Смекни!
smekni.com

Земельные отношения в России в XVII-XX веках (стр. 1 из 4)

План

1. Развитие феодальной собственности на землю по Соборному Уложению 2

2. Реформы Петра 1 в области государственного управления 8

3. Создание основ гражданского, земельного и трудового права в 1917-1920 гг. 13

Список использованной литературы.. 19

1. Развитие феодальной собственности на землю по Соборному Уложению

Главное внимание в Уложении уделялось закреплению привилегированного положения феодалов, четко представлена феодальная иерархия (ст. 91, 93 гл. 10) и зависимость от нее поместного оклада.

Система феодального землевладения, сложившаяся к началу ХVII в. получила закрепление в статьях Соборного Уложения.

Царю принадлежали, как и раньше, дворцовые и чернотягловые (или черносошные) земли. Соборное уложение 1649 г. определило различие этих форм феодальной собственности: дворцовые земли - собственные земли царя и его семьи; государст­венные принадлежат ему же, но как главе государства. Дворцовые зем­ли и жившие на них крестьяне эксплуатировались обычными для феодализма способами: на них распространялись повинности в виде барщи­ны или оброка. Черносошные крестьяне платили подати государству, выполняли многочисленные повинности типа дорожной, мостовой и т.д. Как и раньше, и дворцовые и чернотягловые земли раздавались в собст­венность отдельным феодалам и количество их значительно сокраща­лось.

Верхушка феодальной знати носила звание бояр, но это звание еще в большей мере стало придворным чином, жаловавшимся царем. Другая группа феодалов называлась служилыми людьми - дворянами.Продол­жался процесс дальнейшего ограничения прав и привилегий старой фео­дальной знати. Среди мероприятий, направленных на подрыв еще со­хранившегося влияния последней и проведенных в середине XVI в., прежде всего должна быть названа опричнина. В 1565 г. Иван Грозный разделил земли государства на земские (т.е. обычные) и опричные (т.е. особые), включив в последние земли оппозиционной княжеско-боярской аристократии. Некоторые из этих княжат и бояр погибли, иные получи­ли другие земли в неопричных уездах из рук царя как пожалование, под условием верности и службы. Тем самым был не просто нанесен удар по старой феодальной знати, но подорвана ее экономическая основа. Конфискованные земли были розданы служилым людям. Опричнина сделала поместье главной и господствующей формой феодального зем­левладения, оттеснив на задний план боярскую вотчину. Она же знаме­новала и дальнейший этап в развитии феодальной эксплуатации кресть­ян, привела к росту их повинностей, к сокращению количества земли, находившейся в непосредственном пользовании крестьян.

Весьма существенные изменения происходили и с самими понятиями "вотчина" и "поместье". Вотчинное или поместное землевладение все в меньшей мере свидетельствовало о принадлежности к той или иной группе феодалов, а больше говорило об определенном комплексе прав на землю.

Исаев И.А. выделает следующие виды вотчин, «…в соответствии с характером субъекта и способом их приобретения: дворцовые, государственные, церковные и частновладельческие…». Хотя по отношению к 16-17 вв. правильнее уже говорить о государственном, царском, церковном и частновладельческом землевладении.

Кроме того права владельцев поместий (служилых людей) постепенно расширяются, увеличиваются. Следовательно, можно говорить о поместном землевладении, которое получило правовую регламентацию в Соборном Уложении 1649 г.

По способам приобретения вотчинные земли делились на родовые, выслуженные и купленные. В отношении родовых вотчин права рода в древнейшие времена включали общие для всех его членов правомочия по владению, пользованию и распоряжению. В XVI - XVII вв. единый комплекс родового имущества постепенно распадается на составные частя, по отношению к которым отдельные представители рода наделяются только правом пользования и владения, а право распоряжения остается за родом. На это указывало, например, такое ограничение Личных прав, как обязательность согласия всех родичей при отчуждении родового имущества отдельным членам рода. Проданное имущество могло быть выкуплено членами рода, причем в качестве покупателей они имели явное преиму­щество перед другими лицами. Вместе с тем, в праве и практике наметилась определенная дифференциация частных прав в рамках правового комплекса, которым регламентировались права целого рода. Так, приобретенное отдельным членом рода имущество становилось частной, а не родовой собственностью. Права, связанные с родовыми вотчинами, составляли наиболее стабильную часть в комплексе имущественных прав их владельцев. Специально созданный за­трудненный порядок распоряжения родовыми вотчинами (по Судебнику 1550 г., ст.85) являлся таковым только для от­дельных членов рода, но не для рода в целом. Как отчуждение, так и приобретение (также вторичное приобретение или родовой выкуп) этих имуществ осуществлялись с учетом согласия всего рода. Однако конкретные лица могли быть уст­ранены от сделки, когда она осуществлялась с частью родового имущества, находящегося во владении их семей (устра­нялись нисходящие при выкупе вотчины, проданной их отцом или дедом). Такой порядок указывал на несомненно соли­дарный характер собственности в отношении родовых имуществ. Уже к XVI в. родовые права на имущества ограничива­лись, главным образом, правом родового выкупа и правом родового наследования. Право родового выкупа впервые было официально закреплено в Судебнике 1550 г. (ст.85), а затем подтверждено Соборным Уложением 1649 г. (гл-XVII) и первоначально распространялось только на имущества, отчужденные посредством возмездных сделок: купли-продажи, залога, мены. Только во второй половине XVII в. оно было распространено на безвозмездные сделки. Родовой выкуп технически осуществлялся одним лицом, но от имени всего рода в целом, а не выкупившего его лица. Цена выкупной сделки обычно совпадала с ценой продажи, на что прямо указывалось в Соборном Уложении (гл. XVI). Особое внимание законодатель уделял регламентации круга лиц, которые допускались к выкупу проданной или зало­женной вотчины. (Отстранялись от выкупа нисходящие родственники продавца, а также боковые, принимавшие участие в сделке). Ещё Судебник 1550 г. формулировал условия, обеспечивающие покупателю вотчины определенные гарантии его имущественного интереса перед лицами, претендующими на выкуп у него вотчины (полагался "полюбовный" выкуп, по цене, определенной владельцем).

Купленная родичами вотчина подпадала под особый режим распоряжения. Отдельный член рода не мог распорядиться ею по своему произволу. Закон связывал это землевладение целым рядом ограничений и условностей: родовая вотчина не могла быть выкуплена для третьего лица и на его деньги (в этом случае она возвращалась владельцу безвозмездно); она не могла быть заложена без соблюдения определенных условий и т.п.

Субъектом права собственности на купленные вотчины была семья (муж и жена), этот вид вотчин приобретался супру­гами совместно на их общие средства. Следствием такого предположения был переход вотчины после смерти одного из супругов к пережившему его. Вместе с тем, после смерти владевшей купленной вотчиной вдовы право на вотчину пере­ходило не в род умершей, а в род мужа, что указывало на принадлежность этой формы землевладения не отдельному супругу, а именно супружеской паре.

Право родового выкупа не распространялось на купленные вотчины, отчужденные при жизни их владельца. Здесь инди­видуальная воля получала определенное преимущество: "а до купель дела нет: кто куплю продаст, и детям и братьям и племянникам тое купли не выкупати" (ст.85 Судебника 1550 г.).

Купленные вотчины, перешедшие по смерти приобретших их лиц родичам, получали статус родовых. Тем самым инди­видуальная сделка частных лиц превращалась в один из способов формирования родового имущественного комплекса.

Но при жизни супругов отчуждение таких вотчин не представляло особых сложностей и было ограничено лишь солидар­ной волей супругов.

Статус жалованной вотчины зависел от ряда конкретных фактов и не был однородным для разных видов этой формы землевладения. Чаще всего круг правомочий вотчинника прямо определялся в самой жалованной грамоте. Последняя являлась и формальным подтверждением законных прав вотчинника на его имущество. В случае отсутствия грамоты вотчина могла быть изъята у наследников государством. В целом же пожалованные вотчины приравнивались практикой к купленным, а в начале XVII в. законодатель прямо уравнял правовое положение жалованных вотчин с родовыми, со всеми проистекающими отсюда последствиями.

Наделение люда выслуженной (жалованной) вотчиной рассматривалось как средство поощрения вполне конкретных индивидов. В таком качестве она по своему статусу приближалась к поместному землевладению и отделялась от родо­вой вотчины. Связанные с этой формой юридические трудности распоряжения исходили уже не от рода, а от пожалователя, т.е. государства. Индивидуальный характер данной формы землевладения был однако преодолен солидаризмом рода в процессе уравнивания статуса вотчины и поместья, при сближении правомочий на выслуженные и родовые вот­чины.

Поместное землевладение складывалось в качестве особой, но в правовом отношении недостаточно определившейся формы землевладения уже в XVI - XVII вв. В тот период поместные выделы осуществлялись из княжеских (дворцовых) земель в пользу непосредственно связанных с княжеским двором лиц.

Условность владения поместьем связывалась в правовом мышлении эпохи прежде всего с первоначальным моментом его образования: за службу давалась земля. Однако, по отношению к уже полученному поместью складывалась иная презумпция: выделенный землей относился к ней, как к своей собственности, с чем связывались и его ориентации в сферах эксплуатации и распоряжения поместьем. В системе хозяйственных отношений поместье ничем, не выделялось из ряда других хозяйственно-правовых форм (например, вотчин), что вызывало подспудно, а позднее уже открыто сформулированную тенденцию к их сближению. Определенно такое сближение наметилось в XVII в., Поразившись, пре­жде всего, в разрешении обменивать вотчины на поместья и приобретать (с особого дозволения) поместья в вотчину. Соответственно закон (Соборное Уложение гл. XVII, ст.9) разрешил продавать поместья.