Смекни!
smekni.com

Место Китая в мировой экономике (стр. 3 из 5)

Реформы на селе

Реформы в Китае начались с фактической деколлективизации сельского хозяйства, причем надо отметить, что она происходила в достаточной мере спонтанно. Официальные установки конца 70-х гг. предусматривали лишь определенную рационализацию существовавших на селе форм хозяйствования. Но на деле призывы руководства страны к реформам привели к лавинообразному сдвигу в производственных отношениях в деревне. Распад существовавшей с конца 50-х гг. системы «народных коммун» происходил столь быстро, что власти сочли за благо возглавить этот процесс.

Земельные участки стали передаваться крестьянским дворам в аренду на правах семейного подряда. Крестьяне теперь должны были реализовывать фиксированную часть урожая государству по твердым ценам, а оставшейся продукцией они могли распоряжаться по своему усмотрению. Сроки семейного подряда в начале 80-х гг. обычно составляли 3—5 лет, но уже вскоре было разрешено продлевать их до 15 лет и более. Если в конце 1980 г. система семейного подряда охватывала не более 20% крестьянских хозяйств в Китае, то в 1983 г. — уже 94,2%, а в 1984 г. — 96,5%.

Быстрым оказался и положительный эффект от проведённых на селе преобразований. Всего за шесть первых лет реформы (1978—1984 гг.) валовой сбор зерновых в Китае увеличился с 304,8 до 407,3 млн т. Уже к середине 80-х гг. было достигнуто равновесие на рынках сельскохозяйственной продукции, проблема дефицита продуктов питания утратила актуальность. Если к моменту начала реформ не менее 1/4 населения Китая недоедали, жили за чертой бедности, то во второй половине"80-х гг. проблема насыщения минимальных потребностей в продовольствии и одежде была решена уже для 95% сельского и практически всего городского населения.

Не менее важно и то, что успешная аграрная реформа привела в действие новый механизм индустриализации — через создание непосредственно в сельской местности так называемых волостных и поселковых предприятий. Небольшие промышленные предприятия, а также предприятия сферы услуг создавались в деревне и в дореформенный период, что было составной частью проводившейся государством политики самообеспечения отдельных местностей. Но в годы реформ основная функция волостных и поселковых предприятий стала принципиально иной. Речь идет об обеспечении трудовой занятости тех крестьян, чьи рабочие руки не находят применения в земледелии. Проблема избыточной рабочей силы в китайской деревне существовала всегда, однако в годы реформ вследствие интенсивного развития товарно-денежных отношений и прогрессирующей социальной дифференциации она приобрела особенно острый характер. Общие размеры избыточной рабочей силы в середине 80-х гг. оценивались не менее чем в 250 млн человек. Важно и то, что развитие волостных и поселковых предприятий позволяет ограничить масштабы миграции крестьян в крупные города, и без того испытывающие сильное демографическое давление; диверсифицировать сельскую экономику; задействовать на нужды инвестирования свободные денежные средства крестьян. Общее число волостных и поселковых предприятий в Китае увеличилось с примерно 6 млн на конец 1984 г. до 24 млн на начало 1998 г., а число занятых на них за этот период выросло с 52 до 130 млн человек. Иными словами, за последние полтора десятка лет такие предприятия аккумулировали половину избыточных трудовых ресурсов деревни. За это время в стране возникло более 50 тыс. новых поселков и малых городов. Ныне на долю волостных и поселковых предприятий приходится около 1/3 ВВП Китая, а их доля в национальном промышленном производстве достигает 50%. На таких предприятиях производится Широкий спектр товаров как потребительского, так и инвестиционного назначения: 1/2 изделий из шелка и трикотажа; 3/4 кожаной обуви; 95% кирпича и черепицы; 40% цемента и угля. Доля продукции волостных и поселковых предприятий в экспорте страны увеличилась с 4,5% в 1985 г. до 38% в 1997 г.

Структура прав собственности

Процесс развития волостных и поселковых предприятий достаточно точно отражает общую ситуацию в структуре отношений собственности, присущих современной китайской экономике. Как и предприятия в крупных городах, они подразделяются с точки зрения отношений собственности на множество видов: государственные (центрального или провинциального и местного подчинения), коллективные, находящиеся в индивидуальной собственности, частные (с числом наемных работников более восьми человек), акционерные, с иностранными инвестициями.

В целом можно сказать, что структура прав собственности в народном хозяйстве КНР остается достаточно неопределенной. Очень велика роль различного рода переходных и смешанных форм. Например, в уставных капиталах акционерных обществ, как правило, значительное место занимают государственные средства, а формально коллективные предприятия волостной и поселковой промышленности нередко фактически являются частными предприятиями местных административных функционеров. Поэтому резкое противопоставление государственного и частного секторов в условиях современного Китая практически неприменимо. Скорее представляется возможным говорить о разграничении государственного сектора, с одной стороны, и негосударственных укладов — с другой.

В то же время следует сказать, что высокие темпы экономического развития в последние десятилетия были обеспечены за счет хозяйственной активности именно негосударственных предприятий. Об этом свидетельствует сопоставление данных о темпах прироста производства в государственном и негосударственном секторах промышленности (табл. 2). Если применительно к периоду 80-х гг. более динамичное развитие в негосударственных секторах еще можно объяснить «эффектом новизны» (рост тем значительнее, чем меньше исходная база), то сравнение данных за 90-е гг. явно говорит о наличии у негосударственных укладов определенных экономических преимуществ по сравнению с государственным сектором. Различия в темпах экономической динамики по секторам привели к крупномасштабным сдвигам в институциональной структуре промышленного производства: доля государственного сектора в валовой продукции промышленности уменьшилась с 77,6% в 1978 г. до 28,5% в 1996 г., а доля негосударственных секторов соответственно увеличилась с 22,4 до 71,5%.

Таблица 2. Темпы прироста промышленности КНР, %
Промышленность 1979 г. 1980 г. 1990 г. 1995 г.

В целом

Государственный сектор

Негосударственный сектор

8,8

8,9

8,4

9,3

5,6

22,2

7,8

3,0

12,7

21,5

8,4

26,6

Государственный сектор в Китае

В государственной собственности остается около 350 тыс. промышленных предприятий, в том числе более 15 тыс. крупных и средних предприятий в таких стратегических, капиталоемких отраслях, как нефтегазовая промышленность, черная и цветная металлургия, химия и нефтехимия, машиностроение и т.д. На государственных предприятиях занято более 120 млн человек, а это большая часть трудоспособного населения в крупных городах Китая. На государственный сектор по-прежнему приходится львиная доля централизованных бюджетных инвестиций.

Реформы в государственном секторе промышленности до середины 80-х гг. заключались главным образом в попытках увеличить хозяйственную самостоятельность предприятий. Им были предоставлены права на свободную реализацию внеплановой продукции (а затем и части плановой); на более гибкое, чем раньше, установление отпускных цен; на автономный выбор поставщиков и потребителей и т.д. Теоретической основой такого подхода послужила концепция «отделения права собственности от права хозяйствования»: при формальном сохранении государственной собственности предприятия должны были получить относительную свободу во владении, пользовании и распоряжении государственным имуществом.

Пополнение оборотных средств предприятий с 1983 г. стало происходить за счет банковских кредитов. Вместо прежней системы обязательных отчислений от прибыли с 1984 г. предприятия должны были уплачивать налоги в бюджеты разных уровней. С 1987 г. в государственной промышленности начала внедряться (по примеру преобразований в деревне) система «подрядной ответственности»: предприятия должны были заключать с вышестоящей организацией договоры на определенный объем производства и сумму налоговых отчислений. В 1993 г. был взят курс на создание «системы современных предприятий», главным образом за счет превращения государственных предприятий в акционерные компании и компании с ограниченной ответственностью.

Но говорить об успехах реформ в государственном секторе пока не приходится. Происшедшее расширение самостоятельности предприятий действительно усилило их заинтересованность в получении прибыли. Сложнее обстоит дело с ответственностью за результаты хозяйствования. На протяжении 90-х гг. не менее 1/3 всех государственных промышленных предприятий были убыточными, а временами этот показатель достигал почти половины их общего числа. Однако в случае неплатежеспособности перспектива банкротства государственным предприятиям, как правило, не грозит, они искусственно поддерживаются за счет бюджетных субсидий и банковских кредитов. В результате свойственная прежней хозяйственной системе среда «мягких бюджетных ограничений» в ходе реформы государственного сектора так и не была устранена. Государственная собственность все больше используется в качестве источника повышения благосостояния руководителей и работников предприятий (быстрыми темпами, вне связи с ростом производительности, увеличиваются фонды потребления — растут заработная плата, премиальные выплаты и т.д.), а средства этих предприятий нередко перекачиваются в распоряжение частных фирм, контролируемых руководителями предприятий. В последний раз о необходимости решительных реформ в государственном секторе было заявлено на XV съезде КПК в сентябре 1997 г. В настоящее время предполагается, что государство должно сохранить собственность или стратегический контроль над 2—3 тыс. крупных предприятий в ключевых отраслях промышленности и инфраструктуры. Остальные крупные и средние предприятия должны быть акционированы, а более 300 тыс. небольших государственных предприятий будет разрешено сменить форму собственности. Планируется расширить зону экспериментов с банкротствами, слияниями и поглощениями государственных предприятий. В стране создается сеть центров занятости для увольняемых работников, развивается система единого персонифицированного пенсионного учета для рабочих и служащих.