Смекни!
smekni.com

Чешские земли в второй половине XІХ в. - 1914 г. (стр. 4 из 8)

В крайне накаленной атмосфере конца 70-х годов чешские политические деятели, представители двух основных политических партий - Национальной партии и Национальной партии свободомыслящих - после 16 лет пассивной оппозиции (1863 - 1879) возвратились в парламент, войдя в состав правительственного большинства. Переход к активной политике определялся рядом причин. Подписанный между Австро-Венгрией и Германией договор на десятилетия стал стержнем внешнеполитической концепции монархии. Нарастающий внутренний кризис, особенно усилившийся в 1878 г. в ходе оккупации Боснии и Герцеговины, уход немецких либералов, до того составлявших опору правительственных кабинетов, в оппозицию, возобновление австро-венгерского Соглашения, смена правительства и приход в августе 1879 г. к власти Е. Тааффе в результате трудных переговоров депутатских фракций немцев, чехов, поляков, давления и поддержки двора знаменовали серьезные перемены в Цислейтании и открывали новые перспективы для чешской политики.

На первом этапе чешские депутаты составили общую парламентскую фракцию во главе с Ф.Л. Ригером, политиком, имевшим к началу 80-х годов огромный политический опыт. Чешский клуб, образованный в октябре 1879 г., включал и представителей исторического дворянства под предводительством графа И. Клам-Мартиница. Это означало, что чешские политические деятели встали на путь взаимных уступок. Так, взамен на благосклонность императора они обещали быть умеренными в своих требованиях, выступив за проведение ограниченной избирательной реформы, которая бы увеличила количество чешских голосов в земском сейме. Однако тактика соглашений, получение чехами портфеля министра по чешским делам (им стал старочех А. Пражек) не дали тех результатов, на которые рассчитывали чешские политики. В 4-х Меморандумах к императору, сформулированных осенью 1879 г., речь шла о введении языкового равноправия в администрации, учреждениях, судах, в Пражском университете, средних школах и профессиональных училищах, а также об их равномерном распределении у чехов и немцев. Несмотря на правительственное распоряжение о провозглашении официального равенства языков, опубликованное для Моравии 28 апреля, для Чехии 13 мая 1880 г. и лишь спустя 2 года для Силезии, в действительности немецкий язык оставался государственным языком.

В апреле 1881 г. было принято решение о разделении Пражского университета, вступившее в силу в 1882 г. Были также увеличены субсидии на образование, росло число новых чешских средних и профессиональных школ. В 1882 г. было проведена избирательная реформа по выборам в чешский сейм, в результате которой чешские представители получили большинство. Начавшееся интенсивное внедрение чешского языка в систему государственного управления, укрепление национальной школы, быстрый рост национального чиновничества в конечном итоге вели к созданию важнейших атрибутов, необходимой базы национальной государственности, что следует рассматривать как позитивный результат политики старочехов в 80-е годы XIX в.

Между тем чешские успехи вызывали ожесточенное сопротивление немецких националистов. С другой стороны, тактика соглашений, которой придерживались старочехи, оказалась неприемлемой для радикального крыла младочехов. Идея Ригера о мирном сосуществовании славян и немцев в рамках единого государства, умеренность требований чешской политической элиты вызывали все большее возражение радикализирующихся представителей мелкой буржуазии. В такой ситуации очень убедительной оказалась идея младочехов противопоставить себя старочехам. Представители Национальной партии свободомыслящих выдвигают программу, ориентированную на текущий момент, а в публицистике активно развивают тему о том, что монархия не оценила заслуги чешского народа. Дальнейшее развитие чешского общества, укрепление его положения в Цислейтании младочехи связывают исключительно с ростом духовных и материальных сил самого чешского народа, вопреки неблагоприятным внешним обстоятельствам.

Быстрому подъему авторитета этой партии способствовало нарастание массового недовольства чешского населения курсом правительства, прежде всего так называемыми ордонансами Гауча (1887), усилившими позиции немецких школ в Цислейтании. В ответ младочехи организовали несколько таборов (митингов), подали протест, текст которого был подготовлен Э. Грегром. Они требовали прекращения политики поддержки немцев в чешских землях, начав пропаганду в печати идеи чешского государственного исторического права, русофильства и традиционно сопутствующих ему французских симпатий. На IV съезде членов Национальной партии свободомыслящих они заявили о себе как о сторонниках всеобщего и равного избирательного права. Что касается политической линии младочехов, то она строилась на осуждении наследия старочехов, крайнем радикализме (национализме) в отношении к немцам, открытой оппозиционности к властям.

В начале 1888 г. младочехи создали “Клуб независимых чешских депутатов в парламенте”. Это событие знаменовало собой важное изменение в чешской политической жизни.

В середине 80-х гг. начался довольно длительный (до конца 90-х гг.) процесс формирования чешского реализма как политического течения. Становление общественно-политической концепции реалистов шло вместе с обсуждением научных вопросов, с глубоким анализом социально-экономических и политических проблем развития чешского общества. Сторонники этого движения группировались вокруг Т.Г. Масарика (1850-1937), Й. Кайзла (1854-1901) и К. Крамаржа (1860-1937).

В 1863 г., объединив вокруг себя молодых ученых, Масарик приступил к изданию нового чешского ежемесячника “Атенеум”, на страницах которого вскоре началась борьба за признание фальшивыми широко известных Краледворской и Зеленогорской рукописей (РКЗ). В сложных условиях политической жизни середины 80-х гг. Масарика, так же как и других исследователей, выступивших с опровержением подлинности РКЗ, обвинили в измене национальному делу. Острота борьбы обусловливалась тем, что спор приобрел политический, а не только научный характер, поскольку рукописи вошли в арсенал чешской прогрессивной культуры и рассматривались как национальные святыни.

Основные усилия интеллигенции были направлены помимо преодоления провинциализма в науке на обновление чешской общественной мысли. Наиболее правильными методами, способными коренным образом изменить положение, могли быть, по мнению реалистов, воспитание новой политической элиты и новой политической культуры народа. К этому должна была привести всесторонняя критика существующей действительности, способствующая пробуждению здоровых сил общества и направлению их энергии на интенсивное развитие чешской нации.

Реалисты поставили вопрос о проблеме государственной самостоятельности или же автономии, гарантирующей национальную самобытность. При этом возрождение государственности могло произойти лишь при успешном функционировании общественной экономики, созданной путем поддержки мелкого и среднего предпринимательства со стороны государства и общества (путем ассоциирования возникла бы и крупная промышленность), в политической сфере - при максимальном усилении влияния избирателей на парламент и общественную жизнь. К концу 80-х гг. в пропаганде и деятельности начинающих реалистов основной акцент был перенесен с вопросов культуры и науки в область практической политики. Отдавая должное двухпартийной системе, сначала Масарик, а затем Крамарж и Кайзл выступили за реорганизацию сложившейся партийной структуры в чешском обществе как авторитарной по характеру и вступили на путь переговоров на определенных условиях со старочехами. Однако принятие так называемых Пунктаций (чешско-немецкого соглашения об урегулировании национальных, в том числе языковых конфликтов), подписанных в январе 1890 г. представителями этой партии, исторического дворянства и немецких либералов вызвало волну возмущения в чешских землях, было воспринято как победа немцев и непоправимая уступка старочехов. Тем самым они утратили свои притягательные качества надежного союзника партнера.

В результате длительной и упорной целенаправленной борьбы в 1896 г. было расширено избирательное право, регулирующее выборы в рейхсрат: во-первых, был снижен имущественный ценз для избирателей городской и сельской курий, во-вторых, была учреждена пятая избирательная курия, в которой вводилось всеобщее избирательное право для мужчин старше 24 лет по выборам 72 депутатов, 27 из них представляли чешские земли (18 - Чехия, 7 - Моравия, 2 - Силезия).

Реальностью 90-х годов стало то, что партия старочехов в течение нескольких месяцев распалась и сошла с политической арены. В таких условиях реалисты повернулись в сторону младочехов, во главе которых в конце XIX в. становится Карл Крамарж. По своему социальному составу партия представляла эклектичное соединение буржуазных, мелкобуржуазных, радикальных , аграристских и прочих группировок. Взяв на себя роль лидера, младочехи стали рупором чешского промышленного и банковского капитала, возглавили борьбу за отечественные и общеавстрийские рынки.

4. Социально-экономическое развитие чешских земель на рубеже XIX - XX вв.

В экономической структуре Цислейтаниии, как и в Австро-Венгрии в целом, чешские земли занимали особое место, являясь наиболее развитым индустриально-аграрным районом монархии Габсбургов. Несмотря на то, что Чехия, Моравия и Силезия составляли лишь 26,45%территории австрийской половины империи, на их долю приходилось более 36% населения (в начале XX в. численность чехов и богемских немцев превысила 10мил.), причем 45% самодеятельного населения чешских земель было занято в промышленности (в собственно Австрии - 22). Здесь находилось 35% всех промышленных предприятий Цислейтании.