регистрация / вход

Геополитические интересы России в Каспийском регионе проблема диалога

С распадом СССР, ХХ в. в истории человечества завершился серьезными геополитическими сдвигами. У южных границ России появилось огромное Каспийское пространство

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ИНТЕРЕСЫ РОССИИ В КАСПИЙСКОМ РЕГИОНЕ: ПРОБЛЕМА ДИАЛОГА

С распадом СССР, ХХ в. в истории человечества завершился серьезными геополитическими сдвигами. У южных границ России появилось огромное Каспийское пространство[1] , непосредственно охватывающие и часть нашей территории, и ставящей перед Федерацией сложные проблемы взаимоотношений, затрагивающие геополитические, геоэкономические, геостратегические интересы России.

С момента своего образования, регион стал полем игры нескольких групп игроков: а) самих прикаспийских государств; б) «околокаспийские [2] » государства; в) мировых держав.

Началась активная борьба за обладание Каспийским морем и его ресурсами, с подключением мировых центров силы считающие регион «ничейным пространством», присвоив себе «право» претендовать на Каспий.

Каспий стал «Эльдорадом» и для государств региона. Независимость дала им возможность самостоятельно распоряжаться богатствами в пределах своих территорий, а поддержка мировых центров силы, позволило разрабатывать нефтяные месторождения в нарушение раннее имевшихся договоренностей между пятью государствами-владельцами Каспия[3] .

Вскоре после распада СССР, обнаружилось, что в «подбрюшье» России формируется мощный центр притяжения западного капитала. С 90-х гг., сначала «на цыпочках», а потом все смелее, поодиночке и группами, иностранные нефтяные компании потянулись в заповедное море изобилия, о проникновении в которое раньше нельзя было и мечтать[4] .

Если Великобритания и Китайведут свою деятельность в регионе достаточно скрыто, то США публично объявили регион зоной своих стратегических и национальных интересов. Запад в лице США давно разучился конкурировать честно на рыночных условиях и исповедует «стратегию управляемого хаоса» способствуя поддержанию «стабильной нестабильности» в регионе направленное на вытеснение из региона России. Чтобы пожинать плоды конфликтных ситуаций, их нужно создавать, что делается на Кавказе и на Каспии, способствуя тому, чтобы Каспий оставался «яблоком раздора» между государствами региона [1].

С этой целью сбор информации осуществляется через выделяемые гранды на исследования процессов происходящих в регионе, (особенно на Кавказе и в частности, в Ингушетии и Дагестане), и через неправительственные организации [2]. Эти республики находятся в состоянии социально-экономической стагнации, что способствует возрастанию политической напряженности, проявлением национального и религиозного экстремизма.

В то же время, как на федеральном, так и на региональном уровне нет реальной программы социально–экономического развития региона, а борьба с экстремизмом отдана на откуп силовым структурам без активного подключения институтов гражданского общества [3]. Конечно, роль органов правопорядка в решении этой задачи очень велика, но она должна корреспондироваться одновременно с выполнением комплексных программ развития. Преимущественная же опора на силовые методы «решений» сложнейших проблем дают прямо противоположный эффект. Во-первых, проблемы порождающие радикализм и экстремизм разного толка, остаются, как остается и база терроризма. Во-вторых, чисто силовые методы создают условия для проникновения коррупции, в правоохранительные органы. Сами силовики зачастую становятся заинтересованными в сохранении нестабильности для оправдания своего постоянного расширения, усиления и финансирования [4]. Появляются в госструктурах на Кавказе (особенно в Р. Дагестан) «личности» заинтересованные в постоянном нахождении «ЭННого» количества боевиков (граждан России) в лесах Кавказа.

В результате создается своего рода замкнутый цикл воспроизводства нестабильности на Кавказе. Все это ослабляет позиции России в регионе, чем весьма искусно пользуются силы, заинтересованные в вытеснении России с Кавказа, в целом со всего Каспийско-Черноморского региона.

Сегодня нужны новые подходы в кавказской политике России, ядром которого должны стать, прежде всего, меры экономического, политического и дипломатического характера, базирующие на комплексном учете фактов геополитических, геоэкономических, глубоких знаний обычаев и нравов, культуры и религий народов Кавказа.

Без стабилизации ситуации на Кавказе, Россия не может играть ведущую роль в регионе, и не может быть речи о стабильности в Каспийском регионе. А для стабилизации ситуации на Кавказе, России необходимо изменить тактику и проводить не только «силовую» работу с молодежью и населением[5] .

В связи с этим, Россия нуждается в научных исследованиях и комплексном анализе и прогнозировании геополитической ситуации в Каспийском регионе, чтобы противостоять планам Запада по установлению контроля над «сердцем мира». Но, к сожалению, Российское руководство (по крайнем мере, до становления В. В. Путина Президентом России) не руководствовалось научными разработками российских геополитиков[6] , в отличие от своих западных коллег и поныне руководствующие геополитическими разработками Х. Маккиндера, Н. Спайкмена, Р. Челлена и др.

Уникальный стратегический фактор Каспийского региона, заключается в том, что он расположен на мировом автомобильном, железнодорожном и морском перекрестке. Имеет огромные углеводородные запасы, которые могут когда-либо быть исчерпаны. Биоресурсы, поставляющие на мировой рынок 80 % икры, могут перестать удовлетворять потребность мирового рынка, а фактор мирового транспортного перекрестка останется всегда. Очень не хотелось бы, чтобы перекрестки и торговые коммуникации региона приобрели военно-стратегическое значение и стали путями войны.

Регион как геополитический плацдарм и Хартленд, является ключом и естественно опорной точкой к овладению если не миром, то, огромным пространством континентальной Азии и доминированием над ним. Уникальность Каспия как «срединной земли» заключается еще и в том, что в отличие от суши, там можно держать Атомные подводные лодки (АПЛ) с ракетами дальнего радиуса действия, с ядерными боеголовками. Обладая Каспийским регионом, можно влиять на внешнюю и внутреннюю политику таких мировых политических акторов как Россия, Иран, Индия, Китай, и на страны Ближнего востока, на мировой остров, где сосредоточены 5/6 население мира. Это важный плацдарм для государства, претендующего на мировое господство для контроля, распространения и продвижения своей (западной) идеологии, культуры, военной мощи под эгидой НАТО. Это подтверждается и тем фактом, что для «американизации» и «реисламизации» Кавказа прилагается больше усилий и происходит большими темпами, чем «вестернизация» России. Поэтому за Каспий идет борьба, и от исхода этой борьбы зависит судьба «Хартленда», определится и то, кто будет доминировать над мировым островом.

В сложившейся ситуации России нужно искать союзников в продвижении своих интересов во-первых, в самом Каспийском регионе, во-вторых среди региональных государств имеющих влияние на Каспийский регион.

В поисках союзников в регионе, необходимо продолжать развивать благоприятные отношения России с Казахстаном и Туркменистаном. Оба государства являются важными субъектами каспийской политики, фактически даже более значимыми, чем Азербайджан, так как их нефтегазовые ресурсы значительно превосходят азербайджанские. Достаточно сказать, что реализация проекта нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан без заполнения его казахстанской нефтью в экономическом плане вообще бессмысленна.

Но каждая из этих двух стран занимает свое особое место в каспийской проблематике. Необходимо перехватить инициативу в Казахстане и еще не совсем потерянном Туркменистане. За последние годы между Казахстаном и Россией наработан положительный опыт сотрудничества в нефтегазовой сфере. Что касается Туркменистана, определенным прорывом в наших отношениях является соглашение России с Туркменистаном о транспортировке туркменского газа через российскую территорию, несмотря, на лоббируемый Западом проект «Набукко»[7] . Туркмения вообще по запасам природного газа является третьей страной в мире.

По отношению к Азербайджану, перед Россией стоит очень сложная и почти нереальная, но выполнимая задача – возврат Баку в поле общих интересов России и ее союзников в регионе.

В начале 1990-х гг. руководство Азербайджана находилось перед выбором внешнеполитической ориентации на какой-либо из этих соперничающих центров силы. В выборе Азербайджаном стратегического партнера сказалась ошибочная позиция СССР затем и РФ в конфликте вокруг Нагорного Карабаха. Теряя влияние в Азербайджане, Россия теряет один из главных рычагов влияния на важные для нас процессы, которые мы могли бы решать в тандеме с южным соседом в Каспийском регионе. Тем временем, Азербайджан был вынужден выбрать прозападную стратегию развития с упором на сотрудничество с Турцией, представляющей в данном регионе и интересы Запада [5]. На сегодняшний день среди всех государств региона именно Азербайджан является наиболее близким союзником Соединенных Штатов. Вопрос возврата Азербайджана в фарватер российской внешней политики на Каспии как никогда актуален, но к сожалению не стоит на повестке дня российского внешнеполитического ведомства.

Вместе с этим поведение России на других участках международной деятельности не должно противоречить стратегическому курсу в районе Каспийского моря. Нельзя, например, одновременно, продавать оружие Армении[8] [6] находящий в состоянии войны с Азербайджаном и «ублажать» Азербайджан «приманками» экономического сотрудничества, разрабатывать проект газопровода по дну Черного и Балтийского морей и вместе с тем не аргументировано выступать против прокладки нефтепровода по дну Каспийского моря. Для этого должны быть веские аргументы, и России необходимо сделать все, чтобы этот проект не состоялся, так как, одним из главным аргументом против проекта, являться высоко опасная сейсмичность[9] зоны прокладки трубопроводов по дну Каспия. И Каспий уникальный (закрытый) водоем в отличие от Черного и Балтийского (открытых) морей, если случится авария на трубопроводных проектах, пострадает не Европа и европейцы, а прибрежные страны и народы.

Поэтому с учетом нынешней реальности необходимо придерживаться ясной позиции относительно государств Южного Кавказа (продолжая развивать благоприятные отношения и не ослабляя дружественные отношения с Арменией), активизировать «иранское» направление. Проводить жесткую линию на военное доминирование в Каспийском море.

В числе главных сторонников России на Каспии, как ни парадоксально, но, тем не менее, является Иран, выступающая как региональная держава, у которой, почти по всем вопросам у нас нет разногласий.

Главным для каспийской политики Ирана является не допущение усиления позиций нерегиональных держав на Каспии, прежде всего США и Турции, а также получение доступа к значительным ресурсам Каспийского моря, и вместе с Россией доминировать. В этом же заинтересована и Россия.

Говоря о перспективах удачного развития дружеских отношений России и Ирана, уместно упомянуть о возможности появления элемента неопределенности, связанного с выбором нового Президента США Барака Обамы. Иранская политика Белого дома может измениться[10] . Через Иран идет кратчайший, а потому экономически наиболее целесообразный путь, позволяющий экспортировать энергоносители Каспийского региона на мировые рынки[11] . Пока иранцев сдерживают американцы. Однако в западном мире конфликт между политикой и экономикой обычно решается в пользу второй. Поэтому, если в ближайшем будущем политика США в прикаспийской зоне их «стратегических интересов» изменится, это неминуемо и серьезно отразится на расстановке сил и распределении сфер влияния. И России крайне необходимо торопиться пока это не произошло. Может это и цинично, но сегодня для России выгодно противостояние Ирана и США. Этот фактор Россия должна использовать с максимальной выгодой для продвижения своих и общих для государств Каспия интересов, взяв инициативу в свои руки. Упустить эти шансы и возможности, равносильно предательству национальных интересов России.

Более того, было бы целесообразно активизировать действия на иранском направлении:

1. Противодействовать попыткам США вторгнуться в Иран, проводить перевооружение иранской армии, поставляя им военные самолеты и средства ПВО.

2. Расширить зону единого экономического пространства в регионе за счет Азербайджана и Ирана.

3. Укрепить военное присутствие России (и не бояться этого) в Каспийском регионе за счет перевооружения Каспийской Флотилии, включая и формирование подводных сил[12] .

Эти меры, безусловно, не являются единственными, требуется целый комплекс действий для укрепления позиций России в регионе. От активной и прагматичной политики России в регионе Каспийского моря зависит развитие экономики ее юга, этническая стабильность и государственная безопасность всех территорий России от Калининграда до Камчатки [7].

Из внерегиональных государств, играющих активную роль и влияющих на политику региона, является Турция.

Турция вернулась в кавказскую и центрально-азиатскую геополитику после распада СССР и стала одним из ведущих региональных игроков, в том числе и на историческом пространстве России. Разумеется, Турция сделает все, чтобы укрепиться на «старом, новом» для себя геополитическом пространстве. Такому «возврату» естественно способствовало, с одной стороны, образование независимых тюркоязычных государств – на Южном Кавказе и Центральной Азии, и этнонациональное самоопределение тюркских народов Северного Кавказа, с другой стороны, наличие многочисленной «кавказской диаспоры» в самой Турции, где по их данным проживают около 7 млн выходцев региона [8] [9].

Здесь Турция нередко переигрывает даже Россию и Иран – давних соперников, умело сочетая в своей политике исконно восточное умение выжидать с западной жесткой последовательностью и планомерностью в продвижении к давно намеченной цели.

В турецких общественно-политических кругах настойчиво культивируется и идея укрепления культурного, в том числе языкового единства тюрок, включая тюркско-татарское население России. Не без влияния Турции, Узбекистан и Туркмения официально ввели латиницу в 1993 г. Турция приступила в 1997 г. к изданию учебников с латинским шрифтом для Туркменистана. К настоящему моменту письменность Туркмении переведена с кириллицы на латиницу полностью. А в Азербайджане и в Казахстане, вопрос замены кириллицу на латынь еще не снят с повестки дня[13] .

Интенсифицировались и личные контакты новых политических элит Центральной Азии с турецким истеблишментом. Показательно, что еще в 1991 – 1994 гг. лидеры некоторых центрально-азиатских государств стали частыми гостями в турецкой столице, а представители турецкого частного сектора и экономической науки официально вошли в круг ближайших советников центрально-азиатских президентов[14] .

И. Каримов, неоднократно подчеркивавший, что видит в Турции образец для подражания, обратился к этой стране с просьбой представлять интересы Узбекистана в иностранных государствах и организациях и даже неожиданно для всех заявил, что придет время, когда узбеки и турки будут заседать в одном парламенте.

Поощряя деятельность Анкары в постсоветском пространстве, Вашингтон не теряет надежды замыкания «анаконды» вокруг России, что Турции все же удастся стать лидером для тюркоязычных республик СНГ и призывает своих европейских партнеров поддержать эти турецкие амбиции.

Тем не менее, Турция прекрасно понимает, что укрепиться на кавказском геополитическом пространстве ей не удастся[15] (без России, точно) (но надежды никогда не теряют), что показал и многовековой исторический опыт[16] . Турецкому истеблишменту Кавказ важен как мост соединяющий Турцию и Азербайджан с тюркоязычнимы странами Средней Азии, как выразился глава турецкого правительства Р. Т. Эрдоган, «создания Содружества тюркоязычных государств». Здесь уместно вспомнить и о других предложениях турецкого премьера, в том числе и о создании «Платформы стабильности и сотрудничества на Кавказе» (ПССК) с главенствующей ролю Турции.

Но в последующем история показала, что экономическая мощь Турции оказалась недостаточной, чтобы играть ведущую роль на Кавказе и в Центральной Азии. Тем не менее, как указано выше влияние Турции на регион не ослабилось, и в дальнейшем она будет влиять на процессы, происходящие в каспийском регионе через политику, идеологию, культуру и религию.

Наши отношения всегда были неоднозначными. Например, в случае с событиями в Чечне. Турция была заинтересована в сохранении напряженности на Северном Кавказе и способствовала этому, поскольку этот фактор давал ей дополнительные аргументы в пользу строительства трубопровода Баку – Джейхан в обход России. Благодаря фактору «Чечни» (не без поддержки Турции), Турция умело перенаправила через свою территорию, приносящие в государственную казну миллиардные прибыли, все транспортные и грузовые потоки идущие из Ближнего востока через Иран в российский Дагестан и в Европу. Но, тем не менее, Анкара на официальном уровне выступала за территориальную целостность России.

Но, несмотря на имеющиеся разногласия, жизненно важным для национальных интересов и региональной безопасности России в Черноморско–Каспийском регионе, является налаживание взаимовыгодных экономических, политических и иных контактов с Турцией на высшем уровне.

И в этих вопросах России необходимо торопиться пока Турция не перешла; во-первых, на вариант создания тюркского объединения включая бывшие советские республики с лидирующей ролью Турции, как и выше сказано. (В т. ч. и для показа Европе своей значимости в регионе). На такие действия ее толкает и затягиваемый вопрос принятия Турции в Евросоюз, и в дальнейшем попытки создания такого объединения будут исходить от Турции не однократно. Во-вторых, использовать хотя и кратковременный и фрагментарный фактор осложнения отношений между Турцией и США, в связи с положительным результатом дебатов в Конгрессе США по геноциду армян в 1915 г. После принятия Турции в Евросоюз или, создании «Содружества тюркоязычных государств», Турция может пойти на контакт с Россией уже на других для России условиях.

Значит необходимо найти точки соприкосновения и способы консолидации региона, что приведет к ослаблению внешнего влияния и будет препятствовать становлению и превращению Каспия в чужое достояние.

Заключенные договора в Турции Президентами России Д. Медведевым и А. Гюлем в мае 2010 г. – огромный шаг в межгосударственных отношениях России и Турции. Мы выводим свое сотрудничество на высший уровень, нацеливаясь на 100 млрд долл. товарооборота. Более того, развитию контактов больше не будут мешать и визовые ограничения – визы Москва и Анкара отменяют.

Таким образом, при наборе силы доминирования над Каспийским геополитическим пространством трех наиболее влияющих на регион акторов, в лице России, Ирана и Турции, и образования, укрепления и доминирования этой «оси» в Каспийском пространстве, регион превратится в мощную экономическую и политическую единицу в мире. Усиления в регионе Российско-Турецких и Российско-Иранских отношений на государственном уровне «анаконда удушающую Россию» будет рассечена пополам, и Хартленд как мировая «срединная земля» останется собственностью государств региона под покровительством Каспийского «триумвирата» с превалирующей ролью России.

Литература

[1, с. 2] Международный терроризм: борьба за геополитическое господство: Монография, – М.: Изд-во РАГС, 2005.

[2, с. 2] Мурклинская Г., Геополитические шахматы: искусство побеждать без войны. – Махачкала, 2008.

[3, с. 2] Мустафаев Т., Тело как улика? 2008, 26 сент. – № 39; Магомедов М., – «Зачистка» МВД?, 2008, 03 окт. – № 40. /www.chernovic.net/

[4, с. 3] Воронов В. Метастазы чеченской войны продолжают расползаться по всему Северному Кавказу. / Россия и мусульманский мир, 2006, № 6 (168).

[5, с. 6] [8, с. 9] Южный Кавказ: тенденции и проблемы развития (1992 – 2008 годы). Отв. ред. и рук. Авт. кол. В. А. Гусейнов. – М. 2008.

[6, с. 6] Мамедов С. Независимая газета 2009, 22 янв.

[7, с. 8] «Территориальное будущее России в Каспийском регионе». Научное исследование: Баранова А. В., мл. научный сотрудник Центра политических исследований стран Каспийского региона. г. Астрахань. /Из личного архива автора/

[9, с. 9] Магомеддадаев А. М. Эмиграция Дагестанцев в Османскую империю (История и современность). Кн. 2-я. Махачкала: Изд-во ДНЦ РАН, 2001.


[1] Свое видение в определении огромной территории Бассейна Каспийского моря, – это Каспийское пространство, Прикаспий или Каспийский регион, автор дал в статье «Методологические аспекты формирования Каспийского геополитического пространства» опубликованной Общероссийской электронной научной конференции на основе интернет-форума «Актуальные вопросы современной науки и образования». www.nkras.ru, http://zaochno.forum24.ru/

[2] «Околокаспийским» государствам исследователи относят государства не имеющих прямого выхода к берегам Каспия, а соседние к государствам Каспия страны, активно влияющие на процессы протекающие в Каспийском регионе, такие как, Армения, Грузия, Узбекистан, зачастую и Турцию объявивший себя Прикаспийским государством в 1997 г.

[3] В данном случае речь идет об Алма-Атинской декларации от 21 декабря 1991 г., где государства Каспия обязались до определения юридического Статуса Каспия в одностороннем порядке не предпринимать шаги по освоению Каспия и руководствоваться Договорами между РСФСР и Персией от 25 февраля 1921 г. и СССР и Ираном от 25 марта 1940 г.

[4] На сегодняшний день, непосредственно в работах на Каспии участвуют нефтяные компании более 25-ти стран. А если посчитать все страны, которые ведут исследования, научные проработки и международные проекты, то таких стран насчитывается более 50-ти.

[5] Об этом как о главной задаче на Кавказе и говорил Президент России Д. Медведев в Ингушетии, во второй половине января 2009 г. (www.ingushetia.ru).

На создание руководством России Северо-Кавказского федерального округа и назначение А. Хлапонина полпредом (финансиста, а не силовика), народы Кавказа возлагают огромные надежды. Надеются на стабилизацию и экономическое улучшение, создание рабочих мест, (не имение одной из причин которых способствует уходу в леса безработной молодежи более подверженной идеологии ваххабизма), где скрытая безработица доходит до 60 %.

[6] Здесь речь идет не только об современных, но и о геополитических разработках Имперской (царской) России.

[7] Объективно можно связать между собой чередующие взрывы газопровода в Дагестане, с желанием западных ТНК в лице Европы доказать несостоятельность России в обеспечении охраны трубопроводов для лоббирования строительства в обход России по дну Каспия газопровода «Набукко» (NABUCCO).

[8] В 2009 г. разгорелся еще один скандал о передаче российского оружия дислоцированного в Гюмри (Армения) на 800 млн долл. армянской стороне. Следует отметить, что Россия отрицает через заявления МИД и министерство обороны этот факт, что однако не удовлетворяет Баку, напоминающий, что прежде Москва также сначала отрицала факт передачи вооружения Армении в 1994-1996 гг. на сумму в один млрд долл., который затем подтвердил депутат Государственной думы генерал Лев Рохлин. Напомним что, процесс мирного урегулирования карабахского конфликта протекает в рамках Минской группы ОБСЕ, в которую входит Россия, США и Франция. Рецидивы таких сепаратных сделок в России еще будут, ибо в истории современной России ни один чиновник высшего ранга не понес уголовную ответственность за ущербную политику государства и имиджу страны.

[9] Вспомним землетрясения происходящие попеременно, то в Дагестане, то в Средней Азии (Узбекистан) с большими разрушениями.

[10] Правительство Б. Обамы неоднократно выражало желание улучшить американо-иранские отношения. (Хотя в последнее время под давлением Израиля, в связи с ядерной программой Ирана ситуация усугубляется, что показал и прошедший в США (12-13 апреля 2010 г.) мировой саммит по ядерной безопасности с участием лидеров сорока семи стран мира).

М. Ахмадинеджад сделал ответное заявление через день после того, как Б. Обама выступил с доброжелательной речью. Так, 10 февраля 2009 г. во время празднования 30-летия иранской революции М. Ахмадинеджад заметил, что он надеется, что эти изменения «будут фундаментальными, а не временными». Напомним, Иран прервал отношения с США после революции 1979 г. (www.AmericaRU.com,www.inopressa.ru, TheGuardian).

[11] Расчеты экспертов показывает, что иранский маршрут, в десятки раз был дешевле, чем лоббированный США вариант Баку – Тбилиси – Джейхан. Маршрут БТД обошлось в более чем 3,5-4 млрд долл., тогда как, для присоединения к действующим иранским нефтепроводам достаточно от азербайджанской границы протянуть трубопровод протяженностью 80–100 км., и который могло обойтись в 50 млн долл. При этом азербайджанскую нефть можно и не транспортировать к берегам Персидского залива: она могла быть направлена на крупнейший нефтеперерабатывающий комплекс в иранском Тебризе (примерно 100 км от азербайджанской границы). (Это минимальная цена (в данном случае) политики противостояния мировой и региональной держав).

[12] Напомним что, по вышеуказанным договорам, СССР – Персия и Россия – Иран, действующими и никем неотмененными на сегодняшний день, только Россия как преемница СССР имеет право держать военный флот на Каспийском море.

[13] (К сведению) В Татарстане закон «О восстановлении татарского языка на основе латинской графики» был принят в сентябре 1999 г. Однако Конституционный суд России 6 октября 2006 г. принял решение: перевод национального алфавита на латинскую графику без согласия федерального центра недопустим.

[14] Так, в 1992 г. экономическим советником президента Туркмении стал турецкий бизнесмен. Чуть позднее в круг ближайших советников президента Казахстана были введены турецкие экономисты. См.: например, Сегодня, – 1994. – 8. VII. – С. 4.

[15] Например, в Дагестане, все усилия турков, куда они начали проникаться после распада СССР и закрепиться там, через частные компании и образовательные учреждения, были сверстаны усилиями республиканских властей «якобы» с недопустимостью нарастанию влияния Турции и «туркизации» Дагестана.

[16] Россия выиграла две войны у Турции (1806-1812 и 1828-1829), и две у Ирана (1804-1813 и 1826-1828). Эти победы закрепили за Россией практически всю территорию Кавказа.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий