. Республиканцы, также вос­принявшие идею государственного регулирования рыночной экономики, главной целью считают обеспечение максималь­ной конкурентоспособности национальной экономики и эконо­мического роста путем активизации конкуренции и частной инициативы, а в социально-распределительной функции госу­дарства видят скорее зло, чем благо.

Республиканцев чаще поддерживают северяне, крупные бизнесмены, "белые воротнички", жители средних и малых городов, протестанты, рабочие — не члены профсоюзов. Наи­более устойчивую электоральную базу демократов составляют традиционно три группы населения: неквалифицированные рабочие, негры, члены профсоюзов. Эта коалиция, сформиро­вавшаяся во времена президентства Ф. Рузвельта, постепен­но пополнялась новыми группами: в нее влились католики, жители столичных районов и иных крупных городов.

Важный фактор, формирующий партийный электорат, — это устойчивость семейных предпочтений, часто передающихся из поколения в поколение: двое из трех американцев поддер­живают ту же партию, что и их родители*. Впрочем, партий­ный электорат подвержен и некоторой подвижности, в частно­сти региональной.

* См.: Вайлъ И. М. Некоторые особенности развития партийной системы США // Избирательные системы и партии в буржуазном государстве. М., 1979. С. 10.

Итак, Республиканская и Демократическая партии в те­чение почти полутора веков имеют наиболее широкую поддер­жку избирателей. При очевидных своих недостатках (трудно­сти доступа к власти третьих политических сил и независимых кандидатов, ограниченность выбора избирателей, порождаю­щая их апатию и абсентеизм*) двухпартийная система является важным фактором стабильности и предсказуемости политичес­кой жизни США.

* Впрочем, по данным одного из представительных опросов обществен­ного мнения, проведенного в 1995 г., 62% избирателей поддерживают идею создания третьей крупной партии. См.: Зяблюк Н. Р. Проблемы фи­нансирования избирательных кампаний в США // США: экономика, политика, идеология. 1996. № 3. С. 26.

И Демократическая и Республиканская партии относятся к числу организационно неоформленных. Не имея постоянных программ, партии к каждым президентским выборам принима­ют предвыборные платформы. Впервые в истории США такая платформа была принята национальным партийным конвентом Демократической партии в 1840 г. У Демократической партии имеется также подобие устава в виде партийной хартии, при­нятой в 1974 г. Она определяет структуру партии, функции и полномочия партийных органов. Институт фиксированного членства в обеих партиях отсутствует, их сторонниками при­знаются те избиратели, которые на выборах зарегистрирова­лись как демократы или республиканцы соответственно (так поступают около 75% избирателей*).

* См.: Рогов С. М. Выбор Америки // США: экономика, политика, иде­ология. 1997. № 1. С. 8.

Функционирование обеих партий обеспечивает професси­ональный, постоянно действующий аппарат каждой из них. Он построен в соответствии с избирательной географией и терри­ториальным устройством США и состоит у каждой партии из системы комитетов — от участковых до национального. Низо­вой организационной структурой каждой партии являются комитеты избирательных участков. Их члены избираются на открытых или закрытых праймериз (первичных выборах кан­дидатов) либо на собраниях избирателей соответствующего участка, то есть в любом случае непосредственно избирате­лями.. Комитет возглавляется капитаном участка, который формально избирается либо членами комитета, либо всеми избирателями участка — сторонниками данной партии. Одна­ко фактически таким путем происходит лишь утверждение кандидатуры, предложенной вышестоящим партийным коми­тетом — комитетом района крупного города, графства или города. В некоторых штатах имеются партийные комитеты конгрессиональных округов, создаваемые при офисе конгрес­смена (члена Палаты представителей) от данного избиратель­ного округа. Перечисленные органы формируются в различных штатах по-разному: либо путем праймериз, либо партийным конвентом соответствующего уровня, либо нижестоящими комитетами, либо по должностному принципу из председате­лей нижестоящих комитетов. Возглавляются перечисленные комитеты председателями, которые, так же, как и капитаны, формально избираются, а фактически назначаются вышесто­ящими комитетами — комитетами соответствующих штатов.

В каждом штате обе партии имеют по одному комитету, который возглавляет партийную организацию данного штата. Процедура формирования комитета штата не одинакова в раз­ных штатах. В некоторых из них комитет состоит из председа­телей непосредственно нижестоящих партийных комитетов, в других — и эта практика более распространена — его членов избирают путем праймериз или на партийном конвенте штата. Не единообразен и численный состав комитетов штатов: он колеблется от одной до нескольких сотен человек. Должность председателя партийного комитета штата замещается обычно по указанию кандидата в губернаторы штата от данной партии.

Наконец, в каждой из двух партий имеются национальные комитеты. В Национальный комитет Демократической партии избираются по одному мужчине и одной женщине от каждо­го штата. В составе Национального комитета республиканцев, кроме того, дополнительное представительство в лице одно­го человека имеют те штаты, большинство избирателей кото­рых на последних выборах Президента голосовало за респуб­ликанского кандидата, либо республиканец избран губернато­ром, либо члены Конгресса от которого — преимущественно республиканцы. Порядок выборов членов национальных коми­тетов партий также неодинаков в разных штатах: они осуще­ствляются либо посредством праймериз, либо партийными комитетами штатов. Национальные комитеты переизбираются в год президентских выборов.

В компетенцию национального комитета каждой партии входит подготовка национального партийного конвента, кото­рый, как правило, проводится в год президентских выборов. Национальный комитет определяет место проведения конвен­та, назначает докладчиков, осуществляет сбор средств на проведение президентской избирательной кампании. Между выборами активность национальных партийных комитетов не­велика, они выступают как официальные представители сво­ей партии, как символы партийного единства.

Председателя национального партийного комитета факти­чески назначает кандидат в Президенты от данной партии, а формально — по предложению кандидата председатель изби­рается партийным конвентом.

Помимо комитетов структуру каждой из двух партий об­разуют созываемые раз в четыре года партийные конвенты различных уровней: графств, крупных городов, штатов и, на­конец, национальный конвент каждой партии, являющийся ее высшим органом. Основная цель национальных конвентов зак­лючается в том, чтобы определить кандидата в Президенты и вручить ему лидерство в партии на следующие четыре года. Нижестоящие конвенты выдвигают кандидатов глав исполни­тельной власти соответствующего уровня от данной партии, формируют партийные комитеты своего уровня и вышестоя­щие конвенты (в ряде штатов). Конвенты формируются в од­них штатах путем праймериз, в других — нижестоящими партийными конвентами штатов. При этом с начала 70-х гг. в обеих партиях введено правило о необходимости обеспечения равного представительства женщин и мужчин от каждого шта­та, а также представительства этнических и возрастных групп.

Следует отметить, что в идейном отношении ни та ни другая из двух партий не является единой и монолитной. Внут­ри каждой из них действует по нескольку фракций. Партии распадаются на группы консерваторов и либералов, конгрессиональное и президентское крылья, региональные группи­ровки. Причем идейные разногласия между ними бывают на­столько существенными, что часто подход либеральных рес­публиканцев, например, к решению того или иного вопроса гораздо ближе консервативно настроенным демократам, чем членам собственной партии, принадлежащим к иным течени­ям. Особенно расслоенной с середины XX в. (когда ушел сумев­ший на время объединить партию сильный лидер Ф. Рузвельт) традиционно считается Демократическая партия.

Помимо двух ведущих партий в США существует множе­ство других, не имеющих сколько-нибудь значительного ме­ста в политической системе (в общей сложности на федераль­ных выборах за их представителей обычно голосуют около 1% избирателей) и действующих лишь на территории отдельных штатов. Такие партии в литературе часто именуются треть­ими партиями. Наиболее заметными среди них являются:

— Международная партия зеленых, характеризующаяся экологической направленностью;

— три партии социал-демократической ориентации — Со­циал-демократическая, Социалистическая рабочая и Социали­стическая трудовая (лейбористская);

— Прохибиционистская (от англ. to prohibit — запрещать), требующая введения "сухого закона";

— Либертаристская партия, выступающая за полную от­мену государственного вмешательства в экономику и соци­альную сферу;

— Партия граждан — левореформаторское объединение, призывающее, наоборот, к активизации воздействия государ­ства на социально-экономическую сферу, демократизации уп­равления, отказу от гонки вооружений.

В 1995 г. специально для участия в президентских выбо­рах 1996 г. Р. Перро была образована Партия реформ.

Напомним, что в Конституции США правовая регламен­тация статуса партий совершенно отсутствует. Однако процесс юридической институционализации политических партий в США, как и в других странах, протекает, начавшись в кон­це прошлого века. Впрочем, до сих пор понятия "партия" в федеральном законодательстве не существует. На партии рас­пространяется общий термин "корпорации", подразумевающий все негосударственные объединения. Регламентация их стату­са осуществляется и в законодательстве, и в судебной практи­ке в основном лишь в том объеме, который связан с институ­том выборов в государственные органы. На общенациональном уровне соответствующие вопросы статуса политических партий регулируются Актом о финансировании федеральных избира­тельных кампаний 1974 г. Кроме того, многие стороны деятель­ности политических партий определяются судебными преце­дентами: порядок проведения праймериз, создание предвыбор­ных партийных фондов, размеры добровольных взносов в них частных лиц и т. п. Поскольку в США избирательное право по большей части регламентируется законодательством штатов, порядок образования и деятельности политических партий, вопросы их организации определяют именно конституции и законы штатов.

Профессиональные союзы возникли в США еще во второй половине XIX в. — сначала как небольшие "рабо­чие товарищества", которые, впрочем, вскоре (1886 г.) объе­динились по цеховому принципу в Американскую федерацию труда (АФТ). Изначально она ставила своей задачей защиту интересов наемных работников при отказе от политических методов. В 1935г. возникло объединение профсоюзов, создан­ных на основе трудовых коллективов, — Конгресс производ­ственных профсоюзов (КПП), добивавшийся улучшения соци­ального положения наемных работников в целом и прибегавший к политическим методам. В 1955 г. оба объединения слились в одно, именуемое АФТ—КПП. Упор АФТ на забастовки при­вел к тому, что вплоть до "Нового курса" Ф. Рузвельта проф­союзы были юридически запрещены. Их деятельность рассмат­ривалась как "преступный заговор". Лишь в 1935 г. упоминавшийся уже закон Вагнера признал право рабочих на органи­зацию профсоюзов, заключение коллективных договоров и проведение забастовок. Поправки, внесенные в этот Акт в 1947 г. (закон Тафта—Хартли), ограничили функциональные возмож­ности профсоюзов, установив запрет на их политическую дея­тельность и инициирование забастовок, угрожающих "нацио­нальной безопасности". В 1959 г. закон Лэндрама—Гриффина обязал профсоюзы представлять в федеральный департамент труда отчеты о своей деятельности и финансовых средствах. Пе­речисленные акты и по сей день являются важнейшими юри­дическими документами, регулирующими статус профсоюзов.

Указанные меры были направлены на ограничение заба­стовочного движения и в сочетании с гуманизацией законода­тельства и практики в сфере трудовых отношений, структур­ной перестройкой экономики (расширение непроизводственной сферы, сокращение потребности в неквалифицированном тру­де, внедрение новейших технологий и т. п.) привели к его спа­ду во второй половине XX в. И хотя руководство американских профсоюзов в связи с этим изменило тактику, стало прово­дить политику социального партнерства, провозгласив основ­ной сферой своей деятельности заключение коллективных договоров, а забастовку — как исключительный и нежелатель­ный способ улаживания конфликтов, однако в новых услови­ях упала роль самих коллективных договоров, а вместе с ними и их инициаторов — профсоюзов.

В настоящее время профсоюзы США охватывают незна­чительное число рабочих и служащих. В 1991г. их членами были приблизительно 16,6 млн. человек (16,1% рабочей силы в гражданских отраслях народного хозяйства). Они объединены в 175 организаций, из которых 93 (15,5 млн. человек) входят в АФТ—КПП. Остальные профсоюзные организации считаются независимыми. Наиболее крупным независимым профсоюзом является Национальная ассоциация работников просвещения. Независимые профсоюзы объединены в Национальную феде­рацию независимых профсоюзов. Во многих профсоюзах состо­ят жители не только США, но и Канады.

Неотъемлемым элементом политической (как и экономи­ческой) системы страны являются союзы предпринима­телей. Первые объединения подобного рода появились в США еще в конце XIX в.: в 1875 г. — Американская ассоциация банкиров, в 1877 г. — такое же объединение издателей га­зет, в 1895 г. — Национальная ассоциация промышленников (НАП), в 1907 г. — Ассоциация по производству и сбыту машин, в 1912 г. — Ассоциация банкиров городов, в 1913 г. — ав­томобильных промышленников, в 1912 г. — Торговая палата и т. п. В настоящее время крупнейшими из них являются Наци­ональная ассоциация промышленников (НАП) и Торговая па­лата. Так, НАП объединяет свыше 25 тыс., или 75%, суще­ствующих промышленных фирм. Она возглавляется советом директоров (150—160 человек), под руководством которого действуют постоянные комитеты: внешней политики, экономи­ки, сельского хозяйства, трудовых отношений, национальной обороны. В этих комитетах рождаются проекты важнейших законов, планов и программ, которые нередко реализуются потом через органы государства. Например, именно по иници­ативе НАП в свое время были приняты упоминавшиеся зако­ны Тафта—Хартли и Лэндрама—Гриффина.

Сравнительно новая организация американских предпри­нимателей — "Круглый стол бизнеса", возникший в 1972 г. Он объединяет около 200 менеджеров крупнейших фирм с целью разработки программ по экономическим проблемам.

Специального законодательства о союзах предпринимате­лей в США не существует. На них распространяются общие правовые, нормы о "корпорациях". Финансовые аспекты их деятельности регламентируются Актом о компаниях 1974 г. Кроме того, судами сформированы некоторые прецеденты, касающиеся отдельных сторон их функционирования.

Весьма значительными по численности и по влиянию яв­ляются в США движения потребителей. С 1967 г. они объединены в Американскую федерацию потребителей. Наибо­лее крупной организацией, входящей в нее, выступает Союз потребителей, образованный в 1936 г. К основным направлени­ям его деятельности относятся независимые проверки качества товаров и услуг; проведение широких опросов потребителей, результаты которых публикуются в специальном печатном изда­нии Союза, информирование населения по вопросам качества и цен, консультационная работа. Упомянутая федерация не явля­ется единственным объединением в данной сфере. В 60—70-е гг. XX в. появились организации потребителей "новой волны", деятельность которых более политизирована. Это, например, Центр по изучению ответственного применения законов, су­ществующий с 1968 г., Группа исследования общественных интересов, действующая с 1970 г., и др. Главной целью своей деятельности они считают оказание давления на органы госу­дарственной власти с целью принятия благоприятного для потребителей законодательства.

Определенную роль в политической жизни играют рели­гиозные общины. В США существуют около 260 таких об­щин, большинство из которых принадлежит к протестантско­му направлению христианства (баптистская, методистская, лютеранская, англиканская, пресвитерианская). Кроме того, действует множество конфессиональных организаций и движе­ний (Квакерский комитет, Братство примирения, Объедине­ние верующих женщин и т. п.). И хотя в США церковь отделена от государства и отсутствуют конфессиональные политические партии, религиозные объединения оказывают ощутимое вли­яние на политическую жизнь страны, тесно интегрированы в политическую культуру.

Законодательство регулирует статус церквей чрезвычайно фрагментарно, считая религию сугубо частным делом каждого человека. Из конституционных положений вытекает принцип равноправия всех религиозных общин. Федеральное законо­дательство освобождает их от уплаты каких бы то ни было налогов. В некоторых штатах священнослужители при наличии лицензии местных властей вправе регистрировать браки. Су­дебная практика разрешает те или иные вопросы, связанные с правомочиями религиозных объединений и священнослужи­телей в сфере публичных отношений.

В американском обществе существует разветвленная си­стема различных иных общественных объединений: женских, молодежных, этнических, ветеранских, экологических, паци­фистских, культурных. Есть такие, которые имеют откровенно экстремистский характер (Общество Джона Берча, Советы белых граждан, Ку-Клукс-Клан). По некоторым данным, око­ло 40 млн. американцев участвуют в настоящее время в дея­тельности различных общественных объединений. Такая дея­тельность занимает у них в среднем до 10 часов в неделю*.

* См.: Согрин В. Становление демократии. История политической систе­мы США // Наука и жизнь. 1995. № 6. С. 22.

Правовое регулирование статуса средств массовой информации осуществляется в США Конституцией, Акта­ми о коммуникациях 1934 и 1996 гг., Актом о свободе инфор­мации 1974г., актами федеральной исполнительной власти, за­конодательством штатов, судебными прецедентами. Конституция США, провозглашая свободу слова и печати (поправка I), гаран­тирует свободное распространение информации в обществе.

В США функционирует мощная система средств массовой информации. В 1991 г. действовало 75 программ телевидения и около 23 тыс. периодических изданий. При этом ни государ­ственных, ни партийных телерадиокомпаний и периодических изданий в США не существует. До конца 70-х гг. XX в. факти­чески не было и общенациональных газет. В настоящее вре­мя крупнейшими газетами являются "Уолл-Стрит джорнэл" (тираж в 1995 г. составил чуть менее 1,8 млн. экземпляров), "Ю-Эс-Эй тудэй" (около 1,5 млн.), "Лос-Анджелес тайме" (1 млн.), "Вашингтон пост" (чуть менее 800 тыс.). Среди наибо­лее влиятельных политических еженедельников следует на­звать журнал "Тайм" (4,7 млн.), "Ньюсуик" (более 3 млн.), "Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт". (2,1 млн.)*. Все они принадлежат частным газетным компаниям, лидирующее положение среди которых занимает "Ганнет компани", владеющая 93 ежедневны­ми газетами, общий тираж которых составляет 6,4 млн. экзем­пляров, а также "Томсон ньюспейперс", которой принадлежат около сотни ежедневных газет общим тиражом приблизитель­но 2 млн. экземпляров.

* См.: Голованова Г. А., Вороненкова Г. Ф., Самарина Н. А., Пашков Г. Н., Вартанова Е. Л. Средства массовой информации США, ФРГ, Франции, Испании, северных стран Европы в 1995 г. // Вестник Московского уни­верситета. Сер. 10. Журналистика. 1996. № 5. С. 26.

Ведущими информационными агентствами являются Ассо­шиэйтед Пресс (АП) и Юнайтед Пресс Интернешнл (ЮПИ). Они снабжают информацией печатные издания, не имеющие собственной корреспондентской службы.

Крупнейшими сетями в радиовещании выступают "Коламбиа бродкастинг систем" (Си-Би-Эс), "Нейшнл бродкастинг компани" (Эн-Би-Си), "Америкэн бродкастинг компани" (Эй-Би-Си), оформившиеся в конце 20-х гг. Помимо них пользует­ся известностью возникшая несколько позже компания "Мью-чуэл бродкастинг систем" (Эм-Би-Си). Три первые радиовеща­тельные корпорации образовали три главные телевизионные сети страны. Кроме того, в число лидеров телевещания вхо­дит сформировавшаяся в 1987 г. корпорация "Фокс бродкастинг компани" (Эф-Би-Си), принадлежавшая Руперту Мэрдоку. Успешно развивается телеслужба "Кейбл ньюс нетуорк" (Си-Эн-Эн) с радиосетью "Си-Эн-Эн рэйдио". Именно этим корпо­рациям принадлежит большая часть эфирного времени. Они образуют коммерческое эфирное телевидение и радиовещание. Следует отметить, что начало развития радио и телевидения происходило именно на коммерческой основе. Появление ре­гулярного радиовещания относится к 1920 г. Первые телестан­ции начали передачи по нескольку часов ежедневно с 1941 г.

Некоммерческое эфирное телевидение существует с 1952 г., когда федеральная комиссия связи предоставила несколько каналов образовательным станциям, принадлежащим универ­ситетам, колледжам и общественным объединениям просвети­тельского характера. В 1967 г. специальным актом Конгресса все они были объединены в корпорацию "Паблик бродкастинг систем" (Пи-Би-Эс), получающую дотации от государства, по­жертвования, средства благотворительных фондов.

Помимо эфирного в США действует кабельное и спутни­ковое телевидение. Всего к началу 90-х гг. насчитывалось око­ло 1200 телестанций, из них приблизительно 900 — коммер­ческие.

Перечисленные телевизионные и радиовещательные сети не подвергаются прямому государственному регулированию и контролю: как уже отмечалось, предварительная цензура в США отсутствует. Учрежденная Актом о коммуникациях 1934 г. федеральная комиссия связи занимается лишь выдачей лицен­зий и решением чисто технических вопросов (она, например, контролирует распределение частот в эфире). С начала 80-х гг. объем регулирующей и контрольной деятельности комиссии уменьшился: упростился порядок отчетности станций, увели­чились сроки действия выдаваемых лицензий с трех до семи лет, снят лимит на объем выпускаемой коммерческой рекламы, отменен запрет на перепродажу, купленных станций в течение трех лет. Акт о коммуникациях 1996 г. снял многие ограничения, препятствующие концентрации СМИ, в частности на количество станций, находящихся во владении одной компании.

Важным элементом информационной части политической системы являются в США, как и в других странах, опросы общественного мнения. Данный институт зародился и весьма популярен именно в этой стране. В настоящее время существу­ет множество американских фирм и организаций, занимаю­щихся опросами. Наиболее крупными и известными из них являются Американский институт общественного мнения, или Институт Дж. Гэллапа, основанный в 1935 г. (что и положило, собственно, начало изучению общественного мнения с приме­нением научных методов анализа), Американская ассоциация исследователей общественного мнения (1947 г.), Центр обще­ственного мнения (1957 г.), Служба Л. Харриса по проведению общенациональных опросов (1963 г.). Последняя проводит опро­сы максимально часто и регулярно: два раза в неделю с опуб­ликованием результатов более чем в 250 американских газе­тах. Следует отметить, что с конца 70-х — начала 80-х гг. крупные газеты систематически проводят опросы общественного мнения собственными силами.

Правовая регламентация института опросов в США мини­мальна. Считается, что на него полностью распространяются правила о свободе информации и ее ограничениях. С 1968 г. в законодательстве существует норма, обязывающая результаты каждого общенационального опроса, документы о нем, сведе­ния о примененном методе в течение 72 часов представлять в библиотеку Конгресса США. Аналогичные положения имеют­ся в законодательстве некоторых штатов.

В 1952 г. был учрежден национальный совет по публику­емым опросам. Это независимое ведомство разрабатывает тре­бования, которым должны отвечать публикуемые опросы.

§ 4. Выборы и референдум

1. Правовое регулирование выборов

Выборы в политической системе США являются чрезвы­чайно важным, систематически и широко используемым ин­ститутом. Всего на различных уровнях организации публичной власти в рамках всех трех ее ветвей имеется около 5 тыс. выборных мандатов. Причем в штатах получила распростране­ние выборность не только политически значимых должностей, но и руководящих работников исполнительного аппарата, а также правоохранительных органов. Так, граждане Оклахомы только в рамках исполнительной власти штата избирают 12 чиновников (губернатора, вице-губернатора, генерального ат­торнея, государственного ревизора и т. д.)*.

* См.: Евдокимов В. Б. Партии в политической системе буржуазного об­щества. Свердловск, 1990. С. 100.

Статутное (т. е. законодательное) регулирование выборов в США имеет трехуровневую структуру, включающую феде­ральные акты, законодательство штатов и источники локаль­ного права, прежде всего хартии местного самоуправления. На федеральном уровне основным источником избирательно­го права служит, естественно, Конституция США. Она регла­ментирует (правда, весьма фрагментарно) важнейшие гаран­тии всеобщего и равного избирательного права применительно к выборам всех уровней и осуществляет более обстоятельное регулирование отдельных вопросов федеральных выборов.

Конституционные положения развиваются в Акте о феде­ральных избирательных кампаниях 1971 г. с поправками 1974, 1976 и 1979 гг., а также в многочисленных актах об избиратель­ном праве (1957, I960, 1964, 1965, 1968, 1970 гг.). Частично источниками избирательного права служат и иные федераль­ные законы, например Акт о гражданских правах 1957 г. Однако большая часть норм избирательного права, в том чис­ле касающихся выборов в федеральные органы государствен­ной власти, традиционно содержится в законодательстве шта­тов. В некоторых из них действуют избирательные кодексы.

Отчасти нормы избирательного права формируются и су­дебными прецедентами. Например, прежде чем избирательные цензы и тестирование как обязательные условия участия в выборах были запрещены законом, они подвергались судебным запретам.

2. Избирательные права

Избирательное право в США базируется на традиционных принципах всеобщности и равенства при тайном голосовании, являющихся универсальными. Принцип прямых выборов так­же можно считать правилом. Ни один из названных принци­пов не получил полнокровного позитивного статутного офор­мления на федеральном уровне.

Принцип всеобщности избирательного права не сразу утвердился в законодательстве и доктрине. Это естественно: на том историческом этапе общественного развития, когда при­нималась американская Конституция, в ряде штатов существо­вало рабство, и вопрос о круге избирателей было предостав­лено решать штатам (разд. 1 ст. I Конституции). Однако со временем под влиянием объективной потребности в демокра­тизации политической жизни в Конституцию вносились по­правки, определяющие важнейшие основы активного избира­тельного права, в частности недопустимость его ограничения в зависимости от различных обстоятельств социального харак­тера. Так, в 1868 г. поправка XIV установила предельный воз­растной ценз для приобретения (пока только мужчинами) ак­тивного избирательного права в 21 год. В 1870 г. поправка XV запретила как Союзу, так и отдельным штатам ограничивать право голоса в зависимости от расы, цвета кожи или прежнего нахождения в рабстве. Разумеется, связано это было с отме­ной рабства в результате войны Севера и Юга. Поправка XIX, вступившая в силу в 1920 г., расширила избирательный корпус как никакая другая, предоставив избирательные права женщинам. Следует отметить, что США были в числе первых стран в мире, включивших женщин в состав избирательного корпуса. Их опередили лишь Новая Зеландия, где за женщи­нами было признано избирательное право в 1893 г., Австра­лия (1902 г.), Россия (1917 г.), а также Германия и Швеция (1919 г.). В 1964 г. поправкой XXIV применительно к федераль­ным выборам был отменен имущественный избирательный ценз. Наконец, поправка XXVI (1971 г.) снизила возрастной ценз на любых выборах до 18 лет.

Расширение избирательного корпуса и приближение тем самым избирательного права к идеалу всеобщности происходит в США не только на основе конституционных норм. В 1970 г. федеральным Актом об избирательном праве был установлен предельно допустимый ценз оседлости в 30 дней: орган, осу­ществляющий регистрацию избирателей, обязан зарегистриро­вать лицо, обратившееся не позднее чем за 30 дней до дня голосования (естественно, при условии удовлетворения прочим избирательным цензам). Штаты применительно к выборам сво­его уровня этот срок не могут увеличивать, но за ними оста­ется право его сокращать. В 17 штатах и федеральном окру­ге Колумбия ценз оседлости избирателей на соответствующем избирательном участке вообще отменен. Однако и там, где он существует, избиратель, изменивший место жительства не­посредственно перед днем голосования, имеет возможность участвовать в нем по старому адресу, голосуя по почте. Обра­тим внимание читателя на то, что указанный ценз оседлости привязывается к месту составления списков избирателей. Одна­ко конституции некоторых штатов, а также хартии местного самоуправления устанавливают еще две разновидности ценза оседлости — связанные с определенным сроком проживания на территории штата и муниципалитета соответственно. Как пра­вило, такие сроки более длительны. Обычно для штата этот срок составляет один год, а для муниципалитета — 90 дней. Конституция штата Иллинойс 1970 г. (ст. III) право участвовать, в любых выборах, проводимых на территории штата, предо­ставляет гражданам США, проживающим в данном штате не менее шести месяцев, предшествующих проведению соответ­ствующих выборов*.

* См.: Барабашев Г. В. Местное самоуправление. М., 1996. С. 102.

Помимо указанных цензов законодательство штатов от участия в выборах отстраняет душевнобольных, а во многих штатах также лиц (или отдельные их категории), отбывающих по приговору суда наказание в виде лишения свободы.

В 1975 г. в Акт об избирательном праве 1970 г. были вне­сены поправки, по сути отменяющие ценз грамотности и зна­ния английского языка: был наложен запрет на использование тестов и иных средств проверки "способности читать, понимать и толковать" вопросы, связанные с проведением выборов. В качестве гарантии прав языковых меньшинств закон устано­вил, что если более 5% избирателей какой-либо политико-административной единицы штата составляют одно языковое меньшинство, то вся избирательная документация ведется не только на английском языке, но и на языке меньшинства. Более того, если соответствующий язык не имеет письменно­сти (речь идет об индейцах и алеутах), должностные лица, обеспечивающие проведение выборов, обязаны распространять информацию, связанную с выборами, среди соответствующе­го населения устно.

Применительно к пассивному избирательному праву зако­нодательство устанавливает более жесткие условия. Возрас­тной ценз, которому должен отвечать кандидат, на выборах федерального уровня, а также выборах в органы большинства штатов и муниципалитетов — более высокий, чем необходи­мый для права избирать. Так, согласно Конституции США членом Палаты представителей Конгресса США может быть избран гражданин США, достигший 25 лет, сенатором — 30, а Президентом — 35 лет. В соответствии с Конституцией штата Иллинойс с 1970 г. право быть избранным в обе палаты Гене­ральной ассамблеи (законодательного собрания штата) имеют граждане, достигшие 21 года, а Губернатором — 25 лет.

Важным условием приобретения пассивного избиратель­ного права на федеральном уровне является, как упомина­лось, и срок пребывания в гражданстве США. Он составляет 7 лет для избрания членом Палаты представителей, 9 лет — сенатором, а баллотироваться на должность Президента США может лишь гражданин по рождению. На выборах более низ­кого уровня требуется лишь наличие у кандидата американ­ского гражданства (citizenship).

Ценз оседлости применительно к пассивному избиратель­ному праву также известен американскому законодательству. Для кандидатов в состав палат Конгресса США он сформули­рован весьма либерально: необходим лишь факт проживания на территории того штата, в котором кандидат баллотируется. Президентом же может быть избран гражданин, в течение 14 лет имеющий постоянное место жительства на территории США. Требования оседлости для кандидатов установлены и законодательством штатов. Например, в Иллинойсе согласно Конституции данного штата право быть избранными в палаты легислатуры имеют граждане США, проживающие не менее двух лет в том округе, от которого они избираются, Губерна­тором же может стать лицо, не менее трех лет проживающее в данном штате.

Принцип равного избирательного права также не сразу утвердился в законодательстве и практике США. Изначально вопросы, связанные с образованием избирательных округов, причем при проведении как федеральных выборов, так и вы­боров легислатур штатов, регламентировались всецело зако­нодательством штатов, в котором рассматриваемый принцип не получил прямого выражения. Тем более он игнорировался на практике. Приемы избирательной геометрии (географии) применялись широко и эффективно. Особую известность при­обрел случай, когда в 1842 г. при проведении выборов в Палату представителей Губернатор штата Массачусетс Джерри Элбридж сумел нарезать избирательные округа столь искусно, что обеспечил 100-процентную победу своей партии. Это про­исшествие, так же как имя его главного виновника, увекове­чено в истории термином "джерримендеринг". Данное новооб­разование сложилось в результате слияния имени изобрета­тельного губернатора и части слова "саламандра" (Gerry и salamander): один из избирательных округов по очертаниям своим напомнил это животное. Однако уже в 1872 г. федераль­ный Акт об избирательном праве предписал штатам при про­ведении выборов в Палату представителей создавать избира­тельные округа с равным числом жителей. Правда, и после принятия данного закона многие штаты нарушали принцип равной численности жителей в избирательных округах.

Спустя почти столетие в защиту принципа равных выбо­ров выступил Верховный суд США. В 1964 г. он в порядке тол­кования Конституции США указал, что разд. 2 ст. I подразу­мевает равное представительство населения при проведении выборов Палаты представителей. В настоящее время норма представительства при выборах в нижнюю палату Конгресса составляет около 520 тыс. жителей. В 1968 г. Верховный суд США конкретизировал свою позицию, указав, что при прове­дении выборов всех уровней каждый штат должен приложить добросовестные усилия для достижения точного математичес­кого равенства избирательных округов".

Гарантией другого требования равного избирательного права — наличия у каждого избирателя только одного голо­са — служит положение Акта об избирательном праве 1970 г. об установлении уголовной ответственности за голосование на одних и тех же выборах более одного раза.

Принцип прямых выборов первоначально Конституция США провозгласила только в отношении выборов в нижнюю палату Конгресса — Палату представителей. Сенаторы изби­рались косвенным путем — законодательными собраниями штатов. Лишь в 1913 г. было установлено, что сенаторы дол­жны избираться "народом штата" (XVII поправка). Президент и Вице-президент по-прежнему избираются косвенным путем (выборщиками).

Мы уже отмечали в общей части учебника (гл. VII, § 2, п. 5), что использование косвенных выборов с учетом комби­нации мажоритарной избирательной системы относительного большинства при избрании выборщиков и абсолютного — при избрании ими Президента (и Вице-президента) может приве­сти к тому, что избранным окажется кандидат, собравший в целом по стране меньшее число голосов избирателей, чем его соперник. Истории известны примеры этого. Так, в 1888 г. Бен­джамин Гаррисон, получивший 47,86% голосов избирателей, победил Гровера Кливленда, за которого голосовали 48,78% избирателей. В 1876 г. выборщики в весьма спорной ситуации большинством в один голос предпочли Раттерфорда Хейса (48,04% голосов избирателей) Сэмьюэлу Тилдену (50,99%)*. На выборах 2000 г. Джордж Буш-младший получил в целом по стране 49 820 518 голосов избирателей и 271 голос выборщи­ков, а Алберт Гор — 50 158 094 и 267 голосов соответственно (правда, такими результаты выборов были оглашены после того, как А. Гор после судебных решений отказался от борь­бы за 25 спорных голосов выборщиков от штата Флорида). Кроме того, голоса избирателей, проголосовавших за канди­датов "третьих" партий или независимых, фактически пропа­дают, не получая никакого отражения в коллегии выборщи­ков. Так, на президентских выборах 1996 г. Росс Перро полу­чил 9,5% голосов избирателей и ни одного голоса выборщиков. Указанные изъяны непрямых президентских выборов компен­сируются определенными достоинствами. Прежде всего они дают возможность более полно по сравнению с прямым голосованием учесть федеративную природу американского госу­дарства, а именно усиливают влияние небольших штатов на результаты выборов, подчеркивая их равноправие.

* См.: Современные США. Энциклопедический справочник. М., 1988. С. 192.

О важности данного преимущества красноречиво свиде­тельствует следующий исторический факт. В 1969 г. Палата представителей приняла поправку к Конституции США о пе­реходе к прямым выборам Президента. Однако это вызвало бурный протест малочисленных штатов, и как результат по­правка не набрала 2/3 голосов в Сенате. Разница числа голо­сов избирателей (54,7%) и выборщиков (70%), поданных за Б. Клинтона на президентских выборах 1996 г., образовалась за счет того, что он победил в 31 штате и федеральном округе Колумбия*.

* См.: Печатнов В. О. После выборов: итоги и прогнозы // США: эконо­мика, политика, идеология. 1997. № 2. С. 18.

Непрямыми выборами замещаются также должности глав исполнительной власти и формируются даже коллегиальные представительные органы в некоторых политико-администра­тивных единицах штатов.

Принцип тайного голосования обеспечивается применени­ем избирательных бюллетеней или специальных машин для голосования, которые начали использоваться в некоторых штатах еще с конца прошлого века.

3. Организация выборов

Важный элемент избирательного процесса — формирова­ние избирательных округов. По выборам в Палату представи­телей Конгресса США образуются только одномандатные из­бирательные округа. При проведении выборов Президента США деления страны на округа, естественно, не происходит: штаты и федеральный округ Колумбия образуют единый (и един­ственный) избирательный округ. Такого деления не требуется и при проведении выборов губернаторов штатов, глав местного самоуправления, а также сенаторов Конгресса США. В после­днем случае каждый штат представляет собой единый одномандатный округ (от одного штата единовременно избирается по одному сенатору). При проведении выборов в Палату пред­ставителей каждый штат актом его легислатуры делится на приблизительно равные по численности населения избира­тельные округа, число которых равно числу членов палаты, представляющих данный штат. По одномандатным округам выборы в нижнюю палату Конгресса проводятся с 1842 г. До этого каждый штат представлял собой единый многомандатный округ, от которого избиралась "делегация штата в Конгрессе".

Места в Палате представителей распределяются между штатами пропорционально численности их населения. Пере­распределение числа конгрессменов (членов Палаты представи­телей) по штатам, а следовательно, и преобразование сетки из­бирательных округов, производится один раз в 10 лет — после очередной переписи населения, проводимой в "нулевые" годы.

Выборы палат легислатур в большинстве штатов прово­дятся также по одномандатным округам, образованным с при­близительно равной численностью населения. Впрочем, имеют­ся исключения. Например, в штате Иллинойс в соответствии с Конституцией 1970 г. (разд. 2 ст. IV) депутаты верхней пала­ты — Сената — избираются по одномандатным округам, а нижней — Палаты представителей — по трехмандатным.

При проведении местных выборов образуются округа двух различных типов: либо территория муниципалитета составляет один избирательный округ, от которого избираются все чле­ны совета (at large), либо она подразделяется на несколько округов — одномандатных или многомандатных, причем пос­ледние превалируют.

Избирательные округа по выборам в Палату представите­лей и легислатуры штатов образуются законодательными ак­тами штатов, а для местных выборов — актами соответству­ющих советов.

Административные и организационно-технические функ­ции по подготовке и проведению выборов возлагаются на раз­личные органы. Центрального общенационального органа по проведению выборов в США не существует. Созданная на ос­нове Акта о федеральных избирательных кампаниях 1971 г. федеральная комиссия по выборам имеет иные функции.

На уровне штатов выборами чаще всего ведают секретари различных департаментов: юстиции, внутренних дел. В неко­торых штатах губернаторы формируют (обычно на основе паритетного представительства партий) избирательные комис­сии (советы комиссаров). В политико-административных едини­цах организационные функции по подготовке и проведению выборов находятся, как правило, в ведении клерков советов, но в ряде политико-административных единиц глава предста­вительного органа или исполнительной власти образует совет комиссаров или назначает одного комиссара по проведению выборов.

В избирательных округах общий контроль за выборами осуществляют избирательные комиссии, состоящие из пред­ставителей партий, чиновников штата, судей, членов Конгрес­са. На избирательных участках создаются избирательные ко­миссии (бюро) из представителей партий. Ведущая роль в орга­низации и проведении выборов в границах избирательных участков принадлежит партийному аппарату.

В США регистрация избирателей осуществляется по инициативе самих избирателей. Каждый из них должен лич­но (в некоторых штатах можно и по почте) обратиться в пункт регистрации, организованный клерком совета графства или города. Напомним, что сделать это можно не позднее чем за 30 дней до дня голосования. В некоторых штатах (где праймериз носят закрытый характер) избиратель при регистрации должен указать свою партийную принадлежность. В большин­стве штатов система регистрации избирателей является посто­янной, то есть гражданин регистрируется как избиратель один раз и исключается по его заявлению при перемене места жительства. В ряде штатов право исключать избирателя из списка предоставлено также избирательным органам — в слу­чае если он не участвовал в двух или трех последних выборах. В некоторых штатах списки избирателей периодически (в раз­личные сроки) пересматриваются. Федеральный Акт об изби­рательном праве 1970 г. предусматривает возможность судеб­ного обжалования неправильностей в списках избирателей.

4. Избирательный процесс

Сроки проведения выборов всех уровней в США строго фиксированы в законодательстве. Поэтому стадия их назначе­ния отсутствует.

На федеральном уровне голосование по выборам Конгрес­са проводится в первый вторник после первого понедельника ноября каждого четного года, а голосование избирателей по выборам Президента (фактически — за выборщиков) — в этот же день каждого високосного года; затем в первый понедель­ник после второй среды декабря того же года в столицах сво­их штатов выборщики собираются для голосования за канди­датов в Президенты.

Голосование по выборам органов штатов и местного само­управления также проводятся обычно по вторникам, как это прямо предусмотрено законодательством штатов и хартиями местного самоуправления. При этом только примерно в поло­вине штатов законодательство обязывает работодателей разрешать работникам покидать рабочие места для того, чтобы проголосовать. Но даже не во всех этих штатах работодате­ли не вправе делать вычеты из заработка работников, отсут­ствующих какое-то время по месту работы в связи с участи­ем в голосовании.

Выдвижение кандидатов на выборные должности в США представляет собой достаточно громоздкую процедуру, распа­дающуюся на несколько этапов. Первым из них формально яв­ляется регистрация петиции о выдвижении, подаваемой самим соискателем в соответствующий избирательный орган. При проведении федеральных выборов — это орган уровня штата, а на остальных — клерк графства. По традиции самовыдвиже­ние "партийных" кандидатов осуществляется по согласованию с партийным комитетом соответствующего уровня или его лидером. Формально-юридические же условия регистрации петиции в различных штатах неодинаковы. В некоторых из них обязательным требованием выступает поддержка кандидата избирателями соответствующей территории в виде установлен­ного числа подписей под петицией. Например, в Джорджии любой, кто хочет внести свою фамилию в избирательный бюл­летень на президентских выборах, должен собрать подписи как минимум 40 тыс. избирателей этого штата.

В большинстве же штатов несколько иной порядок. Пре­тендент на выборную должность в петиции о выдвижении дол­жен обязательно указать свою партийную принадлежность или отсутствие таковой. При этом если соискатель является членом партии, собравшей на предыдущих выборах соответствующего уровня число голосов избирателей, минимум которого установ­лен в законодательстве штата или хартии местного самоуправ­ления (например, применительно к президентским выборам это число составляет в Южной Дакоте 20% избирателей, участвовавших в соответствующих выборах, в Огайо, Вашин­гтоне и Флориде — 15%, в Айдахо — 10%), то формально самовыдвижение служит достаточным условием для регистра­ции. Если же кандидат является независимым, то есть беспар­тийным, либо принадлежит к малой или новой партии, то он должен заручиться определенным числом подписей избирате­лей, зарегистрированных на соответствующей территории, причем в достаточно короткий срок (20—25 дней). Например, применительно к президентским выборам необходимое число подписей равно в штатах Мэн и Коннектикут 10 тыс., в Запад­ной Виргинии и Колорадо — 5 тыс. (но нотариально удосто­веренных), в штате Нью-Йорк — 12 тыс. при условии, что в каждом из графств этого штата будет собрано не менее 50 подписей. Положение малых партий и независимых кандида­тов осложняется еще тем, что законодательство многих шта­тов требует собирать подписи только среди избирателей, заре­гистрировавшихся в качестве членов соответствующих партий либо независимых (беспартийных).

Во второй половине 70-х гг. в ряде решений Верховный суд США указал, что число подписей под петицией о выдви­жении кандидата не должно превышать 5% от общего числа избирателей, зарегистрированных в данном штате, местной единице или избирательном округе*.

* См.: Положение в области прав человека в США. М., 1978. С. 80.

Требованием, альтернативным сбору подписей избирате­лей и также направленным на отсеивание "несерьезных" кан­дидатов, в некоторых штатах (их немного, например, Кали­форния, Техас) выступает внесение так называемого регист­рационного взноса (аналога избирательному залогу в других странах, за исключением того, что регистрационный взнос ни при каких условиях кандидату не возвращается). Так, в соот­ветствии с Избирательным кодексом Калифорнии, регистраци­онный взнос устанавливается в процентном отношении к раз­меру дохода кандидата за последний перед выборами год: 2% — при выборах в Сенат Конгресса США, в губернаторы, на не­которые другие выборные должности в штате и графствах; 1% — при выборах в Палату представителей Конгресса США, в легислатуру штата, на выборные юридические должности штата (судей, окружных атторнеев). В 1972 г. в одном из сво­их решений Верховный суд США заявил, что требование ре­гистрационного взноса законно лишь в том случае, если он имеет альтернативу (обычно в виде петиции с подписями из­бирателей).

Регистрация избирательными органами кандидатов имеет, однако, в отличие от многих других стран лишь сугубо пред­варительный характер, отнюдь не означая, что все зарегис­трированные кандидаты будут включены в избирательный бюллетень для окончательного голосования. Юридическое зна­чение такой регистрации состоит в том, что только зарегис­трированные кандидаты допускаются к следующему этапу процедуры выдвижения.

В большинстве штатов таким этапом являются праймериз (primaries) — первичные выборы, о которых мы уже упоми­нали выше — в п. 2 § 3. Они представляют собой непосредственное голосование избирателей, поддерживающих соответ­ствующую партию, по кандидатурам, зарегистрированным в качестве кандидатов на выборах. Одновременно в ходе праймериз избираются члены партийных комитетов и конвентов.

Институт праймериз возник в США в начале XX в. К на­чалу 90-х гг. праймериз использовались почти в 40 штатах*.

* См.: Евдокимов В. Б. Указ. соч. С. 86—87.

Этот институт имеет две основные разновидности — зак­рытые и открытые праймериз. При закрытых (используемых в большинстве штатов) каждая партия проводит голосование отдельно по своим кандидатам среди избирателей, зарегист­рировавшихся в качестве ее членов (отдельно голосуют и не­зависимые избиратели). Открытые праймериз (применяемые, например, в штатах Аляска, Вашингтон, Луизиана) проводят­ся по всем кандидатам вместе и среди всех избирателей. Каж­дый из них получает бюллетень, в котором содержится пере­чень партий и их кандидатов. Избиратель должен выбрать одну партию, а среди ее кандидатов — также одного. При прове­дении одновременно нескольких выборов избиратель вправе (если праймериз носят открытый характер) голосовать за раз­личные партии применительно к разным выборам.

В некоторых штатах праймериз — причем как открытые, так и закрытые — исключают участие в них независимых из­бирателей и кандидатов. В избирательные бюллетени вносят­ся только кандидаты, заявившие в петиции о выдвижении, о своей партийной принадлежности. Такое же условие необхо­димо выполнить и избирателю для того, чтобы иметь право получить избирательный бюллетень на праймериз. Отчасти по этой причине, отчасти в силу традиционного абсентеизма, а отчасти потому, что праймериз имеют лишь промежуточное, предварительное значение в процедуре выдвижения кандида­тов, в них обычно участвует около 1/3 зарегистрированных избирателей.

Результаты праймериз подводятся отдельно для каждой партии. Победившим считается тот ее кандидат, который по­лучил относительное большинство голосов избирателей данной партии (лишь в 10 южных штатах требуется абсолютное боль­шинство поданных за партию голосов и в случае необходимо­сти во втором туре голосования производится перебаллотиров­ка двух кандидатов, собравших наибольшее число голосов в первом туре).

Значение праймериз неодинаково в различных штатах. В большинстве из них оно имеет чисто политический характер. Во-первых, праймериз представляют собой первичную пробу сил главных политических партий, показывая соотношение их электората на данном этапе выборов. Во-вторых, праймериз помогают каждой партии выявить наиболее популярную сре­ди избирателей кандидатуру с тем, чтобы выдвинуть по соот­ветствующему округу единого от данной партии кандидата.

Однако в некоторых штатах праймериз имеют и опреде­ленные юридические последствия: "третьи" партии и независи­мые кандидаты могут быть внесены в избирательные бюллетени для голосования только в том случае, если на праймериз за них проголосовало установленное в законе штата число избирате­лей округа, например в штате Мичиган применительно к вы­борам в федеральные органы и органы штата — 5 тыс. Таким образом, указанные кандидаты должны преодолеть двойной барьер отсева (как уже говорилось, для того, чтобы участвовать в праймериз, им необходимо собрать установленное число под­писей избирателей или внести регистрационный взнос).

Кроме того, законодательство ряда штатов требует, что­бы на национальном партийном конвенте делегаты соответству­ющего штата голосовали в первом туре за того кандидата в Президенты США, который получил в данном штате на прайме­риз наибольшее число голосов избирателей (в последующих турах можно голосовать по своему усмотрению).

Наконец, законы некоторых штатов, а также хартии са­моуправления предусматривают, что при проведении местных выборов по одномандатным округам в избирательные бюлле­тени для окончательного голосования вносятся два кандидата, набравшие на праймериз наибольшее число голосов.

Обычно президентские и парламентские праймериз начи­наются в конце февраля — начале марта и заканчиваются в июле года выборов. Успех на них означает окончание проце­дуры выдвижения кандидатов на всех выборах, кроме прези­дентских, а на последних — для независимых кандидатов. Окончательным же этапом выдвижения "партийных" кандида­тов на должность Президента США являются национальные партийные конвенты, которые проводятся в течение июля— августа. Законодательство требует вносить в избирательный бюллетень только того кандидата от партии, который утвер­жден на ее национальном конвенте.

Кандидатом на должность Президента США от данной партии становится лицо, избранное абсолютным большинством делегатов национального конвента. Если в первом туре голосо­вания такого большинства не получит предложенный любым членом конвента кандидат, проводятся второй, третий и т. д. туры — до тех пор, пока за того или иного кандидата не проголосует абсолютное большинство конвента.

Как правило, выборы проводятся в США на альтернативной основе, причем, как и в других странах, степень альтернативно­сти возрастает в прямой зависимости от уровня и степени важ­ности выборов. Максимальное число кандидатов выдвигается на президентских и губернаторских выборах. Так, в 1996 г. в изби­рательный бюллетень по выборам Президента США было внесе­но семь кандидатов, а в 2000 — четыре. На муниципальных же выборах нередко складывается ситуация, когда число кандида­тов равно числу мандатов советников, замещаемых по округу. В условиях альтернативности выборов особо важное зна­чение приобретает следующая стадия избирательного процес­са — предвыборная агитация, которая проводится в течение сентября—октября.

Особую роль в обеспечении эффективности предвыборной агитации играют, как и в других странах, СМИ, прежде всего электронные. Впервые телевидение было использовано в аме­риканском избирательном процессе в ходе президентской из­бирательной кампании 1952 г., когда республиканец Дуайт Эй­зенхауэр боролся с демократом Эдлаем Стивенсоном.

В отличие от многих других стран принцип равноправия в получении эфирного времени действует в США не в отноше­нии политических партий, а в отношении самих кандидатов. Содержание же данного принципа имеет весьма усеченный характер: поскольку в США нет государственных электронных СМИ, все эфирное время предоставляется только на платной основе. При этом в соответствии с Актом о коммуникациях 1934 г., "если держатель лицензии на вещание позволит како­му-либо лицу, являющемуся кандидатом на выборную долж­ность, воспользоваться вещательной станцией, то он должен предоставить равные возможности всем таким кандидатам", то есть не вправе им отказать, завысить таксу, по своей иници­ативе ограничить время вещания, предоставить его в менее благоприятное время суток и т. п. Акт о федеральных избира­тельных кампаниях 1971 г. содержит требование о недопусти­мости взимания с кандидатов разной оплаты за использование одинаковой газетной и журнальной площади.

Однако высокая стоимость эфирного времени, да и газет­ной площади приводит к тому, что полноценно воспользоваться "равными возможностями" могут лишь весьма состоятель­ные кандидаты либо кандидаты, поддерживаемые крупней­шими партиями. Для того чтобы смягчить неравенство финан­совых возможностей различных кандидатов, Акт о федераль­ных избирательных кампаниях 1971 г. запрещает кандидатам расходовать на выступления по радио и телевидению более 60% от суммы денежных средств, которую они вправе израс­ходовать на проведение избирательной кампании.

Выборы, особенно президентские, представляют собой весь­ма дорогостоящее мероприятие. В 1996 г. на их проведение была израсходована рекордная сумма, составившая 1,6 млрд. долл.* Для уменьшения влияния "больших денег" на исход выборов законодательство США содержит определенные пра­вила, касающиеся финансирования избирательных кампаний. Правда, единые принципы, применимые к выборам всех уров­ней, установлены фрагментарно лишь судебными прецедента­ми. В федеральном законодательстве имеются нормы, комп­лексно регулирующие порядок финансирования лишь феде­ральных выборов. Они установлены Актом о федеральных избирательных кампаниях 1971 г. (с изменениями 1974, 1976 и 1979 гг.). Правила финансирования выборов органов власти штатов и муниципальных единиц содержатся в законодатель­стве штатов.

* См.: Keesing's Record of World Events. 1997. № 1. P. 41436.

В соответствии с Актом о федеральных избирательных кампаниях источниками денежных средств кандидата могут служить добровольные пожертвования частных лиц, взносы политических партий и политических комитетов, поддержива­ющих кандидата, собственные средства кандидата и членов его семьи и, наконец, применительно к президентским выбо­рам — средства, выделяемые государством. Акт 1971 г. запре­щает делать взносы публичным служащим, а также иностран­цам и лицам, выполняющим публичные заказы.

Денежные средства физических лиц, согласно указанному Акту, не могли превышать 1 тыс. долл. на одного кандидата при проведении праймериз, столько же при проведении вы­боров и 25 тыс. долл. за один календарный год в общей слож­ности, однако в 1976 г. Верховный суд признал эти ограниче­ния неконституционными.

Следует отметить, что, помимо политических партий, ни одна общенациональная корпорация, "рабочая организация" (профсоюз), а также ни один общенациональный банк не имеет права делать взносы и производить расходы на федераль­ные выборы из собственных средств. Однако им разрешено образовывать фонды с целью привлечения денежных средств других лиц на проведение избирательной кампании того или иного кандидата.

Акт о федеральных избирательных кампаниях установил также предел расходов кандидатами своих собственных средств, а также средств родственников. Он составляет 50 тыс. долл. для кандидата в Президенты и Вице-президенты, 35 тыс. для кан­дидата в Сенат и 25 тыс. для кандидата в Палату представи­телей Конгресса США.

Наконец, государственное финансирование распространя­ется только на президентские выборы. Оно осуществляется в формах дотаций и компенсаций. Дотации производятся на ста­диях выдвижения и предвыборной агитации. На первой из них дотации получают кандидаты, которым удалось в каждом из 20 любых штатов собрать не менее чем по 5 тыс. долл., причем взносами, не превышающими 250 долл. Размер дотации на этой стадии составляет общая сумма, которую кандидат полу­чил от частных лиц взносами, не превышающими 250 долла­ров, но не более 5 млн. долл.

На этапе предвыборной агитации государственные дота­ции кандидатам выделяются в зависимости от их партийной принадлежности. Если кандидат принадлежит к партии, полу­чившей на предыдущих президентских выборах не менее 25% голосов избирателей, ему выделяются 2 млн. долл. Меньшую дотацию получают кандидаты партий, собравших на предыду­щих президентских выборах как минимум 5% голосов избира­телей. Наконец, кандидатам партий, которые на предыдущих выборах не набрали этого лимита, но получили хотя бы 5% голосов на данных выборах, выплачивается после определения их результатов частичная компенсация понесенных затрат.

Закон устанавливает также предельно допустимые сум­мы расходов кандидатов. Ни один кандидат на должность Пре­зидента США не может израсходовать в общей сложности на цели своего выдвижения больше 10 млн. долл., за исключением случаев, когда в каждом штате (а также в федеральном ок­руге Колумбия) сумма расходов на его избирательную кампа­нию не превысила сумму, получающуюся при умножении 16 центов на численность населения избирательного возраста со­ответствующего штата, или 200 тыс. долл. Кроме того, буду­чи выдвинутым, кандидат в Президенты вправе затратить на цели избирательной кампании в общей сложности не более 20 млн. долл. Данные суммы, так же как размеры денежных средств, расходуемых партийными комитетами (национальны­ми и штатов), подлежат ежегодной индексации.

Кандидаты в Сенат Конгресса США могут расходовать на цели избирательной кампании не более 150 тыс. долл., а канди­даты в члены Палаты представителей — не более 70 тыс. долл.

Все денежные средства в поддержку кандидатов поступают в политические комитеты. Это понятие, согласно Акту 1971 г., означает любую группу лиц или местный партийный комитет, которые получают на цели избирательных кампаний взносы, превышающие в течение календарного года 1 тыс. долл., либо производят расходы, превышающие в течение года указанную сумму, а также любой отдельный фонд, образованный корпо­рацией, не имеющей права расходовать на цели избиратель­ной кампании собственные средства.

Следует иметь в виду, что приведенные цифры были дей­ствительны на момент издания соответствующих актов и под­лежат ежегодному индексированию.

Политические комитеты периодически представляют от­четы о своей деятельности в федеральную комиссию по выбо­рам — независимое ведомство в системе федеральных орга­нов исполнительной власти, созданное на основе Акта 1971 г. для контроля за соблюдением законодательства о выборах. В ее состав входят секретарь Сената, клерк Палаты представи­телей (с правом совещательного голоса), а также 6 членов, назначаемых Президентом с совета и согласия Сената (с пра­вом решающего голоса). Не более трех назначаемых членов комиссии могут принадлежать к одной партии. Статус членов комиссии несовместим с любыми иными видами деятельности. В компетенцию комиссии входят полномочия требовать от любых лиц отчеты и ответы по любым интересующим ее воп­росам, рассматривать и расследовать жалобы и дела о нару­шении законодательства о выборах, требовать дачи свидетель­ских показаний по ним, давать по запросам заинтересованных лиц консультативные заключения, касающиеся вопросов при­менения законодательства; устранять и предотвращать нару­шение законодательства о выборах, используя для этого та­кие неформальные способы, как обмен мнениями, примирение и убеждение. При этом примирительное соглашение может предусматривать уплату виновным лицом штрафа (в размере от 5 тыс. до 10 тыс. долл. или 200% денежной суммы, в кото­рой выразилось правонарушение). Если же предотвращение или устранение нарушения закона самой комиссией невозможно, она вправе и обязана предъявлять в суде гражданские иски, представлять по ним доказательства, обжаловать судеб­ные решения, сообщать о нарушениях закона в правоохрани­тельные органы. Как видно, федеральная комиссия по выбо­рам не занимается организацией подготовки и проведения выборов, а выполняет в основном контрольные и квазисудеб­ные функции.

В США применяются два способа голосования: избиратель­ными бюллетенями и с использованием специальных электрон­ных машин. Избирательные бюллетени вручаются избирателю в помещении для голосования работниками аппарата чиновника по выборам.

Законодательство нескольких штатов допускает замеще­ние мандатов муниципальных советников без голосования, если число кандидатов в соответствующем избирательном ок­руге не превышает числа подлежащих избранию в нем совет­ников.

Голосование в США всегда было отмечено известным аб­сентеизмом, особенно заметным при проведении местных вы­боров, в которых в среднем обычно участвуют до 40% заре­гистрированных избирателей. Активность населения возрастает с повышением уровня выборов. Максимальной она, как прави­ло, бывает при проведении президентских и губернаторских выборов. Однако бывают и спады. Рекордно высоким уровнем абсентеизма отмечены выборы Президента США 1996 г.: в них впервые за всю историю страны проголосовало менее полови­ны избирателей — 49%*.

* См.: Рогов С. М. Указ. соч. С. 11.

Доминирующей в США избирательной системой является мажоритарная относительного большинства. Однако при голо­совании выборщиков на президентских выборах, а также в рамках экстраординарной процедуры избрания Президента и Вице-президента (см. ниже п. 5) используется мажоритарная система абсолютного большинства. Кроме того, в крайне не­большом числе штатов на местных выборах применяются не­которые другие избирательные системы, в частности пропор­циональная и кумулятивного вотума.

5. Особенности президентских выборов

Прежде всего, голосование избирателей на выборах Президента не имеет окончательного характера. Его результаты определяют лишь партийный состав коллегии выборщиков. Её численный состав предопределен заранее. В соответствии с разд. 1 ст. II Конституции США, число выборщиков от каждого штата равно общему числу сенаторов и представителей, под­лежащих избранию от данного штата. Кроме того, трех выбор­щиков имеет федеральный округ Колумбия. Следовательно, в целом по стране избираются 538 выборщиков (435 + 100 + 3).

Персональный состав выборщиков в виде их списка по каждому штату устанавливается партийными конвентами со­ответствующих штатов. При этом в соответствии с Конститу­цией США (разд. 1 ст. II) не могут назначаться выборщиками сенаторы, представители, лица, занимающие почетную или оплачиваемую должность, учрежденную Союзом.

Каждый штат и округ Колумбия по сути формирует соб­ственную коллегию выборщиков, уполномоченную окончатель­но представлять позицию штата (федерального округа) по вопросу об избрании Президента (и Вице-президента). При этом штаты представляют собой на данной стадии президент­ского избирательного процесса по существу многомандатные избирательные округа. Задача же избирателей состоит в том, чтобы из нескольких списков выборщиков (на деле — двух), предложенных партиями, выбрать один. Далеко не во всех штатах фамилии выборщиков вносятся в избирательный бюллетень: в большинстве из них обозначены лишь кандидаты в Президенты и Вице-президенты с указанием их партийной принадлежности. Применяемая на этой стадии мажоритарная система относительного большинства обусловливает то, что партия, получившая большее, чем любая другая, число голо­сов избирателей штата, приобретает все места выборщиков от данного штата. Американцы характеризуют применяемую на данной стадии выборов избирательную систему формулой: "Победитель получает все". Именно поэтому кандидаты стре­мятся прежде всего одержать победу в наиболее крупных по числу населения (а следовательно, и выборщиков) штатах — Калифорнии, Нью-Йорке, Техасе, Огайо, Флориде и некото­рых других.

Через шесть недель после голосования избирателей выбор­щики каждого штата собираются в его столице (выборщики от федерального округа Колумбия — в Вашингтоне) для проведе­ния окончательного, решающего голосования в рамках пре­зидентских выборов.

В отличие от процедуры голосования избирателей выбор­щики голосуют по кандидатурам Президента и Вице-президен­та отдельно. Такой порядок установлен XII поправкой к Конституции США, вступившей в силу в 1804 г. Первоначально же Вице-президентом становился кандидат в Президенты, получивший наибольшее после избранного Президентом кан­дидата число голосов выборщиков. Это было чревато возник­новением конфликтной ситуации между Президентом и Вице-президентом ввиду их возможной различной партийной при­надлежности.

По обычаю, выборщики каждого штата голосуют за кан­дидата в Президенты (соответственно и в Вице-президенты), получившего в данном штате большинство голосов избирате­лей, то есть в целом голосование выборщиков носит чисто партийный характер. Поэтому исход его по сути предрешен итогами голосования избирателей: как только становится из­вестным соотношение числа выборщиков от каждой партии в целом по стране, фактически ясно, кто из кандидатов станет Президентом (и Вице-президентом).

После окончания голосования выборщиков избирательные бюллетени в запечатанном виде отправляются в Конгресс на имя председателя Сената. Последний на совместном заседании обеих палат вскрывает пакеты с бюллетенями, после чего производится подсчет голосов. Кандидат, получивший абсолют­ное большинство голосов выборщиков по выборам Президен­та, становится главой государства, а по выборам Вице-прези­дента — соответственно Вице-президентом.

Если никто из кандидатов в Президенты или Вице-прези­денты не набрал требуемого большинства голосов выборщиков, применяются экстраординарные процедуры их избрания (по­правка XII к Конституции США). Президента избирает Пала­та представителей из числа трех кандидатов, получивших наибольшее число голосов. При этом процедура избрания осу­ществляется по особым правилам. Заседание правомочно при кворуме, равном числу представителей от 2/3 штатов. Голоса подаются отдельно по штатам, представительство от каждо­го штата имеет один голос. Для избрания необходимо большин­ство голосов всех штатов (т. е. 26).

Вице-президент в рамках экстраординарной процедуры избирается Сенатом из двух кандидатов, получивших наиболь­шее число голосов выборщиков. Кворум в этом случае состав­ляет 2/3 сенаторов (т. е. 67 человек). Для избрания необходи­мо абсолютное большинство голосов всех сенаторов (51 голос).

Если ко дню начала полномочий Президента и Вице-пре­зидента они (или один из них) не будут избраны и по экстра­ординарной процедуре, замещение этих должностей осуществляется по общим правилам, установленным на случай досроч­ной их вакантности в разд. 3 поправки XX к Конституции США, о чем речь пойдет ниже, в п. 2 § 5.

Экстраординарная процедура избрания Президента приме­нялась дважды на заре истории США: в 1800 г. Палата предста­вителей выбрала Президентом Т. Джефферсона, а в 1824г.— Джона Куинси Адамса.

6. Референдум

Этот институт предусмотрен в США только конституция­ми и законодательством штатов, а также хартиями местного самоуправления. Соответственно и практикуется он только на соответствующих уровнях. Общефедеральных референдумов не проводилось, и федеральному законодательству данный институт не знаком.

В штатах же и в муниципальных единицах используются разнообразные виды референдума. В американской литературе различают обязательный и факультативный, а также петици­онный референдумы. Обязательный проводится по вопросам, прямо предусмотренным конституциями и хартиями местного самоуправления. Их нельзя решить с помощью иных процедур. К таким вопросам, как правило, относятся принятие нового учредительного документа соответствующей территории (кон­ституции штата или хартии местного самоуправления) либо внесение поправок в него, изменение территориального деле­ния и т. д. Факультативный референдум проводится по иници­ативе органов публичной власти и в отличие от прочих видов референдума носит консультативный характер.

Петиционный референдум инициируется избирателями и проводится, если в поддержку такого проведения собрано установленное число подписей избирателей соответствующей территории. Это число неодинаково в различных штатах. Оно может быть как сравнительно скромным, например 7 тыс. в штате Северная Дакота, так и чрезвычайно большим, напри­мер, в штате Невада — 50% от числа зарегистрированных избирателей штата. В петиционном порядке в большинстве штатов на референдум не могут выноситься вопросы об ассиг­нованиях, судебной системе, армии и некоторые другие. Кон­ституции отдельных штатов (например, Массачусетса) предус­матривают отменительную разновидность данной категории референдума: избиратели могут инициировать лишь отмену действующего закона штата, но не принятие нового.

Законодательство некоторых штатов тесно увязывает ин­ститут референдума с институтом народной инициативы: там на уровне и штатов и муниципальных единиц действует пра­вило, согласно которому проект акта, внесенный в представи­тельный орган в порядке народной инициативы и отклоненный им, должен быть вынесен на референдум.

§ 5. Федеральные государственные органы

1. Форма правления и государственный режим

По форме правления США, как отмечалось, — президен­тская республика. Прямого указания о том, что данное госу­дарство представляет собой республику, в Конституции стра­ны нет. Она гарантирует республиканскую форму правления лишь штатам (разд. 4 ст. IV). Однако наличие избираемого на определенный срок Президента, выполняющего функции не только главы исполнительной власти, но и главы государства, обременение его юридической ответственностью перед парла­ментом в форме импичмента служат неопровержимыми дока­зательствами существования в США именно республиканской формы правления. При этом разработанная отцами-основате­лями (по образу и подобию дуалистической монархии в тог­дашней Великобритании) американская модель разделения властей обусловила установление особой разновидности рес­публиканской формы правления, которая в теории получила наименование президентской республики.

В своей твердой приверженности принципу разделения властей отцы-основатели руководствовались опасением кон­центрации власти в любом ее проявлении. Так, стремясь не допустить централизации власти, творцы Конституции поде­лили ее между федерацией и штатами. В осуществлении же государственной власти на федеральном уровне участвуют различные органы — Конгресс, Президент и Верховный суд, олицетворяющие три ее ветви со строго разграниченными функциями и механизмами взаимоконтроля. Поскольку наи­большую тенденцию к возвышению имеет власть исполнитель­ная (американцы того времени испытали это на себе в виде злоупотреблений со стороны английских монархов и их губер­наторов в колониях), ее сделали выборной, обязанной следо­вать предписаниям законов, принимаемых Конгрессом. Но творцы Конституции опасались и чрезмерной власти законодательного органа. Поэтому он был разделен на две во многом равноправные палаты и в нормальной ситуации отстранен от выборов Президента. Далее, остерегаясь "тирании большин­ства" и "выборного деспотизма", разработчики американской Конституции приняли меры и против "сговора" двух выборных органов, уравновесив демократические, "политические" ветви власти невыборной, а значит, не демократической и "не по­литической" судебной властью в лице прежде всего Верхов­ного суда США.

Указанная схема, в основу которой легли идеи Ш. Монте­скье, была дополнена (и этим сделан огромный шаг вперед в развитии теории и практики разделения властей) механизмом взаимоконтроля всех трех ветвей власти. Каждая из них ста­ла как бы "сторожем" других, предостерегая их от попыток злоупотреблений, тирании и стремления к диктатуре, а так­же пресекая такие попытки. Указанный комплекс институтов взаимоконтроля получил название системы сдержек и проти­вовесов (checks and balances) и впоследствии в различных мо­дификациях чрезвычайно широко распространился в мировом конституционном пространстве.

В американском же, собственно первозданном, варианте конституционная система сдержек и противовесов выражает­ся в том, что Президент "сдерживает" Конгресс правом вето на принятые палатами законы и некоторыми другими, не столь радикальными правомочиями. Конгресс "сдерживает" Прези­дента правом преодоления его вето, возможностью выступить в отношении него в качестве суда посредством импичмента. Последнее правомочие распространяется на всех гражданских должностных лиц вообще, включая судей. Тем самым право импичмента выступает как парламентский противовес и по отношению к судебной власти. Кроме того, Президент и Кон­гресс (в лице Сената) могут оказывать влияние на Верховный суд, обладая правом совместного формирования его персо­нального состава. Наконец, Верховный суд "сдерживает" Кон­гресс и Президента правами признавать их акты неконститу­ционными (это право в Конституции не записано, но возникло в ходе ее применения), разрешения споров между ними, а также толкования Конституции. Использование принципа раз­деления властей в качестве основополагающей идеи, с которой сообразуется вся конституционная организация государствен­ного механизма, породило концепцию "смешанной конститу­ции" ("mixed constitution"), которая не дает преимуществ ни одной из ветвей власти, а путем сочетания и взаимоконтроля их деятельности делает государственную власть ограниченной в своих притязаниях и наименее опасной для человека. Именно "смешанный" тип конституции, по утверждению американских специалистов, является на сегодня самым желательным и адек­ватным правовому демократическому государству*.

* См.: Walker Gr. The New Mixed Constitution // Constitutionalism and Politics. Bratislava, 1994. P. 65.

Следует отметить, что система сдержек и противовесов изначально делала невозможным полное, абсолютное разме­жевание трех ветвей власти. Со временем происходило все большее переплетение их деятельности и полномочий. Так, исключительность права Конгресса законодательствовать суще­ственно поколеблена. С одной стороны, в законотворческой деятельности все более активное участие принимает исполни­тельная власть: в ежегодных посланиях Президента фактичес­ки формулируется программа предстоящей законодательной работы Конгресса; все более широкое распространение при­обретают первичное нормотворчество Президента и делегиро­ванное законодательство, необходимость которых выводится из конституционных полномочий Президента. С другой стороны, правотворчеством по сути можно, видимо, считать и деятель­ность Верховного суда по толкованию правовых норм (особен­но Конституции и законов), посредством которой формулиру­ются прецеденты, имеющие значение конституционно-право­вых и законодательных норм.

Не остается неприкосновенной и сфера деятельности ис­полнительной власти. Суды посредством системы приказов могут обязывать органы и должностных лиц исполнительной власти выполнить те или иные действия либо воздержаться от их совершения. Воздействие на администрацию осуществляет и Конгресс, принимая резолюции и частные билли (см. о них ниже — п. 2).

Юридические и фактические возможности ветвей власти по взаимовлиянию обусловили их неодинаковое соотношение в различные исторические периоды. Разумеется, речь идет прежде всего о борьбе за лидерство между Конгрессом и Президентом. Истории США известны времена возвышения то одного, то другого в зависимости от сочетания экономических, политических, социальных и иных факторов. Правда, чаще чаша весов склонялась в пользу президентской, то есть испол­нительной, власти. Периоды некоторого нарушения равновесия ветвей власти в пользу одной из них не меняют общей оценки президентской республики как формы правления, позволяю­щей наиболее полно и глубоко осуществить принцип разделе­ния властей и установить баланс между различными ветвями власти. Благодаря этому в США прочно утвердился дуалисти­ческий государственный режим. Конечно, здесь сказался и об­щий сравнительно высокий уровень правовой культуры и по­литических сил, и должностных лиц государства.

Несмотря на определенную трансформацию юридического содержания и практической реализации принципа разделения властей в процессе исторического развития страны, несмот­ря на его оценку многими политологами как фактора сниже­ния эффективности центрального правительства, этот принцип продолжает оставаться одним из основополагающих начал и в доктрине, и в практике американского конституционализма. Во многом благодаря этому, как отметил американский иссле­дователь Дуглас Леттер, "ни разу за двухсотлетнюю историю Соединенных Штатов не возникало серьезной угрозы, что ка­кой-либо индивидуум или орган правительства станет настоль­ко доминирующим, что сможет подорвать нашу демократичес­кую систему управления"*.

*Леттер Д. Принцип разделения властей и система сдержек и противо­весов в Конституции Соединенных Штатов // Верховенство права. С. 115.

2. Конгресс США

Это парламент — представительный орган, осуществляю­щий на федеральном уровне законодательные функции. Консти­туция признает за ним юридически первое место в системе федеральных органов государственной власти. Именно Конгресс в доктрине, политической и юридической практике признает­ся органом, олицетворяющим США. Об этом свидетельствует то, что его полномочия являются определяющими для разгра­ничения компетенции между Союзом и штатами, а при рас­смотрении Верховным судом дел, в которых стороной высту­пает Конгресс, эта сторона именуется "Соединенные Штаты".

Тем не менее Конституция США достаточно скромно ха­рактеризует роль Конгресса в осуществлении законодательной власти, предоставляя ему не законодательную федеральную власть вообще, как это сформулировано ею применительно к Президенту и Верховному суду США в сферах исполнительной и судебной власти соответственно, а "законодательные полномочия", установленные Конституцией (разд. 1 ст. I). Столь ос­торожная формула вызвана стремлением избежать перекоса власти в сторону законодательной ее ветви, что было актуально для раннего периода истории США: именно парламент апри­ори считался наиболее могущественным органом государства. Отсюда вытекало стремление отцов-основателей ограничить его власть.

Исходя из этого, разработчики Конституции установили пределы компетенции Конгресса, закрепив за ним строго определенный круг полномочий. Однако компетенцию законо­дательного органа США неверно было бы считать абсолютно ограниченной. Ведь положение разд. 8 ст. I Конституции о том, что Конгресс вправе принимать законы, которые "необходи­мы и уместны" для осуществления полномочий, предоставлен­ных Конституцией как самому Конгрессу, так и правительству США в целом (имеется в виду весь механизм федеральной власти), а также его отдельным департаментам и должност­ным лицам, позволяет значительно расширять сферу законо­творческой деятельности Конгресса как органа, олицетворяю­щего Союз. На основе приведенной конституционной нормы была сформулирована доктрина подразумеваемых полномочий Конгресса, то есть тех, которые прямо не упомянуты в Кон­ституции, но имеются ею в виду. Данная концепция получила судебное признание, став официальной после вынесения Верхов­ным судом США в 1819 г. решения по делу Маккаллоч против штата Мэриленд, в котором констатировалось, что все законода­тельные меры Конгресса являются конституционными, если они направлены на достижение целей, соответствующих не только букве, но и духу Конституции. Такое сочетание позитивного и негативного способов формирования полномочий Конгресса с кон­цепцией его подразумеваемых полномочий позволяет охарак­теризовать его компетенцию как относительно ограниченную.

Конкретные полномочия Конгресса США, установленные в разд. 8 ст. I Конституции, а также поправкой XVI к Консти­туции, закрепляются за Конгрессом как за единым целостным органом без разграничения по палатам. Данные полномочия реализуются посредством принятия законов и иных актов при формально одинаковом, но раздельном участии палат. Компе­тенция Конгресса США охватывает целый ряд сфер его дея­тельности.

В финансовой сфере Конгресс имеет право устанавливать и взимать федеральные налоги и иные сборы единообразно на всей территории США, определять размер государственных федеральных расходов, от имени США делать займы и выпла­чивать долги, производить денежную эмиссию, регулировать стоимость валюты США, устанавливать наказания за подделку государственных денежных ценных бумаг и монет.

Следует отметить, что формально в данной сфере госу­дарственной деятельности Конституция устанавливает монопо­лию полномочий Конгресса: за Президентом никаких финансо­вых правомочий не закреплено. Однако с 1921 г. подготовка бюджета, а позднее и наиболее крупных финансовых биллей была поручена исполнительной власти, то есть инициатива в этой важной области государственного управления перешла к Президенту. Впрочем, и Конгресс сохранил здесь реальную влиятельность. Принимаемые им финансовые (денежные — money bills) билли, предусматривающие увеличение, сокраще­ние либо недопущение ассигнований, запрашиваемых испол­нительной властью, нередко значительно изменяют цели и объемы таких ассигнований по сравнению с запрашиваемыми.

К полномочиям в области экономики и культуры Конститу­ция относит права Конгресса принимать единообразные законы по вопросам о банкротстве, регулировать торговлю (commerce — точнее коммерческие отношения) с иностранными государства­ми и между отдельными штатами, создавать почтовые служ­бы, содействовать развитию науки и полезных ремесел, уста­навливать единицы мер и весов, регулировать патентное и авторское право.

В сфере внешней политики, обороны и безопасности Кон­гресс имеет право объявлять войну, формировать и содержать армию и военно-морской флот, издавать правила по их органи­зации и управлению ими, создавать милицию для обеспечения правопорядка, подавления мятежей и отражения вторжений.

Обратим внимание читателя на то, что, хотя право ре­шать вопрос о вступлении США в военные действия Консти­туция безоговорочно относит к компетенции Конгресса, фак­тически оно в большинстве случаев осуществляется Президентом страны. За всю историю США только пять из приблизительно 200 войн, в которых они участвовали, были объявлены Конг­рессом. Во всех остальных случаях палаты Конгресса лишь санкционировали правомерность уже идущих военных опера­ций. Примерами могут служить начало военных действий по распоряжению Президентов Дуайта Эйзенхауэра в Ливане, Джона Кеннеди на Кубе, Линдона Джонсона в Доминиканской Республике, Джеймса Картера в Иране, Рональда Рейгана в Гренаде, Ливии и Персидском заливе, Джорджа Буша в Па­наме и Ираке. Юридическим основанием для перераспределе­ния ролей Конгресса и Президента в сфере принятия решений об использовании Вооруженных сил стали решения Верховного суда США начала XIX в., которыми признано право Прези­дента как Главнокомандующего армией и флотом США без санкции Конгресса использовать Вооруженные силы для отра­жения внезапного нападения на страну, а с получением пос­ледующей санкции — вести "ограниченные, частичные и не­полноценные (imperfect)" войны*. Окончательное размежева­ние компетенции Конгресса и Президента в рассматриваемой области произошло с принятием Резолюции о военных полно­мочиях 1973 г. В соответствии с ней Президент может направ­лять Вооруженные силы для участия в военных действиях по собственному волеизъявлению только в том случае, если пос­ледние являются "неизбежными" и только после предвари­тельных консультаций с Конгрессом. В течение 48 часов пос­ле принятия решения Президент обязан уведомить об этом Конгресс, представив доклад в письменном виде. Если в тече­ние 60 дней Конгресс не дает официального разрешения на их продолжение, Президент обязан отозвать войска из района военных действий. В крайних случаях "для обеспечения безо­пасности вывода" американских Вооруженных сил этот срок может быть продлен еще на 30 дней. Однако если палаты при­мут совпадающую резолюцию о прекращении военных дей­ствий в любое время этого общего срока, Президент обязан подчиниться.

* Fisher L. The Constitution between Friends: Congress, the President and the Law. N. Y., 1987. P. 287.

В сфере определения правового положения человека и гражданина Конгресс имеет полномочия регулировать порядок натурализации, определять некоторые преступления (совер­шенные в открытом море, предусмотренные международным правом, состоящие в подделке ценных бумаг) и устанавливать наказания за них.

В сфере судебной власти Конгрессу принадлежит право учреждать федеральные суды, за исключением Верховного суда США, существование которого предусмотрено самой Конституцией.

Наконец, Конгресс США имеет исключительные законо­дательные полномочия в федеральном округе Колумбия.

Как видно, компетенция Конгресса определена Конститу­цией США по сравнению с более поздними документами кон­ституционного характера в других странах достаточно фраг­ментарно и бессистемно. В современном виде она базируется не только непосредственно на конституционных положениях, но и на нормах текущего законодательства, судебных преце­дентах. При этом в некоторых сферах у Конгресса появились новые полномочия (благодаря концепции его подразумеваемых прав), другие, изначально существовавшие полномочия, ус­тарели (выдача каперских свидетельств) или осуществляются при решающем участии Президента, о чем уже шла речь.

Позитивная регламентация компетенции Конгресса в Кон­ституции США дополняется, как уже говорилось, негативным способом ее формулирования: Конгрессу адресован целый ряд конституционных запретов (разд. 9 ст. I). Он не вправе при­сваивать дворянские титулы, приостанавливать действие хабеас корпус, то есть допускать несудебный порядок ограниче­ния личной свободы человека (кроме случаев мятежа или втор­жения), облагать налогом или пошлиной товары, вывозимые из одного штата в другой, выдавать деньги казначейства ина­че, как на основе закона, принимать билли об опале (Bills of Attainder), дающие возможность обрекать человека на казнь без судебного разбирательства, принимать законы, имеющие обратную силу (ex post facto Law), устанавливать для каких-либо штатов преимущества и льготы в ущерб другим штатам в сфере торговли и судоходства. Кроме того, целый ряд зап­ретов, адресованных Конгрессу, сформулирован поправками к Конституции в виде гарантий прав человека.

Конституционная компетенция Конгресса США в целом дополняется компетенцией каждой из его палат. Полномочия палат разграничены по вопросам, не связанным с законода­тельством. Они будут рассмотрены чуть далее.

Актами Конгресса являются законы (acts). Помимо зако­нов палаты Конгресса в соответствии с Конституцией США (разд. 7 ст. I) по вопросам своей компетенции принимают резо­люции, заявления, некоторые другие документы. Наиболее важными из них являются резолюции. Согласно постоянным правилам палат резолюции можно подразделить на совмест­ные, совпадающие и простые.

Совместные резолюции принимаются палатами по "слу­чайным, необычным или второстепенным вопросам законода­тельства" и имеют нормоустанавливающее значение. Поэтому на них Конституцией распространяется такой же порядок прохождения через палаты, санкционирования и промульга­ции, как и установленный для законов. Совместные резолюции обладают и юридической силой закона. В форме совместных резолюций принимаются, например, поправки к Конституции, решения о продлении срока действия законов и др.

Совпадающие резолюции — это документы, регулирую­щие вопросы взаимоотношений между палатами либо выража­ющие общее мнение обеих палат по какому-либо вопросу, объявляющие программу их совместной деятельности в той или иной сфере. Совместные и совпадающие резолюции дол­жны быть приняты палатами в одинаковой редакции.

Наконец, простые резолюции принимаются каждой пала­той по отдельности, отражая ее позицию по тому или иному вопросу, а также регулируя внутриорганизационные пробле­мы палаты. Ни совпадающие, ни простые резолюции, в отли­чие от совместных, не нуждаются в одобрении Президента.

Всего за год Конгресс США в среднем принимает около 7—10 тыс. законов и резолюций.

Резиденцией Конгресса является Капитолий (самое высо­кое здание столицы США). Северное его крыло занимает Сенат, южное — Палата представителей, которые считают­ся соответственно верхней и нижней палатами американского парламента.

Палата представителей, как и нижние палаты парламентов других стран, формируется на наиболее демок­ратичных началах и выполняет основной объем законотворчес­кой деятельности парламента. Благодаря этому обстоятельству в американской литературе конгрессменами нередко, именуют только депутатов Палаты представителей (называя членов верх­ней палаты сенаторами).

Полномочия Палаты представителей условно можно под­разделить на две группы: характеризующие ее участие в осу­ществлении компетенции Конгресса в целом, а также собствен­ные полномочия. Участие Палаты представителей в осуществ­лении полномочий Конгресса выражается в том, что большая часть законопроектов на практике вносится именно в нее, а проекты финансовых законов должны вноситься только в нее (разд. 7 ст. I Конституции). Наравне с Сенатом участвует Палата и в преодолении президентского вето на законопроекты.

Кроме того, в соответствии с Конституцией Палата пред­ставителей имеет собственную компетенцию. Так, ей принадлежит право избрания Президента в рамках экстраординарной процедуры, исключительное право возбуждения преследова­ния и формулирования статей обвинения в порядке импичмен­та (разд. 2 ст. I), которым палата воспользовалась за всю исто­рию своего существования 65 раз.

Наконец, Конституция наделяет Палату представителей полномочиями внутриорганизационного характера. Это избра­ние спикера и других должностных лиц Палаты (разд. 2 ст. I), решение вопросов, касающихся выборов, их результатов и соответствия ее членов квалификациям (разд. 5 ст. I).

Палата представителей состоит из 435 депутатов. Такое число как максимально допустимое установлено Актом о пе­рераспределении мест в Конгрессе 1929 г., действующим с по­правками 1941 г. Акт запретил увеличивать число мест в Палате. Перераспределение мест в Палате между штатами пропорци­онально численности их населения осуществляется по-прежне­му раз в 10 лет, но в рамках установленной цифры. Перерас­пределение оформляется резолюцией Палаты в соответствии с планом перераспределения, который Президент обязан разра­ботать и представить в Палату после каждой общенациональ­ной переписи населения в соответствии с ее данными. В насто­ящее время наибольшее представительство имеет штат Кали­форния (52 мандата), а наименьшее — Аляска, Вермонт, Вайоминг, Делавэр, Южная и Северная Дакота (по одному). Помимо 435 конгрессменов, обладающих правом решающего голоса, в работе Палаты участвуют без такового по одному представителю от федерального округа Колумбия и зависимых территорий.

Срок полномочий Палаты, составляющий всего два года, один из самых коротких в мире. Однако кардинальные изме­нения персонального состава Палаты происходят редко: зача­стую одни и те же лица избираются в Палату многократно. Не более 15% ее членов завершают парламентскую карьеру пер­вым же сроком избрания, но примерно столько же пребыва­ют в стенах Палаты более 20 лет*. Предложения об ограничении срока пребывания парламентариев в палатах рассматривались Конгрессом неоднократно, но ни разу не были одобрены ни в одной палате.

* См.: Разделенная демократия. Сотрудничество и конфликт между Пре­зидентом и Конгрессом. М., 1994. С. 44—45.

Палата не может быть распущена досрочно. Процедура заполнения отдельных вакансий в Палате регламентируется законодательством штатов. Обычно в случае досрочного выбы­тия конгрессмена клерк графства, в котором он проживал в момент избрания, уведомляет об этом губернатора своего шта­та. Последний назначает выборы по соответствующему конгрессиональному избирательному округу.

Деятельностью Палаты руководит спикер, который избира­ется Палатой на срок ее полномочий в начале первой после парламентских выборов сессии Конгресса. Фактически канди­датура спикера определяется партией большинства: спикером становится один из ее наиболее влиятельных членов. Причем в отличие от своего коллеги в Великобритании спикер явля­ется открыто партийной фигурой, продолжая состоять членом соответствующей партии. Согласно обычаю, эта должность поручается опытному политику, неоднократно избиравшему­ся членом Палаты и досконально изучившему правила проце­дуры. Лицо, избранное спикером, обычно остается в этой дол­жности, пока соответствующей партии принадлежит большин­ство в Палате (и, естественно, пока сам он избирается в ее состав), переизбираясь по нескольку раз. С начала XX в. сред­ний срок пребывания спикеров в Капитолии составляет 24 года. Спикер считается третьим лицом в государстве — он вступает в должность Президента, если ни Президент, ни Вице-прези­дент не могут исполнять обязанности главы государства.

Функции спикера достаточно обширны. Согласно правилам Палаты, он представляет ее перед Президентом, другими ин­ститутами власти, осуществляет организационное руководство ходом ее работы, обеспечивая соблюдение установленных процедур. Ему принадлежит право назначения конгрессменов в специальные, следственные (применительно к США у нас их именуют расследовательскими) и согласительные комитеты. Он решает процедурные споры и обеспечивает порядок в месте заседаний Палаты, удостоверяет акты, принимаемые Пала­той, а также повестки о вызове в комитеты Палаты. Спикер является также хранителем печати Палаты. Одна из важных его привилегий заключается в так называемом "праве призна­ния", то есть в праве предоставлять (или не предоставлять) слово на заседании Палаты. Под руководством спикера рабо­тают другие должностные лица Палаты — клерк Палаты представителей, выполняющий секретарские функции, его помощники (клерки), пристав, отвечающий за безопасность в Палате, капеллан, привратник, почтмейстер, эксперт по парламентской практике, именуемый парламентарием (совет­ник спикера по процедурным и организационным вопросам работы Палаты). Указанные должностные лица в отличие от спикера не являются членами Палаты. Они назначаются Пала­той в начале первой после парламентских выборов сессии.

Палата имеет постоянные и временные комитеты. К пос­ледним относятся специальные и следственные. Главную роль в работе Палаты играют постоянные комитеты. Их статус рег­ламентируется правилами Палаты представителей, которые устанавливают перечень комитетов, их численный состав, порядок формирования и полномочия.

Постоянные комитеты создаются по основным направле­ниям законодательной деятельности, имея специализирован­ный характер. Их основная функция, как и в других странах, состоит в предварительной проработке законопроектов, пред­ставлении Палате заключений по ним, включая предложения о поправках, а также анализ практики применения действу­ющего законодательства по вопросам ведения комитета.

К числу правомочий комитетов правила Палаты относят права по организации слушаний, самостоятельному определе­нию места и времени своих заседаний (в том числе в период между сессиями и заседаниями Палаты), проведению рассле­дований, вызову свидетелей, истребованию документов и ма­териалов по вопросам своей компетенции, приведению к при­сяге и заслушиванию показаний.

Формально персональный состав каждого постоянного комитета определяется путем принятия Палатой соответству­ющей резолюции в начале работы первой сессии нового созыва. Однако фактически решающая роль в этом процессе принад­лежит партийным фракциям. Прежде всего конкретное соот­ношение представительства партий в каждом комитете опре­деляется по соглашению между лидерами фракций. Один кон­грессмен не может быть членом более чем двух постоянных комитетов. Каждый комитет возглавляется председателем, который созывает и ведет его заседания, определяет повест­ку дня, осуществляет контроль за распределением средств, выделяемых комитету, представляет Палате доклад по ре­зультатам обсуждения в комитете проектов, руководит вспо­могательным аппаратом комитета.

В Палате представителей действуют 22 постоянных комитета (по сельскому хозяйству, по ассигнованиям, по делам воен­нослужащих, по банковскому делу, по финансам и проблемам городов, бюджетный и др.).

Традиционно постоянные комитеты играют огромную роль в процессе законотворчества. Именно их позиция во многом определяет судьбу внесенных в Палату проектов. На пленар­ных заседаниях Палаты приблизительно в 90% случаев зако­нопроекты, одобренные профильным комитетом, принимаются Палатой практически без изменений.

Порядок деятельности постоянных комитетов Палаты пред­ставителей регулируется не только правилами Палаты, но и правилами самих комитетов (они не должны противоречить правилам Палаты).

В рамках постоянных комитетов образуются подкомитеты, имеющие более узкую специализацию. В последние годы ак­тивность подкомитетов в значительной степени усилилась по причине усложнения законотворческой деятельности. Полномо­чия подкомитетов в основном те же, что имеют комитеты, за исключением права обращаться непосредственно к Палате. Это прерогатива комитетов, которым подкомитеты докладывают о своей работе.

Следственные и специальные комитеты Палаты предста­вителей создаются ею на определенный срок для расследова­ния или изучения какого-либо вопроса. Численный состав, сроки функционирования, полномочия каждого специального и след­ственного комитета определяются резолюцией о его образо­вании, исходя из объема и характера его задач. Полномочия временных комитетов аналогичны тем, которые осуществля­ют постоянные. Доклады комитетов заслушиваются Палатой, после чего они, как правило, распускаются.

Наконец, комитет всей Палаты — это весь ее состав, со­зываемый для обсуждения финансовых биллей и наиболее зна­чительных законопроектов. При этом кворум, в отличие от сессионной формы работы, составляет 100 депутатов. Предсе­дательствует на заседании комитета всей Палаты не спикер, а назначенный им конгрессмен.

Палата представителей (наряду с Сенатом) участвует и в создании объединенных комитетов Конгресса — специализиро­ванных постоянных и временных органов, создаваемых пала­тами на паритетных началах на основе соответствующего за­кона или совпадающей резолюции палат. В настоящее время наиболее важными являются постоянные объединенные коми­теты по экономике и по атомной энергии. Некоторые такие комитеты, например, по иммиграции и натурализации, а так­же по управлению индейскими племенами, наоборот, бездей­ствуют. Состав комитетов немногочислен (6—10 человек). Фун­кции председателя комитета поочередно переходят то к сена­тору, то к члену Палаты представителей.

Особой разновидностью комитетов, образуемых палатами на паритетных началах, являются согласительные комитеты. Они имеют временный характер, поскольку создаются в каж­дом конкретном случае для согласования между палатами тек­ста проекта закона или резолюции, принимаемой обеими па­латами. Согласительный комитет не вправе рассматривать воп­росы, не представленные на согласование палатами, а также исключать из законопроекта вопросы, согласованные, ими. Док­лад согласительного комитета подлежит внеочередному рас­смотрению в палатах.

Немаловажным структурным элементом Палаты предста­вителей являются и партийные фракции. Их традиционно две: демократическая и республиканская*. В результате выборов 1994 г. впервые с 1954 г. большинство в обеих Палатах стали составлять республиканцы. Такой же результат дали выборы 1996 и 1998 гг. Выборы 2000 г. позволили республиканцам сохра­нить большинство в Палате представителей. Фракция Респуб­ликанской партии насчитывает 221 парламентария, Демокра­тической партии — 212, независимыми являются 2 депутата.

* В Палате представителей 105 созыва лишь один депутат — социалист Б. Сандерс — оказался независимым.

Статус фракций урегулирован правовыми нормами край­не фрагментарно: комплексной регламентации нет ни в зако­не, ни в правилах Палаты.

Организационную структуру каждой фракции в Палате представителей образуют лидер (соответственно имеются ли­деры большинства и меньшинства), "кнуты", партийные коми­теты и общее собрание (конференция) фракции. Последние являются высшими органами фракций. Их основные функ­ции — формирование стратегии фракции в Палате, избрание лидеров и партийных комитетов, одобрение кандидатур в со­став постоянных комитетов Палаты.

Лидеры фракций большинства и меньшинства избирают­ся тайным голосованием на общем собрании фракции. Лидер большинства — это второе после спикера по реальной влия­тельности и авторитетности лицо не только в своей фракции, но и в Палате в целом, хотя формально он не является дол­жностным лицом Палаты. Роль лидеров фракции хотя и не определена юридически, но на деле довольно весома. Они несут ответственность за выработку партийной стратегии и тактики в Палате, обеспечивают единство фракции в законо­творческой деятельности, ее связь с общественностью и прессой, от их позиции во многом зависят назначения в комитеты Палаты, поддержка инициатив члена Палаты и содействие ему на следующих выборах со стороны партии. Согласно обычаю, именно лидеру в дебатах первому предоставляется слово от соответствующей фракции. В сравнении с рядовыми конгрес­сменами лидеры получают более высокое жалованье, допол­нительные служебные помещения и больший штат аппарата.

Важную роль в обеспечении партийной дисциплины каж­дой фракции играют "кнуты" ("whips") — партийные функци­онеры, также избираемые на собрании фракции. "Кнуты" имеют таким же образом избираемых помощников. Главная задача "кнутов" — обеспечить партийную дисциплину, прежде всего посещаемость заседаний Палаты и комитетов, а также единство позиции депутатов своей фракции по всем обсужда­емым в Палате вопросам.

Еще одним структурным элементом фракций в Палате представителей являются партийные комитеты, формируемые общим собранием фракции. Демократическая партия имеет в нижней Палате три комитета, а республиканская — пять.

В число комитетов фракции демократов входят рулевой и политический комитет, комитет по проведению избирательных кампаний, комитет по кадрам. Рулевой и политический коми­тет возглавляется лидером. В его задачи входят формирование позиции фракции по вопросам законодательной деятельности, определение персонального состава постоянных комитетов от данной фракции, консультирование лидера. Комитет по про­ведению избирательных кампаний организует поддержку на выборах тем членам фракции, которые баллотируются в Па­лату на следующий срок. Комитет по кадрам осуществляет контроль за подбором кандидатов в аппарат Палаты.

Партийными комитетами фракции республиканцев явля­ются: политический комитет, занимающийся разработкой по­зиции партии по тому или иному вопросу; исследовательский комитет, координирующий проведение научной и справочно-информационной работы; комитет комитетов, основной задачей которого является определение персонального состава посто­янных комитетов от фракции; комитет по проведению избира­тельных кампаний и комитет по кадрам.

Механизмы воздействия органов фракции на ее членов имеют чисто политический характер (отказ в поддержке на предстоящих выборах, в выдвижении в престижный постоян­ный комитет Палаты и т. п.). При этом фракции Палаты дей­ствуют достаточно обособленно как по отношению к фракции своей же партии в Сенате, так и к партийным внепарламен­тским структурам. Но и внутренне фракции далеки от един­ства. Они распадаются как по региональному принципу, так и по различной политической ориентации своих членов. При го­лосовании парламентарии не связаны позицией своей фракции.

Сенат — это верхняя палата американского парламен­та. Ее предназначение в государственном механизме США, за­ложенное "отцами-основателями", имеет несколько аспектов. Во-первых, это равное представительство всех субъектов фе­дерации — по два сенатора от каждого штата. Конечно, это имеет значение прежде всего для защиты интересов малых штатов, представительство которых в нижней палате незна­чительно. Во-вторых, немаловажное значение Сената состоит в том, что более зрелый возраст, а также длительный срок полномочий и обновляемость Сената по третям дают палате возможность служить своего рода тормозом по отношению к решениям более демократично формируемой, а потому и на­строенной зачастую более популистски Палаты представителей; выступать квалифицированным экспертом при рассмотрении каждого законопроекта. Как уже говорилось, именно функци­ональным предназначением палаты определяется порядок ее формирования: умеренно демократичный с акцентом на реги­ональном представительстве.

В осуществлении полномочий Конгресса Сенат принимает участие как полностью равноправная с Палатой представите­лей палата, за исключением принятия финансовых законов, которые, как уже было сказано, могут исходить только от нижней палаты.

Кроме того, Сенат наделен Конституцией и собственны­ми полномочиями : с его совета и согласия Президент назна­чает послов и иных полномочных представителей и консулов, судей Верховного суда, а также всех других должностных лиц Соединенных Штатов, должности которых установлены зако­ном, если Конституцией прямо не предусмотрено иное (разд. 2 ст. II). Совет и согласие Сената необходимы и для вступления в силу международных договоров, заключаемых Президентом (разд. 2 ст. II Конституции). Сенат также осуществляет выбо­ры Вице-президента страны в экстраординарном порядке (по­правка XII). Наконец, ему принадлежит исключительное право осуществления суда в порядке импичмента (разд. 3 ст. I).

Процедура дачи Сенатом "совета и согласия" на назначе­ние Президентом страны обозначенных в Конституции долж­ностных лиц представляет собой по существу их утверждение Сенатом. Поступившие от Президента предложения направля­ются в постоянные комитеты (если иное не будет установле­но самим Сенатом), профиль деятельности которых соответ­ствует деятельности назначаемых должностных лиц. Комитет должен обсудить кандидатуру и представить палате свои ре­комендации в виде доклада. Доклад рассматривается Сенатом не ранее чем на следующий день после его представления. Утверждение производится путем голосования по каждой кан­дидатуре отдельно, если сам Сенат не примет иного решения. На практике списками голосуются назначения на менее зна­чительные должности.

Дача же Сенатом согласия на замещение ключевых постов в системе исполнительной и судебной власти отнюдь не явля­ется чисто формальной процедурой. Политической истории США, в том числе современной, известны случаи отклонения Сенатом кандидатур, предложенных Президентом. Так, за все время своего существования Сенат отверг около 20% канди­датов в члены Верховного суда США.

Заседая в качестве суда в порядке импичмента, сенато­ры приносят присягу или делают торжественное заявление. Если подсудимым является Президент США, на заседании Сената председательствует главный судья Верховного суда. Голосование является тайным. Лицо считается осужденным, если за это проголосовало 2 /3 присутствующих сенаторов. За время своего существования Сенат 12 раз рассматривал дела в порядке импичмента. Виновными были признаны четыре федеральных судьи — последний случай осуждения произошел в 1936 г. Признание виновным в порядке импичмента влечет смещение с должности с лишением права занимать какую-либо почетную, ответственную или оплачиваемую должность на службе США (разд. 3 ст. I Конституции).

Наконец, как и Палата представителей, Сенат наделен правом решать внутриорганизационные вопросы: выбирать своих должностных лиц, образовывать комитеты, применять меры взыскания к своим членам.

Такого понятия, как срок полномочий Сената, Конститу­ция США не знает. Каждый сенатор избирается на 6 лет (лишь впервые избранные в 1789 г. сенаторы были разделены на три группы с различными сроками полномочий — 2 года, 4 года и 6 лет). Состав же Сената в целом обновляется постепенно: че­рез каждые два года на 1 /3 . В случае образования отдельных вакансий в промежутках между этими сроками они заполня­ются путем назначения сенатора губернатором соответствую­щего штата (нередко губернатор назначает себя).

Председателем Сената по должности является Вице-пре­зидент. На случай его отсутствия или исполнения им обязан­ностей Президента США Конституция предусматривает долж­ность председателя Сената pro tempore (т. е. временного) для замещения Вице-президента. Его избрание осуществляется Сенатом на срок, определяемый самой палатой, из числа ее наиболее влиятельных "долгожителей", принадлежащих к партии большинства. На практике Вице-президент редко пользу­ется правами председателя Сената, в частности по ведению его заседаний. Он председательствует только в случаях при­нятия законопроектов особой важности. Правда, активность Вице-президента значительно возрастает в период подготовки и проведения президентских выборов, если он стремится за­нять пост главы государства. В обычных же условиях пред­седательские функции в Сенате чаще всего осуществляет председатель pro tempore.

Конституция разрешает Вице-президенту участвовать в голосовании лишь в том случае, если голоса сенаторов разде­ляются поровну (разд. 3 ст. I). На председателя pro tempore данная норма не распространяется.

Как и спикер Палаты представителей, председатель Се­ната обеспечивает организационное руководство палатой, со­блюдение порядка и процедурных правил ее деятельности, назначает сенаторов членами временных парламентских коми­тетов. Однако в отличие от спикера председатель Сената не обладает "правом признания": слово сенаторам он должен предоставить в порядке очередности их обращения к нему. Вообще его роль значительно скромнее, чем у спикера Пала­ты представителей. Самой влиятельной фигурой в Сенате яв­ляется лидер фракции большинства.

Другие должностные лица палаты не являются сенато­рами. Это секретарь Сената (должность, аналогичная клерку Палаты представителей), его помощники, главный клерк по вопросам законодательства, эксперт парламентской практики, исполнительный секретарь, секретарь по протоколу и журналу палаты, пристав, капеллан, почтмейстер, привратник.

Система комитетов Сената аналогична той, которая дей­ствует в Палате представителей. Персональный состав посто­янных комитетов формируется палатой путем принятия на одном из первых ее заседаний каждого нового созыва Конгрес­са (т. е. после каждых очередных выборов Палаты представи­телей и 1/3 Сената) резолюции о назначении председателя и других членов каждого комитета. Общим правилом является открытое голосование в отношении всего списка кандидатур будущих членов конкретного комитета. Однако в соответствии с постоянными правилами Сената по требованию хотя бы од­ного сенатора голосование по кандидатуре председателя ко­митета проводится персонально. Но это лишь заключительная стадия процедуры формирования комитетов Сената. Все пред­варительные этапы осуществляются при решающем участии партийных фракций подобно тому, как это происходит в Па­лате представителей.

Перечень и компетенция постоянных комитетов Сената, а также их численный состав установлены постоянными прави­лами Сената. Их действующая редакция 1979 г. предусматри­вает 16 постоянных комитетов, которые в своем большинстве по полномочиям и даже названию дублируют комитеты Пала­ты представителей. Численный состав постоянных комитетов колеблется от 11 (комитет по делам ветеранов) до 29 (комитет по ассигнованиям) членов. Допускается одновременное член­ство сенатора в одном из четырех комитетов, к которым от­носятся комитеты по бюджету, по вопросам правил палаты, по делам ветеранов, по малому бизнесу, а также еще в двух из остальных 12. Таким образом, в общей сложности сенатор может быть членом не более чем трех постоянных комитетов.

Организация и порядок деятельности сенатских постоян­ных комитетов сходны с теми, которые действуют в Палате представителей.

Так же, как и она, Сенат формирует специальные и след­ственные комитеты. Сенаторы участвуют в работе совместных временных комитетов обеих палат.

В качестве комитета всей палаты Сенат заседает только при ратификации международных договоров. Палата преобра­зуется в него на стадии второго чтения для обсуждения дого­вора и поправок к нему, предложенных постоянным комитетом по внешним сношениям и отдельными сенаторами. Рассмотре­ние договора комитетом всей палаты завершается составлени­ем доклада палате.

Организация партийных фракций в Сенате также во мно­гом совпадает с той, которая существует в нижней палате, включая те же элементы: общие собрания, лидеров (соответ­ственно большинства и меньшинства), "кнутов", партийные комитеты. В целом они выполняют те же функции, что и в нижней палате. Однако в статусе лидера большинства и орга­низации комитетов имеются некоторые различия. Так, лидер большинства — это первое лицо в иерархии не только самой партийной фракции, но и палаты в целом. По обычаю с ним должен советоваться при решении наиболее важных вопросов председатель Сената pro tempore.

В Сенате, как и в нижней палате Конгресса, имеются две фракции. В результате выборов 2000 г. их численность оказа­лась одинаковой: по 50 сенаторов в каждой, однако в резуль­тате выхода впоследствии одного сенатора из республикан­ской фракции демократическая стала фракцией большинства. Обе фракции имеют по, три комитета: политический; рулевой — у демократов и комитет комитетов — у республиканцев; а так­же комитет по проведению избирательной кампании.

Статус члена Конгресса. Правовое положение членов обеих палат Конгресса США в общих, наиболее суще­ственных чертах сходно. Они получают мандаты (правда, на разный срок) в результате прямых выборов. Полномочия их на­чинаются только после принесения присяги.

В качестве основополагающей идеи, определяющей набор и содержание параметров статуса парламентариев в США, очевидно, можно считать (как и во многих других странах) принцип их независимости, которая им необходима для эф­фективной работы в качестве законодателей. Поэтому мандат и конгрессменов, и сенаторов — свободный, по крайней мере от воли избирателей. На обеспечение материальной независи­мости парламентариев направлен частично индемнитет, а так­же некоторые социальные льготы. Наконец, независимость во взаимоотношениях с органами государственной власти, ком­мерческими структурами, иными корпорациями усиливается благодаря правилу о несовместимости их статуса с определен­ными видами деятельности. Парламентский же иммунитет в США имеет крайне ограниченное содержание.

Впрочем, и значение свободы мандата для обеспечения независимости парламентариев не следует преувеличивать. Их юридическая неответственность за свою деятельность перед кем бы то ни было (исключая случаи противоправного пове­дения) сочетается с наличием морально-политической ответ­ственности и перед избирателями своего округа, и перед партийной фракцией, и перед органами государственной вла­сти штатов, организующими выборы.

Как будет показано, независимость парламентария не является абсолютной. Она обеспечивается постольку, поскольку способствует его эффективной деятельности.

На это же направлен и комплекс прав парламентариев. Предмет этих прав составляют посещение заседаний палат; участие в дебатах и голосованиях; законодательная инициати­ва; право избирать и быть избранным на должности в палате, а также в состав комитетов. Некоторые из этих прав выступа­ют одновременно как обязанности. Это обязанность присут­ствовать на заседаниях палаты, причем в случае отсутствия кворума явка может быть обеспечена принудительно. Не впра­ве парламентарии и уклоняться от участия в голосовании, если только сама палата не даст на это согласия. Наконец, они обязаны соблюдать корректность в своих выступлениях, не допуская оскорбительных высказываний в адрес коллег и шта­тов; не прерывать другие выступления шумом и криком.

В случае нарушения обязанностей и запретов может на­ступить ответственность членов Конгресса: согласно разд. 5 ст. I Конституции, "каждая палата... может наказывать своих членов за поведение, нарушающее порядок". В арсенале мер ответ­ственности имеются лишение слова; лишение статуса "стар­шинства" ("система старшинства" означает порядок, при кото­ром привилегированное положение, прежде всего право на первоочередное выступление, принадлежит парламентариям, занимающим ключевые посты в палате, а также длительное время пребывающим в ней); исключение из состава комитета; наконец, исключение из состава палаты. Все перечисленные меры взысканий применяются по решению палаты ее абсолют­ным большинством, а последняя как наиболее суровая — по решению не менее чем 2/3 избранных и принявших присягу членов палаты.

Помимо лишения мандата, основаниями его досрочного прекращения являются смерть, добровольная отставка парла­ментария либо прекращение соответствия требованиям, кото­рые предъявляет законодательство к субъектам активного и пассивного избирательного права.

Раздел 6 ст. I Конституции США гарантирует членам обеих палат Конгресса некоторые парламентские привилегии, объе­диняемые понятиями парламентского иммунитета и индемни­тета. Иммунитет состоит в том, что они не могут быть подвер­гнуты аресту во время их присутствия на сессии соответству­ющей палаты, а также следования в палату и возвращения из нее за исключением случаев измены, тяжкого преступления (фелонии) и нарушения общественного порядка. Приведенная конституционная формулировка, во-первых, ограничивается лишь случаями нахождения в палате либо следования в нее или из нее. Во-вторых, исключения из иммунитета в принци­пе охватывают все случаи противоправного поведения. Поэто­му и можно утверждать, что иммунитет американских парла­ментариев — более узкий, чем у их коллег во многих других странах.

Их личный индемнитет также носит ограниченный харак­тер: Конституция в том же разд. 6 ст. I устанавливает не пол­ную юридическую неответственность парламентариев за выс­тупления или участие в дебатах, а лишь невозможность под­вергнуть их допросу кем бы то ни было, кроме самой палаты.

Зато материальный аспект индемнитета имеет полноценное содержание: сенаторы и представители получают за свою службу вознаграждение, установленное законом и выплачиваемое каз­начейством США. С 1990 г. и сенаторы, и члены Палаты предста­вителей получают жалованье в размере 120 тыс. долл. в год*.

* См.: Лафитский В. И. Основы конституционного строя США. М., 1998.

Следует отметить, что в 1992 г., спустя более чем 200 лет после ее принятия Конгрессом, вступила в силу XXVII по­правка к Конституции, которая запрещает вступление в силу закона, изменяющего размер вознаграждения членам палат, до следующих выборов в Палату представителей.

Помимо жалованья парламентарии получают различные компенсационные выплаты, имеют разнообразные материаль­ные и социальные льготы. В течение одной сессии каждому из них оплачиваются дорожные расходы на 15 поездок в свои избирательные округа. Парламентариям оплачиваются расходы на меблировку и техническое оборудование их офисов, кото­рые имеются у них как в Вашингтоне, так и в своем избира­тельном округе. Они обладают и некоторыми материальными льготами в сфере информации. Большое значение имеет, на­пример, так называемая почтовая привилегия парламентари­ев — бесплатная рассылка по почте материалов, в которых парламентарии информируют избирателей о своей деятельно­сти в Конгрессе. Парламентарии имеют право и на бесплатное использование телеграфной и телефонной связи. Им бесплат­но предоставляются Свод законов США, разнообразные спра­вочные издания.

Достаточно весомы и льготы социального характера: пра­во на государственное страхование жизни на сумму 45 тыс. долл., страхование здоровья на льготных условиях (40% стра­ховых взносов оплачиваются из средств федерального бюдже­та), право на бесплатное получение первой медицинской по­мощи.

Каждый парламентарий имеет собственный аппарат со­трудников: конгрессмен — до 18, сенатор — от 20 до 30 (в зависимости от величины округа и штата).

Конституция устанавливает несовместимость мандата применительно к какой бы то ни было должности на федераль­ной гражданской службе, которая была создана или доход от ко­торой увеличился в период мандата; также и лица, занимаю­щие должность на федеральной службе, не могут быть членами ни одной из палат (разд. 6 ст. I). Правила палат распространя­ют эту норму на работу в государственных или подконтрольных государству корпорациях, финансовых учреждениях, предпри­ятиях, организациях. Кроме того, нормы о несовместимости, сформулированные правилами палат, запрещают парламента­риям всякую оплачиваемую деятельность во время работы па­лат, а также если она мешает добросовестному исполнению воз­ложенных на них обязанностей; парламентарии также не впра­ве разрешать использовать свое имя любой фирме, компании, ассоциации и корпорации.

Как видно, положения о несовместимости мандата члена Конгресса сформулированы не столь строго, как в некоторых других странах, где парламентариям запрещено заниматься всякой оплачиваемой деятельностью.

Однако, допуская коммерческую активность парламента­риев, правила палат содержат ее определенные финансовые ограничения: "посторонние доходы" членов Конгресса не дол­жны превышать 15% от размера их парламентского жалова­нья. Впрочем, в понятие "посторонние доходы" не входят та­кие, как вознаграждение, полученное членом Конгресса в виде компенсации за действительно оказанные им лично ус­луги; авторские гонорары (их допустимая сумма также зафик­сирована в правилах); доходы, полученные от продажи твор­ческих произведений; денежные поступления от продажи ак­ций, если цена их соответствует обоснованным и справедливым рыночным ценам; доходы от семейных предприятий и дивиден­ды по акциям.

Специальные положения правил палат посвящены подар­кам. Запрещается принимать подарки на сумму более 100 долл. в год от какого-либо лица или корпорации, заинтересованных в законодательных актах, принимаемых Конгрессом, а также от иностранных публичных лиц. Данная норма не распространя­ется на подарки от родственников, подарки, стоимостью не бо­лее 35 долл., подарки, выражающие гостеприимство, и подар­ки иностранного частного лица.

Важной гарантией против злоупотреблений и коррупции парламентариев является их обязанность ежегодно предостав­лять клерку (секретарю) палаты подробные финансовые декларации, в которых указываются все источники полученных ими доходов. Содержание и порядок подачи декларации обсто­ятельно регламентированы Актом об этике в органах власти 1978 г. Декларация представляется до 15 мая года, следующего за тем, в течение которого получены декларируемые доходы. Клерк (секретарь) направляет копии деклараций в комитет по этике соответствующей палаты. Комитет проверяет своевре­менность, полноту и соблюдение формы и порядка представ­ленной декларации. По каждой из них комитет принимает решение. Если принимается решение о несоответствии декла­рации требованиям, предъявляемым законом, парламентарий извещается об этом и обязан принять все необходимые меры по устранению несоответствия. Если этого не произошло, ко­миссия может сообщить об этом генеральному атторнею. Пос­ледний вправе подать иск в федеральный окружной суд, ко­торый может взыскать с виновного лица штраф до 5 тыс. долл.

Однако все эти строгости вполне уживаются с таким яв­лением, как лоббизм, понятие которого и законодательное регулирование в США мы рассмотрели в п. 2 § 3 гл. VIII Общей части учебника.

США — родина лоббизма. Точное время возникновения данного института неизвестно. Однако широкий размах он впервые приобрел во время правления 18-го американского Президента Улисса Гранта (1869—1877 гг.). В вестибюле одной из гостиниц (напомним, что английское слово lobby как раз и означает "вестибюль", "коридор", "кулуары") министры и пар­ламентарии в неформальной обстановке встречались с различ­ными людьми, выслушивали их просьбы и обещали разобрать­ся в них, а при их обоснованности — выполнить. С тех пор лоббизм прочно укоренился в политической практике США, постепенно породив особую профессию. Появились целые лоббистские организации, отстаивающие за вознаграждение лю­бые, иногда противоположные интересы различных группиро­вок, даже иностранных. Масштабность данного явления при­вела к принятию в 1946 г. специального Акта о регулировании лоббизма, содержание которого изложено в Общей части учеб­ника и который предусматривал обязательную (под страхом уголовной ответственности) регистрацию и систематическую подконтрольность лоббистов. С 1995 г. действует Акт о раскры­тии лоббистской деятельности, который включил в ее понятие оказание воздействия не только на парламентариев, но и на любых лиц, принимающих решения или реально влияющих на их принятие (так называемых охваченных должностных лиц). Таким образом, ныне лоббизм в США — институт не только парламентского права.

Бурное развитие лоббизма привело к образованию в 1979 г. собой профессиональной ассоциации — Американской лиги лоббистов. Важнейшая задача лиги состоит в том, чтобы утвердить профессию лоббиста как самостоятельную и общепризнанную, поднять ее престиж в общественном мнении, способствовать повышению качества и профессионализма лоббистской деятельности*.

* См.: Зяблюк Н. Г. Лоббизм в США как политический институт // США: экономика, политика, идеология. 1995. № 1. С. 55; Зяблюк Н. Г. Соединен­ие Штаты Америки: новый закон о лоббистской деятельности // Бизнec и политика. 1996. № 3.

Общая процедура Конгресса и его палат регламентируется Конституцией США, отдельными законодательными актами, важнейшими из которых являются Акты о реорганизации Конгресса 1946 и 1970 гг., обычаями, судебными прецендентами, а также постоянными правилами каждой из палат. Следует отметить, что постоянные правила Сената как непрерывно работающего органа формально действуют с самого момента его возникновения, то есть с 1789 г., в то время как постоянные правила Палаты представителей формально принимаются заново каждым ее созывом на одном из первых за­седаний палаты после очередных парламентских выборов. Однако фактически такое утверждение кардинальных изменений, как правило, не несет.

Конгресс функционирует в сессионном порядке. Каждый год проводится одна очередная сессия. Она начинается в полдень 3 января, если сам Конгресс не установит иного (разд. 4 ст. I и разд. 2 поправки XX Конституции США). Однако в чрезвычайных случаях Президент может созывать палаты или одну из них и в иное время до наступления этого срока. Если же, наоборот, палаты принимают совпадающую резолюцию об отсрочке сессии и между ними по этому вопросу нет единства, Президент сам переносит ее на такое время, какое сочтет необходимым (разд. 3 ст. II Конституции).

После начала сессии ее дальнейший ход определяют сами палаты. При этом в соответствии с Конституцией ни одна из них не может без согласия другой отсрочить свои заседания более чем на три дня или назначить их не в том месте, в котором должны заседать обе палаты. Прерывается сессия принятием совпадающей резолюции палат о переносе заседаний на определенный срок либо на неопределенное время. Приня­тие последнего варианта решения фактически означает окон­чание сессии, то есть объявление парламентских каникул. Сессия длится большую часть года: в соответствии с Актом о реорганизации Конгресса 1946 г. сессия продолжается до 31 июля, если палаты принятием совпадающей резолюции не постановят иначе. Обычно такие решения принимаются, и сессии продол­жаются до начала осени.

В Палате представителей действует правило дисконтинуитета, означающее недопустимость переноса одного зако­нопроекта или любого другого вопроса из одной сессии в дру­гую. В Сенате упомянутое правило имеет гораздо более узкую сферу действия — относится только к международным дого­ворам, а также к процедуре дачи согласия на производимые Президентом назначения.

Сессия состоит из раздельных заседаний палат. Совмест­ные заседания проводятся лишь в некоторых случаях. Наибо­лее важные из них — определение результатов президентс­ких выборов и заслушивание посланий Президента.

Заседания палат считаются правомочными только при на­личии кворума, который в большинстве случаев составляет абсолютное большинство должным образом избранных и принес­ших присягу парламентариев. В меньшем составе палаты могут лишь принимать решение о переносе заседания с одного дня на другой и "применять к отсутствующим членам предусмотренные каждой палатой меры наказания с целью обеспечить посещение ими заседаний" (разд. 5 ст. I Конституции).

По общему правилу, заседания палат проводятся откры­то. Однако постоянные правила палат не исключают и закры­тых заседаний. Так, в Сенате решение об этом принимает председательствующий, если хотя бы один из сенаторов вне­сет соответствующее предложение и оно будет поддержано другим сенатором.

С целью обеспечения гласности в работе палат в залах их заседаний оборудованы специальные галереи — отдельно для публики и представителей прессы. Из залов по каналам ка­бельного телевидения Си-Спэн и Си-Спэн-2 осуществляется прямая трансляция общим объемом вещания приблизительно 2 тыс. часов в год. Вопросы процедуры на заседаниях палат регламентируются их постоянными правилами весьма обстоя­тельно, особенно в Палате представителей.

Заседания палат проводятся ежедневно, кроме субботы и воскресенья, если палатой не будет принято иное решение (об отсрочках заседаний уже шла речь). Каждый день заседания складывается из двух частей — утренней и вечерней. Утром его открывает молитва капеллана палаты. Вслед за этим пред­седательствующий занимает свое место и объявляет регистра­цию присутствующих членов палаты с использованием элект­ронной системы. При наличии кворума председательствующий открывает заседание. Его начальной стадией является чтение и исправление неточностей в записях журнала палаты за про­шедший законодательный день. По ее завершении палата при­ступает к следующей стадии заседания — "утренним вопро­сам", которые включают рассмотрение посланий Президента, докладов и сообщений глав департаментов, иной информации, поступившей в палату. Далее на утреннем заседании палата рассматривает те законопроекты, резолюции и иные матери­алы, которые остались "на столе председателя", т. е. не были рассмотрены в предыдущий день. Завершает "утренние вопро­сы" внесение членами палаты петиций, прошений, докладов постоянных комитетов, законопроектов и проектов резолюций палаты. Ровно в полдень заседание прерывается молитвой ка­пеллана палаты.

Основной объем законотворческой работы палат приходит­ся на вечернюю часть ежедневных заседаний палат. Повестка дня строится в соответствии с календарями основных законо­дательных мероприятий палат. По общему правилу, проекты законов, резолюций и иных документов подлежат рассмотре­нию палатой в той очередности, в которой они были внесены в календари. Этот общий подход корректируется нормами "по­рядка предпочтительности", представляющего собой систему обычаев, прецедентов и некоторых положений постоянных правил палат о том, какие проекты подлежат первоочередно­му рассмотрению в палате.

В отношении регламентации дебатов между постоянными правилами палат наблюдаются заметные различия. Слово для выступлений предоставляется председательствующим.

При этом в Сенате желающий выступить член палаты должен встать и обратиться к председательствующему за раз­решением. Председатель предоставляет слово тому из сенато­ров, который обратился к нему раньше. В целом постоянные правила Сената достаточно либерально регламентируют про­цедуру дебатов. Так, они не содержат прямых ограничений, касающихся времени одного выступления, а также отведенно­го на дебаты по законопроекту в целом; не требуют того, чтобы выступления касались только обсуждаемого вопроса (широко известен случай, когда один из сенаторов в 1944 г. в своем выступлении в продолжение двух дней читал Библию). Сенатор не может быть лишен слова, если им не нарушены постоянные правила Сената. Последние все же содержат не­которые ограничения. Каждый сенатор может выступать в течение одного календарного дня не более двух раз. Дополни­тельно слово предоставляется только с разрешения палаты, принимаемого большинством голосов. Кроме того, ход дебатов может прервать резолюция Сената об их прекращении, проце­дура принятия которой достаточно сложна.

В Палате представителей правила дебатов регламентиро­ваны более строго. В выступлениях конгрессмены не могут отклоняться от обсуждаемого вопроса. Продолжительность вы­ступлений не должна превышать одного часа по основному вопросу и пяти минут при обсуждении поправок. Время деба­тов распределяется поровну между фракциями. Дебаты пре­рываются, если палатой принята соответствующая резолюция.

Принятие решений в палатах осуществляется путем голо­сования . Решения, как правило, принимаются абсолютным большинством голосов присутствующих и участвующих в голо­совании членов палаты. Именно так принимаются законопро­екты. В отдельных случаях, прямо предусмотренных Консти­туцией или постоянными правилами палат, необходимо квали­фицированное большинство голосов: от числа "должным образом избранных и принесших присягу" членов каждой па­латы, например при внесении поправок в Конституцию (2 /3 ), либо от числа присутствующих и участвующих в голосовании членов палаты — при преодолении президентского вето, при­нятии решения в рамках процедуры импичмента, одобрении Сенатом международных договоров (2 /3 ) или принятии резолю­ции о прекращении дебатов (3 /5 ). Наконец, по некоторым воп­росам (приостановление положений постоянных правил пала­ты, внесение поправок к проекту после прекращения дебатов по нему) требуется единогласное решение.

В палатах Конгресса применяются пять способов голосования:

— голосом, когда его результаты определяются председа­тельствующим по силе выкриков сторонников того или ино­го варианта решения вопроса (аккламация);

— вставанием, при котором сторонники того или иного решения поднимаются со своих мест, а противники продолжа­ют сидеть (подсчет голосов осуществляется соответственно клерком Палаты представителей или секретарем Сената при помощи специально назначенных палатой счетчиков);

— разделением, когда члены палаты делятся на группы соответственно своей позиции по вопросу, вынесенному на голосование, и каждая группа проходит мимо счетчиков, под­считывающих ее численность;

— поименной перекличкой, проводимой секретарем (клер­ком) путем опроса депутатов в случаях, специально преду­смотренных Конституцией или постоянными правилами палат (например, при преодолении президентского вето или по тре­бованию 1 /5 присутствующих членов палаты — разд. 5, 7 ст. I Конституции США), и предполагающей занесение всех голо­сов, поданных "за" и "против", в журнал палаты;

— наконец, тайной подачей голосов, которая проводится с использованием бюллетеней и применяется только в строго определенных случаях: для избрания Президента и Вице-пре­зидента в порядке экстраординарной процедуры, а также председателей постоянных комитетов палат, если этого требу­ет хотя бы один член палаты, а также при выборах фракци­ями своих лидеров.

Перечисленные способы позволяют выделить три формы голосования в палатах Конгресса США: устную, с использова­нием электронной системы (применяемую только для проведе­ния поименного голосования) и с использованием бюллетеней. Лишь в последнем случае голосование проводится тайно.

Законодательный процесс. Свои полномочия Кон­гресс и его палаты осуществляют путем принятия законов, ре­золюций, некоторых других документов. Наиболее важными из них, принимаемыми с участием обеих палат, являются, есте­ственно, законы.

Право законодательной инициативы, исходя из концеп­ции жесткого разделения властей, формально предоставлено только членам палат Конгресса США. Однако на деле, соглас­но обычаю, законотворческая деятельность Конгресса во мно­гом предопределяется содержанием ежегодных и иных посланий Президента США. Билли (законопроекты), кроме финансовых, могут вноситься в ту палату, членами которой являются иници­аторы. На деле билли нередко вносятся одновременно и пред­ставителями, и сенаторами (отсюда двойные обозначения не­которых законов: Смита—Коннели, Тафта—Хартли — по фа­милиям инициаторов в обеих палатах). Постоянные правила палат допускают внесение как разработанного проекта, так и законопредложения. Последнее вносится в форме петиции, предлагающей рассмотреть вопрос о целесообразности приня­тия закона. Если палата вынесет положительную резолюцию по петиции, разработка билля поручается постоянному комитету, профиль деятельности которого соответствует содержанию закона.

Процедура внесения билля довольно проста, особенно в Палате представителей, где текст проекта опускается в спе­циальный ящичек — "хоппер", стоящий на столе у клерка палаты. В Сенате внесение законопроектов осуществляется в рамках "утренних вопросов". Оно сопровождается краткой речью сенатора после предоставления ему слова председатель­ствующим.

Вторая стадия законодательного процесса — обсуждение билля — наиболее объемна. В каждой палате билль проходит три чтения, проводимых, как правило, в три различных дня.

В ходе первого чтения клерк Палаты представителей или секретарь Сената зачитывают лишь название проекта, после чего обсуждается целесообразность его принятия в той кон­цепции, которая предложена. Затем вопрос ставится на голо­сование. Если билль принят в первом чтении, он направляет­ся в постоянный комитет, соответствующий профилю проекта.

Второе чтение в каждой палате начинается с оглашения текста законопроекта клерком (секретарем) палаты. После это­го председатель или докладчик комитета излагает предложе­ния о поправках, выработанные комитетом. Постоянные пра­вила палат устанавливают, что доклад постоянного комитета по законопроекту не может рассматриваться палатой ранее чем через два календарных дня (не считая суббот, воскресе­ний и праздничных дней) после того, как члены палаты полу­чат его в отпечатанном виде. После оглашения доклада коми­тета происходит постатейное обсуждение законопроекта. В ходе дебатов депутаты высказываются по поправкам, предло­женным комитетом, и выдвигают собственные предложения о поправках. Предлагаемые поправки не должны противоречить содержанию проекта в целом. Поправка включается в текст проекта в случае ее одобрения большинством голосов присут­ствующих членов палаты.

После завершения второго чтения законопроект вновь передается в постоянный комитет. Последний может дораба­тывать его лишь в редакционном отношении. Только редакци­онные поправки допустимы и в ходе третьего чтения. Палата может вернуться ко второму чтению, то есть к внесению по­правок по существу, только приняв об этом единогласное ре­шение. Третье чтение завершается голосованием по вопросу о принятии билля.

Билль должен быть принят в идентичной редакции обеи­ми палатами. Поэтому билль, одобренный одной палатой, на­правляется в другую. Если вторая палата одобряет его, то после подписания председателями палат (первым подписыва­ет спикер) билль передается Президенту. Если законопроект отклоняется одной из палат, то его текст вместе с предложен­ными поправками возвращается в палату, первоначально при­нявшую его. Она может согласиться с поправками либо откло­нить их. В последнем случае созывается согласительный коми­тет. Выработанный им текст билля ставится на голосование в палатах. Они не вправе его изменить. Если в предложенной согласительным комитетом редакции текст законопроекта не будет принят обеими палатами, то либо создается новый со­гласительный комитет (в случае принятия обеими палатами совпадающей резолюции об этом), либо билль считается отвер­гнутым.

Как видно, в законодательном процессе палаты американ­ского Конгресса равноправны: закон может быть принят толь­ко с согласия обеих палат.

Получив принятый в идентичной редакции билль, Прези­дент должен подписать его в течение 10 дней (не считая вос­кресных дней). С момента подписания Президентом акт приоб­ретает юридическую силу, если в нем самом не указано иного срока. Но в течение этого срока Президент может отклонить закон, использовав право вето. В этом случае закон с возра­жениями Президента отправляется в ту палату, в которую он был внесен. По общему правилу, Президент может отвергнуть только весь закон целиком: Конституция выборочного вето не предусматривает.

Конституция США предусмотрела отлагательный характер вето Президента: оно может быть преодолено Конгрессом путем повторного принятия палатами билля, причем сначала той, в которую он был внесен. Билль должен быть принят по­именным голосованием в прежней редакции, то есть без уче­та замечаний Президента, 2 /3 голосов членов каждой палаты, присутствующих на данном заседании и участвующих в голо­совании. В этом случае билль сразу после одобрения палата­ми становится законом, то есть вступает в силу без подписи Президента.

Такое же последствие (вступление закона в силу) насту­пает и в том случае, если в течение 10 дней, отведенных для подписания актов парламента, Президент не подпишет зако­нопроект и не вернет его в Конгресс (разд. 7 ст. I Конституции). Данное правило не распространяется на те случаи, когда билль поступил к Президенту менее чем за 10 дней до окончания сессии. Дело в том, что в данной ситуации срок, отведенный Президенту для подписания билля, не успеет истечь к концу сессии, а постоянные правила Палаты представителей, как уже упоминалось, устанавливают правило дисконтинуитета в отношении биллей. Поэтому в данном случае президентское вето приобретает по сути абсолютный характер. Такую разно­видность президентского вето называют в США "карманным" (Президент как бы кладет билль в карман). Впрочем, он может впоследствии все же подписать билль и ввести его в действие.

В целом практика показывает, что президентское вето — это весьма мощное орудие воздействия главы исполнительной власти на законодательный процесс. До начала 90-х гг. прези­денты применяли вето 1421 раз. И только в 103 случаях Кон­грессу удалось преодолеть его*.

* См.: Правительство, министерства и ведомства в зарубежных странах. М., 1994. С. 40.

Прохождение финансовых (денежных) биллей имеет неко­торые особенности. Как уже упоминалось, они могут быть внесены только в Палату представителей, причем не как законопредложения, а лишь в форме разработанных биллей. В нижней палате финансовые билли обладают привилегией вне­очередного рассмотрения.

Особый порядок имеет прохождение бюджета. Он регули­руется Актом о сбалансированном бюджете и чрезвычайном контроле за дефицитом 1985 г. Закон предусматривает несколь­ко этапов прохождения бюджета. К первому понедельнику после 3 января Президент направляет Конгрессу проект бюджета на следующий финансовый год. Одновременно проект должен быть передан в бюджетное управление Конгресса (вспомогательный орган парламента, в задачи которого входят разработка и пред­ставление палатам докладов, заключений и исследований по вопросам бюджетной политики), которое к 15 февраля долж­но представить доклад по нему бюджетным комитетам палат. Последние рассылают его в другие постоянные комитеты, которые до 25 февраля должны представить в бюджетные комитеты заключения и предложения по вопросам своего ве­дения.

К 1 апреля бюджетный комитет Сената готовит проект совпадающей резолюции по бюджету. К 15 апреля Конгресс должен принять ее. На основе резолюции по бюджету Конгресс принимает Акт об ассигнованиях, предусматривающий основ­ные направления доходов и расходов федерального бюджета на следующий финансовый год. Палатой представителей он должен быть принят не позднее 30 июня.

Финансовый год начинается в США с 1 октября.

В последние годы в США резко обострилась проблема сво­евременного принятия актов об ассигнованиях. Сроки такого принятия все чаще нарушаются из-за разногласий между Пре­зидентом и Конгрессом. Своеобразным рекордом стало подпи­сание Президентом Акта об ассигнованиях на 1997 финансо­вый год 26 апреля 1997 г., т. е. спустя почти семь месяцев после начала финансового года Попыткой преодолеть трудности при­нятия бюджета, приобретшие систематический характер, ста­ло принятие в апреле 1996 г. Акта о постоянном вето на акты об ассигнованиях, который вступил в силу 1 ноября 1997 г. и будет действовать до 31 декабря 2002 г. Акт внес существен­ные коррективы в процедуру принятия бюджета, пополнив ее особенности еще одной весьма существенной деталью.

При получении акта об ассигнованиях, принятого Конг­рессом, Президент в течение пяти дней может представить парламенту послание, в котором будут перечислены отверга­емые им статьи. Если в течение определенного срока Конг­ресс не примет соответствующие статьи в прежней редакции 2 /3 голосов постатейным голосованием, акт вступает в силу в редакции Президента. Если примет, акт вновь направляется Президенту, который вправе наложить повторное вето на ре­шение Конгресса. Оно опять-таки может быть преодолено, но уже 1 /3 голосов плюс один голос присутствующих парламен­тариев каждой палаты. После окончания процедуры преодоле­ния вето акт об ассигнованиях вступает в силу немедленно в редакции Конгресса, если вето преодолено, либо в редакции Президента — если нет.

По мнению многих американских юристов, произведенные изменения в бюджетном процессе нарушают конституционные нормы об отлагательном и тотальном характере президентско­го вето*.

* См. об этом: Травкина Н. М. Законодательный бюджетный процесс в США: крах или диалектическое развитие // США: экономика, полити­ка, идеология. 1996. № 12. С. 34.

Все билли, принимаемые Конгрессом США, подразделя­ются на публичные и частные. Публичные законы представляют собой акты, устанавливающие общие правила поведения, принимаемые по главным вопросам внутренней и внешней политики. Именно они составляют основную массу статутов. Частные, же парламентские акты регулируют правовой ста­тус отдельных лиц и корпораций. Эти два вида биллей вносят­ся в разные календари палат, причем частные рассматрива­ются в упрощенном порядке — при меньшем кворуме и без постатейного обсуждения.

В США существует два издания, осуществляющих официальное опубликование законов. Непосредственно после вступ­ления в силу публичные законы опубликовываются в издани­ях серии "Публичное право". В конце года все акты Конгресса сводятся воедино и публикуются в хронологическом порядке в очередном номере ежегодного издания "Полное собрание ста­тутов Соединенных Штатов" ("United States Statutes at Large").

Кроме того, положения законов публикуются и в Своде законов США ("The United States Code"). Особенность его струк­туры заключается в том, что отдельные нормы законов (а не законы целиком) сводятся по предметам их регулирования, составляя 50 титулов (разделов) Свода. Каждый титул подраз­деляется на главы и параграфы. По каждому параграфу при­водится перечень предшествующих актов. Свод переиздается один раз в шесть лет. В 2000 г. имело место очередное издание. Ежегодно публикуются дополнения к Своду, в которых также по титулам фиксируются изменения законодательства за год. Все изменения поглощаются очередным изданием Свода.

3. Президент США

Согласно ст. II американской Конституции исполнительная власть на федеральном уровне осуществляется Президентом США.

Президент избирается сроком на четыре года. В качестве гарантии предотвращения узурпации власти, угрозу которой может создать длительное пребывание одного лица в данной должности, Конституция США (поправка XXII) устанавлива­ет запрет на избрание одного и того же лица Президентом более двух раз. Упомянутая поправка была принята Конгрес­сом в 1947 г. (вступила в силу в 1951 г.) после того, как Фран­клин Делано Рузвельт избирался Президентом США четыре раза подряд. Это был беспрецедентный случай. Ранее действо­вал рожденный первым Президентом Дж. Вашингтоном обычай избираться на эту должность не более двух раз. После того как обычай оказался нарушен, эта норма стала конституционной. Согласно той же XXII поправке, лицо, занимавшее дол­жность Президента или исполнявшее его обязанности свыше двух лет, не может быть избрано на эту должность более одного раза. Таким образом, предельный срок пребывания одного лица в должности Президента США составляет 10 лет.

Избранный в середине декабря Президент вступает в дол­жность 20 января года, следующего за годом выборов, — в день принесения присяги. Столь длительный промежуток вре­мени — от выборов до инаугурации (торжественной процедуры вступления Президента в должность) — необходим главе госу­дарства, чтобы определить кандидатуры должностных лиц ис­полнительной власти.

Компетенция. Конституция США наделяет Президен­та обширными полномочиями, которые для удобства исследо­вания можно классифицировать, подразделив их прежде все­го на его полномочия главы государства и главы исполнитель­ной власти Союза.

В качестве главы государства Президент США обладает комплексом правомочий в сферах обеспечения безопасности страны, внешних сношений, а также взаимодействия с зако­нодательной и исполнительной властью.

В сфере обеспечения безопасности страны Президент осу­ществляет полномочия Главнокомандующего армией и флотом Соединенных Штатов, а также милицией отдельных штатов, когда она призывается на действительную службу США. К этой же сфере относятся чрезвычайные полномочия Президента: его права объявлять и прекращать чрезвычайное положение, а также осуществлять в период его действия специальные или экстраординарные меры вплоть до применения сил армии и национальной гвардии для восстановления правопорядка, по­давления мятежей и обеспечения деятельности федеральных органов. Чрезвычайные полномочия Президента США прямо не предусмотрены Конституцией. Они предоставляются Прези­денту Актом о национальном чрезвычайном положении 1976 г. Прокламация об объявлении чрезвычайного положения неза­медлительно передается Президентом в Конгресс США. Кон­грессу не предоставлено права утверждать введение чрезвы­чайного положения: соответствующий акт Президента в этом не нуждается. Однако палаты Конгресса могут в любое время принять совместную резолюцию о прекращении действия чрез­вычайного положения, в результате чего оно отменяется. Бо­лее того, для контроля за действиями Президента в условиях чрезвычайного положения палаты должны не реже чем через каждые шесть месяцев после его объявления рассматривать на своих заседаниях вопрос о принятии совместной резолюции о его прекращении. Чрезвычайное положение прекращается со­ответствующим актом Президента, а также автоматически по истечении одного года со дня его объявления, если за 90 дней до истечения этого срока Президент не примет акта о его про­длении (данный акт тоже должен быть представлен палатам Конгресса). Все акты Президента, изданные в период действия чрезвычайного положения, подлежат немедленному представ­лению в палаты Конгресса. Если ими предусматривается ис­пользование Вооруженных сил США, действуют правила Ре­золюции палат о военных полномочиях 1973 г.

В области внешней политики Президент заключает меж­дународные договоры, назначает послов, консулов и иных полномочных представителей страны в иностранных государ­ствах и международных организациях, осуществляя эти полно­мочия "с совета и согласия Сената", а также принимает послов и других полномочных представителей иностранных государств. Конституция не определяет порядка отзыва представителей США за рубежом. На практике этот вопрос является прерога­тивой Президента. Ничего не говорится в Конституции и о воз­можности самостоятельного, т. е. без "совета и согласия" Сена­та, заключения Президентом международных соглашений. Од­нако такая практика имеет место. Не все международные документы, в которых участвуют США, считаются в данной стране договорами, а лишь те, которые напрямую связаны с полномочиями Конгресса. Соглашения же, относящиеся к ком­петенции исполнительной власти, именуются исполнительными соглашениями. В утверждении Сената нуждаются только меж­дународные договоры. Исполнительные же соглашения заклю­чаются Президентом самостоятельно. К числу исполнительных соглашений принято относить, например, соглашения об уста­новлении дипломатических отношений, о мире, по вопросам совместного военного производства, создания военных баз и т. д. Однако некоторые исполнительные соглашения нуждают­ся в одобрении Сената. Таковы соглашения, содержащие обя­зательства США, выполнение которых невозможно без уча­стия Конгресса (например, если оно требует ассигнований), а также соглашения, одобрения которых Сенатом прямо требует закон.

Но даже если согласие Сената на заключение междуна­родного соглашения или договора необходимо, все же именно Президент играет в этом процессе решающую роль, поскольку он осуществляет в нем начальную и конечную стадии. Действи­тельно, сначала договор подписывается Президентом или кем-либо по его уполномочию и лишь потом подлежит одобрению Сенатом. Но такое одобрение не означает окончательного ре­шения по вопросу о вступлении договора в силу. Ратификаци­онная грамота подписывается Президентом, который может этого и не сделать либо, подписав ее, отказаться от ее депо­нирования или обмена ратификационными грамотами, без чего договор в силу не вступит.

С целью создания противовесов законодательной и судеб­ной ветвям власти Президент наделен некоторыми полномочи­ями, касающимися взаимодействия с ними. Так, в сфере су­дебной власти он имеет право отсрочки исполнения пригово­ров и право помилования за преступления, совершенные против США (за исключением случаев осуждения в порядке импич­мента). Расширительно толкуя конституционное право поми­лования, Президенты закрепили за собой и право объявления амнистии. Кроме того, в соответствии с Конституцией (разд. 2 ст. II) Президент с совета и согласия Сената назначает судей Верховного суда США и иных федеральных судов.

В сфере взаимоотношений с Конгрессом Президент име­ет право созыва одной или обеих его палат на внеочередные заседания. В случае разногласий между палатами о времени отсрочки заседаний Президент принимает окончательное ре­шение. Он периодически направляет палатам разнообразные послания, важнейшими из которых являются ежегодные по­слания о состоянии Союза, представляющие собой по сути программу законодательных мероприятий Конгресса на пред­стоящий год. Кроме того, в начале каждой сессии Конгрессу представляются экономическое и бюджетное послания Прези­дента. Наконец, Президент обладает уже упоминавшимися правом подписания законов и правом отлагательного вето.

Однако наибольшим объемом полномочий Президент США обладает как глава исполнительной власти. В этом качестве Президент руководит огромным исполнительным аппаратом, назначает с "совета и согласия Сената" всех должностных лиц США, должности которых предусмотрены Конституцией и законом (если в самой Конституции не определен иной поря­док их замещения). В двух случаях Президент обладает пра­вом самостоятельного, без "совета и согласия Сената", назна­чения должностных лиц: если такое право прямо предостав­лено ему законом и если вакансия открывается в период между сессиями Конгресса — на срок до окончания ближайшей сес­сии.

Порядок увольнения должностных лиц США не прописан в Конституции. На практике оно производится Президентом единолично, если Конституция и законы прямо не предусмат­ривают иного.

Как глава исполнительной власти Президент США опреде­ляет полномочия всех должностных лиц Соединенных Штатов и заботится о добросовестном исполнении законов. Это поло­жение, сформулированное в Конституции (разд. 3 ст. II) в столь общей форме, послужило основанием для возникновения кон­цепции "подразумеваемых полномочий" Президента (в частно­сти, чрезвычайных, о которых уже шла речь) и активного использования с целью их реализации института делегирован­ного законодательства.

Таким образом, все полномочия Президента США можно условно подразделить на конституционные (т. е. прямо предус­мотренные Конституцией США), подразумеваемые (не упомина­емые ею, но имеющиеся в виду) и делегированные Конгрессом.

Наконец, как глава исполнительной власти Президент, в соответствии с Конституцией (разд. 2 ст. II), может требовать от руководителя каждого исполнительного департамента (ми­нистерства) письменного мнения по любому вопросу его ком­петенции. Данная формулировка позволяет заключить, что правительство как высший коллегиальный орган исполни­тельной власти общей компетенции в США отсутствует. Главы департаментов могут лишь высказывать Президенту свое мнение по вопросам, отнесенным к их ведению, являясь как бы советниками Президента. Все решения по вопросам своей компетенции принимаются им единолично.

Решения Президента по вопросам его компетенции име­ют форму правовых актов. Из буквального прочтения Консти­туции США следует, что Президент правом нормотворчества не обладает (за исключением сферы внутренней организации исполнительной власти). Это прерогатива законодательного органа — Конгресса. Однако на практике нормотворческая деятельность осуществляется Президентом весьма активно. По мнению некоторых американских авторов, именно Президент в настоящее время фактически является "главным законода­телем"*. Правотворчеством Президент занимается на основе делегирования ему соответствующих полномочий Конгрессом. Правомерность делегированного законодательства выводится американскими юристами из положения последнего абзаца разд. 8 ст. I Конституции США, согласно которому, как уже указывалось, Конгресс имеет право на издание любых зако­нов в рамках компетенции федерации (концепция подразумева­емых полномочий). А раз это так, заявляют правоведы, Конг­ресс вправе принимать в числе других законы, делегирующие исполнительной власти полномочия на издание нормативных актов по вопросам ведения Конгресса. Правомерность делегиро­вания признана не только доктриной, но и целым рядом судеб­ных решений. Первым из них считается решение Верховного суда, принятое в 1913 г., в котором он определил, что деле­гирование конституционно, если в делегирующем законе ука­заны четкие границы предмета регулирования, осуществляе­мого на основании делегирования.

* См., например: Chamberlain L. H. President as Legislator // President and Congress. The Conflict of Powers. N. Y., 1955. P. 55.

По мере усложнения нормотворческой деятельности сфе­ра делегирования расширяется, а требования, предъявляемые Конгрессом к актам делегированного законодательства, стано­вятся все менее определенными. Президент нередко осуществ­ляет субделегирование полномочий, переданных ему Конгрес­сом, главам исполнительных департаментов, независимых ве­домств и иным должностным лицам.

К разновидностям актов Президента США относятся, во-первых, исполнительные приказы, во-вторых, планы реорга­низации, наконец, в-третьих, иные акты — правила, положе­ния, прокламации, военные приказы и т. д. Наибольшую зна­чимость имеют две первые разновидности.

Исполнительные приказы — это наиболее частые акты Президента. Они издаются на основе конституционных полно­мочий Президента либо в порядке делегированного законода­тельства и регулируют самые разнообразные вопросы социаль­но-экономической и политической жизни. В настоящее время действует около 15 тыс. исполнительных приказов Президен­та США*.

* См.: Правительство, министерства и ведомства в зарубежных странах. С. 41.

Большую значимость имеет и вторая разновидность актов Президента — планы реорганизации. Это акты, принимаемые Президентом на основе законов о реорганизации, которые де­легируют Президенту полномочия по регулированию вопросов организации и порядка деятельности структур исполнитель­ной власти на основе закона, а нередко (при наличии специального указания об этом в законе о реорганизации) и право изменять положения законов по этим вопросам. Например, именно на основе плана реорганизации в 1953 г. был учрежден федеральный департамент здравоохранения, образования и социального благосостояния.

С 1977 г. сфера регулирования планами реорганизации была ограничена: Президент посредством таких планов теперь может реформировать лишь второстепенные структуры испол­нительной власти. Крупные же организационные реформы исполнительной власти осуществляются актами Конгресса.

Планы реорганизации подлежат утверждению палатами Конгресса в течение 60 дней. Если план в течение этого сро­ка не рассмотрен палатами, он вступает в силу в день, опре­деляемый Президентом.

Акты Президента так же, как и федеральных органов ис­полнительной власти специальной компетенции, публикуются по мере их принятия в официальном периодическом издании "Федеральный регистр" ("Federal Register"), а также помеща­ются в периодически обновляемом многотомном "Своде феде­ральных постановлений" ("The Code of Federal Regulations"), где акты группируются по разделам.

Совокупность глав департаментов неофициально именует­ся в США Кабинетом. Такой термин для обозначения сове­щаний глав департаментов использовал уже первый Президент США Дж. Вашингтон. Еще раз подчеркнем, что Кабинет по сути является консультативным органом при Президенте, ни­каких юридически значимых актов он не принимает. Президент не обязан следовать советам членов Кабинета.

В состав Кабинета ныне входят 14 глав департаментов (секретарей), в также три министра без портфеля, в том чис­ле постоянный представитель США в ООН. Помимо Президен­та и членов Кабинета в его заседаниях обычно принимают участие Вице-президент, помощники Президента, помощни­ки глав департаментов, главы важнейших ведомств, входящих в Исполнительное управление при Президенте, а также дру­гие должностные лица по усмотрению Президента, который сам определяет круг участников каждого конкретного заседа­ния Кабинета. Он же устанавливает сроки проведения таких заседаний. Обычно они проводятся один раз в месяц.

С учетом огромной значимости института Президента США в государственном механизме Конституция устанавлива­ет определенные гарантии его деятельности, прежде всего политической, материальной и личной независимости, защищенности. Правовым средством обеспечения политической не­зависимости Президента является отсутствие его политичес­кой ответственности перед кем бы то ни было, включая Конгресс. Конечно, реально политическая независимость не может быть полной, так как в своей деятельности Президент вынужден считаться с расстановкой сил и в обществе в целом, и в Конгрессе, и в своей партии. Юридически выраженная независимость может лишь смягчить реально существующий прессинг различных политических и социальных структур.

В качестве материальной гарантии статуса Президента Конституция США содержит положение о том, что за свою службу он получает вознаграждение и что оно не может быть изменено в течение периода, на который он избран. Причем в течение этого же периода Президент не может получать ино­го денежного вознаграждения из государственной казны: ни от федеральных властей, ни от штатов (разд. 1 ст. II Конститу­ции).

Помимо установленного в твердой сумме жалованья, со­ставляющего ныне 200 тыс. долл. в год*, Президент получает дополнительные выплаты на покрытие расходов, связанных с выполнением должностных обязанностей, в частности транс­портных и представительских. Уходящим в отставку Президен­там назначается пожизненная пенсия.

* См.: Лафитский В. И. Основы конституционного строя США. С. 155.

В отличие от многих других конституций американский высший закон не упоминает о личном иммунитете Президента. На практике его неприкосновенность считалась обычаем. Этот обычай был поколеблен в 1974 г., когда судебная власть заста­вила Президента Ричарда Никсона выдать вещественные до­казательства нарушения им законов, а также в 1998 г., когда Президенту Биллу Клинтону пришлось давать показания пе­ред большим жюри в связи с обвинением в неуважении к суду и в воспрепятствовании осуществлению правосудия.

Лишение Президента иммунитета может быть осуществ­лено только в результате признания его виновным в порядке импичмента. Основаниями возбуждения процедуры импич­мента является совершение Президентом государственной из­мены, взяточничества, других преступлений и уголовных про­ступков против государства (high Crimes and Misdemeanors). Ни в доктрине, ни на практике до сих пор нет единства в понимании этих категорий уголовных правонарушений. Боль­шинство юристов склоняется к тому, что ими охватываются все виды уголовно наказуемых деяний. Единственным право­вым последствием признания лица виновным в порядке им­пичмента является его смещение с должности и лишение пра­ва занимать и исполнять какую-либо почетную, ответствен­ную либо оплачиваемую должность на службе Соединенных Штатов. Смещенное с должности лицо лишается иммунитета и в дальнейшем привлекается к ответственности на общих ос­нованиях.

Американская история не знает прецедентов отрешения Президента США от должности в результате применения про­цедуры импичмента, хотя попытки проделать это предприни­мались парламентариями неоднократно. Наиболее драматичная из них имела место в 1868 г. Она касалась Президента Эндрю Джонсона, чья "мягкая" политика по отношению к побежден­ному в Гражданской войне Югу воспринималась Конгрессом крайне враждебно. Дело дошло до голосования в Сенате. Для обвинительного вердикта не хватило лишь одного голоса.

Несколько раз процедура импичмента прерывалась на бо­лее ранних стадиях — в Палате представителей. Наиболее известный случай был связан со знаменитым "Уотергейтским делом" (об обнаружении в предвыборном штабе Демократиче­ской партии в отеле "Уотергейт" подслушивающего устройства, установленного якобы с ведома Президента-республиканца Р. Ник­сона). Результаты голосования по вопросу о возбуждении про­цедуры импичмента в Палате представителей были предре­шены, и Президент Р. Никсон, не дожидаясь его, подал в отставку, после чего был помилован новым Президентом Дже­ральдом Фордом. Не собрала в Палате представителей необ­ходимого большинства голосов и инициатива импичмента в отношении Президента Б. Клинтона в 1999 г.

Отстранение от должности в результате применения про­цедуры импичмента является не единственным основанием прекращения полномочий Президента США. К числу таких оснований разд. 1 ст. II Конституции относит также смерть, отставку и неспособность осуществлять связанные с должностью права и обязанности. В последнем случае такое прекращение может иметь как окончательный, так и времен­ный характер (по всем прочим основаниям полномочия Пре­зидента прекращаются окончательно).

Неспособность Президента осуществлять свои полномо­чия — это юридический факт, установить который гораздо сложнее, чем факт наличия других оснований для прекраще­ния президентских полномочий. Поэтому Конституция весьма обстоятельно регламентирует соответствующую процедуру (разд. 3 и 4 поправки XXV). Неспособность осуществлять пол­номочия должна быть заявлена либо самим Президентом, либо Вице-президентом и большинством голосов глав департаментов или других органов исполнительной власти, учрежденных за­коном, посредством письменного заявления, которое подает­ся спикеру Палаты представителей и председателю Сената pro tempore. С момента подачи заявления функции Президента выполняет Вице-президент. Это продолжается до тех пор, пока Президент не передаст председателю pro tempore и спи­керу письменное заявление о том, что его неспособности к исполнению президентских полномочий более не существует. Через четыре дня после подачи заявления Президент возоб­новляет осуществление своих полномочий, если только в те­чение этого срока Вице-президент и большинство упоминав­шихся уже должностных лиц не представят председателям палат письменные заявления об обратном. В случае получения такого заявления вопрос окончательно разрешается Конгрессом. Если в течение установленного Конституцией срока Конгресс большинством в 2/3 голосов обеих палат решит, что Президент не в состоянии осуществлять свои должностные полномочия, то их продолжает исполнять Вице-президент. В противном случае Президент возобновляет осуществление полномочий по своей должности.

В случае досрочного прекращения полномочий Президен­та его должность переходит к Вице-президенту. В исто­рии США восемь раз Вице-президент становился Президентом в результате смерти предшественника. И лишь однажды дос­рочное прекращение полномочий Президента наступило в ре­зультате упоминавшейся отставки Р. Никсона в 1974 г.

Фигуру Вице-президента в государственном механизме США можно охарактеризовать в основном как резервную. Кон­ституция не наделила его какими-либо властными полномочи­ями. Он председательствует на заседаниях Сената, участвует в заседаниях Кабинета, выполняет отдельные поручения Пре­зидента. Но самое основное значение этой должности заклю­чается в замещении Президента при его временной неспособ­ности исполнять обязанности и в принятии на себя его долж­ности при досрочной ее вакантности. Прецедент был создан в 1841 г., когда после смерти Президента Уильяма Гаррисона Вице-президент Джон Тайлер повел себя как полновластный Президент. Данный прецедент положил начало обычаю, кото­рый впоследствии неукоснительно соблюдался всеми Вице-президентами при образовании вакансии президентской долж­ности досрочно. Он получил конституционное закрепление принятием поправки XXV, вступившей в силу в 1967 г.

Эта же поправка (разд. 2) предусматривает и порядок за­мещения вакансии должности Вице-президента, если она от­кроется ранее истечения срока полномочий, на который он был избран: Президент назначает Вице-президента, который вступает в должность после утверждения его большинством голосов обеих палат Конгресса. Такой порядок в сочетании с описанной ранее процедурой наделения Вице-президента пол­номочиями Президента в случае досрочного прекращения пол­номочий последнего может привести к тому, что должности Президента и Вице-президента одновременно могут быть за­няты не избранными, а назначенными лицами. Такой преце­дент имел место в истории США. Он опять же связан с отстав­кой Р. Никсона. Незадолго до нее в начале 1974 г., будучи обвиненным в коррупции, в отставку ушел Вице-президент Спиро Агню. Р. Никсон назначил Вице-президентом Дж. Форда, который после отставки самого Р. Никсона стал Президентом. Место Вице-президента вновь оказалось вакантным, и Дж. Форд назначил на эту должность Нельсона Рокфеллера.

В случае, если одновременно до истечения срока полно­мочий окажутся вакантными должности и Президента, и Вице-президента, действует Акт о преемственности должности Пре­зидента Соединенных Штатов 1948 г. Он устанавливает целый перечень должностных лиц (всего 15), которые вступают на пост Президента, если он окажется досрочно вакантным. Их перечисление проводится в порядке строгой иерархии: каж­дое включенное в перечень должностное лицо занимает пост Президента только в том случае, если его не может занять в силу указанных в законе причин (смерть, болезнь, отставка, добровольный отказ, отстранение от должности, несоответ­ствие требованиям, предъявляемым к кандидату в Президен­ты) ни одно из лиц, названных в перечне раньше, чем это лицо. Так, если ни Президент, ни Вице-президент не могут осуществлять полномочия главы государства, то в должность Президента вступает спикер Палаты представителей. Если спикер не сделает этого, должность Президента переходит к председателю Сената pro tempore. Если и он не займет этой должности, ее занимает государственный секретарь (должно­стное лицо, выполняющее, в частности, функции министра иностранных дел). Далее следует список прочих секретарей (министров), которые могут занимать должность Президента, как уже указывалось, только в порядке "старшинства".

Полномочия Президента у соответствующего лица начи­наются с момента принесения присяги. Вступление в долж­ность главы государства влечет отставку с прежней должнос­ти. Соответствующее лицо пребывает в должности Президента США до истечения срока, на который был избран Президент, чье место оно заняло в соответствии с Актом 1948 г. Исклю­чение составляют случаи прекращения обстоятельств, препят­ствующих исполнению обязанностей главы государства Президентом или должностным лицом, имеющим преимущественное право на занятие этой должности. Тогда к исполнению долж­ности главы государства приступает кто-то из этих лиц.

Федеральная публичная администрация. В осу­ществлении исполнительной власти на федеральном уровне в качестве органов специальной компетенции участвуют упоми­навшиеся уже департаменты, функционирование которых предусмотрено Конституцией, а также так называемые неза­висимые ведомства (агентства). Если департаменты представ­ляют собой аналог министерств в любой другой стране, то статус независимых ведомств требует пояснений. Этот инсти­тут возник в конце XIX в. и значительно разросся в 30-е гг. XX в. — во время проведения "Нового курса". Его существо­вание базируется на теории, согласно которой многие пробле­мы управления могут быть разрешены более эффективно, если их вывести из поля политического влияния и доверить контролю специалистов в соответствующих сферах.

Общим наименованием органов исполнительной власти специальной компетенции является термин "административные учреждения". Он введен в юридический оборот Актом об адми­нистративном производстве 1946 г. Акт комплексно урегулиро­вал статус специализированных органов исполнительной влас­ти, имея по существу значение административного кодекса.

К числу административных учреждений Акт относит не все департаменты и независимые ведомства, а лишь те, кото­рые имеют полномочия выносить решения в отношении юри­дического статуса частных лиц. Из 14 существующих департа­ментов административными учреждениями являются 11. Лишь осуществляющие военные и военно-политические функции департаменты армии, военно-морского флота и военно-воздуш­ных сил таковыми не считаются.

Из приблизительно 100 независимых федеральных ве­домств административными учреждениями признаются около 60. Их можно подразделить на три группы: политические, эконо­мические и социальные. Наиболее важными из политических ведомств являются уже упоминавшиеся комиссия по граждан­ским правам, федеральная комиссия по выборам. К числу эко­номических ведомств относятся, например, федеральная торговая комиссия, комиссия ценных бумаг и биржевых операций, экспортно-импортный банк, комиссия междуштатной торговли (коммерческих отношений), федеральная комиссия связи, почто­вая служба. В систему социальных ведомств входят, в частности, ведомство по охране окружающей среды, национальный совет по трудовым отношениям, комиссия по безопасности и охра­не здоровья на производстве, комиссия по безопасности по­требляемых товаров.

Статус исполнительных департаментов и независимых ведомств весьма различен. Особенность ведомств — большая степень их самостоятельности по отношению к Президенту. Так, хотя руководители тех и других органов назначаются Президентом с совета и согласия Сената, однако главы депар­таментов могут быть уволены Президентом в любое время по его усмотрению, в то время как руководители независимых ведомств назначаются на установленный законом срок, превы­шающий срок полномочий Президента (5—7 лет), и могут быть освобождены им от должности досрочно только по основани­ям, указанным в законе. Законы и положения о независимых ведомствах обычно запрещают комплектовать их на однопар­тийной основе.

Административные федеральные учреждения осуществ­ляют свои функции по отраслевому и функциональному управ­лению путем принятия нормативных правовых актов: прика­зов, инструкций, правил. Они издаются на основании субделе­гирования им Президентом полномочий на осуществление нормотворчества.

Те учреждения исполнительной власти, которые не яв­ляются административными, осуществляют исследовательс­кие, планирующие, совещательные, координационные и иные функции внутри системы исполнительной власти. Не являются административными учреждениями также органы, входящие в состав Исполнительного управления Президента: служба Белого Дома, совет национальной безопасности, административ­но-бюджетное управление, совет экономических консультантов, служба Вице-президента и другие — всего 17 ведомств.

Исполнительное управление Президента было создано Актом о реорганизации исполнительного аппарата Президента1939 г. Его основные функции определены Планом реоргани­зации 1977 г. Они состоят в консультировании Президента, разработке общего политического курса, координации дея­тельности различных звеньев исполнительной власти. Самосто­ятельных полномочий ни управление в целом, ни органы, вхо­дящие в его состав, не имеют. Президент определяет едино­лично и полномочия, и порядок деятельности его звеньев. Следует отметить, что Исполнительное управление Президен­та играет заметную и все возрастающую роль в политической жизни, нередко оттесняя на второй план административные учреждения.

4. Федеральные суды

Судебная система США является двухуровневой: она вклю­чает систему федеральных судов, а также судебные системы 50 штатов, федерального округа Колумбия и четырех зависи­мых территорий. Суды каждой из систем действуют по отноше­нию друг к другу относительно самостоятельно и независимо.

Важнейшую часть судебных систем обоих уровней состав­ляют суды общей юрисдикции. Компетенция судов фе­дерального уровня и судов штатов формально разделена. При этом юрисдикция федеральных судов является ограниченной: она определяется лишь тем кругом дел, который установлен Конституцией США (разд. 2 ст. III). В начале XIX в. в одном из своих решений Верховный суд США разделил дела, подсуд­ные федеральным судам, на две категории. Первую группу составляют споры, которые рассматриваются федеральными судами, исходя из самого характера дела, то есть предмета спора. В соответствии с этим критерием федеральная судебная власть распространяется на все дела, возникающие на осно­вании Конституции США, федеральных законов и междуна­родных договоров, а также "морские дела" (связанные с су­доходством в открытом море) и дела адмиралтейства (споры по вопросам морских грузоперевозок, содержания портов, рыболовства). Вторую категорию дел, относящихся к юрисдик­ции федеральных судов, составляют споры, в которых уча­ствуют перечисленные в Конституции субъекты: послы, дру­гие полномочные представители иностранных государств, США в целом, штаты, граждане различных штатов, иностранные государства, их граждане и подданные.

Все остальные дела могут быть рассмотрены только су­дами штатов, которые, стало быть, обладают остаточной юрис­дикцией.

Но указанный подход к разграничению юрисдикции феде­ральных судов и судов штатов является самой общей его ха­рактеристикой. Дело в том, что лишь некоторые из категорий дел, подсудных федеральным судам, относятся к их исключи­тельной юрисдикции. В уголовно-правовой сфере это все "пре­ступления против Соединенных Штатов", то есть предусмот­ренные федеральным уголовным законодательством, например торговля наркотиками, контрабанда, уклонение от уплаты налогов, шпионаж, измена и некоторые другие. В гражданско-правовой сфере исключительная юрисдикция федеральных судов распространяется, например, на "морские и адмирал­тейские" дела, иски против США в целом, споры по поводу авторского и патентного права, иски, связанные с банкрот­ством, а также иски, в которых стороной выступает штат или иностранный дипломат.

Остальные категории дел образуют так называемую кон­курирующую юрисдикцию, т. е. по выбору заинтересованной стороны дело может быть начато либо в соответствующем федеральном окружном суде, либо в суде первой инстанции того штата, на территории которого функционирует данный федеральный окружной суд. Гражданский иск по делу, подпа­дающему под конкурирующую юрисдикцию, по желанию от­ветчика уже после его подачи в суд штата может быть пере­дан в федеральный окружной суд. Таким образом, существо­вание конкурирующей юрисдикции обусловливает возможность применения федеральных законов судами штатов (но не на­оборот). В доктрине и судебной практике это обосновывается так называемой клаузулой о верховенстве, сформулирован­ной в ст. VI Конституции США: "Настоящая Конституция и законы Соединенных Штатов... и все договоры, которые зак­лючены или будут заключены Соединенными Штатами, ста­новятся верховным правом страны; и судьи в каждом из шта­тов обязаны следовать этому праву..." В силу клаузулы о вер­ховенстве федерального права суды штатов также обязаны принимать к своему производству даже те гражданские иски, которые поданы им, но касаются вопросов исключительной юрисдикции федеральных судов, — при обязательной после­дующей их передаче в окружные федеральные суды.

Наконец, следуя клаузуле о верховенстве, суды штатов в необходимых случаях обязаны толковать федеральные зако­ны и иногда даже объявлять их неприменимыми из-за несоот­ветствия федеральной Конституции. Вместе с тем они обяза­ны не применять законы и даже положения Конституции собственного штата, если они противоречат Конституции США или федеральным законам. Все подобные решения являются предметом окончательного пересмотра в Верховном суде США. Как видно, основными функциями судов общей юрисдикции в США являются не только разрешение конкретных правовых споров, но и осуществление конституционного контроля, а также толкование Конституции. Ограниченность юрисдикции федеральных судов, наличие конкурирующей юрисдикции, действие клаузулы о верховенстве федерального права обус­ловили то, что значительное большинство судебных дел (на­пример, около 99% уголовных дел) рассматривается судами штатов. Вместе с тем названная клаузула предопределяет ре­шающую роль федеральных судов, прежде всего Верховного суда США, в осуществлении конституционного контроля и толкования Конституции США.

Обособленность федеральной судебной системы и судебных систем штатов проявляется в том, что решения судов штатов не могут обжаловаться в федеральные суды, и наоборот. Ис­ключение составляют жалобы по делам, затрагивающим так называемый федеральный конституционный вопрос, которые могут быть рассмотрены Верховным судом. Особый случай со­ставляют жалобы хабеас корпус, касающиеся законности со­держания обвиняемых под стражей. Они могут быть поданы в федеральный окружной суд. В случае удовлетворения жалобы суды, нарушившие правила заключения под стражу, т. е. не­законно ограничившие чью-либо свободу, право на которую является важнейшим конституционно признанным правом че­ловека, лишаются юрисдикции, и соответствующее дело пе­ресматривается по существу в федеральном окружном суде.

Систему федеральных судов общей юрисдикции образуют федеральные окружные суды, федеральные апелляционные суды и Верховный суд США. Единственным органом федераль­ной судебной власти (да и судебной власти в целом), упомяну­тым в Конституции США (ст. III), является Верховный суд Соединенных Штатов. Остальные федеральные суды "время от времени" учреждаются Конгрессом, на что его уполномочива­ет Конституция. В целом система федеральных судов установ­лена Актом о судоустройстве 1789 г.

Федеральные окружные суды являются низовым звеном федеральной судебной системы. Каждый из них действует в пределах одного округа, на которые поделена вся страна с учетом границ штатов, так что в одном штате имеется от од­ного до четырех окружных судов. Всего таких судов 94, включая окружные суды, созданные по одному в каждой из четы­рех заморских территорий.

Основную сферу компетенции окружных судов составля­ет рассмотрение по первой инстанции гражданских и уголов­ных дел, относящихся к федеральной юрисдикции, за исклю­чением тех, которые подлежат рассмотрению исключительно Верховным судом США. На практике федеральные окружные суды занимаются преимущественно рассмотрением граждан­ских дел, основную массу которых составляют споры о банк­ротстве. На уголовные дела приходится лишь около 10% от общего числа дел. С середины XX в. в практике федеральных окружных судов значительное место стало занимать рассмот­рение ходатайств об издании приказа хабеас корпус в случа­ях незаконного лишения свободы судами штатов.

В каждом суде работают от одного до 30 и более судей. Дела слушаются либо судьей единолично, либо с участием присяжных заседателей. Роль присяжных характеризуется в поправках V, VI, и VII к Конституции США, причем в пер­вых двух из них — применительно к уголовному судопроизвод­ству, а в последней — к гражданскому. В уголовных делах присяжные участвуют в двух процессуальных формах: осуще­ствляют предание суду (поправка V) и выносят вердикт о виновности (поправка VI). Первая предполагает утверждение обвинительного заключения большим жюри присяжных — по делам о преступлениях, караемых смертью, или других позо­рящих преступлениях. К числу последних относятся преступ­ления, за которые может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок более одного года либо связанное с обязательным привлечением к труду, лишением права зани­мать определенные должности или избирательных прав. По остальным категориям дел обвинительные заключения утвер­ждают магистраты (см. ниже).

Большое жюри созывается по требованию органов обви­нения и насчитывает от 16 до 23 присяжных. Оно либо утвер­ждает обвинительное заключение (и тогда дело передается в суд), либо отклоняет его (дело прекращается). Впрочем, с согласия обвиняемого дело может быть передано в суд и на основании обвинения, выдвинутого атторнеем (прокурором).

Поправка VI к Конституции провозгласила право обвиня­емого на беспристрастный суд присяжных штата и округа, где совершено преступление, во всех случаях уголовного пресле­дования. Однако право на слушание дела судом присяжных — это именно право, а не обязанность обвиняемого. С его письменного согласия дело может быть рассмотрено судьей еди­нолично, а малозначительное — магистратом.

Суд присяжных состоит из 12 присяжных заседателей и одного профессионального судьи. Вердикт — как обвинитель­ный, так и оправдательный — считается вынесенным при его единогласном одобрении всеми присяжными (лишь в несколь­ких штатах законодательство разрешает вынесение вердикта квалифицированным большинством голосов присяжных). Если присяжные окажутся не в состоянии прийти к единогласию относительно вердикта, судья приостанавливает ход процес­са с тем, чтобы продолжить его с новым составом присяжных. Оправдательный вердикт присяжных является окончательным.

Правила гражданского судопроизводства в окружных су­дах по первой инстанции во многом определяются тем, какие нормы следует применять: общего права или права справедли­вости. Отголоски такого деления всего массива правовых норм до сих пор сохранились в процессуальном праве США, хотя с самого возникновения США как государства была установле­на единая судебная система Союза без подразделения судов на суды общего права и права справедливости. Слияние их про­изошло в XIX в. и в штатах.

Но некоторые процессуальные различия все же сохра­нились. Так, считается, что лицо ищет справедливости, если оно обращается в суд с требованием обязать кого-либо выпол­нить законные действия или отказаться от совершения неза­конных. Если же истец требует материального возмещения вреда, причиненного незаконными действиями, т. е. иск имеет денежное выражение, то судопроизводство осуществляется по правилам общего права. Процедурные нормы общего права и права справедливости различаются тем, что разбиратель­ство дел по общему праву является устным, а по праву спра­ведливости — письменным (судья работает в основном с доку­ментами). Поэтому только в рамках общего права стороны име­ют право на суд присяжных. По праву справедливости дело слушается судьей единолично. Наконец, в результате приме­нения норм общего права суды выносят решения о возмеще­нии вреда, а по праву справедливости — приказы мандамус или инджанкшн (обязывающие или запретительные).

Суд присяжных по гражданским делам может осуществ­ляться только по искам, цена которых превышает 20 долл. Он должен быть использован по требованию хотя бы одной из сторон. При отсутствии по крайней мере одного из этих усло­вий дело слушается судьей единолично. В отличие от уголовных дел вердикты выносятся абсолютным большинством голо­сов присяжных.

Персональный состав и большого, и малого жюри форми­руется методом случайного отбора, производимого периоди­чески секретарем соответствующего суда (ему в помощь суд может назначить одного гражданина, не состоящего с ним в одной партии), а в некоторых штатах — шерифом (начальни­ком полиции) графства или особым судейским чиновником — уполномоченным по формированию жюри. Отбор производится на основании данных телефонных книг, списков избирателей или налогоплательщиков, иных источников, определяемых самим судом. Присяжными не могут быть:

— иностранные граждане и апатриды;

— несовершеннолетние;

— лица, проживающие на территории соответствующего судебного округа менее года;

— лица, не владеющие английским языком;

— лица, психическое или физическое заболевание кото­рых не позволит им надлежащим образом исполнить обязан­ности присяжных;

— лица, обвиняемые в совершении преступления, а также отбывавшие наказание за совершение преступления в виде лишения свободы сроком более года.

Формирование большого или малого жюри происходит для каждого дела отдельно на основании приказа главного судьи, издаваемого по требованию атторнея или при назначе­нии дела к слушанию по инициативе самого суда. Перед из­данием приказа участвующий в деле судья опрашивает каж­дого из кандидатов в состав жюри, чтобы убедиться в его беспристрастности. В противном случае кандидатура отверга­ется. В опросе участвуют атторней и адвокаты сторон, кото­рые также имеют право отводить кандидатов в присяжные (от трех до 20 в зависимости от степени серьезности дела) без указания причин.

При окружных судах действуют магистраты, учрежден­ные Актом о федеральных магистратах 1968 г. вместо пре­жних комиссаров, которые наряду с судебными выполняли также некоторые нотариальные функции. Магистраты в отли­чие от одноименного института в европейских странах зани­маются в основном подготовкой дел к слушанию и контролем за исполнением судебных решений. Кроме того, магистраты могут по существу рассматривать уголовные дела по обвине­нию в малозначительных преступлениях при условии, что обвиняемый не настаивает на разбирательстве его дела судьей окружного суда.

Федеральные апелляционные суды (Circuit Courts of Appeal) общей юрисдикции действуют с 1891 г. и рассматривают апел­ляционные жалобы на решения и приговоры окружных фе­деральных судов (лишь в исключительных, специально уста­новленных в законе случаях жалобы могут подаваться непос­редственно в Верховный суд США, минуя апелляционные федеральные суды), а также на решения органов админист­ративной юстиции.

В настоящее время в США действуют 12 апелляционных судов общей юрисдикции: по одному в апелляционном округе, на которые делится страна. Каждый округ охватывает терри­торию от 3 до 10 штатов (один апелляционный суд имеется в федеральном округе Колумбия). В состав каждого апелляци­онного суда входят от 4 до 23 судей. Суд возглавляется пред­седателем, обязанности которого выполняет судья, дольше всех работающий в этом суде, но не достигший 70 лет. Как правило, дела слушаются коллегией в составе трех судей. Однако если дело представляет особый интерес, а также для разрешения споров между судьями созываются пленарные заседания апелляционного суда. В последние годы в связи с увеличением числа дел, поступающих в апелляционные суды, приняты законодательные меры для ускорения процедуры разбирательства дел. Например, в ряде случаев суд может отказаться от выступлений сторон. Решения принимаются аб­солютным большинством голосов. При разделении голосов по­ровну обжалуемые решение или приговор сохраняют силу.

Итогом рассмотрения жалобы в апелляционном суде яв­ляется либо ее удовлетворение, либо отклонение. При этом апелляционный суд может изменить решение окружного суда, принять собственное решение либо отменить обжалуемое с прекращением дела или направлением его на новое рассмот­рение в суд первой инстанции.

И окружные, и апелляционные федеральные суды могут в процессе рассмотрения конкретного дела отказаться приме­нить тот или иной закон, признав его неконституционным.

Возглавляет федеральную судебную систему Верховный суд США, заседающий в Вашингтоне. Он состоит из 9 судей (до 1869 г. их было 6), одного из которых Президент назначает главным судьей. Дела слушаются всем составом судей. Кворум, необходимый для принятия решений, составляют 6 членов Суда. Решения принимаются большинством голосов присутствующих судей. Они имеют окончательный характер, не подлежат обжалованию и не могут быть пересмотрены в какой-либо другой инстанции.

Основными функциями Верховного суда США являются: рассмотрение апелляций, слушание дел в качестве суда пер­вой инстанции, наконец, осуществление конституционного контроля и толкование Конституции США и федеральных за­конов. Следует иметь в виду, что две последние функции осу­ществляются только в процессе рассмотрения конкретных дел, будучи производными от первых двух функций, но имен­но они играют важнейшую роль в механизме "сдержек и противовесов".

По первой инстанции Верховный суд рассматривает:

— споры между двумя и более штатами;

— споры, в которых одна из сторон является представи­телем иностранного государства;

— споры между Соединенными Штатами и отдельным штатом;

— дела, возбуждаемые штатом или его гражданином про­тив граждан другого штата или иностранного государства.

Но только дела первой из перечисленных категорий отно­сятся к исключительной юрисдикции Верховного суда. По ос­тальным делам юрисдикция его является конкурирующей с юрисдикцией окружных федеральных судов, то есть соответ­ствующее дело может быть начато по усмотрению сторон либо в Верховном, либо в окружном федеральном суде. В слу­чаях, предусмотренных уже упоминавшимися поправками к Конституции США (V, VI, VII), дела слушаются с участием присяжных.

Основным направлением деятельности Верховного суда США является рассмотрение дел в качестве высшей апелля­ционной инстанции. Апелляционная юрисдикция Верховного суда осуществляется в трех процессуальных формах: в поряд­ке собственно апелляции (on appeal), в порядке сертиорари, то есть истребования из нижестоящего суда (by certiorari), и в порядке сертификации (by certification) — разъяснения по конкретным делам, рассматриваемым федеральными апелля­ционными судами, — при наличии обращений последних.

Итак, несмотря на юридические различия процедур де­ятельности Верховного суда США как апелляционной инстан­ции, их объединяет то, что в рамках каждой из них юрисдикция Суда имеет дискреционный характер: дело любой категории при­нимается им к производству по его собственному усмотрению. Из приблизительно 5 тыс. ежегодных обращений Верховный суд рассматривает в различных процессуальных формах лишь около 150*.

* См.: Брайсон У. К. Американская судебная система // Верховенство права. С. 118.

В процессе рассмотрения конкретных уголовных, граж­данских и иных дел суды осуществляют конституцион­ный контроль, т.е. проверку соответствия применяемых правовых актов Конституции США (суды штатов проверяют также соответствие Конституции данного штата). Уже с само­го начала своего функционирования Верховный суд США в своих решениях так или иначе затрагивал вопросы конститу­ционности. В 1796 г. он впервые специально рассмотрел вопрос о соответствии Конституции США Акта Конгресса, облагаю­щего налогом кареты, признав его конституционным. В шта­тах же к началу XIX в. уже имелось около 20 прецедентов признания судами положений правовых актов противоречащими конституциям*.

* См.: Маклаков В. В. Конституционный контроль в буржуазных и разви­вающихся странах. М., 1988. С. 29.

Однако развернутое обоснование институт конституцион­ного контроля получил в решении Верховного суда США по делу Марбэри против Мэдисона, вынесенном в 1803 г. Именно это дело положило начало признанию конституционного кон­троля как нормального и обычного направления деятельности судов*.

* См.: Махненко Е. А. Формирование Верховного Суда США в качестве органа конституционного контроля. Автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 1988. С. 6.

Это было первое дело второго председателя Верховного суда США Дж. Маршалла. Его суть состояла в следующем. После поражения на президентских выборах 1800 г. второй Президент США федералист Дж. Адамс стремился перед сво­им уходом с этого поста заполнить суды сторонниками феде­ралистов. Было произведено несколько назначений, в том числе Дж. Маршалла, занимавшего в то время должность государственного секретаря в Кабинете Дж. Адамса, главным судьей Верховного суда США и некоего Марбэри — мировым судьей в федеральном округе Колумбия. Некоторым судьям (в том числе Марбэри) должным образом оформленные патенты ведомство Дж. Маршалла до ухода в отставку Дж. Адамса и его администрации не успело отправить. Вступивший в дол­жность Президента Томас Джефферсон отказался это сделать. Тогда один из оказавшихся в такой ситуации — Марбэри об­ратился в Верховный суд США с требованием издать приказ мандамус, обязывающий нового государственного секретаря Дж. Мэдисона выдать ему патент. Дж. Маршалл оказался в сложной ситуации, тем более, что от Конгресса стали исхо­дить угрозы возбуждения импичмента против него в случае удовлетворения иска.

Маршалл нашел остроумный выход из затруднительного и щепетильного положения, когда он мог быть обвинен либо в пристрастности и сведении счетов, либо в противозаконно­сти. Признав притязания истца в принципе правомерными, он в то же время отказался издать приказ мандамус, поскольку усмотрел в этом выход за пределы конституционной юрисдик­ции Верховного суда США как суда первой инстанции. Поло­жения же Акта о судоустройстве 1789 г., на основании кото­рого Верховный суд выдавал упомянутые приказы, были при­знаны неконституционными.

Следует отметить, что институт конституционного конт­роля не сразу утвердился в правовой системе США как ее неотъемлемый элемент. Так, в течение более чем полувека после вынесения решения по делу Марбэри против Мэдисона Верховный суд США вопросов о конституционности не рассмат­ривал. Лишь в 1857 г. он признал неконституционным закон, допускающий гражданство негров. До сих пор это решение считается "самым позорным за всю долгую историю Верховно­го суда"*. XIV поправка к Конституции (разд. 1), запретившая дискриминацию и предусмотревшая равное право на граждан­ство, прекратила действие этого решения.

* Фридмэн Л. Указ. соч. С. 155.

Активность Верховного суда США в сфере конституцион­ного контроля стала неуклонно возрастать после отмены раб­ства. Так, если в первой половине XIX в. был признан некон­ституционным лишь один закон, то во второй — уже 24, а в первой половине XX в. — 53 (особенно бурную активность проявили "девять старцев" в период проведения "Нового кур­са" Ф. Рузвельта: в 1935—1936 гг. неконституционными были признаны 11 актов Конгресса). На начало 90-х гг. Верховный суд в общей сложности объявил неконституционными более 150 по­ложений федеральных законов и более 1 тыс. — конституций и законов штатов.

Ныне институт конституционного контроля законодатель­но оформлен в нескольких параграфах 28-го титула Свода законов США.

Помимо судов общей юрисдикции в рамках федеральной судебной системы действуют специализированные суды, занимающиеся рассмотрением дел определенных кате­горий. К специализированным федеральным судам первой ин­станции относятся:

— Претензионный суд США, рассматривающий имуще­ственные иски частных лиц к правительству США ценой свы­ше 10 тыс. долл.;

— Суд США по делам внешней торговли, занимающийся разрешением споров, возникающих на основе федеральных законов об импортных торговых операциях;

— Налоговый суд США, слушающий дела, которые воз­никают в связи с обжалованием решений федеральных нало­говых ведомств;

— военные суды, которые рассматривают дела о право­нарушениях, совершенных военнослужащими, в том числе дисциплинарные военные суды, слушающие в основном дела об уголовных проступках (мисдиминорах), специальные воен­ные суды для рассмотрения дел о преступлениях, за которые может быть назначено лишение свободы не свыше 6 месяцев или увольнение из Вооруженных сил, и, наконец, общие во­енные суды, которые рассматривают дела обо всех осталь­ных, то есть наиболее серьезных, преступлениях военнослу­жащих.

Первые три из перечисленных судебных органов входят в систему административной юстиции США.

В число федеральных специализированных апелляцион­ных судов входят:

— Апелляционный суд США по федеральному округу Колумбия, занимающийся рассмотрением жалоб на решения Претензионного суда, Суда по делам внешней торговли и не­которых квазисудебных органов административной юрисдик­ции;

— Временный чрезвычайный апелляционный суд, разре­шающий жалобы на решения федеральных окружных судов по делам, связанным с применением законов о стабилизации эко­номики;

— военные суды апелляционной юрисдикции. Они имеют двухуровневую структуру, включая суды военного надзора, образованные по одному для каждого вида Вооруженных сил (армия, военно-воздушные силы и военно-морской флот), а также в качестве конечной инстанции — Военный апелляци­онный суд.

Решения апелляционных специализированных судов могут быть обжалованы в Верховный суд США.

В американской правовой доктрине федеральные суды общей юрисдикции именуются "конституционными", поскольку их создание Конгрессом (как нижестоящих по отношению к Верховному суду) предусмотрено Конституцией, а Верховный суд США учрежден ею непосредственно (разд. 1 ст. III). Суды же специальной юрисдикции принято называть "законодатель­ными", так как они созданы не на основе прямого указания Конституции, а в силу предоставленного ею Конгрессу права издавать законы, необходимые для реализации полномочий Союза (разд. 8 ст. I). Юридическая значимость такого разгра­ничения состоит в том, что на судей законодательных судов не распространяются конституционные положения о пожизнен­ном назначении судей и недопустимости уменьшения их жало­ванья (разд. 1 ст. III).

Статус судей, определенный конституционно и зако­нодательно, направлен прежде всего на обеспечение их неза­висимости и беспристрастности при рассмотрении судебных дел.

Все федеральные судьи назначаются на должность Пре­зидентом США "с совета и согласия Сената". К кандидатам на должности федеральных судей предъявляются высокие требо­вания как в профессиональном, так и в этическом плане (боль­шой опыт работы в качестве адвоката, юрисконсульта или университетского профессора, безукоризненная репутация).

Строго централизованный порядок назначения и участие в этой процедуре двух ветвей власти должны, по мнению "от­цов-основателей", свести к минимуму зависимость судей как от местных, так и от центральных властей. Этой же цели под­чинены конституционные нормы (разд. 1 ст. III Конституции) о недопустимости уменьшения жалованья судьям "конституци­онных" судов в период нахождения в должности, а также бес­срочное назначение этих судей ("пока их поведение остается безупречным"), По выражению Дж. Мэдисона, бессрочный характер назначения на судейскую должность "быстро иско­реняет чувство зависимости от тех, кем она пожалована"*. Смещение федерального судьи "конституционного" суда с дол­жности возможно лишь в случае добровольной отставки, смер­ти либо признания его виновным в порядке импичмента, а с 1937 г. также достижения судьей 70 лет, после чего он дол­жен подать в отставку, сохраняя за собой полное жалованье.

* Федералист. М., 1993. С. 346.

Члены судов "законодательных" (кроме магистратских) назначаются в том же порядке, но на определенный срок. Например, судьи Апелляционного суда США по федерально­му округу Колумбия — на 15 лет с правом повторного назна­чения. Магистраты, работающие при окружных федеральных судах, назначаются на свои должности этими судами на восьми­летний срок либо на четыре года, если они исполняют свои обязанности по совместительству.

§ 6. Политико-территориальное устройство США.

Организация власти в штатах и иных территориальных образованиях

1. Американский федерализм

Конституция 1787 г. преобразовала, как отмечалось, Со­единенные Штаты из конфедерации в федерацию. Первона­чально федеративный Союз насчитывал в своем составе 13 штатов, причем территория США охватывала тогда только восточное побережье центральной части Северной Америки площадью 1,1 млн. кв. км с населением 2,3 млн. человек. Одна­ко после образования США их территория расширялась дос­таточно быстро. В 1803 г. США купили у Франции Западную Луизиану, в результате чего территория государства сразу увеличилась приблизительно в два раза; впоследствии "Луизианская покупка" была территориально разделена на 13 шта­тов. В 1819 г. Соединенные Штаты вынудили Испанию уступить им Флориду. В 1845 г. в Союз был принят Техас, за девять лет до этого вышедший из состава Мексики. В 1848 г. в результате войны с Мексикой от нее были отторгнуты и присоединены к США огромные территории, включающие нынешние Калифорнию, Аризону, Колорадо и Нью-Мексико. В 1867 г. у России были куплены Аляска (ныне самый большой по территории штат) и Алеутские острова. В 1893 г. под предлогом "наведения порядка" Соединенными Штатами были захвачены Гавайские острова.

Параллельно шел процесс колонизации и присоединения западных земель. Увеличение числа штатов происходило так­же за счет разделения существовавших штатов и повышения до уровня штатов статуса территориальных владений. Так, в 1959 г. в штаты были преобразованы Гавайи и Аляска, которые до этого имели статус территорий США. В результате число штатов увеличилось до 50, население — приблизительно до 250 млн. человек (т. е. более чем в 100 раз), а территория — примерно до 9,4 млн. кв. км (почти в 9 раз).

В Конституции и законодательстве США отсутствуют под­робные нормы о порядке образования новых штатов. Лишь в разд. 3 ст., IV Конституции США сказано, что Конгресс может принимать в Союз новые штаты. Согласно обычаю, решение об этом в каждом конкретном случае принимается в форме совместной резолюции палат Конгресса. В то же время Кон­ституция там же не допускает формирования или учреждения новых штатов в пределах юрисдикции любого другого штата, то есть гарантирует территориальную целостность штатов. Так­же запрещено создание нового штата путем слияния двух или более штатов либо их частей без согласия легислатур (зако­нодательных собраний) затрагиваемых штатов и Конгресса.

Вместе с тем американские штаты, как и субъекты фе­дерации в других странах, являются лишь государствоподобными образованиями, не обладая статусом суверенного госу­дарства. Это проявляется в том, что Конституция и законы Союза обладают верховенством в любом штате, территория штатов является составной частью территории США, штаты не вправе устанавливать таможенные и иные сборы и пошли­ны на своих границах, а также в одностороннем порядке вый­ти из состава США. Тем самым Конституция США гарантирует государственную целостность Союза.

Американский федерализм основан на принципе равно­правия штатов. Все они обладают одинаковым набором госу­дарственно-правовых признаков и правомочий. Союз не впра­ве устанавливать преимущества одним штатам в ущерб дру­гим (разд. 9 ст. I Конституции США). Штаты имеют одинаковое представительство в Сенате и пропорциональное численности населения в Палате представителей, участвуют в ратифика­ции поправок к Конституции США и избрании Президента.

Однако в составе США, а также под их управлением имеются иные территориальные образования, статус которых существенно отличается от статуса штатов. Речь идет о феде­ральном округе Колумбия, а также о зависимых территори­ях, которые, впрочем, в Конституции США именуются просто территориями (разд. 3 ст. IV).

В американском государстве имеется территориальная единица, которая не входит в состав ни одного штата, но и сама статусом штата не обладает. Это федеральный округ Колумбия — местопребывание правительства США, столица государства. "Отцы-основатели" полагали, что местонахожде­ние федеральных органов государственной власти не должно находиться в пределах какого-либо штата, чтобы исключить вероятность их зависимости от властей штата (разд. 8 ст. I Конституции). С этой целью в 1790 г. штаты Мэриленд и Вир­гиния уступили часть своей территории, на которой и образо­вался федеральный округ Колумбия. В его пределах специаль­но как столица был построен город Вашингтон, куда в 1800 г. переехало правительство из Филадельфии. Конституция пре­доставила Конгрессу исключительные законодательные полно­мочия в отношении федерального округа Колумбия. Жители Вашингтона наделены правом самоуправления. Они избирают городской совет и мэра города. Конгресс вправе отменить лю­бое решение городского совета и мэра. В 1961 г. XXIII поправ­ка предоставила жителям столицы право избирать трех выбор­щиков на президентских выборах, однако в Конгрессе феде­ральный округ представительства так и не имеет. В 1970 г. специальным актом Конгресса избирателям федерального ок­руга было дано право избирать одного делегата с правом со­вещательного голоса в Палату представителей.

О зависимых территориях см. ниже — п. 5.

Разграничение компетенции между Союзом и штатами проводится Конституцией США, исходя из концеп­ции "дуалистического федерализма", предполагающей, что и Союз в целом, и его субъекты обладают собственными полно­мочиями, в рамках которых они полностью самостоятельны. Разделение полномочий Союза и штатов Конституция проводит применительно к законодательной сфере (разд. 8 ст. I), т. е. компетенция Конгресса США очерчивает одновременно круг предметов ведения Союза, перечень которых является в прин­ципе исчерпывающим и образует исключительную сферу со­юзного ведения. Штатам же принадлежит остаточная сфера ведения, что вытекает из смысла X поправки к Конституции.

Большая часть исключительных прав Союза уже изложе­на выше в связи с характеристикой конституционного статуса Конгресса. Необходимо разве что добавить право "принимать в Союз новые штаты" (разд. 3 ст. IV). Среди остаточных полно­мочий штатов наиболее важными являются регулирование и проведение выборов, в том числе в большой мере федераль­ных, регулирование внутриштатной торговли (коммерческих отношений), установление системы политико-административ­ного деления и органов местного самоуправления, судебной системы штата, организация здравоохранения, охрана общественного порядка, принятие, изменение и отмена конститу­ции и законов соответствующего штата.

Однако конституционное разграничение полномочий феде­рации и штатов посредством использования исключительной и остаточной компетенции — это лишь самая общая схема, коррек­тируемая некоторыми положениями самой Конституции. Во-пер­вых, исчерпывающий характер перечня полномочий Союза се­рьезно колеблет концепция так называемых подразумеваемых полномочий. Во-вторых, разграничение компетенции между Со­юзом и штатами с помощью исключительных и остаточных пол­номочий дополняется целой системой конституционных запретов, одни из которых адресованы только Союзу, другие — только штатам, третьи — как Союзу, так и штатам (разд. 9 и 10 ст. I).

Запреты, адресованные Союзу в лице Конгресса США, уже перечислялись. Штаты же не могут заключать междуна­родные договоры, вступать в международные организации, выдавать свидетельства на каперство и репрессалии, произво­дить денежную эмиссию, содержать войска или военные суды в мирное время, а также вступать в военные действия, за исключением случаев вторжения в штат или существования неотвратимой опасности такого вторжения, облагать импорт и экспорт таможенными сборами и пошлинами. Кроме того, как Союз, так и штаты не вправе издавать билли об опале, законы ex post facto, жаловать дворянские титулы, приостанавливать действие хабеас корпус.

Необходимо отметить, что Верховный суд США многими своими решениями и доктринами способствовал существенно­му расширению компетенции Союза по сравнению с тем, что можно было бы вычитать из текста Конституции США и по­зднейших поправок к ней. Так, в соответствии с сформулиро­ванной им доктриной "присущих" (inherent) центральной вла­сти полномочий на федеральном уровне должны решаться все вопросы, которые "неотделимы от самого понятия суверени­тета". Особое значение для расширения дискреционной влас­ти федерального правительства имеет доктрина междуштатной торговли, выработанная Верховным судом еще в 1824 г. в ре­шении по делу Гиббсон против Огдена и развитая в целом ряде последующих решений. Согласно этой доктрине компе­тенция федерации охватывает любые вопросы, связанные с движением товаров за пределы одного штата и требующие единого правового регулирования* .

* См.: Лафитский В. И. США: конституционный строй и роль штатов в структуре американского федерализма. М., 1993. С. 44—47.

Наряду с прямо указанными в Конституции ограничени­ями полномочий федерации и штатов существует еще одно, вытекающее из X поправки. Согласно ей остаточные полномо­чия принадлежат не только штатам, но и народу. Термин "народ" означает здесь совокупность людей, из чего следует признание естественного характера их прав и недопустимость нарушения этих прав федерацией или штатами*.

* См.: Black's Law Dictionary. 3rd ed. St. Paul, Minn, 1933. P. 1347.

С учетом указанных факторов в настоящее время сложи­лась следующая система размежевания "сфер влияния" в нормотворчестве Союза и штатов. Федеральное законодательство и прецедентное право имеют особо важное значение для ре­гулирования вопросов экономики, финансов, обороны, трудо­вых отношений, охраны природы, таможенных правил, тор­говли между штатами, авторских прав, патентных отношений и некоторых других. В сферах же уголовного, судебного, изби­рательного, большей части гражданского права, регулирования систем здравоохранения, образования, социального обеспечения действуют по большей части нормы законодательства и судеб­ных прецедентов штатов.

Помимо наличия собственной компетенции по вопросам правового регулирования, штаты обладают еще целым рядом признаков, характеризующих их как государствоподобные образования. Это наличие собственной территории, конститу­ции и законодательства, гражданства, налогов, наконец, соб­ственной системы органов государственной власти, включая судебную систему.

2. Органы власти штатов

Форма правления и государственный режим в штатах аналогичны союзным. США гарантируют каждому штату рес­публиканскую форму правления и защищают их от внешних вторжений, а по просьбе легислатуры или исполнительной власти, если легислатура не может быть созвана, — и от внутренних насилий (разд. 4 ст. IV Конституции).

В каждом штате имеется парламент. В Конституции США парламенты штатов обобщенно именуются легислатурами, а в конституциях самих штатов их официальные названия различ­ны: например, в Орегоне — Законодательное собрание, в Массачусетсе — Генеральное собрание и т. д.

Легислатуры всех штатов, кроме Небраски, — двухпалат­ные (в упомянутом штате — однопалатная). Палаты называют­ся так же, как и на федеральном уровне. Они создаются на основе всеобщих, равных, прямых выборов на срок от двух до четырех лет. Законодательная процедура, как и в Конгрессе, весьма сложная. Правом законодательной инициативы обладают члены легислатур и в 21 штате — также избиратели. Больши­ми правами наделены спикеры нижних и председатели верх­них палат. Практически судьба законопроекта решается в ко­митетах палат. Закон принимается обеими палатами, после чего передается на подпись губернатору.

Главами штатов являются губернаторы, избираемые на основе всеобщих, равных, прямых выборов на два-четыре года (в Миссисипи губернатор избирается выборщиками). Полномо­чия губернаторов систематически расширяются. Губернаторы непосредственно руководят всей исполнительно-распоряди­тельной деятельностью органов штатов: издают нормативные акты и распоряжения, следят за исполнением законов, назна­чают и смещают невыборных чиновников, под их руководством составляются проекты бюджетов штатов. Губернаторы являют­ся главнокомандующими национальной гвардией, пользуются правом помилования. В 36 штатах при губернаторах действу­ют кабинеты. Губернаторы обладают значительными полномо­чиями в отношении законодательных органов штатов: созывают легислатуры на специальные сессии, направляют им послания и доклады о положении дел в штатах, наделены правом отла­гательного вето на законы, одобренные легислатурами (исклю­чение — Северная Каролина), причем в большинстве штатов это может носить как тотальный, так и выборочный характер. Во всех штатах (кроме Орегона) конституции предусматрива­ют возможность смещения губернаторов с должности в поряд­ке импичмента, а в 12 штатах допускается досрочный отзыв губернатора голосованием избирателей. В 45 штатах существу­ют должности заместителей губернаторов (лейтенант-губерна­торов), которые избираются вместе с губернаторами и пред­седательствуют в сенатах легислатур штатов.

Судебные системы штатов чрезвычайно разнообразны: не найдется и двух штатов с одинаковыми системами судов. Вме­сте с тем можно выделить их некоторые общие черты.

Подобно федеральной судебной системе в каждом штате имеются суды общей и специальной юрисдикции, а также магистраты. Система судов общей юрисдикции является двух- или трехуровневой: некоторые штаты имеют суды первой и высшей судебных инстанций (Айдахо, Род-Айленд и др.), в других штатах действует и промежуточное звено, выступаю­щее в качестве апелляционной инстанции (например, в Кали­форнии). Число "этажей" судебной системы того или иного штата зависит прежде всего от численности его населения и соответственно объема рассматриваемых и обжалуемых дел.

Суды первой инстанции чаще всего именуются окружны­ми судами штатов (однако в штате Нью-Йорк это — верхов­ные суды, в Калифорнии — высшие). Юрисдикция этих судов весьма широка. В области уголовного судопроизводства они обладают исключительными полномочиями рассматривать дела по обвинению в совершении любого преступления, ответствен­ность за которое установлена законами данного штата. В граж­данско-правовой сфере суды штата обязаны принимать к своему производству иски по месту нахождения ответчика, причем даже в тех случаях, когда соответствующие отношения регулируют­ся законодательством Союза или других штатов (с последую­щей передачей дела в суд соответствующего штата либо фе­деральный окружной суд, если этого потребует ответчик или дело относится к исключительной юрисдикции федеральных судов). Кроме того, низовые суды общей юрисдикции рассмат­ривают жалобы на решения магистратов и мировых судей.

Суды промежуточной, или апелляционной, юрисдикции созданы в ряде штатов для рассмотрения жалоб на приговоры и решения судов первой инстанции и других судебных и квазисудебных органов. Они имеют различные наименования, но чаще всего называются апелляционными судами. При этом в некоторых штатах созданы апелляционные суды отдельно по гражданским и уголовным делам, в других — суды промежуточной инстанции функционируют на правах апелляционных отделений Верховного суда США.

В состав апелляционных судов штатов входят от 10 до 50 судей. Слушание дел обычно проводят коллегии из трех судей. В некоторых штатах суды промежуточного звена осуществляют функции не только апелляционной, но и первой инстанции, рассматривая определенные категории наиболее серьезных гражданских и уголовных дел (например, о преступлениях за которые может быть назначено наказание в виде лишении свободы на срок свыше пяти лет).

Наконец, суды, возглавляющие судебные системы шта­тов, чаще всего называются верховными, но в ряде штатов они именуются по-другому, например апелляционными. Состоят они из 5—9 судей, один из которых назначается (как пра­вило, губернатором) главным судьей. Основная функция судов штатов данного уровня заключается в рассмотрении апелляци­онных жалоб на решения и приговоры нижестоящих судов. Как правило, в тех штатах, где судебная система является трехзвенной, высшие суды рассматривают жалобы только по воп­росам права, но не факта, принимая их к разбирательству исключительно по своему усмотрению, кроме апелляций на приговоры к смертной казни, которые подлежат обязательно­му рассмотрению высшей судебной инстанцией штата. В шта­тах с двухуровневой системой судов верховные суды обязаны разрешать все без исключения жалобы, поступающие к ним.

В качестве суда первой инстанции высший суд штата чаще всего рассматривает жалобы на незаконное содержание под стражей (в порядке хабеас корпус), а также наиболее сложные гражданские и уголовные дела.

Высшим судам штатов принадлежит важная роль в осуще­ствлении конституционного контроля (причем на предмет со­ответствия правовых актов штата не только его собственной конституции, но и Конституции США), а также толкования положений конституции и законодательства данного штата.

Помимо названных звеньев системы судов общей юрис­дикции в каждом штате имеются суды магистратов, рассмат­ривающие дела о малозначительных преступлениях, наказы­ваемых штрафами либо краткосрочным лишением свободы, а также гражданские дела с небольшой ценой иска (чаще все­го до 1 тыс. долл.). Они называются по-разному в различных штатах: муниципальные, городские, полицейские суды, суды графств, суды общих сессий и т. д. Дела в них слушают маги­страты или мировые судьи, не обязательно обладающие юри­дической подготовкой.

Во многих штатах действуют также суды специальной юрисдикции — либо самостоятельно, либо при окружных су­дах. Это суды по налогам, земельным, семейным спорам, по делам о наследовании, по претензиям к властям штатов, по рассмотрению дел о преступлениях несовершеннолетних.

Замещение судебных должностей в штатах осуществляет­ся по-разному. Судьи высших и апелляционных судебных ин­станций в большинстве штатов назначаются губернаторами с согласия верхней палаты легислатуры на срок 6—15 лет, при­чем часто с правом повторного назначения. В таком же порядке в некоторых штатах занимают должности и судьи низовых судов. Однако в 29 штатах судьи этих судов избираются населением. В некоторых штатах выборность распространяется и на судей апелляционных и высших судов. В двух штатах судьи избираются легислатурой.

Выборность судей штатов имеет исторические истоки в том времени, когда местное население стремилось обеспечить их независимость от английского правительства. Эта задача в период борьбы за независимость стояла гораздо более остро, нежели деполитизация судов. В настоящее время такая выбор­ность сохраняется как историческая традиция. Однако на прак­тике выборы судей давно уже не имеют столь принципиаль­ного отличия от назначения, как это может показаться на первый взгляд. Во-первых, избрание осуществляется на доста­точно длительный срок (в среднем на 10 лет). Во-вторых, вы­боры судей далеко не столь политизированы и эмоционально окрашены, как парламентские или губернаторские, а тем более президентские: избрание судей проходит, как правило, безаль­тернативно, причем единственной кандидатурой является в подавляющем большинстве случаев действующий судья, кото­рый почти никогда не проигрывает. Выборы судей проводятся либо по мажоритарной избирательной системе относительного большинства (в 16 штатах), либо по пропорциональной систе­ме с использованием партийных списков (в 13 штатах).

С конца 60-х гг. в штатах появляется институт омбудсмана. Этот институт на федеральном уровне отсутствует, хотя пред­ложения и билли о его учреждении вносились в Конгресс не раз*. Возражения против его использования в общенациональном масштабе сводятся к тому, что при президентской республике он якобы не имеет смысла, поскольку не существует политического парламентского контроля за исполнительной властью, что он неэффективен в условиях двухпартийности и огромных масштабов территории и населения, которыми США отличаются от европейских стран.

* См.: Бойцова В. В. Служба защиты прав человека и гражданина. Миро­вой опыт. М., 1996. С. 280—290.

В настоящее время омбудсманы "общей компетенции" действуют в 12 штатах, причем в большинстве из них эти дол­жностные лица официально именуются именно омбудсманами. В некоторых штатах они имеют другие наименования: Публич­ный советник (Небраска), Публичный адвокат (Нью-Джерси, Монтана), Помощник граждан (Айова). Кроме того, в ряде штатов действуют специализированные (тюремные, больнич­ные, университетские) и местные (городские) омбудсманы. Собственные омбудсманы действуют также в зависимых тер­риториях — Пуэрто-Рико и Гуам.

В большинстве штатов, имеющих омбудсманов в систе­ме своих органов власти, эти должностные лица назначают­ся губернатором. Лишь в Небраске, Айове, на Аляске и Га­вайях омбудсманы получают полномочия от легислатуры штата. В первом случае назначение осуществляется на неопределенное время, во втором — на срок, фиксированный в законе (в большинстве штатов 5—6 лет) с правом повторного назначения. Сместить омбудсмана может соответственно либо легислатура штата большинством голосов, либо глава исполнительной вла­сти только в строго определенных законом случаях, например при небрежном выполнении функций, совершении неправо­мерных действий, недееспособности.

Омбудсман штата рассматривает жалобы граждан на дей­ствия административных органов, нарушающие их права. К та­ким действиям относятся неразумные, несправедливые, диск­риминационные, неэффективные. Жалобы подаются гражда­нами непосредственно в службу омбудсмана. Причем почти во всех штатах большая часть жалоб поступает по телефону (на Гавайях — около 90%). В некоторых штатах омбудсман может начать производство не только по жалобе, но и по собствен­ной инициативе.

Юрисдикция омбудсманов, как правило, не распространя­ется на легислатуры, суды, губернаторов, мэров, а в некото­рых штатах — также на органы местного самоуправления. Омбудсман вправе производить расследование поступивших к нему жалоб; вызывать и опрашивать для этого любое лицо по вопросам, относящимся к расследованию; требовать документы и предметы, если это необходимо для целей расследования. Впрочем, в ряде штатов из тех, в которых омбудсман назна­чается губернатором, он не имеет указанных прав. Однако в любом случае омбудсман пользуется правом на безотлагатель­ный прием должностными лицами, которые обязаны отвечать на запросы омбудсмана.

По результатам расследования омбудсман представляет соответствующему органу или должностному лицу свои реко­мендации. В установленные сроки на рекомендации должен быть дан ответ, в котором сообщено о мерах, принятых для выполнения рекомендаций. Если рекомендации отклонены, омбудсман докладывает о результатах своего расследования легислатуре или губернатору соответственно. Законодательство некоторых штатов предусматривает ежегодные доклады омбудсмана легислатуре, в которых характеризуется положение с правами человека в штате и даются рекомендации относи­тельно совершенствования законодательства в этой сфере. Доклады публикуются в официальном издании легислатуры.

Специализированные омбудсманы — это прежде всего наиболее распространенные тюремные и университетские (действуют в более чем 100 университетах страны), а также "социальные": больничные и по делам престарелых граждан, школьные. Они учреждены для рассмотрения и предания глас­ности фактов нарушения прав человека соответствующими органами и учреждениями. В одних штатах они ответственны перед легислатурой, в других — перед губернатором, в тре­тьих — перед соответствующим ведомством исполнительной власти штата, а в отдельных штатах — перед благотворитель­ными организациями, которыми они назначаются и смещаются с должности (в случаях совершения указанных в законе нару­шений), то есть имеют негосударственный характер.

3. Политико-территориальное устройство штатов

США — одно из немногих государств, образовавшихся "сни­зу": первые колонисты селились небольшими общинами. Посте­пенно происходил процесс объединения общин в более крупные территориальные образования — поселки, города, графства — с целью совместного решения проблем и рационализации управ­ления. Таким образом, как отмечал Алексис де Токвиль, "община была образована раньше, чем графство, графство появилось прежде штата, а штат — прежде, чем вся конфедерация"*. По­этому местное самоуправление и децентрализация власти оказа­лись в США изначально сильными и прочными.

* Де Токвиль А. Демократия в Америке. М., 1992. С. 51.

Система политико-административного деления штатов ус­танавливается их конституциями. Основными видами политико-административных единиц являются графства (их более 3 тыс.), муниципалитеты — собирательное наименование инкорпори­рованных (см., ниже п. 4) поселений: большой город (сити), го­род (таун), поселок (бороу), село (вилидж), которых в сово­купности насчитывается более 19 тыс., тауншипы — объеди­нения нескольких малых сельских поселений (около 17 тыс.). Кроме того, имеется около 33 тыс. специальных администра­тивного характера округов, в числе которых примерно 14,5 тыс. школьных*.

* См.: Statistical Abstract of the U.S. 1994. Wash., 1995. P. 295.

Штаты (кроме Аляски, Коннектикута и Род-Айленда) не­посредственно подразделяются на графства. Значительное большинство других местных единиц входит в состав графств, хотя некоторые крупные города сами подразделяются на граф­ства, например город Нью-Йорк состоит из пяти внутригород­ских графств. В целом по стране на их территории проживает около 89% населения. По размерам территории, численности населения и формам управления графства представляют собой чрезвычайно пеструю картину. Около 60% из них имеют ме­нее 25 тыс. жителей, в то же время в 0,3% графств прожива­ют 43,5% общего числа жителей всех графств*. В южных шта­тах графства играют существенную роль в управлении, в се­верных же они сохранились в основном как территориальные ячейки для осуществления функций юстиции.

* См.: Барабашев Г. В. Указ. соч. С. 33.

Муниципальные корпорации представляют собой важней­шую группу единиц местного самоуправления. В них прожива­ют 2/3 населения страны. Различия между территориальными единицами внутри этого клана особенно велики. Свыше поло­вины муниципальных корпораций имеет менее 1 тыс. жителей, а в 130 крупных городах страны проживает около четверти всего населения США. Однако статус муниципальных корпо­раций уравнивает их в правах. Большинство муниципальных корпораций входит в состав графств. 36 городов выделены из графств (это аналог английских метрополитенских графств) — их органы осуществляют функции, свойственные и муници­пальным корпорациям, и графствам.

В 21 штате (в основном на севере и северо-востоке страны) имеются тауншипы и приравненные к ним единицы, образо­ванные в сельской местности. Не будучи инкорпорированны­ми единицами, они рассматриваются судами как квазикорпо­рации, уступая по объему функций муниципальным корпора­циям.

Наконец, более половины всех местных единиц в США со­ставляют специальные округа, которые образуются либо феде­ральной властью, либо штатами, либо совместно нескольки­ми графствами или (и) городами, либо отдельными графства­ми или городами.

4. Местное самоуправление

Поскольку с образованием единого государства и приня­тием Конституции и Билля о правах, сформулировавшего принцип остаточной компетенции штатов, вопросы организа­ции местного самоуправления оказались в ведении штатов данный институт в доктрине и законодательстве стал считать­ся производным от власти штатов, в связи с чем определение статуса институтов местного управления осуществляется на основе уже знакомой читателю доктрины "ultra vires".

Наибольший объем правового регулирования местного самоуправления приходится на штаты. К его источникам отно­сятся конституции штатов (некоторые из них провозглашают право населения на местное самоуправление), акты их легис­латур (прежде всего муниципальные кодексы, принятые во многих штатах), акты исполнительной власти штата (губерна­торов, департаментов, иных ведомств), принимаемые в поряд­ке делегированного законодательства и посвященные различ­ным сферам управления.

Правотворчество штатов в сфере местного самоуправле­ния дополняется федеральным — по вопросам, затрагиваю­щим "существенный общефедеральный интерес", а также метстным.

При этом нормотворческие полномочия муниципальных органов трактуются как переданные им штатами и осуще­ствляемые этими органами в качестве агентов штатов. Мест­ное правотворчество осуществляется прежде всего путем принятия конкретной политико-административной единицей собственной хартии самоуправления (Home Rule Charter). Право на такую хартию устанавливается конституциями 44 штатов. Однако данным правом обладают не все местные еди­ницы, а лишь те, которые признаны инкорпорированными, то есть получили статус "муниципальных корпораций". В ряде штатов такой статус имеют только города, численность насе­ления которых превышает определенный минимум (например, в Аризоне — 3,5 тыс. человек, в Техасе — 5 тыс.). В некото­рых штатах хартии самоуправления предусмотрены помимо городов также для графств и тауншипов. Хартии не должны противоречить федеральным Конституции и законодательству, а также конституции и законам соответствующего штата. Обычно хартии принимаются на местных референдумах. В некоторых штатах они подлежат последующему утверждению легислатурой штата. Содержание хартий включает вопросы организации власти в соответствующей единице, порядок фор­мирования органов местного самоуправления и их аппарата, статуса советника (депутата), осуществления гражданской ини­циативы и референдума.

Судебные прецеденты как источники муниципального права в США, с одной стороны, формулируют гарантии прав местного самоуправления, а с другой — являются важным элементом в механизме контроля за ним со стороны прави­тельства штатов на основе использования доктрины "ultra vires".

Наконец, именно в силу решающей роли данной доктри­ны для определения статуса местного самоуправления обычай как источник муниципального права не получил в США широ­кого распространения.

Компетенция территориальных единиц местного самоуп­равления базируется, как уже указывалось, на доктрине "ultra vires", предполагающей исключительно позитивную регламен­тацию полномочий.

Полномочия единиц местного самоуправления охватывают несколько сфер. Более всего местные власти занимаются воп­росами социального обслуживания: школьным образованием, библиотечным делом, социальным обеспечением, благоустрой­ством, организацией мест отдыха, контроля за качеством то­варов. Второе место по объему функций органов местного самоуправления занимают вопросы административно-управлен­ческие: обеспечение правопорядка (управление полицией), правосудия и противопожарной безопасности, сбор налогов, проведение выборов, запись актов гражданского состояния. В меньшей степени органы местного самоуправления занима­ются экономическими вопросами. Они руководят принадлежа­щими им предприятиями и службами, управляют своим иму­ществом, а также косвенно регулируют деятельность частных предприятий, осуществляют строительство муниципального жилья, устанавливают ставки арендной платы и т. п.

Своеобразная черта муниципальной системы США — от­сутствие четкого разграничения компетенции между полити­ко-административными единицами различных уровней. В ка­честве общей тенденции можно отметить расширение прав крупных муниципалитетов.

В рамках специальных округов решаются многие отрасле­вые вопросы: водоснабжение, очистка, пожарная охрана, са­нитарный надзор, организация судов и полиции.

Полномочия самоуправляющихся местных сообществ осу­ществляются через институты непосредственной демократии (выборы, референдумы, общие собрания жителей, народная инициатива), а также через представительные, исполнительные и иные органы местного самоуправления. Статус и соот­ношение указанных институтов в различных политико-адми­нистративных единицах неодинаковы. В большинстве из них преобладают представительные выборные коллегиальные ор­ганы, именуемые советами (иногда — комитетами). Однако организация советов графств и специальных округов строится при заметном ограничении принципа выборности. Так, в неко­торых графствах (их около 1/4) советы (комитеты) формиру­ются не путем прямых выборов, а иными способами. Например, в одних графствах они состоят из выборных представителей входящих в графство муниципалитетов и (или) тауншипов, в других — из судьи графства как председателя и мировых судей в качестве членов, в третьих судья графства по должности может являться председателем совета графства, члены кото­рого избираются населением. Назначение, должностной прин­цип и двустепенные выборы используются в США и для фор­мирования советов некоторых специальных округов, хотя по большей части они в настоящее время являются избираемы­ми. Непосредственно избираемые советы графств и округов чаще всего именуются советами комиссаров, а остальные — советами контролеров.

Во всех муниципальных, корпорациях действуют советы, избираемые прямыми выборами. В тауншипах и таунах, не имеющих статуса муниципальных корпораций, основные воп­росы управления решаются в зависимости от численности их населения либо выборными советами, либо общими собрани­ями жителей (таун-митингами), собирающимися один раз в год и решающими вопросы принятия местного бюджета, на­значения должностных лиц исполнительного аппарата и неко­торые другие.

В большинстве штатов местные советы однопалатны. Они довольно малочисленны — обычно 5—7 членов. В самых круп­ных городах наиболее распространены советы из 9 выборных (хотя крупнейший в США городской совет — чикагский — со­стоит из 50 членов). Советы графств, как правило, насчитыва­ют 3—5 членов, но иногда встречаются и весьма многочислен­ные советы: 30, 50 и более членов. Советы специальных окру­гов имеют обычно от 3 до 7 членов.

Сроки полномочий различных советов (и советников) так­же неодинаковы. Большинство советов городов и графств об­новляются по частям. В крупных городах срок полномочий советников составляет чаще всего четыре года, хотя в некоторых из них — два и три года. В графствах большинство со­ветников также избирается на четыре года, при минимальной продолжительности срока их полномочий один год и макси­мальной — 8 лет (впрочем, таких советов немного).

Статус члена совета характеризуется свободным манда­том. Однако примерно в половине штатов указание об этом в конституциях и хартиях местного самоуправления сочетается с возможностью отзыва. Он может быть применен не только в отношении членов советов, но и выборных чиновников, а иногда и назначаемых должностных лиц. На практике отзыв применяется редко. Во многом это объясняется чрезвычайно жесткими требованиями, установленными для процедуры воз­буждения вопроса об отзыве. Это осуществляется в петицион­ной форме. Петиция требует подписей 15, 25 или даже 55% избирателей*. Только если инициативной группе удастся их собрать, назначается тайное голосование об отзыве.

* См.: Барабашев Г. В. Указ. соч. С. 80.

Вопрос об оплате труда советников решается в различ­ных политико-административных единицах по-разному. При­мерно 1/5 хартий городов не предусматривает оплаты труда советников. В большинстве других городов размер их жалова­нья столь низок, что даже не покрывает расходов советников, связанных с муниципальной деятельностью. Исключение со­ставляют крупные и средние города, где комиссары получа­ют вознаграждение как главы департаментов, так как осуще­ствляют административную деятельность на постоянной основе. Оплачиваемым является и труд советников в некоторых круп­нейших городах независимо от формы их управления. В любом случае их статус считается совместимым с занятием трудовой и коммерческой деятельностью. Советникам возмещаются фи­нансовые затраты, связанные с осуществлением их функций.

Институт комитетов (комиссий) местных советов не полу­чил в США в отличие от многих других стран широкого распространения. Они образуются лишь в советах со "слабыми" мэрами.

Организация местного самоуправления в Америке отли­чается от большинства государств еще и значительным влия­нием партий на его органы. Строго партийный характер но­сят выборы, соответственно и решения часто фактически при­нимаются партийным большинством совета. В крупных городах господствующие позиции чаще принадлежат демократам (благодаря поддержке профсоюзов и негритянского движения). Влияние республиканцев доминирует в сельских местностях и богатых пригородах. В отдельных местных единицах существуют более или менее стабильные локальные политические партии.

Представительные органы (в малонаселенных таунах и тауншипах — собрания жителей) призваны играть наиболее значимую роль в реализации функций местного самоуправле­ния. Их полномочия включают нормативное регулирование и решение основных вопросов управления в рамках соответству­ющего территориального образования. Однако реальная роль выборных органов зависит от их соотношения с высшими дол­жностными лицами местного самоуправления и его исполни­тельного аппарата в целом. Такое соотношение определяется системой местного самоуправления, сложившейся в той или иной местной единице. Наиболее распространенными являются в США три таких системы: совет — мэр (председатель сове­та в квазикорпорациях), совет — управляющий и комиссион­ная система.

Система совет — мэр характеризуется наличием выбор­ного главы местного представительного органа. Она, в свою очередь, распадается на несколько разновидностей. Наиболее распространенные из них — это сильный совет — слабый мэр (председатель совета) и, наоборот, сильный мэр (председатель совета) — слабый совет.

Система сильный совет — слабый мэр является старейшей по времени возникновения и означает фактическое доминиро­вание совета над исполнительным аппаратом. Мэр города либо председатель совета графства, тауна или тауншипа избирается самим советом из своего состава. Данная система характеризу­ется сосредоточением в ведении муниципального совета не только полномочий по регулированию, общему руководству и контролю за деятельностью исполнительного аппарата, но и большого объема прав в сфере текущего управления. За мэ­ром же закрепляются в основном представительские и техни­ко-организационные функции. Данная система была наиболее распространена в США до начала XX в. В настоящее время она существует в немногочисленных поселениях (в 2/3 городов с населением 5—10 тыс. человек), а также в нескольких круп­ных городах страны (например, Атланте, Провиденсе, Чика­го, Лос-Анджелесе).

В большинстве же городов в настоящее время преоблада­ет система сильный мэр — слабый совет. В ее рамках мэр, как и совет, непосредственно избирается населением на два-че­тыре года, возглавляет исполнительный аппарат, назначая и освобождая от должности руководителей его отраслевых и функциональных подразделений, причем без последующего одобрения совета, руководит деятельностью подразделений аппарата, координирует ее, наконец, обладает правом отла­гательного вето на акты, принятые советом. Сам совет является фактически второстепенным элементом механизма местного самоуправления, давая критическую оценку, а чаще всего ме­ханически одобряя проекты, исходящие от исполнительного аппарата. Данная система утвердилась в большинстве крупных городов страны, а также все большее распространение приоб­ретает в графствах, тауншипах и таунах. Эта модель аналогична форме правления в Союзе и штатах.

Однако во многих городах действует третья модель сис­темы совет — мэр, а точнее председатель совета. Для нее характерен тип слабого председателя, однако и совет сильным назвать нельзя: главы исполнительных органов местной влас­ти специальной компетенции выборные и относительно неза­висимы от советов, от их председателей, которые не имеют даже координационных полномочий.

Вторая система организации местного самоуправления совет — управляющий получила наибольшее распространение в средних городах, а в последние десятилетия — также в таунах Новой Англии. Увеличивается и число графств, ее использующих. Возрастающая популярность данной системы объясняется усилением необходимости профессионализации муниципального управления. Ее возникновение означает по сути использование в организации местного самоуправления управленческого опыта частных корпораций с их советами директоров и управляющими-менеджерами. Управляющие назначаются советом не из своего состава на 6—7 лет, но могут быть им отозваны досрочно. Это высокооплачиваемые профессионалы, рекрутируемые в основном из числа управ­ленцев чиновничьей или "деловой" среды. Статус управляюще­го аналогичен статусу сильного мэра в предыдущей системе муниципального управления. В рамках этой системы тоже имеется мэр, избираемый советом или населением, который, впрочем, практически полностью отстранен от исполнительной деятельности. За ним сохраняются только представительские функции и председательство на заседаниях совета.

Наконец, для третьей системы местного самоуправления в США — комиссионной — характерно полное слияние функций выборного совета и управления муниципальным аппаратом посредством образования советом комиссии, состоящей из со­ветников и действующей на постоянной основе. Члены комис­сии одновременно являются главами муниципальных департа­ментов. Данная система широкого распространения не получи­ла, она используется в небольшом числе средних городов.

Управление в специальных округах в основном сконцент­рировано в руках коллегиальных органов — выборных, назна­чаемых или сформированных по должностному принципу ок­ружных советов, которые через своих председателей или на­значаемых ими руководителей направляют работу аппарата — обычно небольшого — штатных служащих округа.

Помимо представительных и исполнительных органов ме­ханизм местного самоуправления включает еще ряд институ­тов. Местные омбудсманы, в основном городские, занимаются вопросами защиты бедных, потребителей, наемных работни­ков, безработных, иммигрантов.

Важным должностным лицом в графстве является шериф, обычно избираемый населением на два—четыре года. Он воз­главляет полицию графства, производит аресты, вызов в суд и т. п. В городах шерифы отсутствуют, их функции выполня­ют начальники департаментов полиции, назначаемые либо местной властью (мэрами, управляющими, советами — в за­висимости от системы местного самоуправления), либо испол­нительной властью штата. Надзор за соблюдением закона со­ставляет главную обязанность атторнеев графств и городов, которые тоже чаще всего избираются местным населением, но иногда назначаются мэрами или управляющими либо ат­торнеем штата или губернатором. Помимо осуществления над­зорной функции атторней занимается расследованием преступ­лений, представляет графство в суде. Расследование убийств производит коронер, обычно тоже избираемый населением.

Местное самоуправление в США построено по англосак­сонской модели. Но, как и в других странах, воспринявших данную модель, это не означает полной свободы местного са­моуправления от контроля со стороны государственной власти. Осуществляется он преимущественно органами исполнитель­ной власти штатов. С 60-х гг. XX в. в системе кабинета губер­наторов многих штатов стали создаваться специализирован­ные департаменты по вопросам местного самоуправления.

Контроль штатов за местным самоуправлением осуществ­ляется в основном в форме административного надзора. Опека в виде предварительного одобрения актов органов местного самоуправления главой соответствующего департамента штата, а также финансовых санкций за ненадлежащее использование субсидий и субвенций применяется лишь в рамках финансиро­вания штатом различных местных проектов. Проявлением опе­ки, очевидно, можно считать и необходимость согласия глав департаментов штата на назначение некоторых должностных лиц местного самоуправления.

На местное самоуправление посредством составления раз­личных программ в области местного планирования, жилищ­ного строительства, иных социальных, экономических, адми­нистративных мероприятий влияют в последние десятилетия не только штаты, но и федеральные органы. Юридически та­кие программы не обязательны для местных органов, они со­держат лишь рекомендации. Однако в зависимость от участия органов местного самоуправления в указанных программах ставится предоставление им финансовой и технической помо­щи, подкрепляющей программу.

Основные гарантии местного самоуправления — это про­возглашение права на него конституциями и законами штатов, предоставление территориальным единицам статуса муници­пальных корпораций, наличие у корпораций хартий местного самоуправления и иных актов локального регулирования, а также муниципального бюджета и собственности, наконец, право на судебную защиту.

5. Зависимые территории

Особый статус имеют так называемые "территории, при­надлежащие Соединенным Штатам" (разд. 3 ст. IV Конститу­ции). Первоначально этот термин имел в виду американские колонии. После распада колониальной системы им стали обо­значаться зависимые территории — малонаселенные острова в Атлантическом и Тихом океанах, сохранившие юридичес­кую зависимость от США. Зависимость проявляется в том, что "Конгресс вправе распоряжаться территорией... и издавать в связи с этим все необходимые правила и постановления", то есть принимаемые американским парламентом законы обяза­тельны для населения зависимых территорий, хотя оно не участвует в выборах членов палат Конгресса и Президента США.

К зависимым территориям США относятся Пуэрто-Рико, Гуам, Восточное Самоа, часть Виргинских островов и Микронезия, которую составляют ныне четыре государства: Феде­ративные Штаты Микронезии, Республика Маршалловы Ос­трова, Содружество Северных Марианских Островов и Рес­публика Палау. Все территории являются самоуправляемыми, т. е. в них действуют выборные законодательные органы, кото­рым Конгресс делегировал часть своих полномочий, сохранив за собой сферы обороны и внешней политики. Пуэрто-Рико и го­сударства Микронезии имеют статус "свободно ассоциирован­ных с США государств с правами самоуправления". В то же время Федеративные Штаты Микронезии, Республика Мар­шалловы Острова и Республика Палау состоят членами ООН; поэтому с юридической точки зрения зависимыми территори­ями их можно считать условно, учитывая фактические отно­шения.

Самой крупной из "территорий" является Пуэрто-Рико — владение США в Карибском море на одноименном острове и ряде мелких прилегающих островов. Здесь действует Консти­туция 1952 г. Верховная законодательная власть принадлежит Конгрессу США. В его нижней палате Пуэрто-Рико представ­лено комиссаром-резидентом с совещательным голосом. Зако­нодательная власть в рамках автономии Пуэрто-Рико осуще­ствляется двухпалатным Законодательным собранием (the Legislature). Его палаты — Палата представителей и Сенат — избираются непосредственно населением на четыре года. Ис­полнительная власть принадлежит Губернатору, также изби­раемому прямым голосованием на четыре года. Аналогичный статус и государственно-правовую организацию имеют прочие "территории" США. Следует отметить, что в Пуэрто-Рико и в государствах Микронезии проводились референдумы по воп­росу о перспективах взаимоотношений с США. Большинство населения высказалось за сохранение статуса "свободно при­соединившихся государств".

Контрольные вопросы и задания

1. Чем можно объяснить долгожительство Конституции США?

2. В чем состоят различия правового статуса урожденных и натурализованных граждан США?

3. Какой правовой институт, содержащийся в законода­тельстве о гражданстве Великобритании, аналогичен инсти­туту "американец, не имеющий гражданства США"?

4. Чем отличается "право почвы" в законодательстве США от аналогичного способа приобретения гражданства по рожде­нию в европейских странах? А в Великобритании?

5. Каково юридическое различие понятий "гражданин США" и "американец"?

6. Какое воплощение получил в Конституции США право­вой принцип: "разрешено все то, что не запрещено"?

7. Исследовав текст Конституции США 1787 г., попытай­тесь найти положения, на которые ссылаются сторонники и противники смертной казни для обоснования своей позиции. Чья аргументация вам кажется более убедительной с формаль­но-юридической точки зрения?

8. Как вы думаете, почему не была ратифицирована по­правка к Конституции США о равноправии мужчин и женщин?

9. В чем заключаются различия двух главных государствен­ных программ в сфере здравоохранения — Медикэр и Медикэйд?

10. Как вы думаете, почему число выборщиков Президен­та (и Вице-президента) США от федерального округа Колум­бия равно именно трем? Случайна ли эта цифра?

11. Каким образом механизм финансирования президент­ских выборов в США способствует сохранению двухпартийной системы?

12. Как вы оцениваете целесообразность заимствования нами института праймериз?

13. Какие юридические факты влекут в США вступление закона в силу?

14. Установите причинно-следственную связь между поня­тиями "карманное вето", "дисконтинуитет", "парламентское флибустьерство".

15. Поправка I к Конституции США установила, что Кон­гресс не может принимать законы, ограничивающие целый ряд прав человека. Почему в поправке установлен запрет толь­ко в отношении актов Конгресса? А Президент может издавать соответствующие акты? А суды? А органы государственной власти штатов? Ответ обоснуйте.

16. Чем отличается большое жюри от малого?

17. Чем американские магистраты отличаются от итальян­ских?

18. Почему полномочия Союза и штатов разграничены в США лишь в законодательной сфере?

19. Какие разновидности конституционного института тер­риторий существуют в США?

Литература

Абрамов Ю. К. Американская партийная модель // США: экономика, политика, идеология. 1992. № 5.

Американские президенты. 41 исторический портрет от Джорджа Вашингтона до Билла Клинтона. Ростов н/Д; М.: Феникс—Зевс, 1997.

Верховенство права. М.: Прогресс-Универс, 1992.

Егоров С. А. Конституционализм в США: политико-право­вые аспекты. М.: Наука, 1993.

Егоров С. А. Современная наука конституционного права США. М.: Наука, 1987.

Жидков О. А. Верховный Суд США: право и политика. М.: Наука, 1985.

Зяблюк Н. Г. США. Лоббизм и политика. М.: Мысль, 1976.

Зяблюк Н. Г. Соединенные Штаты Америки: новый закон о лоббистской деятельности // Бизнес и политика. 1996. № 3.

Зяблюк Н. Г. Американские выборы: финансовый аспект // США: экономика, политика, идеология. 1998. № 7.

Лафитский В. И. США: конституционный строй и роль штатов в структуре американского федерализма. М.: Извес­тия, 1993.

Лафитский В. И. Основы конституционного строя США. М.: НОРМА, 1998.

Мишин А. А . Государственное право США. М.: Наука, 1976.

Мишин А. А. Принцип разделения властей в конституци­онном механизме США. М.: Наука, 1984.

Мишин А. А., Власихин В. А. Конституция США. Полити­ко-правовой комментарий. М.: Международные отношения, 1985.

Николайчик В. М. Суд присяжных как "символ Конститу­ции" // США: экономика, политика, идеология. 1997. № 8.

Остром В. Смысл американского федерализма. М.: Арена, 1993.

Политические институты США. М.: Наука, 1988.

Разделенная демократия. М.: Прогресс-Универс, 1994.

Саликов М. С. Сравнительный федерализм США и России. Екатеринбург: УрГЮА—Гуманит. ун-т, 1998.

США. Конституция и законодательные акты. М.: Прогресс-Универс, 1993.

Современные США. Энциклопедический справочник. М.: Политиздат, 1988.

Де Токвиль А. Демократия в Америке. М.: Прогресс, 1994.

Уилсон Дж. Американское правительство. М.: Прогресс-Универс, 1990.

Федералист. М.: Прогресс-Литера, 1993.

Флитчер А. М., Рои Б. X. Как работает Вашингтон. М.: Олимп—ППП, 1995.

Фридмэн Л. Введение в американское право. М.: Прогресс-Универс, 1993.

Червонная С. А. Обеспечение прав меньшинств в США // США: экономика, политика, идеология. 1995. № 7.

Глава XI. Основы конституционного права Бразилии

§ 1. Конституция Бразилии

1. Конституционное развитие

Бразилия — пятая по величине территории, шестая по численности населения (более 158 млн. жителей в 1996 г.) и восьмая по уровню экономического развития страна в мире. В этой многоэтнической стране в середине текущего столетия 55—60% населения принадлежали к белой расе, примерно 25% составляли мулаты, 15% — негры и около 0,5% — ин­дейцы. Большинство населения — потомки португальцев, ког­да-то завоевавших Бразилию, но среди населения имеется некоторая доля немцев, датчан и бельгийцев, эмигрировавших в эту страну, а также японцев и китайцев. Происходящая эво­люция этнического состава ведет к тому, что доля белого на­селения растет медленнее, чем доля других расовых групп. Бра­зилия занимает третью часть территории Латинской Америки, и примерно третью часть населения последней составляет на­селение этой страны.

С 1500 по 1822 гг. Бразилия была колонией Португалии. В 1815 г. Бразилия получила статус королевства, став состав­ной частью Объединенного королевства Португалии, Бразилии и Алгарви, но фактически продолжала оставаться в прежнем положении. В колониальный период в стране неоднократно поднималось освободительное движение за независимость. Революция 1820 г. в Португалии повлекла новую активизацию такого движения, и в результате 7 сентября 1822 г. Бразилия стала независимой империей. Участие бразильских представи­телей в разработке либеральной португальской Конституции в 1821 г. послужило импульсом к попыткам создать конституци­онный строй и в Бразилии. Учредительное собрание, созван­ное в июне 1822 г. принцем-регентом Педру и приступившее к разработке Конституции в мае 1823 г., было вскоре им же распущено. В октябре 1823 г. Педру I, ставший к тому времени Императором, учредил Государственный совет, который и выработал Конституцию, октроированную в 1824 г. и провозг­ласившую страну конституционной и представительной монар­хией. В соответствии с концепцией Бенжамена Констана Кон­ституция предусмотрела разделение государственной власти на законодательную, исполнительную, судебную и посредни­ческую (Moderador)*. В 1825 г. Португалия была вынуждена признать независимость своей бывшей колонии.

* См.: Dezen Junior G. Direito Constitucional — 10 ediHa|o. Brasilia. 1999. P. 146.

Со времени завоевания независимости Бразилия прошла длительный путь конституционной эволюции, ознаменовавший­ся принятием еще 6 конституций. Всякий раз развитие прохо­дило в острой политической борьбе, порою переходившей в восстания и военные перевороты. Первая Конституция неоднок­ратно изменялась, в частности Дополнительным конституци­онным актом 12 августа 1834 г., а также актами 12 мая 1840 г. и 23 ноября 1841 г. Наиболее заметной вехой в политическом раз­витии стали антимонархические выступления в ноябре 1889 г., приведшие к падению монархии. Временное правительство провозгласило в Бразилии республику с федеративной фор­мой территориального устройства, а Национальный учреди­тельный конгресс принял Конституцию Федеративной Респуб­лики Бразилии, в которой в большой мере был использован опыт США. Она была промульгирована 24 февраля 1891 г.

В 1930 г. в стране произошла революция, в результате которой Учредительное собрание, сформированное в 1933 г. с использованием идеи корпоративного представительства, за­имствованной у фашистской Италии, одобрило в 1934 г. Кон­ституцию, предложенную Правительством. Провозглашая раз­деление власти на законодательную, исполнительную и судеб­ную, Конституция усилила ее исполнительную ветвь.

10 ноября 1937 г. Президент (фактически диктатор) Жетулио Варгас октроировал Конституцию "Нового государства", которая по существу санкционировала сосредоточение в руках Президента всей власти. Полномочия Национального конгрес­са и автономия судебной власти и штатов были урезаны, Фе­деральный сенат переименован в Федеральный совет. Последо­вавший роспуск парламента превратил в фикцию многие по­ложения Конституции.

В начале 1945 г. под давлением различных оппозиционных сил в стране произошла некоторая либерализация режима, в частности была разрешена деятельность политических партий, снят запрет на забастовки. В октябре 1945 г. в результате за­говора военных режим Ж. Варгаса был свергнут. 2 декабря того же года состоялись выборы, в итоге которых один из органи­заторов переворота генерал Эурико Гаспар Дутра стал Пре­зидентом страны; одновременно было сформировано Учреди­тельное собрание для разработки новой Конституции. При ее создании были взяты за основу положения Конституции 1934 г. Проект разрабатывался самим Собранием. Конституция была им принята 18 сентября 1946 г. и с довольно многочисленны­ми поправками действовала до следующего военного перево­рота. Конституция 1946 г. представляла собой довольно демок­ратический акт, провозглашавший достаточно широкий круг прав и свобод, содержала принцип разделения властей, вос­становила права штатов и муниципий.

В условиях усиления роли государства в экономической сфере и политизации бразильского общества произошло объе­динение сил, выступавших против существовавшего режима. 31 мая 1964 г. в штате Минас-Жерайс вспыхнул военный мя­теж, окончившийся государственным переворотом. За несколько недель до этого командующие тремя видами вооруженных сил издали Институционный акт № 1, который впоследствии стал юридической основой оформлявшегося авторитарного режима. Затем последовали другие такие же акты (всего более 10). Они регулировали важнейшие стороны жизни государства и правового положения его жителей. Конституция 1946 г. при этом юридически не отменялась; в Институционном акте № 1 специально подчеркивалось, что она продолжает действовать, но подвергается некоторым изменениям. Продолжал действо­вать Конгресс, но из его состава были удалены наиболее ак­тивные противники установленного режима.

24 января 1967 г. была промульгирована еще одна Консти­туция, которая усилила роль Союза в ущерб штатам и власть Президента, предусмотрев возможность, приостановления кон­ституционных прав и свобод. Отменялись прямые выборы Пре­зидента, который стал избираться коллегией в составе Наци­онального конгресса и делегатов от законодательных собраний штатов. 17 октября 1969 г. военная хунта провела Конституци­онную поправку № 1, которая увеличила срок полномочий Президента с четырех до пяти лет, ввела косвенные выборы губернаторов штатов и отменила парламентский иммунитет. Эту новую редакцию Конституции иногда считают отдельной конституцией.

Особенность военно-авторитарного режима состояла в том, что хотя военные оказывали решающее влияние на жизнь страны, в то же время продолжали действовать и граждан­ские органы — парламент (военные, ставшие депутатами, дол­жны были уйти в запас), продолжали работать суды. Действо­вали, хотя и с некоторыми ограничениями, права и свободы.

В первый период правления военных основная ставка де­лалась на репрессивные меры по подавлению оппозиции, под­чинению профсоюзов, усмирению рабочего и крестьянского движения. Развернувшаяся забастовочная борьба, консолида­ция противников режима, демократическое движение повлекли значительное сужение социальной базы режима. Происходила постепенная эволюция и в среде военных, у которых возобла­дали сторонники умеренной политики. Эти факторы постепен­но привели к заметной демократизации внутри страны. Была разрешена деятельность многих политических партий (за исклю­чением коммунистов). Политический режим постепенно менял свой характер, приняв с 1979 г. либерально-авторитарную окрас­ку. Во второй половине 80-х гг. значительно изменилось соот­ношение политических сил внутри страны; демократические силы постепенно наращивали свои усилия. Правящая верхуш­ка страны также проявила готовность к политическим рефор­мам. В результате были проведены выборы в Национальное уч­редительное собрание, которое после выработки Конституции должно было выполнять функции парламента. Поэтому это Со­брание было избрано двухпалатным. В состав Собрания входили члены Национального конгресса — 72 сенатора и 487 депутатов, получивших свои мандаты 15 ноября 1986 г. Оно заседало в течение восьми месяцев и пяти дней.

До избрания Собрания 18 июля 1985 г. Президентом стра­ны был издан декрет об образовании Временной комиссии по конституционным преобразованиям, состоявшей из 49 наибо­лее крупных бразильских юристов и отражавшей широкий спектр различных мнений (например, в нее входил и извест­ный писатель-коммунист Жоржи Амаду). Комиссия разрабо­тала предварительный проект Конституции, который подверг­ся критике со стороны и левых и правых партий. Этот проект, однако, не был представлен в Учредительное собрание с тем, чтобы не оказывать давления на депутатов, но имел мораль­ное и познавательное значение и был использован Собранием.

Учредительное собрание, начавшее работать в феврале 1987 г., разрабатывало текст Конституции в 8 тематических комиссиях, разделенных на подкомиссии. В них было рассмотрено 14 920 поправок; затем в комиссиях по синтезу было изучено 35 111 предложений и поправок. Проект Конституции, выработанный Собранием, 9 июля 1987 г. был вынесен на все­народное обсуждение. Работа учредительного органа проходила в обстановке гласности; граждане имели возможность свобод­но посещать его заседания. В проект могли вноситься "народ­ные поправки", т. е. поправки, подписанные не менее чем 30 тыс. избирателей. При этом один избиратель не мог подписывать более трех предложений. Поправки в порядке народной иници­ативы затрагивали вопросы аграрной реформы, право на труд, право на образование, другие социальные права, защиту ок­ружающей среды, вопросы жилища, амнистии, образования новых штатов. В течение месячного срока было предложено более 10 тыс. поправок, под которыми подписались около 12 млн. избирателей. Наибольшее число подписей собрали предложения об аграрной реформе (более 1 млн.). В конце концов в текст были включены 122 народные поправки. Самими членами Собра­ния было предложено более 60 тыс. поправок.

Заключительное голосование по тексту Конституции со­стоялось 22 сентября 1988 г. "За" было подано 474 голоса, "против" — 15, воздержались 6 членов Собрания. Конституция вступила в силу 5 октября 1988 г. Состоящий из почти 42 тыс. слов, высший закон 1988 г. оказался самым объемным в исто­рии страны. Он положил начало новому периоду в истории страны — периоду "Новой республики".

На декабрь 2000 г. в Конституцию была внесена 31 поправка.

2. Общая характеристика действующей Конституции

Конституция 1988 г. построена в соответствии с конститу­ционными традициями Бразилии, в более широком плане — в соответствии с латиноамериканскими традициями, всегда ори­ентировавшимися на государственно-правовую систему США. Влияние последней весьма заметно и начинается с первой же строчки, которая повторяет знаменитую фразу из Конститу­ции США 1787 г. Только здесь читаем: "Мы, представители бразильского народа..." Цели образования нового бразильско­го государства значительно шире, чем указанные в преамбу­ле высшего закона США (несомненно влияние времени), но форма подачи одна и та же. Этими целями являются: учрежде­ние демократического государства, призванного "обеспечить осуществление социальных и индивидуальных прав, свободу, безопасность, благосостояние, развитие, равенство и справед­ливость в качестве наивысших ценностей общества братского, плюралистического и без предрассудков, основанного на со­циальной и обязывающей гармонии, на внутреннем и между­народном порядке с мирным разрешением разногласий...". Рес­публиканская президентская форма правления, федеративная форма территориального устройства, четко прописанное раз­деление компетенции по горизонтали (принцип разделения властей) и по вертикали (распределение компетенции между Союзом и субъектами федерации), примат личных прав и сво­бод перед остальными — несомненные заимствования из кон­ституционной системы США.

В то же время акт 1988 г. вобрал многие институты из европейского конституционного права. Детальное регулирова­ние социальных прав и свобод, специальная глава о полити­ческих партиях, регулирование института конституционного контроля, двух видов чрезвычайного положения (состояние защиты и военное положение), а также многочисленные и объемные нормы, касающиеся экономических отношений, куль­туры, социальной политики, градостроительства, здравоохра­нения, спорта и других, о которых будет сказано ниже, наве­яны соответствующими положениями конституций Португалии 1976 г., Испании 1978 г., Греции 1975 г., принятие которых предшествовало началу работы Учредительного собрания.

Несомненен европейский подход к формулированию ряда важных институтов. В Конституции 1988 г. устанавливаются общие принципы с соответствующей отсылкой к дополняюще­му* (конституционному), органическому и обычному законода­тельству. Именно такой подход характерен для французской Конституции 1958 г. (отсылки к органическому и обычному законодательству), Конституции Италии 1947 г. (отсылки к конституционному, органическому и обычному законодатель­ству), Конституции Испании 1978 г. (также отсылки к органи­ческому и обычному законодательству) и Португалии 1974 г. (после нескольких пересмотров, практически целиком изме­нивших первоначальный текст, в этом акте содержатся мно­гочисленные отсылки к законам, регулирующим детали устанавливаемых норм). Такой подход к регулированию мы находим в разд. VII и VIII об экономическом и социальном устройстве, в главах об урбанизации, социальном обеспечении, в отделе II второй главы того же восьмого раздела о социальном устрой­стве — о здравоохранении, отделе III этой же главы — о социальной политике, в гл. III этого раздела — об образова­нии, культуре и спорте (ст. 205 и сл.), гл. IV — о науке и технологии. Конституция отвечает на очень большое число вопросов в экономической, социальной и культурной областях, что объясняется требованиями нашего времени. Детальное регулирование вопросов с отсылочным характером норм — специфическая черта бразильской Конституции. Характерно, что Конституция зачастую дает законодателю подробные ин­струкции относительно содержания законов, к которым она отсылает.

* Термин "leis complementares" в Общей части учебника был переведен как "дополнительные законы". Данный автором настоящей главы перевод "дополняющие законы" представляется более точным, ибо имеются в виду законы, дополняющие Конституцию. — Прим. ред.

Конституция 1988 г. имеет типичную для бразильской традиции форму: она включает преамбулу и две части — ос­новную с девятью разделами, которые делятся на главы (неко­торые главы делятся еще на отделы), а те — на статьи, имею­щие подчас сложное внутреннее членение (общий принцип, конкретизирующие пункты и развивающие параграфы), и Акт о переходных конституционных положениях, имеющий отдель­ную нумерацию статей. Точно такую же структуру имела, например, Конституция 1946 г. Основная часть Конституции включала первоначально 245 статей. Затем их число несколь­ко увеличилось, хотя нумерация статей не менялась. Число статей Акта о переходных конституционных положениях уве­личилось с 70 до 83. Кроме того, действует ряд статей консти­туционных поправок, положения которых не инкорпорирова­ны в текст Конституции (ст. 3—6 Конституционной поправки № 17 1997 г., ст. 25—31, 33, 34 Конституционной поправки № 19 1998 г., ст. 3—17 Конституционной поправки № 20 1998 года); они имеют преимущественно переходный характер.

Композиционно Конституция 1988 г. построена по европей­скому образцу: она открывается преамбулой, за которой сле­дуют раздел об основных принципах и чрезвычайно обширный раздел о правах и основных гарантиях, за которыми помеще­ны разделы об организации государства, о защите государства и демократических институтов, о налогах и бюджете, об эко­номическом и финансовом устройстве, о социальном устрой­стве и, наконец, об общих конституционных положениях, которые носят заключительный характер.

Подробнее о конституционных правах и свободах будет сказано ниже; здесь же мы лишь отметим, что в Конститу­цию 1988 г. включены права и свободы всех трех "волн" разви­тия этого института, всех, как часто говорится в современной западноевропейской литературе, трех "генераций". Помимо упомянутых, в общем ставших традиционными, в акте встре­чаются совершенно исключительные права и свободы, не по­лучившие еще отражения в конституциях стран Европы. На­пример, п. XLIV ст. 5 бразильской Конституции говорит о том, что действия вооруженных групп, военных или гражданских, против конституционного строя и демократического государства образуют не имеющее давности преступление, за совершение которого виновные не могут временно освобождаться под залог. Пункт XLIII этой же статьи содержит значительный перечень преступлений (применение пыток, незаконная торговля нарко­тическими средствами и подобными веществами, терроризм и деяния, определяемые как "гнусные" — квалифицированное убийство, разбой и др.), совершение которых исключает воз­можность применения к преступникам помилования или амни­стии, а также временного освобождения под залог.

Конституция 1988 г. — одна из немногих в мире, которая подробно урегулировала основы экономических и социальных отношений в обществе.

Форма правления первоначально была установлена Кон­ституцией как временная, поскольку согласно ст. 2 переходных положений на 7 сентября 1993 г. был назначен плебисцит о форме правления (республика или монархия) и о "системе правления" (парламентарная или президентская). Это условие было включено в Конституцию с тем, чтобы после четверти века авторитарного правления военных народ в течение пяти лет привык к демократическим отношениям и сознательно от­реагировал на монархические тенденции, существующие в стране и получившие отражение в Учредительном собрании. Плебисцит в соответствии с названной статьей состоялся не­сколько раньше предусмотренного срока — 21 апреля 1993 г. Из проголосовавших 90 млн. избирателей 66,1% высказались за республиканскую форму правления и 10,2% — за восстановле­ние в стране монархии; 56,4% избирателей проголосовали за президентскую форму правления и 24,7% — в пользу парламен­тарной республики. Около 20% избирателей подали недействи­тельные или незаполненные бюллетени, а уровень абсентеиз­ма на этом национальном голосовании превысил 20%, несмотря на то, что в Бразилии существует обязательное голосование.

Конституция Бразилии — высший закон в стране; это обстоятельство закрепляется в ней самой установлением, в частности, системы контроля конституционности. Вместе с тем акт 1988 г. (ст. 59) определил нисходящую иерархию норматив­ных актов, издаваемых федеральной законодательной властью: на первом месте стоят поправки к Конституции, затем — до­полняющие законы, ниже следуют обычные законы, делеги­рующие законы, временные меры, законодательные декреты, резолюции (о каждом из этих актов будет сказано в разделе о Национальном конгрессе, поскольку они отличаются друг от друга не только по существу, но и по процедуре принятия). Что касается органических законов, то, хотя в двух статьях Конституции они упоминаются, в названном перечне эта раз­новидность актов не обозначена. Из содержания ст. 29 и 32 Конституции можно сделать вывод, что органический закон — акт не федерального, а муниципального и окружного (феде­рального округа) уровня.

Конституция содержит как самоисполнимые нормы, при­меняемые непосредственно, так и нормы, требующие издания конкретизирующего акта. Последнее необходимо в случаях, когда нормы Конституции отсылают к соответствующему зако­ну. Однако положения о личных и коллективных правах и сво­бодах, указанных в ст. 5 (она содержит 77 пунктов), всегда при­меняются непосредственно; на это указывает § 1 этой статьи.

Конституция изменяется посредством внесения в нее по­правок (ст. 60). Такие поправки могут предлагаться как мини­мум 1/3 членов Палаты депутатов или Федерального сената, а также Президентом республики, более чем половиной зако­нодательных собраний федеральных единиц (т. е. штатов и федерального округа), каждое из которых должно высказать­ся относительным большинством своих членов. Предложение о поправке голосуется в каждой из палат Национального конг­ресса в двух турах, в которых всякий раз требуется одобре­ние 3/5 членов соответствующей палаты. Поправка к Консти­туции промульгируется бюро обеих палат с соответствующим порядковым номером. Конституция не может изменяться во время действующих федерального вмешательства, состояния защиты или военного положения. Не может быть предметом рассмотрения поправка, влекущая упразднение федеративной формы государства; прямого, тайного, всеобщего и периоди­чески проводимого голосования; разделения властей; индиви­дуальных прав и гарантий. Содержание отвергнутой поправки или поправки, признанной неуместной, не может быть предметом новой поправки в течение одной и той же законодатель­ной сессии.

На практике поправки принимались своеобразными "вол­нами" — по несколько одновременно, причем внесенные из­менения не равнозначны. Наиболее важным, на наш взгляд, было изменение § 1 ст. 177 (Конституционная поправка № 9 1995 г.), сократившее монопольную деятельность бразильско­го государственного концерна "Петробраз" в нефтяной про­мышленности, поскольку после принятия поправки Правитель­ство может заключать контракты со штатом или частными предприятиями об осуществлении деятельности, связанной с изысканиями и эксплуатацией месторождений нефти, природ­ного газа и других жидких углеводородов, очисткой нацио­нальной или иностранной нефти, импортированием и экспор­тированием названных выше продуктов и основных производ­ных от них и т. д. Новая редакция ст. 207 допустила иностранных преподавателей, специалистов и научных работников к работе в бразильских университетах (Конституционная поправка № 11 1996 г.). Новая редакция ст. 82 сократила срок полномочий Пре­зидента республики с пяти до четырех лет, равно как отказа­лась от запрещения переизбрания (Конституционная поправка № 16 1997 г.).

§ 2. Конституционные основы правового статуса человека и гражданина

1. Характеристика конституционных прав и свобод

Первая бразильская монархическая Конституция 1824 г. опиралась на французскую модель конституционализма, и поэтому в ней нашлось место для личных и политических прав и свобод. Первая республиканская Конституция 1891 г. уже ориентировалась на американский образец, и в результате сфера прав и свобод была ограничена; акт главным образом регулировал личные права, преимущественно в судебной об­ласти. Конституция 1988 г. предоставила правам и свободам совершенно исключительное место. Им посвящен специальный второй раздел, озаглавленный "Основные права и гарантии". Этот раздел включает несколько глав: 1) "Об индивидуальных и коллективных правах и обязанностях", 2) "О социальных правах", 3) "О гражданстве" ("национальности" — см. п. 1 § 2 гл. II Общей части учебника), 4) "О политических правах", 5) "О политических партиях". Личным и коллективным правам посвящена ст. 5, содержащая 77 пунктов, и два параграфа. Для сравнения можно указать, что Конституция 1946 г. в главе "Индивидуальные права" имела только 36 параграфов. Такое число норм, посвященных индивидуальным правам и гаранти­ям в акте 1988 г., — реакция на 25-летний период авторита­ризма в стране. Глава о социальных правах включает ст. 6—11, причем ст. 7 содержит 34 пункта, а ст. 8 — 8 пунктов.

Помимо специальной главы о социальных правах гаран­тии последних в более детализированном виде содержатся в разд. VIII Конституции, регулирующем социальное устройство (в главах о социальном обеспечении, об образовании, о здра­воохранении, о культуре и др.). Примечательно, что свобода мысли, выработки и распространения информации, не важно в какой форме, гарантируется не в разделе об индивидуаль­ных и коллективных правах, а именно здесь — в главе об общественной коммуникации.

Конституция 1988 г. не ограничилась правами, свободами, гарантиями и обязанностями, записанными в ней самой. Чрез­вычайно важная норма содержится в § 2 ст. 5: "Права и гарантии, содержащиеся в настоящей Конституции, не исключают других прав и гарантий, которые вытекают из строя и прин­ципов, ею закрепленных, или международных договоров, уча­стником которых является Федеративная Республика Брази­лия". В данном положении содержатся два разряда прав и сво­бод — первый, охватывающий права и свободы, которые опираются на саму Конституцию и развиваются в обычном за­конодательстве и судебной практике, и второй, который име­ет своим источником международное право. Этот институт наи­более четко был разработан в Конституции Португалии 1976 г. (ч. 2 ст. 16); тесные исторические и лингвистические связи между Бразилией и Португалией способствовали, очевидно, его "перебазированию" в бразильскую Конституцию 1988 г. Другими словами, признаются права и свободы, регулируе­мые международным правом, акты которого ратифицировала Бразилия. Согласно появившемуся в самое последнее время в зарубежной литературе термину эти права и свободы включа­ются во внутренний правопорядок на основе принципа "от­крытого списка"*. Иначе говоря, в Бразилии действуют нормы Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах и Международного пакта о гражданских и по­литических правах 1966 г. и других международных актов, га­рантирующих права человека.

* Mota H. Principe de la "liste ouverte" en maticre de droits fondamentaus // Bon P. et al La justice constitutionnelle au Portugal. P., 1989. P. 178.

По числу провозглашенных прав и свобод, особенно в социальной сфере, детализированности изложения бразильс­кой Конституции 1988 г. могла бы позавидовать любая консти­туция бывших социалистических стран.

2. Бразильское гражданство и режим иностранцев

Конституция 1988 г. достаточно подробно регулирует ин­ститут гражданства. При этом, как в ряде других конститу­ций, употребляются два термина: "a nacionalidade" (букваль­но: национальность), что означает правовую принадлежность к государственно-политическому сообществу, то есть нации как человеческому субстрату государства (в Конституции при­менительно к этим людям употреблен термин "бразилец"), и "a cidadania", что означает полную политическую правоспособ­ность — право участвовать в народных голосованиях, занимать многие должности и т. д. В настоящем параграфе речь идет о гражданстве в смысле "a nacion alidade"..

В Конституции проводится четкое различие между бра­зильцами по рождению и бразильцами по натурализации.

По рождению бразильцами являются:

— те, кто родился в Федеративной Республике Брази­лии, даже от родителей-иностранцев при условии, что после­дние не находились на службе правительства своей страны;

— те, кто родился за границей от отца-бразильца или матери-бразильянки в то время, когда один или другая нахо­дились на службе Бразилии;

— те, кто родился за границей от отца-бразильца или ма­тери-бразильянки, при условии, что они прибыли на житель­ство в Федеративную Республику Бразилию и выбрали для себя бразильское гражданство в какой-либо момент после этого.

Другими словами, применяются и принцип крови и прин­цип почвы, но предпочтение отдается все же второму прин­ципу. Случаи рождения за границей на практике не часты.

Натурализованные бразильцы — это:

— те, кто в соответствии с законом получил бразильское гражданство, будучи выходцами из португалоязычных стран, прожив непрерывно в стране в течение одного года и обладая хорошим характером (a idoneidade moral). Данная норма осно­вывается на исторических отношениях между Бразилией и Португалией и восходит к 1822 г., когда провозгласившая независимость Бразилия в качестве монарха имела сына короля Португалии; назначение таких отношений — облегчить свобод­ное перемещение и поселение подданных обеих монархий;

— иностранцы, принадлежавшие к любому гражданству, проживающие в Бразилии непрерывно более 15 лет и не под­вергавшиеся осуждению в уголовном порядке после получения бразильского гражданства по натурализации.

Согласно § 1 ст. 12 Конституции португальские граждане, постоянно проживающие в стране, пользуются теми же пра­вами, что и бразильцы по рождению, при условии взаимно­сти в отношении бразильцев, за исключением предусмотрен­ных Конституцией случаев. В 1974 г. после падения в Порту­галии фашистского режима существовавшее сотрудничество между этими странами по вопросам гражданства было под­тверждено соответствующим договором. В настоящее время цель названного договора состоит в предоставлении бразиль­ским гражданам и их собственности возможности пользовать­ся благами, обусловленными участием Португалии в Европей­ском Союзе. Кстати, права бразильцев в Португалии включа­ют гражданские и большую часть политических прав.

Согласно § 2 той же статьи закон не может устанавливать иных различий между бразильцами по рождению и бразиль­цами по натурализации, кроме тех, которые предусмотрены в Конституции. Эти ограничения установлены в отношении значи­тельного круга государственных должностных лиц. Только бра­зильцами по рождению могут быть Президент и Вице-президент республики, председатель Палаты депутатов, председатель Федерального сената, судьи Федерального верховного трибу­нала, карьерные дипломаты, офицеры Вооруженных сил, го­сударственный министр обороны. Натурализованные бразильцы в отличие от прирожденных могут подлежать экстрадиции в случае совершения преступлений.

Гражданство теряют бразильцы, в отношении которых натурализация была аннулирована судебным решением за де­ятельность, противоречащую национальным интересам, а так­же те, кто приобрел другое гражданство, за исключением случаев признания первоначального гражданства иностранным законом и предоставления натурализации в соответствии с иностранным законодательством бразильцам, проживающим в иностранном государстве, в качестве условия пребывания на его территории или осуществления гражданских прав.

В Конституции 1988 г. подвергся специальному регулиро­ванию вопрос о возможности выдачи собственных граждан и иностранцев. В отношении иностранцев эта проблема актуальна в связи с многочисленными военными переворотами, в недав­нем прошлом имевшими большое распространение в Латинс­кой Америке, и возможностями их рецидива в будущем. Рез­кие политические перемены всегда порождают значительные перемещения людей: вынуждены мигрировать политические противники новых режимов, беженцы. В отношении выдачи собственных граждан Конституция обнаруживает различный подход в зависимости от способа приобретения ими граждан­ства. Согласно п. LI ст. 5 ни один бразилец не может быть экстрадирован, кроме получивших гражданство по натурализа­ции в случае совершения ими общеуголовного преступления до натурализации или доказанной в соответствии с законом причастности к незаконной перевозке наркотиков или подоб­ных веществ. Что же касается иностранцев, то ни один из них не может быть экстрадирован за совершение им политическо­го преступления или за преступления в связи с его убежде­ниями (п. LII той же статьи).

Конституционная поправка № 19 1998 г. открыла возмож­ность для иностранцев поступать на определенных законом условиях на службу в публичную администрацию.

3. Индивидуальные и коллективные права и обязанности

В главе, посвященной этим правам и обязанностям, речь в основном идет о тех, которые мы обычно называем граждан­скими или личными. Однако некоторые из перечисленных в этом мини-кодексе прав и свобод относятся к числу политичес­ких или социальных в узком смысле слова и будут рассмотре­ны в последующих пунктах настоящего параграфа.

Детальное рассмотрение прав и свобод начинается с осно­вополагающей нормы о равенстве и основных принципах этих прав, устанавливается своего рода их философия: "Все рав­ны перед законом без каких бы то ни было различий; бразиль­цам и иностранцам, проживающим в стране, гарантируется нерушимость (a inviolabilidade) права на жизнь, свободу, ра­венство, безопасность и собственность со следующим содержа­нием", — гласит вводный абзац упоминавшейся ст. 5, состав­ляющей всю главу. Пункт I данной статьи провозглашает ра­венство прав и обязанностей мужчин и женщин в соответствии с Конституцией. Комментатор Конституции Габриель Дэзэн Жуниор (т. е. Младший) отмечал, что последние слова озна­чают относительность равенства, ибо Конституция может дифференцированно регулировать положение обоих полов, в ча­стности устанавливать особые гарантии для женщин*.

* См.: Dezen Junior С. Op. cit. P. 160.

Прежде всего в этой обширнейшей статье мы находим традиционные права и свободы, переходящие из конституции в конституцию со времен французской Декларации прав чело­века и гражданина 1789 г.: никто не может быть принужден делать или воздерживаться делать что-либо иначе, как толь­ко в силу закона; никто не может быть подвергнут пыткам или бесчеловечному или унижающему достоинство обращению; свобода совести и вероисповедания нерушима; гарантируется свобода осуществления религиозных культов, а также охрана законом мест отправления культа и его обрядов. В это право привнесены и некоторые новые веяния: установлено, что ник­то не может быть лишен своих прав по мотивам своего рели­гиозного верования и в силу своих философских или полити­ческих убеждений, за исключением случаев, когда это вы­зывается законными обязанностями, налагаемыми на всех, и отказа от выполнения альтернативной службы, предусмот­ренной законом.

Личная неприкосновенность рассматривается многоаспек­тно. Интимность, частная жизнь, честь, репутация лиц нена­рушимы; обеспечивается право на материальное и моральное возмещение в случае их нарушения. Никто не может быть арестован иначе, как при задержании на месте преступления или наличии письменного мотивированного приказа компетен­тного органа судебной власти, за исключением случаев нару­шений военного характера или определенных законом военных преступлений. Конституция ввела норму, практически неизве­стную европейскому праву и касающуюся, казалось бы, рутин­ной процедуры установления личности человека, обычно ре­гулируемой уголовно-процессуальным правом, если не ведом­ственными инструкциями спецслужб: "Лицо, предъявившее удостоверение личности гражданского характера, не может подвергаться уголовной идентификации, кроме случаев, пре­дусмотренных законом". Издание этой нормы вызвано практи­кой, существовавшей при военном режиме, когда арестован­ных лиц подвергали длительной и тяжелой "проверке лично­сти", включая дактилоскопическую. При наличии у человека удостоверения личности производство такого рода процедур в принципе запрещено.

В Конституции записана такая личная гарантия, как тайна переписки, телеграфных сообщений, телефонных сведений и сообщений, которая ненарушима, за исключением случаев ее неприменения на основании судебного ордера при условиях и в форме, установленных законом, в целях предварительного расследования по уголовному делу или судебного следствия. Жилище, согласно Конституции, является неприкосновенным убежищем человека; никто не может в него проникать без согласия его обитателя, кроме случаев, когда проникновение имеет место, в момент совершения преступления, или бедствия, или оказания помощи, или, в течение суток, — на основании судебного ордера.

В этой же статье содержатся около двух десятков отдель­ных пунктов, регулирующих различные аспекты прав в судебно-процессуальной области. Можно назвать лишь некоторые из них: запрещение обратной силы закона, недопустимость дока­зательств, полученных незаконными способами, презумпция невиновности, установление преступлений и наказаний толь­ко законом.

Конституция содержит и некоторые новые положения, пока почти не встречаемые за рубежом на уровне конститу­ционного законодательства. Законодателю предписано индиви­дуализировать наказания, из которых среди прочего могут применяться: а) лишение или ограничение свободы; б) потеря имущества; в) штраф; г) альтернативная общественная служ­ба; д) приостановление или лишение прав. Бразилия реально осуществила право на жизнь, поскольку смертная казнь зап­рещена, за исключением периодов состояния объявленной вой­ны. Запрещены такие кары, как пожизненное наказание, при­нудительные работы, изгнание, жестокие наказания.

Недавно появившееся в конституционном законодатель­стве право на ответ гарантируется в степени, пропорциональ­ной нанесенному оскорблению, не считая возмещения матери­ального, морального ущерба или ущерба репутации какого-либо лица.

Свобода передвижения по национальной территории га­рантируется в мирное время, причем в соответствии с зако­ном любое лицо может въезжать на территорию, оставаться на ней или ее покидать со своей собственностью.

4. Политические права и свободы

Посвященная политическим правам глава регулирует лишь права, связанные с участием в выборах, плебисцитах и референдумах. Эти права станут предметом рассмотрения ниже, в § 4, а здесь мы остановимся на тех политических правах и свободах, которые вычленяем из той же ст. 5, охарактеризо­ванной выше как мини-кодекс прав и свобод.

Согласно этой статье все могут без разрешения собирать­ся мирно без оружия в местах, открытых для публики, если только такое собрание не нанесет ущерба другому собранию, ранее созванному на этом же месте; требуется только простое извещение компетентных органов власти. Свобода ассоциаций с законными целями является полной, однако ассоциации во­енизированного характера запрещаются; последнее положение явно навеяно нормами европейского конституционного права (например, ч. 5 ст. 22 Конституции Испании 1978 г.). Право на образование ассоциаций достаточно полно регламентировано и отделено от права на образование политических партий, в отношении которых имеются некоторые ограничения, о коих будет сказано ниже. Таким образом, образование ассоциаций и, в соответствии с законом, образование кооперативов не требуют разрешения; вмешательство государства в их дея­тельность запрещено. Ассоциации не могут быть распущены, а их деятельность разрешено приостанавливать только на ос­новании судебного решения, причем в первом из указанных случаев только в результате окончательного судебного реше­ния. Никто не может быть обязан вступать в ассоциацию или оставаться в ней.

Сравнительно недавно возникшее право на получение и распространение информации регулируется несколькими пунк­тами ст. 5. Каждый имеет право получать от публичных орга­нов информацию, касающуюся своих особых либо же коллек­тивных или общих интересов; такая информация передается в сроки, установленные законом под угрозой наступления от­ветственности, за исключением информации, секретность в отношении которой необходима для обеспечения безопасности общества и государства. На конституционный уровень поднято регулирование права подачи петиций публичным властям в целях защиты прав или прекращения незаконных действий или злоупотреблений властью, а также регулирование права по­лучать от публичных учреждений документы, необходимые для защиты своих прав и разъяснения обстоятельств личного характера; и в первом, и во втором случаях каждый это мо­жет делать без уплаты сборов.

Традиционная свобода печати в выражениях, обычно при­меняемых для ее провозглашения, не получила отражения в Конституции 1988 г. Эти отношения трактуются в гораздо бо­лее широком контексте, поскольку интеллектуальная, худо­жественная, научная и коммуникативная деятельность свобод­на и не может подпадать под какую-либо цензуру или нуж­даться в разрешении.

Как форму защиты прав и свобод и в то же время как одно из политических прав можно рассматривать предостав­ляемое Конституцией право на народный иск (о асао popular): любой гражданин, точнее — избиратель, вправе предложить осуществить народный иск с целью аннулирования какого-либо акта, наносящего ущерб публичному имуществу или органи­зации (a endidade), в которой участвует государство, админи­стративной морали, окружающей среде или историческому или культурному наследию; истец, кроме доказанного случая не­добросовестности, освобождается от судебных пошлин и из­держек (п. LXXIII). Это право уже содержалось в Конститу­ции 1967 г. в редакции 1969 г., только теперь к целям "народ­ного иска" добавлена "окружающая среда". Предусмотрена и народная законодательная инициатива на различных уровнях.

Никто не может быть лишен политических прав. Они не утрачиваются, и их осуществление не может приостанавли­ваться, за исключением случаев: аннулирования натурализации вступившим в силу приговором суда; абсолютной гражданской недееспособности; вступления в силу обвинительного пригово­ра, но только на период, им установленный; отказа от выпол­нения обязанностей, возлагаемых на всех, или от несения аль­тернативной службы; административной нечестности, то есть нарушения принципов деятельности публичной администрации — законности, объективности, нравственного поведения и пуб­личности.

5. Экономические, социальные и культурные права и свободы

Проблематика экономических и социальных отношений не является совершенно новой в Конституции 1988 г. Значитель­ный по объему раздел "Об экономическом и социальном уст­ройстве" содержался в Конституции 1934 г. и был, очевидно, навеян соответствующими положениями Веймарской конститу­ции Германии 1919 г. Ныне действующая бразильская Консти­туция отделила вопрос об экономических и социальных отно­шениях как элементе общественного строя, которым отвела особый раздел, от вопроса о субъективных правах и свободах в данной области, которые урегулированы в одной из глав раз­дела об основных правах и гарантиях. Некоторые из них урегу­лированы в упоминавшейся ст. 5, другие, напротив, в соответ­ствующих главах раздела о социальном устройстве, положения которого приводятся ниже, в п. 2 § 3 настоящей главы.

Фундаментальное экономическое и социальное пра­во — право собственности — сформулировано в Конститу­ции 1988 г. в соответствии с новейшими тенденциями в его ре­гулировании. Так, в ст. 5 наряду с гарантией права собственно­сти вообще (п. XXII) указано в п. XXIII, что собственность будет нести также социальную функцию. Законодателю в п. XXIV предписано установить процедуру экспроприации для публичных нужд или публичной пользы или в общественных интересах при справедливом и предварительном денежном возмещении, кроме случаев, предусмотренных Конституцией. В случае неотвратимой публичной угрозы компетентные влас­ти могут использовать отдельные объекты собственности; в слу­чае причинения ущерба такой собственности в последующем производится соответствующее возмещение собственнику. Мелкая сельская собственность, определенная законом в ка­честве таковой и обработанная семьей, не подлежит конфис­кации за долги в результате производственной деятельности со времени ее семейной эксплуатации; закон указывает сред­ства для финансирования развития такой собственности. Фер­мерская собственность пользуется, таким образом, особой кон­ституционной защитой.

В главе о социальных правах к их объектам отнесе­ны: образование, здоровье, труд, отдых, досуг, защищен­ность, социальное обеспечение, охрана материнства и детства, помощь беспризорным (ст. 6 в ред. Конституционной поправки № 26 2000 г.).

В Конституции не провозглашается право на труд, но устанавливается свобода любого труда, занятия или профес­сиональной деятельности при условии соблюдения требуемой законом профессиональной квалификации (п. XIII ст. 5).

Содержащейся в ст. 7 (с ее 34 пунктами) конституционной регламентации различных аспектов оплаты труда, гарантий от безработицы и некоторых других вопросов, непосредственно затрагивающих трудящегося, могло бы позавидовать трудовое законодательства немалого числа стран. Городские и сельские трудящиеся защищаются от произвольных увольнений или увольнений без достаточных оснований (детальное регулиро­вание осуществляется дополняющим законом). Предусмотрены в числе других прав компенсационное вознаграждение, стра­хование от безработицы, участие с этой целью во время за­нятости в компенсационном фонде на случай безработицы. Специально определено, что минимальная заработная плата, установленная законом и унифицированная на национальном уровне, должна быть достаточной для того, чтобы позволить трудящемуся удовлетворить элементарные жизненные потреб­ности и потребности его семьи в отношении жилища, питания, образования, здравоохранения, досуга, одежды, гигиены, транс­порта, пенсии и социального обеспечения; эта минимальная заработная плата подвергается периодическим пересмотрам, которые гарантируют покупательную способность. Здесь же содержится запрет увязывать минимальную заработную пла­ту с какими-либо иными целями. При разработке Конституции ее учредители не пожелали, чтобы минимальная заработная плата использовалась в качестве основы для общей индекса­ции заработной платы в стране, в которой в течение несколь­ких лет была сильная инфляция, и для системы индексации в экономике. Ставка заработной платы должна быть пропорци­ональна продолжительности и сложности труда. Заработная плата не может сокращаться, за исключением случаев, когда этот вопрос решается по-другому коллективным соглашением или договором. Трудящийся должен получать, кроме того, три­надцатую заработную плату в размере среднемесячной заработ­ной платы или пенсию за выслугу. Участие персонала в прибыли или в результатах деятельности предприятия независимо от получаемой заработной платы также получило отражение в конституционном тексте. Семейная надбавка предоставляется трудящимся, имеющим иждивенцев. Наконец, установлено, что нормальная продолжительность труда не должна превы­шать 8 часов в день и 44 часов в неделю; компенсация за часы или сокращение рабочего дня может быть предусмотрена кол­лективными соглашениями или договорами. Вознаграждение за сверхурочную работу должно не менее чем на 50% превышать нормальную заработную плату, а оплата ежегодного отпуска — не менее чем на треть.

Примечательно положение п. X, согласно которому зара­ботная плата охраняется законом, а злостная задержка ее выплаты образует состав преступления. Конституция запреща­ет устанавливать различия в заработной плате в зависимости от пола, возраста или гражданского состояния. В то же вре­мя запрещается использовать труд несовершеннолетних в возрасте до 16 лет, за исключением учеников, достигших 14 лет, однако несовершеннолетние не могут привлекаться к ночным, опасным или вредным для здоровья работам.

Отпуск по беременности и родам с сохранением рабочего места и заработной платы предоставляется на 120 дней. На установленных законом условиях предоставляется и отпуск по отцовству; согласно § 1 ст. 10 Акта о конституционных пере­ходных положениях этот отпуск составляет пять дней. Детям и другим малолетним иждивенцам трудящегося гарантирует­ся бесплатное пользование детскими яслями и садами до до­стижения 6-летнего возраста.

Конституция гарантирует трудящемуся пенсию за выслу­гу, размер которой зависит от трудового стажа, достижения определенного возраста или инвалидности. Как отметил упомя­нутый выше комментатор, размер пенсии должен обеспечи­вать спокойную жизнь, при том что некоторые категории тру­дящихся могут получать специальные пенсии (авиаторы, опе­раторы рентгеновской аппаратуры, профессора и т. п.)*.

* Dezen Junior G. Op. cit. P. 211.

Правда, широко распространенное в Европе право на уча­стие в управлении предприятием в соответствии с законом может осуществляться лишь в виде исключения. Однако тру­дящимся и предпринимателям гарантируется участие в кол­легиальных публичных органах, в которых обсуждаются и ре­шаются вопросы, представляющие для них интерес профес­сиональный или с точки зрения социального обеспечения. На предприятиях с числом занятых свыше 200 трудовые коллек­тивы вправе избирать представителя для непосредственных переговоров с предпринимателем.

Важнейший для трудящихся вопрос о защите их труда и профессиональных интересов обычно подпадает под действие норм профсоюзного права. В Конституции на этот счет содер­жится весьма обширная и в то же время достаточно ориги­нальная регламентация, о которой будет сказано ниже, в п. 2 § 3, где пойдет речь о конституционных основах политичес­кой системы. Здесь мы лишь укажем, что Конституция гаран­тирует право на забастовку; трудящимся принадлежит право определять основания осуществления этого права и интересы, для защиты которых оно применяется.

6. Конституционно-правовые гарантии прав и свобод

Несколько пунктов, содержащихся в упомянутой ст. 5 Конституции, представляют собой права-гарантии, необходимые для обеспечения любых прав и свобод. В отличие от из­ложенных в п. 3 судебно-процессуальных прав здесь речь пойдет о гарантиях более общего характера. Так, согласно п. XXXV данной статьи закон не может изымать из ведения судебной власти рассмотрение дел о нанесении ущерба или угрозе ка­кому-либо праву, а согласно п. XXXVI он не может наносить ущерб приобретенному праву, окончательному юридическому акту и судебному решению, вступившему в силу.

Конституция 1988 г. предусматривает ряд процедур, кото­рые, она заимствовала из англосаксонского права, а также свои, оригинальные способы защиты прав и свобод, не встре­чающиеся в Европе.

К первым относятся:

— процедура хабеас корпус, применяемая к лицу, которое подверглось насилию или угрозе насилия или какому-либо при­нуждению в отношении своей свободы передвижения вследствие нарушения закона или злоупотребления властью (п. LXVIII);

— судебный приказ хабеас дата, выдаваемый, во-пер­вых, для обеспечения доступа лица к информации, которая его касается и находится в реестрах или банках данных пра­вительственных или публичных организаций, и, во-вторых, для исправления данных, когда предпочтительнее не делать этого в порядке секретной, судебной или административной процедуры (п. LXXII).

Ко второй категории процедур относится ордер о безопас­ности (о mandate de seguranca), который предоставляется для защиты очевидного ("Direito liquido" — право, которое может быть доказано немедленно посредством только представления документов) и достоверного права, не гарантированного про­цедурами хабеас корпус или хабеас дата, когда ответствен­ность за нарушение закона или злоупотребление властью ле­жит на органе публичной власти или представителе юридичес­кого лица, осуществляющего полномочия публичной власти (п. LXIX). Ордер о безопасности — процедура, согласно кото­рой орган судебной власти приостанавливает применение акта административной власти или распоряжение администрации с целью обеспечения прав граждан. Этот ордер выдается толь­ко по вопросам права; его выдача предполагает, что соответ­ствующие факты неоспоримы. Обращение к процедуре воз­можно только в течение 120 дней после опубликования акта, наносящего ущерб и допускающего решение суда по этому поводу. Предусмотрен также коллективный ордер о безопас­ности, выдачи которого могут требовать:

— политическая партия, представленная в Национальном конгрессе;

— любая профессиональная организация, корпорация или ассоциация, законно учрежденная и функционирующая не менее года, для защиты интересов своих членов или участни­ков (п. LXX).

Еще одна новация — обязывающий судебный приказ (о mandate de injungao), издаваемый в случаях, когда из-за от­сутствия требуемого конкретизирующего регулирования не­возможно осуществить конституционное право, гарантию или прерогативу (п. LXXI). Федеральный верховный трибунал по­лагает, что в этих случаях суд должен констатировать нали­чие пробела в законодательстве, который влечет неконститу­ционность*.

* Dezen Junior G. Op. cit. P. 197.

7. Чрезвычайные ограничения прав и свобод

На случай чрезвычайных ситуаций и нарушения нормаль­ного функционирования государства Конституция предусмот­рела два особых режима, которые урегулированы первыми тремя главами разд. V Конституции "Оборона государства и демократические учреждения" (ст. 136—141). Это состояние защиты и военное положение.

Президент республики может, заслушав Совет республики и Совет национальной обороны, объявить декретом состояние защиты (о estado de defesa) в целях сохранения или быстро­го восстановления в определенной ограниченной местности общественного порядка или социального мира, которым угро­жает серьезная и неминуемая институциональная нестабиль­ность или которые затронуты стихийным бедствием большого масштаба. В декрете определяются продолжительность режима, территория его действия и вводимые в соответствии с законом принудительные меры, которыми могут быть:

— ограничение права собраний, даже проводимых ассо­циациями, тайны корреспонденции, тайны телеграфной и те­лефонной связи;

— временное взятие под контроль и использование иму­щества и публичных служб в случае стихийного бедствия, при­чем ответственность за ущерб и вытекающие из этого расходы несет Союз.

Продолжительность режима не может превышать 30 дней, но в случае необходимости он может быть продлен на такой же срок. Декрет об объявлении состояния защиты или о его продлении в течение 24 часов представляется Национальному конгрессу, который принимает по нему решение абсолютным большинством. Если Национальный конгресс в это время не заседает, то созывается в течение пяти дней. В случае откло­нения декрета состояние защиты прекращается немедленно.

Во время действия состояния защиты сообщение об аре­сте лица за преступление против государства немедленно направляется компетентному судье, который освобождает лицо в случае незаконности ареста, причем лицо может требовать, чтобы полицейский орган проверил наличие состава преступ­ления. Арест или задержание любого лица без разрешения судебной власти не может длиться дольше 10 дней. Запреща­ется лишать такое лицо связей с внешним миром.

В случае потрясений национального масштаба или обнару­жения фактов, свидетельствующих о неэффективности мер состояния защиты, а также в случае объявления состояния войны или отражения вооруженной агрессии извне Президент республики может, заслушав Совет республики и Совет на­циональной обороны, ходатайствовать перед Национальным конгрессом о разрешении объявить декретом военное положение (о estado de sftio). Национальный конгресс принимает решение абсолютным большинством. Если разрешение запрашивается во время парламентских каникул, председатель Федерального се­ната незамедлительно созывает Национальный конгресс, кото­рый собирается в течение пяти дней. Он продолжает действо­вать в течение всего периода применения принудительных мер.

Соответствующий декрет определяет продолжительность режима, нормы, необходимые для его исполнения, и консти­туционные гарантии, которые приостанавливаются. Продолжительность режима в мирное время составляет 30 дней с воз­можностью продления его в каждом случае в том же поряд­ке на такой же срок, а в случае войны он действует в течение всего ее периода. После опубликования декрета Президент назначает исполнителя специальных мер и определяет затра­гиваемые ими территории.

Во время военного положения (кроме случаев войны или внешней агрессии) к частным лицам могут применяться следу­ющие меры:

— обязанность оставаться в определенной местности;

— задержание в здании, не предназначенном для обви­няемых или осужденных за уголовные деяния;

— ограничение неприкосновенности корреспонденции, тай­ны коммуникаций, предоставления информации и свободы печати, радиовещания и телевидения согласно закону; это не от­носится к распространению выступлений парламентариев в палатах с разрешения соответствующего бюро;

— приостановление свободы собраний;

— обыск и арест в месте жительства;

— вмешательство в работу предприятий, публичных служб;

— реквизиция имущества.

В случае объявления любого из указанных режимов бюро Национального конгресса, заслушав партийных лидеров, на­значает комиссию из пяти парламентариев для наблюдения и надзора в отношении соответствующих мер. По прекращении режимов прекращаются и их последствия, за исключением ответственности за допущенные должностными лицами право­нарушения. Президент в послании Национальному конгрессу сообщает о принимавшихся мерах и лицах, к которым они были применены.

§ 3. Конституционные основы общественного строя

1. Конституционное регулирование экономических отношений

Регулированию экономических отношений Конституция отводит много места, и оно многоаспектно. Можно выделить несколько основных направлений в этом отношении. О регули­ровании права собственности было сказано выше, в п. 5 пре­дыдущего параграфа, и здесь, хотя этот вопрос относится к содержанию и данного параграфа, нет необходимости повто­ряться.

Раздел VII Конституции, посвященный экономическому и финансовому устройству, начинается с гл. I, регулирующей общие принципы хозяйственной деятельности. Ее, в свою очередь, открывает ст. 170, согласно которой экономическое устройство основывается на оценке труда человека и свобод­ной инициативе и имеет целью обеспечить всем достойное су­ществование в соответствии с требованиями социальной спра­ведливости. В экономическом устройстве должны соблюдаться следующие 9 принципов:

— национальный суверенитет;

— частная собственность;

— социальная функция собственности;

— свободная конкуренция;

— защита потребителя;

— защита окружающей среды;

— уменьшение регионального и социального неравенства;

— стремление достичь полной занятости;

— благоприятствование малым предприятиям, которые основаны в соответствии с бразильскими законами и имеют свое местопребывание и администрацию в стране (последний принцип в редакции Конституционной поправки № 6 1995 г.).

Всем гарантируется свободное осуществление любой хо­зяйственной деятельности без разрешения публичных органов, кроме случаев, предусмотренных законом. Что касается ино­странных инвестиций и статуса иностранного капитала, то эти вопросы ст. 172 передает для регулирования законодателю, обя­зывая его стимулировать реинвестирование прибылей и опре­делить возможности их перевода за границу в соответствии с национальными интересами.

Возможность же непосредственного государственного хо­зяйствования допускается ст. 173 в порядке исключения, когда это диктуется требованиями национальной безопасности и со­ответствующими коллективными интересами, которые должны определяться в законе. Законодательному регулированию подле­жит в данной связи правовой статус публичного предприятия, смешанного хозяйственного общества и их вспомогательных структур, которые занимаются хозяйственной деятельностью по производству товаров или торговле ими или оказанию услуг. Эти хозяйственные организации не могут иметь более широких привилегий, чем те, которые есть у частного сектора. Закон запрещает злоупотребление экономической властью, ведущее к господству на рынках, исключению конкуренции и произволь­ному повышению прибылей, равно как предусматривает наряду с индивидуальной ответственностью руководителей также ответственность юридических лиц, совместимую с их природой.

При нормативном регулировании хозяйственной деятель­ности, государство, как указано в ст. 174, посредством зако­нов осуществляет такие функции, как контроль, стимулиро­вание и планирование, которое для публичного сектора носит обязывающий характер, а для частного — индикативный (т. е. устанавливаются лишь желательные показатели).

Месторождения минеральных ресурсов, запасы водной энергии могут использоваться только по прямому назначению и принадлежат Союзу, который может сдавать их в концессию с тем условием, что за концессионером признается право соб­ственности только на продукцию от переработки или исполь­зования (ст. 176). В соответствии со ст. 177 монополию Союза составляют разведка и разработка месторождений нефти и природного газа и других жидких углеводородных соединений, производство соответствующих продуктов, их морская транс­портировка, производство ядерных материалов и их производ­ных и торговля ими.

Конституция обязывает Союз, штаты и муниципии обес­печивать законом различный правовой статус микропредпри­ятий и малых предприятий, стимулируя упрощение, сокраще­ние или исключение их административных, налоговых, соци­ально-страховых и кредитных обязательств (ст. 179).

Удовлетворение запросов иностранных административных или судебных властей об изъятии документов или информации коммерческого характера у физических или юридических лиц, проживающих или домицилированных в стране, может иметь место только с разрешения компетентной бразильской власти (ст. 181).

Одна из особенностей действующей бразильской Консти­туции — наличие особой главы о градостроительной полити­ке. Здесь установлен ряд прав муниципальных властей, кото­рыми, исходя из социальной функции собственности, могут ограничиваться права собственников недвижимости.

Еще одна из особенностей — наличие особой главы о сельскохозяйственной и земельной политике и аграрной ре­форме. Это результат долгой борьбы с латифундизмом — круп­ным землевладением полуфеодального характера. Примеча­тельно, что глава начинается с провозглашения права Союза конфисковывать в общественных интересах с целью аграрной реформы сельскую недвижимость, не выполняющую своей социальной функции, с предварительным и справедливым воз­мещением на основании аграрного долга с оговоркой о сохране­нии реальной стоимости; выкуп в этом случае производится в срок до 20 лет, начиная со второго года его выплаты. Этой мере не подлежат мелкая и средняя сельская собственность, если у собственника нет другой, а также собственность про­дуктивная (ст. 184, 185). Здесь же урегулирован статус публич­ных земель, а также земель, полученных в результате аграр­ной реформы. Приобретение или аренда земли иностранцами ограничиваются и требуют разрешения Национального конг­ресса (ст. 190).

Здесь же помещена глава о национальной финансовой системе, в которой содержится ряд принципов, обращенных к законодателю, с тем чтобы они получили воплощение в до­полняющем законе.

Кроме того, в Конституции имеется разд. VI "О налогооб­ложении и бюджете", который довольно подробно урегулиро­вал соответствующие институты и содержит ряд указаний за­конодателю, подлежащих реализации в дополняющих и обыч­ных законах.

2. Конституционное регулирование социальных отношений

Конституционные принципы социальных отношений (в уз­ком смысле слова) изложены в разд. VIII Конституции "Соци­альное устройство". Согласно ст. 193 социальное устройство имеет своей основой примат труда, а целью — благосостояние и социальную справедливость. Это красивый лозунг, норматив­ность которого весьма абстрактна. Конкретизируется он в поло­жениях целого ряда глав, часть из которых имеет своим пред­метом действительно социальные гарантии, а другая часть — духовно-культурные отношения, которые мы рассматриваем несколько ниже.

Прежде всего речь идет здесь о социальной защищенно­сти (a Seguridade Social), которая определяется в ст. 194 как целостная совокупность актов инициативы публичных властей и общества, предназначенных обеспечить права, относящиеся к здоровью, социальному обеспечению и социальной помощи. Публичная власть должна обеспечить социальную защищен­ность на основе таких принципов, как:

— всеобщность охвата и заботы;

— единообразие и эквивалентность пособий и обслужива­ния для городского и сельского населения;

— выборочный и распределительный характер предостав­ления пособий и обслуживания;

— несокращаемость стоимости пособий;

— справедливость в способе участия в покрытии расходов;

— разнообразие основ финансирования;

— демократический и децентрализованный характер ад­министративного управления на четырехсторонней основе с участием в коллегиальных органах трудящихся, предпринима­телей, пенсионеров и Правительства.

Социальная защищенность согласно ст. 195 финансируется прямо и косвенно всем обществом в соответствии с предписаниями закона из средств, предусматриваемых бюджетами Со­юза, штатов, федерального округа и муниципий, а также из социальных взносов от предпринимателей и трудящихся и из доходов от игры на бирже (concursos de prognosticos).

Здоровье характеризуется в ст. 196 как право всех и обя­занность государства, которые гарантируются социально-эко­номической политикой, направленной на сокращение риска болезней и других нарушений здоровья и обеспечение всеоб­щего и равного доступа к мероприятиям и службам, призван­ным улучшать, охранять и восстанавливать здоровье. Значение государства в этой сфере подтверждено Конституцией (ст. 197). Она считает, что проведение мероприятий службы здравоох­ранения имеет публичное значение; публичная власть имеет право на основе предписаний закона издавать нормы о регла­ментации, надзоре и контроле; такие мероприятия и обслужи­вание могут осуществляться непосредственно или поручаться третьим лицам или проводиться физическими или юридичес­кими лицами частного права. В последнем случае имеется в виду использование частной инициативы. Однако для нее ус­тановлены некоторые ограничения. Институты частного харак­тера могут выступать в качестве дополнительных к единой системе здравоохранения; в соответствии с направлениями последней посредством заключения контрактов публичного права или соглашений предпочтение должно отдаваться орга­низациям филантропического и некоммерческого характера. Запрещается использование публичных фондов для оказания помощи или предоставления субсидий частным институтам, имеющим целью извлечение прибыли.

В этой важнейшей социальной сфере опять-таки вводятся ограничения для иностранного капитала, поскольку запреща­ется прямое или косвенное участие иностранных предприя­тий или капиталов в предоставлении медицинской помощи, ока­зываемой в стране, за исключением случаев, предусмотрен­ных законом. Новейшая проблема, касающаяся трансплантации человеческих органов, также нашла отражение в излагаемой ст. 199 Конституции. Закон должен устанавливать условия и требования, облегчающие удаление органов, тканей и чело­веческих субстанций в целях трансплантации, исследований и лечения, а также для сбора, лечения и переливания крови и производных от нее веществ; в этих случаях запрещаются любые формы торговли с целью извлечения дохода.

Социальное обеспечение весьма детально регулируется ст. 201 и 202 Конституции (обе в редакции Конституционной поправки № 20 1998 г.). В ней употребляется термин "a previdencia social", который дословно означает "социальная пре­дусмотрительность". Это установленный законом общий режим, основанный на взносах и обязательном участии, обеспечиваю­щий равновесие финансирования и услуг. Его принципами яв­ляются:

— охват случаев болезни, инвалидности, смерти и старо­сти;

— охрана материнства, особенно беременности;

— охрана трудящегося в ситуациях вынужденной безра­ботицы;

— выплата семейной надбавки и пособия иждивенцам застрахованных заключенных, имеющим низкий доход;

— выплата пенсии по случаю смерти застрахованного кор­мильца, будь то мужчина или женщина, супругу или совме­стно проживавшему лицу и иждивенцам.

Конституция запрещает установление неодинаковых тре­бований и критериев для назначения пенсий за выслугу, кроме особых случаев, предусмотренных дополняющим законом. Выплаты, заменяющие застрахованному зарплату или иное трудовое вознаграждение, не должны быть ниже минималь­ной месячной зарплаты. Предусмотрена индексация выплат в необходимых случаях. Вознаграждение к Рождеству для пен­сионеров и находящихся в отставке рассчитывается на осно­ве месячной выплаты в декабре каждого года.

Запрещается участие в общем режиме социального обеспе­чения на условиях факультативного страхования лицам, кото­рые участвуют в собственном режиме обеспечения.

Пенсии за выслугу в общем режиме обеспечения назнача­ются мужчинам, платившим взносы в течение 35 лет, и жен­щинам, платившим в течение 30 лет, если они достигли соот­ветственно 65 и 60 лет, причем для сельских работников и фермеров, а также для старателей и занятых рыболовным про­мыслом возрастная граница снижается на пять лет.

Как и в здравоохранении, запрещается использование публичных средств для субсидирования частных коммерческих учреждений социального обеспечения.

Специальное регулирование установлено Конституцией в отношении социальной помощи (ст. 203 и 204). Она предостав­ляется нуждающимся независимо от взносов в системе соци­ального обеспечения и имеет целью защитить семью, материн­ство, детство, подростков и пожилых людей, особенно нуж­дающихся в этом грудных детей и подростков, содействовать увеличению занятости, обеспечивать подготовку и переподго­товку лиц с физическими и умственными недостатками, содей­ствовать их интеграции в общественную жизнь, гарантировать минимальный месячный заработок таким лицам и лицам пожи­лого возраста, не имеющим средств к существованию или не способным обеспечить свои семьи. Специально оговаривается социальная помощь для детей и подростков — индейцев; лица с физическими недостатками также могут рассчитывать на выплаты. Финансирование такой помощи осуществляется из социальных бюджетов Союза, штатов, федерального округа и муниципий, а также из других источников.

Отдельная глава раздела о социальном устройстве содер­жит нормы об окружающей среде (ст. 225). Установлен основ­ной принцип: каждый человек имеет право на экологически сбалансированную окружающую среду, общенародное пользо­вание которой существенно для здорового образа жизни. По­этому ее защита должна осуществляться публичной властью и обществом в интересах нынешнего и будущих поколений. Конституция предусматривает серию мер, которые должны проводиться публичной властью для реализации этого права. В частности, при разработке минеральных ресурсов законом регулируется выполнение обязанности восстановить нарушен­ную окружающую среду, что контролируется компетентными органами публичной власти. Пять регионов (джунгли бразиль­ской Амазонии, болота в штате Мату-Гросу, Прибрежная зона и др.) объявлены национальным достоянием, и пользование ими регулируется законом, который должен обеспечивать их сохранность. Размещение ядерных реакторов определяется федеральным законом.

Также отдельной главой регулируются в Конституции проблемы брака, семьи, положение отдельных демографичес­ких групп (подростков и пожилых).

Конституция провозглашает, что семья — основа общества — пользуется особым покровительством государства. Брак является гражданским и заключается бесплатно. Религиозный брак име­ет гражданские последствия, предусмотренные законом. Устой­чивый союз мужчины и женщины считается семейным сообще­ством и оформляется как брак в облегченном порядке. Г. Дэзэн в своем комментарии указывает, что закон признает союз ус­тойчивым, если он длится два года*. Семейным сообществом считается то, которое состоит из двух родителей и их нисходя­щих. Права и обязанности мужчины и женщины в браке одина­ковы, однако, по замечанию Г. Дэзэна, действующий еще Граж­данский и гражданско-процессуальный кодекс дает мужчине явное преимущество. Конституция отдает на усмотрение супру­гов планирование семьи и гарантирует создание механизмов для сдерживания проявлений насилия в семье. Развод несколько усложнен, ибо предполагает предварительное раздельное жи­тельство в течение одного-двух лет.

* Dezen Junior G. Op. cit. P. 401.

Обязанность семьи, общества и государства — обеспечить в абсолютно приоритетном порядке детям и подросткам пра­во на жизнь, здоровье, питание, образование, досуг, получе­ние профессии, приобщение к культуре, достоинство, уваже­ние, жизнь вместе с другими в семье и обществе, избавить их от любой формы пренебрежения, дискриминации, эксплуата­ции, насилия, жестокости и угнетения. В Конституции подроб­но изложены соответствующие правовые гарантии, даны ин­струкции законодателю.

Другая конституционная обязанность семьи, общества и государства — покровительство пожилым, обеспечивающее их участие в общественной жизни, защиту их достоинства и бла­госостояния и гарантированное право на жизнь. В частности, лицам старше 65 лет гарантируется бесплатный проезд на го­родском транспорте.

Вслед за Конституцией Канады 1982 г. бразильская Кон­ституция в ст. 231, 232 регулирует отношения с аборигенами страны — индейцами, признавая их "социальную организа­цию, обычаи, языки, верования и традиции, а также перво­начальное право на землю, традиционно ими занимаемую". Правительство должно устанавливать границы этих земель. Индейцы могут пользоваться землей, реками и озерами на установленных территориях. Однако тут же Конституция пре­дусматривает исключения из общего правила: эксплуатация со стороны третьих лиц речных ресурсов, включая производство электроэнергии, а также добыча минеральных ресурсов и изыскания на землях, заселенных индейцами, могут иметь место с предварительного разрешения Национального конгрес­са, который дает такое разрешение после консультаций с заинтересованными индейскими племенами. В таких случаях племенам отчисляется доля от прибылей, получаемых от эк­сплуатации ресурсов.

Индейцы, их сообщества и организации являются закон­ной стороной в суде при защите их прав и интересов, причем в этих случаях прокуратура участвует в рассмотрении дела на всех стадиях процесса.

В отношении объема конституционного регулирования социальной политики, его детализированности Конституция 1988 г., как видим, превосходит другие аналогичные докумен­ты последнего времени; весь ее социальный блок, включая социальные права, можно было бы назвать социальной кон­ституцией.

3. Конституционное регулирование духовно-культурных отношений

В данной связи Конституция в двух особых главах раздела о социальном устройстве регулирует общественные отноше­ния, связанные соответственно с образованием, культурой и спортом и с наукой и технологией.

Нормы об образовании и культуре символически обозна­чались и в имперской Конституции 1824 г. и в первой респуб­ликанской Конституции 1891 г. Конституция 1934 г. эти вопросы регулировала гораздо подробнее, а в Конституции 1946 г. им была отведена специальная глава из 12 статей. Тем не менее действующая Конституция далеко превзошла в этом отноше­нии все предшествующие акты. "Образование — право всех и обязанность государства и семьи, — гласит ее ст. 205, — будет поощряться и стимулироваться в сотрудничестве с об­ществом в целях полного развития личности, ее подготовки к осуществлению прав и обязанностей гражданина и получения трудовой квалификации". Образование должно подчиняться принципам, среди которых такие, как равенство условий до­ступа к образованию в школе, свобода учебы, обучения, иссле­дований и распространения идей, искусства и знаний, плюра­лизм педагогических идей и концепций и сосуществование публичных и частных учебных заведений, бесплатность обра­зования в публичных учебных заведениях, оценка професси­ональных преподавателей, которым законом гарантируется карьера в публичном преподавательском корпусе с соответ­ствующим уровнем заработной платы и с поступлением исклю­чительно на основе публичного конкурса экзаменов и репута­ции, демократическое управление публичным образованием в соответствии с предписаниями закона, гарантии стандартов ка­чества обучения (ст. 206 в ред. Конституционной поправки № 19 1998 г.). Университетам предоставлена автономия в научно-пе­дагогической, финансовой, административной и имуществен­ной сферах, и они соблюдают принцип неразрывности обучения, исследований и развития, могут приглашать согласно за­кону иностранных профессоров, специалистов и исследовате­лей; то же относится к научно-исследовательским и техноло­гическим институтам (ст. 207 в редакции Конституционной по­правки № 11 1996 г.).

Конституция налагает на государство значительные обя­занности в области образования (ст. 208 в редакции Конститу­ционной поправки № 14 1996 г.), в частности гарантировать обязательное и бесплатное основное обучение, включая тех, кто не смог получить его в соответствующем возрасте, посте­пенное превращение бесплатного среднего образования во всеобщее, особую заботу об обучении инвалидов, заботу о дет­ских яслях и садах для детей в возрасте до шести лет, доступ к более высоким уровням обучения, исследованиям и художе­ственному творчеству в зависимости от способностей каждого, заботу об учащихся в основной школе посредством использо­вания дополнительных программ обучения, предоставления транспорта, питания, помощи в сохранении и укреплении здо­ровья.

Доступ к основному и бесплатному обучению есть субъек­тивное публичное право. Непредоставление или нерегулярное предоставление этого доступа влечет ответственность компе­тентных властей. Публичная власть может вместе с родителя­ми контролировать посещаемость школ. В то же время не исключается получение частного образования, которое, однако, обязано удовлетворять указанным в Конституции условиям: должны применяться общие нормы национального образования и обязательность разрешения и оценка качества образования со стороны публичной власти (ст. 209).

Согласно ст. 210 религиозное обучение является факуль­тативным, однако проводится в рамках нормальной сетки ча­сов в публичных основных школах. Регулярное основное обу­чение ведется на португальском языке, но индейские сообще­ства могут использовать свои языки и собственные приемы обучения.

Что же касается органов, ответственных за проведение образовательной политики, то ст. 211 установила, что "Союз, штаты, федеральный округ и муниципии должны организовы­вать свои образовательные системы на основе сотрудничества". Эта статья, действующая в редакции Конституционной поправ­ки № 14, распределяет обязанности между уровнями управле­ния. Небезынтересна норма ст. 214, установившая плановое начало в образовательной системе: законом утверждаются многолетние программы образования в целях организации и раз­вития образования на различных уровнях, а также гармони­зации действий органов власти в этой сфере.

В области культуры бразильское государство гарантиру­ет всем реализацию культурных прав и доступ к источникам национальной культуры; оно поддерживает и поощряет ее подъем и способствует распространению культурных меропри­ятий, причем последняя обязанность взята государством в от­ношении народной культуры, культуры индейцев, афробразильской культуры и культуры других групп, участвующих в процессе развития национальной цивилизации.

Бразильское государство взяло на себя и обязательство содействовать распространению занятий спортом, не важно является ли он организованным или нет; в последнем случае занятие спортом — это право каждого. Спортивные организа­ции при этом пользуются статусом автономных единиц. Здесь же содержится любопытная норма о том, что органы судеб­ной власти рассматривают дела в отношении дисциплины и спортивных соревнований только после вынесения решений органами спортивной юстиции, организуемой законом. Этим органам предоставлен 60-дневный срок с начала процесса для вынесения окончательного решения по делу.

Государство также поощряет и стимулирует развитие науки и технологий. Конституция определяет его задачи в этой области, а также задачи штатов и федерального округа, причем Бразилия стремится к достижению "технологической автономии".

4. Конституционное регулирование политических отношений и институтов

Конституция 1988 г. в отличие от многих современных конституций довольно подробно урегулировала основные принципы статуса политических институтов, образующих в своей совокупности политическую систему страны. Это регулирование содержится, в частности, в разд. I "Об основных принципах", гл. V второго раздела "Об основных правах и гарантиях", именуемой "О политических партиях", гл. V восьмого раздела "О социальном устройстве", именуемой "Об общественной коммуникации", и некоторых других поло­жениях. Взаимоотношения между политическими институтами регулируются в различных частях Конституции в связи с фун­кционированием органов публичной власти.

Анализ конституционного регулирования политической системы позволяет прийти к выводу, что организация этой системы направлена на обеспечение в стране демократичес­кого политического режима. Другими словами, для этого со­зданы необходимые конституционно-правовые условия, но реальный политический режим зависит не только от них, но также (пожалуй, в решающей степени) от метаправовых фак­торов, которые в Бразилии не всегда благоприятствуют фун­кционированию демократических отношений в государстве и обществе. Речь идет об уровне образованности общества, на­циональной психологии, традициях и т. п. Тем не менее мож­но констатировать преобладание демократического вектора в общественном развитии страны.

Мы не будем сейчас возвращаться к положениям преам­булы Конституции 1988 г. о целях бразильского государ­ства, которые изложены в п. 2 § 1 настоящей главы. Обратим­ся к разд. I Конституции, в котором определены основные принципы, лежащие в основе бразильского государства, то есть его главные руководящие идеи и основы его устройства. В ст. 1 установлено, что Федеративная Республика Бразилия, образованная неразрывным союзом штатов, муниципий и фе­дерального округа, представляет собой демократическое пра­вовое государство, основами которого являются: суверенитет, гражданство (a cidadania — политическое полноправие), дос­тоинство человеческой личности, социальная ценность труда и свободного предпринимательства, политический плюрализм. Здесь же содержится важнейшая норма об источнике всей власти — она исходит от народа, который ее осуществляет через посредство выборных представителей или непосред­ственно в соответствии с положениями Конституции. Соглас­но ст. 2 законодательная, исполнительная и судебная власти Союза независимы и находятся в гармоничном взаимодействии. Народный суверенитет реализуется путем всеобщего и прямо­го, равного и тайного голосования в соответствии с положени­ями, установленными законом (т. е. через избранных представи­телей), а также посредством плебисцита, референдума, народ­ной инициативы (ст. 14).

В п. 6 § 1 гл. V Общей части учебника мы приводили ос­новные цели внутренней политики бразильского государства, изложенные в ст. 3 Конституции. Однако не стоит сейчас за­ставлять читателя листать Общую часть, лучше мы эти цели еще раз повторим. Это:

1) построить свободное, справедливое и солидарное обще­ство;

2) гарантировать национальное развитие;

3) искоренить нищету и маргинальность и уменьшить со­циальное и региональное неравенство;

4) способствовать благу всех без предвзятости в отноше­нии происхождения, расы, пола, цвета кожи, возраста и лю­бой иной формы дискриминации.

Согласно ст. 4 Конституции в своих международных от­ношениях Бразилия руководствуется принципами:

1) национальной независимости;

2) приоритета прав человека;

3) самоопределения народов;

4) невмешательства;

5) равенства между государствами;

6) защиты мира;

7) мирного разрешения конфликтов;

8) неприятия терроризма и расизма;

9) сотрудничества между народами в интересах прогрес­са человечества;

10) предоставления политического убежища.

Бразилия, кроме того, стремится к экономической, поли­тической, социальной и культурной интеграции с народами Латинской Америки с целью образования Латиноамериканско­го содружества наций. И на практике после более чем веково­го традиционного соперничества с Аргентиной Бразилия пос­ле принятия Конституции 1988 г. стала ориентироваться на интеграцию со странами южной части Латинской Америки (Аргентина, Уругвай, Парагвай, Чили), имея в виду образо­вание Экономического сообщества по модели такого же со­юза в Европе. В соответствии со ст. 7 переходных положений Бразилия будет стремиться к созданию Международного суда по правам человека.

Организация бразильского государства рассматривается ниже. Здесь мы остановимся на таком весьма важном консти­туционном институте государства, как его силовая составля­ющая.

В последних двух главах разд. V "Оборона и демократичес­кие учреждения" определяется конституционный статус Воо­руженных сил и органов общественной безопасности.

Вооруженные силы состоят из Военно-морского флота, Сухопутных войск и Военно-воздушных сил и находятся под верховным командованием Президента республики. Они пред­назначаются для обороны Родины, гарантирования конститу­ционных властей и, по инициативе любой из них, закона и порядка. В отношении воинских дисциплинарных взысканий хабеас корпус не применяется. Конституционная поправка № 18 1998 г. урегулировала основные принципы статуса военнослу­жащих.

Военная служба обязательна, но Вооруженные силы мо­гут предоставлять альтернативную службу лицам, которые, будучи призваны в мирное время, ссылаются на веление со­вести, вытекающее из религиозной веры или философских или политических убеждений. Женщины и лица духовного звания освобождаются от обязательной военной службы в мирное вре­мя, однако несут другие обязанности, возложенные законом.

Общественная безопасность определяется Конституцией как обязанность государства, право и ответственность всех. Она осуществляется в целях сохранения общественного порядка, неприкосновенности лиц и имущества следующими органами:

.— федеральной полицией;

— федеральной дорожной полицией;

— федеральной железнодорожной полицией;

— гражданской полицией;

— военной полицией и корпусом военных пожарных.

Конституция определяет задачи каждого из этих органов. Конституционная поправка № 19 1998 г. уточнила разграниче­ние их компетенции.

Важный элемент политической системы гражданского об­щества в Бразилии — это политические партии, осно­вы конституционного статуса которых содержатся в заключи­тельной главе раздела об основных правах и гарантиях (ст. 17).

Как отмечалось, Бразилия провозглашается демократичес­ким правовым государством и имеет в качестве одной из сво­их основ политический плюрализм. В отличие от европейско­го подхода к конституированию политических партий бразиль­ское законодательство содержит значительно более строгие правила на этот счет. Образование, слияние, присоединение и прекращение деятельности политических партий свободны при уважении национального суверенитета, демократического ре­жима, многопартийности, основных прав человека и при соблю­дении следующих правил. Партии должны иметь национальный характер; им запрещается получать финансовые средства от иностранных организаций или правительств или подчиняться им. Партии должны представлять свои финансовые отчеты в органы избирательной юстиции и осуществлять парламентскую деятельность в соответствии с законом. Последние три условия не могут вызывать серьезных возражений; однако первое ус­ловие препятствует образованию и деятельности местных по­литических партий (на уровне штата, например), учитываю­щих специфику интересов своего электората.

Конституция гарантирует политическим партиям автоно­мию при установлении ими своей внутренней структуры, орга­низации и деятельности; их уставы должны содержать нормы о верности и партийной дисциплине. Политические партии после получения статуса юридического лица в соответствии с нормами гражданского права должны зарегистрировать свои уставы в Высшем избирательном трибунале. Они имеют право на получение финансовых ресурсов из Фонда партий и бесплат­ный доступ на радио и телевидение в соответствии с предпи­саниями закона. Им запрещена военизированная организация.

Принятие Конституции 1988 г. открыло возможность ре­организации партийной системы. В ст. 6 переходных положений установлено, что в 6-месячный срок после промульгации Кон­ституции парламентарии, избранные на уровне федерации, в числе не менее 30 могли ходатайствовать в Высшем избира­тельном трибунале о регистрации новой партии, приложив при этом манифест партии, ее устав и программу. Сначала такая политическая партия получала временную регистрацию и мог­ла пользоваться всеми правами действовавших политических партий; в течение 24 месяцев после своего сформирования ею должна быть получена окончательная регистрация. Если тако­вая не выдавалась, то временная регистрация аннулировалась.

В настоящее время в Бразилии действует множество по­литических партий*, важнейшими из которых являются сле­дующие:

* См.: Латинская Америка. Политические партии и социальные движения. Т. 3. М., 1994. С. 27—42; Страны мира: Справочник. М., 1999. С. 62—63.

Партия национальной реконструкции, образованная в феврале 1989 г. и занимающая неолиберальные, правоцентристские позиции. Она считает нужным привлечение иностран­ного капитала в страну и приватизацию предприятий. Будучи партией "новых правых", она опирается на традиционную эли­ту, ее лидер Ф, Коллор ди Меллу был первым Президентом после вступления в силу действующей Конституции;

Партия трудящихся, созданная в 1981 г., провозглаша­ет своей целью создание общества равноправия. Она выступает за демократический социализм и против бюрократического социализма восточноевропейского образца. Во время военного режима боролась за восстановление демократии и многопар­тийность, свободные и прямые выборы. Имеющая в своем со­ставе много фракций партия связана с Бразильской коммуни­стической партией. Имеет численность более полумиллиона человек;

Бразильская социально-демократическая партия, обра­зовавшаяся в 1978 г., была ведущей партией правившего в стране военного режима и имела в то время в своем составе около 3,5 млн. членов. В основе программы лежат идеи поли­тического либерализма. Социальная база партии — крупные предприниматели города и села, а также (примерно треть состава) лица свободных профессий;

Партия бразильской социальной демократии создана в 1988 г. Придерживается левоцентристской ориентации, счита­ется партией интеллектуалов. Лидер этой партии Ф. Э. Кардозо занимал пост Президента страны с 1 января 1995 г.;

Бразильская социалистическая партия существовала до военного режима и свою деятельность восстановила в 1985 г. Выступает за обобществление средств производства и другие традиционные для социалистов ценности. Социальная база — левая интеллигенция, средние слои;

Партия бразильского демократического движения, со­зданная в 1981 г., объединяет и правых, и левых, выражает интересы в основном среднего капитала;

Партия либеральный фронт, созданная в 1984 г., имеет правоцентристский характер, ее представитель М. Масиел в 1998 г. был избран Вице-президентом республики;

Бразильская трабальистская (т. е. трудовая) партия со­зданная в 1980 г., может быть отнесена к левому центру поли­тического спектра;

Бразильская прогрессивная партия, образованная в 1995 г., также имеет левоцентристский характер;

Бразильская коммунистическая партия — одна из старей­ших в стране. Много лет находилась в подполье, сыграла не­маловажную роль в восстановлении демократии, в сплочении антидиктаторских сил. После легализации в партии разверну­лась фракционная борьба. Обновленческое движение призва­ло отказаться от таких канонов марксизма-ленинизма, как диктатура пролетариата и демократический централизм в ее строении. В январе 1992 г. в г. Сан-Паулу X внеочередной съезд переименовал партию, которая стала называться Народ­ной социалистической партией. Принятая новая программа строится на основе принципов социал-демократии. Численность партии около 10 тыс. человек. Одновременно проходил съезд консервативного крыла партии, высказавшийся за соблюдение чистоты марксистско-ленинской теории. Было объявлено о создании новой Коммунистической партии (в ней около 5 тыс. человек).

В Бразилии действует еще одна Коммунистическая партия, образовавшаяся в 1962 г. в результате откола от Бразильской коммунистической партии вследствие обострения разногласий в то время в международном коммунистическом движении. Находилась на маоистской платформе, но в 1978 г. отошла от маоизма. С 1985 г. действует легально. Является партией ле­нинского типа. Социальная база — крестьянство и часть рабо­чего класса;

С 1988 г. действует "Зеленая партия", объединяющая экологистов.

Большинство упомянутых партий имеют своих представи­телей в палатах Национального конгресса, а некоторые — в администрации.

Что касается еще одной составной части политической системы — профсоюзов, то они могут образовываться сво­бодно. Закон не может требовать разрешения государства для их образования, за исключением их регистрации в соответству­ющем органе. Четко разделяются функции государства и проф­союзов, вмешательство и взаимодействие публичной власти с профсоюзной организацией запрещено (ст. 8 Конституции). Весьма оригинально требование о разрешении создавать не более одной профессиональной организации, не важно како­го уровня, для того, чтобы представлять одни и те же про­фессиональные или экономические категории в одной и той же территориальной зоне; такая зона, устанавливаемая заинте­ресованными трудящимися или работодателями, не может быть меньше территории муниципии. Названный принцип "профсоюз­ного единства" был установлен еще в 1937 г. Президентом-дик­татором Ж. Варгасом, осуществившим господствовавшие то время в нескольких странах Европы корпоративистские идеи (в Италии, например). Обязанности профсоюзов сводятся к защите коллективных и индивидуальных прав и интересов той категории лиц, которую они представляют, в том числе в су­дебной и административной областях. Участие профсоюзов в коллективных трудовых переговорах обязательно, причем и чле­ны профсоюза, находящиеся на пенсии, являются избирателями его органов и могут быть избраны на должность в профсоюзных организациях.

Конституцией установлено, что никто не может обязы­ваться вступать или продолжать находиться в профсоюзе; ус­тановлены также гарантии для представителей профсоюзов в руководящих органах предприятия или в представительстве, поскольку не может быть уволен член профсоюза со времени его регистрации в качестве кандидата на должность в руко­водстве или в представительстве профсоюза; если такой член избран даже как заместитель, такой запрет продолжает дей­ствовать до истечения срока его мандата, кроме случаев серь­езного нарушения, предусмотренного законом. Это положение также применяется к сельским профсоюзным организациям и к рыбацким поселкам, для которых закон может установить осо­бые условия.

В Бразилии действует большое число профсоюзов. На на­циональном уровне это Единый профцентр трудящихся (18 млн. членов), Всеобщая конфедерация трудящихся, Национальная конфедерация профсоюзных организаций металлургии, Наци­ональная конфедерация лиц свободных профессий, Нацио­нальная конфедерация трудящихся промышленности, Нацио­нальная конфедерация трудящихся торговли, Национальная конфедерация трудящихся морского, речного и авиационного транспорта, Национальная конфедерация трудящихся в сель­ском хозяйстве и др.

В Конституции не регулируется статус союзов пред­принимателей и работодателей; только в разделе о су­дебной системе говорится о представителях предпринимате­лей и трудящихся в трудовых судах (см. ниже). Из этого можно заключить, что предпринимательские организации подчиня­ются тем же конституционным правилам, что и профсоюзы. Можно назвать некоторые из этих организаций, действующих на национальном уровне. К ним относятся Ассоциация внешней торговли Бразилии, Конфедерация торговых ассоциаций Бра­зилии, Национальная конфедерация предпринимателей в сель­ском хозяйстве, Национальная конфедерация промышленнос­ти, Национальная конфедерация наземного транспорта и др.

Статус средств массовой информации излага­ется в Конституции в особой главе "Об общественной комму­никации" разд. VIII "О социальном устройстве". Их правовое положение зиждется на основополагающей норме о свободе выражения мысли. Согласно ст. 220 "проявление в какой-либо форме идей, творчества, выражения мнений и информации, каким бы способом они ни распространялись, не подлежит ни­какому ограничению при соблюдении предписаний настоящей Конституции". Ни один закон не может содержать положения, могущие стать препятствием для полной свободы журналист­ской информации при любом способе общественной коммуни­кации без ущерба для прав и свобод, провозглашенных в ряде пунктов ст. 5, а именно в п. IV (свобода выражения мысли; анонимность запрещается); V (право на пропорциональный от­вет), X (интимность, личная жизнь, честь, репутация лиц нерушимы); XIII (любой труд, занятие или профессиональная деятельность свободны при условии соблюдения профессиональ­ной квалификации, требуемой законом) и XIV (доступ к любой информации гарантирован; конфиденциальность источника со­храняется, когда это необходимо для осуществления профес­сиональной деятельности).

В Бразилии запрещена любая цензура политического, идеологического и художественного характера. В данном слу­чае имеется в виду предварительная цензура. В то же время на государство возложены некоторые обязанности в отноше­нии распространения информации. В частности, оно обязано регламентировать увеселительные мероприятия и публичные представления; публичная власть должна предоставлять ин­формацию о характере этих мероприятий и представлений; предельный возраст, которому они не могут быть рекомендо­ваны; время и места, в которых эти мероприятия и представ­ления не могут показываться; государство должно предостав­лять правовые средства, которые гарантировали бы лицу или группе лиц возможность защищаться от передаваемой инфор­мации в радио- и телепередачах, противоречащей положени­ям, специально указанным в ст. 221 Конституции (в частности, соблюдение этических и социальных ценностей лица и семьи), а также от рекламы продуктов, занятий и обслуживания, мо­гущих нанести вред здоровью и окружающей среде.

Важное положение содержится в § 5 ст. 220: "Средства общественной коммуникации не могут, прямо или косвенно, быть предметом монополии или олигополии", то есть господ­ства на рынке одной или небольшого числа фирм. Эта норма направлена на поддержание политического плюрализма, яв­ляющегося одним из принципов бразильского государства, о которых мы говорили.

Забота о недопущении иностранного вмешательства в дела государства и в формирование общественного мнения проявилась в норме ст. 222, согласно которой только бразильцы по рождению и бразильцы, натурализованные более 10 лет на­зад, могут быть собственниками предприятий печати и радио­вещания; они несут ответственность за управление ими и за их интеллектуальную ориентацию. Стремлением исключить влияние капитала на сферу информации можно объяснить запрещение участвовать какому-либо юридическому лицу в капитале таких предприятий, за исключением участия поли­тических партий и обществ, капитал которых принадлежит исключительно бразильцам. Но и их участие в капитале воз­можно только без права голоса и не может превышать 30%.

Предоставление и возобновление концессий, разрешений и уполномочий на трансляцию звука и звука с изображением при соблюдении принципа взаимного дополнения частной, пуб­личной и государственной систем входит в компетенцию ис­полнительной власти. Национальный конгресс также принима­ет участие в регулировании деятельности средств массовой информации, одобряя акты исполнительной власти. Решение о невозобновлении концессии и разрешения принимается по меньшей мере 2/5 голосов Национального конгресса при по­именном голосовании. Аннулирование концессии или выданно­го разрешения до окончания срока может происходить только по судебному решению. Срок концессии или разрешения со­ставляет 10 лет для радиостанций и 15 лет для телевизионных станций. Для реализации конституционных положений Нацио­нальный конгресс образует законом в качестве вспомогатель­ного органа Совет общественной коммуникации.

В стране наблюдается весьма слабое распространение печатной прессы, если учитывать численность ее населения. До сих пор отсутствуют общенациональные ежедневные га­зеты. Ежедневные газеты распространяются лишь на уровне одного или нескольких штатов или в более мелких террито­риальных единицах. В 1990 г. было всего 356 ежедневных га­зет. Крупнейшие из них — "Эстаду ди Сан-Паулу" (тиражом 240 тыс. экз.); "Фольяди Сан-Паулу" (свыше 500 тыс.); "Гло­бу" (350 тыс.); "Жорнал ду Бразил" (200 тыс.). Наиболее по­пулярен еженедельник "Вежа" (800 тыс.)*. Радио- и телевеща­ние — основной источник распространения информации, охва­тывающий 70% населения страны. В середине 1990-х гг. в стране было 61 млн. радиоприемников и 37 млн. телевизоров. В апреле 1993 г. работало около 2 тыс. частных радиостанций (притом, что только несколько радиостанций принадлежало государству и католической церкви), а также 237 телестанций (118 станций в столице и 6 других городах). Телевещание ведется по пяти каналам, крупнейшие телекомпании — "Глобу", "Маншети", СБТ, "Бандейрантис"**.

* См.: Страны мира: Справочник. С. 65.

** См.: Страны мира: Справочник. С. 65

Господствующая церковь в стране — католическая. Католицизм исповедуют более 100 млн. человек. В организацион­ном отношении эта церковь имеет 37 архиепископств, 196 епар­хий, 13 территориальных прелатур и два территориальных аб­батства. Кроме того, религиозный спектр представлен проте­стантскими конфессиями (методисты, евангелисты и др.) и буддизмом.

Со времени первой бразильской республики принцип свет­ского государства и раздельного существования государства и церкви — составная часть бразильской конституционной тра­диции. Согласно п. I ст. 19 Конституции Союзу, штатам, феде­ральному округу и муниципиям запрещается учреждать рели­гиозные культы или церкви, их субсидировать, стеснять их деятельность, поддерживать с ними или с их представителями отношения зависимости или союза без ущерба для сотрудни­чества в публичных интересах согласно предписаниям закона.

§ 4. Выборы, плебисцит и референдум

1. Принципы избирательного права

Принципы субъективного избирательного права урегули­рованы Конституцией в главе о политических правах разд. II "Об основных правах и гарантиях". Принципы избирательного права конституциями штатов не регулируются, и таким обра­зом в отношении избирательных прав граждан на территории всей страны действуют одни и те же федеральные нормы. Следует отметить, что в Бразилии нововведения в области избирательного права реализуются не сразу. Любой закон, изменяющий процедуру выборов, вступает в силу со дня его опубликования и не применяется к выборам, которые состо­ятся в течение последующего года. Отсутствие поспешности при введении в силу новых норм явно направлено на обеспе­чение политической стабильности; указанный порядок не позволяет каким-либо политическим партиям, пришедшим к влас­ти, на следующий же день проводить выборы по новым пра­вилам, которые им покажутся выгодными.

Конституция установила, что народный суверенитет бу­дет осуществляться всеобщим избирательным правом (о sufragio universal), которое бразильский профессор Алессандре де Мораес характеризует как ядро политических прав*, прямым и тайным голосованием, равным для всех, посред­ством плебисцита, референдума, народной инициативы. Пос­ледние три института мы рассмотрим ниже, в п. 3 настоящего параграфа и в п. 1 следующего. Всеобщее избирательное пра­во включает право голоса и право избираться (активное и пассивное избирательное право).

* См.: de Moraes A. Direito constitucional. 5. ed. revista e ampliada. Sao Paulo. 1999. P. 214.

Активное избирательное право предоставляется бразиль­ским гражданам с 16 лет; традиционно оно должно осуществ­ляться в обязательном порядке грамотными избирателями в возрасте от 18 до 70 лет, что позволяет обеспечить участие граждан в выборах на достаточно высоком уровне (здесь мы не говорим о негативных сторонах этого института — см. п. 3 § 2 гл. VII Общей части учебника). Так, на выборах в Палату депутатов и Федеральный сенат 3 октября 1994 г. проголосова­ло 82,24% избирательного корпуса. Не участвовавшие в голо­совании без уважительных причин наказываются штрафом. В факультативном порядке могут голосовать лица старше 70 лет, молодежь от 16 до 18 лет и неграмотные. Не включаются в списки избирателей иностранцы и лица, призванные, на обя­зательную военную службу, в период ее прохождения.

Не имеют избирательного права: душевнобольные; лица, находящиеся в местах лишения свободы; лица, лишенные по­литических прав по суду; военнослужащие в звании ниже сер­жанта.

Пассивным избирательным правом "могут пользоваться толь­ко лица, имеющие бразильское гражданство (a nation alidade), полностью осуществляющие свои политические права (т. е. не ограниченные в них), внесенные в списки избирателей, имею­щие избирательный домициль в избирательном округе, состоя­щие в какой-либо политической партии. Минимальный возраст в 35 лет установлен для замещения должности или мандата Пре­зидента, Вице-президента республики и сенатора, 30 лет — губернатора и вице-губернатора штата или федерального округа, 21 год — федерального депутата, депутата штата или феде­рального округа, префекта, вице-префекта и мирового судьи, 18 лет — муниципального советника. Не могут избираться неграмотные и те, кто не внесен в списки избирателей.

Для того чтобы претендовать на иные должности, Прези­дент республики, губернаторы штатов и федерального окру­га и префекты должны отказаться от своего мандата по мень­шей мере за шесть месяцев до выборов. Не могут избираться на подведомственной им территории супруги и единокровные родственники или свойственники до второй степени или усы­новленные дети Президента республики, губернаторов штатов или федерального округа, префектов или тех, кто их замещал по меньшей мере в течение шести месяцев, предшествующих выборам, за исключением случаев, когда они уже занимают выборную должность, на которую они хотят быть переизбранными.

Выше говорилось, что военнослужащим срочной службы активное избирательное право не предоставлено; это сделано с целью уменьшить влияние армии на политическую жизнь. В отношении же пассивного избирательного права действуют более либеральные положения. Военнослужащие, включенные в списки избирателей (в основном офицеры), могут быть избра­ны на должность при условии, что если они находились на службе менее 10 лет, то должны уйти в запас, а если более 10 лет, то их функции приостанавливаются вышестоящим коман­дованием и, в случае избрания, они автоматически увольняются в отставку.

Конституция обязывает законодателя урегулировать до­полняющим законом другие случаи неизбираемости, кроме указанных выше, а также запреты, направленные на обеспе­чение нравственных основ при исполнении мандата, с учетом предшествующей жизни кандидата.

2. Конституционные принципы избирательного процесса

В конституционном порядке определено, что выборы дол­жны осуществляться без влияния экономической власти или прямого или косвенного злоупотребления своими функциями, должностями или службой в прямой или косвенной публичной администрации (§ 9 ст. 14 в редакции Конституционной по­правки № 4 1994 г.). Под термином "влияние экономической власти или злоупотребление такой властью" понимаются, например, чрезмерные расходы во время избирательной кам­пании и оказание экономического давления на избирателей. Ко­нечно, надеяться, что такие нормы сами по себе могут обеспе­чить честные выборы, было бы наивно, но наличие соответ­ствующих законоположений обязывает государство добиваться этого и облегчает борьбу с избирательными правонарушениями.

Из принципа обязательного вотума вытекает обязанность избирателей соответствующего возраста регистрироваться и обязанность публичной власти составлять и актуализировать списки избирателей.

Функции руководства избирательным процессом осуще­ствляются органами избирательной юстиции, что имеет целью гарантировать соблюдение требований избирательного законо­дательства. Этими же органами рассматриваются и избира­тельные споры.

Избирательными округами служат территориальные еди­ницы — на ступень ниже при выборах представительных ор­ганов или подведомственные единицы при выборах глав пуб­личной администрации. Например, при выборах палат Нацио­нального конгресса это штаты, территории и федеральный округ, при выборах губернаторов — штаты и федеральный округ.

Конституция предоставила политическим партиям моно­польное право выдвижения кандидатов во все выборные орга­ны власти и на все должности руководителей публичной адми­нистрации. Конечно, демократичность такого положения не вполне убедительна, но в Бразилии существует не только от­меченное Редьярдом Киплингом "изобилие невиданных зверей", но также, как мы видели, изобилие политических партий, что облегчает избирателю выбор программ или кандидатов, которые он склонен поддержать. Для этого, правда, нужна определенная информированность, и не случайно Конститу­ция освобождает неграмотных избирателей от обязательного вотума.

Получение мандата в результате выборов может быть об­жаловано в орган избирательной юстиции в течение 15 дней по оглашении их результатов; следствие должно выявить до­казательства злоупотребления экономической властью, кор­рупции или мошенничества. Избирательный трибунал разби­рает жалобу в закрытом порядке, причем заявитель несет от­ветственность по закону, если, подавая жалобу, сознавал ее необоснованность или проявил недобросовестность.

К порядку избрания представительных органов и руково­дителей публичной администрации мы еще вернемся при рас­смотрении их конституционного статуса.

3. Плебисцит и референдум

В третьем издании Общей части настоящего учебника (1999 г.) в п. 1 § 5 гл. VII мы говорили о соотношении понятий "плебисцит" и "референдум" и излагали, в частности, сужде­ния по этому вопросу применительно к Бразилии проф. А. де Мораеса. Памятуя тем не менее, что повторение — мать ученья, и стремясь избавить читателя, который забыл об этом или не читал. Общей части, от необходимости обращаться к ней при изучении основ бразильского конституционного права, считаем целесообразным вкратце все это напомнить.

Для большинства стран первый термин если и употребля­ется, то как политический, а не юридический, означающий судьбоносное для государства народное голосование (а юри­дически — тот же референдум), тогда как в Бразилии оба термина являются конституционно-правовыми и имеют неоди­наковое юридическое содержание, хотя реализуются соответ­ствующие институты в одинаковой процедуре всеобщего го­лосования.

А. де Мораес указывает, что плебисцит — это форма предварительного народного голосования по поводу решения какого-либо вопроса, который позднее будет рассматривать­ся Национальным конгрессом. Референдум, напротив, означает последующее народное голосование, которое призвано рати­фицировать определенный акт власти либо для обеспечение его действия (отлагательное условие), либо для его отмены (резолютивное условие)*.

* De Moraes A. Op. cit. P. 218.

Если Конституция запрещает принятие закона без прове­дения плебисцита, это не означает, что положительное голо­сование на плебисците обязывает Национальный конгресс при­нять закон. Федеральный верховный трибунал по вопросу с преобразовании штатов (§ 3 ст. 18 Конституции) счел, что принятие дополняющего закона — акт политический, который Национальный конгресс совершает по своему усмотрению*.

* См.: Dezen Junior G. Op. cit. P. 233—234.

Плебисцит назначается Национальным конгрессом, а ре­ферендум разрешается им.

§ 5. Федеральные государственные органы

1. Национальный конгресс

Статус бразильского парламента — Национального кон­гресса определяется в гл. I "О законодательной власти" разд. IV Конституции "Об организации властей".

Формирование. Национальный конгресс включает две палаты: Палату депутатов, являющуюся органом общенацио­нального представительства, и Федеральный сенат — палату представительства субъектов федерации. Продолжительность легислатуры составляет четыре года.

Нижняя палата Национального конгресса — Палата депу­татов состоит из представителей народа, избранных по про­порциональной системе в каждом штате, в каждой территории и в федеральном округе. Число депутатов, как и представи­тельство территориальных единиц в Палате, устанавливают­ся дополняющим законом, который принимается в течение года, предшествующего выборам. Представительство штатов и федерального округа должно быть пропорционально числен­ности их населения и составляет от 8 до 70 депутатов. Каждая территория избирает четырех депутатов. В настоящее время Палата депутатов насчитывает более 500 депутатов. Мандаты распределяются по правилу наибольшей средней с учетом преференций, полученных кандидатами списка. В случае от­крытия вакансии она замещается кандидатом того же партий­ного списка, по которому получил мандат выбывший депутат.

Верхняя палата — Федеральный сенат включает 81 чле­на, избираемых на 8 лет по норме: три сенатора от каждого штата и от федерального округа; палата обновляется каждые четыре года, причем сначала на 1 /3 , а затем на 2 /3 . Вместе с сенатором избираются два его заместителя. Выборы сенато­ров проводятся по мажоритарной системе. Когда происходит обновление 2 /3 палаты, то каждый избиратель голосует за двух кандидатов, один из которых считается первым. Если место в палате становится вакантным, то оно занимается за­местителем. Если вакансия возникла, когда до новых всеобщих выборов остается более 15 месяцев, проводятся частичные вы­боры на оставшийся период.

Полномочия. В соответствии с традицией, идущей от Конституции США, действующая бразильская Конституция специально устанавливает полномочия Национального конгрес­са, что, скажем, для европейских конституций не типично. Но если в США компетенция Конгресса — это по существу ком­петенция Союза (по крайней мере по кругу предметов веде­ния), то в Бразилии значение конституционного установления компетенции Национального конгресса этим не исчерпывает­ся. Дело в том, что в компетенции Национального конгресса вычленяются две группы полномочий.

Первая группа — это те полномочия, которые Нацио­нальный конгресс осуществляет с последующей санкцией Пре­зидента республики. Они определены в 14 пунктах ст. 48 Кон­ституции (система налогов, сбора и распределения доходов, среднесрочное планирование и государственные финансы, гра­ницы, имущество Союза, численность Вооруженных сил, ам­нистия и др.). Реализуются эти полномочия в основном посред­ством закона.

Вторая группа — это исключительные полномочия Наци­онального конгресса, определенные в 17 пунктах ст. 49 Консти­туции (окончательное решение о международных договорах, серьезно обременяющих государство или его имущество, дача разрешения Президенту на определенные действия, связан­ные с внешней политикой и обороной, одобрение декрета о состоянии защиты или федерального вмешательства, отмена нормативных актов исполнительной власти, выходящих за пределы регламентарной власти или делегированного законодательства, утверждение денежного содержания парламентариев, Президента, Вице-президента и министров, надзор и контроль непосредственно или через какую-либо из палат за актами исполнительной власти, включая косвенную админи­страцию, выборы 2 /3 состава Счетного трибунала и др.). Зна­чительная часть этих полномочий реализуется посредством ин­дивидуальных актов.

Кроме полномочий Национального конгресса в целом, Конституция определяет также исключительные полномочия каждой из его палат.

Так, согласно ст. 51 Конституции Палата депутатов голосами 2 /3 своих членов возбуждает процесс против Президен­та и Вице-президента республики и государственных мини­стров, истребует отчет Президента, если он не представлен Национальному конгрессу в течение 60 дней после открытия сессии, вырабатывает свой регламент, принимает решения о своей организации и организации своего аппарата, избирает членов Совета республики.

Круг исключительных полномочий Федерального сената (ст. 52 в ред. Конституционной поправки № 23 1999 г.) значительно шире: 14 позиций против пяти у Палаты депутатов. Он судит Президента и Вице-президента республики за должност­ные преступления, а также государственных министров и ко­мандующих Военно-морскими, Сухопутными и Военно-воздуш­ными силами за такие же преступления и связанные с ними, предварительно одобряет тайным голосованием после публич­ного обсуждения кандидатуры на должности магистратов в предусмотренных Конституцией случаях, указанных Президен­том судей Счетного трибунала Союза, губернаторов террито­рий, председателя и директоров Центрального банка, Гене­рального прокурора республики, указанных законом других должностных лиц, а также руководителей постоянных дипло­матических представительств (последних на закрытом заседа­нии), решает ряд финансовых вопросов, приостанавливает ис­полнение полностью или частично законов, признанных не­конституционными окончательным решением Федерального верховного трибунала, одобряет абсолютным большинством при тайном голосовании досрочное освобождение от должности Ге­нерального прокурора республики, вырабатывает свой регла­мент и принимает решения о своей организации и организа­ции своего аппарата, избирает членов Совета республики. Когда Федеральный сенат судит должностных лиц, председательству­ет в нем председатель Федерального верховного трибунала, решение об осуждении принимается 2/3 голосов, а наказани­ем служит утрата должности с запрещением в течение 8 лет выполнять публичные функции, что не исключает возможно­сти применения других судебных санкций (ст. 52 Конституции).

Национальному конгрессу принадлежит право аудитор­ского, финансового, бюджетного, операционного и имуществен­ного контроля в Союзе и органах прямой или косвенной пуб­личной администрации; критерии контроля — легальность, законность, экономическая своевременность предоставления субсидий и отказа от доходов; он осуществляется Национальным конгрессом посредством внешнего контроля. Этот контроль, лежащий на обязанности Национального конгресса, осуществ­ляется с помощью Счетного трибунала Союза, о котором бу­дет сказано ниже — в п. 4 настоящего параграфа.

Статус парламентариев. Депутаты и сенаторы не­прикосновенны независимо от их мнений, высказываний и го­лосования. По получении мандата они не подлежат аресту, если не застигнуты на месте преступления (в этом случае не допускается освобождение под поручительство), и не подле­жат уголовной ответственности без согласия соответствующей палаты. Если в согласии отказано или решение не принято, срок давности прерывается до окончания срока мандата. В слу­чае задержания на месте преступления документы направляются в течение 24 часов в палату, чтобы она тайным голосованием и большинством своих членов дала разрешение на содержание под стражей и привлечение к уголовной ответственности или отказала в нем. Уголовные дела депутатов и сенаторов рассматриваются Федеральным верховным трибуналом.

Депутаты и сенаторы не обязаны свидетельствовать о сведениях, полученных или предоставленных ими при осуществлении своего мандата, равно как и о лицах, которые им доверили информацию или которым они предоставили ее.

Мобилизация парламентариев в Вооруженные силы, даже если они являются военнослужащими и даже во время войны, зависит от предварительного согласия соответствующей пала­ты. Их иммунитеты сохраняются во время военного положения и могут приостанавливаться только по решению 2 /3 членов соответствующей палаты в случае действий вне местонахожде­ния Конгресса, которые несовместимы с применяемыми мера­ми военного положения.

После получения мандата парламентарии не могут подпи­сывать или сохранять контракты с юридическими лицами пуб­личного права, автономными учреждениями государства, пуб­личными предприятиями, смешанными хозяйственными обще­ствами или предприятиями — концессионерами публичных служб, за исключением тех случаев, когда соглашения подпа­дают под единые оговорки. Они не могут также принимать или выполнять оплачиваемые должности или функции, занимать рабочие места, включая те в перечисленных организациях, с которых могут быть уволены решением вышестоящего органа или должностного лица. С началом осуществления мандата они не могут быть собственниками, обладателями контрольных пакетов акций или директорами предприятий, получающих выгоду от контракта с юридическим лицом публичного права, или выполнять в таком предприятии какие-либо оплачиваемые функции, а также оказывать покровительство этим организа­циям в делах, где они суть заинтересованная сторона. Депутат или сенатор не может обладать более чем одним выборным публичным постом или мандатом.

Депутат или сенатор утрачивает мандат, если нарушает установленные запреты, если его поведение несовместимо с достоинством парламентария, если он без разрешения отсут­ствует на 1/3 очередных заседаний законодательной сессии палаты, в случае лишения или приостановления политических прав, а также постановления органа избирательной юстиции, когда это "предусмотрено Конституцией, наконец, если он осуж­ден вступившим в силу приговором. С достоинством парламен­тария несовместимо наряду со случаями, установленными рег­ламентом, злоупотребление прерогативами парламентария или получение недолжных выгод.

В случаях нарушения запрета совмещать должности, не­подобающего поведения и осуждения уголовным судом вопрос об утрате мандата решается палатой тайным голосованием и абсолютным большинством голосов по заявлению ее бюро или политической партии, представленной в Национальном конг­рессе; при этом заинтересованный депутат или сенатор обла­дает правом на полную защиту.

В случаях пропуска заседаний и осуждения избиратель­ным трибуналом вопрос об утрате мандата решается бюро соответствующей палаты по его инициативе или по заявлению любого его члена или политической партии, представленной в Национальном конгрессе; при этом заинтересованное лицо обладает правом на полную защиту.

В то же время парламентарий не утрачивает своего ман­дата, если он назначен на пост государственного министра, губернатора территории, секретаря (должностного лица, вы­полняющего функции, аналогичные функциям министров в Союзе) штата, федерального округа, территории, префекту­ры столицы или главой временной дипломатической миссии либо получил от палаты разрешение отсутствовать вследствие болезни или без сохранения парламентского вознаграждения по мотивам частного характера; в последнем случае отсут­ствие не должно превышать 120 дней законодательной сессии. В случае назначения на должность он по своему выбору полу­чает либо жалованье по должности, либо парламентское вознаг­раждение. Если парламентарий занял должность или получил разрешение отсутствовать более 120 дней, вместо него действу­ет заместитель.

Бразильские парламентарии не могут быть отозваны. Что­бы уйти в отставку, они должны направить соответствующее письмо председателю своей палаты или объявить о своей от­ставке на ее заседании. Отставка считается принятой со вре­мени опубликования об этом в официальном вестнике. Если же заявление об отставке подано во время производства по ли­шению мандата, рассмотрение заявления приостанавливается до окончания указанного производства.

Организация. Национальный конгресс и его палаты из­бирают свои бюро (as Mesas) и временные и постоянные ко­миссии с учетом, насколько возможно, численности представ­ленных в палатах партий и парламентских блоков. Свои бюро палаты избирают на два года без права членов бюро на немед­ленное переизбрание на ту же должность. Бюро Националь­ного конгресса состоит из председателя Федерального сената, первого вице-председателя Палаты депутатов, второго вице-председателя Сената, первого и третьего секретарей Палаты и второго и четвертого секретарей Сената*.

* См.: de Moraes A. Op. cit. P. 348.

Комиссиям Национального конгресса предоставлено пра­во обсуждения (что является обычным) и принятия проектов законов, от рассмотрения которых согласно своему регламен­ту отказался пленум палаты, если обратного не требует 1 /10 ее членов. Другими словами, комиссии могут законодательство­вать, принимая соответствующие акты. Эта практика, очевид­но, навеяна аналогичными нормами ряда европейских консти­туций (Италии 1947 г., Испании 1978 г. и Португалии 1976 г.). Комиссии могут проводить публичные слушания с приглаше­нием организаций гражданского общества; приглашать госу­дарственных министров для получения информации по вопро­сам, относящимся к их полномочиям; принимать петиции, за­явления, представления или жалобы на действия или упущения властей или публичных организаций. Комиссии могут получать свидетельские показания от любого органа власти или любого гражданина. Они рассматривают программы работ, нацио­нальные, региональные и отраслевые планы развития и полу­чают по ним заключения.

Следственные комиссии создаются палатами раздельно или совместно по ходатайству 1 /3 их членов для выявления определенного факта или на установленный срок. Эти комиссии могут проводить расследования, обладая правами, присущими органам судебной власти, и в необходимых случаях направля­ют свои заключения в прокуратуру для привлечения правона­рушителей к гражданской или уголовной ответственности.

Во время парламентских каникул действует представительная комиссия, избираемая палатами на последнем очередном заседании законодательной сессии; состав этой комиссии, насколько возможно, отражает представительство партий, а полномочия устанавливаются в общем регламенте Националь­ного конгресса.

В каждой из палат Конгресса имеется около 20 комиссий, причем их специализация не совпадает с кругом ведения ми­нистерств. В регламентах не установлено ограничений для участия парламентариев в комиссиях, но на практике обыч­но парламентарий работает в одной комиссии.

Общая процедура. Конгресс работает в сессионном порядке, заседая ежегодно в столице федерации с 15 февраля по 30 июня и с 1 августа по 15 декабря. Если дата приходится на субботу, воскресенье или праздничный день, начало или окончание сессии переносится на следующий рабочий день. Из общего правила есть исключение: законодательная сессия не может закрыться до тех пор, пока не будет принят проект закона о бюджетной директиве.

По общему правилу, палаты заседают раздельно. Случаи совместных заседаний, однако, достаточно многочисленны. Депутаты и сенаторы собираются вместе: для торжественного открытия законодательной сессии; для принятия регламента совместных заседаний и урегулирования порядка образования совместных служб палат; для принятия присяги Президента и Вице-президента республики; для заслушивания сообщения о вето Президента республики и принятия решения в отно­шении него. На совместном заседании палат председательству­ет председатель Федерального сената; другие обязанности на таких заседаниях выполняются попеременно равноценными должностными лицами Палаты депутатов и Федерального се­ната.

Каждая из палат собирается на подготовительное заседа­ние начиная с 1 февраля первого года начала легислатуры для принятия присяги своих членов и избрания своих бюро.

Созыв Национального конгресса на внеочередную сессию производится:

— председателем Федерального сената в случаях, когда изданы декреты о состоянии защиты или о федеральном вме­шательстве, в случаях требования об уполномочии ввести во­енное положение и для вступления в должность Президента и Вице-президента республики;

— Президентом республики, председателями палат или по ходатайству большинства членов обеих палат в случаях срочно­сти или публичного интереса исключительной важности.

Во время внеочередной сессии Национальный конгресс рас­сматривает лишь те вопросы, ради которых он был созван. Конституционная поправка № 19 1998 г. запретила выплачивать в этих случаях повышенное вознаграждение парламента­риям.

Законодательный процесс. В законодательной об­ласти обе палаты Национального конгресса равноправны. Кон­гресс принимает значительное число законов, имеющих раз­личные названия и статус. Согласно ст. 59 Конституции парла­мент разрабатывает и принимает следующие категории законов:

— поправки к Конституции;

— дополняющие законы;

— обычные (ordinarias) законы;

— делегирующие законы;

— временные меры;

— законодательные декреты;

— резолюции.

Порядок разработки, редактирования, изменения и коди­фикации законов регулируется согласно Конституции допол­няющим законом. Такой закон, изданный в 1995 г., направлен на уменьшение числа законов и поглощение одних законов другими.

О значении и особенностях некоторых законов мы уже говорили (о конституционных поправках и о дополняющих законах, например, в п. 2 § 1; о временных мерах будет ска­зано в следующем пункте, посвященном исполнительной вла­сти). В бразильской литературе высказано суждение (Село Бастосом) о том, что между перечисленными видами законов нет иерархии, поскольку каждый вид регулирует точно очер­ченную группу общественных отношений, не совпадающую с отношениями, регулируемыми другими видами законов*. Это утверждение представляется сомнительным: вполне возможно, что конституционная поправка или принцип дополняющего закона будут нуждаться в конкретизации обычными законами, которые явно оказываются на более низкой ступени иерархии.

* См.: Dezen Junior G. Op. cit. P. 304.

Законодательная инициатива в отношении дополняющих и простых законов принадлежит любому члену и любой комиссии Палаты депутатов, Федерального сената или Национального конгресса, Президенту республики, Федеральному верховному трибуналу, высшим трибуналам, Генеральному прокурору рес­публики и гражданам в форме и случаях, предусмотренных Конституцией. Президенту республики (с учетом Конституци­онной поправки № 18 1998 г.) принадлежит исключительное право инициативы законов, которые устанавливают и изменяют численный состав Вооруженных сил, а также касаются:

— создания публичных постов, функций или должностей непосредственно в администрации или в ее автономных орга­низациях или увеличения их вознаграждения;

— административной и судебной организации, налоговой и бюджетной сферы, публичных служб и персонала админи­страции территорий;

— публичных служащих Союза и территорий, их право­вого статуса, назначения на посты, стабильности положения и пенсионного обеспечения;

— организации прокуратуры и Публичной защиты (о ней см. ниже — п. 3 настоящего параграфа) Союза, а также общие положения об организации прокуратуры и Публичной защиты штатов, федерального округа и территорий;

— образования, системы и полномочий министерств и органов публичной администрации;

— военнослужащих Вооруженных сил, их правового по­ложения, назначения на посты, продвижения, стабильности положения, вознаграждения, отставки и перевода в запас.

Народная законодательная инициатива осуществляется путем представления Палате депутатов законопроекта, подпи­санного не менее чем 1% национального избирательного кор­пуса, распределенного не менее чем между пятью штатами, в каждом из которых должны быть собраны подписи не менее 0,3% избирателей.

Законопроекты Президента и трибуналов вносятся в Па­лату депутатов, остальные — в любую палату. Президент рес­публики может потребовать срочного рассмотрения внесенного им законопроекта. Если последовательно Палата депутатов и Федеральный сенат не выскажутся по этому проекту в 45-днев­ный срок, то проект вносится в повестку дня и рассмотрение других вопросов приостанавливается до тех пор, пока не бу­дет проведено голосование. Рассмотрение поправок Федерального сената Палатой депутатов проводится в 10-дневный срок с учетом общего 45-дневного срока. В этот срок не входит ка­никулярное время Национального конгресса, и он не приме­няется к проектам кодексов.

На стадии обсуждения законопроекта одобренный одной палатой проект рассматривается другой, которая обсуждает и голосует его в единственном чтении, после чего он передается для получения санкции или промульгации, если палата, рассмотревшая проект, его приняла, или сдается в архив, если она его отклонила.

Если в проект были внесены поправки, то он направляет­ся в палату, из которой был прислан. Она рассматривает толь­ко поправки другой палаты. Если они одобряются, проект на­правляется Президенту, если нет, то поправки сдаются в ар­хив, а проект направляется Президенту в том виде, в каком был принят палатой, которая одобрила его первой.

Палата, в которой голосование было закончено, направ­ляет проект закона Президенту республики, который, если согласен с ним, санкционирует проект. Если Президент рес­публики считает, что проект в целом или частично некон­ституционен или противоречит публичным интересам, то он в 15-дневный срок налагает на него полное или частичное вето и в течение 48 часов извещает председателя Сената о мотивах. Частичное вето может относиться только целиком к статье, параграфу, пункту или абзацу, но не к обороту или отдель­ным словам. Молчание Президента в течение 15-дневного сро­ка означает санкционирование закона и обязанность Прези­дента в течение 48 часов промулъгироватъ закон. Если в тече­ние 30 дней по получении вето оно не будет преодолено на совместном заседании палат абсолютным большинством депу­татов и сенаторов в качестве единой коллегии при тайном го­лосовании, считается, что оно ими одобрено. В случае пре­одоления вето закон направляется Президенту для промуль­гации. В случае же пропуска 30-дневного срока вопрос о вето ставится на повестку дня немедленно созываемого заседания Национального конгресса вне очереди для окончательного го­лосования. Далее следует примечательная норма § 7 ст. 66, согласно которой, если Президент не промульгирует закон в течение 48 часов, это в такой же срок должен сделать пред­седатель Сената, а если и он этого не сделает, то обязанность переходит к Вице-президенту.

Внести вновь на той же сессии Конгресса вопрос, бывший предметом отклоненного закона, можно только абсолютному большинству членов какой-либо из палат.

Скажем несколько слов о делегирующих законах, прини­маемых бразильским парламентом. Проекты таких законов представляются Президентом республики; они должны содер­жать делегацию полномочий Национального конгресса. Консти­туция (ст. 68) ограничивает, однако, это право. Не могут быть предметом делегирования акты исключительной компетенции Национального конгресса, Палаты депутатов или Федерального сената, вопросы, подлежащие регулированию дополняющи­ми законами и законодательством об организации судебной власти и прокуратуры, прохождении службы и гарантиях для их членов; гражданстве в обоих смыслах, индивидуальных, политических и избирательных правах; среднесрочных планах, бюджетных директивах и бюджетах. Делегирование Президенту республики производится в форме резолюции Национального конгресса, в которой указываются содержание и сроки делеги­рованных полномочий. Если в резолюции устанавливается, что проект подлежит оценке Национальным конгрессом, то такая оценка принимается единственным голосованием; поправки к ней не могут вноситься.

Дополняющие законы принимаются абсолютным большин­ством в обеих палатах.

Законодательный процесс в финансово-экономической сфе­ре также отличается некоторыми особенностями. Президент республики представляет проекты среднесрочных планов раз­вития, бюджетных директив, годового бюджета, выделения дополнительных кредитов сразу в обе палаты. Содержание этих актов довольно подробно определено в Конституции (разд. VI о налогообложении и бюджете). Смешанная комиссия палат изучает эти документы и предлагает поправки. Бюджетные директивы и бюджеты, равно как и поправки к их проектам, не могут противоречить среднесрочным планам. Конституци­онные нормы устанавливают жесткую бюджетную дисципли­ну, которой должны следовать, в частности, парламентарии. Так, запрещается вносить проекты или поправки, выходящие за бюджетные рамки.

Контрольные процедуры в отношении исполни­тельной власти определяются ограниченными правами Наци­онального конгресса в данной сфере в условиях президентской республики, что, впрочем, уравновешивается невозможностью роспуска Конгресса.

Полномочия палат Национального конгресса в названной области сводятся к тому, что он, его палаты, как и их посто­янные и временные комиссии, могут вызывать государствен­ных министров или других должностных лиц из органов, не­посредственно подчиненных Президенту республики, для того, чтобы они лично предоставили информацию по заранее опре­деленным вопросам; неоправданное отсутствие министров об­разует должностное преступление. Бюро Палаты депутатов и Федерального сената могут обращаться с письменными тре­бованиями информации к государственным министрам или другим должностным лицам, упомянутым в Конституции; от­каз, оставление требования без ответа или предоставление ложной информации также составляют должностное преступ­ление.

О следственных комиссиях выше уже говорилось.

2. Президент республики

Компетенция. Согласно ст. 76 Конституции исполни­тельная власть осуществляется Президентом республики, ко­торому помогают государственные министры.

Президент — центральная фигура в государственном ме­ханизме, он политический лидер страны. В соответствии с латиноамериканской концепцией права он наделен очень ши­рокими полномочиями, которые ст. 84 Конституции относит к исключительным. Они производят большее впечатление, если их рассматривать по каждой из сфер деятельности этого выс­шего должностного лица. Так, Президент единолично назна­чает и смещает государственных министров; осуществляет с их помощью высшее руководство федеральной администрацией, распоряжается об организации и деятельности федеральной администрации согласно закону, устанавливает и упраздняет публичные должности в соответствии с законом.

В сфере отношений с парламентом его полномочия зна­чительно превышают полномочия Президента США. Он санк­ционирует, промульгирует законы и распоряжается об их опуб­ликовании, а также издает декреты и положения для добросо­вестного исполнения законов. Конституция 1988 г. предоставила Президенту и инструмент для проведения более гибкой зако­нодательной политики — имеется в виду право не только пол­ного, но и частичного вето, совершенно очевидно заимство­ванного из французской Конституции 1958 г.

Президент республики не является бесстрастным наблю­дателем за законодательной деятельностью парламента. Он, как мы видели, обязан инициировать законодательный процесс в форме и случаях, предусмотренных Конституцией, и может потребовать срочного рассмотрения внесенных им проектов Другими словами, в отличие от американской модели взаимо­отношений исполнительной и законодательной властей, взятой за основу в Бразилии, Президент последней обладает фор­мальным правом наравне с парламентариями вносить законо­проекты, причем в ряде важных областей государственной жизни это право носит исключительный характер. Президент должен направлять послание и план Правительства Национальному конгрессу по случаю открытия его законодательной сессии с тем, чтобы изложить положение в стране, и требо­вать принятия таких мер, которые он считает необходимыми. Ежегодно в течение 60 дней после открытия законодательной сессии Президент представляет Национальному конгрессу от­чет о произведенных в предыдущий период расходах.

Президенту принадлежит право издавать акты о времен­ных мерах, имеющих силу закона. Они им принимаются в слу­чаях особой важности и неотложности. Об этих мерах Прези­дент немедленно сообщает Национальному конгрессу; если меры принимаются во время парламентских каникул, то На­циональный конгресс созывается на внеочередную сессию в пятидневный срок.

В арсенале полномочий Президента есть вышеупомянутое право издавать декреты о введении состояния защиты и, с разрешения Конгресса, военного положения и о федеральном вмешательстве (см. о нем ниже в п. 4 § 6) и исполнять их.

Во внешнеполитической сфере Президент республики обязан поддерживать отношения с иностранными государства­ми и аккредитовать своих дипломатических представителей; заключать договоры, конвенции и международные акты, пе­редаваемые на ратификацию Национальному конгрессу; объяв­лять войну в случае иностранной агрессии, либо по уполно­мочию Национального конгресса, либо когда названная агрессия совершена в период вне законодательных сессий, с последую­щим утверждением Конгрессом; при соблюдении таких же ус­ловий декретировать всеобщую или частичную мобилизацию; заключать мир с уполномочия или утверждения Националь­ного конгресса; разрешать в случаях, предусмотренных до­полняющим законом, проход иностранных вооруженных сил через национальную территорию или их временное пребыва­ние на ней.

Президент осуществляет верховное главнокомандование Вооруженными силами, присваивает генеральские звания и назначает их носителей на соответствующие должности. Необ­ходимо указать, что для страны, пережившей немало воен­ных переворотов, эта норма имеет далеко не символическое значение. Кроме того, Президент созывает Совет республики и Совет национальной обороны и председательствует в них. Статус этих органов регулируется Конституцией и законами (см. о них ниже).

Что касается отношений с судебной властью, то с согла­сия Федерального сената Президент назначает судей Федерального верховного трибунала и высших трибуналов, Гене­рального прокурора республики; назначает с одобрения Феде­рального сената 1/3 судей Счетного трибунала Союза; назна­чает магистратов в случаях, предусмотренных Конституцией, а также Генерального адвоката Союза.

Кроме того, Президенту принадлежит право назначения губернаторов территорий, председателя и директоров Цент­рального банка и других должностных лиц, в случаях, указан­ных в законе, а также двух членов Совета республики.

Из числа иных полномочий Президента можно назвать право помилования и смягчения наказания после заслушива­ния, если в этом есть необходимость, органов, учрежденных законом; право награждения орденами и почетными отличиями.

Такие свои полномочия, как распоряжения об организации и функционировании администрации, помилование и смягче­ние наказаний, назначение на федеральные публичные долж­ности и продление полномочий назначенных лиц, Президент может делегировать государственным министрам, Генераль­ному прокурору республики и Генеральному адвокату Союза с соблюдением установленных для этого пределов.

Если сравнить статус Президента по действующей Консти­туции с его статусом по Конституции 1967 г. (в редакции 1969 г.), то можно видеть, что Президент лишился некоторых полномо­чий. Раньше он мог в случае "чрезвычайных обстоятельств и соответствующего публичного интереса" издавать декреты-за­коны, касавшиеся национальной безопасности, государственных финансов и учреждения новых государственных постов, хотя Конгресс имел право требовать и требовал рассмотрения этих декретов-законов и мог их не утвердить (но не мог предлагать к ним поправки), однако эти акты вступали в силу немедлен­но с момента опубликования, и соответствующий отказ Конгрес­са в их утверждении не действовал на уже принятые меры. На практике такие президентские декреты-законы были наиболее используемым инструментом для обхода Конгресса, особенно в сфере государственных финансов; эта процедура многократно подвергалась критике. В Конституции 1988 г. декреты-законы были заменены "временными мерами", важнейшее отличие которых от декретов-законов состоит в том, что временные меры, если не будут одобрены Конгрессом в течение 30 дней, теряют силу. На практике это означает, что Президент респуб­лики должен предварительно обсуждать с Конгрессом принима­емые меры. В то же время Конституция 1988 г. усилила испол­нительную власть возможностью делегирования ей, хотя и в ограниченной мере, законодательных полномочий, что было запрещено предыдущей Конституцией.

Выборы. Президент республики избирается путем пря­мых выборов сроком на четыре года. Как отмечалось выше (см. п. 2 § 1), в 1997 г. было отменено запрещение главам исполни­тельной власти всех уровней переизбираться вновь, причем не установлено никаких ограничений в отношении числа воз­можных переизбраний. Одновременно избирается и Вице-пре­зидент; его кандидатура регистрируется вместе с кандидату­рой Президента, и баллотируются они на выборах в паре. Пер­вый тур их выборов проводится в первое воскресенье октября года окончания полномочий действующего Президента, вто­рой тур в случае необходимости — в последнее воскресенье того же октября. Избранным Президентом считается канди­дат, зарегистрированный какой-либо политической партией, который получил абсолютное большинство голосов, не считая недействительных и незаполненных бюллетеней. Если ни один кандидат не получил абсолютного большинства голосов в пер­вом туре, то проводится новый тур голосования не позже 20 дней после объявления результатов голосования в первом туре*; во втором туре участвуют два кандидата, получившие в первом наибольшее число голосов, и тот из них, кто полу­чил большинство действительных голосов, считается избран­ным. Если до проведения второго тура случится смерть, сня­тие кандидатуры или возникнут законные препятствия в от­ношении одного из кандидатов, то кандидат из оставшихся, получивший наибольшее число голосов, призывается к учас­тию во втором туре. Если таких кандидатов окажется более одного, баллотируется старший по возрасту.

* Это положение § 3 ст. 77 Конституции, не затронутое Конституцион­ной поправкой № 16 1997 г., не соответствует основному положению дан­ной статьи в редакции указанной поправки, которое предусматривает проведение двух туров в первое и последнее воскресенья октября. Ин­тервал между первым и последним воскресеньем может составить либо 21, либо 28 дней, но не 20.

Президент и Вице-президент, вступая в должность, при­носят присягу перед Национальным конгрессом, обязуясь под­держивать, защищать и исполнять Конституцию, соблюдать законы, способствовать общему благу бразильского народа, охранять единство, целостность и независимость Бразилии. Если по истечении 10 дней, прошедших после дня вступления в должность, Президент или Вице-президент не приступят к исполнению своих обязанностей, исключая основания, связанные с форс-мажорными обстоятельствами, то их должности объявляются вакантными.

Срок полномочий Президента начинается с 1 января года, следующего за выборами. Президента в случае препятствий к исполнению им должности или ее вакантности замещает Вице-президент, который обычно кроме помощи Президенту и обязанностей, возложенных на него дополняющим законом, выполняет специальные задания Президента.

В случае препятствий для обоих высших должностных лиц или одновременной вакантности их должностей их обязан­ности исполняют в последовательности председатель Палаты депутатов, председатель Федерального сената и председатель Федерального верховного трибунала. Если обе должности вакантны, то выборы проводятся в течение 90 дней после от­крытия последней вакансии. Если вакансия открывается в те­чение последних двух лет срока полномочий Президента, то Национальный конгресс законом назначает выборы на обе дол­жности на период 30 дней после открытия последней вакансии. Во всех случаях полномочия избранных таким образом лиц истекают в срок, в который нормально должны были бы ис­течь полномочия их предшественников.

Несколько необычным выглядит полномочие Конгресса разрешать Президенту и Вице-президенту республики поки­дать страну на срок свыше 15 дней. Это значит, что лица, за­нимающие посты на самом верху государственной иерархии, должны практически постоянно находиться в своей стране. Данная норма несколько либерализовала существовавшее ра­нее правило: по Конституции 1946 г. указанные лица вообще не могли под угрозой потери поста покинуть пределы страны без разрешения Конгресса.

Ответственность. Должностными преступлениями яв­ляются деяния Президента, направленные против федераль­ной Конституции и, в частности, против существования Со­юза, свободного осуществления законодательной и судебной власти, деятельности прокуратуры и конституционных властей субъектов федерации, осуществления политических, индиви­дуальных и социальных прав, внутренней безопасности стра­ны, честности администрации.

Если обвинение Президента республики в совершении любых преступных деяний выдвинуто 2/3 состава Палаты де­путатов, то Президент предается суду Федерального верхов­ного трибунала за общеуголовные преступления и Федераль­ного сената — за должностные преступления. Функции Президента временно приостанавливаются при получении Феде­ральным верховным трибуналом заявления или жалобы на совершение Президентом общеуголовного деяния или после начала производства в Федеральном сенате, если речь идет о должностном преступлении. Если рассмотрение дела не будет завершено в течение 180 дней, Президент возобновляет испол­нение своих обязанностей без ущерба для продолжающегося процесса. До вынесения приговора об осуждении за общеуго­ловные преступления Президент республики не может быть взят под стражу. В течение срока своего мандата Президент республики не может нести ответственность за акты, не вхо­дящие в его компетенцию.

При рассмотрении дела в Федеральном сенате в отношении Президента и Вице-президента председательствует председатель Федерального верховного трибунала (как и при рассмотрении дел о должностных преступлениях судей Федерального верхов­ного трибунала, Генерального прокурора республики и Гене­рального адвоката Союза); осуждение, которое выносится толь­ко большинством в 2/3 голосов Федерального сената, ведет к утрате поста и к невозможности в течение 8 лет осуществлять какую-либо публичную функцию, но это не исключает дру­гих возможных юридических санкций.

О Вице-президенте выше уже было сказано. Что касается государственных министров, то они отби­раются из числа бразильцев, достигших 21 года и обладающих политическими правами. Конституция специально оговаривает некоторые полномочия этих должностных лиц. В сфере своей компетенции они обязаны: осуществлять ориентирование, ко­ординацию и надзор в отношении органов и организаций фе­деральной администрации и контрасигновать акты и декреты, подписываемые Президентом республики; издавать инструк­ции для исполнения законов, декретов и положений; представ­лять Президенту республики ежегодный доклад об управле­нии своим министерством; предпринимать действия в соответ­ствии с полномочиями, которые им предоставлены или делегированы Президентом республики.

Государственные министры могут участвовать в работе Федерального сената, Палаты депутатов или в какой-либо из комиссий по собственной инициативе по соглашению с бюро соответствующей палаты для того, чтобы изложить проблемы своего министерства.

Совет республики — это высший консультативный орган Президента республики. В его состав входят Вице-президент республики, председатель Палаты депутатов, предсе­датель Федерального сената, лидеры большинства и меньшин­ства в Палате депутатов и в Сенате, министр юстиции, а так­же 6 бразильских граждан по рождению старше 35 лет, два из которых назначаются Президентом республики, два — из­бираются Федеральным сенатом и два — Палатой депутатов. Все они назначаются и избираются на три года без права пе­реназначения или переизбрания.

Совету республики принадлежит право высказываться в отношении федерального вмешательства, введения состояния защиты и военного положения, а также важных вопросов, ка­сающихся стабильности демократических институтов. Президент республики может приглашать государственных министров к участию в заседании Совета, если считает, что обсуждаемый вопрос относится к ведению соответствующего министерства.

Совет национальной обороны представляет со­бой консультативный орган Президента республики по воп­росам, связанным с национальным суверенитетом и защитой демократического государства. В состав Совета входят Вице-пре­зидент республики, председатель Палаты депутатов, председа­тель Сената; министр юстиции; министр обороны, командую­щие Военно-морскими, Сухопутными и Военно-воздушными си­лами, а также глава военного кабинета Президента республики, министр внешних сношений, министр планирования.

Совет дает свое заключение по поводу объявления войны и заключения мира в соответствии с Конституцией, а также по поводу введения состояния защиты, военного положения и федерального вмешательства, предлагает основания и усло­вия использования зон, необходимых для обеспечения безо­пасности национальной территории, и дает свое заключение об эффективности их использования, особенно в пограничной полосе и в зонах, которые связаны с сохранением и эксплуа­тацией природных ресурсов любого характера. Совет изучает необходимость инициатив для гарантирования национальной независимости и защиты демократического государства, вно­сит предложения и следит за их реализацией.

Публичная администрация. Президент республи­ки и государственные министры осуществляют исполнитель­ную власть с помощью органов публичной администрации. Ее статус урегулирован в Конституции почему-то даже раньше, чем статус законодательной, исполнительной и судебной влас­ти. Правда, соответствующие конституционные положения от­носятся не только к федеральной публичной администрации, но также и к остальным ее уровням. Автономные организации (публичные предприятия, смешанные хозяйственные обще­ства и фонды) создаются специальным законом (общий их ста­тус регулируется дополняющим законом). Также законодатель­ным путем дается разрешение на создание подчиненных им структур и на участие в частных предприятиях. В хозяйствен­ном обороте автономные организации действуют на равных правах с частными. Управленческая, бюджетная и финансовая автономия органов и организаций прямой и косвенной админи­страции может быть расширена их договором с соответствую­щей публичной властью.

Согласно ст. 37 Конституции в редакции Конституцион­ной поправки № 19 1998 г. публичная администрация подраз­деляется на прямую, представляющую собой административ­ную исполнительную вертикаль, и косвенную, состоящую из автономных организаций. Конституционные принципы дея­тельности публичной администрации — законность, объек­тивность (a impessoalidade — буквально: безличность), нрав­ственное поведение, публичность и эффективность.

Все публичные посты, должности и функции должны за­ниматься бразильцами, отвечающими установленным законом требованиям, однако указанная Конституционная поправка допустила, как отмечалось, и возможность назначения иност­ранцев в соответствии с законом. Назначение на публичный пост или должность производится по результатам публичного экзаменационного конкурса или экзамена и наличия званий (tutulos) в соответствии с характером и сложностью работы, за исключением назначений на временные должности для выпол­нения поручений, определенные законом как свободно заме­щаемые и освобождаемые. Результаты публичного конкурса действительны до двух лет и могут быть один раз продлены на такой же срок. Гражданским публичным служащим гаранти­руется право на свободу профессиональных объединений, тог­да как право на забастовку осуществляется в пределах, уста­навливаемых специальным законом. Небезынтересна норма п. VIII этой же статьи, предусмотревшая необходимость зако­нодательно установить процент постов и должностей, резер­вируемых для лиц с физическими недостатками, и определить критерии их приема.

Иначе, как желанием гарантировать равенство ветвей вла­сти, а также исключить текучку кадров, "перебежку" работ­ников аппарата из одного органа в другой, нельзя объяснить включение в эту же ст. 37 п. XI и XII, согласно которым вознаграждение и денежное содержание (о subsidio), пенсии и прочие личные выгоды лиц, занимающих публичные посты, функции и должности в публичной администрации, членов любого органа власти, носителей выборных мандатов не могут превышать месячное денежное содержание судей Федераль­ного верховного трибунала. Жалованье должностных лиц за­конодательной власти и судебной власти не может быть выше выплат в исполнительной власти. Весьма важна и норма п. XV о том, что денежное содержание публичных служащих, за не­которыми исключениями, не может уменьшаться.

Бразильская Конституция установила несовместимость постов, функций и должностей для публичных служащих. За­прещается совмещать посты на публичной службе, за исклю­чением совмещения (с учетом установленного в п. XI максиму­ма оплаты) двух постов преподавателя или поста преподавате­ля с инженерным или научным постом, двух медицинских постов. Речь идет о преподавателях, инженерах, исследовате­лях, медиках, состоящих на публичной службе. Запрещается совмещать должности и функции в автономных организациях, публичных фондах и предприятиях, смешанных хозяйствен­ных обществах, подчиненных им структурах, а также обще­ствах, которые прямо или косвенно контролируются публич­ной властью.

Проявления административной нечестности влекут при­остановление политических прав, утрату публичной функции, лишение права распоряжаться имуществом и возмещение ущер­ба казне, что не исключает возможности дальнейшего уголов­ного преследования.

Конституция довольно подробно регулирует основы ста­туса публичных служащих, к которым относит и носителей выборных мандатов в администрации, а также основы стату­са лиц, принадлежащих к военизированным формированиям штатов, федерального округа и территорий.

3. Федеральная судебная система

Судебную власть составляют следующие судебные орга­ны: Федеральный верховный трибунал, Высший трибунал пра­восудия, федеральные областные суды и федеральные су­дьи, трудовые трибуналы и судьи, избирательные трибуналы и судьи, военные трибуналы и судьи, трибуналы и судьи шта­тов, федерального округа и территорий. Глава VIII раздела Конституции, посвященного организации власти, представля­ет собой своего рода судебный мини-кодекс. Учредители сочли необходимым включить в эту главу нормы не только о судеб­ной системе в собственном ее значении, но и о прокуратуре, публичной адвокатуре, обычной адвокатуре и Публичной за­щите.

Судебные органы независимы, они подчиняются только закону. Конституция 1988 г. усилила эту независимость, уста­новив принцип административной и финансовой автономии судебной власти (ст. 99), а для того, чтобы придать эффектив­ность этому принципу, органам судебной власти разрешено составлять проект своего собственного бюджета. Трибуналы вырабатывают свои бюджетные предложения при соблюдении ограничений, установленных одинаково для всех ветвей вла­сти законом о бюджетных директивах.

Статус судей. Независимое положение судебной вла­сти подчеркивается достаточно широким кругом гарантий для судей. Основы их статуса определены в ст. 93 Конституции, которая предусматривает подробное регулирование статуса ма­гистратуры дополняющим законом, принимаемым по инициа­тиве Федерального верховного трибунала. Гарантии для су­дей — это, в частности:

пожизненное назначение, которое для судей первой инстанции предусматривается только после двух лет нахож­дения в должности; об утрате должности в течение этого пе­риода должно быть принято решение трибуналом, в состав которого судья входит, а в других случаях — по окончатель­ному приговору суда;

несменяемость, за исключением увольнения по осно­ваниям, имеющим публичный интерес; решение о таком уволь­нении с направлением в резерв или в отставку имеет основа­нием решение, принятое 2 /3 голосов соответствующего три­бунала при обеспечении всесторонней защиты;

несокращаемостъ денежного содержания, за некото­рыми исключениями, — еще один элемент статуса бразиль­ских судей.

В то же время на судей налагаются некоторые ограниче­ния, связанные опять-таки с обеспечением их профессиональ­ной независимости. Им запрещено занимать, даже находясь в резерве, другие посты или функции, за исключением препо­давания; получать по любому основанию или под любым пред­логом судебные издержки и вознаграждение или финансовую долю от рассматриваемых ими дел; посвящать себя партийно-политической деятельности.

Конституция самым подробным образом устанавливает численность и порядок назначения судей в верхних эшелонах судебной иерархии, даже включая три ветви специальной юс­тиции — трудовую, избирательную и военную. В федеральных областных трибуналах, в трибуналах штатов, федерального округа и территорий 1 /5 мест отводится членам прокуратуры, имеющим стаж более 10 лет, и адвокатам, известным своими юридическими познаниями, обладающим незапятнанной репу­тацией, более 10 лет эффективно работающим по профессии, указанным в списке, число кандидатов в котором шестикрат­но превышает число мест и который формируется органами представительства соответствующих категорий. Трибунал со­ставляет из них список, втрое превышающий число мест, и направляет его в орган исполнительной власти, который в те­чение последующих 20 дней производит выбор и назначение.

На вершине судебной иерархии находится Феде­ральный верховный трибунал из 11 судей, именуемых мини­страми (os Ministros), подбираемых из граждан в возрасте от 35 до 65 лет, обладающих признанными знаниями в области юриспруденции и безупречной репутацией. Судьи Федерально­го верховного трибунала назначаются Президентом республи­ки, после того как их отбор был одобрен абсолютным боль­шинством членов Федерального сената.

Согласно ст. 102 Конституции (с учетом Конституционной поправки № 23 1999 г.) ведению Федерального верховного три­бунала подлежит прежде всего охрана Конституции. По пер­вой инстанции он рассматривает и разрешает в числе прочих:

— прямые иски о неконституционности законов или иных нормативных актов публичной власти Союза или штатов и деклараторные иски о конституционности (т. е. содержащие ходатайства о подтверждении конституционности) федераль­ных законов или иных нормативных актов, предъявляемые Президентом, бюро палат Конгресса или Генеральным проку­рором республики;

— дела об общеуголовных деяниях Президента республи­ки, Вице-президента, членов Национального конгресса, своих собственных судей и Генерального прокурора республики, а также об общеуголовных деяниях и должностных преступле­ниях государственных министров и командующих Военно-мор­скими, Сухопутными и Военно-воздушными силами (кроме дел, рассматриваемых Федеральным сенатом), членов высших три­буналов, членов Счетного трибунала Союза и руководителей постоянных дипломатических представительств;

— дела хабеас корпус, где потерпевшими являются вы­шеперечисленные лица, а также о выдаче ордера о безопас­ности или приказа хабеас дата в отношении актов Президента республики, бюро обеих палат Национального конгресса, Счет­ного трибунала Союза, Генерального прокурора республики и самого Федерального верховного трибунала;

— споры между иностранным государством или междуна­родной организацией и Союзом, штатом, федеральным окру­гом или территорией;

— дела и конфликты между Союзом и штатами, Союзом и федеральным округом либо между штатами или штатом и федеральным округом, включая соответствующие организации косвенной администрации;

— дела об экстрадиции, о которой ходатайствует иност­ранное государство.

Кроме того, в компетенцию Федерального верховного три­бунала входит рассмотрение дел в качестве высшей судебной инстанции. В этой обширной сфере можно упомянуть пере­смотр решений по уголовным делам, вступивших в законную силу; рассмотрение исков о соблюдении своей компетенции и обязательной силы вынесенных решений; рассмотрение судеб­ных дел, в которых все члены Трибунала были прямо или косвенно заинтересованы, и дел, в которых более половины членов Трибунала, первоначально рассматривавшего дело, были прямо или косвенно в этом деле заинтересованы или у них были препятствия к его рассмотрению; разрешение спо­ров о компетенции между Высшим трибуналом правосудия и каким-либо другим трибуналом, между высшими трибунала­ми или между последними и каким-либо иным трибуналом.

По обычным жалобам Федеральный верховный трибунал рассматривает дела об отказе высших трибуналов по един­ственной инстанции выдать судебные приказы, а также о по­литических преступлениях. По чрезвычайным жалобам он раз­решает дела, рассмотренные в единственной или последней инстанции, если вынесенные решения противоречат положе­ниям Конституции, объявляют неконституционными федераль­ный закон или договор, объявляют действительными закон или акт местного правительства, конституционность которого ос­паривалась.

Окончательные решения Федерального верховного трибу­нала по деклараторным искам о конституционности действу­ют в отношении всех и обязывают прочие органы судебной власти и исполнительную власть.

Примечательная особенность компетенции этого Трибунала заключается в том, что он может инициировать прямые иски о неконституционности, предлагая Президенту республики, бюро палаты Национального конгресса либо законодательного собрания, губернатору штата, Генеральному прокурору респуб­лики, Федеральному совету Ордена адвокатов Бразилии, поли­тической партии, представленной в Национальном конгрессе, профсоюзной конфедерации, экономической или профессиональ­ной корпорации национального масштаба предъявить их.

Конституция регулирует также некоторые процессуальные стороны конституционного контроля, осуществляемого Трибу­налом. В частности, предварительно заслушивается Генераль­ный прокурор республики, а если речь идет о признании в целом неконституционности нормы или акта, в их защиту пред­варительно выступает Генеральный адвокат Союза.

Конституция 1988 г. учредила Высший трибунал правосу­дия, передав ему часть полномочий, которые ранее осуще­ствлял Федеральный верховный трибунал. Члены этого Три­бунала, к которым предъявляются такие же требования, как и к членам Федерального верховного трибунала, назначаются Президентом республики после того, как предлагаемые кан­дидатуры получили одобрение Сената. Из 33 членов ("мини­стров") Трибунала треть — это судьи федеральных областных трибуналов, другая треть — высококвалифицированные су­дьи трибуналов правосудия, третья треть — в равных долях адвокаты и члены прокуратуры поочередно федеральной, шта­тов, федерального округа и территорий.

Высший трибунал правосудия имеет весьма многочислен­ные полномочия. Он рассматривает дела и выносит решения по первой инстанции в отношении:

— общеуголовных преступлений, совершенных губерна­торами штатов и федерального округа, этих же и должност­ных преступлений, совершенных судьями трибуналов штатов и федерального округа, федеральных областных трибуналов, членами счетных советов или счетных трибуналов муниципий и членами прокуратуры Союза, которые состоят при этих три­буналах;

— выдачи ордеров о безопасности и приказов хабеас дата в отношении актов государственных министров, командующих Военно-морскими, Сухопутными и Военно-воздушными сила­ми или самого Трибунала;

— выдачи приказов хабеас корпус, когда принуждающей или потерпевшей стороной является губернатор или какое-либо из должностных лиц судебной власти, указанных выше, или когда принуждающей стороной является трибунал, под­чиненный юрисдикции данного Трибунала, государственный министр или командующий Военно-морскими, Сухопутными или Военно-воздушными силами, за исключением дел, входя­щих в компетенцию избирательных трибуналов (данная редак­ция подпункта "с" п. I ст. 105 установлена Конституционными поправками № 22 и 23 1999 г.);

— ряда споров о компетенции между несколькими трибу­налами, а также между трибуналами и судьями, входящими в их состав, и между судьями, состоящими в разных трибуналах;

— пересмотра собственных решений по уголовным делам и искам о расторжении контрактов,

К ведению этого органа также отнесен ряд других катего­рий дел, в том числе споры о полномочиях между администра­тивными и судебными органами власти Союза, или между су­дебными органами одного штата и административными органа­ми другого штата, федерального округа, или между ними и административными органами Союза.

Трибунал разрешает дела по обычным жалобам в отноше­нии:

— отказов в выдаче приказа хабеас корпус, когда реше­ние было вынесено в единственной или последней инстанции федеральным областным трибуналом или трибуналом штата, федерального округа или территории;

— отказов в выдаче ордера о безопасности, когда реше­ние было вынесено в единственной инстанции федеральным областным трибуналом или трибуналом штата, федерального округа или территории;

— дел, в которых одной из сторон является иностранное государство или международная организация, а другой — муни­ципия или лицо, пребывающее или проживающее в Бразилии.

Наконец, Трибунал разрешает специальные жалобы на решения, вынесенные в единственной и последней инстанции федеральными областными трибуналами, трибуналами шта­тов, федерального округа и территорий, если их решение:

— противоречит какому-либо международному договору или федеральному закону или отрицает их применимость;

— признает действительным какой-либо закон или акт местного управления, опротестованный по причине несоответ­ствия федеральному закону;

— интерпретирует федеральный закон иначе, чем он был истолкован другим трибуналом.

Конституция 1988 г. реформировала промежуточное зве­но судебной власти. Она упразднила Федеральный апелляци­онный трибунал, судьи которого были переведены во вновь учрежденный Высший трибунал правосудия, и учредила такие судебные органы, как федеральные областные трибуналы, и федеральных судей.

Федеральные областные трибуналы состоят как минимум из семи судей, подбираемых, по возможности, в соответству­ющей области и назначаемых Президентом республики из бра­зильцев в возрасте от 35 до 65 лет с тем условием, что 1 /5 из них — это адвокаты и прокуроры с более чем 10-летним дей­ствительным стажем, а остальные — федеральные судьи со стажем более пяти лет, в порядке продвижения по основани­ям старшинства и заслуг.

В первоначальном производстве эти трибуналы рассмат­ривают и разрешают дела:

— о преступлениях федеральных судей, включая военных и трудовых, и прокуроров в пределах своего судебного округа, включая судей военной и трудовой юстиции, за исключением дел, входящих в компетенцию избирательной юстиции;

— о пересмотре собственных решений и решений феде­ральных судей области по уголовным делам и искам о растор­жении контрактов;

— о выдаче ордеров о безопасности и приказов хабеас дата против собственных решений или решений федеральных судей;

— о выдаче приказа хабеас корпус, когда решение о при­нуждении было вынесено федеральным судьей;

— по спорам о компетенции между федеральными судь­ями, связанными с данным трибуналом.

Федеральные областные трибуналы стали апелляционной инстанцией по делам, решенным федеральными судьями и судьями штатов при осуществлении ими федеральной компе­тенции в их судебном округе.

Низшей федеральной судебной инстанцией являются фе­деральные судьи, рассматривающие ряд категорий граждан­ских и уголовных дел.

В каждом штате и в федеральном округе образуется су­дебная секция, имеющая местонахождение в соответствующей столице и подразделения на местах. Судебные секции рассмат­ривают дела о претензиях к Союзу.

Как отмечалось, в Бразилии действует ряд специализиро­ванных федеральных судебных органов — трудовые, избирательные и военные трибуналы и судьи. Каждая из назван­ных ветвей юстиции имеет свою собственную компетенцию, оп­ределенную в федеральной Конституции.

Органами трудовой юстиции являются: Высший трудовой трибунал; областные трудовые трибуналы; жунты (коллегии) по примирению и разрешению споров.

Высший трудовой трибунал включает 17 профессиональ­ных судей ("министров"), назначаемых Президентом респуб­лики пожизненно по получении одобрения Федерального се­ната из бразильцев в возрасте от 35 до 65 лет. Из них 11 назнача­ются из числа профессиональных судей трудовой магистратуры, трое — из адвокатов и трое — из трудовой прокуратуры (ст. 111 Конституции в ред. Конституционной поправки № 24 1999 г.). Назначение производится из списков с троекратным числом кандидатов на место.

В каждом штате и в федеральном округе учреждается по меньшей мере один областной трудовой трибунал. Областные трудовые трибуналы состоят из судей, назначенных Прези­дентом с учетом той же пропорции. Конституционная поправ­ка № 24 1999 г. учредила вместо жунт (коллегий) по примире­нию и разрешению трудовых споров институт трудовых ста­рейшин, которые действуют в качестве единоличных судей по трудовым делам в местностях, где нет соответствующих юрисдикционных органов.

Органы избирательной юстиции — это Высший избира­тельный трибунал; областные избирательные трибуналы; из­бирательные судьи; избирательные жунты. Областной трибу­нал по избирательным делам находится в столице каждого штата и федерального округа. В задачу избирательных трибу­налов входит рассмотрение избирательно-правовых споров. Высший избирательный трибунал состоит из не менее чем семи членов, из которых три избираются тайным голосованием из состава Федерального верховного трибунала, а два — таким же образом из состава Высшего трибунала правосудия; ос­тальные двое судей назначаются Президентом республики из шести адвокатов, известных своими юридическими познания­ми и безупречной репутацией и указанных Федеральным вер­ховным трибуналом. Трибунал избирает своего председателя и вице-председателя из судей Федерального верховного трибу­нала и судью-контролера (о corregedor) из судей Высшего три­бунала правосудия.

Военная юстиция представлена Высшим военным трибу­налом, военными трибуналами и судьями, учреждаемыми законом. Интересен состав Высшего военного трибунала. Он вклю­чает 15 судей ("министров"), назначаемых пожизненно Пре­зидентом республики после того, как его выбор будет одобрен Федеральным сенатом; трое судей подбираются из числа ад­миралов Военно-морского флота, четверо — из числа генера­лов Сухопутных войск и трое — из числа генералов Военно-воздушных сил, причем все они должны находиться на дей­ствительной службе и достигнуть наивысших постов по службе; пять судей назначаются из числа гражданских лиц — бразиль­цев старше 35 лет, из которых трое — адвокаты, известные познаниями в области права, безупречным поведением и име­ющие более 10 лет действительного профессионального ста­жа, один — военный судья и один — военный прокурор. Воен­ная юстиция компетентна рассматривать и разрешать дела о военных преступлениях, установленных законом.

Наконец, на низших ступенях судебной иерархии Союза, штатов, федерального округа и территорий учреждаются спе­циальные трибуналы, а также органы мировой юстиции по разбору гражданских дел небольшой сложности и уголовных дел небольшой общественной опасности. Такие суды были сна­чала учреждены в некоторых бразильских штатах, например, в Сан-Паулу и в Риу-Гранди-ду-Сул. Эти органы, состоящие из профессиональных или непрофессиональных судей, призваны примирять стороны, разрешать простые гражданские споры и дела о нарушениях уголовного характера небольшой опасности в соответствии с устной и суммарной процедурой.

Конституция содержит весьма подробные положения о прокуратуре, которая, как и в ряде других стран романс­кой системы права, именуется буквально "публичное мини­стерство" (о Ministerio Publico), хотя находится в составе не исполнительной, а судебной власти.

Прокуратура характеризуется как постоянный институт, осуществляющий юрисдикционную функцию государства; на нее возложена защита правопорядка, демократического режи­ма и незыблемых общественных и индивидуальных интересов. Институциональные принципы прокуратуры — единство, не­делимость и функциональная независимость. Согласно § 2 ст. 127 Конституции в редакции Конституционной поправки № 19 1998 г. прокуратуре гарантируется функциональная и ад­министративная автономия; она может при соблюдении поло­жений о бюджетном устройстве предлагать законодательной власти ввести или упразднить какие-либо свои должности или вспомогательные службы, замещаемые на основании публич­ного конкурса, политику в отношении оплаты и порядка про­хождения службы. Ее организация и деятельность регулиру­ются законом.

В организационном отношении прокуратура включает:

— прокуратуру Союза, которая, в свою очередь, имеет в своем составе федеральную прокуратуру; трудовую прокура­туру; военную прокуратуру; прокуратуру федерального окру­га и территорий;

— прокуратуры штатов.

Прокуратура Союза возглавляется Генеральным прокуро­ром республики, которого назначает Президент республики из ее профессиональному составу лиц старше 35 лет с одобрения абсолютного большинства Федерального сената сроком на два года с возможностью повторных назначений. Смещение Гене­рального прокурора республики производится по инициативе Президента абсолютным большинством Сената.

Для членов прокуратуры установлены гарантии и запре­ты, подобные тем, которые действуют для судей (пожизнен­ное назначение, несменяемость и пр.).

Прокуратуре принадлежит исключительное право возбуж­дения уголовных дел, а также право возбуждения гражданс­кого расследования и предъявления публичных гражданских исков для защиты публичного и общественного имущества, окружающей среды и других групповых и коллективных инте­ресов. Она осуществляет надзор за действительным соблюде­нием органами публичной власти и службами, с ней связанными, прав, гарантированных Конституцией, и принимает необходи­мые меры для их обеспечения. Прокуратура, далее, предъяв­ляет иски о неконституционности или вносит представления о вмешательстве Союза и штатов в случаях, предусмотренных Конституцией, осуществляет юридическую защиту прав и ин­тересов коренного населения и реализует некоторые другие конституционные функции и полномочия.

Публичная адвокатура. Этот институт отчасти на­поминает государственные советы, существующие во Фран­ции, Бельгии, Италии и других романских странах. Первона­чально он именовался Генеральной адвокатурой Союза, но Кон­ституционная поправка № 19 1998 г. переименовала его в заголовке соответствующего отдела главы о судебной власти, оставив прежний термин в тексте ст. 131. На публичную адво­катуру возлагается обязанность непосредственно или через свои органы представлять Союз в суде и вне его, что ранее входи­ло в компетенцию прокуратуры. Эта функция заимствована скорее из американского права. Схожесть с государственными советами публичной адвокатуре придает обязанность консуль­тировать и оказывать правовую помощь исполнительной влас­ти. Генеральная адвокатура Союза возглавляется Генеральным адвокатом Союза, назначаемым Президентом республики по его усмотрению из числа граждан старше 35 лет, известных своими познаниями в области права и безупречной репутацией. Прием на низовые должности в публичной адвокатуре произ­водится на основе публичного конкурса.

Однако по делам о взыскании налоговой задолженности представительство Союза возлагается на ведомство Генераль­ного уполномоченного по национальному имуществу (Procura-doria-Geral da Fazenda Nacional).

Адвокатура. Конституция в ст. 133 установила, что ад­вокат необходим для отправления правосудия и пользуется в рамках закона неприкосновенностью независимо от его дей­ствий и высказываний при осуществлении профессиональной деятельности.

Публичная защита. Как отмечено в ст. 134 Кон­ституции, это институт, имеющий важное значение для осу­ществления юрисдикционной функции государства. В порядке реализации права на юридическую помощь нуждающимся, пре­дусмотренного п. LXXIV ст. 5, он дает юридическую ориенти­ровку и обеспечивает защиту во всех инстанциях тем, кто в этом нуждается. Работающие в Публичной защите професси­оналы являются публичными служащими.

4. Счетный трибунал Союза

Хотя органы, осуществляющие внешний контроль финан­сово-экономической деятельности публичных органов, учреж­дений и организаций, именуются в Бразилии (как и в других романских странах) трибуналами, нормы о них помещены в конституциях Союза и штатов в главах о законодательной, а не о судебной власти. Поэтому мы рассматриваем такой феде­ральный орган отдельно от системы федеральной юстиции.

Счетный трибунал Союза состоит из 9 судей ("министров"), назначаемых из числа бразильцев в возрасте от 35 до 65 лет, обладающих высокими моральными качествами, безупречной репутацией и признанными познаниями в юридической, бух­галтерской, экономической, финансовой области или в области публичной администрации и имеющих более 10 лет трудового стажа или действительной профессиональной деятельности, требующих применения названных знаний. Из состава Трибу­нала 1/3 назначается Президентом республики с одобрения Фе­дерального сената, при том что двое этих судей назначаются из состава прокуратуры при Трибунале, а 2 /3 назначаются Национальным конгрессом. Статус судей Трибунала примерно такой же, как у судей Высшего трибунала правосудия. Юрис­дикция этого Трибунала распространяется на всю национальную территорию.

При осуществлении внешнего контроля, возложенного на Национальный конгресс, Счетный трибунал Союза имеет сле­дующие полномочия:

— давать оценку отчетам, ежегодно представляемым Пре­зидентом республики, в предварительном заключении, кото­рое должно быть подготовлено в 60-дневный срок;

— выносить решения по отчетам, представляемым адми­нистраторами и прочими должностными лицами, несущими ответственность за публичные денежные средства, имущество и ценности органов прямой и косвенной администрации, вклю­чая фонды и общества, учрежденные и управляемые феде­ральной публичной властью, и выявлять тех, кто допустил убытки, растрату или любое иное нарушение, результатом которого стало причинение ущерба публичной казне;

— оценивать в целях регистрации законность актов о ком­плектовании персонала любого ранга в органах и организаци­ях прямой и косвенной администрации, учрежденных и управ­ляемых публичной властью, за некоторыми исключениями;

— проводить по собственной инициативе или по инициа­тиве Палаты депутатов, Федерального сената, какой-либо комиссии экспертов или следственной комиссии инспектиро­вание или аудиторские проверки бухгалтерского, финансово­го, бюджетного, операционного или имущественного характе­ра в административных организациях законодательной, испол­нительной или судебной власти и в других организациях, названных выше;

— осуществлять надзор за национальными счетами над­национальных предприятий, в капитале которых Союз прини­мает участие прямым или косвенным образом в соответствии с их учредительными договорами;

— осуществлять надзор за использованием всех средств, переданных Союзом по конвенциям, соглашениям, договоренностям или другим актам такого же характера штату, феде­ральному округу или муниципии;

— предоставлять информацию, запрашиваемую Нацио­нальным конгрессом, какой-либо из его палат или какой-либо из их соответствующих комиссий о бухгалтерском, финансо­вом, бюджетном, операционном и имущественном надзоре и о результатах проведенных аудиторских и инспекционных про­верок;

— применять в случае незаконности расходов или непра­вильности отчетов к ответственным лицам санкции, предусмот­ренные законом, который устанавливает в числе прочих санк­ций штраф, пропорциональный ущербу, причиненному казне;

— устанавливать срок, в течение которого орган или орга­низация должны в случае установления нарушения закона принять меры к его точному исполнению;

— приостанавливать, если это не было сделано, испол­нение оспариваемого акта, сообщая о своем решении Палате депутатов и Федеральному сенату. Если речь идет о контрак­те, о приостановлении его действия решает непосредственно Национальный конгресс, который немедленно предлагает ис­полнительной власти принять возможные меры. А если они этого не сделают, необходимые меры принимаются самим Трибуналом;

— делать представления компетентным властям о выяв­ленных неправильностях или злоупотреблениях.

Ежеквартально и ежегодно Трибунал направляет доклад о своей деятельности в Национальный конгресс.

Согласно § 2 ст. 74 Конституции любой гражданин, поли­тическая партия, ассоциация или профсоюз вправе согласно закону сообщать о неправильностях и незаконности в Счетный трибунал Союза.

§ 6. Политико-территориальное устройство.

Публичная власть в субъектах федерации и на местах

1. Бразильский федерализм

Традиция существования федеративной формы государ­ства в Бразилии ведет свое начало лишь с 1890 г., когда в Учредительном собрании при выработке Конституции, всту­пившей в силу в следующем году, обсуждался этот вопрос. Федеративная модель политико-территориального устройства создавалась под влиянием примера США, хотя в то время вни­мание учредителей привлекали и некоторые аспекты швей­царского федерализма. Отличие от США состояло лишь в том, что последние объединили в составе федерации существовав­шие до того штаты, которые все были республиками, тогда как Бразилия преобразовывалась в федерацию из унитарной монархии.

Состав федерации. Согласно ст. 18 действующей Кон­ституции политико-административная организация Федератив­ной Республики Бразилии включает Союз, штаты, федераль­ный округ и муниципии, которые все пользуются автономией в рамках Конституции. Комментируя это положение, Г. Дэзэн отмечает, что Республика и Союз — не синонимы. Союз — это юридическое лицо публичного права с политической пра­воспособностью, которое во внутренних отношениях автоном­но, тогда как Республика суверенна*.

* См.: Dezen Junior G. Op. cit. P. 233.

В территориальном отношении страна непосредственно разделена на 26 штатов, федеральный округ, в котором нахо­дится столица страны — город Бразилиа (с 1960 г.), а также на три федеральные территории, подчиняющиеся центральной власти. С принятием Конституции 1988 г. территориальная структура была несколько реорганизована, в частности преж­ние федеральные территории Рорайма и Амапа обрели статус штатов. Наиболее многонаселенный штат — Сан-Паулу (более 34 млн.).

В отличие от США субъектами бразильской федерации являются не только штаты, но и федеральный округ.

Штаты могут объединяться с другими штатами, делиться, разъединяться, с тем чтобы присоединиться к другим, или об­разовывать новые штаты или федеральные территории с одоб­рения заинтересованного в этом населения путем плебисцита и принятия Национальным конгрессом дополняющего закона.

Конституция проводит детальное разделение соб­ственности Союза и штатов, ничего не говоря о собственно­сти муниципий. Этот вопрос регулируется конституциями штатов.

К собственности Союза относятся важнейшие объекты, необходимые для функционирования Бразилии как государства (ст. 20 Конституции), прежде всего весьма аморфная область: "то, что в настоящее время ему принадлежит или за ним может быть признано" (п. I); далее в названной статье идет более конкретное перечисление. Собственность Союза состав­ляют:

— незанятые земли, необходимые для защиты границ, фортификационных сооружений и военных строений, феде­ральных путей сообщения и сохранения окружающей среды, каковые устанавливаются законом;

— озера, реки и любые водные потоки, которые нахо­дятся на землях его владений или протекают по территории более одного штата, или служат границей с другими странами, или уходят на иностранную территорию, или приходят с нее, равно как береговые земли и речные отмели этих водных по­токов;

— речные и озерные острова, расположенные в погра­ничных с другими странами зонах, морские отмели, океанские и прибрежные острова, за исключением принадлежащих шта­там и муниципиям;

— природные ресурсы континентального шельфа и ис­ключительной экономической зоны;

— территориальное море;

— земли морского побережья и их приращения;

— возможные источники гидроэнергии;

— минеральные ресурсы, включая ископаемые;

— естественные подземные полости, археологические и доисторические места;

— земли, традиционно занимаемые индейцами.

Штатам, федеральному округу и муниципиям, органам пря­мой администрации Союза законом гарантируется участие в доходах от добычи нефти и природного газа, использования гидроресурсов для выработки электроэнергии и других природ­ных ресурсов соответствующей территории, континентально­го шельфа, территориального моря или исключительной эко­номической зоны либо от финансовой компенсации за их экс­плуатацию.

Сухопутная приграничная полоса шириной 150 км считает­ся основной для обороны национальной территории, и ее заня­тие и использование регулируются законом.

В собственность штатов входят также некоторые важ­ные объекты, но в значительно меньшем размере, чем отне­сенные к собственности Союза. В нее включены (ст. 2