Смекни!
smekni.com

Стилистический анализ произведения Достоевского "Дневник писателя" (стр. 2 из 6)

Значительную роль в «Дневнике писателя» играют метафоры, которые помогают полностью раскрыть сущность происходящего, характеры героев: «оставило во мне самое глубокое и сильное впечатление на всю потом жизнь и где всё полно для меня самыми дорогими воспоминаниями» (передает незабываемые ощущения автора); «Без святого и драгоценного, унесенного в жизнь из воспоминаний детства, не может и жить человек», «Воспоминания эти могут быть даже тяжелые, горькие, но ведь и прожитое страдание может обратиться впоследствии в святыню для души» (передает значимость детства в жизни каждого человека); «Но беда в том, что никогда еще не было эпохи в нашей русской жизни, которая столь менее представляла бы данных для предчувствования и предузнания всегда загадочного нашего будущего, как теперешняя эпоха»; «Затем, чуть-чуть вы вселите в него доверчивость вашим ответом и готовностью отвечать ему, он тотчас, впрочем опять-таки с осторожностью, меняет любопытный вид на таинственный, приближается к вам и спрашивает, уже понижая голос: «А нет ли, дескать, чего особенного?»; «Слабая, нежненькая, совсем не сформировавшаяся грудка такого маленького ребенка приучена уже к такому ужасу»; «Удивительные в наше время попадаются отцы!» (передает удивление и возмущение автора); «Попытки эти иногда даже и с прекрасным началом, но невыдержанные, незаконченные, а иногда так и совсем безобразные»; «циническую, озлобленную леность»; «Большинство же путается, теряет нитку и, наконец, махает рукой» (передает безвыходное положение общества); «Без зачатков положительного и прекрасного нельзя выходить человеку в жизнь из детства, без зачатков положительного и прекрасного нельзя пускать поколение в путь»; «Одним словом, я хочу сказать, что тащить это дело Джунковских в уголовный суд было невозможно»; «Детские сердца мягки»; «но нанять учителя для преподавания детям наук не значит, конечно, сдать ему детей, так сказать, с плеч долой, чтоб отвязаться от них и чтоб они больше уж вас не беспокоили»; «Сердечная, всегда наглядная для них забота ваша о них, любовь ваша к ним согрели бы как теплым лучом всё посеянное в их душах, и плод вышел бы, конечно, обильный и добрый»; «Наконец, ребенка доброго, простодушного, с сердцем прямым и открытым – вы сначала измучаете, а потом ожесточите и потеряете его сердце»; «Великий восточный орел взлетел над миром, сверкая двумя крылами на вершинах христианства»; «На этот раз, однако, он поразил меня твердостью и горячею настойчивостью своего мнения об «Анне Карениной»; «Захваченные в круговорот лжи, люди совершают преступление и гибнут неотразимо: как видно, мысль на любимейшую и стариннейшую из европейских тем» (передает безнравственность общества); «Так как общество устроено ненормально, то и нельзя спрашивать ответа с единиц людских за последствия»; «Теперь, когда я выразил мои чувства, может быть, поймут, как подействовало на меня отпадение такого автора, отъединение его от русского всеобщего и великого дела и парадоксальная неправда, возведенная им на народ в его несчастной восьмой части, изданной им отдельно. Он просто отнимает у народа всё его драгоценнейшее, лишает его главного смысла его жизни. Ему бы несравненно приятнее было, если б народ наш не подымался повсеместно сердцем своим за терпящих за веру братий своих; «Известия об этих ужасах проникли и к нам в Россию, в интеллигентную публику и, наконец, в народ»; «сердцем своим был заодно с царем своим»; «Это мнение нелепое, идущее прямо против факта, и в устах князя оно легко объясняется: оно исходит от одного из прежних опекунов народа»; «Умный Левин мог бы понять гораздо более его, но его сбило с толку соображение, что народ не знает истории и географии».

Для придания экспрессии автор неоднократно обращается к лексическим повторам, тавтологии: «Что представила до сих пор эта, лишь начинающаяся, впрочем, но столь важная по значению в будущем, новая корпорация, и на что она в состоянии ответить? На это лучше не отвечать»; «О, ответов, конечно, будет множество, пожалуй, еще больше, чем вопросов, - ответов добрых и злых, глупых и премудрых, но главный характер их, кажется, будет тот, что каждый ответ родит еще по три новых вопроса, и пойдет это всё crescendo. В результате хаос, но хаос бы еще хорошо: скороспелые разрешения задач хуже хаоса»; «Да совершится же это совершенство и да закончатся наконец страдания и недоумения цивилизации нашей!»; «живая жизнь»; «становится всё более и более случайным семейством. Именно случайное семейство - вот определение современной русской семьи»; «всё это, бесспорно, родит и родило уже вопросы»; «А главное, - нечего и говорить об этом. Вынесут. Конечно, вынесут, и без нас вынесут, и без ответчиков и при ответчиках».

Автор не остановился на использовании метафор. В произведении встречаются гиперболы, как разновидность метафоры. Они придают содержанию еще больше экспрессивности и значимости. Приведу примеры: «переходное и разлагающееся состояние общества порождает леность и апатию»; «столь крутой перелом жизни»; «…еще горящих огнем ревности»; «Могуча Русь, и не то еще выносила. Да и не таково назначение и цель ее, чтоб зря повернулась она с вековой своей дороги, да и размеры ее не те»; «и вот я вновь погрузился в весьма неприятные соображения»; «юноша вступает в жизнь один как перст, сердцем он не жил, сердце его ничем не связано с его прошедшим, с семейством, с детством»; «Но это еще лучшие из детей, а ведь большинство-то их уносит с собою в жизнь не одну лишь грязь воспоминаний, а и самую грязь, запасется ею даже нарочно, карманы полные набьет себе этой грязью в дорогу, чтоб употребить ее потом в дело и уже не с скрежетом страдания, как его родители, а с легким сердцем»; «Вспомните тоже, что лишь для детей и для их золотых головок…»; «чистый сердцем Левин»; «Правда, это человек горячий»; «Тут трунить и смеяться опять-таки нечего: слова эти старые, вера эта давнишняя, и уже одно то, что не умирает эта вера и не умолкают эти слова, а, напротив, всё больше и больше крепнут, расширяют круг свой и приобретают себе новых адептов, новых убежденных деятелей»; «хотя Европа еще далеко не понимает его и долго будет не верить ему»; «Россия обнажает меч против турок, но кто знает, может быть, столкнется и с Европой - не рано ли это?»; «Прирожденность ли нам и естественность братства нашего, всё яснее и яснее выходящего в наше время наружу из-под всего, что давило его веками, и несмотря на сор и грязь, которая встречает его теперь, грязнит и искажает черты его до неузнаваемости?»; «Из краткого разговора с ним я всегда уношу какое-нибудь тонкое и дальновидное его слово»; «Зло и добро определено, взвешено, размеры и степени определялись исторически мудрецами человечества, неустанной работой над душой человека и высшей научной разработкой над степенью единительной силы человечества в общежитии»; «Разумом, что ли, дошел я до того, что надо любить ближнего и не душить его?»; «Сергей Иванович только что бросился, всецело и с азартом, в славянскую деятельность, и комитетом на него много возложено».

Далее следует обратиться к сравнениям, к важной части повествования, поскольку большую образность создают именно они. Чтобы подтвердить эту точку зрения, хотелось бы проиллюстрировать некоторые из них: «Мысль эта выражена Пушкиным не как одно только указание, учение или теория, не как мечтание или пророчество, но исполнена им на деле, заключена вековечно в гениальных созданиях его и доказана ими»; «Всем этим народам он сказал и заявил, что русский гений знает их, понял их, соприкоснулся им как родной»; «Вместо нее мы, конечно, могли бы указать Европе прямо на источник, то есть на самого Пушкина, как на самое яркое, твердое и неоспоримое доказательство самостоятельности русского гения и права его на величайшее мировое, общечеловеческое и всеединящее значение в будущем»; «Мало того: вряд ли у таких, как Левин, и может быть окончательная вера»; «Я хочу только сказать, что вот эти, как Левин, сколько бы ни прожили с народом или подле народа, но народом вполне не сделаются».

Достоевский в своем произведении использует довольно яркий глагольный ряд. Это придает описанию подвижность, экспрессию. Приведу ряд глаголов, передающих вышеизложенную речь: с которым вижусь редко, но мнение которого глубоко ценю (указывает на уважение автором своего знакомого); я узнал при этом кое-что весьма любопытное (указывает на источник информации); сорок лет я там не был и столько раз хотел туда съездить (передает сожаление); отнюдь я не желаю их повторения; сказал мне мой собеседник (источник информации); в вагонах я заметил (указывает на наблюдательность автора); простонародье выслушивало и расспрашивало (источник информации).