Понятие, сущность и функции государства (стр. 1 из 25)

Философия и методология науки (учебник)

ФИЛОСОФИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ НАУКИ. Часть 1

VI. НАУКА И ФИЛОСОФИЯ

Наука всегда была тесно связана с философией. Выдающиеся ученые всех времен внесли огромный вклад в ее развитие. Пифагор, Аристотель, Н.Коперник, РДекарт, Г.Галилей, И.Ньютон, Г.В Лейбниц, А.Смит, В.Гумбольт, Ч.Дарвин, Д.И.Менделеев, К.Маркс, Д.Гильберт, Л.Э.Я.Брауэр, А.Пуанкаре, К.Гедель, А.Эйнштейн, Н.Бор, В.И.Вернадский, Н-Винер, И.Пригожин, А.Дж. Тойнби, Дж.М.Кейнс, П.Сорокин, Ф.де Соссюр, Л.С.Вь1Готский, З.Фрейд, М.М.Бахтин не только имели выдающиеся достижения, определившие главные направления развития науки, но и существенным образом повлияли на стиль мышления своего времени, его мировоззрение.

Философское осмысление достижений науки начало приобретать особенно большое культурное значение с XVII в., когда наука стала превращаться во все более значительное общественное явление. Но вплоть до второй половины XIX в. их обсуждение не. было достаточно систематичным. Именно в то время философские и методологические проблемы науки превращаются в самостоятельную область исследований.

Засилье эмпиризма в естествознании в конце XVIII и начале XIX в. привело к возникновению иллюзорных надежд на то, что функции теоретического обобщения в науке могут взять на себя философы.

Однако их реализация, особенно в грандиозных натурфилософ­ских построениях Ф.В.Й.Шеллинга и Г.В.Ф.Гегеля, вызвала у ученых не только явно выраженный скепсис, но даже и неприязнь.

"Мало удивительно, — писал К.Гаусс к Г.Шумахеру, — что Вы не доверяете путанице в понятиях и определениях философов-профессионалов. Если Вы посмотрите хотя бы на современных философов, у Вас волосы встанут дыбом от их определений".

Г.Гельмгольц отмечал, что в первой половине XIX в. "между философией и естественными науками под влиянием шеллинго - гегелевской философии тождества сложились малоотрадные отношения". Он считал, что такого рода философия для естествоиспытателей абсолютно бесполезна, поскольку она бессмысленна.

"Полагают, — писал известный историк философии К. Фишер,- что в то время в естествознании происходил шабаш ведьм и Шеллинг был блуждающим огоньком, за которым бежали многие; теперь этот сон Вальпургиевой ночи рассеялся и не оставил ничего, кроме обыкновенных последствий пирушки".

Вместе с тем наука постепенно стала преодолевать дефицит теоретических идей. Буквально во всех ее областях, и прежде всего в математике и естествознании стали появляться плодотворные научные теории, значительно расширяющие горизонты науки, происходило су­щественное обогащение средств научного познания, его понятийного аппарата.

Так, например, в математике сложились основы математического анализа и теории вероятностей, были получены фундаментальные результаты в алгебре, созданы неевклидовы геометрии.

В биологии было развито учение о клеточном строении живого вещества, построена теория эволюции видов, развита концепция происхождения человека от обезьяны, началось широкое использование физико-химических методов познания процессов жизне­деятельности.

Особенно велики были успехи физических наук. Во второй половине XIX в. здесь наряду с механикой, ранее монополизиро­вавшей теоретическую физику, появились электродинамика, тер­модинамика, молекулярно-кинетическая теория газов, а затем и ci атлетическая физика.

В арсенал активно используемых понятий вошли понятия поля, эфира, атома, энтропии.

Ученые стали применять в познании физических явлений методы феноменологического описания, математической аналогии, моде­лирования.

Наряду с методами математического анализа и дифференциаль­ных уравнений все большим успехом стали пользоваться методы теории вероятностей и математической статистики.

На страницах журналов постоянно обсуждались различные тео­ретические построения, и никого уже не удивляло ни их обилие, ни кратковременность жизни многих из них.

Неудивительно, что сами ученые; и особенно физики, стремясь понять происходящее в их науке, все чаще обращаются к философии. Интерес к ней, угасший в результате крушения претензий натурфилосо­фии, во второй половине XIX в. возрождаемся с новой силой.

Внимание ученых вновь стали привлекать проблемы философии и методологии науки.

— Каково содержание понятии числа, функции, пространства, времени, закона, причинности, массы, силы, энергии, жизни, вида и др.?

— Как сочетаются в научном познании анализ и синтез, индукция и дедукция, теория и опыт?

— Что обусловливает описательную, объяснительную и предсказательную функции теории?

— Какова роль эмпирических и теоретических гипотез?

— Каким образом происходят научные открытия и в чем заключается роль интуиции в получении нового знания?

-Как следует истолковывать понятие теории?

-Что обеспечивает науке возможность познавать истину и что в научном познании представляет собой таковую?

Эти и им подобные вопросы активно обсуждаются учеными в публичных докладах и диспутах, статьях и специальных монографиях. Все они были рождены прогрессом науки, и нужды ее требовали их скорейшего разрешения.

Однако ответить на них было совсем непросто.

1. ПОЗИЦИЯ МЕХАНИСТОВ

Подавляющее большинство ученых во второй половине XIX в , следуя традиции, сложившейся в истории науки, пытались истолковывать все эти проблемы исходя из того, что наука способна отражать глубинные свойства бытия.

Это понимание сущности науки, уходящее своими корнями в глубокую историю, было значительно поддержано и огромными успеха­ми развития физики на базе механики

Именно здесь укрепил ось представление ученых о том, что любые явления действительности представляют собой процессы, осуществляю­щиеся в пространстве и времени, что они при­чинно обусловлены и подчиняются небольшому количеству законов, на основе которых можно дать их сколь угодно точное описание.

Образцом научного постижения реальности слу­жила при этом небесная механика

Этим стилем мышления вдохновлялись в то время не только физики, но и биологи, психологи, экономисты, историки.

Знаменитый французский шахматист Ф.А.Филидор — первый некоронованный чемпион мира по шахматам и, кстати говоря, известный композитор XVIII в. — прославился в шахматах тем, что ввел представление о стратегии в шахматной игре и оценке с этой точки зрения шахматной позиции. При этом он исходил из того, что шахматист мог бы всегда выигрывать у любого соперника, если бы он знал законы шахматной игры.

Представители этого рода взглядов во второй половине XIX в. назывались механистами. К ним относили не только тех ученых, которые, подобно Г.Гельмгольцу и Г.Герцу, стремились объяснить все явления природы на основе законов механики, но и таких, как, напри­мер, Дж.Максвелл, Л.Больцман, Х.Лоренц, ЧДарвин, которые отнюдь не разделяли этих крайних взглядов.

Так, например, Л.Больцман писал "Если понимать под механи­ческим объяснением природы такое, которое основывается на законах современной механики, то следует признать совершенно недостоверным то, что атомистика будущего станет механичес­ким объяснением природы".

Выдающийся русский ученый К.А.Тимирязев в публичной лек­ции, прочитанной в 1887 г. в Политехническом музее, раскрывая огромное значение деятельности Ч-Дарвина для всего естество­знания, утверждал "Таким образом, дарвинизм дал в первый раз механическое объяснение совершенства, целесообразности, разу­мея под механическим объяснением обыкновенное каузальное в отличие от телеологического".

Французский ученый А.Рей в начале XX в. писал, что если бы новые идеи Х.Лоренца, Дж. Лармора и П.Ланжевена подтвердились и если бы выяснилось таким образом, что законы механики зависят от законов электродинамики, то это вовсе не означало бы отказа от "механизма". "Чисто механистическая традиция, — писал А.Рей, — продолжала бы сохраняться, механизм шел бы по нормальному пути своего развития".

Самая главная черта механической трактовки физики заключа­ется, по мнению А.Рея, в том, что "взгляд на физику, на ее метод, на ее теории и их отношение к опыту остается абсолютно тождествен­ным с взглядами механизма, с теорией физики начиная с эпохи Возрождения".

Таким образом, в конце XIX в. механистами называли не только тех, кто пытался свести все явления действительности к механи­ческим процессам, но и всех тех, кто, продолжая традиции классиков механики, рассматривал науку как отражение сущест­венных свойств объективного мира, кто видел задачу научного познания в том, чтобы объяснить любое явление на основании предположения о его существовании в пространстве и времени и как результат взаимодействия определенных причин.

Однако при попытках философски осмыслить достижения науки с этих позиций ученые столкнулись с огромными трудностями. Мощный взрыв теоретических идей и быстрое расширение средств и методов научного познания не удавалось вместить в непротиворечивую картину мира и целостную последовательную теорию познания.

2. ВЗГЛЯДЫ ПОЗИТИВИСТОВ

В этих условиях и приобрел популярность позитивизм, который стал претендовать на единственно верную философию и методологию

науки.

Его цели были определены достаточно ясно.

Как писал Э.Мах, нужно прежде всего удалить из естествознания "старую, отслужившую свою службу" философию, которой "большинство ес­тествоиспытателей придерживаются еще в на­стоящее время".

Именно против этой реалистической традиции, истолковывающей научное знание как отражение свойств объективного мира, и выступили позитивисты во главе с Э.Махом. Стоит только правильно понять сущность науки, говорили они, и все метафизические проблемы, не дающие покоя виднейшим представителям естествознания в их посто­янном стремлении постичь устройство мироздания, окажутся разрешен­ными, поскольку будут обнаружены их надуманность и бессмысленность.


Copyright © MirZnanii.com 2015-2018. All rigths reserved.