Смекни!
smekni.com

Международное космическое право (стр. 12 из 13)

Специализированные учреждения ООН. Многие специализированные учреждения ООН играют важную роль в развитии международного сотрудничества государств в освоении космоса. Специализированные учреждения ООН способствуют координации деятельности государств в специальных областях, определенных в Уставе ООН и их учредительных актах, которые представляют международный интерес и не затрагивают проблем общего политического и правового характера.

Наибольший вклад в организацию сотрудничества государств в исследовании и использовании космического пространства вносят такие специализированные учреждения, как Международный союз электросвязи (МСЭ), Всемирная метеорологическая организация (ВМО), Организация Объединенных Наций по вопросам образования, науки и культуры (ЮНЕСКО), Продовольственная и сельскохозяйственная организация (ФАО), Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), Международная организация гражданской авиации (ИКАО), Международная морская организация (ИМО), Международная организация труда (МОТ).

Так, МСЭ осуществляет разработку регламентов, распределяющих диапазоны радиочастот для космической связи, изучение возможностей включения космических систем в мировую систему электросвязи, исследование экономических аспектов космической связи, обмен информацией об использовании спутников в целях дальней связи и т. д.

Проблемами сотрудничества государств в области применения искусственных спутников в метеорологии занимается ВМО. Она одобрила идею создания всемирной службы погоды и в последнее время уделяет особое внимание изучению возможности использования спутников для глобального сбора метеорологических данных.

Основная задача ЮНЕСКО в области космоса состоит в исследовании проблем применения космической связи в целях повышения образовательного уровня, распространения информации, социального развития и расширения культурного обмена.

ВОЗ способствует сотрудничеству государств в области космической медицины и использования результатов медико-биологических экспериментов в космосе в интересах земной медицины.

Вопросы создания систем навигационных спутников рассматриваются в рамках ИМО и ИКАО.

Большое значение для развития международного сотрудничества в освоении космоса имеют конференции ООН по исследованию и использованию космического пространства в мирных целях.

В работе конференций принимало участие большинство государств — членов ООН. Так, во II конференции по космосу участвовали представители 94 государств и нескольких десятков международных организаций.

Задачи конференций заключались в анализе состояния, определении перспектив и путей совершенствования сотрудничества в освоении космоса и использовании достижений космической науки и техники в интересах прогресса всего человечества с учетом особых нужд развивающихся стран.

Так, Генеральная Ассамблея ООН определила в качестве целей I конференции по космосу

а) рассмотрение практической пользы от космических исследований на основе научно-технических достижений и того, в какой степени государства, не ведущие космических исследований, особенно развивающиеся страны, могут извлечь из этого пользу, в особенности в смысле образования и развития;

б) изучение возможностей, которые имеются у государств, не ведущих космических исследований, для международного сотрудничества и деятельности, связанной с космическим пространством, принимая во внимание ту роль, которую может играть Организация Объединенных Наций

Основной круг вопросов, которые рассматривались на конференциях, касался расширения сотрудничества в мирных целях в области связи и навигации, метеорологии и изучения природных ресурсов Земли с помощью спутников, космических биологии и медицины.

И на I конференции, и особенно на II конференции ярко проявилось растущее беспокойство в связи с возрастанием угрозы милитаризации космоса со стороны агрессивных кругов США и западноевропейских государств.

Сотрудничество России и США в области космической деятельности в настоящее время. Проблема квот.

Первое Соглашение относительно международной торговли в области коммерческих услуг по космическим запускам было подписано в Вашингтоне 2 сентября 1993 г. Оно разрешало России выполнить до 2000 года восемь коммерческих запусков в дополнение к запуску Inmarsat 3, контракт о котором был на тот момент уже подписан.

Квоты на коммерческие запуски были выделены России взамен непередачи Индии технологии производства криогенных ракетных двигателей.

29-30 января 1996 года в Вашингтоне было подписано новое межправительственное Соглашение о внесении изменений в Соглашение 1993 года, повышающее российскую квоту в запусках спутников на геостанционную орбиту с 1+8 до 1+19, то есть до той величины, на которую хватало технических мощностей производителей “Протона” с учетом федерального заказа. Соглашение 1996 года состояло из 3 слагаемых: один запуск Inmarsat 3, соглашение о котором было подписано до введения квот, 15 запусков в безусловном порядке, четыре условных запуска. Разрешение на последние должно было быть дано при условии, что рынок коммерческих запусков в 1998-1999 гг. не “провалится” до 12-13 запусков. Что касается условных запусков, то Госдепартамент США, похоже, не собирается давать на них разрешение. Поэтому последний запуск в рамках квот 1996 года был запланирован на сентябрь 1999 года (спутник LMI-1 производства Lockheed Martin для совместного предприятия Lockheed Martin Intersputnik). За прошедшие годы цены на “Протон” удерживались в диапазоне мировых и даже порой выдвигались обвинения в их черезмерном завышении. Тем не менее, по мнению руководства ILS и многих лиц в правительстве США, производитель “Протона” – Центр Хруничева “играет по правилам”.

Число заказов на запуск спутников растет, поэтому ILS хотело бы полной отмены квот на запуски “Протонов”. Но и в Конгрессе, и в Правительстве США есть и те, кто стоит против отмены квот, увязывая этот вопрос с распространением Россией ракетно-ядерных технологий. ILS очень рассчитывало не успех встречи в Вашингтоне Гора и Примакова.

Lockheed Martin вел последний год (после аналогичной неудачи рассмотрения вопроса по квотам в феврале 1998 года во время встречи А. Гора и В. С Черномырдина) разъяснительную работу о негативном характере квот и их негативном влиянии. Был уже достигнут немалый успех в понимании проблемы квот в Конгрессе и правительстве США. При этом ILS руководствовалось принципом, что заказчики ILS вправе знать честную, объективную и достаточно полную информацию о проблеме квот.

На настоящий момент, как и год назад, сложилась достаточно сложная политическая Ситуация. Проблема по квотам развивается на фоне сложных взаимоотношений между правительствам США и Конгрессом, правительствами США и России. В последнее время сюда добавились и острые разногласия между США и Россией по косовской и чеченской проблемам.

Однако Lockheed Martin было убеждено в позитивном решении проблемы квот. Многие конгрессмены правильно реагируют на эту проблему и стоят на стороне Lockheed Martin и ILS. Они понимают, что нельзя увязывать такие разные проблемы, как квоты и распространение ракетно-ядерных технологий воедино. Достигнуто весьма немалое понимание в устранении этой увязки.

Для убеждения Lockheed Martin использует следующую аргументацию: “Вся ракетно-космическая отрасль США и Lockheed Маrtin в частности против распространения ракетно-ядерных технологий”. Необходимо четко сказать, кто и в чем виноват в этой области, и разбираться именно с ними. Партнеры Lockheed Martin к этим проблемам отношения не имеют и, следовательно, незачем прибегать в их отношении к санкциям. Необходимо проявлять внимание к тем, кто не виноват. Коммерческим использованием “Протона” в ILS занимается отдел Lockheed-Khrunichev-Energia (LKE). Работа этого отдела, по мнению ILS, редкий пример огромного успеха российско-американского сотрудничества.

“Протон” показал свою полезность для США на коммерческом рынке запусков. После катастрофы “Челленджера” США утратили свои лидирующие позиции в области запусков ИСЗ. Ранее для этого использовались шаттлы, однако специальным распоряжением Президента США было запрещено использовать многоразовые корабли для коммерческого “извоза”. После ухода с рынка американских шаттлов лидерство здесь захватила европейская PH Ariane. Приход на рынок “Протона” позволил изменить соотношение сил. Если теперь “Протон” уйдет с рынка, то многие заказчики, в том числе и американские, опять перейдут к другим подрядчикам. Поэтому сдача позиций в этой области скажется на многих других направлениях, даже на обороноспособности США.

Вопрос о квотах является краеугольным камнем в российско-американском сотрудничестве в области космоса. Самым оптимальным для ILS и российской стороны было бы решение о полной отмене квот. Отмена квот не приведет ни к каким потрясениям рынка, а лишь придаст уверенности потенциальным заказчикам. В случае полного запрещения коммерческих запусков на “Протоне”, серьезно пострадают американские фирмы – производители спутников и американские фирмы, предлагающие услуги спутниковой телекоммуникации. Впрочем, это будет и ударом по отечественной космонавтике, который может окончательно добить ее.