Смекни!
smekni.com

Мировая политическая система (стр. 4 из 12)

Во-вторых, этот переходный мир стал непредсказуемым. Мы уже привыкли к разделу мира на два блока, который казался незыблемым или пропагандировался как таковой. Но вот непредвиденное уже произошло. Коммунистическая идеология и коммунистическое движение уже совсем не те, что были еще недавно. Вопросы, отложенные в долгий ящик истории,— такие, например, как воссоединение Германии,— решаются неожиданно быстро. И никто не может предсказать, что еще произойдет завтра. Вместе с тем уже сегодня ясно, что проблемы международной безопасности больше не могут решаться в терминах равновесия военных сил. Б. Бади и М.-К. Смуц пишут, что мир 90-х годов находится в поисках новых отношений и новых субъектов. Закономерность национального интереса теряет свое прежнее значение. Многие современные элементы силы ускользают от государственного авторитета, оставляя межгосударственной системе очень мало средств эффективного влияния на происходящие процессы, заставляя прибегать к опосредованным и всегда дорогостоящим способам принуждения. Современные международные отношения дают все меньше оснований рассматривать их как межгосударственные взаимодействия, ибо сегодня происходят существенные и. видимо, необратимые изменения в способах раздела мира, принципах его функционирования, в том, что поставлено на карту. Краеугольные понятия, отражавшие сами основы, на которых веками покоились различные исторические типы международного порядка, такие как "безопасность", "территориальная неприкосновенность", "государственный суверенитет", "верноподданнические чувства", либо теряют свой смысл, либо приобретают совершенно новое значение.

Если сторонники концепций взаимозависимости и транснационализма главное внимание уделяют падению прежней роли государства в мировой политике, глобальным последствиям поведения новых акторов на мировой арене, превращения планеты в "мировую деревню", преимуществам и противоречиям интеграции, то представители политического реализма подчеркивают иные аспекты мирового политического процесса наших дней.

Так, например, И. Лолан главное внимание уделяет "балканизации планеты". под которой он понимает "необратимый процесс распада отношений солидарности и взаимозависимости, мало-помалу установившихся в послевоенном мире". Еще один мировой процесс — фундаментальное изменение в соотношении сил между государствами и между цивилизациями. Мировое лидерство переходит от распавшегося СССР и замыкающихся в себе США, которые доминировали в мировой политике в течение последних 50 лет, к новым экономическим гигантам — Германии и Японии. Поскольку в мире всегда господствовали конфликты, постольку всякая цивилизация может опираться только на имеющиеся в ее распоряжении вооруженные силы. Когда же эти силы исчерпываются, например по причине нехватки людей и ресурсов, она рушится, и на смену ей приходит господство иной цивилизации. Именно это и происходит в настоящее время на нашей планете. Наблюдаемые сегодня демографические изменения — падение рождаемости в развитых странах Европы, Америки, а также в России, с одной стороны, и ее взрыв в странах мусульманского мира, в отсталых государствах Азии, Африки и Латинской Америки — с другой, приводят к неутешительным выводам: "Русско-европейско-американская цивилизация уже не восстановится на Планете, или, что, впрочем, то же самое, не восстановится настолько, чтобы не стать маргинальной группой мирового населения". Результатом этих тенденций в мировой политике является то, что человечество движется не к НОВОМУ мировому порядку, а, скорее, к мировому беспорядку, т. е. к неясному, ненадежному миру. гораздо более опасному, чем тот, который оно знало до сих пор.

1.4 Основные тенденции современного мирового политического процесса

Таким образом, резюмируя наблюдаемые сегодня на мировой арене изменения и их осмысление в политической науке, можно сказать, что в наши дни становится проблематичным любой прогноз относительно будущего человечества. Речь можно вести лишь о выделении наиболее общих тенденций в эволюции современного мирового политического процесса, причем эти тенденции во многом противоречат друг другу.

Во-первых, переходный характер процесса не оставляет ясности ( по крайней мере, на его нынешнем этапе) относительно его перспектив. Доводов, как и фактов, говорящих в пользу того, что мир движется к новому мировому порядку, существует столько же, сколько аргументов, убедительно показывающих, что основная тенденция — это движение к беспорядку. Между тем данная проблема имеет не только теоретическое значение, ибо оценка степени порядка, содержащегося в политическом процессе, оказывает влияние и на политическое поведение того или иного актора.

Во-вторых, есть множество свидетельств того, что в ходе современного мирового политического процесса государственно-центричная модель международной жизни теряет свое значение. Об этом же говорят и факты усиления влияния негосударственных акторов. В то же время нельзя не видеть, что национальное государство с присущими ему традиционными атрибутами (суверенитет. территориальность, невмешательство других в его внутреннюю монополию и т. п.) остается притягательной моделью политической организации народов, популярность которой в последние годы получила новые убедительные подтверждения. Если в 1945 году в мире насчитывалось 60 суверенных государств, то в 1965 году их было )00, в 1990—160, в 1992 году — 175,а в настоящее время ООН объединяет 184 государства. Создание самостоятельного национального государства остается мечтой курдов, о нем заявляют лидеры Абхазии, к нему приближаются палестинцы. В-третьих, это противостоящие друг другу и одновременно взаимодополняющие тенденции: растущая солидарность мира перед лицом новых вызовов в области экономики, экологии, демографии, природных ресурсов, здравоохранения и т. п., с одной стороны, а с другой — партикуляризм, стремление решать собственные проблемы, реализовывать свои интересы, отвергая опыт и даже интересы других; неспособность включиться в сети международной взаимосвязи, исключен-ность и отбрасывание на периферию мирового развития. "Глобализация" и "фрагментация", "мондиализация" и "балканизация", "объединение" и "дробление" — эти и им подобные явления отражают вполне реальные тенденции в мировом политическом процессе, хотя первая из них в большей мере касается экономики, а вторая — политических решений.

Наиболее общие и очевидные проявления отмеченных тенденций — феномены экономической, социальной и политической интеграции и дезинтеграции. наблюдаемые сегодня практически во всех регионах мира. Они выражают объективную противоречивость современного мирового политического процесса, стохастический, непредопределенный характер его развития. И как показывает практика международной жизни последних лет, игнорировать ту или ИНУЮ тенденцию, односторонне ориентироваться на одну из них при осмыслении современных международных реалий, а тем более при выработке и проведении в жизнь политических решений — серьезная ошибка, чреватая негативными последствиями. Избежать ее — значит уменьшить политический риск в практике международных отношений.


2. Геополитическое положение современной России

Геополитика в России сегодня переживает свой ренессанс. Этот интерес вполне объясним, т.к. современный этап всемирной истории характеризуется серьезными сдвигами в сложившемся равновесии и требует принятия целого ряда неотложных политических решений. Изменение соотношения сил на мировой арене сопровождается крушением всего международного порядка, сложившегося после Второй мировой войны. В этой ситуации самым значимым событием стал развал СССР и социалистического лагеря, что явилось закономерным фактором исторического процесса. С распадом СССР произошли качественные изменения в структуре международных отношений, изменилось геополитическое и геостратегическое положение правопреемницы СССР - России.

Мировую геополитическую ситуацию России следует рассматривать в двух аспектах:

· военном (военностратегическом);

· геоэкономическом.

Характерной чертой сегодняшней России как бывшей супердержавы стало ее ослабление практически во всех областях политики, экономики, социальной сферы и культуры, но, одновременно, Россия остается второй в мире, после США, ядерной державой. Текущая ситуация напоминает передел мира, хотя, в отличие от предыдущих его проявлений, нынешнее положение отличается иной основой взаимодействия силовых полей. Вот как это выглядит сегодня.

НАТО продвигается к границам России с запада и фактически контролирует бывшую сферу влияния СССР. Руководство НАТО объявило Закавказье и Среднюю Азию сферой своей ответственности. В регионах Закавказья и Средней Азии геополитическую активность проявляет также Турция. Утверждение в этом регионе Турции не приемлемо для России. Но в то же время Россия должна развивать отношения с Турцией как с черноморской державой. Это необходимо также и потому, что существуют проекты российско-турецких газопроводов. Вновь для России возникла проблема пользования проливами Босфор и Дарданеллы. Определенные политические круги Турции вновь возратились к доктрине "Черное море - турецкое море", используя экологический фактор риска прохода российских танкеров. Подобные запреты являются нарушением международной конвенции, принятой в Монтрё (Швейцария) в 1936г., согласно которой черноморские страны проводят через проливы корабли без ограничений при соблюдении установленных условий; проход военных кораблей нечерноморских стран ограничен по классу, тоннажу и сроку пребывания в Черном море.