Смекни!
smekni.com

Древнейшие эпохи истории на территории Отечества (стр. 3 из 4)

О занятиях восточных славян известно, что, осваивая огромные лесные и лесостепные пространства Восточной Европы, они несли с собой земледельческую культуру. У славян господствовала пере ложная (в лесостепях) и подсечно-огневая (в лесах) системы земледелия.

При ПЕРЕЛОЖНОЙ системе на участке выжигали траву и использовали удобренную золой землю до исто- щения. После этого участок забрасывали на 2 - 4 года,вплоть до полного восстановления травяного покрова. При лесном перелоге земля отдыхала 10 - 15 лет.

«ПОДСЕЧНО - ОГНЕВАЯ система названа так потому, что деревья подрубали и оставляли сохнуть на корню, а затем выкорчевывали и сжигали. Как и при переложной системе, участок использовали до истощения, а потом бросали и расчищали новый. Настоящей пахоты не велось - землю лишь рыхлили. Такая организация земледелия вынуждала славян время от времени пе реходить на новые участки, что делало неизбежным освоение все более отдаленных земель.

Лишь в VIII веке в степных и лесостепных районах наряду с пере ложным распространилось пашенное земледелие: землю пахали и давали ей регулярный отдых под паром. В лесной полосе подсека господствовала вплоть до XIII века»[3].

Основными сельскохозяйственными культурами были у славян пшеница, ячмень, просо, дававшие высокие урожаи при подсеке и перелоге. С продвижением на север и распространением пашенного земледелия увеличивались посевы ржи и овса, прежде занимавшие незначительное место.

Помимоподсечного и залежного земледелия с VIII в. в южных районах получает распространение полевое пашенное земледелие, основанное на использовании плуга с железным лемехом и тяглового скота.

Наряду с животноводствомонизанимались и привычными для себя промыслами: охотой, рыболовством, бортничеством. Развиваются ремесла, которые, правда, еще не отделились от земледелия. Особое значение для судеб восточного славянства будет иметь внешняяторговля, развивающаясякак на Балтийско - волжском пути, по которому в Европу поступало арабское серебро, так и на пути “из варяг в греки”, связывающим византийский мир через Днепр с Балтийским регионом.

Через Восточно-Европейскую равнину пролегал торговый путь, которым пользовались еще древние греки, основавшие колонии в Причерноморье. "Повесть временных лет" так описывает его: "Путь из Варяг в Греки и из Грек по Днепру,и верх Днепра волок до Ловоти, по Ловоти внити в Ильмень озеро великое, из него же озера потечеть Волхов и втечеть в озеро великое Нево и того озера внидеть устье в мор Варяжское, и по тому морю ити до Рима, а от Рима прити по тому же морю ко Царюгороду, а от Царягорода прити в Понт море в неже втечет Днепр река".

Этот путь стал основной дорогой Древней Руси. По ней везли не только меха и мед, но и добычу, захваченную во время военных походов.

Вывод: Вместе с тем уже в IX веке но особенно в X веке все большее значение приобретает другой путь, связывавший европейский север с Черным морем. Вероятно, его функционирование было вызвано господством хазар на Волжском пути, где они ставили для всех торговцев, исключая еврейских, всякого рода заслоны. В то время как на севере активизировали деятельность скандинавы, юг все больше вовлекался в орбиту влияния или прямо под власть хазар.

3. Проблемы охраны памятников древнейшей истории.

Сохранение археологических памятников - одна из наиболее острых и болезненных проблем в сфере сохранения историко-культурного наследия России. 1990-е годы стали временем огромных утрат национальных древностей, в значительной степени - временем распада той, пусть несовершенной, системы охраны археологических объектов, которая сложилась в советское время. Слабость государственных органов охраны памятников, неясность правовых норм, регулирующих сохранение культурного наследия, временное падение общественного внимания к древнейшим пластам истории породили ситуацию, когда археологическое наследие стало бесхозной собственностью, подлежащей приватизации и освоению. Самые варварские разрушения археологических объектов стали восприниматься многими как норма, как неизбежное зло, противодействие которому лишено смысла и перспективы. Археологический цех России остался один на один с раскопщиками-нелегалами, организовавшими широкую добычу древних вещей для продажи, и с бесцеремонными застройщиками, развернувшими строительство на территориях, насыщенных археологическими памятниками, на культурном слое исторических городов, без необходимых согласований и охранных исследований.
В самое недавнее время - впервые за последние десять лет - состояние археологического наследия стало предметом обсуждения на самых высоких этажах государственной власти, Вопрос о расхищении археологического наследия России, о нелегальных раскопках, уничтожающих древние памятники, был поставлен директором Государственного Эрмитажа М.Б. Пиотровским на заседании Государственного Совета РФ в Санкт-Петербурге в июле 2003 г. По итогам этого заседания, Президент РФ дал поручение подготовить поправки к действующему законодательству, предусматривающие усиление ответственности за разрушение археологических объектов, более эффективное пресечение правонарушений в этой области. К этой теме президент РФ вновь вернулся осенью 2003 г. на встрече с историками и археологами из научных учреждений РАН, заверив ее участников, что государство найдет пути пресечения грабительских раскопок.
19 марта 2004 г. в Совете Федерации РФ состоялся круглый стол "Сохранение археологического наследия России". Круглый стол был организован Комитетом Совета Федерации по науке, культуре, образованию, здравоохранению и экологии, в его работе приняли участие члены Федерального собрания, ведущие ученые археологических учреждений РАН, специалисты Министерства культуры РФ, руководители крупнейших музеев, представители различных министерств и ведомств, в том числе правоохранительных органов. Принципиальное значение имело участие в заседании значительной группы археологов из регионов РФ - сотрудников государственных органов охраны памятников, музеев, вузов - профессионалов, хорошо представляющих ситуацию на местах и практические шаги, способные противодействовать современным разрушительным процессам. По итогам заседания были подготовлены публикуемые ниже "Рекомендации", суммировавшие основные предложения его участников.

Открывая заседание, вице-спикер Совета Федерации А.П. Торшин указал, что археологическое наследие нуждается в серьезной правовой защите, предполагающей, в частности, совершенствование и уточнение существующих правовых норм. Выступившие затем ученые были единодушны в своей оценке современной ситуации в области охраны археологических памятников как крайне неудовлетворительной. Академик-секретарь ОИФН РАН А.П. Деревянко, отметив положительное значение принятого в 2002 г. "Закона об объектах культурного наследия народов РФ", указал, что этот закон не может обеспечить действенную охрану археологических объектов без соответствующих подзаконных актов, прежде всего без утвержденного Правительством "Положения об открытых листах на право производства раскопок", и квалифицированной археологической экспертизы крупных строительных проектов. М.Б. Пиотровский высказался за скорейшее присоединение России к международным конвенциям по охране культурного наследия, за создание в нашей стране дееспособной службы охраны памятников. В.В. Седов рассказал о современном состоянии научной регламентации полевых исследований, указав на необходимость совершенствования методов раскопок и качества отчетной документации. Выступление Н.А. Макарова было посвящено проблеме несанкционированных раскопок как одного из основных факторов уничтожения археологического наследия. Депутат Государственной Думы РФ Е.Г. Драпеко рассказала о деятельности Комитета по культуре по развитию правовой базы в области охраны наследия. Состоянию археологических объектов в регионах России и необходимым мерам по обеспечению их "выживания" в реалиях современной жизни были посвящены выступления СВ. Трояновского (Новгород), Н.В. Левиной (Тверь), Г.Й. Медведева (Иркутск), М.Я. Скляревского (Иркутск), В.П. Гриценко (Тула).
"Рекомендации" круглого стола содержат перечень конкретных действий, которые должны быть предприняты различными государственными институтами и ведомствами, чтобы создать в нашей стране приемлемые условия для сохранения археологического наследия. Рекомендации не имеют законодательной силы, но они представляют собой документ, официально адресованный высшим законодательным органом страны, министерствам, ведомствам и субъектам федерации, и поэтому могут быть серьезным рычагом для изменения современной ситуации в области охраны древностей.
Круглый стол в Совете Федерации - один из первых шагов к нормализации охраны археологического наследия, к созданию в современной России цивилизованной практики сохранения древностей. Было бы наивно надеяться, что состоявшееся обсуждение и принятый по его итогам документ способны в одночасье переломить устоявшуюся привычку жертвовать памятниками прошлого при решении любых текущих проблем, стать "охранной грамотой" для сотен археологических объектов, находящихся сегодня в России на грани уничтожения. Однако было бы еще более ошибочно полагать, что разговор в Совете Федерации, как и предшествовавшие ему обсуждение вопросов сохранения древностей на заседании Государственного Совета, ничего не меняют и не способны изменить. Власть в России впервые за долгое время дала понять, что охрана национальных археологических древностей не является узкопрофессиональным делом археологического цеха, маниакальным занятием горстки энтузиастов - она опирается на государственную поддержку.
Активисты "народной археологии" незамедлительно отреагировали на первые официальные выступления, определяющие позицию государства по отношению к расхищению археологических ценностей. В последнем номере издаваемого ими журнала "Древности и старина" в очередной раз изложено обоснование права каждого свободного гражданина вести добычу древностей на территории своего отечества. Аргументы идеологов "кладоискательства" хорошо известны - стихию несанкционированных раскопок с использованием металлодетекторов невозможно остановить, организованные в клубы "кладоискатели" с уважением относятся к стоящим на государственной охране археологическим объектам и ведут свои поиски лишь на "ничейных" территориях. Лицемерие издателей очевидно - им хорошо известно, что грабительские раскопки продуктивны лишь на полноценных археологических памятниках, что селища и городища, которые еще не поставлены на учет как объекты наследия, зачастую не менее ценны и значимы, чем те, которые находятся на государственной охране. Трудно предположить, что издателям журнала, позиционирующим себя в качестве просвещенных любителей древностей, неизвестны многочисленные, помещенные в Интернете фотоснимки "народных археологов" и их трофеев на фоне грабительских котлованов и отвалов. Видимо, активисты свободного кладоискательства и сами не уверены в законности своих действий, коль скоро редколлегия "Древностей и старины" в очередном номере не была представлена читателям, предпочла остаться за занавесом.
Вывод: Импульс, который дала встреча археологов и законодателей в Совете Федерации, не должен быть потерян. Хочется верить, что первым результатом состоявшегося разговора станет прекращение навязчивой пропаганды несанкционированных раскопок с использованием металлодетекторов на государственных телеканалах. В ближайшей перспективе ученым-археологам предстоит не только выработать более совершенные правовые нормы, защищающие древности, но и сформулировать новые внятные объяснения того, что раскопщики-нелегалы и разрушающие археологические объекты застройщики отнимают у нас не бесхозные игрушки, оставшиеся от ушедших культур, а частицы общего архива древней и средневековой истории.