Психическая дезадаптация участников ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС (стр. 1 из 3)

Г.М. Румянцева, О.В. Чинкина, Т.М. Левина, В.Я. Марголина

Государственный научный Центр социальной и судебной психиатрии им. В.П. Сербского, Москва

Экологические, в том числе радиационные, катастрофы влекут за собой кроме физических и биологических изменений в окружающей среде значительные психологические последствия. Психологические факторы, присущие радиационному воздействию (чувственная непредставленность опасности, ожидание отсроченных эффектов на здоровье в будущем, субъективная неопределенность прогноза, закрепленное в обыденном сознании особое восприятие риска от ионизирующей радиации), предъявляют повышенные требования к приспособительным возможностям личности человека. Психологические последствия психической травмы, возникающие в результате воздействия на человека экстремальных, выходящих за рамки обычного человеческого опыта травматических событий, какими являются катастрофа на Чернобыльской АЭС и действия по ее ликвидации, привлекают в настоящее время все большее внимание ученых и практиков в области медицины, психологии, социальной политики. Требуется принятие решений по преодолению последствий радиационных аварий, поскольку, как показывает опыт, значимость этих последствий в общей структуре ущерба от катастрофы нарастает. К настоящему времени очевиден подтвержденный клинической практикой и рядом научных исследований [1 – 8], в том числе социологических и психологических, а также данными государственной статистики, долговременный характер неблагоприятного влияния последствий чернобыльской катастрофы на психическое и соматическое здоровье пострадавших, их социальную адаптацию.

Особую группу риска представляют собой более 300 тыс участников ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС разных лет, облученных в различном диапазоне доз ("ликвидаторов"), проживающих на территории Российской Федерации. Рост заболеваемости психическими и психосоматическими расстройствами у этой популяции обусловлен комплексом неблагоприятных факторов. К ним следует отнести в первую очередь биологическое влияние ионизирующего излучения, истинная величина которого для каждого работавшего не уточнена и, по-видимому, уже не будет известна. Немалое влияние на физическое и психическое здоровье оказали и химические факторы, возникшие в результате "тушения" аварийного реактора, физические и психические перегрузки, ненормированный характер труда, нарушавший жизненные стереотипы работавших. Значительную роль играет и психическая травматизация, связанная с фрустрацией потребности в безопасности, обусловленной направленным в будущее воздействием радиации, неясностью возможных эффектов для здоровья, крайне разноречивой информацией о медицинских последствиях аварии, неопределенностью индивидуального прогноза, недостаточной социальной защитой в поставарийном периоде.

Таблица 1. Частота невротических расстройств у ликвидаторов (по данным GHQ-28)

Характеристика психического состояния Кол-во баллов абс. % Подсчет методом LIKERT-score
М SD
"не случай" <5 79 15,58 19,68 4,74
"случай" і5 – <15 177 34,91 34,16 5,55
"случай с выраженными нарушениями" і15 251 49,51 55,42 12,06
В с е г о 507 100,00

Кроме того, все поставарийные законодательные акты связывают дальнейшие социально-экономические льготы со степенью утраты здоровья, и изменения, вносимые в законы и подзаконные документы, сами по себе являются мощным стрессовым фактором.

Изучению психического здоровья пострадавшего населения загрязненных территорий посвящено значительное количество работ [1 – 3, 6, 7]. В то же время изменения психического здоровья ликвидаторов изучены еще недостаточно [5, 9, 10].

С целью выявления особенностей психической дезадаптации и механизмов ее возникновения было проведено обследование 507 участников ликвидации аварии – жителей разных территорий России с использованием специальной карты, на основе которой была сформирована база данных, содержащая 159 показателей. Обследованные проживали в Москве, Вятке, Туле и Тульской области.

Большинство выборки составляли мужчины 30 – 50 лет, состоящие в браке, преимущественно со средним образованием, различных рабочих специальностей. Средний возраст ликвидаторов составил 42 (SD=7,7) года. Полученные социально-демографические характеристики сформированной когорты в целом соответствуют таковым, приводимым в предпринятых ранее социологических исследованиях ликвидаторов [4].

Обращает на себя внимание большая доля пенсионеров (свыше 22%). В эту группу вошли не только лица, достигшие пенсионного возраста, но и неработающие инвалиды.

Таблица 2. Средние показатели по отдельным шкалам GHQ-28 (подсчет методом LIKERT-score) среди ликвидаторов с психическими нарушениями различной степени выраженности

Шкалы GHQ-28 Психические нарушения
Не выявлены Выявлены
"не случай" <5 "случай" і5 – <15 "выраженный случай" і15 все "случаи" і5
Соматизация
средняя 6,671 11,881 15,845 14,206
SD 2,188 3,064 2,936 3,569
Тревога
средняя 4,785 9,271 14,586 12,388
SD 2,313 2,553 3,16 3,924
Социальная дисфункция
средняя 7,038 9,469 14,522 12,432
SD 1,418 2,291 4,474 4,484
Депрессия
средняя 1,19 3,537 10,470 7,603
SD 1,703 2,985 7,047 6,666
Общий балл
средняя 19,684 34,158 55,422 46,629
SD 4,746 5,555 12,064 14,417

Заболевание, связанное согласно документам с работой по ликвидации аварии, диагностировано более чем у 47% обследованных, а группа инвалидности установлена более чем у 42%. Следует отметить, что связь заболевания с аварией и особенно группу инвалидности устанавливали преимущественно в отдаленный период (в 1993 – 1995 гг.), спустя 7 – 9 лет после участия в ликвидации последствий аварии. Большая часть обследованных принимала участие в аварийных работах в 1986 – 1987 гг., однако известно, что воздействия стрессовых факторов (отсутствие информации о радиационной обстановке и правилах поведения, большие физические и психические перегрузки, ненормированный режим питания и отдыха и др.) и реальных лучевых нагрузок наиболее тяжелыми были в первые недели и месяцы аварийных работ. В 1987 г. предпринимались отдельные работы, сравнимые по степени напряженности и опасности с работами 1986 г., например, очистка крыши машинного зала от высокоактивных элементов конструкций. В 1988 г. работы носили более планомерный характер с лучшим дозиметрическим обеспечением. Следует полагать, что и уровень комплексного травматического стрессового воздействия от участия в аварийных работах в эти периоды различался. В этой связи для лучшей сравнимости результатов исследования невротических расстройств и уровня дистресса в отдаленный период выбрана следующая группировка по времени участия в ликвидационных работах: апрель – июль 1986 г., август – декабрь 1986 г., 1987 г., 1988 – 1990 гг. Было выявлено, что 47,8% обследуемых работали в самом начале ликвидации аварии. Для уточнения особенностей трудовой деятельности ликвидаторов и связанных с этим физических и психических перегрузок обследуемым было предложено указать, где конкретно они работали: на промышленной площадке непосредственно на станции или в 30-километровой зоне. На станции работали 78,8%, 75,5% – в 30-километровой зоне – т. е. часть ликвидаторов последовательно работали в разных частях аварийного пространства. Тяжелым физическим трудом были заняты 86,3%, организацией работ и управлением – 20%.

Для понимания психологических реакций ликвидаторов существенным является отношение к самому факту участия в аварийных работах. В данном исследовании 73,9% ликвидаторов оценивают свое участие как недобровольное, что может стать базой для оценки себя в качестве жертвы.

Как было сказано выше, наиболее важным возможным фактором психической дезадаптации являются дозовые нагрузки, которые у определенной части ликвидаторов зафиксированы в документах. Согласно последним средняя доза, полученная данной когортой ликвидаторов, составила около 16,5 бэр. Документы о дозовых нагрузках отсутствуют, главным образом, у участников ликвидации первых недель и месяцев 1986 г., таковых в обследуемой группе оказалось 87 человек.

Распределение документально зафиксированных дозовых нагрузок имеет два характерных пика при значениях около 5 и около 25 бэр, что соответствует предельно допустимым нормам, принятым в разные периоды ликвидации аварии, соответственно в 1986, 1987 и последующих годах .

По документам 77,3% обследованных получили до 50 бэр, 5,5% – более 50 бэр.

Таблица 3. Распространенность невротических расстройств у ликвидаторов в зависимости от зафиксированной в документах дозы облучения, %

Характеристика психического состояния Диапазоны доз (бэр)
До 5 5 – 20 20 – 50 свыше 50
"случай" 46,93 35,03 26,38 13,33
"случай с выраженными психическими расстройствами" 34,01 47,75 60,12 83,33
И т о г о 80,94 82,78 86,50 96,66
"не случай" 19,04 17,20 13,49 3,3
В с е г о 100,00 100,00 100,00 100,00

С точки зрения психологического состояния обследуемых важна не только реально полученная доза, но и субъективная ее оценка. Так, было выявлено, что только 14,8% ликвидаторов считают реальную дозу облучения примерно такой, как указано в документах, 82,6% предполагают, что доза была значительно выше. Субъективные представления о величине дозы в 2 – 3 раза превышают официально зарегистрированные показатели.