Смекни!
smekni.com

Адольф Гитлер путь к власти (стр. 3 из 12)

Как офи­цер-про­па­ган­дист, Гит­лер дол­жен был вес­ти сре­ди сол­дат аги­та­цию про­тив влия­ния ле­вых сил.15

В сен­тяб­ре 1919 го­да Гит­лер по­лу­чил от сво­его на­чаль­ни­ка по­ру­че­ние уз­нать, что со­бой пред­став­ля­ет об­ра­зо­вав­шая­ся не­дав­но «ка­кая-то, — как пи­сал он в «Майн Кампф»(«MeinKampf»), — не­мец­кая ра­бо­чая пар­тия».16

1. Про­ти­во­стоя­ние А. Гит­ле­ра с ос­но­ва­те­ля­ми НСДАП.

ДАП – не­мец­кая ра­бо­чая пар­тия бы­ла ос­но­ва­на в 1919 го­ду сле­са­рем Ан­то­ном Дрекс­ле­ром и жур­на­ли­стом Кар­лом Ха­ре­ром. К мо­мен­ту при­хо­да Гит­ле­ра в пар­тии бы­ло не­сколь­ко де­сят­ков чле­нов. Ос­нов­ны­ми про­па­ган­ди­ст­ски­ми по­сту­ла­та­ми этой ор­га­ни­за­ции бы­ли на­цио­на­ли­сти­че­ские ло­зун­ги: нем­цы – ве­ли­кая ра­са пред­на­зна­чен­ная для управ­ле­ния ми­ром; ев­реи и ком­му­ни­сты уг­ро­жа­ют её чис­то­те, по­это­му не­об­хо­ди­мо ос­во­бо­дить ра­бо­чих от мар­ксиз­ма.17 Кро­ме этих тре­бо­ва­ний пар­тия не име­ла чёт­кой про­грам­мы, по­это­му ни кто не вос­при­ни­мал её серь­ёз­нее, чем дру­гое объ­е­ди­не­ние, что за­пол­ня­ли пив­ба­ры Мюн­хе­на.

Но идеи не­мец­кой ра­бо­чей пар­тии сов­па­ли с идея­ми Адоль­фа Гит­ле­ра. Бро­шю­ра, по­лу­чен­ная им на со­б­ра­нии, »опи­сы­ва­ла не­что со­вер­шен­но ана­ло­гич­ное то­му, — от­ме­чал Гит­лер в «MeinKampf», — что мне са­мо­му при­шлось пе­ре­жить.18 По­это­му при­гла­ше­ние Ан­то­на Дрекс­ле­ра на оче­ред­ную встре­чу ДАП он при­нял.

А. Дрекс­лер, уви­дев и ус­лы­шав Гит­ле­ра, ре­шил, что на­шел очень цен­но­го че­ло­ве­ка для по­пу­ля­ри­за­ции их де­ла и на­стоя­тель­но при­гла­шал ода­рен­но­го ора­то­ра при­сое­ди­нить­ся к их дви­же­нию.

Но Гит­лер ис­пы­ты­вал оп­ре­де­лен­ные со­мне­ния, ви­дя, что эта не­боль­шая груп­па не име­ла ре­аль­ной про­грам­мы и внут­рен­ней струк­ту­ры. «Ужас­но! Это бы­ла круж­ков­щи­на са­мо­го худ­ше­го ви­да. И в этот клуб ме­ня при­гла­ша­ли всту­пать чле­ном», — та­ко­ва оцен­ка ДАП, дан­ная Гит­ле­ром в «MeinKampf».19 Од­на­ко по­сле не­сколь­ких дней ко­ле­ба­ний, он все же ре­шил при­нять при­гла­ше­ние Дрекс­ле­ра, счи­тая, что это даст ему воз­мож­ность раз­вить свои идеи и при­об­ре­сти по­ли­ти­че­ский опыт. «Это бы­ло са­мое важ­ное ре­ше­ние в мо­ей жиз­ни», — поз­же от­ме­чал Гит­лер в «MeinKampf».20

Всту­пив пар­тию Гит­лер очень ре­ши­тель­но бе­рёт в свои ру­ки ру­ко­во­дство про­па­ган­дой, ко­то­рая все­гда важ­на для мо­лол­дых ор­га­ни­за­ций. Он су­мел сде­лать свое ве­дом­ст­во про­па­ган­ды чуть ли не един­ст­вен­ным ор­га­ном пар­тии и бы­ст­ро за­нял в ДАП вид­ное ме­сто.

Адольф Гит­лер очень мно­го ра­бо­тал как аги­та­тор и ора­тор. Для пар­тии но был не­оце­ним, как че­ло­век чьё по­яв­ле­ние га­ран­ти­ро­ва­ло ау­ди­то­рию. Это был ре­зуль­тат под­лин­но­го маг­не­тиз­ма Гит­ле­ра, его обая­ния. В от­ли­чии от су­хой ма­не­ры дру­гих аги­та­то­ров, объ­яс­няв­ших по­ли­ти­че­скую си­туа­цию, он пред­став­лял се­бя, как че­ло­ве­ка на­ро­да, го­во­рил с пы­лом и ис­крен­но­стью. Его ре­чи не бы­ли пе­ре­гру­же­ны тон­ко­стя­ми ин­тел­лек­ту­аль­ных или мо­раль­ных су­ж­де­ний. Он брал фак­ты, под­твер­ждав­шие его те­зи­сы, гру­бо ле­пил один к дру­го­му и по­лу­чал дос­та­точ­но убе­ди­тель­ный текст.

Гит­лер свои­ми ре­ча­ми мог вы­звать бу­ри сме­ха, вы­смеи­вая сво­их вра­гов. За­тем соз­дать тя­жё­лую ат­мо­сфе­ру ожес­то­чён­ным язы­ком. Он умел про­бу­ж­дать жа­лость или ужас, гор­дость или не­го­до­ва­ние.21

Ха­рак­тер­ной чер­той его вы­сту­п­ле­ний бы­ло на­рас­таю­щее «до­зи­ро­ва­ние» на­пря­жен­но­сти в ре­чи и из­ме­не­ние ми­ми­ки и жес­ти­ку­ля­ции. Пер­вые фра­зы он про­из­но­сил обыч­но спо­кой­ным то­ном, раз­гла­голь­ст­вуя о по­все­днев­ных за­да­чах гра­ж­дан — без­ра­бо­ти­це, ин­фля­ции. За­тем ука­зы­вал на «ви­нов­ни­ков» — ев­рей­ских кро­во­пив­цев и, на­ко­нец, впа­дал в воз­бу­ж­ден­ное со­стоя­ние пе­ре­хо­дя к уг­ро­зам в ад­рес ком­му­ни­стов и па­ци­фи­стов.

По­ка­за­тель­ным в этой свя­зи яв­ля­ет­ся вос­по­ми­на­ния Аль­бер­та Шпее­ра, из­вест­но­го ар­хи­тек­то­ра Третье­го Рей­ха, ру­ко­во­ди­те­ля во­ен­ной про­мыш­лен­но­сти в 1942-45 го­дах: «Я во­все не вы­брал НСДАП, я пе­ре­шел к Гит­ле­ру, чей об­раз при пер­вой же встре­че про­из­вёл на ме­ня силь­ней­шее впе­чат­ле­ние, ко­то­рое с тех пор уже не ос­ла­бе­ва­ло…»22 Под маг­не­тизм Гит­ле­ра по­па­да­ло всё боль­ше и боль­ше лю­дей. За ко­рот­кое вре­мя он за­нял в ДАП на­столь­ко вид­ное ме­сто, что это вы­зва­ло бес­по­кой­ст­во у пред­се­да­те­ля пар­тии в об­ще­го­су­дар­ст­вен­ном мас­шта­бе Кар­ла Ха­ре­ра.

Ха­рер воз­ра­жал про­тив яро­го ан­ти­се­ми­тиз­ма Гит­ле­ра, счи­тая, что это от­толк­нёт от пар­тии ра­бо­чих и слу­жа­щих.23 Гит­лер же лов­ко ис­поль­зо­вал в меж­до­усоб­ной борь­бе те­ку­щие во­про­сы, раз­ду­вая их до уров­ня важ­ней­ших пар­тий­ных про­блем. Жерт­вой ана­ло­гич­ной дис­кус­сии в пар­тии и стал Ка­рел Ха­рер, ко­то­рый в ян­ва­ре 1920 го­да вы­ну­ж­ден был уй­ти с по­ста «им­пер­ско­го пред­се­да­те­ля пар­тии». Гит­лер же спро­во­ци­ро­вал этот кон­фликт с це­лью уст­ра­не­ния со­пер­ни­ка. Та­ким об­ра­зом, сла­бый оп­по­нент К. Ха­рер ушел из ли­де­ров без боя, от­стра­нить его от ру­ко­во­дства пар­тии Гит­ле­ру уда­лось мир­ным пу­тём.

В фев­ра­ле 1920 го­да ДАП бы­ла пе­ре­име­но­ва­на в На­цио­нал-со­циа­ли­сти­че­скую Гер­ман­скую ра­бо­чую пар­тию (НСДАП), вско­ре Гит­лер пред­ста­вил пар­тий­ную про­грам­му, со­сто­яв­шую из 25 пунк­тов. Она бы­ла пол­на на­цио­на­ли­сти­че­ских ло­зун­гов и обе­ща­ний, это бы­ла смесь ре­ван­шиз­ма и, при­ми­тив­ной со­ци­аль­ной де­ма­го­гии, злоб­но­го ан­ти­де­мо­кра­тиз­ма и ан­ти­се­ми­тиз­ма.

В пер­вых трёх пунк­тах про­грам­мы со­дер­жа­лись тре­бо­ва­ния от­ме­ны Вер­саль­ско­го до­го­во­ра и пол­но­го «са­мо­оп­ре­де­ле­ния» для всех нем­цев под ко­то­рым под­ра­зу­ме­ва­лось соз­да­ние «Ве­ли­кой Гер­ма­нии» за счёт зе­мель при­над­ле­жав­ших дру­гим стра­нам — так на­зы­вае­мых «по­те­рян­ных зе­мель». Под­чёр­ки­ва­лась не­об­хо­ди­мость рас­ши­ре­ния гер­ман­ской тер­ри­то­рии, на­ря­ду с этим вы­дви­га­лись тре­бо­ва­ния пол­ной кон­фи­ска­ции во­ен­ных при­бы­лей (пункт 12), про­ве­де­ния аг­рар­ной ре­фор­мы (пункт 7), ого­су­дар­ст­вле­ва­ния тре­стов (пункт 13), уча­стия в при­бы­лях круп­ных пред­при­ятий (пункт14). Ряд пунк­тов ка­сал­ся во­про­сов об­ра­зо­ва­ния эти­ки и мо­ра­ли. 19 пункт тре­бо­вал «за­ме­ны рим­ско­го пра­ва не­мец­ким на­род­ным пра­вом». »Пар­тия, — го­во­ри­лось в 24 пунк­те, — ве­дет борь­бу про­тив ев­рей­ско-ма­те­риа­ли­сти­че­ско­го дух внут­ри нас и вне нас и убе­ж­де­ния, что дли­тель­ное оз­до­ров­ле­ние на­ше­го на­ро­да мо­жет по­сле­до­вать толь­ко из­нут­ри, на­ше об­щее бла­го вы­ше лич­ной вы­го­ды». Под­чёр­ки­ва­лось пре­вос­ход­ст­во «гер­ман­ской ра­сы, как «но­си­тель­ни­цы вы­со­ких мо­раль­ных чувств«.23

Ме­ж­ду тем, Гит­лер до­бил­ся из­бра­ния в ру­ко­во­дя­щий ко­ми­тет пар­тии, где воз­гла­вил от­дел вер­бов­ки но­вых чле­нов. В НСДАП в этот пе­ри­од всту­пи­ло не ма­ло во­ен­ных, ко­то­рые обос­но­ва­ли фрак­цию «сол­дат-фрон­то­ви­ков», опи­ра­ясь на ко­то­рых Гит­лер все креп­че за­хва­ты­вал ру­ко­во­дство в пар­тии.

Глав­ный про­тив­ник Гит­ле­ра — Ан­тон Дрекс­лер имел со­мни­тель­ные шан­сы в борь­бе за ли­дер­ст­во.

Ле­том 1921 го­да Гит­лер на­пра­вил­ся в Бер­лин да­бы на­ла­дить от­но­ше­ния с на­ци­ст­ски­ми эле­мен­та­ми на Се­ве­ре. Его от­сут­ст­вие чле­ны НСДАП со­чли под­хо­дя­щим для сме­ны ру­ко­во­дства. Дрекс­лер пред­ла­гал объ­е­ди­нить­ся с ана­ло­гич­но на­стро­ен­ны­ми груп­па­ми Гер­ма­нии (на­при­мер с со­циа­ли­ста­ми). В этом слу­чае влия­ние Гит­ле­ра, чей стиль ра­бо­ты при­зна­вал­ся дик­та­тор­ским, ос­лаб­ло бы.25

Глав­ной фи­гу­рой пе­ре­во­ро­та в пар­тии в ию­ле 1923 го­да был Гит­лер. По­чув­ст­во­вав уг­ро­зу сво­ему по­ло­же­нию он по­спе­шил вер­нуть­ся в Мюн­хен, что­бы рас­стро­ить эти ин­три­ги.

Гит­лер зая­вил о сво­ём ухо­де из пар­тии и пе­ре­да де­ло на суд пар­тий­ных чле­нов. Это бы­ла про­во­ка­ция к ко­то­рой Дрекс­лер был не го­тов, в свя­зи с чем он от­ка­зал­ся от сво­их об­ви­не­ний в де­ма­го­гии в ад­рес Гит­ле­ра, по­ни­мая их сла­бую ар­гу­мен­ти­ро­ван­ность.

А Гит­лер от­кры­то по­тре­бо­вал се­бе дик­та­тор­ских пол­но­мо­чий.26 Кри­зис в пар­тии был ре­шен лишь то­гда, ко­гда на вне­оче­ред­ном съез­де пар­тии 29 ию­ня 1921 го­да Гит­лер был из­бран пер­вым пред­се­да­те­лем пар­тии, а Дрекс­ле­ра от­стра­ни­ли от всех дел, на­гра­див ни­че­го не зна­ча­щим по­стом по­чёт­но­го пред­се­да­те­ля пар­тии. В 1932 го­ду А. Дрекс­лер вы­шел из пар­тии, в1930 го­ду по­ми­рил­ся с Гит­ле­ром, но по­ли­ти­кой уже ни ко­гда не за­ни­мал­ся.

Так Гит­лер рас­пра­вил­ся с ос­но­ва­те­ля­ми пар­тии ис­поль­зуя шан­таж, ла­ви­ро­ва­ние, про­во­ка­цию. Оба пер­вых ли­де­ра пар­тии до­воль­но бы­ст­ро ка­пи­ту­ли­ро­ва­ли пе­ред ним, что бы­ло свя­за­но со сла­бо­стью по­зи­ций Ха­ре­ра и Дрекс­ле­ра. В «MeinKampf» Гит­лер пи­сал о них сле­дую­щее: «Ха­рер был­был че­ст­ным че­ло­ве­ком, но у не­го, как и у Дрекс­ле­ра не бы­ло да­ра ора­то­ра. Они сде­ла­ны не из то­го ма­те­риа­ла, ко­то­рый был ну­жен лю­дям, что­бы вну­шать фа­на­тич­ную ве­ру в по­бе­ду дви­же­ния».27

Та­ким об­ра­зом за­кон­чи­лась пер­вая ре­ор­га­ни­за­ция НСДАП, в хо­де ко­то­рой бы­ли сме­не­ны её ос­но­ва­те­ли.