регистрация / вход

Москвар во второй половине XV - начале XVI вв.

Кремль или “город”. Великий посад или Китай-город. Занеглименье, Замоскворечье и Заяузье. Окрестности Москвы.

Москва во второй половине XV - начале XVI вв.

Сергей Юрьевич Шокарев

Введение

Источники донесли до нас более полное представление о Москве второй половины XV—начала XVI века, чем о Москве более раннего времени.

Кремль или “город”

Центром столицы был кирпичный Кремль с монументальными соборами и каменным великокняжеским дворцом. С северной стороны от Успенского собора располагался митрополичий двор. В 1450 г. митрополит Иона заложил на нем каменную палату и при ней церковь во имя Ризоположения. По аналогии с позднейшим патриаршим двором, на митрополичьем дворе, по всей видимости, в каменной палате существовало несколько помещений называемых кельями: передняя келья (приемная), келья-комната (как бы кабинет), крестовая келья (молельня), малая келья (опочивальня). К каменной палате примыкали деревянные сени и деревянный второй этаж. В 1473 г. после пожара, испепелившего значительную часть Кремля, митрополит Геронтий поставил уже кирпичную палату и “нарядил” кирпичные ворота, которые впоследствии назывались Святыми. Возле них была воздвигнута кирпичная палата, получившая название Столовой. В Столовой палате происходили торжественные трапезы митрополита с государями и высшим духовенством. После пожара 1493 г. митрополит Зосима вновь отстроил свой дом в виде трех каменных келий с подклетами.

Помимо великокняжеского и митрополичьего дворов, Кремль XV—XVI вв. был местом жительства бояр, дворцовых мастеров, купцов и расположения подворий дальних монастырей. Застройка Кремля была очень тесной, что вызвало специальные меры Ивана III по благоустройству кремлевской территории. Около 1500 г. при его приказу были проложены прямые улицы от Спасских (Фроловских) ворот и Никольский ворот к Соборной площади Кремля. Ширина этих улиц была незначительной и примерно соответствовала ширине проезда в кремлевских воротах. На Спасской улице Кремля у самих ворот находилась церковь Афанасия Александрийского и подворье Кирилло-Белоозерского монастыря. Напротив Афанасьевскй церкви находились кирпичные палаты купца Таракана, построенные им в 1470 г. – первое кирпичное гражданское сооружение в Москве. Далее по Спасской улице располагалось подворье митрополита Крутицкого и Подонского. За этими подворьями, в северо-западном углу Кремля в конце XV в. находились боярские дворы – знаменитого князя Семена Ряполовского, Григория Васильевича Морозова, Андрея Федоровича Челяднина (носил почетный титул конюшего, т.е. старшего между боярами). Они примыкали к самой окраине Кремля – Зарубе, т.е. горе, которую подпирали деревянные сваи или избицы – срубы, укреплявшие скат горы. В первой половине XV в. на месте этих дворов находился двор Димитрия Шемяки, на котором в ночь на 16 февраля 1446 г. был ослеплен великий князь Василий II. Двор Семена Ряполовского после его казни, вероятнее всего, перешел в казну, и около 1525 г. был пожалован знатному литовскому выходцу князю Федору Михайловичу Мстиславскому, женившемуся на племяннице Василия III.

С другой стороны Спасской улицы находился двор бояр Ховриных-Головиных – потомков греческого князя Стефана Васильевича, появившегося в Москве в конце XIV в. Внук князя Стефана Васильевича Владимир Григорьевич Ховрин в 1450 г. построил перед своим двором церковь во имя Воздвижения Честного Креста, которую “повеле заложити около кирпичем, а изнутри белым каменем”. Через семь лет новая церковь обгорела при пожаре, начавшемся у Ховринского двора и испепелившего треть города, но просуществовала до начала XIX в. Сын Владимира Григорьевича Иван Голова, обладавший значительными денежными средствами, в 1472 г. взял подряд на строительство Успенского собора, закончившееся падением здания. Иван Голова, его брат Дмитрий Овца и их потомки в XVI в. занимали должность государевых казначеев.

Двор Ховриных-Головиных примыкал к Вознесенскому монастырю, основанному вдовой Дмитрия Донского княгиней Евдокией Дмитриевной в 1407 г. В том же году великая княгиня скончалась и была похоронена в основанной ею церкви. С этого времени Вознесенский монастырь стал усыпальницей женской половины великокняжеского дома, переняв эти функции у кремлевского Спасского монастыря. Захоронения великий княгинь совершались в белокаменных саркофагах в подцерковье соборе. Когда в 1928 г. разрушали Вознесенский монастырь ученые, историки и архитекторы смогли спасти древнейший некрополь монастыря. Многотонные саркофаги с сохранившимися в них останками княгинь и цариц были перенесены в подклет Архангельского собора. Несколько лет назад сотрудники Музеев Московского Кремля начали работу по научному изучению этих останков. Так была выполнена пластическая реконструкция внешнего облика великой княгини Софьи Палеолог. На очереди исследование останков великой княгини Елены Глинской.

К Вознесенскому монастырю с примыкал мужской Чудов монастырь, расположенный ближе к Соборной площади. Он был основан святым митрополитом Алексием в 1365 г. Согласно преданию, поводом для основания монастыря было чудесное исцеление в Орде митрополитом ханши Тайдуллы, матери золотоордынского хана Джанибека. В честь этого события ханша подарила митрополиту ордынский Посольский двор в Кремле, на месте которого Алексий и основал каменную церковь во имя Чуда Михаила Архангела в Хонех, вокруг которой и возник монастырь. Сам основатель монастыря в 1378 г. был погребен в церкви Чуда Михаила Архангела в Благовещенском приделе. Его чудотворные мощи вскоре стали предметом поклонения. Церковь Чуда Михаила Архангела была перестроена в 1431—38 гг. В 1483 г. чудовский архимандрит Геннадий повелел соорудить в монастыре храм во имя святого митрополита Алексия с трапезной, который был окончен в 1485 г. В 1501 г. Иван III приказал перестроить обветшавший монастырский собор 1431—38 годов. Чудов монастырь в XV—XVI вв., наряду с Троице-Сергиевым, Иосифо-Волоколамским, Кирилло-Белоозерским монастырями был одним из крупнейших. Согласно поздним переписям XVII в. ему принадлежало 2120 крестьянских дворов – по числу дворов он находился на втором месте после Симонова среди московских монастырей (Симонов – 2407, Новоспасский – 1803, Новодевичий 1469 и др.).

Однако, не только бояре и монастыри владели в XV—XVI вв. землями в Кремле. При Иване III из Кремля были выселены некоторые купцы, но жили дворцовые мастера. Так, в духовной Ивана III упоминаются три портных великого князя, которые жили на месте старого двора боярина Василия Тучкова-Морозова, близ Спасской улицы.

Великий посад или Китай-город

Великий посад был наиболее заселенной частью города после Кремля. Его территория расширялась по мере удаления от Кремля, к востоку. Естественными границами Посада были Москва-река и Неглинная. От того места, где Неглинная поворачивает на север до Москвы-реки еще при Василии I было начато сооружение рва. В конце XV в. посад был затронут мерами Ивана III по благоустройству города. В 1492 г. великий князь приказал снести все дворы по реке Неглинной на расстоянии 110 сажен от Кремля (около 300 метров), дабы расчистить место для строительства новых стен и ее сохранения от возможных пожаров. В 1495 г. подобная мера была обращена на строения, находящие за Москвой-рекой, в Заречье. Густонаселенный посад отделялся от кремлевских стен торговой площадью, носившей в XVI в. название Пожар, а, впоследствии, Красная. В 1504 г. на посаде было указано завести деревянные решетки, которыми улицы перегораживались на ночь и при них стражу, чтобы предотвратить разбои. Тогда же были сделаны попытки стандартизировать ширину московских улиц. Новгородский летописец пишет, что в 1507 г. в Новгороде стали устанавливать размер улиц по-московски.

Наиболее древней частью Посада был Подол, спускавшийся к Москве-реке, называвшийся в XVI в. Зарядьем, т.е. местностью “за рядами” (торговыми). По Подолу параллельно Москве-реке шла Великая улица, на которой стояла церковь Николы Мокрого, покровителя путешественников, особенно, моряков. В древности там располагалась пристань купеческих судов, приплывавших из Рязани и Нижнего Новгорода. Подол был очень плотно застроен. Раскопки в позднейшем Ипатьевском переулке обнаружили не менее 20 сооружений – срубов, хозяйственных построек, частоколов, мостовых. Толщина культурного слоя XV в. в этой части Посада равняется 1 м. Такая же толщина культурного слоя и в северо-восточной части Кремля. Плотная застройка наблюдается и в более северных частях Посада – срубы и мостовая обнаружены в Историческом проезде. В одном из срубов найдена первая в Москве берестяная грамота, содержащая фрагмент судного списка 1410—1430-х гг.

Севернее Подола шла Варьская улица (Варварка), получившая свое название, вероятнее всего, от слова “варя”, обозначавшее варку меда и некоторые другие повинности населения. В 1514 г. московский купец Юрий Урвихвостов поставил в начале улицы церковь во имя великомученицы Варвары и название церкви вытеснило более древнее наименовании улицы. В XVI—XVII вв. Варварка была очень оживленной. На ней располагались: Гостинный двор, Старый Денежный двор, Английский двор, Устюжский Гостинный двор, Знаменский монастырь множество церквей и дворов знати.

Севернее Варварки располагалась Ильинка, называвшаяся по стоявшей в ее начале церкви Ильи под Сосной. Название церкви – “под Сосной” доносит до нас атмосферу глубокой древности, когда на Посаде, еще не столь заселенном, стояли маленькие церкви, умещавшиеся под сосной или под вязом, как называлась церковь, стоявшая на другом конце Посада – Иоанна Богослова, что под Вязом. Четвертой крупнейшей улице Посада была Никольская, получившая свое название по Никольскому монастырю, основанному до 1390 г. (в XV в. назвался Николой Старым). В 1473 г. в монастыре Николы Старого спасался от страшного кремлевского пожара митрополит Филипп. Поблизости от Никольского монастыря располагался Иконный ряд, на котором шла торговля иконами. Основанный в той же местности (левая сторона Никольской) в 1600 г. Спасский монастырь получил таким образом название Заиконоспасского.

Густонаселенный посад требовал в начале XVI в. более значительных оборонительных сооружений нежели ров Василия I. Идея обнести посад кирпичной стеной возникла у Василия III, но ее воплощение выпало его вдове Елене Глинской. В 1534 г. Посад был обнесен земляным валом, а в 1535—38 гг. были возведены по линии вала кирпичные стены, строительством которых руководил итальянский зодчий Петрок Малый. Эти стены получили название Китай-города, которое, впоследствии, распространилось и на весь район посада. Это название, вероятнее всего, возникло от старых укреплений, основу которых составляли плетеные изгороди и корзины, заполненные землей. Подобные плетенки и назывались китой. Перед стеной был вырыт ров, по дну которого вбиты деревянные колья и насыпан вал. Стены крепости, толщиной до тех саженей (8—9 метров), были выстроены с расчетом на применение огнестрельного оружия. Поэтому в них располагались крупные помещения для орудий, так, что реальная толщина стен была гораздо меньшей. Стена была приспособлена для тройного боя – подошвенного, среднего и верхнего. Подошвенный бой велся орудиями крупного калибра, средний (на парапете стен) – мелкокалиберными пушками; верхний – ручным огнестрельным оружием и метательными орудиями. В башнях Китай-города хранились большие белокаменные ядра, сбрасывавшиеся со стен на неприятеля. Склад таких ядер был обнаружен при раскопках в Кузьмодемьянской башне Китай-города. Первоначально, из Китай-города вели несколько проездных ворот: Владимирские (Сретенские) стояли у конца Никольской улицы и выезда к Лубянке; Троицкие (Ильинские) – в конце Ильинки; Всехсвятские (Варварские) – в конце Варварки. Со стороны Москвы-реки были устроены Водяные ворота, которые выходили к “живому”, наплавному мосту через реку. С северной стороны, стояли Львиные (Неглименские; с второй половины XVII в. Воскресенские) ворота, которые выходили к Воскресенскому мосту через Неглинную и далее к Тверской дороге (улице).

За посадом в XV в. находились уже пригороды. Церковь во имя Святого равноапостольного князя Владимира (в районе современной Солянки и Старосадского переулка), располагалась возле великокняжеского терема в Садах, отчего носила название церковь Владимира в Старых садех.

Занеглименье, Замоскворечье и Заяузье

Занеглименье в XV в. было заселено неравномерно. Наиболее населенной его частью был район, непосредственно примыкавший к Кремлю, между Арбатом и Москвой-рекой. Там стояла церковь Всех Святых на Чертолье, т.е. в овражистой местности. В 1475 г. в Занеглименье начался пожар “меж церквей Николы и Всех Святых и погоре дворов много”. Занеглименье пересекали несколько крупных дорог: Смоленская, Дмитровка, Волоцкая, Тверская. Улица Арбат (Орбат), примыкавшая к Смоленской впервые упоминается в источниках под 1493 г. при описании московского пожара, начавшегося от свечки, оставленной в церкви Николы на Песках на Арбате. Слой этого пожара обнаружен под настилами деревянных мостовых XVI—XVII вв. при раскопках 1985 г. Хорошо освоена и застроена местность, называвшаяся Старым Ваганьковым (территория между современной Российской государственной библиотекой и Музеем изобразительных искусств им. А.С.Пушкина). В первой половине XV в. там стоял двор великой княгини Софьи Витовтовны, вдовы Василия I.

Менее заселена была местность к северу от Арбата. Село Кудрино, название которого сохранилось в наименовании современной Кудринской площади, в начале XV в. считалось загородным и принадлежало князю Владимиру Андреевичу Серпуховскому. В конце XV в. вокруг Кудрина располагалось “всполье” – простирались поля ржи и большие луга. Слабо заселены были территории и между Кудриным и Москвой-рекой. Грамота 1491 г. показывает характер местности в районе современной Краснопресненской набережной. В этой грамоте митрополит Зосима позволил Савве Никифорову сесть на церковную землю близ Новинского монастыря. Савва Никифоров брал на себя обязательства “собе двор ставити, а лес сечи, и розселивати”. В конце XV в. там еще рос лес и ставились новые дворы.

На протяжении XV века основная часть Занеглименья застраивалась дворами принадлежавшими великому князю и населенные его слугами и ремесленниками, боярам, церковным феодалам, слободками ремесленников и промысловых людей. Они строились около крупных дорог, которые по мере заселения преобразовывались в улицы. Смоленская, Дмитровская и Тверская дороги сохранили свои названия; Волоцкая дорога преобразовалась в Никитскую улицу. Уже в середине XV в. Занеглименье было окружено валом, возможно, проложенным по линии позднейших стен Белого города. Окраинные монастыри – Сретенский, Рождественский, Высоко-Петровский – стояли на границах освоенной местности, за которой начиналось “всполье”.

Замосковречье или Заречье было застроено еще более слабо, чем Занеглименье. Деревянные строения подходили, в основном, к Москве-реке, что приводило к тому, что пожары, начинавшиеся в Замосковоречье легко перекидывались в Занеглименье и на “город”, т.е. Кремль. Это и вызвало уже упоминавшиеся противопожарные меры Ивана III в 1495 году. Эта часть была наиболее бедной (в источниках нет упоминаний о строительстве там каменных церквей) и уязвленной для татарских нападений с юга. Это и предопределило заселение Замоскворечья во второй половине XVI в. стрелецкими слободами. Впрочем, еще при Василии III поселение военных служилых людей было размещено в Замоскворечье. Им была знаменитая слобода служилых иноземцев Наливки, описанная С.Гербершейном. С.Герберштейн пишет, что иноземные наемники Василия III, в отличии от русских, имели право каждый день пить мед и пиво, почему и были выселены отдельно, чтобы не соблазнять остальных жителей Москвы. Отсюда и произошло название слободы – от русского слова: “Налей!”. Остатки некрополя этой первой иноземной слободы в Москве неоднократно прослежены при земляных работах в XIX и XX вв., и дают надгробия с датами 30—90-х гг. XVI в. По находкам этих надгробий слобода Наливки локализуется в районе современной Мытной улицы, т.е. на самом краю обжитой территории Замоскворечья.

С городом Замосковоречье связывалось “живыми” или наплавными мостами. Зимой на льду Москвы-реки шла оживленная торговля, происходили кулачные бои и совершались казни. В 1483 г. придворный врач Ивана III “немчин” Антон не смог вылечить, а уморил “смертным зельем за посмех” татарского князя Каракучу, служившего вассалу великого князя касимовскому хану Даньяру Касимовичу. Сын Каракучи потребовал мучил врача-неудачника и хотел продать его в рабство, но Иван III приказал его казнить. Зимой, на льду Москвы-реки татары зарезали лекаря “как овцу”. В 1497 г. на льду Москвы-реки рубили головы сторонникам великого княжича Василия Ивановича, участвовавшим в интриге против Дмитрия-внука, а в 1499 г. князя Семена Ряполовского – сторонника противной партии.

Замоскворечье пересекала Ордынская дорога, давшая начало названиям улиц Большой и Малой Ордынке. Вообще, тюркский элемент присутствует в названиях улиц Замоскворечья более, чем в топонимике других районов Москвы, что свидетельствует о поселениях в Замоскворечье татар и возможном размещении там ордынского посольского двора после вывода его из Кремля.

В Заяузье располагались крупные ремесленные слободы – Гончарная и Кузнецкая. Гончарная слобода складывалась вокруг церкви Никиты Мученика. В этом же районе находился Спасский монастырь, игумен которого в 1483 г. построил кирпичную церковь. Через Заяузье шли две крупные дороги – Владимирская и Коломенская. На Владимирской дороге возвышался Спасо-Андронников монастырь, а южнее другим форпостом встал в конце XIV в. Симонов монастырь.

Окрестности Москвы

Согласно исследованию академика С.Б.Веселовского, XV столетие было временем расцвета Подмосковья. Он писал, что вторая половина XIV—XV вв. были временем наиболее активной расчистки лесов и распашки земель под Москвой. Охотничьи угодья великих князей, окружавшие Москву в XIV в. постепенно пустели. К концу XV в. в Подмосковье был выбит такой ценный пушной зверь как бобр. Вместе с тем, иссякали и другие природные богатства – бортные леса к концу XV в. отодвинулись от Москвы на несколько сотен верст. Заселение средней полосы осуществлялось силами “слобод”, составлявшихся из “охочих людей”, которым князья предоставляли судебные и податные льготы. Большое количество подмосковных земель было роздано московскими князьями XIV в. боярам и военным слугам, которые также привлекали крестьян для их освоения. В XV в. лидирующая роль в освоении Подмосковья и средней полосы России переходит к монастырям. Крупное хозяйство монастырей позволяло им давать не только льготы крестьянским хозяйствам, но и предоставлять кредиты деньгами, зерном и другими запасами, сельскохозяйственным инвентарем. Это привело к тому, что в XV в. подмосковные земли были прочно освоены крестьянскими хозяйствами, давали хорошие урожаи и были густо (по сравнению с другими регионами) заселены. Опричные погромы и татарские нашествия XVI в. и катаклизмы XVII в. нанесли тяжелый по Подмосковью, вызвав глубокий хозяйственный кризис и запустение многих селений.

Документы XIV—XV вв. сохранили многочисленные названия и свидетельства ранней истории подмосковных селений, вошедших ныне в черту Москвы. Одной из наиболее освоенных была территория по реке Яузе – местность заливных лугов, высоко ценившихся в великокняжеском хозяйстве. Там стояли многочисленные мельницы, принадлежавшие князьям, боярами и землевладельцам помельче. На Яузе известны села Луцинское “с мельницей и псарнею”, Воронцово (предположительно, вотчина бояр Воронцовых-Вельяминовы), ныне это территория улицы Обуха. севернее, на реке стояли села Рубцово и Красное. Село Красное впервые упоминается в 1423 г. в духовной Василия I, а археологические свидетельства подтверждают его существования в XVI в. Выше по Яузе находилось село Серкизово (Черкизово), получившее свое название от имени татарского царевича Серкиза, которому оно было пожаловано около середины XIV в. По духовной митрополита Алексия, это село перешло во владение Чудова монастыря.

В верховьях реки Неглинной находилось село Напрудное, храм которого – церковь Трифона в Напрудном – уникальный памятник московской архитектуры начала XVI в. сохранился до нашего времени (район Рижского вокзала). Западнее, за Неглинной находилось село Сущево “что у города”. Далее на запад, у Волоцкой дороги – села Кудрино и Новинское. Чуть в стороне от них, на реке Пресне – двор и при нем селище на Трех горах, принадлежавшее князю Владимиру Серпуховскому. Найденные на территории Московского зоопарка фрагменты надгробий первой половины XVI в. могут быть предположительно соотнесены с некрополем при церкви этого селища.

По течению реки Москвы от Всходни (район Тушина), где стоял Спасский монастырь, принадлежавших боярскому роду Квашниных-Тушиных, до села Хвили (Фили) располагались заливные луга. На берегах реки стояли: село Тушино, Троицкое-Лыково, Хорошево, Крылатское (село Крылатское, “что было за татаром“ (т.е. во владении татарина) великий князь Василий I завещал своей супруге), Хвили (Покровское-Фили). Близ города находилось Дорогомилово – место каменоломен XIV—XVI вв., где добывали белый камень.

На юге Москвы располагались крупное село Коломенское (Коломнинское духовной Ивана Калиты), ставшее в XVI в. любимым местом отдыха московских государей. В 1532 г. в ознаменование рождения долгожданного наследника Василий III приказал построить в селе Коломенском уникальную шатровую церковь Вознесения. К Коломенскому “тянули” окрестные села: Дьяково, Ногатино, Капотня. Эта местность, богатая заливными лугами, издавна находилась в числе вотчинных владений московского великокняжеского дома.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий