Смекни!
smekni.com

Рыцарство как эстетический и нравственный идеал средних веков (стр. 2 из 3)

Гобиссон (legaubisson). Рыцари носили поверх рубашки гобиссон, нечто вро­де длинной фуфайки из стеганой тафты или кожи с подкладкой из шерсти, пакли или волоса, чтобы ослабить удар. Это платье защищало от железных ко­лец брони, которые могли бы вонзиться в тело даже тогда, когда броня осталась непроколотой.

Панцирь, броня(le haubert ou cuirasse). Род кольчуги из стальных плотных колечек, которая покрывала рыцаря от шеи до бедер; к ней впоследствии приба­вили рукава и наножники (leschausses) из колечек; стальная бляха на груди прикрывала броню; капюшон, также из колечек, висел на спине; им рыцарь накрывал голову, когда снимал шлем. Впоследствии кольчугу заменили лата­ми, нагрудниками, наручами и набедренниками, также железными. Все части этих доспехов были так между собою скованы, что не препятствовали свобод­ным движениям, потому что они сдвигались и раздвигались.

Супервест (lacotted'armes). Сверх брони и лат надевали нечто вроде корот­кого плаща-накидки без рукавов, с рыцарским гербом, часто из золотой илисеребряной парчи, оторо­ченной дорогим мехом; под ним носили шарф, или перевязь, или кожа­ный пояс с позолоченны­ми гвоздями, на которые навешивался меч.

Набедренники (lestassettes). Это были желез­ные пластины, прикрепленные к броне, от пояса до половины бедер.

Нарамники, или на­плечники, и наколенники (epauliresetgenouilleres). Это также были железные пластины, которые при­крывали плечи и колени, не затрудняя движений; первые прикреплялись к нагруднику, вторые к набедренникам.

Ztfum(Vecuoubouclier). Тот, который не употреб­лялся в боях, был дере­вянный, обтянутый кожей, железом или другим твер­дым материалом, чтобы вы­держивать удары копья. Слово ecu происходит от ла­тинского scutum — назва­ние, данное римлянами продолговатому, обтянуто­му кожей щиту. На щитах изображались гербы. Отсю­да название старинной французской монеты -экю, на которой был изо­бражен щит Франции.

Вооружение оруженосца. Оруженосец не имел ни нашлемника, ни желез­ных наручей и наножников; он носил шишак, гобиссон и стальной нагруд­ник.

Вооружение лошади. Голову лошади тщательно закрывали или металли­ческим, или кожаным наголовником, грудь — железными пластинами, а бока — кожей. Кроме того, ее покрывали попоной или чепраком из бар­хата или из другой материи, на которых были вышиты гербы рыцаря. Ос­нащенные таким образом лошади назывались leschevauxbardes (латные лошади).

Наступательное вооружение:

Копье (lalance). Копья делались из прямого и легкого дерева, такого как сосна, липа, вяз, осина и другие; самые лучшие были ясеневые. В верхний конец копья плотно вставлялось стальное острие. Рыцарское знамя или флюгарка с длинным развевающимся концом прикреплялись к верхушке копья.

Оруженосец не имел копья; он мог сражаться только со щитом и мечом. Но если он носил звание poursuivantd'armes, то мог быть в полном рыцарском вооружении, за исключением особых отличий, таких как золоченые шпоры и прочее.

Меч (1а ёрёе). Он был широк, короток, крепок, заострен только с одной стороны и хорошо закален, чтоб не ломаться о латы и шлемы. Позднее мечи стали делать очень длинными, соразмерно широкими и заостренными. Эфес меча всегда был в виде креста.

Кинжал (lamisericorde). Это оружие носили у пояса. Название lamisericorde (пощада, милосердие) дано было кинжалу, потому что в бою грудь с грудью, когда и копье и меч из-за своей длины становились бесполезными, рыцарь при­бегал к этому оружию, чтобы заставить лежачего врага просить пощады.

Алебарда (lahached'armes). Колюще-рубящее оружие в виде длинного ко­пья с насаженным на него двойным лезвием: одним как у обыкновенного топо­ра, а другим длинным заостренным, иногда с двумя расходящимися концами.

Палица или булава (lamasseoumassue). Это ударное или метательное ору­жие состояло из толстой, в объем руки взрослого человека, дубины, около мет­ра длиной, с кольцом на одном конце, к которому прикрепляли цепь или креп­кую веревку, чтоб палица не вырвалась из рук; другой конец был окован метал­лом или утыкан остроконечными гвоздями; если же это была булава, то на него был насажен или прикреплен к трем цепям металлический шар.

Мушкельиливоенныймолот(le mail ou maillet et le marteau d'armes). Эти два оружия различались только тем, что оба оборота мушкеля были немного закруг­лены, а у военного молота один конец закруглен, а другой заострен.

Кривойнож (le fauchon ou fauchard). Это оружие редко употреблялось в бою; нож был с длинной рукояткой и заострен с обеих сторон наподобие обоюдоост­рого серпа.

Таково было оборонительное и наступательное вооружение рыцарей. Прав­да, оно было очень тяжелым, и надо было обладать большой физической силой, чтобы, как часто приходилось рыцарям, по целым дням не снимать такого воо­ружения и переносить в нем все трудности пути и битвы. Кроме того, от рыца­рей требовались большая ловкость, легкость и живость, чтобы вскакивать на коня и соскакивать с него, не трогая стремени; требовалось умение владеть копьем, мечом и алебардой в том же тяжелом вооружении. Естественно, что такому искусству учились долго и с трудом и необходимо было привыкать к этому с детства.

Конечно, с течением времени в вооружении рыцарей многое изменилось, в особенности когда был изобретен порох и тяжелое холодное оружие заменилось более легким огнестрельным. [15, c 31-33]

Жизнь рыцарства

Понятие рыцарства прежде всего связывалось с определенным образом жизни. Он требовал специ­альной подготовки, торжественного посвящения и не такой, как у обычных людей, деятельности. Эпи­ческая и куртуазная литература дает нам об этом довольно подробное представление, хотя, возможно, несколько обманчивое из-за ее идеологически кон­сервативного характера и нуждающееся в неко­торой корректировке, для чего мы воспользуемся повествовательными источниками и данными архео­логии.

Жизнь будущего рыцаря начиналась с долгого и непростого обучения сначала в родительском доме, а затем, с десяти или двенадцати лет, у богатого крестного или могущественного покровителя. Цель начального, семейного и личного образования — научить элементарным навыкам верховой езды, охоты и владения оружием. Следующий этап, более длительный и более сложный, уже представлял со­бой настоящее профессиональное и эзотерическое посвящение. Он проходил в группе. На каждой ступени феодальной пирамиды сеньора окружало не­что вроде «рыцарской школы», где сыновья его вас­салов, его протеже и, в некоторых случаях, его ме­нее состоятельные родственники обучались военному мастерству и рыцарским добродетелям. Чем влиятельнее был сеньор, тем больше набиралось у него учеников.

До шестнадцати-двадцатитрехлетнего возраста эти юноши выполняли роль домашнего слуги или оруженосца своего покровителя. Прислуживая ему за столом, сопровождая на охоте, участвуя в увесе­лениях, они приобретали опыт светского человека. А занимаясь его лошадьми, поддерживая в порядке его оружие и, позже, следуя за ним на турнирах и полях сражений, они накапливали знания, необхо­димые военному человеку. С первого дня выполнения этих обязанностей и до момента посвящения в рыцари они носили звание оруженосца. Те из них, кому не удавалось стать рыцарями из-за отсутствия состояния, заслуг или подходящего слу­чая, сохраняли это звание на всю жизнь, ведь назы­ваться рыцарем можно было только после посвяще­ния.

В исследуемый период ритуал посвящения в ры­цари еще не закрепился окончательно, и эта церемо­ния могла проходить по вкусам участников, как в ре­альной жизни, так и в литературных произведениях. Разница обряда посвящения в рыцари прежде всего зависела от того, когда проводилась церемония — в военное или в мирное время. В первом случае цере­мония происходила на поле боя до начала сражения или после победы, и тогда она была овеяна славой, хотя все произносили традиционные слова и произ­водили те же самые ритуальные жесты. Церемония обычно состояла из возложения меча и символичес­кого «удара по шее» (colee). Посвящение в мирное время связывалось с большими религиозными празд­никами (Пасха, Пятидесятница, Вознесение) или с важными гражданскими событиями (рождение или свадьба правителя, примирение двух суверенов). Это почти литургическое действо могло состояться во дворе замка, в церковном притворе, на общест­венной площади или на травке какого-нибудь луга. Будущему рыцарю требовалась особая сакрамен­тальная подготовка (исповедь, причастие) и ночьразмышлений в церкви или часовне. За церемонией посвящения следовали дни пиршеств, турниров и увеселений.

Сакральный характер носило и само проведение церемонии. Она начиналась с освящения оружия, которое затем «крестный отец» посвящаемого в ры­цари вручал своему «крестнику»: сначала меч и шпоры, потом кольчугу и шлем, и, наконец, копье и щит. Бывший оруженосец облачался в них, прочитывая при этом несколько молитв, и произносил клятву соблюдать правила и обязанности рыцар­ства. Церемонию завершал тот же символический жест «удар по шее», его происхождение и значение остаются спорными по сей день. Существовали разные способы «удара по шее»: чаще всего тот, кто совершал церемонию, стоя сильно ударял посвя­щаемого ладонью по плечу или затылку. В некото­рых английских графствах и областях Западной Франции этот жест сводился к простому объятию или крепкому рукопожатию. В XVI веке «удар по шее» совершали уже не рукой, а посредством лезвия меча и сопровождали ритуальными слова­ми: «Именем Бога, Святого Михаила и Святого Геор­гия я посвящаю тебя в рыцари». Несмотря на суще­ствование различных объяснений, сегодня в этой практике историки более склонны видеть пере­житки германского обычая, по которому ветеран передавал свою доблесть и свой опыт молодому во­ину.