регистрация / вход

Основные методы культурологии

Методы культурологии Культурология использует систему методов, то есть различных, взаимосвязанных между собою способов изучения явлений культуры.

Методы культурологии

Культурология использует систему методов, то есть различных, взаимосвязанных между собою способов изучения явлений культуры.

В их ряду сравнительно-исторический метод. Он позволяет провести сущностное сравнение принципиально сопоставимых объектов, относящихся к разным культурам. Чрезвычайно широко распространенный обряд обрезания имеет несхожую символическую нагрузку. Так, в иудаизме значение обряда «б7рит мила», или обрезания буквально передается древнееврейским словом «брит» - завет. Он связан с наречением мальчика именем. Обрезание происходит через восемь дней после рождения. Первоначально операцию производил отец ребенка, впоследствии для этого появился специальный хирург - мохель. Мохель берет ребенка на руки после того, как он побывает на руках у всех присутствующих родственников, начиная с матери, которая находится в отдельной комнате. По обычаю, ей запрещено наблюдать за церемонией. Перед тем как передать ребенка «отцу в Боге», который будет держать его во время операции, мохель кладет ребенка на «стул Илии», символизирующий собой надежду на приход Мессии. Затем ребенка передают отцу либо кому-нибудь из почетных гостей и мохель произносит молитву с восхвалением Господа и просьбами о благоденствии младенца. Затем объявляется имя младенца. Тем самым подтверждается завет между Богом и потомками Авраама. Несомненно, совершение этого обряда замещает собой гораздо более древний обычай человеческого жертвоприношения. Точно так же с течением времени человеческие черепа превратились в маски. Кроме указанного, происхождение ритуала обрезания объясняется и гигиеническими соображениями: люди стремились предупредить возможные инфекции в условиях полупустыни, где вода являлась ценностью.

В культуре папуасов Новой Гвинеи обрезание, являясь формой символической смерти знаменует собой инициацию, то есть переход мальчика во взрослое состояние. В исламе обряд обрезания семилетних мальчиков служит, как и у иудеев, символом религиозной принадлежности и считается обязательным. Этот обряд символизирует инициацию, взросление ребенка. Вытерпеть боль - дело чести мальчика, которого задолго готовят к операции, разъясняя ему всю ритуальную важность ее. После обрезания мальчик более уже не возвращается на женскую половину дома: его отделяют от сестер и приобщают к мужчинам семьи. Обрезание обычно сопровождается праздником.

Обряд инициации, существовавший практически во всех традиционных культурах мира, обычно требовал преодоление боли юношей. «Сага о Вельсунгах» - произведение духовной культуры скандинавских народов - сохранила память о испытаниях, типичных для инициации. С помощью предательства конунг (вождь) Сиггейр захватывает в плен девятерых своих зятьёв - Вельсунгов. Прикованных к балке Вельсунгов пожирает волчица. Спастись удаётся одному Сигмунду, благодаря хитрости его сестры Сигню. Спрятанный в хижине посреди дремучего леса, куда Сигню приносит ему еду, он дожидается часа возмездия. Когда двое старших сыновей Сигню достигают десятилетнего возраста, она отсылает их к Сигмунду для испытания. Сигмунд обнаруживает, что они трусы, и по его совету Сигню их убивает. От кровосмесительной связи с братом Сигню рождает третьего сына, названного Синфьотли. Незадолго до того, как ему исполнилось десять лет, мать подвергает его первому испытанию: она пришивает рубашку к его рукам. Сыновья Сиггейра, подвергнутые тому же испытанию, воют от боли, но Синфьотли остается невозмутимым. Затем мать сдирает с него рубашку вместе с кожей и спрашивает, почувствовал ли он что-нибудь. Мальчик отвечает, что Вельсунгу нет дела до такого пустяка.

Структурно-функциональный метод предполагает разделение исследуемого явления культуры на составные части и выявление соотношения между ними. В качестве примера укажем на опыт изучения культурологом Б.А. Успенским такого своеобразного феномена, как русский мат.

Матерная брань характеризуется наличием ряда смысловых уровней - структурой. Запрет на матерную ругань объясняется негативным отношением христианства к культовым функциям мата как явления языческой культуры. Матерная ругань связана с обрядами плодородия. Эта брань восходит к языческим молитвам или заговорам. Целью ее является стимулирование брачного союза «Отца-Неба» с «Матерью-землей» и соответственно получение урожая. Использовалась она и в свадебных обрядах для магического вызова, ускоряющего рождение детей - главной опоры земледельца.

Второй уровень содержания брани связан с явлением двоеверия. Здесь в качестве субъекта действия в матерном выражении выступает пес, который понимается как противник Громовержца. Таким образом, матерная брань приобретает кощунственный характер (смысл антиповедения). Смысл матерного поведения сводится к идее осквернения земли псом. На следующем уровне выражается отношение мужчины к женщине в терминах властного установления в координатах «патриархат – матриархат».

И наконец на наиболее поверхностном и профаническом уровне мат выражает стремление ругающегося доминировать, ибо в качестве субъекта действия понимается сам говорящий, а в качестве объекта - мать собеседника.

Для лучшего понимания исследуемого явления следует упомянуть, что в христианской символике, так же как и в язычестве, пес традиционно считается «нечистым» животным.

Семиотический метод предполагает использование семиотики как науки о знаковых и символических системах и успешно применяется для понимания, например, языка искусства средневекового христианства. На протяжении Средних веков развивался культ Девы Марии. С ее именем связывали полумесяц, кипарис и оливковое дерево. Лилия символизировала чистоту Девы Марии, а белая роза, королева цветов, служила символом того, что Дева Мария - королева всех святых. Пять лепестков розы имеют дополнительные значения: их считали пятью буквами латинского написания имени Мария и пятью радостными событиями в ее жизни (Благовещение, Сошествие Святого Духа, Рождество, Введение во Храм, Иисус - ребенок во Храме). В Средние века белая роза стала также символизировать скорбные события Нового Завета (Страдание на Кресте, Путь на Голгофу с Крестом, «Коронование» терновым венцом, Распятие), а желтая и золотая – «славные» (Воскрешение, Вознесение, Нисхождение Святого Духа на Апостолов, Успение, Коронация Девы Марии на Небе). Поздние средневековые художники изображали традиционные «Семь скорбей» Девы Марии (Пророчество Симеона, Бегство в Египет, Потеря Божественного Ребенка, Встреча с Христом на его пути на Голгофу, Голгофа, Снятие с Креста и положение во Гроб) с расходящимися от ее фигуры, подобно лучам, семью саблями.

Биографический метод предполагает анализ жизненного пути деятеля культуры для лучшего понимания его внутреннего мира, который отражает систему культурных ценностей его времени. Этот метод с успехом использовался еще Плутархом (ок. 46-120 г. н.э.), жившим в Древней Греции и создавшим «Сравнительные жизнеописания».

Противоречия буржуазного массового духовного и индивидуального сознания достаточно точно отражала «философия жизни». В круг ее идей входило неверие в прогресс, представление о трудовой деятельности как некой односторонности, проявлявшейся в пожизненной закрепленности человека за конкретным видом деятельности в противоположность, например, игре как форме культуры. Главной ее особенностью был иррационализм, выступавший методом познания мира и проявлявшийся в форме символизма, интуитивизма, скептицизма. В качестве художественно-эстетической системы иррационализма предстал модернизм. Одним из модернистов был В.В. Кандинский, родившийся в Москве в 1866 г. и тридцати лет от роду, будучи профессором юридического факультета Дерптского университета, решивший оставить научную карьеру и полностью посвятить себя живописи. Он считал, что его темы - древнерусские, рыцарские, восточные - через откровения абстракции становятся импрессиями, импровизациями и композициями. Для его картин были характерны энергичные краски и простые формы. Однажды, сидя в вечерних сумерках в мюнхенкой мастерской, художник разглядел на своей картине всего лишь сочетание форм и цветов и понял, что предметность как таковая диаметрально противостоит его живописи. Этот случай стал для него знамением перехода к абстрактной живописи. Психофизиологическое воздействие цветов на человека и использование геометрических форм в качестве архетипов помогало ему, отказавшись от предметного копирования, передавать свое интуитивно-символическое видение мира, типичное для культурной ситуации XIX-XX веков (стыка веков).

Метод моделирования предполагает стремление создать модель определенного типа культуры, с тем чтобы выявить наиболее существенные его черты.

Такой метод, в частности, использовали Н. Данилевский, автор книги «Россия и Европа», О. Шпенглер, написавший «3акат Европы». Каждый из них закладывает в модель какое-либо сущностное основание, позволяющее комплексно воспринимать все культурные явления определённого периода. Иногда таких оснований было несколько. Если у Н.Я. Данилевского таковыми были органицизм и функциональность, то у О. Шпенглера - органицизм и метод аналогий. Для них картина культуры есть вечное образование и изменение, чудесное становление и умирание органических форм.

Н. Данилевский формулирует ряд законов исторического развития, вытекающих из группировки его явлений по культурно-историческим типам.

Закон 1. Всякое племя или семейство народов, характеризуемое отдельным языком или группой языков, довольно близких между собою, для того чтобы сродство их осуществлялось непосредственно, без глубоких филологических изысканий, составляет самобытный культурно-исторический тип, если оно вообще по своим духовным задаткам способно к историческому развитию и вышло уже из младенчества.

Закон 2. Дабы цивилизация, свойственная самобытному культурно-историческому типу, могла зародиться и развиваться, необходимо, чтобы народы, к нему принадлежащие, пользовались политической независимостью.

Закон 3. Начала цивилизации одного культурно-исторического типа не передаются народам другого типа. Каждый тип вырабатывает ее для себя при большем или меньшем влиянии, чуждых, ему предшествовавших или современных цивилизаций.

Закон 4. Цивилизация, свойственная каждому культурно-историческому типу, тогда только достигает полноты, разнообразия и богатства, когда разнообразны этнографические элементы, его составляющие - когда они, не будучи поглощены одним политическим целым, пользуясь независимостью, составляют федерацию или политическую систему государств.

Закон 5. Ход развития культурно-исторических типов всего ближе уподобляется тем многолетним одноплодным растениям, у которых период роста бывает неопределённо продолжителен, но период цветения и плодоношения - относительно короток и истощает раз навсегда их жизненную силу.

В отличие от Н. Данилевского, О. Шпенглер для определения самобытности культуры, точнее ее проявления в определенном типе, вводит понятие прафеномена культурной формации. Это значит, что Шпенглер понимает под этим понятием идейную основу, которую можно воспринять, но нельзя проанализировать.

Прафеномен связан с «душевным телом». Душа, по Шпенглеру, пребывала тем, чем она и была: чем-то не укладывающимся ни в мысли, ни в представления, тайной, вечным становлением, чистым переживанием. Это воображаемое душевное тело есть не что иное, как точное отображение картины, в которой зрелый культурный человек созерцает свой внешний мир. Картина души имеет своё направление глубины, свой горизонт, свою ограниченность или бесконечность. Картина души культуры есть всегда лишь картина какой-то вполне определенной души. Различия были вполне существенными. Античный - аполлонистический - человек взирал на свою душу как на некий упорядоченный в группу прекрасных частей космос. А в европейской культуре присутствует функциональный порядок. Аполлонистическая (античная) картина души резко противостоит фаустовской, или европейской, картине души. Душевное тело противостоит душевному пространству. Тело обладает частями, в пространстве протекают процессы.

Моделируя по этим основаниям типы культур, О. Шпенглер, используя метод аналогий, нередко применяет к формациям совершенно иного плана, чем европейская, чуждые им понятия. Его тезис о том, что фаустовская, европейская культура есть культура воли, сводится к конечной цели: показать Европе ее судьбу, то есть выражение в высшей степени исторической предрасположенности ее души. Нарушение принципа историзма ведет к назидательности и стремлению подвести все аргументы под заранее сформулированную концепцию, универсальную идею, типологизирующую все явления жизни. В тоже время плодотворной для понимания развития (динамики) культуры, является его идея о том, что завершающая стадия развития принимает форму цивилизации. Ее чертами являются следующие особенности:
а) город вытесняет деревню;
б) народ превращается в массу;
в) человек теряет связь с природой, с культурным творчеством;
г) ему свойственна утрата религиозности, благоговения перед культурными традициями.
На первый план в его жизни выходят инстинкты, жажда денег, холодный ум, обесценивание человеческой личности. Метод моделирования, несомненно, актуален, выявляет тенденции развития и функционирования культурного процесса. Его современное использование невозможно без критического отношения к нему. До сих пор это прикрывалось притязанием всех моральных систем на временную и пространственную общезначимость, тем, что каждая отдельная культура, будучи унифицированным существом высшего порядка, обладает своей собственной редакцией морали, а значит собственной системой оценок значимости и самодостаточности той или иной культуры.

Мировая политика сегодня вступает в такую фазу, когда идеология и экономика не будут больше служить главным источником конфликтов. Великим водоразделом внутри человечества и доминирующим источником конфликтов станет культура. Главные конфликты глобальной политики будут происходить между странами и группами стран различных цивилизаций. В эпоху холодной войны существовало разделение на первый, второй и третий мир. Оно себя исчерпало. Гораздо больший смысл имеет попытка сгруппировать страны не по их политическим либо экономическим системам или уровню экономического развития, а по их культуре и цивилизации.

Цивилизация - высшая форма объединения людей по уровню культуры и наиболее всеобъемлющий принцип их культурной идентификации, если не считать того, что выделяет людей среди других видов. Очевидно, что цивилизации смешиваются и находят одна на другую и могут включать в себя субцивилизации. У западной цивилизации два основных варианта - европейский и североамериканский, у исламской - арабский, турецкий, малайский. Различия между ними редко бывают ярко выражены, хотя цивилизационные несходства вполне реальны. Цивилизации возникают, приходят в упадок, разделяются, сливаются, исчезают. Мир в значительной степени будет формироваться в результате взаимодействия семи или восьми главных цивилизаций. Это западная, конфуцианская, японская, исламская, индуистская, славянско-православная, латиноамериканская и, возможно, африканская цивилизации. Основные и наиболее кровавые столкновения (не только в физическом, политическом, но и в духовно-идеологическом смысле) будут проходить по линиям разлома между этими цивилизациями. Причины этого следующие:

1. Различия между цивилизациями глубинны, они проявляются в истории, языке, культуре, традициях и религии. В разных цивилизациях существуют разные взгляды на отношения между Богом и человеком, гражданином и государством, родителями и детьми, свободою и властью, равенством и подчинением. Эти различия - продукт столетий и исчезнут не скоро.

2. Мир становится меньше, то есть усиливается взаимодействие между людьми разных цивилизаций. Эти взаимодействия усиливают цивилизационное самосознание, обостряется понимание различий между цивилизациями и сообществами внутри них. К примеру, американцы негативнее относятся к японским капиталовложениям, чем к более крупным капиталовложениям Канады и европейских стран.

3. Экономические и социальные перемены разделяют людей, принадлежащих к давно сложившимся местным сообществам. В большей части мира эти бреши заполняет религия, зачастую в форме таких движений, которые мы называем фундаменталистскими. Такие движения возникли в западном христианстве, иудаизме, буддизме и исламе.

4. Рост цивилизационного самосознания усиливается в настоящий момент тем обстоятельством, что когда Запад находится в зените своего могущества, явление, которое можно назвать «возвращением к корням», наблюдается среди незападных цивилизаций – «азианизация» в Японии, исчерпание наследия Неру и «индуизация» Индии, крах западных социалистических и националисти -ческих идей и отсюда «реисламизация» Ближнего Востока, а также нынешние дебаты между западничеством и русофильством в постсоветской России. Еще более важно то, что усилия Запада утвердить свои демократические ценности и либерализм в качестве универсальных ценностей, сохранить своё военное превосходство и расширить сферу экономических интересов порождают ответную реакцию других цивилизаций. Так, например, интервенция НАТО в Сербию оживила славяно-православные движения в России, выступавшие под антиамериканскими лозунгами. Наиболее выразительный пример антизападного союза - совместный вызов западным ценностям со стороны конфуцианских и исламских стран.

5. Культурные характеристики и различия менее изменчивы и поэтому труднее разрешимы, чем политические и экономические. В бывшем Советском Союзе коммунисты могут стать демократами, богатые - бедными и наоборот, но русские не могут стать эстонцами.

6. Усиливается экономический регионализм. Успешный экономический регионализм будет усиливать цивилизационное самосознание. В то же время экономический регионализм может быть успешным, только если он укоренён общей цивилизацией. Европейское сообщество покоится на общем фундаменте европейской культуры и западного христианства. Напротив, Япония сталкивается с трудностями в попытке создать сравнимое экономическое сообщество в Восточной Азии, поскольку японское общество и цивилизация уникальны. В обозримом будущем единой цивилизации не будет. Будет мир разных цивилизаций и культур, которым придется научиться сосуществовать друг с другом.

Приведенные выше рассуждения показывают, что несмотря на то, что метод моделирования способен вызвать множество критических замечаний, потребность в нем, несомненно, есть. Построение схематического изображения культуры, как в целом, так и ее отдельных структурных элементов, позволит лучше понять общее и различное, специфику ее целостности. Этот метод помогает найти пути разрешения культурно-цивилизационных конфликтов современного общества, уяснить законы истории культуры.

Психологический метод предполагает возможность выяснить посредством анализа мемуаров, хроник, мифов, летописей, эпистолярного наследия, трактатов наиболее типические реакции людей той или иной культуры на наиболее значимые для них явления: голод, войны, эпидемии. Такие реакции проявляются как в форме социальных чувств, так и ментальности в целом. Под ментальностью, менталитетом понимается как причина, то есть социально-биологическая обусловленность духовности, так и следствие, то есть готовность к действию, психологическая установка.

Применение психологического метода позволяет через уяснение характера той или иной культуры воспринять мотивацию, логику культурных действий. Понимание мысли известнейшего западноевропейского богослова XV в. Фомы Кемпийского, автора книги «О подражании Христу», о том, что не следует гордиться своими добрыми делами, ибо Суд Божий отличен от суждений человеческих и то, что радует человека, часто не радует Бога, должно основываться на символическом характере средневековой культуры. Символизм как характеристика мироощущения того времени предполагал в качестве критериев истины:
а) доказательство авторитетом Священного Писания
б) доказательство чудом
в) доказательство древностью.

Диахронический метод предполагает выяснение хронологической, то есть временной последовательности изменения, появления и протекания того или иного явления культуры.

Синхронический метод состоит в анализе изменения одного и того же явления (скажем, феномена православия или идеи патриотизма в русской культуре) на разных этапах единого культурного процесса. Кроме указанного, синхронический метод также возможно понимать (В.А. Сапрыкин) как совокупный анализ двух или нескольких культур на протяжении определённого времени их развития с учётом существующих связей и возможных противоречий.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий