Смекни!
smekni.com

Приемы и методы создания индивидуального имиджа (стр. 6 из 9)

Состояние гипноза характеризуется своеобразной блокировкой сознания: в то время как органы чувств (слух, зрение...) работают нормально и от них поступают в мозг нервные импульсы, в созна­ние эта информация не проникает: оно блокировано словесным воздействием гипнотизера; в результате загипнотизированный не осознает информацию, поставляемую ему (его сознанию) собствен­ными органами чувств. Таким образом, загипнотизированный че­ловек может находиться с открытыми глазами и при этом ничего не видеть вокруг себя; точнее, на сетчатке его глаз внешние пред­меты отражаются, нервные импульсы по зрительным нервам до­стигают мозга, но в кору (заведующую сознанием) не поступают (это состояние называют «негативной галлюцинацией» — терми­ном, по нашему мнению, не очень удачным).

Одновременно с этим в подобном состоянии у человека можно вызвать видения того, что в его окружении отсутствует («Вы в саду» — и человек видит деревья). Возникает эффект «центрального зрения», когда появляющиеся в мозгу образы вызываются не органами чувств, а словами гипнотизера (так называемая позитивная галлю­цинация). И это явление дает нам основание сделать весьма важ­ный (хотя и не имеющий прямого отношения к теме «гипноз») для понимания проблем экстрасенсорного восприятия вывод: человек может видеть (в смысле осознавать зрительные образы) не только глазами (как Вы сейчас видите эти буквы), но и мозгом: зрительный образ может возникать в сознании не только благодаря действию органа чувств — глаз, но и вопреки его действию, а благодаря воз­никшему от непосредственного воздействия извне на кору голов­ного мозга очагу возбуждения в зрительных отделах коры. Отсюда: видеть можно и без глаз, т.е. помимо органов чувств, т.е. экстрасен­сорным путем. Другой разговор — что видеть: то, что создано орга­нами чувств, или то, что создано помимо органов чувств — экстра­сенсорным путем (ведь когда я попрошу Вас представить лицо хорошо знакомого Вам человека, Вы увидите это лицо экстрасен­сорным путем). Таким образом, вполне реально прямое воздействие на корковые зоны органов чувств, минуя сами органы.

И коль скоро мы заговорили о физиологии центральной нервной системы, следует еще отметить: есть мнение (автору не известны экспериментальные его доказательства, хотя это не противоречит теории), что в состоянии гипноза уменьшается активность левого полушария мозга и активизируется его правое полушарие .

Гипнотическое состояние сознания характеризуется не только блокировкой сознания от внешних сигналов (кроме голоса гипно­тизера), но и блокировкой собственных желаний, потребностей, установок. Под гипнозом человек желает только того, что исходит от гипнотизера; какая-либо инициатива полностью отсутствует; свободная воля практически подавлена, как подавлена и критика.

И в этой связи весьма важной является следующая проблема:

3. ГИПНОЗ И СТЕПЕНЬ СВОБОДЫ В ПОСТУПКАХ

Система личности каждого человека представляет собой кар­кас ценностей типа «это — хорошо», «это — плохо» («любить лю­дей — это хорошо», «красть — это плохо», «чистить зубы — это хо­рошо», «делать недобросовестно — это плохо» и т.п.). И именно этими своими ценностными ориентациями человек руководству­ется в жизни: если его не вынуждают обстоятельства, то он обычно делает то, что считает хорошим, и не делает то, что сам считает пло­хим.

Но состояние гипноза — это состояние блокирования созна­ния не только для информации извне, но и для информации «из­нутри» — из собственной системы ценностей данной личности (где и записано, что такое хорошо и что такое плохо).

Человеку в его обычном (не гипнотическом) состоянии дают лист бумаги и говорят: «Разорвите этот лист». Большинство наших слу­шателей (на наших тренингах) на это реагировали так: «А зачем?» И в этом вопросе скрыто стремление выяснить: соответствует ли его собственным ценностям цель данной просьбы, цель данного поступка (разрыва листа бумаги). При повторной просьбе это сде­лать многие из них это делают, но при этом испытывают некий психи­ческий диссонанс: все-таки что-либо уничтожать «просто так» — это не соответствует одной из их ценностных ориентации — «не уничтожать» без надобности имущество. Но насколько эта ценность («не уничтожать») сильна? Ведь кто-то и не стал спрашивать «а за­чем?», а просто взял и, не испытывая при этом почти никакого дис­комфорта, разорвал лист; кто-то спросил, а затем почти спокойно это сделал; а кто-то, делая это, «пересиливал себя» — приносил в жертву одну ценность («не уничтожать») ради достижения другой ценности (либо чтобы уважаемому человеку — профессору реали­зовать его просьбу, что является ценностью; либо ради ценности «послушания» — вот так он воспитан: «надо слушаться старших»).

Но если бы всех этих людей погрузить в гипноз и дать такую же команду, практически они все выполнили бы ее без какого-либо внутреннего сопротивления — собственная ценностная ориента­ция «не уничтожать» оказалась бы слабее приказа гипнолога. Так же многие выполнили без гипноза и команду «разорвать эту бро­шюрку1», хотя «многие» означает, что некоторые при этом все-таки «переживали», что можно заметить по некоторой медлительности в выполнении (по сравнению с выполнением команды «разорвать лист»). И это понятно: установка «не рвать книги» — более силь­ная, чем установка «не рвать бумагу (да к тому же чистую)». И тем не менее — разорвали брошюрку, принося таким образом в жертву одну свою ценность ради достижения другой, которая сейчас до­минирует — ценности послушания (которая в данном случае создана искусственно: «Вы будете слушаться меня и выполнять все мои ко­манды»). Ну а под гипнозом они поступили с брошюркой точно так же, как с чистым листом бумаги, — разорвали.

Но насколько далеко так можно уйти, какие еще ценности че­ловек может под гипнозом принести в жертву ради ценности по­слушания? Ответ на этот вопрос и есть ответ на проблему о свободеволи под гипнозом: может ли человек сделать под гипнозом все, что угодно гипнотизеру, вопреки всем своим ценностям, или нет?

...Испытуемому, находившемуся под гипнозом, дали в руки склянку и сказали, что в ней азотная кислота (испытуемый по сво­ему образованию знал, что это такое). На самом деле в склянке была безобидная жидкость. Затем человека подвели к другому человеку и приказали вылить «кислоту» тому в лицо. Испытуемый не выпол­нил команду — ценность «послушания» оказалась все-таки мень­шей, чем ценность «здоровья другого человека». Тогда последовал новый приказ гипнотизера с информацией, что стоящий перед ним человек готов убить ребенка. Загипнотизированный выполнил ко­манду — плеснул в лицо «кислоту», проявив таким образом систему своих ценностей: ценность «жизнь ребенка» плюс ценность «по­слушание» оказались выше ценности «здоровье другого человека».

А вот еще один пример эксперимента, участником которого был автор. Испытуемому в гипнозе дали в руки картонный нож и сказа­ли, что это настоящий нож. Затем ему дали команду «ударь ножом в грудь» другого человека. Загипнотизированный не выполнил команду (ценность «жизнь человека» оказалась выше ценности «по­слушание»); ему повторили команду еще и еще раз (повышали цен­ность «послушания») и, наконец, он выполнил команду — «ударил ножом в грудь», но — рукояткой в грудь, а не острием лезвия. И та­ким образом его подсознание (а в гипнозе человеком управляет только подсознание) как бы «схитрило» — удовлетворило ценность послушания (ударил) и удовлетворило ценность жизни другого че­ловека (не убил).

Таким образом, человек под гипнозом будет сопротивляться команде, если его действия будут противоречить достаточно вы­сокой для него ценности (по сравнению с ценностью послушания); и не будет активно сопротивляться команде, если она хотя и про­тиворечит какой-либо его ценности, но последняя для него не очень высокая — «нельзя рвать брошюрки» (в том числе и по сравнению с ценностью послушания, которая у него могла быть достаточно выражена и до гипнотизации — по его характеру).

И получается, что подобным образом можно выявить, что для человека очень ценно, что менее ценно, а что совсем не ценно, хотя он и говорит нам, что это для него важно. Но известно: то, что в соз­нании человека (а говоря «поверьте, это для меня очень важно», он проявлял свое информационное поле сознания), не всегда соот­носится с тем, что в его подсознании, которое в основном и управляет поведением людей. Следовательно, посылаемая под гипнозом команда будет реализована или не реализована в зависимости не от системы осознаваемых ценностей («я знаю, что жестокость — это плохо» — это в сознании человека), а от системы ценностей под­сознания (где жестокость может оцениваться с плюсом). Отсюда вывод: то, что называют «волей» применительно к гипнотическо­му состоянию, есть система подсознательных ценностей, которая и проявляется в реализации или нереализации команд гипнотизера. Иначе говоря, гипноз мог бы быть использован и для психодиагно­стики системы истинных (подсознательных) ценностей человека. Однако обычно гипноз используется для других целей.

4. ЦЕЛИ ПРИМЕНЕНИЯ ГИПНОЗА

Таких целей несколько, и все они основаны на одном принципе гипнотизации — инактивации сознания и, как следствие, активи­зации подсознательного информационного поля, выявлении того, что находится в подсознании у человека.

И получается, что одна из основных целей гипноза — выявление содержания подсознания, что важно, например, в интересах психо­патологической диагностики.

Ведь известно, что все, что когда-либо происходило с челове­ком, все, что когда-либо воздействовало на него (и неважно, осоз­навал человек это воздействие или не осознавал, например, «увидел, но не обратил внимания (не осознал увиденное)»), все это оседает в его подсознательном информационном поле, в том числе и так называемые психотравмирующие ситуации. Например, в детстве с ре­бенком обошлись ужасным образом, со временем это событие «за­былось» (оказалось, благодаря психологической защите вытеснен­ным в подсознание), но вытесненная таким образом информация продолжает оказывать влияние на психическую жизнь человека в виде, например, необъяснимых фобий (страхов), неизвестно каким образом образовавшихся установок («эта женщина по непонятным причинам не любит всех мужчин и старается избегать контактов с ними, хотя и не помнит, чтобы когда-либо от них исходила ре­альная угроза»).