Гражданское общество и политическое государство (стр. 1 из 5)

Коновалов В.

В наиболее развитой форме проблематика взаимосвязи человека и общества, гражданского общества и государства, экономики и политики были разработаны в немецкой философии первой трети XIX в лице Гегеля (1770-1831), К.Маркса (1818-1883), Ф.Энгельса (1820-1895).

Политические проблемы ставились и решались Гегелем на протяжении всей его плодотворной теоретической деятельности. Ему принадлежит одно из значительных произведений в истории политической и социальной мысли - «Философии права» (1820). Второй раздел заключительной части этой книги посвящен анализу гражданского общества, третий - государству.

Анализ гражданского общества начинается с установления двух фундаментальных принципов жизнедеятельности:

1). «конкретная личность служит для себя целью как особенная», или, другими словами, индивид руководствуется только частными «особенными интересами;

2). с необходимостью устанавливаются отношения особенного лица с другими особенными лицами, которые всецело опосредствованы «формой всеобщности» (46, 227-228). Образуются связи, при которых каждый зависит от каждого и одновременно от общества и наоборот.

Для Гегеля гражданское общество является моментом государства, как то, что «снимается» в государстве. Государство первично, из него развивается гражданское общество. Последнее создано лишь в современном мире. В этой констатации Гегель

прав: дифференцированное общество, выделение автономных сфер общественной жизни, человека и гражданина есть результат современных ему буржуазных революций, открывших Новое время в истории человечества.

Гражданское общество, согласно Гегелю, содержит в себе три следующих момента: 1) систему потребностей; 2) правосудие;

3) полицию и корпорацию. Под «системой потребностей» подразумевается экономическая структура общества.

Гражданское общество характеризуется самостоятельным существованием собственности, торговли, промышленности и т.д. Это опосредованная трудом система потребностей, покоящаяся на господстве частной собственности. Другими словами, гражданское общество определяется в первую очередь экономическим, базисными структурами. При этом экономика движется по своим внутренним законам, разрешая возникающие противоречия, снимая собственные «помехи». Экономические процессы порождают всеобщее определение, своего рода необходимость. Обнаружение этой необходимости - задача политической экономии, науки, которая «отыскивает законы», действующие в массе случайностей.

Гегеля можно отнести к числу первых мыслителей в Германии, который признал наличие собственных закономерностей в экономической жизни. Внутреннее самодвижение потребностей, рыночные отношения могут приобрести и слепой стихийный характер, требуя своего собственного укротителя в лице правительственной власти. Поэтому Гегель пытается заключить экономические отношения в строгие юридически правовые рамки, стремясь обеспечить деятельность и функционирование экономических институтов защитой со стороны закона.

Интересы экономических институтов (корпораций, общин, объединений промышленников) общества должны быть подчинены высшим интересам государства. «В корпоративном духе, - пишет Гегель, -содержится непосредственное укоренение особенного во всеобщем» (46, 330). И поэтому в силу важности этого сцепления такие компоненты политического государства как полиция и судопроизводство рассматриваются в разделе о гражданском обществе.

В системе потребностей или экономической структуре гражданского общества Гегель выделяет важнейшее звено - человека, который доказывает свою всеобщность созданием многообразия потребностей и средств (и тем отличается от животного), а затем расчленением и разделением конкретной потребности на отдельные части и стороны, становящиеся частными потребностями. В гражданском обществе, по мнению Гегеля, предметом является человек (в праве - лицо, с моральной точке зрения - субъект, в семье - член семьи) или гражданин вообще, только в качестве bourgeois (буржуа). Таким образом, понятие человек выражает частный интерес с производственными, потребительскими аспектами, т,е, носит экономический характер. Человек (в качестве буржуа) представляет экономическую сферу общества, персонифицирует ее. Человек как буржуа отличается от гражданина в качестве citoyen (члена политического государства).

Гегель в своих лекциях по философии права отмечал: «Граждане суть частные лица, члены общественного союза, целью которого является особенное, и в той мере, в какой подобный общественный союз ограничен такой целью, гражданин есть bourgeois; citoyen в качестве политического члена государства как государства политического» (46, 435). Такое разделение индивида на человека и гражданина явилось отражением расчленения общества на различные компоненты: экономический, политический, религиозный и т.д. Гражданин как citoyen является выразителем государственной, политической сферы общества или всеобщего интереса, всеобщности. Причем всеобщность выступает у Гегеля основанием и необходимой формой особенности.

Очень важно отметить, что если в гражданском обществе особенность и всеобщность распались, они остались взаимосвязанными и взаимно обусловленными. Учет различия и единства пронизывает каждое гегелевское положение.

Для Гегеля действительность всегда есть единство всеобщности и особенности. «Подлинная действительность» для него есть необходимость. «То, что действительно, необходимо внутри себя». Необходимость состоит в том, что целое разделено на понятийные различия, и это разделенное представляет собой прочную и сохраняющуюся определенность, которая не мертвенно прочна, а постепенно порождает себя в распаде» (46, 305).

Исходя из такого методологического подхода Гегель исследует и феномен государства. Гегелевская идея государства включает в себя ряд аспектов, сторон: государство как идея свободы; как конкретное и высшее право; как правовое образование; как конституционная монархия; как «политическое государство».

Гегель использовал наиболее значительные идеи о государстве времен античности и средневековья, эпохи Реформации и Просвещения. Для философа с точки зрения развития научного понятия государства, оно (государство) включает в себя два момента: 1) момент бесконечного различения и 2) момент формы всеобщности. Эти два момента явились результатом раздвоения гражданского общества. На этом переломном моменте «сфера гражданского общества переходит в государство» (46, 278).

Но в реальном историческом процессе государство являет собой основание и семьи, и гражданского общества, ибо «в действительности государство есть вообще первое, внутри которого семья развивается в гражданское общество» (46, 278).

Итак, государство как «действительность нравственной идеи» и «действительность субстанциональной воли» есть взаимопроникающее единство всеобщности и единичности. Где сохраняются различие, нетождественность, раздвоение в конечном философском единстве - там наблюдается движение. В отсутствии такого движения Гегель видит причину гибели античного государства. Для него прекрасный мир античности переходит в мир воспоминаний, прошлого. Гражданское общество и государство Нового времени является более высоким принципом, которого не знали древние, в том числе и Платон. Гегель в своей работе «Иенская реальная философия» (1805 г.) подробно объясняет, в чем состоит более высокий принцип Нового времени.

«В древности нравы определяла прекрасная публичная жизнь, прекрасное (как) непосредственное единство всеобщего и единичного, произведение искусства, в котором ни одна часть не обособляется от целого, а последнее выступает как гениальное единство знающей себя самости и ее изображения. Но у древних единичность не знала самое себя как нечто абсолютное, не было абсолютного в-себе-бытия. В платоновской республике, как и в лакедемонском государстве, исчезает знающая самое себя индивидуальность» (44, т. 1, 362-363). В сноске Гегель добавляет, что платоновская республика неосуществима, поскольку лишена абсолютной единичности.

Гегель свою концепцию государства противопоставил платоновской и в пункте о частной собственности. Где господствует всеобщее начало, где оно является всем, там не может существовать частная собственность. То же самое касается исключения Платоном семьи из государства. Воспитывает детей не семья, родители, а государство.

Таким образом Гегель четко выявляет тот критерий, который позволяет разделить эпоху античности, средневековья и Нового времени. Это индивидуальность, чья ценность заключается в единичности. Гегель называет это « принципом самостоятельной особенности», «принципом самостоятельной в себе бесконечной личности единичного».

Итак, в прошлом индивидуум обладает всеобщим существованием, последовательно исключена особенность ,»субстанциональное единство» не разделено. В настоящем, в Новое время, происходит наступление самостоятельной индивидуальности, называе-мой свободой, возвышение особенности до формы всеобщности.

Сущность нового государства, по Гегелю, состоит в том, что оно предоставляет полную свободу особенности: индивидам, семьям, гражданскому обществу в их «субъективной» деятельности.

Таким же образом Гегель осуществляет анализ форм государственного устройства и той классификации, которая была предложена его предшественниками. Ряд идей, в том числе и те, которые разработал Монтескье, он доводит до своего логического конца. Поскольку эта сюжетная линия будет продолжена в других разделах данной работы, необходимо ей уделить определенное внимание.

Для Гегеля совершенно безразлично, какая форма правления монархическая, аристократическая или демократическая - считается лучшей. Для него этот вопрос является совершенно праздным, он - предмет исследования в историческом аспекте.

Что означают эти формы правления? «Старое деление форм государственного устройства на монархию, аристократию и демократию, - пишет Гегель, - имеет своей основой еще не разделенное несубстанциональное единство, которое еще не достигло своего внутреннего различения (развитой организации внутри себя), а, следовательно, глубины и конкретной разумности. (46, 312). Общество не было дифференцированным, разделенным на различные сферы - экономику, политику, мораль и др. Именно нерасчленененность общественной структуры служила объединяющим началом. Поэтому форма правления по существу одна в своем субстанциональном единстве, различны лишь количественные характеристики (власть одного, меньшинства, большинства). Нерасчленененность общества на любой стадии исторического развития таит в себе большую опасность. Так, полемизируя с Монтескье по поводу «умеренности» как принципа аристократии, Гегель относит подобную умеренность за счет «начинающегося отделения друг от друга публичной власти и частного интереса (другими словами, политической и экономической сфер. - В.К.); однако они одновременно столь непосредственно соприкасаются, что эта форма государственного устройства внутри себя может в любую минуту непосредственно превратиться в состояние жесточайшей тирании или анархии (примером служит римская история) и оказаться уничтоженной» (46, 313-314). Добавим от себя, что закономерность римской истории в полной мере подтверждена и историей социалистического общества, существенно дополнена советским опытом.


Copyright © MirZnanii.com 2015-2018. All rigths reserved.