Смекни!
smekni.com

Культура ХХ века (стр. 2 из 3)

«Следствия этой машинизации проистекают из аб­солютного превосходства механической предначертанности, исчисляемости и надежности. Все, связанное с душевными переживаниями и верой, допускается лишь

при условии, что оно полезно для целей, поставленных перед машиной. Человек сам становится одним из видов сырья, подлежащего целенаправленной обработке. Поэ­тому тот, кто раньше был субстанцией целого и его смыслом - человек, - теперь становится средством»3.

Вполне естественной выглядит в данной ситуации направленность социального познания эпохи индустри­ализма, исключающая уникальность человеческого «Я», культурного контекста в развитии социума, инженер­ное мышление с ее стандартами, технологиями, изме­рениями становится образцовым в социальном познании.

В XX в. полностью обнаружились кризисные явле­ния техногенной цивилизации, возникшей на развали­нах средневековья. Культура этой цивилизации сложи­лась на основе особых отношений человека и природы, человек стремился вырваться из зависимости от приро­ды и высшими ее ценностями признавалось господство человека над природой, прогресс, обновление, наращива­ние технологических и научных знаний. Развитие техни­ки и технологии как орудия господства человека над природой стали главными целями общественного разви­тия. В результате возникла ситуация, когда постоянное наращивание материального богатства на основе обнов­ления техники превратило человека в простое орудие эффективной экономической деятельности.

Выдающиеся гуманисты и мыслители XX в, с тре­вогой говорили о процессе деградации культуры.

«Отрицательно воздействует на культуру также сверх­организованность наших общественных условий. Насколько верно, что организованное общество является предпосыл­кой и одновременно следствием культуры, настолько оче­видно также, что на определенном этапе внешняя органи­зация общества начинает осуществляться за счет духов­ной жизни. Личность и идеи подпадают под власть инсти­тутов общества, вместо того, чтобы оказывать влияние на них и поддерживать в них живое начало.

Создание в какой-либо сфере всеобъемлющей органи­зации на первых порах дает блестящие результаты, но через некоторое время первоначальный эффект умень­шается. Сначала демонстрируется уже существующее богатство, в дальнейшем дают о себе знать процессы не­дооценки и игнорирования живого и первоначального. Чем последовательнее внедряется организация, тем сильнее проявляется ее сдерживающее воздействие на произво­дительное начало. Существуют культурные государства, которые не могут преодолеть ни в экономической, ни в духовной жизни последствий далеко идущей централи­зации управления»4.

В результате в культуре XX в. развилось противоре­чие, проявившееся в противостоянии двух установок: сциентистской и антисциентистской.

В основе сциентизма лежит представление о научном знании как о наивысшей культурной ценности. Наука как абсолютный эталон способна решить все проблемы, счи­тают сциентисты, стоящие перед человечеством, - эконо­мические, политические, моральные и т.д.

Понятие «сциентизм» происходит от латинского слова «scientia» - знание, наука. Сциентисты утверждают: на­уке все подвластно. Действительно, современная наука проникла во все поры современного общества, пронизы­вая собой не только промышленность, сельское хозяйст­во, но и политику, административную и военную сферы. Однако не все в мире - наука. Например, существует сфера искусства, вера, человеческие чувства и отноше­ния. Антисциентизм появился как реакция на преувели­чение роли науки. Для него характерно принижение зна­чения научного знания, обвинения науки в том, что она вызвала возможные кризисы: экономический, экологи­ческий, национальный. Он утверждает: «Наука - чума XX века». Возникла ситуация, которую обрисовал Ч.П.Сноу: «...На одном полюсе -художественная интел­лигенция, на другом - ученые, и как наиболее яркие представители этой группы - физики. Их разделяет стена непонимания и иногда (особенно среди молодежи) анти­патии и вражды, но главное, конечно, непонимание. У них странное, извращенное представление друг о друге. Они на­столько по-разному относятся к одним и тем же вещам, что не могут найти общий язык даже в области чувств»5.

Сложившийся первоначально в Европе, а потом распро­странившийся по всему миру тип научно-технической куль­туры очень много дал человеку для развития его свободы. Но вместе с тем он имеет изъяны. Техногенная цивили­зация основана на таком взаимоотношении между чело­веком и природой, при котором природа является объек­том человеческой деятельности, объектом эксплуатации, причем эксплуатации неограниченной. Ей присущ тип раз­вития, который можно выразить одним словом: больше.

Цель состоит в том, чтобы накапливать все боль­ше материальных благ, богатств и на этой основе решать все человеческие проблемы, в том числе соци­альные, культурные и другие. Техногенной цивилиза­ции присуще представление, что природа неисчерпаема именно как объект ее эксплуатации человеком. Понимание глубины экономического кризиса кладет конец такому представлению. Отсюда идейное и научно-теоретическое движение последних десятилетий, поставившее пробле­му создания новой экологической культуры. Экологичес­кий кризис намечает границы существующему типу эко­номического развития. Речь идет о необходимости новых отношений с природой и между людьми. Известный фи­лософ Ю.Бохеньский, рассматривая современную духов­ную ситуацию, выделил четыре наиболее важных вопроса стоящих перед человечеством.

• Какое место занимает человек в космосе?

• Существует ли прогресс?

• В чем ценность науки?

• Как велики силы или бессилие человека?

Современные ответы на эти вопросы выглядят весьма пессимистическими. К примеру, астрономия показала, что Земля не является центром Солнечной системы, что она лишь незначительный фрагмент космоса в целом, ибо за пределами Млечного Пути существуют миллиарды и мил­лиарды подобных галактик, расстояние между которыми измеряется миллионами парсеков (один парсек превы­шает 30 800 миллиардов километров). Для антропоцент­ризма прошлых веков, культур, когда человек ставился в центр Вселенной, эта точка зрения катастрофична. Мало того, повергается в прах миф и об уникальных качествах человека, уникальности существования жизни во Вселен­ной. Отсюда следует, что человека нельзя рассматривать как сосредоточие вселенских сил. Мы, человечество, лишь пылинка на окраине бытия. Новая духовная ситуация, счи­тает Ю. Бохеньский, запрещает нам мыслить антропоцент­рически. Современная культура строится уже на иных основаниях.

С другой стороны, радикальным образом разрывает­ся представление о необратимости и нарастании обще­ственного прогресса. Со времен бомбардировки Хиро­симы и Нагасаки ценность науки и научно-техническо­го прогресса поставлена под вопрос. Новый дух време­ни вызывает скептическое отношение к возможностям научного знания, точные науки уже не считаются глав­ными. Отсюда и посетившее человечество чувство бес­силия перед вызванными ими неуправляемыми силами научно-технического прогресса, которое все более в яркой форме отражается в пессимистической филосо­фии экзистенциализма, где существование человека но­сит трагедийный и безысходный характер.

В XX в. человек столкнулся с проблемами, от реше­ния которых зависит судьба цивилизации. Эти пробле­мы названы глобальными. Слово «глобальный» произо­шло от латинского «globus», что значит «земной шар».

К первоочередным из них относятся:

• преодоление экологического кризиса, связанного с ка­тастрофическими последствиями человеческой дея­тельности (загрязнение окружающей среды, умень­шение озонового слоя атмосферы, парниковый эф­фект, возникший в результате повышенного содер­жания углекислого газа в воздухе и т.д.);

• предотвращение войны с применением оружия мас­сового поражения (термоядерного, химического, био­логического), создание безъядерного ненасильствен­ного мира;

• преодоление голода, нищеты, неграмотности, разры­ва между богатым Севером и бедным Югом (разви­вающиеся страны);

• нахождение новых источников сырья, обеспечение дальнейшего развития экономики, предотвращение отрицательных последствий научно-технической ре­волюции.

В чем причина возникновения глобальных проблем?

Во-первых, это целостность современного мира, которая обеспечивается глубинными политическими и эко­номическими связями. Зримым, грубым их прояв­лением были мировые войны. Война, начавшаяся на границах Польши и Германии, пришла в Африку. на Ближний и Дальний Восток, в Тихоокеанский бассейн, в Крым и на Кавказ... Все оказались участ­никами единой исторической драмы, В кровавой мясорубке войн перемалывалось все, что индиви­дуализировало и определенным образом разделяло людей: границы, политические пристрастия, наци­ональные особенности. Выдающийся русский мыс­литель Н.Бердяев писал, что в поднявшемся г миро­вом вихре в ускоренном темпе движения» все сме­щается со своих мест. Но в этом вихре могут погиб­нуть и величайшие ценности, может «не устоять человек, может быть разодран в клочья».

Bо-вторых, кризис мировой цивилизации связан с воз­росшей экономической мощью человека, который никогда не взимал с природы столько дани, как теперь. За последние сто лет промышленное про­изводство планеты приумножилось более чем в пятьдесят раз. при этом 4/5 этого прироста полу­чено с 1950 г. Сегодня мировая экономика создает валовой продукции на сумму около 13 триллионов долларов, в ближайшие полстолетия может увели­читься еще в 5-10 раз. Воздействия человека по своим последствиям сейчас сопоставимы с самыми грозными силами природы. Еще Э.Циолковский счи­тал, что будущее человечество полностью перестро­ит нашу планету и станет в дальнейшем силой, преображающей космос. Сейчас же человек, обла­дая мощью планетарного масштаба, похож на уче­ника чародея, который вызвал к жизни волшебные силы, но не может их укротить.