Смекни!
smekni.com

Жуков - полководец (стр. 8 из 9)

С этим высказыванием Мерцаловых согласиться нельзя. Вспомним, хотя бы, инцидент в ходе Московской битвы, когда Жуков, выступив против решения начальника Генерального штаба, настоял на своем приказе не допустить отхода частей 16-й армии, которой командовал Рокоссовский. Выводы Мерцаловых в тексте брошюры необоснованны и ничем не подкреплены - по сути, это фантазии историков. Соратник, живой свидетель событий генерал С.Л.Штеменко отмечал: "Чувствуя свою правоту в том или ином спорном вопросе, Георгий Константинович мог довольно резко возражать Сталину, на что никто другой не отваживался".

Об этом же пишет и заместитель начальника Генштаба А.М.Василевский: "Г.К.Жуков, отличавшийся довольно решительным и жестким характером, решал вопросы смело, брал на себя полностью ответственность за ведение боевых действий; разумеется, он держал связь со Ставкой и нередко подсказывал ей целесообразное решение".[38] Почему в данном случае мы не должны доверять непосредственным участникам событий, Мерцаловы, к сожалению, не поясняют.

Что касается утверждения, будто бы представители Ставки мешали командующим, то опять вспомним случай, когда представитель Ставки Г.К.Жуков в начале октября разобрался с положением в войсках Западного и Резервного фронтов. Помогал или мешал Г.К.Жуков "способным" Буденному и Коневу, которые "проспали" свои войска и чьи армии оказались окруженными под Вязьмой? Ответ очевиден.

Современные историки также подчеркивают самостоятельность Жукова. Вот что сказал М.А.Гареев: "Волевые и организаторские качества Жукова особенно ярко проявились в его способности настойчиво проводить в жизнь принятые решения, неуклонно добиваться выполнения боевых задач, активно бороться за инициативу, упреждать противника и навязывать ему свою волю. Этому способствовали и его целеустремленность, уверенность в своих решениях и действиях, высокая ответственность и самостоятельность в решении задач с неясным рискованным исходом, решительность и упорство в достижении цели".[39]

В данном случае самостоятельность надо понимать, как умение действовать и принимать решения вместе с подчиненными и начальством, а не вопреки начальству. Н.Н.Яковлев пишет на этот счет: "Он никогда не пытался делать все сам (но не потому, что не умел!). Он обладал важнейшим качеством - умением сплачивать и привлекать к самой активной работе подчиненных, командующих и командиров, штабы и политорганы. Жуков был признанным организатором боевой работы крупных военных коллективов, руководивших фронтами и группами фронтов".[40]

Не согласны А.Н. и Л.А.Мерцаловы с утверждением, что "Москву было нужно "спасать" в любом случае". По всей вероятности, историкам не приходилось знакомиться с документами, содержащими планы Гитлера относительно Москвы, которую предполагалось стереть с лица земли. Справедливости ради отметим, что А.Н.Мерцалов несколькими годами ранее заявлял, что "Московская битва - одно из решающих, если не решающее событие второй мировой войны", что, по-видимому, невозможно, если Москва не стоила того, чтобы ее "спасали".[41] К сожалению, историк нигде не сообщает о причинах, заставивших его пересмотреть свои прежние взгляды.

Мерцаловы упрекают Г.К.Жукова в том, что он виновен в смерти миллионов советских солдат, которые остались бы живы, если бы ими командовал более "гуманный, демократичный" военачальник. Жуков, считают Мерцаловы, отнюдь не старался воевать "малой кровью". Отметим, что это утверждение Мерцаловых также не основано на каких-либо конкретных исторических исследованиях, не подтверждено документальным материалом. Кроме того, война есть война, и ни один военачальник не застрахован от возможных ошибок, которые, естественно, не могут не приводить к увеличению потерь. Совершил ли Жуков ошибок больше, чем другие советские генералы? Отличался ли он особым равнодушием к солдатским судьбам? Мерцаловы хотели бы заставить читателя поверить, что это так. Однако никаких доказательств в свою пользу они не приводят.

На наш взгляд, при обсуждении этих вопросов надо принять во внимание, что враг был очень силен, он обладал победоносным опытом войны в Европе, и в первой половине войны качество его оружия по ряду параметров превосходило советское.

Надо учесть еще и то, что именно Советский Союз в октябре-ноябре 1941 г. принял на себя всю тяжесть обрушившегося вермахта, так ни в 1941, ни 1942, ни в 1943-ем годах союзники не спешили открывать второй фронт. Здесь уместно привести мнение генерала армии М.А.Гареева: "Если бы Жуков и наши солдаты под Москвой, Ленинградом во имя "гуманизма" при первой неудаче складывали оружие, как это делали некоторые соединения союзнических войск, то фашисты достигли бы своей цели и весь мир сегодня жил бы совсем другой жизнью. Поэтому в широком историческом плане "жуковский" подход, в конечном счете, оказался более гуманным".[42]

Обвинять Г.К.Жукова в бесчеловечности немыслимо, если знать о том, как он действительно относился к рядовым воинам. Вот что говорит об этом сам Георгий Константинович: "От природы я не ведаю ни страха, ни восторгов, но, откровенно говоря, хотелось расцеловать каждого бойца, каждого командира, ведь они сражались сразу за троих, за десятерых...".

Если брать число потерь применительно к Московской битве, то большее число погибших советских воинов приходится на первые числа октября, то есть до того, как Г.К.Жуков вступил в должность командующего объединенного Западного фронта.

Сомнительными выглядят доводы Мерцаловых об отношениях Жукова и И.В.Сталина. Мы уже видели, как они протянули нить между Сталиным и Жуковым и связали их этой же нитью, называя Г.К.Жукова сталинским маршалом. "Сталин приблизил его к себе не случайно", ему "нужен был заместитель ...в меру грамотный, жесткий и упрямый исполнитель. Нужны были и пороки в характере сотрудника. Они позволят в дальнейшем управлять им, использовать в интригах, а при необходимости сделать из него "козла отпущения".[43]

Да, назначение на высокие посты было не случайным, и до сих пор не ясен вопрос, как и почему выбор Сталина остановился именно на кандидатуре Г.К.Жукова, несмотря на строптивость его характера, которая проявлялась еще в самом начале его работы в должности начальника Генерального штаба. Ведь именно он первым из окружения И.В.Сталина стал возражать ему и отстаивать свою точку зрения по крупным вопросам.

Г.К.Жуков выделялся из многих военачальников яркими чертами, присущими выдающимся полководцам: сила характера, энергия, работоспособность, требовательность к подчиненным, способность сохранять верность суждений и продуктивность ума в условиях максимальной опасности, способность чувствовать изменения обстановки и принимать своевременные решения адекватно ее развитию.

Маршал С.К.Тимошенко отмечает: "Жуков был единственным человеком, который не боялся, он меня не раз защищал у Сталина, особенно в начальный период войны. Смелый был человек".

Бывший сотрудник органов КГБ А.Т.Рыбин указывает на то, что отношения между Сталиным и Жуковым во время войны были сложными. Сталин - «умный, хитрый, жесткий, сдержанный с подчиненными, тем более с командующими фронтами и простым народом", а Жуков - "резкий, порывистый, допускавший грубости с подчиненными, в том числе с Верховным Главнокомандующим". Рыбин, однако, отмечает при этом, что "Сталин относился к Жукову, как отец к сыну, нередко его бранил, но и многое прощал, усматривая в нем талант военачальника".[44] В то же время Г.К.Жуков был способен провести в жизнь собственное мнение, отвратить Сталина от свершения более крупных ошибок.

"Г.К.Жуков обладал очень важным для полководца даром - умением быстро оценивать и прогнозировать развитие обстановки и в миг принимать решение. Пожалуй, он был единственным из сталинских помощников, кто мог открыто спорить со Сталиным, противоречить ему, отстаивая собственную точку зрения", - сделал вывод Н.Павленко.[45]

Таким образом, мы видим, что сами того не скрывая, А.Н. и Л.А.Мерцаловы в первую очередь рассматривают отрицательные стороны и качества Г.К.Жукова, забывая или намеренно не принимая во внимание огромный вклад Г.К.Жукова во все победные свершения нашей армии и народа во время войны.

Ю.А.Горьков обращает внимание на такое качество полководца, как мужество. Еще А.В.Суворов говорил, что мужество нужно генералу, храбрость - офицеру, солдату же, прежде всего, нужны бодрость. Под мужеством Ю.А.Горьков имеет в виду не "ползание" по передовой. Для этого нужны храбрость и отвага, которыми Георгий Константинович был наделен вполне. А мужество, как умение взять на себя ответственность за принимаемые решения - качество особое и редкое, и Г.К.Жуков обладал им вполне.

В современной литературе отмечается и тот факт, что Г.К.Жуков родился именно в свое время. "Время рождает своих героев", - отмечает Н.Н.Яковлев. "Г.К.Жукову было суждено жить в великое время, в расцвете сил и военного таланта он встретил испытание, обрушившееся на наш народ, - великую и тягчайшую войну против озверевшего фашизма. Он жил этой войной, сделал все, что было в его силах, для Победы".

Об этом же говорит и В.Паршин: "Ему суждено было сыграть особую роль в судьбе страны и своего народа в самый опасный и тяжелый период истории Отечества".

Безусловно, нет нужды идеализировать Г.К.Жукова и приписывать все успехи советских войск ему одному, как не следует впадать и в другую крайность, принижая его реальный вклад в Победу. Г.К.Жуков не стремился к славе ради славы. Народ же выразил свою любовь и уважение к Георгию Константиновичу Жукову, присвоив ему неофициальное звание - Маршал Победы.