Смекни!
smekni.com

Криминалистика как наука и как учебная дисциплина (стр. 5 из 14)

Половинчатое решение вопроса о природе криминалистики П. И. Тарасовым-Родионовым, как уже отмечалось, по времени совпало с возникновением представления о ней только как о пра­вовой науке. Естественно, что сторонники этой концепции под­вергли критике как причисление криминалистики к техническим дисциплинам, так и взгляды П. И. Тарасова-Родионова. «В кон­цепции П. И. Тарасова-Родионова о двух направлениях в крими­налистике, — писал в те годы А. И. Винберг, — неправильно ото­бражаются действительно имеющиеся в криминалистической науке два неразрывно связанных раздела: криминалистическая техника и тактика... Криминалистическая техника вне криминалис­тической тактики беспредметна. Все достижения криминалистиче­ской техники реализуются в правовой деятельности органов суда и следствия через криминалистическую тактику. Криминалистиче­ская техника и криминалистическая тактика в значительной степе­ни определяют научное содержание методики расследования прес­туплений, в которой они синтезируются»[21].

Если взгляд на криминалистику как на техническую науку пов­лек за собой попытку некоторых ученых «изъять» из нее вопросы тактики и методики, то концепция П. И. Тарасова-Родионова дала повод для предложений о выделении из криминалистики в само­стоятельную дисциплину криминалистической экспертизы. Несмот­ря на то, что эти предложения были подвергнуты резкой и обосно­ванной критике С. П. Митричевым, А. И. Винбергом [22] и другими авторами, они оказались весьма живучими и вновь были выдвинуты уже в конце 50-х годов [23].

Криминалистика — юридическая наука. Взгляд на криминалис­тику как на юридическую науку сформировался в 1952—1955 гг. и впоследствии стал господствующим как в криминалистике, так и в правовой науке в целом. Первыми с обоснованием этой концепции выступили С. П. Митричев[24], А. И. Винберг, Г. Б. Карнович, В. Г. Во время дискуссии о предмете криминалисти­ческой тактики (1955) концепция юридической природы кримина­листики была поддержана А. Н. Васильевым, А. А. Пионтковским, Г. Н. Александровым, Н. В. Терзиевым, С. А. Голунским и другими участниками дискуссии.

Содержание этой концепции и ее обоснование в настоящее вре­мя заключаются в следующем:

1) криминалистика является правовой наукой, ибо ее предмет и объекты познания лежат в сфере правовых явлений;

2) криминалистика является правовой наукой, так как ее слу­жебная функция, решаемые ею задачи относятся к правовой сфере деятельности государственных органов, к правовым процессам (расследование, судебное разбирательство);

3) все рекомендации, разрабатываемые криминалистикой для практики, носят строго выраженный правовой характер, основаны на законе, соответствуют его духу и букве; они вызваны к жизни потребностью ликвидации в нашей стране преступности и «разви­вались в советском уголовном процессе лишь с единственной целью оказания научной помощи следственным и судебным органам в отыскании истины по делу»[25];

4) криминалистика связана со многими науками — как обще­ственными, так техническими и естественными, но связи эти носят преимущественно частный и локальный характер, тогда как ос­новной «питательной средой» для криминалистики является пра­во, правовые науки, следственная, судебная и экспертная практи­ка; наконец, исторически криминалистика зародилась в рамках именно правовой — уголовно-процессуальной — науки.

Полностью разделяя эту концепцию, следует отметить, что в отличие от предыдущих она подтвердила свою жизненность. Мы не видим, в данном случае, оснований для ее пересмотра ни в настоящее время, ни в обозримом будущем, несмотря на процессы дифференциации и интеграции научного знания, которые не могут не затронуть кри­миналистику. Основанием для такого вывода служит анализ взглядов некоторых ученых, пытающихся в последнее время не­сколько изменить или «исправить» представление о правовой при­роде криминалистики.

Так, например, в 1963 г. А. А. Эйсман высказал мнение о воз­можности характеризовать криминалистику одновременно и как юридическую и как естественно-техническую науку[26]. В подтверж­дение этого взгляда он сослался на мнение специалиста в области теории государства и права А. Ф. Шебанова, который включил криминалистику в группу таких юридических наук, которые «по своему содержанию... относятся в большей своей части к наукам естественным и техническим» [27], и на тезис С. П. Митричева о том, что криминалистика является юридической наукой, изучающей, помимо прочего, и технические средства выполнения процессуаль­ных действий [28]. Двойственный характер криминалистики, по мыс­ли А. А. Эйсмана, объясняется двойственностью ее содержания, а также тем, что она является переходной, или пограничной, наукой, подобно физической химии, химической физике, биохимии и т. п.

Едва ли можно согласиться как с данной точкой зрения А. А. Эйсмана, так и с ее обоснованием.

Начнем с того, что А. Ф. Шебанов, относя криминалистику в большей ее части к наукам естественным и техническим, явно придерживается изложенной выше концепции двойственной приро­ды криминалистики, которая исходит не из двойственной оценки криминалистики в целом, а изразличной оценки различных частей данной науки.

То, что, по мнению С. П. Митричева, криминалистика, являясь юридической наукой, изучает технические средства, вовсе не дает оснований считать криминалистику не только юридической, но и технической наукой по следующим причинам. Во-первых, термин «техника» в криминалистике в значительной степени имеет ус­ловное значение; во-вторых, даже если отвлечься от этого, то и тогда нельзя не учитывать, что технические средства составляют только часть, и притом небольшую, содержания криминалистики и уже поэтому они не могут определять природу всей науки; и, наконец, в-третьих, из сказанного С. П. Митричевым вовсе не сле­дует, что юридическая наука, изучающая некоторые технические средства, в силу этого становится и технической. Технические средства изучают, например, и археология, и науковедение, кото­рые, несмотря на это, отнюдь не считаются техническими науками.

Нам кажется, что бездоказательным является и сравнение криминалистики с биохимией или физической химией. Это дей­ствительно переходные, а точнее — промежуточные, науки, расположенные на стыках между биологией и химией, физикой и хи­мией. Но понятие переходной науки вовсе не тождественно поня­тию науки пограничной. Пограничная наука не соединяет в себе начал двух разнородных наук. Она лежитнагранице двух родов наук, но принадлежит только одному из них, а не обоим сразу. Криминалистика граничит с естественными и техническими наука­ми, но принадлежит к юридическим наукам. Точно так же если бросить взгляд «с другой стороны», например со стороны есте­ственных наук, то можно сказать, что судебная медицина является пограничной наукой — лежит на границе между медицинскими и юридическими науками, но остается медицинской наукой и не при­обретает в силу своего «территориального» положения качеств науки юридической. Использование же криминалистикой методов других наук еще не дает основания пересматривать вопрос о ее природе.

Противоречивую позицию в вопросе о природе криминалистики занимает А. Н. Васильев. Наряду с многочисленными утвержде­ниями о том, что это наука юридическая, в его выступлениях иног­да выражается солидарность с взглядами М. С. Строговича, о которых уже говорилось выше[29], или содержатся высказывания о том, что криминалистика «не чисто юридическая» наука[30]. К че­му это приводит, автор постарался показать при анализе предло­женных А. Н. Васильевым определений предмета криминалистики.

Мнение о юридическом характере криминалистики в настоящее время разделяется большинством процессуалистов и ученых других юридических специальностей. Правда, иногда еще предпри­нимаются попытки как-то отделить криминалистику от других пра­вовых наук, объявляя ее не правовой, а юридической наукой, ус­матривая различие в этих терминах вопреки элементарной логике. Однако эти попытки не заслуживают серьезного внимания.

В настоящий момент среди отечественных криминалистов сформировалось следующее мнение.

Криминалистика является отраслью юридической науки. На это указывает ряд обстоятельств:

—объектно-предметная область криминалистики самым непосредственным образом связана со сферой правовых явлений и отношений;

— реализация практических функций, целей и задач криминалис­тики направлена на удовлетворение потребностей правоприменительной деятельности, практики государственных органов, ведущих борьбу с преступностью;

— разрабатываемая в криминалистике научная продукция носит четко выраженный правовой характер, основана на законе, соответствует закону и ориентирует практиков на безусловное выполнение законов;

— правовые науки, следственная, прокурорская, оперативно-ро­зыскная, экспертная и судебная практика — основная «питательная среда» для криминалистики, зародившейся в недрах уголовно-процессуальной науки.

Как составная часть юридической науки, криминалистика входит в группу наук так называемого уголовно-правового (криминального) цикла (наряду с криминалистикой сюда же отнесены уголовно-правовая и уголовно-процессуальная науки, криминология, судебная статис­тика, судебные медицина и психиатрия, теория оперативно-розыскной деятельности и ряд других дисциплин).

Большое значение для развития криминалистики, совершенствова­ния ее научной продукции как теоретического, так и прикладного ха­рактера, имеют достижения естественных, технических, общественных наук. В криминалистике активно и плодотворно реализуются многие идеи, теории, подходы, методы философской науки (в частности, логи­ки), психологии, медицины, науки управления, социологии, физики, химии, других наук неюридического профиля.