Пословицы и афоризмы в системе социального и индивидуального знания

Характеристика отображения в межъязыковом сопоставлении концептов "счастье", "любовь", "религиозность", "глупость", "семья", "пища" в пословицах и афоризмах. Определение отношения к литературным и народным речениям в русской и французской культурах.

План работы

1. Пословицы и афоризмы как культурные концепты (в межъязыковом сопоставлении)

2. Отношение к пословицам и афоризмам в русской и французской культурах

1. Пословицы и афоризмы как культурные концепты (в межъязыковом сопоставлении)

Опираясь на теорию, согласно которой языковое представление мира происходит по принципу пиков, мы можем выявить этот же принцип и в процессе формирования ценностной картины мира. Эти пики представляют собой ценностные доминанты, по которым определяется тип той или иной культуры.

Методика изучения ценностных доминант тесно связана с понятиями "концепт" и "фрейм". Прежде чем приступить к анализу культурных концептов в нашей работе, мы считаем целесообразным рассмотреть основные направления, существующие в разработке теории концептов, поскольку проблема концептуальной картины (Е.А.Чижова) или концептосферы (Д.С.Лихачев) рассматривается в рамках различных наук: психологии, философии, логики, лингвистики.

Понятие "концепт" широко используется в современных лингвистических работах. Однако нет единого трактования этого термина. Выделяются четыре подхода к изучению концепта:

1) Логический подход, когда концепт трактуется как понятие: "то же, что грамматическая или семантическая категория, обычно не высшего уровня обобщения, например, понятие двойственного числа, понятие события, понятие неактуального настоящего времени и т.п.; в этом значении стал часто употребляться термин "концепт". Отмечено, что понятие (концепт) - явление того же порядка, что и значение слова, но рассматривается в системе логических отношений и форм, исследуемых и в языкознании, и в логике, тогда как значение - только в системе языка.

2) Психологический подход, когда концепт рассматривается как личностный коррелят понятия, замещение понятия в сознании конкретного человека (Д.С.Лихачев). В связи с этим, концепт представляют как объединение субъективных (представленных личностными смыслами) и объективных (представленных психологическими значениями) знаний реципиентов. Потенции концепта напрямую связаны с индивидуальным культурным опытом человека: чем шире и богаче культурный опыт человека, тем шире и богаче потенции концепта. И обратно: чем меньше культурный опыт человека, тем беднее не только его язык, но и, соответственно, "концептосфера" его словарного запаса. Отмечается, что имеют значение не только широкая осведомленность и богатство опыта, но и способность быстро извлекать ассоциации из запаса этого опыта. Концепт выступает более общим по отношению к психологическому значению и личностному смыслу компонентом концептуальной картины мира. Е.А.Чижова выделяет следующие компоненты концепта: понятийный, эмоциональный, вербальный, слуховой, предметно-чувственный (визуальный, тактильный, вкусовой). Для реципиента актуальными могут быть различные компоненты концепта в зависимости от потребностно - мотивационного характера деятельности. Компоненты концепта обусловливаются разнообразными отношениями включения, пересечения и противопоставления психологического значения и личностного смысла. Е.А.Чижова рассматривает художественный текст как "опосредованную форму коммуникативно - эстетической речевой деятельности, в которой, как и в любом виде деятельности, могут быть выделены следующие основные этапы (этапы речевого воздействия (общения)): 1) ориентировки (в ситуации общения, в адресате, в плане общения) и привлечения внимания; 2) непосредственного речевого воздействия; 3) посткоммуникативной деятельности.

Мы считаем, что в текстах пословиц и афоризмов объект и субъект коммуникации разорваны в пространстве и во времени, как и в художественном тексте. Система ценностей, отраженная пословицами и афоризмами, будет считаться смысловой универсалией или доминантными смыслами концептуальной системы. Каждая пословица и каждый афоризм имеют собственный доминантный смысл, который мы, вслед за Е.А.Чижовой, понимаем как инвариант личностных смыслов концептуальной картины мира, представленных в тексте. Например, афоризм Лафонтена "Aide-toi, le Ciel t'aidera" "Помоги себе, небо тебе поможет" репрезентирует одну из сторон авторской концептуальной картины мира - помощь, содействие. Подтекст этого высказывания заключается в следующем: ты должен помогать себе сам, не надеяться на окружающих, и тогда поддержку тебе окажет бог. Часто доминанта смысла автора не совпадает или совпадает частично с объективно существующим положением дел, понятием или образом в коллективном сознании носителей данной культуры. Материал показывает, что по частотности совпадения доминантного смысла отдельно взятых пословиц и афоризмов со смысловыми универсалиями общества, заложенными в аксиологическом коде, пословицы всегда совпадают, т.к. отражают коллективный образ мышления, тогда как афоризм - индивидуально-творческий продукт. Так, для изучения концептосферы национального языка нужно обращаться к данным литературы, фольклора, науки, т.к. она соотносима с историческим опытом народа и религией.

Традиционно в доказательстве существования национально-культурной специфики языкового сознания анализируются закрытые лексические подсистемы с минимальным количеством семантических признаков, например цветообозначение, термины родства. Для выявления ценностей, заключенных в афоризмах и пословицах разных культур, мы оперируем значительно большим числом признаков.

3) При этнокультурном подходе к изучению концепта, концепт выделяется как специфическое для данного языка опосредующее житейское понятие между философско-этическим и бытовым осознанием жизни, как "результат взаимодействия национальной традиции, фольклора, религии, идеологии, жизненного опыта и образов искусства". Концептосфера состоит из нескольких вариантов, что объясняется стратификацией общества и, отсюда, частым несоответствием культурного опыта, составляющую культурную индивидуальность концептоносителя.

Между концептами существует связь, схематически это можно выразить следующим образом: концептосфера (народа (представителя социальной группы, например, профессии (представителя малой группы, например, семьи (индивидуума)))).

4) Дифференциальный подход представляет концепт как многомерное образование с основной характеристикой - транслируемостью в различные системы образов, знаний и поведенческих стереотипов. Это направление разрабатывается С.Х.Ляпиным. Данная трактовка также позволяет рассматривать концепт как национально - культурную специфику, содержащуюся в пословичных и афористических текстах, а также других ярусах языка и речи. Для нашей работы данная трактовка концепта является наиболее продуктивной. Пословицы и афоризмы представляют собой культурные концепты, содержащие морально-этические нормы общественной жизни, включающие частично отдельные стороны религии (многие пословицы уходят корнями в библейские изречения), идеологии (табуирование ряда описаний различных сторон жизни данного общества), фольклора (пословицы представляют собой произведения фольклорного жанра), жизненного опыта (афоризмы, например, передают индивидуальный опыт отдельного автора).

Факт наличия концептов "счастье", "глупость", "жизнь", "любовь", "семья", "пища", "социальное сословие", "бог", проанализированных нами ниже в разных культурах, не вызывает сомнения. В данном случае этнокультурная специфика заключается в различной комбинаторике и частотности признаков, составляющих концепт.

Фрейм в настоящей работе трактуется как хранящаяся в памяти человека некоторая структура данных в виде обобщенного образа, используемая для понимания более широкого класса явлений или процессов. Фрейм является динамической структурой, способен к расширению и сжатию. С каждым фреймом ассоциируется информация разных видов: как следует использовать данный фрейм, что связано с этим фреймом, что следует предпринять, если ожидания, связанные с фреймом, не подтвердятся. Главной особенностью фрейма как модели для представления знаний является его пригодность для однозначного определения данного класса объектов. В научной литературе понятия фрейм и концепт трактуются неоднозначно. Мы считаем, что концепт - более широкое понятие, чем фрейм, поскольку концепт характеризует три стороны объекта - образную, описательную, ценностную. Фрейм связан, по нашему мнению, с образной стороной объекта. Вместе с тем, следует заметить, что выделение трех сторон у объекта является научной абстракцией и можно начать описание объекта с образной стороны и дополнить дескриптивными и аксиологическими характеристиками, то есть фрейм в таком понимании будет включать не только образные характеристики.

Приведем данные анализа некоторых культурных концептов на основании содержания пословиц и афоризмов в русском и французском языках.

По словарным дефинициям в значении слова "счастье" как во французском, так и в русском языках выделяются два основных признака: 1) состояние полной или высшей удовлетворенности и 2) успех, удача, везение. Фрейм счастья в самом сжатом виде передает внешнее выражение и представляется в виде улыбающегося лица. Из этих признаков закономерно вытекают следующие ценностные суждения: 1) Человеку свойственно стремиться к счастью, 2) Человек не может контролировать (свое) счастье.

Проанализировав русские пословицы, мы составили список характеристик, передающих понимание концепта "счастья" в русском народном творчестве.

Отмечается кратковременность, нестабильность счастья, как одна из его составляющих: "Наше счастье - вода в бредне". Скоротечность счастья передается в пословицах типа: "Счастье на крыльях, несчастье на костылях", то есть состояние счастья проходит очень быстро, тогда как несчастье тянется долго.

Сочетание счастья и ума представляется неестественным, что находит отражение в целом ряде пословиц: "Счастье везет дураку, а умному бог дал". Однако существуют пословицы с противоположным смыслом: "Счастье ума прибавляет, несчастье последний отнимает".

Отмечается обманчивость счастья: "Счастье, что волк: обманет да в лес уйдет".

Счастье всегда соседствует с несчастьем: "Счастье с несчастьем двор обо двор живут".

Состояние счастья по отношению к окружающим трактуется также двояко: "Счастливым быть - никому не досадить" и "Счастливым быть - всем досадить". Это объясняется морально- утилитарной направленностью пословиц.

Счастье представляется как автономное, не зависимое от человека явление: "Счастье не батрак, в руки не возьмешь", что подтверждает общепринятое мнение о неагентивности, свойственной русским, под которой понимается ощущение неподвластности собственной жизни, неспособность контролировать жизненные события, покорность, пассивность, принятие фатализма, неконтролируемость событий.

В русских афоризмах, напротив, поддерживается активная позиция по отношению к счастью - его надо добиваться, само по себе ничего не бывает: "Счастье завоевывается и вырабатывается, а не получается в готовом виде из рук благодателя" (Д.И.Писарев).

В русских афоризмах счастье видится в удовлетворении самолюбия: "Счастье - это когда человек хорошо выдумал себя и любит выдумку о себе" (М.Горький). Однако есть и противоположное мнение: "У недалеких и самолюбивых людей бывают моменты, когда сознание, что они несчастны, доставляют им некоторое удовольствие, и они даже кокетничают перед самими собой своими страданиями" (А.Чехов).

Счастье во французских афоризмах понятие также многоплановое. Идея о возможности быть счастливым, прячась от окружающих, не нашла подтверждения в русских речениях, тогда как среди французских афоризмов такие присутствуют: "Pour vivre heureux, vivons cache" (Florian) "Чтобы жить счастливо, надо жить скрытно".

Французские афористы видят счастье не только в любви к себе, к окружающим, например, "J’etais heureux, si le bonheure consiste a vivre rapidement, a aimer de toutes ses forces, sans espoir" (E.Fromentin) "Я был бы счастлив, если бы счастье состояло из стремительной жизни, сильной любви, без раскаяния и надежды", "Car le bonheur est fait de trois choses sur terre, Qui sont: un beau soleil, une femme, un cheval!" (T.Gautier) "Счастье состоит из трех вещей на земле: теплое солнце, женщина и лошадь!".

Ряд афоризмов отрицают материальные блага (деньги, золото) как необходимый компонент счастья, с другой стороны, говорится о необходимой материальной базе для счастья. Например, "богатство - вещь, без которой можно жить счастливо. Но благосостояние - вещь, необходимая для счастья" (Н.Г.Чернышевский).

Что касается французских пословиц, то счастье в них трактуется как удача, которую можно получить в результате активных действий: " Il faut saisir l’occasion par les cheveux" (Нужно хватать случай за волосы). При этом есть оговорка о вседоступности счастья: "Chacun est artisan de sa fortune" (Всяк кузнец своего счастья). Отмечается сугубо положительное отношение к активным, решительным поступкам, например, "La fortune vient en aide aux audacieux" (Счастье приходит к смелым на помощь). В пословицах, как и в афоризмах, есть понимание счастья как жизни, отгороженной от окружающих: "Bienheureux est tenu celui Qui n’a garde de passer l’huis d’autrui" (Счастливы те, кто не остерегся переступить порог чужого дома). Отмечается также, что счастье может быть достигнуто за счет несчастья другого: "Le bonheur des uns fait le malheur des autres" (Счастье одних делает несчастными других), есть однако пословица и с обратным значением: "Le malheur des uns fait le bonheur des autres" (Несчастье одних делает счастливыми других).

Таким образом, концепт "счастье" интерпретируется в сопоставляемых культурах как состояние полного удовлетворения и везения, при этом отмечается ответственность за достижение своего счастья, близость счастья и несчастья, зависть по отношению к счастливцам. Различия состоят в том, что в русских пословицах акцентируется скоротечность и обманчивость счастья, взаимосвязь между счастьем и умом (глупостью), а во французских пословицах - необходимость активных действий для завоевания счастья. Эта же идея выражена в русских афоризмах, которые как бы контрастируют с фольклорной нормой смирения и пассивности. В русских афоризмах обсуждается связь между счастьем и материальным благополучием, причем высказываются противоположные оценки; во французских афоризмах на первый план выступают источники счастья как максимального удовольствия - чувственно воспринимаемые положительные стороны жизни.

Важной характеристикой духовной жизни человека является его вера в бога (религиозность), сопутствующая человечеству на протяжении всего его существования и поэтому нашедшая свое отображение в узуально-поведенческих текстах. Ценностная характеристика концепта "бог" заключается в перечне отношений к богу.

Анализ содержательной стороны пословиц и афоризмов позволяет подразделить отношение к богу на следующие типы: 1) Все от бога, следовательно, следует верить в бога; 2) Бога нет, следовательно, нелепо верить в бога; 3) Следует полагаться на святых; 4) Следует просить о помощи святых, а не бога; 5) Следует полагаться не только на бога, но и на себя.

Проиллюстрируем на примере: "Tout vient de Dieu" (Все происходит от бога), "Dieu donne le froid selon la robe" (Бог раздает холод по одежде), "В мале бог, и в велике бог" - мы видим доказательство веры в бога, человеческой пассивной жизненной позиции и неспособности противодействовать судьбе, данной богом. В русской паремиологи мы сталкиваемся и со скептическим отношением к богу: "Ты свое, а бог свое".

Французские пословицы передают доброе расположение бога к людям, например, "Dieu ne veut pas la mort du pecheur" (Бог милостив к грешникам).

Однако в русской выборке нам не встретился эквивалент французской пословицы "Il vaux mieux Dieu prier que ses saints" (Лучше просить бога, чем его святых), которая свидетельствует о месте бога в иерархии святых. Напротив, пословица "Проси Николу, а он спасу скажет" передает близкое положение бога и святых. А пословица "Нет за нас поборника супротив Николы" отражает отношение к святому Николе как к более приближенному к человеку и его проблемам.

Французская пословица "Quand Dieu ne veut le saint ne peut" (Когда бог не хочет, святой не может) также характеризует более частотное употребление имен святых во французских пословицах и редкое в русских (соотношение 17 к 1), причем в 95% русских пословиц с упоминанием святых фигурирует Никола: "Бог не убог, а Никола милостив", "Никола на море спасает, Никола мужику воз подымает". Кстати, многие французские фразеологизмы построены на сравнении со святыми: "Il est comme la Madeleine, il a toujours la boite a la main." (Он, как Магдалина, всегда с коробкой в руках). То есть для описания пьяницы (человека, постоянно держащего стакан в руках) употребили образ Магдалины, держащей в своей руке коробку с мазями. Интерпретация выражений, связанных с именами святых, представляет трудности, т.к. необходимо иметь представление о жизнеописании святых. Так выражение "Leger comme l’oiseau de saint Luc" (Легкий, как птица святого Луки) становится понятным, если учитывать тот факт, что птица всегда связана с образом святого Жана, тогда как святой Лука изображается с быком. Следовательно, приведенная пословица содержит аллюзию, основанную на образах и представлениях о святых.

Некоторые пословицы содержат злую шутку, насмешку: "Ce que saint Martin ne mange, son ane le mange" (То, что не ест святой Мартин, ест его осел). Нам представляется, что данную пословицу можно интерпретировать, приняв во внимание обычай ограничивать себя в приеме пищи во время поста.

Афоризмы, передающие отношение к богу, выявляют также разносторонний взгляд по отношению бога, но они более резки в своих суждениях. Если пословицы и содержат недоверие к всесильности бога, ("На бога надейся, а сам не плошай"), то никогда не ставят под сомнение факт существования бога. Афоризмы более критичны, что можно объяснить более высоким уровнем образования авторов. В некоторых афоризмах бог представлен не в классическом библейском варианте, например, " Каждое время верует в того бога, который ему соответствует" (В.Брюсов).

В афоризмах и русских, и французских передается идея стремления человека верить: "С’est le coeur qui sent Dieu, et non la raison" (B.Pascal) "В бога верит сердце, а не разум", "Что богу нужды нет в молитвах, всякий знает. Но можно ль нам прожить без них?" (И.Дмитриев).

Ряд афоризмов содержат объяснения необходимости веры человека в бога. Во-первых, вера в бога играет роль в социальной адаптации человека: "Люди жили бы довольно спокойно в этом мире, если бы были вполне уверены, что им нечего бояться в другом; мысль, что бога нет, не испугала еще никого" (Д.Дидро), то есть, от некоторых правонарушений человека может удержать страх перед карой божьей. Во-вторых, таким образом человек смиряется с неизбежным - смертью, неизлечимой болезнью и т.д. Например, "Quand on voit la vie telle que Dieu l’a faite, il n’y a qu’a le remercier d’avoir fait la mort" (Dumas fils) "Когда видишь, какую жизнь нам создал бог, остается его благодарить за то, что он создал смерть".

Таким образом, концепт "бог" трактуется в сопоставляемых культурах одинаково - как высшая сверхъестественная сила, при этом пословицы подчеркивают всемогущество бога и вместе с тем ответственность за свои поступки. Во французских пословицах бог добр и милостив, человек должен обращаться к нему непосредственно, в русских пословицах бог непостижим и лучше просить помощи святых. В русских и французских афоризмах содержатся только общие оценки бога - необходимость идеи бога для человека, сомнение в его существовании и сомнение в его доброте и милости.

Многочисленные пословицы и афоризмы относятся к теме "любовь". Содержательный минимум концепта "любовь" в русском понимании выражается как "интимное и глубокое чувство, устремленное на другую личность, человеческую общность или идею.", во французском понимании как "Sentiment qui revet des formes diverses suivant le sujet qui l’eprouve et l’objet qui l’inspire" (Чувство, которое приобретает разные формы, в зависимости от человека, который его испытывает и объекта, который его вызывает). Фреймовое представление концепта "любовь" также передает его неполное описание. По этой причине мы предлагаем обратиться к текстам пословиц и афоризмов для построения ценностной (поведенческой) характеристики концепта "любовь".

В пословицах любовь представлена как благо: "Где любовь, тут и бог". Человек, способный любить, вызывает у общества положительную оценку: "Милее всего, кто любит кого".

Ряд пословиц констатирует глубину любви: "Влюбился, как сажа в рожу влепился". И как любое проявление чувств, любовь имеет две стороны: положительную и отрицательную: "Где любовь, там и напасть". Причем 60% пословиц свидетельствует об отношении к любви, как к неотвратимости: "Придет пора на пору, станешь девке ступать на ногу" и всепоглощающему чувству: "Он с нею и себя не помнит, и нас не поминает", с чем согласны французы: "Les amoureux vivent d’amour et d’eau fraiche" (Влюбленные живут любовью и прохладной водой). Русские пословицы свидетельствуют о том, что проявление любви может выражаться через физическое наказание: "От того терплю, кого люблю". Относительно сочетания физической силы и любви во французской культуре зафиксировано следующее: "Tout par amour, rien par force" (Все любовью, ничто силой).

В проанализированной выборке мы увидели несоответствие в русских и французских пословицах относительно искренности чувств. Французская пословица "Tant vaut amour comme argent dure" (Любовь длится, пока есть деньги) не находит своего эквивалента в русских пословицах. Плохое материальное положение отрицательно влияет на любовь, например, "L’amour et la pauvrete font ensemble mauvais menage" (Любовь и бедность - плохая семья).

Любовь представлена в афоризмах как великая сила, однако отмечается ее временная ограниченность: "L’amour fait passer le temps, et le temps fait passer l’amour" (Любовь заставляет проходить время, время заставляет проходить любовь).

Благотворное влияние на человека, несколько гиперболизированное, передается в пословице: "L’amour apprend aux anes a danser" (Любовь учит осла танцевать).

Большой интерес для более подробного описания концепта "любовь" представляют собой афоризмы . В них рассматривается как физический, так и духовный аспект любви.

Отмечается тот факт, что избыток проявления чувств не приносит положительного эффекта в отношениях между людьми. Например: "L’absence est a l’amour ce qu’est au feu le vent; Il eteint le petit, il allume le grand" (Bussy-Rabutin) "Разлука для любви то же, что для огня ветер. Он гасит маленький и разжигает сильный". Причем речение Бомарше не только поддерживает эту мысль, но и развивает ее: "Boire sans soif et faire l’amour en tout temps, madame, il n’y a que ca qui nous distingue des autres betes" "Пить, не имея жажды, и постоянно заниматься любовью, мадам, только это отличает нас от других животных". Любовь во французских афоризмах представлена, в большинстве случаев, как страдание, боль, бедствие. Например, " Plaisir d’amour ne dure qu’un moment Chagrin d’amour dure toute la vie" (Florian) "Удовольствие от любви длится всего мгновение, печаль длится всю жизнь".

Неподвластность рассудку, слепое повиновение любимому человеку содержится в 1/3 всех афоризмов на тему любовь. Например:

"Amour, tu as ete mon maitre,

Je t’ai servi sur tous les dieux,

Osijepouvaisdeuxfoisnaitre,

Commejeteserviraismieux!" (С.Marot).

"Любовь, ты была моим хозяином, Я служил тебе выше, чем всем богам, О, если б я родился второй раз, Я служил бы тебе еще лучше!"

В афоризмах содержится упоминание об осторожности и терпении:

"Amour, quand tu nous tiens, on peut bien dire :"Adieu prudence" (J. de La Fontaine) "Любовь, когда ты приходишь, можно сказать: "Прощай осторожность".

Любвеобильность, которая традиционно считается прерогативой французов, объясняется в афоризмах так: "En amour, il n’a que les commencements qui soient charmants. Je ne m’etonne pas qu’on trouve du plaisir a recommencer souvent" (P. de Ligne) "Влюбвивеликолепнотольконачало. Я не удивляюсь, почему находят удовольствие начать заново".

Единство взглядов, взаимопонимание и доверие - основа любви, по мнению авторов: "Aimer, ce n’est pas se regarder l’un l’autre, c’est regarder ensemble dans la meme directions" (A. de Saint-Exupery) "Любить - это смотреть не друг на друга, а смотреть в одном направлении".

В русских афоризмах мы нашли неоднозначное понимание любви у разных людей: "Если сколько голов - столько умов, то сколько сердец - столько родов любви" (Л.Толстой).

Русская интеллигенция видит любовь как источник доброты: "И самое умное, чего достиг человек, это умение любить женщину, поклоняться ее красоте; от любви к женщине родилось все прекрасное на земле" (М.Горький).

Солидарность с пониманием основы любви у французов и русских передает афоризм Н.Островского "Мелка та любовь, в которой нет дружбы, товарищества, общих интересов".

В выборке мы не находим афоризмов, в которых любовь представлялась как зло, в отличие от французских афоризмов. Исключением можно считать афоризм М.Горького "Любовь к женщине всегда плодотворна для мужчин, какова бы она ни была, даже если она дает только страдания, и в них всегда есть много ценного", в котором оговаривается возможность страдания, окупающееся другими компонентами любви. На наш взгляд, это может объясняться идеологией, преобладающей в нашей стране в период выхода сборников афоризмов. Наличие большого количества пословиц на данную тему может свидетельствовать о возможности существования большого количества афоризмов с разными точками зрения по этому поводу.

Так, концепт "любовь" толкуется как глубокое интимное чувство. Пословицы акцентируют его неконтролируемость и чудотворную силу, при этом в русской культуре любовь сочетается с готовностью пострадать, а во французской культуре - с радостью от удовольствия, с идеей временности любви и прагматичной оценкой любви как средства для достижения иных целей.

Афористика оценивает различные стороны любви в сравниваемых языках в едином ключе, отмечая, что даже отрицательные свойства и последствия любви идут на благо человеку.

Содержательный минимум концепта "глупость" представлен как "неспособность думать и понимать". Во французской культуре глупость понимается еще и как демонстрация этих недостатков, в виде действий или слов. Фрейм глупого человека представляется как лицо, выражающее непонимание и невникание в происходящее. Ценностная характеристика представлена в пословицах и афоризмах.

В русских пословицах глупость имеет негативную оценку.

Глупому человеку нельзя доверять, он болтлив: "Малый, что глупый; что видит, то и бредит". С другой стороны, отмечается, что иногда бывают исключения и глупый может сказать истину: "И глупый ино молвит слово в лад".

Отмечается широкое распространение, повсеместность глупости: "На Руси, слава богу, дураков лет на сто припасено".

Глупость характеризуется неспособностью к обучению: "Неразумного учить - в бездонную кадку воду лить".

В отношении к глупым необходимо проявлять терпение: "Про всех дураков не напасешься кулаков".

Положительная сторона глупости - неосознание жизненных проблем и трудностей: "Без ума житье - рай".

Следующей характеристикой глупости является неспособность чувствовать меру: "Заставь дурака богу молится, он и лоб разобьет".

Пословицы советуют избегать общения с глупыми, т.к. глупость ассоциируется со злом: "С умным браниться - ума набраться, с дураком мириться (дружиться) - свой растерять".

В русских афоризмах глупость трактуется следующим способом: "Тот, кто постоянно ясен, тот, по-моему, просто глуп" (В.Маяковский), то есть излишняя открытость, откровенность является характерной чертой глупости.

Ум и глупость часто могут иметь похожие или одинаковые признаки, например: "Ничему не удивляться, говорят, есть признак большого ума; по-моему, это в равной же мере могло бы служить и признаком большой глупости..." (Ф.Достоевский).

Афоризм "Умный тем отличается от дурака, что, когда оба разозлятся, умный становится дураком, а дурак умным" (В.Ключевский) характеризует глупость как черту, неконтролируемую человеком.

Глупость является самой отрицательной чертой человека, что подтверждается примером: "Самый непобедимый человек тот, кому не страшно быть глупым" (В.Ключеский).

Негативное отношение к глупости передается афоризмом И.Тургенева "Нет ничего тягостнее сознания только что сделанной глупости".

В русских афоризмах мы находим следующие характеристики концепта "глупость":

чрезмерная болтливость, переходящая в грубость - "Некоторые думают, что стоит только обозвать всех дураками, чтобы прослыть умным" (В.Ключевский),

широкая распространенность среди людей - "Сильна наша глупость, и бесчисленны ее убежища; и у самых умных людей еще отведены для нее уютные уголки" (Д.Писарев),

возможность нахождения рационального зерна в глупости - "Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека" (Н.Гоголь),

сознательное отвержение интеллектуального развития - "Не тот глуп, кто не знает, но тот, кто знать не хочет" (Г.Сковорода).

Во французских афоризмах характеристики концепта "глупость" передают меньшую категоричность в отношении к глупости: "Если обладать умом - не добродетель, то не обладать им - не порок" (Д.Дидро). Допускается, при желании, право делать глупости, например, "Il ne faut jamais faire que les sottises qui nous plaisent" (P.Merimee) "Всегда нужно совершать только те глупости, которые нам нравятся".

Для совершения глупости необходимо обладать умениями, то есть не все в состоянии делать глупости в силу склада своего характера: "Il faut savoir faire les sottises que nous demande notre caractere" (Chamfort) "Нужно уметь делать глупости, которые требует наш характер".

Отмечается, что в ряде случаев глупость помогает выйти из затруднительных ситуаций: "Бывают случаи в жизни, выпутаться из которых может помочь только глупость" (Ларошфуко).

Приводится разграничение глупости и дури: "Il y a des sottises bien habillees comme il y a des sots tres bien vetus" (Chamfort) "Есть нарядные глупости, как и одетая дурь".

Во французских пословицах прослеживается отношение к глупости как к катастрофе: "Les sottes menent a la ruine" (Глупые ведут к гибели). Все, что связано с глупостью невозможно исправить: "De sot homme sot songe" (У дурака и сны глупые).

Существование глупых женщин объясняется в пословице "Les chambres vides font les sottes dames" (Пустые комнаты делают женщин глупыми), то есть при отсутствии семьи у женщин снижаются умственные способности.

Отмечается, что возраст не всегда делает человека мудрее: "L’age ne l’a pas rendu plus sage" (Возраст не сделал его мудрее).

Пословица "Au defaut d’un sage, monte un fol en chaire" (На недостатках мудрости, безумие (глупость) поднимается на трибуну) описывает ситуацию, которая объясняется широкой распространенностью глупости и стремлением завладеть еще большим пространством. Глупость характеризуется способностью находить себе подобное: "Un sot trouve toujours un plus sot qui s’admire" (Дурак дурака хвалит).

Итак, концепт "глупость" - недостаточное развитие ума - отрицательно оценивается в русской и французской культурах, при этом во французских пословицах глупость воспринимается как очень серьезный недостаток, в то время, как в русской паремиологии отмечается широкое распространение глупости и необходимость принимать глупцов такими, какие они есть (глупцы иногда говорят правду).

Русские афоризмы вариативно дублируют отношение к глупости, выраженное в русских пословицах, французские афоризмы менее категоричны в оценке этого качества, более того, они парадоксально подчеркивают положительные стороны глупости.

Как пословицы, так и афоризмы выполняют функцию номинации, иными словами, называют ту или иную сферу социальной жизни. Социальная жизнь включает в себя семейную жизнь, работу, различные виды занятий, отношения, складывающиеся между людьми.

Как и все, семейная жизнь - явление неоднородное, следовательно, можно найти ее различные характеристики. Концепт "семья" имеет следующее минимальное дефинитивное описание: "Основанная на браке или кровном родстве малая группа, члены которой связаны общностью быта, взаимной помощью и моральной ответственностью" и "1. L’ensemble des personnes liees entre elles par le mariage; 2. Les membres de la famille vivant sous le meme toit: le pere, la mere et les enfants habitant avec eux".

Мы относим к представлению концепта "семья" пословицы и афоризмы, описывающие : 1) отношения мужа и жены; 2) создание семьи; 3) сохранение семьи; 4) нарушение супружеских связей; 5) те или иные правила семьи; 6) отношения младших и старших; 7) характеристики супругов (положительные, отрицательные).

Во французском языке femme может объединять понятие женщина и жена, поэтому в переводе мы будем использовать слово "жена", мотивируя это тем, что Франция является страной с устойчивыми патриархальными традициями, где статус женщины обусловлен ее ролью в семье, тогда как мужчина имеет несколько видов деятельности - работа, творчество, семья, и поэтому семейный статус редко является ведущим компонентом в социальной характеристике мужчины. Одним из признаков различия понятия жены и женщины во французском языке является наличие притяжательного прилагательного, например, sa femme - жена, la femme - женщина или жена, в зависимости от контекста.

Мы не претендуем на полноту исследования из-за большого количества пословиц и афоризмов, существующих в сравниваемых языках. Дальнейшие исследования, возможно, внесут коррективы в полученные нами результаты.

Французские пословицы и афоризмы подчеркивают в отношениях между супругами благоразумие. Например: "Il faut etre compagnon de sa femme et maitre de son cheval" (Для жены нужно быть компаньоном, для лошади - хозяином), "Немцы - господа жен, англичане - слуги, французы - товарищи, итальянцы - тюремщики, испанцы - мучители, магометане - палачи" (Ж.Жанен). В русской выборке подобной пословицы не обнаружено. Однако, в обоих сравниваемых языках пословицы свидетельствуют о непопулярности обмена ролями мужа и жены "Femme qui parle comme homme, et geline qui chante comme coq ne sont bonnes a tenir" (Лучше не иметь жены, которая говорит, как мужчина, и рябчика, который поет, как петух), "Худо мужу тому, у которого жена большая в дому", что объясняется патриархальными традициями общества.

Несоответствие в содержании пословиц находит такое явление, как "женино добро". Во французской выборке не найдены пословицы на эту тему, русские пословицы подчеркивают отрицательное отношение к материальным ценностям жены и положительное - к материальным ценностям мужа: "Женино добро колом в глотке стоит", "Мужнее добро как зимнее тепло".

Утилитарные нормы объясняются следующим образом: богатство жены может позволить обеспечить главенствующую роль в семье, что, как уже выяснено, недопустимо. Например: "Жены богатой лучше не брать, чем ей мужем владеть". Однако ряд пословиц противопоставляется по смыслу, подчеркивая всепрощение жене, благодаря ее материальному положению: "Будь жена хоть коза, лишь бы золотые рога". Пословицы данного типа не столь многочисленны (15% из числа пословиц на данную тематику) и объясняются чисто утилитарным интересом со стороны мужа по отношению к состоянию жены.

На наш взгляд, представляют интерес пословицы, содержащие описание меры физического наказания мужем жены на фоне афоризма М. Горького "Высота культуры определяется отношением к женщине". В русских пословицах наказание рассматривается как благо "Шубу бей - теплее, жену бeй - милее". Часто подчеркивается выносливость жены, что позволяет ожесточать меры: "Люби жену как душу, тряси ее как грушу", "Всеми бита, и об печь бита, только ночью не бита", "Жена не горшок, не расшибешь". Однако мы не встретили пословицы с описанием оправдания убийства жены. Во французских пословицах этот факт зарегистрирован только в одной пословице: "Dieu aime l'homme quand il lui ote sa femme" (Бог любит мужа тогда, когда тот отдает ему жену). В данной пословице присутствует утилитарный интерес оправдать убийство, назвав его богоугодным делом. В целом к физическому наказанию жены отношение отрицательное: "C'est le diable qui bat sa femme" (Тот, кто бьет свою жену, - дьявол).

Во французской выборке нам не встретились пословицы о возрасте мужа, тогда в русской они представлены: "Муж стар, а жена молода - дожидайся детей, муж молод, а жена стара - дожидайся плетей". Также представлены пословицы, содержащие мнение женщин о том, что иметь плохого мужа лучше, чем вообще жить одной: "С ним горе, а без него вдвое", "Хоть лыком сшит, да муж".

О супружеской неверности французские пословицы говорят менее завуалированно, чем русские. Например: "La femme a semence de cornes" - "У всякой жены есть семена рогов", "Мужнин грех за порогом остается, а жена все в дом несет". В афоризмах также открыто признают факт измены: "Французы почти не говорят о своих женах - боятся говорить при посторонних, которые знают жен лучше, чем сами мужья" (Ш.Монтескье).

Как русские, так и французские пословицы представляют жену как бедствие, разница заключается только в реалиях. Сравним:

"Une femme, une chevre et un puits, c'est pour gater tout un pays" (Жена, коза и колодец созданы для того, чтобы испортить всю страну) - "От пожара, от потопа и от злой жены боже сохрани!".

Говоря о характере жены, пословицы двух сравниваемых языков единогласно порицают неспособность жены (женщины) сохранять секреты: "Лучше в утлой ладье по морю ездить, чем жене тайну поверить", "La femme ne cele que ce qu elle ne sais pas" (Жена скроет только то, что не знает).

Далее по частотности употребления идут следующие черты характера:

Злость: "Злая жена - та же змея" "Злая жена злее зла", "Le cerveau de la femme est fait de creme de singe et de fromage de renard" (Мозг жены сделан из обезьяньей сметаны и лисьего сыра).

Глупость: "Belle femme, mauvaise tete, bonne mule, mauvaise bete" (Красивая жена - глупая, красивый мул - плохое животное), "У умного мужа и глупая жена досужа".

Женский ум ценится как во Франции, так и в России: "Femme prudente et bien sage est l'ornement du menage" (Благоразумная и мудрая жена - украшение жилища) "Умная жена как нищему сума (все сбережет)". Жене также отводится роль в создании атмосферы в семье: "Добрую жену взять - ни скуки, ни горя не знать", "La femme est la clef du menage" (Жена - ключ семейного очага).

Относительно единого мнения между женой и мужем, русские пословицы имеют двоякую трактовку: "Муж да жена, одна сатана", "Муж и жена что кошка и собака". Французские пословицы имеют единый взгляд на данную проблему: "Ce que le baron aime, femme a en haine" (То, что любит муж, жена ненавидит).

Далее отмечается изменчивость суждений: "Comme la lune est variable, pensee de femme est variable" (Мысли женщины изменчивы так же, как луна), "Женские умы - что татарские сумы (переметные)". Недостатки женщины подразумеваются изначально: "Des femmes et des chevaux, il n’en est point sans defauts" (Женщины и лошади не бывают без недостатков).

Афоризмы также перечисляют некоторые черты характера женщины, при этом отрицательные черты описываются в очень мягкой форме: "Elle flotte, elle hesite; en un mot, elle est femme" (J.Racine) "Она колеблется в нерешительности, она сомневается, одним словом она - женщина".

Французские афористы видят назначение женщины заставлять биться мужские сердца: "La destinee de la femme et sa seule gloire sont de faire battre le coeur des hommes" (H.de Balzac) "Назначение женщины и единственная заслуга - заставлять биться сердца мужчин". При этом существует градация в умении женщин любить: "Etre belle et aimee, ce n’est etre que femme. Elle laide et savoir se faire aimer, c’est etre princesse" (B.d’Aurevilly) "Быть красивой и любимой - быть всего лишь женщиной. Быть безобразной и уметь заставить себя любить - значит быть принцессой).

На вопрос "Что такое красивая женщина?" находим ответ в афоризме "Une belle femme est le paradis des yeux, l’enfer de l’ame et le purgatoire de la bourse" (Fontenelle) "Красивая женщина - это рай для глаз, ад для души и разоритель кошелька".

В целом можно сказать, что подавляющее большинство французских афоризмов превозносят женщину: "Il n’y a que deux belles choses au monde, les femmes et les roses, et que deux bons morceaux, les femmes et les melons" (Malherbe) "В мире всего две красивые вещи: женщина и роза, и только два хороших куска: женщина и дыня".

Таким образом, основное различие в отношении к женщине отражено в пословицах - в русских паремиях приемлемо физическое наказание женщины, во французских - нет, несмотря на то, что обе культуры отмечают недостатки, свойственные женщине, и сравнивают женщину с бедствием. Неодинаковым является также понимание предназначения женщины, что зафиксировано в афоризмах двух сравниваемых языков. Чувственное восприятие жизни и ее проявлений во французской культуре, отмеченное нами выше, проявляется и в отношении к женщине во французских афоризмах. В обоих сравниваемых культурах непопулярен обмен ролями мужчины и женщины. Во французской культуре принято более откровенно говорить о супружеской неверности и разводе.

Не оставляет сомнений тот факт, что в русском языке понятия "родня" и "родственные отношения" закреплены в многочисленных пословицах, тогда как во французском данная тематика представлена скромно. Это объясняется более крепкими связями между родственниками в русском обществе. Несоответствия прослеживаются начиная с лексического уровня языка: мачеха, свекровь, теща имеют один эквивалент: belle-mere; отчим, свекор, тесть - соответственно beau-pere; свояк, деверь, шурин - beau frere; сноха, невеста, падчерица - belle fille.

Русские пословицы передают суть обязанностей родственников ("Не учил отец, а дядя не выучит"), характеризуют ("Свекр - гроза, а свекровь выест глаза"), выражают недоверие ("Хвалит сваха чужу сторону, а сама в нее ни по ногу").

И русские и французские пословицы дают совет иметь собственное жилище: "Avant de te marier aie maison pour habiter (Перед тем, как жениться, заведи свой дом), "О том и кукушка кукует, что своего гнезда нет", "Семь топоров вместе лежат, а две прялки врозь" (то есть две женщины не могут найти общий язык, а семь мужчин могут).

Одинаков взгляд на своевременность создания семьи у французов и русских: "Много невест разбирать, так век женатому не бывать", "Qui tard se marie, mal se marie" (Кто поздно женится, тот плохо живет).

Факт сохранения семьи рассматривается в пословицах двояко: "Женитьба есть, а разженитьбы (развода) - нет", "Лучше хлеб есть с водою, чем жить со злою женою". Французские пословицы однозначно видят выход из создавшегося положения: "Se garde de femme epouser qui veut en paix se reposer" (Остерегайся женщины, если хочешь остаться в покое). Возможность развода в некоторых случаях сплачивает семью: "Никто так не содействует взаимной привязанности, как возможность развода" (Ш.Монтень). В русской афористике развод представляется как обыденная вещь: "Развод в 30 - неприятная реальность, в 40 - неблаговидный поступок, в 50 - подлость, в 60 - глупость" (И.Шевелев).

Приветствуется иметь детей во французском и русском обществах: "У кого детей много, тот не забыт от бога".

Прослеживается отрицательное отношение к девочкам: "Дочь - чужое сокровище", "Холь да корми, учи да стереги, да в люди отдай", "Qui a des filles est toujours berger" (Тот, кто имеет дочь, всегда пастух).

До самой свадьбы дочери приносят родителям хлопоты: "Filles et vierres sont toujours en danger" (Девочки и стекло всегда в опасности), "Родители берегут дочь до венца, а муж жену до конца".

В пословицах о неродных детях ярко прослеживается утилитарный план: "Il faut mal nourrir autrui enfant, car il s'en va quand il est grand" (Плохо корми чужого ребенка, т.к. он все равно уйдет, когда вырастет), "Маленьких сирот кормить не хочется (не скоро отработают)".

Методы воспитания детей схожи: чем строже, тем лучше: "Наказуй детей в юности, успокоят тя на старости", "Qui aime bien chatie bien" (Кто любит, тот наказывает).

В свою очередь афоризмы содержат в себе индивидуальное суждение на рассматриваемую тематику, которое сложилось у автора под влиянием традиций, принятых в обществе.

Наиболее яркое различие установлено в тематике "отношения между родственниками". В русском обществе наметилась тенденция к понижению роли семейных связей в жизни. Это видно на неразличении таких понятий, как шурин и свояк, сноха и падчерица, а также на узкое отражение семейных отношений в афоризмах.

Отношение к разводу следующее: "Le divorce est si naturel que, dans beaucoup de maisons, il couche toutes les nuits entre deux epoux" (Chamfort) "Развод - вещь настолько естественная, что во многих домах он спит между супругами". Тогда как пословицы характеризуют развод, афоризм приводит констатацию факта.

Суммируя вышесказанное, заметим, что в обеих культурах, следуя логике пословиц, иметь дочерей не престижно, отношение к неродным детям холодное, т.к. они не окупают затрат. Русские пословицы передают тесно выраженные отношения между родственниками, тогда как в русских афоризмах, французских пословицах и афоризмах игнорируется описание родственных связей.

Содержательная характеристика концепта "обычай" и в русской, и во французской культурах трактуется как "стереотипный способ поведения, который воспроизводится в определенном обществе или социальной группе и является привычным для их членов". Обычай тесно связан с уровнем развития и социальной стратификацией общества. Отсюда следует неодинаковое отношение к обычаям среди представителей разных социальных групп одной культуры. Отношение к обычаям, традициям в русских пословицах однозначно: их необходимо соблюдать и нельзя изменять: "Обычай не клетка - не переставишь", "Не нами уставилось, не нами и переставится".

В пословицах констатируется национальная специфика обычая: "В какой народ попадешь, такую и шапку наденешь", то есть содержится призыв к почитанию обычаев. Во французских афоризмах мы также находим речение, отмечающее национальную специфику обычаев: "La diversite des facons d’une nation a l’autre ne me touche que par le plaisir de la variete. Chaque usage a sa raison" (M.de Montaigne) "Различие одной нации от другой задевает меня только удовольствием от разнообразия. Каждый обычай оправдан".

Несоблюдение обычаев - явление крайне редкое, оно прощается только людям, незнакомым с традициями данного общества: "Нам, татарам, все даром (не смотрим на обычай)".

Во французской афористике представлено негативное отношение к обычаю как к одному из способов лишения права на духовную свободу: "La premiere raison de la servitude, c’est la coutume" (E. de la Boetie) -"Первое в основании рабства - обычай".

В выборке русских афоризмов мы нашли следующее отношение к обычаям: "В традиции - сила и в традиции - слабость, в зависимости от ситуации" (И.Шевелев).

Таким образом, в афоризмах прослеживается двоякое отношение к обычаям в отличие от пословиц обоих языков.

Концепт "жизнь" имеет следующую понятийную характеристику - "одна из форм существования материи, закономерно возникающая при определенных условиях в процессе ее развития"и "...propriete essentielle des etres organises qui evoluent de la naissance a la mort en remplissant des fonctions qui leur sont communes, malgre la differerenciation des regnes, des especes et des individus; 2. Existence dont le caractere temporel et dynamique evoque la vie" (1. ...основная способность живых организмов, которые развиваются от рождения до смерти, наполненная функциями, объединяющими их, несмотря на различное деление, вид, род. 2. Существование, характеризующееся временем и динамикой). Фрейм представляется как образ, противоположный неживому, то есть подразумевается движение, деятельность, то есть внешнее проявление живого организма: питание, самозащита, продолжение рода, плюс выражение чувств.

Проанализировав русские афоризмы, мы выделили следующие позиции в отношении к жизни:

1) жизнь состоит из постоянных требований, из эмоциональной наполненности - "Жить стоит только так, чтобы предъявлять безмерные требования к жизни" (А.Блок) (43%);

2) жизнь состоит в оказании пользы для окружающих - "Жизнь, пройденная без служения широким интересам и задачам общества, не имеет оправдания" (Н.Лесков) (37%);

3) жизнь состоит из преодолений трудностей, активных действий - "Тот, кто поймет, что смысл человеческой жизни заключается в беспокойстве и тревоге, уже перестанет быть обывателем" (А.Блок) (15%).

Проанализировав французские афоризмы, мы выделяем следующие основные признаки, характеризующие отношение к жизни:

1) Жизнь - это сочетание добра и зла, противоречий, а следовательно борьбы: "La vie, cette goutte de lait et d’absinthe" (H.Lacordaire) "Жизнь, это капля молока и полынной водки".

2) Французы видят жизнь в осознании интеллекта: "Жить - означает не только удовлетворять материальные запросы организма, но, главным образом, сознавать свое человеческое достоинство" (Ж. Верн).

3) Жизнь заключается в постоянном движении, активных действиях: "Без движения - жизнь только летаргический сон" (Ж.-Ж.Руссо)

4) Жизнь воспринимается как удовольствие от опасностей, от осознания конца: "Жизнь человеческая - ложь. За всякой улыбкой таится зевота, за всяким восторгом - проклятие, за всяким удовольствием - отвращение, а от сладкого поцелуя остается на губах томящая жажда новых наслаждений" (Г.Флобер).

В русских пословицах часто (43%) описываются жизненные трудности, констатируется сложность протекания жизненных явлений: "Век живучи не усмехнешься". По этой причине человек задумывается о способах разрешения жизненных коллизий, одним из способов является смерть: "Лучше смерть, нежели зол живот" (11%). В 20% пословиц подчеркивается нежелание умирать: "Жить грустно, а умирать тошно". В пословицах смерть представляется как физический (не духовный) аспект человека: "Смерть плотью живет. Смерть с костьми сгложет". В 6% пословиц дается совет привыкнуть к мысли о смерти, смириться, т.к. она неотвратима: "Смерти бояться - на свете не жить".

15% пословиц передает понимание жизни как борьбы, причем чаще (2/3 пословиц) имеется в виду драка, побоища, тогда как в афоризмах борьба чаще понимается как конфликт мнений. "Жизнь изжить - и других бить и биту быть".

Французские пословицы характеризуют концепт "жизнь" так же, как активные действия: "Vivre c’est agir" (Жить - значит действовать). Жизнь понимается как постоянный процесс получения новых знаний, приобретения опыта: "La vie est une longue etude" (Жизнь - долгое учение). От того, как проживешь жизнь, зависит то, какой будет смерть: "Telle vie, telle fin" (Какова жизнь, такова смерть). Отмечается кратковременность жизни: "La vie n’est qu’un passage" (Жизнь - всего лишь отрывок).

В пословицах и афоризмах четко прослеживается отношение людей к социальному статусу человека. Рассмотренный материал свидетельствует о негативном отношении к простолюдинам (преимущественно во французском языке).

Самое распространенное отношение к вилланам (простолюдинам) можно передать следующей пословицей "De vilain, jamais bon fait" (Из виллана никогда ничего хорошего не выйдет). Этот взгляд на простолюдина отражается в целом ряде пословиц, причем описываются черты простолюдина, например, неблагодарность: "Graisser les bottes d’un vilain, il dira qu’on les lui brule" (Смажьте жиром сапоги виллана, он скажет, что ему их сожгли); малодушие и подлость: "Depends le pendard, il te pendra, Oigne le vilain, il te poindra" (Будешь зависеть от висельника - он тебя повесит, намажешь виллана маслом - он тебя укусит); жестокость, эгоизм: "Vilain enrichi ne connait parent ni ami" (Разбогатевший виллан не знает ни родителей, ни друга); глупость, надменность: "Il n’y a pas de plus belles armoiries que celles d’un vilain, il prend celles qu’il veut" (Самые красивые гербы бывают у вилланов, он выбирает тот, который ему нравится). Одним словом, французы относятся к простолюдинам крайне негативно "Mieux vaut un courtois mort que vilain vif" (Лучше мертвый дворянин, чем живой простолюдин). Мы считаем, что объяснением отрицательного отношения к вилланам в продукте народного творчества - пословице является дробная, возможно средневековая, иерархия людей, отсюда проистекает презрение к нижестоящим.

Анализ выборки русских пословиц позволяет сделать вывод о более снисходительном отношении к простолюдину, мужику, несмотря и на акцентирование внимания на отрицательные черты характера, например, упрямство: "Мужик, что рогатина; как упрется, так и стоит".

Но наряду с негативными чертами, отмечаются и позитивные - смекалка: "На мужике кафтан хоть сер, да ум у него не черт съел".

Простолюдин может иметь отрицательную черту, которая искупается положительной: "Мужик глуп, как свинья, а хитер, как черт".

Анализируя французские пословицы, мы выделили два зла, которые необходимо избегать - церковь и дворянство, или смириться с собственным бессилием и покориться их воле. "Il y a plus de disciples que d’apotres en France".

Из дворянства, в пословицах по частотности упоминания на первом месте le Seigneur (барин). Акцентируется внимание на их материальном превосходстве: "Nulle terre sans seigneur" (Нет земли без барина).

В пословицах содержится недоверие к вышестоящему "Un grand seigneur, un grand clocher et une grande riviere sont de mauvais voisins" (Барин, большая колокольня и большая река - плохие соседи). Высшему сословию приписывается ответственность за окружающих, подчиненных: "Tel seigneur, tel page et serviteur" (Каков барин, такие паж и слуга). По мнению народа, автора пословиц, барин является господином, только в случае признания этого факта народом: "N’est pas seigneur de son pays Qui de son pays est hai" (Барин - не барин, если ненавистен в собственных владениях).

На втором месте по частотности употребления стоят пословицы, описывающие chevalier - рыцарей. Пословицы описывают рыцарей колко: "Hier vacher, aujourd’hui chevalier" (Вчера пастух, сегодня рыцарь). Отсутствие авторитета рыцарей перед народом, возможно, объясняется невысоким материальным положением последних, а также их ограниченностью в сфере социальных функций.

Принцы и короли не могли не быть затронуты в пословицах благодаря своему высокому социальному положению. Принцы представлены в пословицах как люди крайне избалованные, которым многое доступно, которые не несут ответственности, наказания за содеянное, благодаря тесному приближению к королю: "Haine de prince signifie mort d’homme" (Ненависть принца означает смерть человека).

Относительно короля, пословицы можно подразделить на два аспекта: король - человек и король - закон. Например, "Le roi est un homme comme un autre" (Король такой же человек, как и другие) и "De nouveau roi, nouvelle loi" (Новый король - новый закон). В русских пословицах отношение к царю следующее: 1) признание полной власти царя, его недосягаемость: "Бог на небе, царь на земле", 2) необходимость царя: "Грозно, страшно, а без царя нельзя", 3) милость, доброта и справедливость: "Нет больше милосердия, как в сердце царевом". Отношение к более низким чиновникам сугубо отрицательное: "Царь гладит, а бояре скребут". Прослеживается вера в доброго царя и злых подчиненных. В русских пословицах не зря царь часто сопоставляется с богом. Это объясняется возвышением царя до уровня бога и, следовательно, перенос на царя отношений, испытываемых к богу: бог - милостив, царь - милостив, бог - заступник, царь - заступник. Число афоризмов по данному вопросу чрезвычайно мало, при этом все афоризмы передают негативное отношение к власть имущим: "Везде бывают неудобства: в самовластных монархиях короли могут делать всяческое зло, какое только пожелают, в монархиях смешанных они даже не могут делать добро" (Ж .Помпадур). В выборке с русскими афоризмами мы не нашли выраженного отношения к социальному статусу человека, однако оговоримся, что этот факт свидетельствует только о том, что существует небольшое количество афоризмов на эту тему, которые не попали в нашу выборку.

Таким образом, относительно статуса человека и отношения к нему можно сказать, что в русских пословицах отношение к царю приравнивается отношению к богу, тогда как во французских пословицах король соотносим с человеком. К нижестоящим вассалам и чиновникам отношение в пословицах двух языков одинаково отрицательное.

Тематике "пища", без всяких сомнений, отдают предпочтение французские пословицы и афоризмы, что не удивительно, т.к. Франция считается страной гурманов. Однако это не означает, что в русских универсальных высказываниях эта тема отсутствует. Следует заметить, что в нашей выборке мы не нашли афоризмов по данной теме, тогда как пословицы не так многочисленны, как французские, отражают отношение народа к процессу питания. Афоризмы посвящены, в основном, умеренности питания: "Если чрезмерное и исключительное увлечение едой есть животность, то и высокомерное невнимание к еде есть неблагоразумие, и истина здесь, как и всюду, лежит в середине: не увлекайся, но оказывай должное внимание" [И.Павлов].

На основании проведенного анализа пословиц можно сделать следующие выводы:

Во-первых, французское общество избирательно относится к продуктам, что позволяет называть французов гурманами. Ярким примером повсеместности данного факта может служить пословица: "Gourmandise tue plus de gens qu'epee en guerre tranchant" (Гурманство постигает больше людей, чем шпага ранит на войне).

При интерпретации этой пословицы мы не случайно употребили слово "гурманство", несмотря на то, что в словаре дается ряд понятий: обжорство, гурманство, лакомство. Мы приняли во внимание отношение французов к еде, а также стиль самого высказывания. В просторечии обжорство передается следующими словами: gloutennerie, goinfrerie, voracite [Щерба, Матусевич].

Следовательно, понятие "обжорство" в пословице не может выражаться словом "gourmandise".

Гурманство французов, то есть пристрастие к изысканной пище как культурный феномен, запечатлено в русских пословицах. Вот ряд примеров: "Голодный француз и вороне рад", "Как голодный француз, как голодный волк". Французские пословицы не упоминают о русских, что вполне объяснимо индифферентным отношением русских к еде: "Не наша еда лимоны, есть их иному". Из перечисляемых продуктов на первом месте по частотности употребления хлеб, на втором каша, на третьем овощи: капуста, свекла, горох. Во французских пословицах на первом месте сыр, на втором масло, вино, на третьем овощи, фрукты: "Pain et beurre et bon fromage contre la mort est la vraie targe" (Хлеб, масло и сыр против смерти настоящая защита).

Во-вторых, к обжорству относятся негативно в обоих обществах: "С поста не мрут, а с обжорства", "Un oeuf n'est rien, deux font grand bien, trois est assez, guatre est de trop, cinq donnent la mort" (Одно яйцо - ничего, два - очень хорошо, три - достаточно, четыре - слишком, пять - приведет к смерти).

Целый ряд пословиц несет советы по упорядочиванию питания, указывая на совместимость/несовместимость потребляемых продуктов: "Qui vin ne boit apres salade, est en danger d’etre malade" (Тот, кто не пьет вино после салата, может заболеть).

Отношение к избыточному употреблению алкоголя также однозначно: "Ivrognerie est une zizanie", "Пьянство - скандал", "Trop boire noircit la memoire" (Много выпитое чернит память), "Много пить - добру не быть".

Русские пословицы более категоричны в своем отношении к алкоголю. 45% пословиц советует не пить вообще: "Пить - добро, а не пить лучше того". Французские пословицы советуют разумно употреблять алкоголь: "Le vin est bon qui en prend par raison" (Вино хорошо, когда его пьют разумно). Однако в нашей выборке мы не нашли пословиц, запрещающих употреблять алкогольные напитки.

Целый ряд французских афоризмов подтверждает стереотип Франции как страны гурманов. "La gastronomie est regardee en France a la fois comme un art et comme une science. Certains meme l'ont hausseе au rang d'une veritable philosophie: Dis - moi ce que tu manges, je te dirais ce que tu es ..." (Гастрономия во Франции одновременно искусство и наука. Многие возводят ее в рамки философии: Скажи мне, что ты ешь, я тебе скажу, кто ты). Причем высказывание "Dis - moi ce que tu manges, je te dirais ce que tu es ..." мы обнаружили в справочнике цитат у А.Клота (1755 - 1826). Ему принадлежат афоризмы, в основном посвященные теме "питание".

Отмечается, что ("La gourmandise est l'apanage exclusif de l'homme") гурманство - эксклюзивный удел человека, то есть это не обжорство, свойственное животным. Эта мысль поддерживается следующим афоризмом: "Il faut manger pour vivre, et non pas vivre pour manger" (Нужно есть, чтобы жить, а не жить, чтобы есть). Во французском обществе сложился своеобразный культ еды.

В процессе анализа пословиц и афоризмов мы пришли к выводу о том, что при описании национального своеобразия на материале пословиц и афоризмов создается угроза явного упрощения и карикатурного обобщения. При определенном подборе речений может сложиться необъективность в описании какой-либо национальной черты. Складывается впечатление, что пословицы создают отрицательный образ народа, что не соответствует действительности.

В своей работе мы использовали несколько сборников пословиц и афоризмов с целью избежать субъективности, которая могла быть привнесена авторами, а в некоторых случаях - цензурой. Например, в сборнике "Пословицы русского народа" В.И.Даля мы нашли ряд пословиц с отрицательным отношением к труду: "Работа не черт, в воду не уйдет", "Дело не медведь в лес не уйдет", "У бога дней впереди много: наработаемся", "От трудов праведных не нажить палат каменных", "От работы не будешь богат, а будешь горбат", тогда как в сборнике "Где труд, там и счастье" собраны речения с исключительно позитивным отношением к труду, в предисловии оговорен факт существования пословиц с отрицательным отношением и объясняется их давним "дореволюционным" происхождением. Пословицы выражают точку зрения группы людей, преимущественно крестьян, среди которых есть как отрицательное, так и положительное отношение к работе, труду. Коллективная память народа не могла не запечатлеть эксплуатацию, подневольный труд, работу не на себя. Все это наложило отпечаток на отношение к труду.

С другой стороны, проверкой подобных суждений в какой-то мере могут служить экспериментальные суждения типа: неряшливый француз, педантичный русский с заведомо неверными атрибутами. Вместе с тем мы считаем, что молва не всегда права.

Таким образом, в результате сопоставительного анализа некоторых культурных концептов во французском и русском языках, нам удалось установить общее и различное отображение ценностей в сравниваемых культурах. Общность характеризует фундаментальные ценности как морального, так и утилитарного порядка. Различия касаются нюансов выражения, распределения и комбинаторики норм.

2. Отношение к пословицам и афоризмам в русской и французской культурах

Если говорить в целом, взяв во внимание специфические черты французской и русской культур, то, следуя предположению, выдвинутому Ю.М.Лотманом: "Взгляд на самое себя является для русской культуры более первичным и основополагающим, чем взгляд на окружающий мир". Отмечается, что категория авторитетности, ее степени и ее источников играет в русской культуре первостепенную роль. Следовательно, центр внимания сосредоточен не на содержании высказывания ("что" сказано), а на авторе высказывания ("кем" сказано), где параллельно запрашивается информация и о лице, который предоставил полномочия автору на подобное высказывание. Опираясь на выдвинутую теорию и на материал, собранный путем анкетирования, мы проследили отношение к речениям в русском обществе, подробнее о котором мы будем говорить ниже.

Что касается французского общества, то, по мнению французских авторов, культура (в смысле уровня образования) занимает очень высокое место в иерархии ценностей. Приведемпример: "Hier, dans un train, j’ecoutais parler deux ingeniers francais:

"Ah! qu’ il est difficile, soupirait l’un d’eux, de faire un rapport pour le patron! Il ne se contente pas de faits; il veut des idees transcendantes sur la politique et l’economie."

Et l’autre, un peu plus tard, parlant de l’affaire qu’il dirige:

"Elle est, disait-il, comme le Pelican de Musset. Elle se laisse devorer par ses filiales."

Idees transcendantes... Citations litteraires... Dialoguetresfrancais". (Вчера в поезде я слышал разговор двух французских инженеров:

"А! Как тяжело, вздыхал один из них, делать отчет патрону. Он не довольствуется фактами; он хочет трансцендентные идеи о политике и экономике." И другой, чуть позже, говорит о предприятии, которым он руководит: "Оно, говорит он, как Пеликан Мюссе. Оно позволяет поглотить себя этими филиалами". Трансцендентные идеи... Литературные цитаты... Очень французский диалог).

В своей работе мы полностью разделяем мнение Ш.Балли, утверждающего, что речь - индивидуальная характеристика говорящего. Следовательно, по речи можно отнести говорящего к какой-либо группе, притом контуры этой группы нечетки, отмечается непостоянство общественного класса в узком смысле слова.

Исторически сложился взгляд французов на слово (язык) как на магическое средство, с помощью которого можно наметить дело, а затем совершить его в поступках. Во Франции язык культивируется и с помощью языка измеряется ценность культуры (по силе или блеску языка), о чем свидетельствует факт зарождения и развития жанра афористики во французской культуре. По этой причине широкой популярностью пользуются различные сборники цитат, афоризмов, пословиц, поговорок, крылатых слов. Отметим, что чаще всего сборники содержат только речения французских авторов или, в случае пословиц и поговорок, приводятся речения какой-либо провинции. Сборники, издаваемые в России, чаще всего носят интернациональный характер, где приводятся речения, начиная с древнегреческих мыслителей, и библейские изречения. Этот факт также передает социокультурный аспект сравниваемых обществ. Общеизвестно, что Франции свойствен, так называемый "лингвистический дирижизм", то есть регулирование проблем языка правительственными инстанциями. "Норма литературного языка - результат сознательной деятельности грамматистов и литераторов XVIIв., пользовавшихся поддержкой правительственных сфер. ". Отмечается, что многие лингвисты постоянно подчеркивают классовый характер нормы, установленной в ту эпоху. В качестве иллюстрации языковой политики во Франции приведем выдержку ряда правительственных мер, взятую из работы В.Г.Гака:

Декрет №72 - 12 от 7.01.1972г. "Об обогащении французского языка", предусматривает создание комиссий для разработки французской терминологии и для замены английской.

Закон от 31.12.75г. "Об использовании французского языка" предусматривает обязательное употребление французского языка в рекламе и официальном делопроизводстве фирм. В общественном месте и на транспорте на вывесках используют французский язык, дублирующийся иногда иностранным.

В 1977г. создана специальная ассоциация AGULF, наблюдающая за претворением в жизнь закона, принятого в 1975г.

Созданный в 1984г. Генеральный комиссариат французского языка предполагает ужесточить санкции за нарушение закона 1975г., а также стимулировать переводческую работу, чтобы французский язык имел необходимые средства для отображения современного мира.

Во Франции многие десятилетия философы и ученые стремились, обращаясь к широкой публике, сделать свою мысль ясной, что и создало определенную традицию во французском литературном языке. Собственно афористический жанр сформировался во Франции в эпоху классицизма со свойственными ему нормативной поэтикой, жанровой регламентацией и пристальным вниманием к стилистической форме. Однако основоположником этого направления считают М.Монтеня (1533-1592), оказывавшего на протяжении двух столетий активное влияние на умы и творчество соотечественников. Таким образом, оформленность афористического жанра является социокультурной характеристикой общества.

Культура накладывает отпечаток на процессы мышления и выражение мысли, из этой точки зрения вытекает следующее положение: "Культурные особенности... порождают особый канон. На основе этого канона, в свою очередь, порождаются специфические речевые обороты, часть из которых кристаллизуется в особый подъязык. В его состав входят лексические и фразеологические единицы, афоризмы, крылатые слова...". В.М.Савицкий предлагает назвать то коммуникативное пространство, из которого возникают единицы подъязыка - "питательной средой" фразеологизмов. Функционируя в речи, пословицы и афоризмы позволяют рассматривать себя как дискурс и принимать во внимание ситуативные и социологические (статусные) характеристики.

Предлагается различать два понятия: язык народный, к которому, безусловно, относятся пословицы, и язык литературный, в котором функционируют афоризмы.

Разговорный язык может быть чисто литературным, чисто народным и также представлять собой смесь литературного и народного в различных пропорциях. Отсюда следует, что от степени образования и уровня культуры говорящего зависят выбор вида разговорного языка и приоритетное отношение к пословицам или афоризмам.

В качестве дополнительного способа верификации мы провели социолингвистический эксперимент на материале русского языка.

Учитывая возможное неравное статусное положение коммуникантов в обществе, мы пришли к мнению, что выбор при использование пословиц или афоризмов в процессе коммуникации представляет собой вербальное выражение социального статуса. Приоритет, отданный пословице или афоризму, также свидетельствует об уровне образования говорящего, роде занятий, то есть о его принадлежности к определенному социальному слою. В данном случае и пословица и афоризм будут выступать как текстовые реминисценции и напоминающие образы и ситуации и, следовательно, будут характеризовать говорящего с точки зрения индивидуального проявления памяти, уровня образования. А т.к. для функционирования текстовых реминисценций важно наличие соответствующего отклика у адресата, то при каждом случае употребления речения необходимо рассматривать адресата подробнее. Вполне допустимо, что человек, обладающий высоким интеллектом, занимающий высокое социальное положение, будет варьировать использование пословиц или афоризмов при общении с человеком, статусно равным ему, например, коллега по работе, и при общении с людьми, стоящими ниже его (дворник, слесарь, ребенок).

Полученные нами данные свидетельствуют о том, что информанты, для которых русский язык родной, охотнее прибегают к пословицам, чем к афоризмам для интерпретации (64%). Социолингвистические характеристики информантов дают основание считать, что определяющим моментом при выборе пословицы или афоризма является возраст. Информанты в возрасте с 18до 35 лет предпочитают афоризмы, после 35 лет приоритет отдается пословицам. В литературе отмечается, что языковые штампы, к числу которых мы относим пословицы и афоризмы, из-за частого употребления могут утрачивать выразительность. Непреднамеренность употребления таких оборотов является признаком невысокой культуры. В таких случаях более уместно употреблять речения в шутку. Наглядным примером может служить следующая ситуация. При опросе общественного мнения с целью ознакомления с планами времяпрепровождения в праздничные дни, наряду с предполагаемыми прогулками по городу, выездом на природу, было сделано следующее заявление: "Буду трудиться (на даче) в поте лица, чем убью сразу несколько зайцев. Ведь как говаривал мудрый Вольтер: "Работа избавляет нас от трех великих зол: скуки, порока и нужды". В данной ситуации мы имеем дело с фактами социальной окраски и сознательным перенесением речения, приуроченного к одной среде (ситуации), в другую.

Значимым является также замечание о том, что речения с неустановленным авторством, туманные по происхождению пользуются успехом у глупцов и педантов - их легче выдавать за свои, т.к. языковой штамп - один из удобных способов пустить пыль в глаза и скрыть бедность и неоригинальность стиля. В подтверждение сказанному приводится пример:" Вместо et cetera (и тому подобное) или ainsi de suite говорят: "J’en passe et des meilleurs" (Я знаю еще и почище); это цитата из Лафонтена, и тот, кто приводит ее серьезно - человек по меньшей мере наивный, если просто необразованный, чаще ее произносят с улыбкой, отдавая себе отчет в ее окраске" Зная о том, что стилистическая организация речи является показателем социального статуса человека, мы предположили, что афоризм приводится преимущественно людьми с более высоким уровнем образования и культуры по сравнению с людьми, преимущественно употребляющими пословицы. Это предположение подтвердилось данными, полученными при анкетировании. Социолингвистический признак образования информанта также оказывается релевантным при выборе пословицы или афоризма. Чем выше уровень образования, тем чаще информант прибегает к афоризмам.

Полученные нами данные свидетельствуют о том, что при выборе пословицы либо афоризма существенным является признак связи информанта с традиционной крестьянской культурой: выходцы из села предпочитают использовать пословицы в качестве аргумента (72%) по отношению к выходцам из города.

В целом и общем полученные нами данные подтверждают сложившееся мнение о распределении пословиц и афоризмов в системе русских прецедентных текстов.