Эфиопия в XVI-XIX вв. (стр. 6 из 7)

В отличие от Теодроса, вступившего в конфликт с церковью, Йоханныс был плоть от плоти традиционного эфиопского общества с его идеализацией прошлого и невосприимчивостью ко всему новому. Если Теодрос уповал в своей деятельности по централизации страны целиком на военную силу, то Йоханныс в основу объединения Эфиопии положил достижение единоверия эфиопского населения.

Наибольшая опасность единству и целостности страны исходила извне. В конкретных условиях 1870-х годов первая угроза территориальной целостности Эфиопии исходила не от европейских держав, а от Египта, вассала Турции. В начале 70-х годов под египетским контролем находилось все побережье от Зейлы до Гвардафуя. В планы египетского хедива Исмаила входило также расширение египетских владений за счет северо-восточных районов Эфиопии. В 1875 г. началось наступление египетских войск. Под началом императора находилась 70-тысячная армия, состоявшая главным образом из воинов-северян, областям которых непосредственно угрожала египетская агрессия.

Войска египтян двинулись тремя колоннами из районов Массау, Кэрэна и из Зейлы. В конце сентября 1875 г. ими был захвачен Харэр. Войска египтян, двигавшиеся из Массау и Кэрэна были разбиты эфиопами в ноябре 1875 г. В марте 1876 г. произошла вторая решающая битва, в которой египтяне потерпели сокрушительное поражение.

Позднее территориальные претензии Эфиопии к египетским владениям на Красном море и стремление эфиопов получить выход к морю послужили той разменной монетой, которой воспользовалась Англия, когда ей понадобилось для подавления начавшегося в 1881 г. движения махдистов в Судане столкнуть в войне народы двух стран и ослабить их сопротивление европейской экспансии. Император Йоханныс, соблазнившись обещанием Англии и зависимого теперь от нее Египта вернуть отторгнутые у Эфиопии территории, вверг страну в длительные кровопролитные войны с махдистским Суданом.

6. Эфиопо-итальянские отношения

В то время, когда эфиопы сражались против суданцев в угоду в первую очередь Англии, над страной нависла новая и более грозная опасность: быть порабощенной другой европейской державой — Италией. Начало итальянской экспансии в районе Красного моря относится к концу 60-х годов XIX в. В 1869 г. у местных правителей покупается часть прибрежной территории Асэб. В 1881 г. итальянское правительство объявило эту территорию колонией. В 1883 г. Италия оккупировала порт Массауа и приступила к захвату и других территорий.

Захват итальянцами бывших владений египетского хедива на красноморском побережье поначалу не вызывали особого беспокойства у правящих кругов Эфиопии. Но в июне 1885 г. Италия захватывает территорию Саати, расположенную уже в пределах империи. Эфиопы осаждают Саати,, а в январе 1887 г. наносят поражение итальянцам, шедшим на помощь осажденным. Эта победа вызвала в Эфиопии огромный энтузиазм. Но развить успех и двинуться на Массауа императору не позволила сложившаяся напряженная внутриполитическая обстановка в стране. Продолжавшиеся вторжения махдистов на западе и нелояльность правящей верхушки Шоа подвигли императора на решение проблемы вторжения итальянцев дипломатическим путем.

Италия вела двойную игру. Стремясь превратить сепаратистски настроенного правителя Шоа в своего союзника, она охотно откликалась на его просьбы о присылке огнестрельного оружия. 20 октября 1887 г. непокорный вассал Йоханныс ныгус Шоа подписывает сепаратный договор о дружбе и союзе с Италией, по которому та обещала ему «военную помощь и другое содействие в достижении его целей». Йоханныс двинул свою армию на Шоа. Но уже потрепанное в многочисленных боях его войско, как и не имевшая боевого опыта армия Менелика, правителя Шоа, не рискнули вступить в боевое соприкосновение. Начались длительные переговоры, вплоть до того момента, когда махдисты вновь вторглись в страну. В одном из сражений с махдистами Йоханныс был смертельно ранен.

С его смертью страна не распалась на отдельные области, как это произошло в случае с Теодросом. Смена верховного правителя, впервые с начала процесса объединения Эфиопии, не повлекла за собой феодальной междоусобицы, Йоханныс остался в истории страны поборником объединения Эфиопии, а также внедрения в сознание народа общеэфиопского патриотизма. Будучи тыграи по происхождению, Йоханныс, родным языком которого был тигринья, ввел в качестве официального языка страны амхарский, наиболее распространенный по всей территории страны. В этом он вышел за рамки местного национализма и своей обязанностью считал защиту любой части эфиопской империи.

Получив известие о гибели императора Йоханныса, ныгус Шоа Менелик незамедлительно провозгласил себя верховным правителем Эфиопии. На тот период в стране не нашлось никого, кто мог бы реально выступить его соперником в борьбе за царскую корону. С его именем (имя по рождению до коронации — Сахле-Марьям) связаны наиболее значительные достижения в централизации Эфиопии, завершившие ее объединение вплоть до современных границ. К периоду его правления восходит начало процессов модернизации страны, складывания чиновничества, проникновения иностранного капитала и создания наемной армии.

К началу 1890-х годов Шоа, правителем которой был Менелик, превратилась в экономически более развитую и политически более стабильную, по сравнению с другими, область страны, система управления которой впоследствии была перенесена на всю эфиопскую империю.

Основой внешней политики шоанских правителей были территориальная экспансия внутри империи и установление связей с внешним миром, прежде всего, с европейскими державами. Расширение границ Шоа происходило за счет южных областей, где находились богатые торговые пути, и борьба за присоединение Харэра, привлекавшего стратегическим положением и торговым характером экономики.

Эмиссары европейских стран, учитывая рост и могущество Шоа, и сами стремились установить с ней связь. В 1841 г. был заключен договор о дружбе и торговле с Англией, а двумя годами позже — с Францией. Менелик также уделял большое внимание установлению выгодных отношений с европейскими державами. Подобно многим своим предшественникам, он не пренебрегал возможностью использовать технические знания и опыт любого заезжего европейца. 1880-е годы явились свидетелями укрепления итало-шоанских связей.

В 1878—1889 гг. правитель Шоа значительно расширил границы своих владений. Экспансия во внутренние районы дополнилась движением в сторону красноморского побережья. Приближение границ Шоа к морю должно было стимулировать торговлю в пределах области, способствовать контактам ныгуса с европейскими державами. Достижение этих целей было обеспечено присоединением Харэра, который до лета 1885 г. находился под египетским управлением, а после поражения египтян в войне с эфиопами власть здесь перешла к представителю местной династии. Харэр был захвачен в январе 1887 г. Параллельно с расширением территории Шоа вырабатывались и основы межнациональной политики, позднее распространенной Менеликом на всю Эфиопию. Основными ее чертами были веротерпимость и ассимиляция итогом чего явилось образование своеобразной амха-рооромской (галла) общности.

По степени централизации власти Шоа намного опережала остальные области Эфиопии. Вся территория провинции была поделена на административные округа, число которых росло по мере расширения Шоа. Во главе каждого из них стоял губернатор, назначаемый ныгусом. Отсутствие религиозного фанатизма в этнически неоднородном шоанском обществе способствовало тому, что в интересах дела на высокий пост порой назначался мусульманин, хотя общим правилом было заставлять в нехристианских округах назначенца на высокий административный пост из представителей местной знати принимать им христианство.

Отсутствие феодальных междоусобиц в Шоа привели к развитию торговли и ремесла. Значительную часть шоанской казны составляли налоги от торговых операций, немалыми были и таможенные пошлины от караванов, направлявшихся через территорию Шоа, Процветанию области способствовала военная добыча, захваченная в ходе многочисленных походов против соседей-нехристиан, и дань, получаемая с населения присоединенных районов.

За 24 года пребывания Менелика во главе Шоа, с 1865 по 1889 г., площадь области и ее население значительно увеличились — от 2,5 млн человек в 1840 г. до 5 млн в начале 80-х годов. В казне правителя скопились огромные средства, значительная часть которых тратилась на закупку огнестрельного оружия. Если, например, в 1850 г. в шоанской армии на вооружении имелось всего 1 тысяча единиц огнестрельного оружия, то к 1889 г. она располагала уже 60 тысячами винтовок и ружей.

Реформы Менелика II. 3 ноября 1889 г. состоялась коронация Менелика II. Происходила она не в Аксуме, традиционном месте коронования эфиопских императоров, а в столице Шоа Энтото. Именно отсюда и стали проводиться реформы. Приступая к реформированию общества, Менелик уже имел за плечами более чем двадцатилетний опыт не только в управлении Шоа, но и в сношениях с европейскими странами.

Прежде всего, новый император приступил к реорганизации административной системы, используя для этой цели шо-анский опыт. Суть реформы заключалась в замене местных правителей чиновниками, назначаемыми самим императором. Страна была разделена на провинции, которые разделялись на районы, а те, в свою очередь, на округа. Более мелкой административной единицей была группа деревень (адди), а самой мелкой — деревня, где власть принадлежала старосте. Во главе провинции находился губернатор, назначаемый из центра и наделенный обширными полномочиями. В целом, реформа сыграла важную роль в процессе консолидации эфиопского государства.