Смекни!
smekni.com

Арабский мир и его особенности (стр. 2 из 21)

Интересно определение понятия арабского мира через его самосознание, проявившееся примерно столетие назад.

Арабский национализм ("аль-каумийя аль-арабийя") как идейное течение возник в начале ХХ столетия. Становление его идеологии происходило под активнейшим воздействием идей арабского Просвещения, восходившего в своих идейных истоках к Просвещению европейскому. Арабское Просвещение, развивавшееся преимущественно в двух ареалах - египетском и великосирийском, которые занимали особое торгово-экономическое, историко-культурное и политическое положение в рамках Османской империи, - питалось непосредственными культурными контактами с основными европейскими державами.

В рамках арабского Просвещения второй половины ХIХ в. его крупнейшими мыслителями Б. аль-Бустани, ат-Тахтави, Ж. Зейданом и др. разрабатывались такие понятия, как "народ" ("аш-шааб"), "родина" ("аль-ватан") и "арабизм" ("аль-уруба"). Все эти понятия оказались затем принципиально важными для складывания арабской национальной идеи и были восприняты арабским национализмом, обретя в нем заметное место в качестве понятий "арабский народ", "арабская родина" с ее отчетливыми географическими чертами, "арабизм" как объединяющая духовная взаимосвязь всех арабов.

Понятие "арабизм" стало главной идейной предтечей арабской национальной идеи. Дело в том, что для общественного сознания цивилизационных центров того, что сегодня входит в понятие "арабский мир", вплоть до эпохи арабского Просвещения вовсе не было характерно отождествлять себя с арабами вообще, несмотря на то, что сами идейные носители этого сознания могли иметь арабское происхождение.

Именно сирийско-ливанские просветители, введя понятие "арабизм", придали ему тот смысл и то значение, которые стали сегодня общепризнанными во всем мире, распространив его на весь арабский социум. Расширение понятия "арабы" до понятия "арабизм" произвело эффект эмансипации понятия "араб" от понятия "мусульманин". Это отделение себя прежде всего от единоверцев-турок имело важное значение в плане становления национального самосознания, когда до оформления национальной идеи оставался всего один шаг.

Этот шаг и был сделан сирийско-ливанско-палестинскими мыслителями в 1905 г., когда возникло понятие "арабская нация" ("аль-умма аль-арабийя"). Выражение это было впервые употреблено в книге Наджиба Аззури с характерным названием "Пробуждение арабской нации": "Существует арабская нация, которая одинаково включает в себя христиан и мусульман. А религиозные проблемы, возникающие между членами общин (конфессиональных), есть не что иное, как политические проблемы, возбуждаемые иностранными государствами в их собственных интересах".

Очень скоро арабская идея в тех параметрах, которые были только что отмечены, и прежде всего в ее географическом наполнении, обрела черты национально-государственного проекта, который широко обсуждался в кругах политической элиты Сирии, Ливана, Палестины, Месопотамии и Аравии, а затем стал и предметом переговоров, которые вели арабские и европейские эмиссары на предмет отделения этой части арабского мира от Османской империи и создания на его территории единого арабского государства. Был и общенациональный лидер, готовый олицетворить и провести в жизнь эту идею, - шериф Мекки, прямой потомок пророка Мухаммеда и прадед нынешнего короля Иордании. Более того, в ходе Первой мировой войны арабы вели вооруженную борьбу под руководством своего национального лидера за осуществление этой идеи, причем борьбу победоносную и, казалось, поддерживаемую великими державами, прежде всего Англией.

После Первой мировой войны можно отметить серьезный поворот в содержании и направленности арабской национальной идеи и в судьбах арабского национализма, который выразился в разделе арабского мира между Англией и Францией. Идея "арабской уммы" (нации) в связи с распадом Османской империи и выходом из нее бывших арабских владений утратила антитурецкую направленность и стала приобретать антиколониальный и антизападный характер.

Одновременно в этот период произошло существенное изменение географического наполнения понятия "арабская нация": оно пережило тотальную генерализацию, распространившись на весь ареал обитания арабов. В транскрипции арабских националистов это стало выглядеть следующим образом: "Арабская умма едина от Океана (Атлантического) до Персидского Залива". [6]

Однако, несмотря на антизападную направленность, идея арабской уммы среди идеологов главного течения арабского национализма практически никогда не доходила до ксенофобии и неприятия всего иностранного. Хотя пафос идеологического противостояния приводил арабских националистов к отвержению всего, что рассматривалось ими в качестве "импортированных идеологий" (это определение распространялось ими и на марксизм), но это вовсе не мешало им развивать отдельные положения арабской национальной идеи в русле наследия арабского Просвещения с сильными акцентами английской и французской либерально-правовой традиции.

Одну из ведущих ролей в разработке арабской национальной идеи в этот период сыграл видный философ и политический мыслитель Мустафа Саты аль-Хусри. В своем программном сочинении "Ма хийя аль-каумийя" ("Что такое национализм") он ограничил это понятие двумя признаками: общностью языка и общностью истории. Избегая открытых атак на ислам, он в то же время все дальше разводил понятия "религия" и "умма", доказывая, что ислам не может рассматриваться в качестве признака нации. Он активно выступал против любых попыток синтезировать панарабизм и панисламизм.

В 1930-е гг. на арабской идейно-политической арене появился целый ряд видных мыслителей, внесших весомый вклад в дальнейшее развитие арабской национальной идеи. Среди них следует выделить прежде всего Константина Зуррейка, Мишеля Афляка и Салаха Битара. Они стремились придать национальной идее более осязательный характер, привязать ее к территориально-географической среде, к идее "арабской родины". Зуррейк впервые сделал акцент на заимствованную у Фихте идею национальной исключительности, но применительно уже к арабской нации, сформулировав ее как "великую миссию арабской уммы". Афляк и Битар превратили эту идею в свое идейно-политическое кредо, ставшее одним из наиболее употребительных слоганов баасизма и арабского национализма в целом: "Арабская умма едина; миссия ее священна". Идеи второго поколения арабских националистов легли в основу первых реальных политических панарабских проектов, каковыми стали Партия арабского возрождения и Арабская социалистическая партия.

В период между двумя мировыми войнами арабская национальная идея овладевала умами не только политической элиты, но и "арабской улицы", все больше превращаясь в мотивацию политического поведения на общеарабском уровне. После Второй мировой войны, в ходе которой независимости добились Сирия и Ливан, арабская национальная идея становится центральным звеном идеологии национально-освободительной борьбы и начинает обретать черты панарабского политического проекта. В 1947 г. в Бейруте была создана Партия арабского социалистического возрождения (аль-Баас). Примерно в этот же период возникла организация "Аль-Урва аль-вуска" ("Прочная связь"), на основе которой позднее возникло Движение арабских националистов.

Мощнейшим катализатором политической активности, основанной на арабской национальной идее, было поражение арабов в войне с Израилем в 1948 г. Это поражение, как писал впоследствии первый президент Египта Гамаль Абдель Насер, произвело на египетских офицеров, участвовавших в войне, серьезнейшее воздействие. Причину разгрома они увидели в слабости и разобщенности арабских стран. Итогом поражения стало, наряду с приобретением арабским национализмом отчетливой антиизраильской направленности, появление в нем социально-политических мотивов внутриарабского свойства, когда в ряды "врагов арабской уммы" наряду с внешними - Западом, Израилем и СССР (вплоть до второй половины 60-х, когда Советский Союз разорвал отношения с Израилем) стали попадать арабские правители, сторонники "местного", то есть египетского, сирийского и прочих национализмов. Все это становилось побудительным мотивом революционных внутренних изменений в тех странах, где правили "отсталые и предательские режимы", в частности в Египте, где уже в 1952 г. Насером была совершена революция под лозунгами арабского национализма.

Годы правления Насера были отмечены попытками последовательного воплощения арабской национальной идеи в жизнь. Это касалось как повсеместной поддержки национально-освободительного движения, в результате чего большинство арабских стран обрело независимость, так и идеи арабского национального единства, которое трактовалось как необходимость создания единого арабского государства. Такие попытки предпринимались, и наиболее яркой из них было создание в 1958 г. Объединенной Арабской Республики (ОАР), в которую вошли Египет и Сирия и на первых порах присоединился даже королевский Северный Йемен. На самом деле это был гораздо более далеко идущий проект. Арабские националисты, поддерживаемые египетскими спецслужбами, планировали осуществление панарабских переворотов в Ливане, Иордании, Ираке, Тунисе и других странах.

Непреклонную панарабскую позицию занимал Насер и в палестинском вопросе. Побудительным мотивом войны Египта с Израилем в 1967 г. было стремление к освобождению Палестины от присутствия "сионистского образования", что полностью вписывалось в логику панарабской концептуальной схемы "единая умма - единая родина - единое государство", в рамках которой наличие Израиля выглядело главным препятствием на пути к арабскому национальному единству.