регистрация / вход

Элита

Элита социально-политическая (от франц. - лучшее, отборное) – группа (слой) людей, занимающих в иерархической социaJIЬНОЙ структуре общест­ва ведущее, чаще всего привилегированное положение, осуществляюших государственную власть и (или) оказывающих на нее значительное влия~ ние.

Элита социально-политическая (от франц. е ll е - лучшее, отборное) – группа (слой) людей, занимающих в иерархической социaJIЬНОЙ структуре общест­ва ведущее, чаще всего привилегированное положение, осуществляюших государственную власть и (или) оказывающих на нее значительное влия~ ние.

ПОЛИТИЧЕСКИЕ ЭЛИТЫ

§ 1. Возникновение понятия и теории элит

Слово «элита» в переводе с французского означает «лучшее», «отборное», «избранное». В повседневном языке оно имеет два значения. Первое из них отражает обладание каки­ми-то интенсивно, четко и максимально выраженными чертами, наивысшими по той или иной шкале измерений. В этом значе­нии термин «элита» употребляется в таких словосочетаниях, как «элитное зерно», «элитные лошади», «спортивная элита», «элит­ные войска», «воровская элита» и т.п.

Во втором значении слово «элита» относится к лучшей, наи­более ценной для общества группе, стоящей над массами и при­званной в силу обладания особыми качествами управлять ими. Такое понимание слова отражало реальности рабовладельческого и феодального общества, элитой которого выступала аристокра­тия. (Сам термин «аристос» означает «лучший», соответственно, аристократия — «власть лучших».)

В политической науке термин «элита» употребляется лишь в первом, этически нейтральном значении. Определяемое в самой общей форме, это понятие характеризует носителей наиболее ярко выраженных политико-управленческих качеств и функций. Теория элит стремится исключить нивелировку, усредненность в оценке влияния людей на власть, отражает неравномерность ее распреде­ления в обществе, соревновательность и конкуренцию в области политической жизни, ее иерархичность и динамизм. Научное употребление категории «политическая элита» основывается на вполне определенных общих представлениях о месте и роли политики и ее непосредственных носителей в обществе. Теория политической элиты исходит из равноправности и равно­ценности или даже приоритета политики по отношению к эко­номике и социальной структуре общества. Поэтому эта кон­цепция несовместима с идеями экономического и социально­го детерминизма, представленного, в частности, марксизмом, трактующим политику всего лишь как надстройку над эконо­мическим базисом, как концентрированное выражение эко­номики и классовых интересов. Из-за этого, а также вследст­вие нежелания правящей номенклатурной элиты быть объек­том научных исследований, понятие политической элиты в советском обществоведении рассматривалось как псевдонаучное и буржуазно-тенденциозное и в позитивном значении не употреб­лялось.

Первоначально в политической науке французский термин «элита» получил распространение в начале XX в. благодаря тру­дам Сореля и Парето, хотя идеи политического элитизма возник­ли вне Франции в глубокой древности. Еще во времена разложе­ния родового строя появляются взгляды, разделяющие общество на высших и низших, благородных и чернь, аристократию и про­стой люд. Наиболее последовательное обоснование и выражение эти идеи получили у Конфуция, Платона, Макиавелли, Карлей-ля, Ницше. Однако такого рода элитарные теории сколь-нибудь серьезного социологического обоснования еще не получили. Пер­вые современные, классические концепции элит возникли в кон­це XIX — начале XX в. Они связаны с именами Гаэтано Моски, Вильфредо Парето и Роберта Михельса.

§ 3. Типология, социальная результативность и рекрутирование элиты

Каждое из рассмотренных выше основных направлений элитарной тео­рии отражает те или иные стороны действительности, ориентируется на определенные исторические эпохи и страны. Выделенные в них важнейшие черты и аспекты элиты позволяют дать ее общее определение. Политическая элита — это составляющая меньшинство общества внутренне диффе­ренцированная, неоднородная, но относительно интегрирован­ная группа лиц (или совокупность групп), в большей или мень­шей степени обладающих качествами лидерства и подготовлен­ных к выполнению управленческих функций, занимающих руко­водящие позиции в общественных институтах и (или) непосред­ственно влияющих на принятие властных решений в обществе. Это относительно привилегированная, политически господству­ющая группа, претендующая на представительство народа и в де­мократическом обществе в той или иной мере подконтрольная массам и относительно открытая для вхождения в ее состав лю­бых граждан, обладающих необходимой квалификацией и поли­тической активностью.

Ее существование обусловлено действием следующих ос­новных факторов: 1) психологическим и социальным неравен­ством людей, их неодинаковыми способностями, возможнос­тями и желанием участвовать в политике; 2) законом разделе­ния труда, который требует профессионального занятия уп­равленческим трудом как условия его эффективности; 3) вы­сокой общественной значимостью управленческого труда и его соответствующим стимулированием; 4) широкими возможнос­тями использования управленческой деятельности для полу­чения социальных привилегий (поскольку политико-управлен­ческий труд прямо связан с распределением ценностей); 5) прак­тической невозможностью осуществления всеобъемлющего контроля за политическими руководителями; 6) политической пассивностью широких масс населения, главные интересы которых обычно лежат вне политики.

Эти и некоторые другие факторы обу­словливают элитарность общества. Сама политическая элита неоднородна, внутренне дифференци­рована и существенно различается на разных исторических эта­пах и в разных странах. Это, а также специфика исследователь­ских подходов усложняют ее классификацию.

В зависимости от источников влияния элиты подразделяются на наследственные, например аристократия, ценностные — лица, занимающие высокопрестижные и влиятельные общественные и государственные позиции, властные — непосредственные обла­датели власти и функциональные — профессионалы-управленцы, имеющие необходимую для занятия руководящих должностей ква­лификацию. Среди элит различают правящую, непосредственно обладающую государственной властью, и оппозиционную (контрэлита); от­крытую, рекрутирующуюся из общества, и закрытую, воспроиз­водящуюся из собственной среды, например, дворянство.

Сама элита делится на высшую и среднюю. Высшая элита не­посредственно влияет на принятие решений, значимых для всего государства. Принадлежность к ней может быть обусловлена ре­путацией, например, неофициальные советники президента, его «кухонный кабинет», или положением в структурах власти. В за­падных демократиях на каждый миллион жителей приходится при­мерно 50 представителей высшей элиты. Среди самой высшей элиты часто выделяют ядро, характеризующееся особой интен­сивностью коммуникаций, взаимодействия и насчитывающее обычно 200—400 человек.

К средней элите относят примерно 5 процентов населения, выделяющихся одновременно по трем признакам — доходу, про­фессиональному статусу и образованию. Лица, обладающие выс­шими показателями лишь по одному или двум из этих критериев, относятся к маргинальной элите. Как отмечает Карл Дойч, «в це­лом люди, чей образовательный уровень гораздо выше, чем их доход, обычно более критичны к существующим отношениям, в своих политических убеждениях тяготеют к центризму или лево­му радикализму. Лица, чей доход заметно превышает уровень образования, также зачастую не удовлетворены своим положени­ем, престижем и, как правило, занимают правые политические позиции. Таким образом, взгляды 5 процентов взрослого населе­ния страны, составляющего элиту общества, определяемые соот­ношением доходов, профессионального статуса и образователь­ного уровня, могут многое поведать о том, что политически при­емлемо и что не приемлемо для данной страны»[1] .

Многие политологи отмечают тенденцию возрастания роли средней элиты, особенно ее новых слоев, называемых «субэли­той», — высших служащих, менеджеров, ученых, инженеров и интеллектуалов — в подготовке, принятии и реализации полити­ческих решений. Эти слои обычно превосходят высшую элиту в информированности, организованности и способности к единым действиям.

К политической элите, непосредственно участвующей в про­цессе принятия политических решений, примыкает элита адми­нистративная, предназначенная для исполнительской деятельнос­ти, однако на деле обладающая большим влиянием на политику.

Одной из достаточно содержательных классификаций полити­ческой элиты в демократическом обществе является выделение в зависимости от степени развитости и соотношения вертикаль­ных (социальная представительность) и горизонтальных (внутри-групповая сплоченность) связей элиты ее четырех основных ти­пов: стабильной демократической («этаблированной») элиты — высокая представительность и высокая групповая интеграция; плюралистической — высокая представительность и низкая груп­повая интеграция; властной — низкая представительность и вы­сокая групповая интеграция и дезинтегрированной — низкие оба показателя (см. табл.).

Социальная представительность

высокая

низкая

Групповая

интеграция

высокая

стабильная демократическая

властная

низкая

плюралистическая

дезинтегрированная

Оптимальной для общества является стабильная демократи­ческая элита, сочетающая тесную связь с народом с высокой сте­пенью групповой кооперации, позволяющей понимать полити­ческих оппонентов и находить приемлемые для всех, компро­миссные решения.

Элитарность современного общества достаточно доказанный факт. Всякие попытки ее устранения и политичес­кой нивелировки населения, приводили лишь к господству деспо­тических, нерезультативных элит, что в конечном счете наносило ущерб всему народу. Устранить политическую элитарность мож­но лишь за счет общественного самоуправления. Однако на ны­нешнем этапе развития человеческой цивилизации самоуправле­ние народа скорее привлекательный идеал, чем реальность. Для демократического государства имеет первостепенную значимость не борьба с элитарностью, а формирование наиболее результа­тивной, полезной для общества элиты, обеспечение ее социаль­ной представительности, своевременное качественное обновле­ние, предотвращение тенденции олигархизации, превращения в замкнутую господствующую привилегированную касту.

Социальная результативность элиты, характеризующая эффек­тивность выполнения ею функций руководства обществом, скла­дывается из многих показателей. К числу важнейших из них от­носятся оптимальное сочетание горизонтальной и вертикальной ин­теграции и эффективная система рекругирования, обеспечиваю­щая высокую профессиональную компетентность и необходимые для руководящих кадров ценностные ориентации: честность, ува­жение законов и прав человека, заботу об общем благе и т.п.

Горизонтальная интеграция — это кооперация различных пред­ставителей элиты, ее групповая сплоченность. Удерживаемая в определенных пределах, она выступает необходимым условием принятия коллективных решений, предохранения общества от политической поляризации и радикализации, повышения спо­собности руководителей находить компромиссные решения и достигать консенсуса, предотвращать и разрешать конфликты. Однако внутригрупповая интеграция способствует социальной результативности элиты лишь тогда, когда она происходит не за счет ослабления ее социальной представительности, характеризую­щей выражение элитой интересов всего общества. Как отмечает Е. Хоффманн-Ланге, современные «элиты имеют тенденцию эман­сипироваться от своего собственного базиса, требования которо­го они воспринимают как ограничение их свободы принятия ре­шений»[2] .

Выражение элитой запросов и мнений населения зависит от многих причин. Одна из них — социальное происхож­дение ее представителей. Оно в значительной степени влияет на политические ориентаций. Ясно, что выходцам из среды крес­тьян, рабочих, определенных этнических и других групп легче понять специфические запросы соответствующих слоев, найти с ними общий язык. Однако совсем не обязательно, чтобы интере­сы рабочих защищали рабочие, фермеров — фермеры, молодежи — молодежь и т.п. Часто это могут лучше делать политики-про­фессионалы, выходцы из других групп общества.

В современных государствах непропорциональность представ­ления в элите населения достаточно велика. Так, среди элиты стран Запада намного шире, чем другие группы, представлены выпускники университетов. А это, в свою очередь, обычно связа­но с достаточно высоким социальным статусом родителей. В целом же непропорциональность представительства различных слоев в политической элите обычно растет по мере повышения статуса занимаемой должности. На первых этажах политико-управлен­ческой пирамиды низшие слои населения представлены значи­тельно шире, чем в высших эшелонах власти. Непропорциональ­ность в социальных показателях политических элит и всего насе­ления еще не означает непредставительности политических ори­ентаций руководителей.

Более важной, по сравнению с формальным отображением элитой социальной структуры, гарантией социальной представи­тельности элиты выступает ее организационная (партийная, проф­союзная и т.п.) принадлежность. Она прямо связана с ценност­ными ориентациями людей. Кроме того, партии и другие органи­зации обычно имеют достаточные возможности для воздействия на своих членов в нужном направлении.

В современном демократическом обществе партийные меха­низмы контроля за элитами дополняются государственными и общественными институтами. К таким институтам относятся выборы, СМИ, опросы общественного мнения, группы давления и т.д.

Большое влияние на социальную представительность, качественный состав, профессиональную компетентность и результативность элиты в целом оказывают системы ее рекрутирования (отбора). Такие системы определяют: кто, как и из кого осуществляет от­бор, каковы его порядок и критерии, круг селектората (лиц, осу­ществляющих отбор) и побудительные мотивы его действий.

Существуют две основные системы рекрутирования элит: гиль­дий и антрепренерская (предпринимательская). В чистом виде они встречаются довольно редко. Антрепренерская система пре­обладает в демократических государствах, система гильдий — в странах административного социализма, хотя ее элементы широ­ко распространены и на Западе, особенно в экономике и госу­дарственно-административной сфере.

Каждая из этих систем имеет свои специфические черты. Так, для системы гильдий характерны:

1) закрытость, отбор претендентов на более высокие посты главным образом из нижестоящих слоев самой элиты, медлен­ный, постепенный путь наверх. Примером здесь служит сложная чиновническая лестница, предполагающая постепенное продви­жение по многочисленным ступенькам служебной иерархии; 2) высокая степень институциализации процесса отбора, наличие многочисленных институциональных фильтров — формаль­ных требований для занятия должностей. Это могут быть партий­ность, возраст, стаж работы, образование, характеристика руко­водства и т.д.;

3) небольшой, относительно закрытый круг селектората. Как правило, в него входят лишь члены вышестоящего руководящего органа или один первый руководитель — глава правительства, фирмы и т.п.;

4) подбор и назначение кадров узким кругом руководителей, отсутствие открытой конкуренции;

5) тенденция к воспроизводству существующего типа элиты. По существу, эта черта вытекает из предыдущих — наличия много­численных формальных требований, назначения на должность высшим руководством, а также длительного пребывания претен­дента в рядах данной организации.

Антрепренерская система рекрутирования элит во многом про­тивоположна системе гильдий. Ее отличают: 1) открытость, ши­рокие возможности для представителей любых общественных групп претендовать на занятие лидирующих позиций; 2) неболь­шое число формальных требований, институциональных фильт­ров; 3) широкий круг селектората, который может включать всех избирателей страны; 4) высокая конкурентность отбора, острота соперничества за занятие руководящих постов; 5) изменчивость состава элиты, первостепенная значимость для этого личностных качеств, индивидуальной активности, умения найти поддержку широкой аудитории, увлечь ее привлекательными идеями и про­граммами.

Эта система больше ценит выдающихся людей. Она открыта для молодых лидеров и нововведений. В то же время определен­ными недостатками ее использования являются относительно большая вероятность риска и непрофессионализма в политике, сравнительно слабая предсказуемость политики, склонность ли­деров к чрезмерному увлечению внешним эффектом. В целом же, как показывает практика, антрепренерская система рекрути­рования элит хорошо приспособлена к динамизму современной жизни.

Система гильдий также имеет свои плюсы и минусы. К числу ее сильных сторон относятся уравновешенность решений, мень­шая степень риска при их принятии и меньшая вероятность внут­ренних конфликтов, большая предсказуемость политики. Глав­ные ценности этой системы — консенсус, гармония и преемст­венность. В то же время система гильдий склонна к бюрократи­зации, организационной рутине, консерватизму, произволу селектората и подмене формальных критериев отбора неформаль­ными. Она порождает массовый конформизм и затрудняет ис­правление ошибок и устранение недостатков по инициативе снизу. Без дополнения конкурентными механизмами эта система ведет к постепенной дегенерации элиты, ее отрыву от общества и пре­вращению в привилегированную касту.


[1] Циг. по: Шаран П. Сравнительная подигодогия /Пер. с англ. Ч. 2. М., 1992. С. 92.

[2] Hoffmann-Lange E. Eliten in der modernen Demokratie//Eliten in der Bundesrepublik Deutschland. Stuttgart; Berlin; Köln, 1990. S. 20.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 1.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий