регистрация / вход

История правовых и политических учений

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ ЮЖНО-УРАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ФАКУЛЬТЕТ ЭКОНОМИКИ, УПРАВЛЕНИЯ, ПРАВА КАФЕДРА КОНСТИТУЦИОННОГО, АДМИНИСТРАТИВНОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО ПРАВА

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

ЮЖНО-УРАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФАКУЛЬТЕТ ЭКОНОМИКИ, УПРАВЛЕНИЯ, ПРАВА

КАФЕДРА КОНСТИТУЦИОННОГО, АДМИНИСТРАТИВНОГО И МУНИЦИПАЛЬНОГО ПРАВА

К О Н Т Р О Л Ь Н А Я Р А Б О Т А

по учебной дисциплине

«История правовых и политических учений»

Вариант II

Студентка III курса

заочного отделения

группа ЮзМ 341

Панова Инна Валерьевна

Доцент кафедры

Сумина Елена Владимировна

Сдала: «_____»__________2010г.

Приняла: «_____»__________2010г.

Миасс 2010

ОГЛАВЛЕНИЕ

Задание № 1………………………………………………………………………3

Задание № 2……………………………………………………………………..13

Задание № 3………………………………………………………..……………20

Список использованных источников…………………………….………...25

ЗАДАНИЕ №1. Дать сравнительную характеристику идеального государственного строя в диалогах Платона «Государство» и «Законы», выявить основные сходства и различия.

Платон (427-347гг. до н.э.) родился в аристократической семье. Родоначальник философии объективного идеализма. Платон был настоящим теоретиком и создателем философских идей, как это понимали именно греки. Их «теория» означает не отвлеченное созерцание, а «видение». Слово же «идея» есть «предмет ведения».[1]

В личности и творчестве Платона совмещаются черты мечтателя и политика, умозрительного философа и заинтересованного идеолога аристократии, убежденного противника афинской демократии, сложившейся в период его жизни и деятельности. Платон – идеалист и моралист, творец «идеального» государства и родоначальник позднейших социальных утопий.

Поскольку греческая демократия в период Платона уже переходила к крупному рабовладению и связанным с ним грабительским и захватническим войнам, Платон, аристократически брезгливо относившийся к демократической политике наживы, не раз высказывал свои симпатии по адресу консервативно-аристократических Спарты и Крита. Платон восхвалял древний египетский строй, жреческий и кастовый. Кастовость в «Государстве» Платона с полной необходимостью возникала как результат единственного принципа сословного разделения, а именно принципа регламентированного разделения труда. Платон настолько глубоко и даже жестко тяготеет к общинно-родовому строю, что оба его утопических проекта в «Государстве» и в «Законах» иначе нельзя и характеризовать, как проекты полной реставрации именно общинно-родового строя.

В диалоге «Государство» идеальный государственный строй Платон рассматривал по аналогии с космосом и человеческой душой. Подобно тому как в душе человека есть три начала, так и в государстве должно быть три сословия. Разумному началу души в идеальном государстве соответствуют правители – философы, яростному началу – воины, вожделеющему – земледельцы и ремесленники (низшее сословие). Сословное деление общества Платон объявил условием прочности государства как совместного поселения граждан. Самовольный переход из низшего сословия в сословие стражей или философов недопустим и является величайшим преступлением, ибо каждый человек должен заниматься тем делом, к которому он предназначен от природы, в этом и есть справедливость. Платоновское определение справедливости было призвано оправдать общественное неравенство, деление людей на высших и низших от рождения.

Несмотря на всю утонченную философию, при помощи которой Платон строит свои утопии, все-таки на первом плане у него ни в какой мере не индивидуум, а только община. Первые два сословия в «Государстве» - философы и воины – лишены всякой не только частной, но даже личной собственности.

Правда, третье сословие у него обладает правом и частной, и личной собственности, но это у него только материальная основа общества, само же общество беспощадно исключает всякую индивидуальную инициативу, в какой бы области она ни мыслилась, начиная от философски-умозрительной и кончая бытовой и повседневной, так что даже жены и дети у всех должны быть только общие.

Во главе государства, утверждал Платон, необходимо поставить философов, причастных к вечному благу и способных воплотить небесный мир идей в земной жизни. В проекте идеальной организации власти Платон отходит от принципов «аристократии крови» и заменяет ее «аристократией духа». Обосновывая эту идею, он наделил философов-правителей качествами духовной элиты – интеллектуальной исключительностью, нравственным совершенством и т.п.

Механизму осуществления власти (ее устройству, роли закона) Платон не придавал в диалоге «Государство» особого значения. Форма правления может быть либо монархия, если править будет один философ, либо аристократией, если правителей будет несколько. Основное внимание здесь уделяется проблемам воспитания и образа жизни граждан.

Чтобы достигнуть единомыслия и сплоченности двух высших сословий, образующих вместе класс стражей государства, Платон устанавливает для них общность имущества и быта. Продовольственные запасы стражи получают от третьего сословия в виде натуральных поставок. Денег у стражей нет. Жить и питаться они должны сообща, как во время военных походов. Стражам запрещается иметь семью, для них вводится общность жен и детей.

Образ жизни низшего сословия Платон освещал под углом зрения многообразия общественных потребностей и разделения труда. Крестьянам и ремесленникам разрешалось иметь частную собственность, деньги, торговать на рынках и т.д. Производственную деятельность земледельцев и ремесленников предполагалось поддерживать на уровне, который позволил бы обеспечить средний достаток для всех членов общества и в то же время исключить возможность возвышения богатых над стражами. Преодоление в обществе имущественного расслоения – важнейшая социально- экономическая особенность идеального строя, отличающая его от всех остальных, порочных, государств. В последних «заключены два враждующих между собой государства: одно – бедняков, другое – богачей».

Третье сословие у Платона, несмотря на приниженность положения, обладает такими огромными правами, о которых запрещено даже и думать представителям первого и второго сословий. Они могут продавать свой продукт на рынке и покупать то, что для них необходимо. Допускается не только простой обмен, но и продажа за деньги, для чего необходима чеканка монеты. Они занимаются торговлей с иностранными государствами. Им разрешается личное накопление, хотя не должно быть здесь людей слишком богатых или слишком бедных.

Платон предоставляет третьему сословию полную свободу устраиваться так, как заблагорассудится каждому отдельному его представителю. От третьего сословия требовалось только одно: содержать все государство материально. Остальное Платона не интересовало.

Таким образом, это не система рабовладения, поскольку и правителям-философам, и воинам запрещена частная собственность, т.е. в том числе и рабовладельческая. Скорее, это – какое-то идеализированное государственное крепостничество с широчайшими правами для крепостных вплоть до их свободной экономической конкуренции в области производства, торговли, денежного накопления.

Диалог «Государство» называют коммунистическим трактатом, а Платона – первым коммунистом. Основанием для этого послужила отмена частной собственности среди правителей и воинов и коллективизм их образа жизни.

«Законы» - произведение престарелого Платона, умудренного и разочарованного жизнью. Одним из основополагающих принципов «Законов» было всеобщее равенство наделов и корпоративное равенство социальной организации.

Основное отличие второго государства «Законы» от первого «Государство», состоит в следующем: 5040 граждан второго государства по жребию получают земельный участок и дом, которыми пользуются на правах владения, а не частной собственности. Надел является собственностью государства и переходит по наследству лишь к одному из детей.[2]

В этом диалоге Платон отражает менее совершенное политическое устройство. Платон отступает от своего сословно-коммунистического проекта. Всем гражданам разрешается жить с семьями.

Деления на сословие нет, однако, все граждане делятся на 4 класса, в зависимости от имущественного положения. Переход из одного класса в другой допускается при изменении имущественного положения. Классы равноправны не во всем. На народное собрание обязаны ходить лишь граждане 1 и 2 класса, остальные по желанию.

Вместо упразднения частной собственности для правителей вводится уравнивание, устанавливаются пределы обогащения, исключается роскошь. Семья и брак по – прежнему считаются общим делом.

Форму второго по совершенству государства Платон характеризует как смешение принципов монархии и демократии.

В своем последнем сочинении «Законы» Платон впервые заговаривает о рабовладельческом государстве, но его суждения о рабах прямо не говорят об экономической принудительности рабства. Это – характерное для античности внешнеэкономическое принуждение, основанное при всем проводимом здесь гуманизме, на весьма низкой моральной оценке раба, лишенного якобы разума и совести. Раб здесь не экономическая категория, а скорее сословно-правовая (у рабов меньше прав, чем у граждан). Впрочем, рабовладение «Законов» является весьма путаной, противоречивой и неясной концепцией.

Деление граждан в «Законах» на сословия заменяется градацией по имущественному цензу. Политические права граждане приобретают в зависимости от размеров имущества, записавшись в один из четырех классов. Разбогатев или обеднев, они переходят в другой класс. Все вместе граждане образуют правящее сословие. Помимо занятий в собственном хозяйстве, им вменяются в обязанность служба в войске, отправление тех или иных государственных должностей, участие в совместных трапезах, жертвоприношения и т.п.

Производственные потребности земледелия предполагается теперь полностью обеспечить за счет рабского труда (в диалоге «Государство» рабы упоминались, но Платон не нашел для них места в экономике идеального полиса). Во «втором по достоинству» государстве «земледелие предоставлено рабам, собирающим с земли жатву, достаточную, чтобы люди жили в довольстве».

Вместе с благожелательным отношением к рабству у Платона появляется и пренебрежительное отношение к производительному труду. Предвидя выступления невольников, Платон советует землевладельцам приобретать как можно меньше рабов одной национальности и не провоцировать их недовольство жестоким обращением. Ремесленное производство, как и в первом проекте, занимает подчиненное, по отношению к земледелию, положение.

Далее, Платон подробно описывает в диалоге организацию государственной власти и законы наилучшего строя. В отличие от первого проекта, здесь проводятся идеи смешанной формы государства и сочетания моральных методов осуществления власти с правовыми.

Идеальным государственным устройством Платон называет правление, где совмещены начала демократии и монархии. К таким началам относятся: демократический принцип арифметического равенства (выборы по большинству голосов) и монархический принцип геометрического равенства (выбор по заслугам и достоинству).

Демократические начала государства находят свое выражение в деятельности народного собрания. На сочетании демократических и монархических принципов строятся выборы коллегии 37 правителей и Совета из 360 членов. Замыкает иерархию государственных органов тайное «ночное собрание», в которое входят 10 самых мудрых и престарелых стражей. Им вручается верховная власть в государстве.

Все выборные государственные органы и правители обязаны действовать в точном соответствии с законом. Что же касается мудрецов из «ночного собрания», то они причастны к божественной истине, и в этом смысле стоят над законом.

Согласившись с тем, что общественную жизнь необходимо урегулировать нормами писаного права, Платон не мог по своим идейным соображениям допустить верховенство закона над религиозной моралью. «Ведь если бы по воле божественной судьбы появился когда-нибудь человек, достаточно способный по своей природе к усвоению этих взглядов, - писал Платон, - то он вовсе не нуждался бы в законах, которые бы им управляли. Ни закон, ни какой бы то ни было распорядок не стоят выше знания».

Рассматривая взгляды философа на закон, следует также избегать их модернизации. Отдельные положения древних мыслителей, взятые вне своего контекста, могут использоваться при обосновании современных концепций государства и права. Так, в частности, произошло с высказываниями Платона о необходимости утверждения закона в общественной жизни, на которые нередко ссылаются сторонники теории правового государства. В диалоге «Законы» Платон писал: «Я вижу близкую гибель того государства, где закон не имеет силы и находится под чьей-либо властью. Там же, где закон - владыка над правителями, а они - его рабы, я усматриваю спасение государства и все блага, какие только могут даровать государствам боги». Под законом здесь понимается не что иное, как совокупность религиозно-нравственных норм, установленных мудрыми людьми государства в качестве ориентира для остальных граждан.[3]

Важное отличие «Законов» от «Государства» - в трактовке вопроса о рабах. Проектом «Государства» класс рабов, как один из основных классов идеального общества, не предусматривается. Полное отрицание личной собственности для правителей и стражей исключает возможность владения рабами. Однако и в «Государстве» кое-где говорится о праве обращения побежденных на войне рабов.

В «Законах», в отличие от «Государства», необходимая для существования полиса хозяйственная деятельность возлагается на рабов или на иноземцев.

Несущественность рабовладения в утопии «Государства» подчеркивается еще одним обстоятельством. Так как единственный, согласно «Государству», источник рабовладения – обращение в рабов военнопленных, то численность кадров рабов, очевидно, должна зависеть от интенсивности и частоты войн, которые ведет государство. Но, по Платону, война – зло, которого в хорошо устроенном государстве должно избегать. Особенно резко осуждается война в «Законах». Здесь война как цель государства отвергается.

Платон в конце жизни уже переставал надеяться на свой идеальный мир. В «Законах» совершенно отсутствует всякое учение об идеалах и даже отсутствует Сократ, этот постоянный ведущий собеседник во многих его диалогах. «Законы» производят впечатление глубочайшего отчаяния философа осуществить свой объективный идеализм гуманными и достаточно идеальными методами.

Вместо этого Платон проповедует здесь слова абсолютистски-полицейское, железно-тоталитарное государство с неимоверно строгим законодательством, с запретом всяких свобод, с прославлением якобы неподвижной в течение 10 тысяч лет египетской практики.

Жестокость наказаний за малейшие преступления превышает все те жесточайшие режимы, которые только были в истории. Особенно тяжелы наказания за преступления против родителей и богов. Платон утверждает, что за оскорбление богов, родителей и государства одной смерти мало, нужны какие-то вечные муки.

Платон выдвигает неожиданное учение о том, что человек – это только кукла в руках богов и только игрушка для них и что сам человек по своей воле ничего сделать не может. Через эти куклы проходят разные нити, при помощи которых боги управляют человеком. Платон в этом видит обоснование всего человеческого поведения. Человек будет стремиться к нити разума и будет избегать нити порочной жизни.

Здесь представляется некая двойственность объективного идеализма Платона или попросту развал. Платону нужно было как-нибудь оправдать тот кровавый террор, на котором основано его законодательство. Поэтому он свалил все на богов, не обладая в то же время достаточной смелостью, чтобы расстаться со своей всегдашней верой в человека и в его добрую волю и лишить его всякой ответственности.

Таким же ужасом веет и от другой теоретической концепции Платона в «Законах». Он требует, чтобы все жили легко, весело и радостно, все должны постоянно петь и танцевать от радости. Единственным содержанием песен и танцев должно быть восхваление законодательства, исступленное славословие по адресу законов, законодателей и ведущих политиков и стратегов. Подобного рода всечеловеческая песня введена Платоном для прикрытия зверской жестокости построенного им абсолютистско-полицейского государства.[4]

Таким образом, трагический кризис объективного идеализма Платона в последний период творчества философа коснулся не только одной социально-политической сферы, но глубоко проник и в самое существо его теоретической мысли.

Первоначальный тип общежития как тип идеальный нарисован Платоном и в «Государстве» и в «Законах». Идеальному типу он противопоставил отрицательный тип общественного устройства. В нем главным двигателем поведения людей оказываются материальные заботы и стимулы. Отрицательный тип государства выступает в четырех формах: тимократия, олигархия, демократия и тирания. В сравнении с идеальным государством, каждая из этих форм есть последовательной ухудшение или извращение формы идеальной.

В обоих государствах Платон считает основным принципом справедливость. Каждому гражданину государства справедливость отводит особое занятие и особое положение.

В государстве Платона необходимые для общества в целом функции и виды работы разделены между специальными разрядами его граждан, но в целом образуют гармоничное сочетание. В разделении труда Платон видит фундамент всего современного ему общественного и государственного строя.

ЗАДАНИЕ №2. Ознакомившись с программными документами декабристов Северного и Южного общества, выделить объединяющие их моменты, установить различия между предусмотренными в них проектами переустройства российского государства относительно будущей формы правления, формы государственного устройства и решения земельного вопроса.

В 1821г. возникло «Южное общество» (более радикальное крыло) во главе с П.Пестелем и «Северное общество» (крыло умеренное) под руководством Н.Муравьева.

Пестель как последовательный революционер и республиканец полагался на военный заговор и цареубийство. Муравьев как буржуазно-либеральный реформатор, отдавал предпочтение социально-политическим реформам[5] , но не исключал и возможности революционных действий. Однако, несмотря на приверженность монархическим идеалам, его программа в целом ряде положений была более радикальной.

«Русская правда» П.Пестеля и проекты конституции Н.Муравьева предполагали коренные изменения в политическом и социальном устройстве государства, включавшие кардинальные перемены в форме правления, государственном устройстве и политическом режиме и в этом плане обе политические концепции по существу предлагаемых реформ были революционны. Они решали ряд вопросов: как освободить крестьян? Как разрешить аграрный вопрос? Как организовать центральную власть и власть на местах? Как провести переворот?

Декабристы были едины в отрицании абсолютизма и крепостного права, ненависти к самодержавию, сословных привилегий. Они опасались, что политическая активность народа приведет к потрясениям и кровопролитию типа Французской революции, и выступали за военно-заговорческую тактику наподобие дворцового переворота.

Они постепенно формировали свои взгляды, вникая в жизнь помещичьих крепостных имений, которую с детства хорошо знали, в события патриотического подъема русского народа в Отечественной войне 1812г., в заграничных походах, освобождавших Европу, где они воочию увидели «войну народов и царей» против феодального угнетения, в усиления крепостного гнета и роста крестьянских волнений, в разочарованиях в «реформах сверху» из-за реакционного курса правительства.

Объективно движение декабристов порождено кризисом феодально-крепостной общественной формации и уходит своими корнями в ведущий процесс с эпохи – разложение стареющего, исчерпавшего себя феодально-крепостного строя и возникновение новых, в то время прогрессивных, – капиталистических отношений.[6]

Крепостное право и самодержавие были тормозом развития страны. Они сковывали ее производительные силы. Новые явления жизни вступали в резкое противоречие с устарелыми общественными формами.

Согласно проекту Пестеля «Русская правда» Россия провозглашалась единой и неделимой республикой с широким демократическим правлением. В организации верховной власти в государстве Пестель различает Верховную законодательную власть и Управление (исполнительную власть). Верховная власть вручается Народному вечу, исполнительная – Державной думе, а надзор за их деятельностью – Верховному собору.

Народное вече – однопалатный орган, избираемый сроком на пять лет с ежегодным переизбранием одной пятой его части, при этом «тот же самый может быть опять избран». «Оно объявляет войну и заключает мир», «а также принимает законы. Никто не может распустить Народной вечи». Верховное правительство должно было провозгласить республику, издав немедленно ряд законодательных актов, направленных на закрепление нового общественного и государственного строя.

Избирательным правом наделялись все лица, достигшие 20 лет. Исполнительная власть передавалась Державной думе, состоящей из пяти человек, избираемых сроком на 5 лет, один из них сроком на один год избирался президентом.

Блюстительная власть – Верховный собор – состоит из 120 человек, именуемых боярами, которые назначаются на всю жизнь и не участвуют ни в законодательной, ни в исполнительной власти. По мысли Пестеля, «Собор удерживает в пределах законности Народную вечу и Державную Думу». Собор имеет право отдавать под суд чиновника любого уровня за злоупотребления. Действия законодательной и исполнительной властей, а также государственное устройство определяются Конституцией (Государственный завет).[7]

Сословный суд отменялся и вводился гласный суд присяжных заседателей, равный для всех граждан.

Самым главным он считает, чтобы все люди были равны, имели одинаковые права, которые основываются на «общих и одинаковых свойствах природы человека». Признавая всеобщее равенство, Пестель считает неизбежным разделение человеческого общества на две части: «повелевающих» - правительство и «повинующихся» - народ.

В «Русской правде» уделяется большое внимание обоснованию необходимости введения общедемократических прав и свобод: неприкосновенности личности, равноправия, свободы совести, слова, собраний и т.д. Однако православию оказывалось государственное покровительство, а создание партий вообще запрещалось из опасения разрушения единства народа и нового общественного порядка.

Пестель предлагал, чтобы все народы слились бы в единый народ, общепризнанным был бы язык русский. Безусловно, план Пестеля по национальному вопросу во многом был утопичен. Совсем нет надобности сливать все народы для их расцвета в один русский народ.[8]

Пестель – противник федеративной системы, на которой настаивал глава «Северного общества» Н.Муравьев. С его точки зрения, естественное равенство еще не гарантирует народам равенства политического. Он различал право народное и право благоудобства. Первое составляет привилегию народов многочисленных, способных пользоваться «самостоятельною политическою независимостью», второе распространяется на народы, слабые по своему составу, а стало быть самой судьбой предназначенные к покровительству более сильной нации. Право благоудобства отвечает лишь видам безопасности, а не «тщеславного распространения пределов государства».

Исходя из своей системы, он объявлял «мнимым и несуществующим» право народности для всех Россия, кроме русских, и поэтому настаивал на сохранении «неразделимой», унитарной государственности в России после революции. Возражения, которые он выдвигал против федеративного устройства: во-первых, в федеративном государстве верховная власть лишена действительных законодательных функций («не законы дает, но только советы»); во-вторых, каждая федеративная область, обладая известной автономией, будет непременно претендовать на роль маленького государства или княжества. «Слово государство при таком образовании, писал Пестель, будет слово пустое, ибо никто нигде не будет видеть государства, но всякий везде только свою частную область». Тем самым федерация неминуемо обрекалась на разрушение.[9]

Аграрная часть «Русской правды» отличалась продуманным подходом к проблеме. Недаром впоследствии, когда готовилось освобождение крестьян, власти взяли за основу идею Пестеля о разделении земель частновладельческих и крестьянских. Но не все в программе Пестеля было реалистично. Нельзя, например, было ликвидировать в России сословия, когда в ней еще не вполне сложились классы капиталистического общества. Это повело бы к разрушению социальных структур общества, могло вылиться в развал и хаос.

Крепостное право отменялось, сословия ликвидировались. Пестель настаивал на освобождении крестьян с землей. Для наделения крестьян землей предлагалось изъять половину помещичьих владений (у богатых помещиков – бесплатно, у других – с денежной компенсацией).

К освобожденным крестьянам переходила половина всего земельного фонда безвозмездно. Другая половина оставалась в частной собственности помещиков и иных лиц, пожелавших приобрести землю.

Пестель предлагал в каждой волости земли разделить на две части: одну из них считать общественной землей; эта часть должна принадлежать обществу и не может быть ни продана, ни заложена, ее цель – доставление «необходимого всем гражданам без изъятия». Во всех волостях эта земля делится на отдельные участки такой величины, чтобы каждый из них мог доставлять средства существования одной семье, она давалась только в пользование.

В отличии от Пестеля – атеиста, Муравьев был глубоко религиозным человеком, и в его учении доводы естественно-правовой доктрины переплетаются с положениями новозаветного учения.

Конституция Муравьева – оригинальная переработка зарубежного политического опыта и применение его к русской действительности. Муравьев разработал три варианта Конституции, наиболее интересным признан второй проект, где прежние республиканские воззрения сменились конституционно-монархическими с оговоркой о возможности введения республики.[10]

Формой правления наилучшей для России Муравьев считал конституционную монархию (в отличии от республики Пестеля), основанную на принципе разделения властей, которое составляет необходимые гарантии для взаимоконтроля высших властей в государстве.

Законодательная власть вручена Народному вечу, «состоящему из двух палат: Верховной Думы и Палаты Представителей». Избирательным правом пользуются все совершеннолетние жители, имеющие движимое и недвижимое имущество.

Верховная Дума избирается сроком на шесть лет и каждые два года обновляется на одну треть своего состава при общем количестве, равном сорока пяти членам. Члены Думы должны быть не моложе 30 лет и обладать определенным имуществом.

Палата Представителей состоит из 450 членов и избирается сроком на два года. Наличие второй палаты обусловлено государственным устройством, организуемым на основе федерации с предоставлением каждому члену место в общем законодательном органе.

Законодательной инициативой обладают члены обеих палат и министры. Законы принимаются и отвергаются простым большинством голосов.Монарх как глава исполнительной власти не может изменять и отменять законы, равно как и присваивать себе функции законодательной власти.

Все должностные лица за нарушение законов привлекались к ответственности народными представителями. В этом случае Верховная дума становилась судом.

Государственное устройство (в отличие от Пестеля) – федеративное: вся Россия разделена на области – державы (13 держав), и для каждой из них учреждается областное управление. В основу деления России на державы положены исторические, экономические и географические характеристики. Столицей федерации должен был стать Нижний Новгород.

В державах также существовала двухпалатная система. Все должностные лица в державах и уездах были выборными.

Муравьев объявлял об освобождении крестьян от крепостной зависимости, но (в отличии от Пестеля) на основе принципа: «Земли помещиков остаются за ними». Лишь в последней Конституции после критики другими декабристами Муравьев незначительно наделил крестьян землей.

Конституция Муравьева характеризовалась высоким имущественным цензом: только земельный собственник или владелец капитала был полноправным гражданином.

Северян тревожила фигура Пестеля как будущего диктатора. Они считали, что Пестель «человек опасный для России».[11]

ЗАДАНИЕ №3. Написать сочинение «Необходимость синтеза либеральных и консервативных идей как политологическая проблема».

Либерализм, направление в политике, противоположное консерватизму, стремление к реформации и организации государства и общества на началах свободы личности, свободы от стеснений, налагаемых церковью, деспотизм власти, политической регламентацией, обычаями и т.д.

Политический либерализм нашел выражение во французской «Декларации прав человека и гражданина», где были установлены основы гражданских свобод.

Либерализм требует свободы, а консерватизм – норм и ограничений, либерализм упирается на гибкость, а консерватизм – на устойчивость, либерализм зовет в светлое будущее, а консерватизм – тянет в прошлое.

Консерватизм – это надежное прибежище для стойких предрассудков, предвзятых мнений. Он достаточно прост и архаичен. Дело не в том, что он ретрограден, а в том, что эта идеология отдает человека во власть прошлого, неподвластных ему сил – традиций, привычек, отживших правил, порядков. В этом господстве внешних сил сохраняется некое квазирелигиозное начало.

Либерализм, напротив, формируется из живого опыта, данного, реальной динамики эпохи и понимания ее проблем. Либерализм требует большого понимания, воспитания, обучения. В политике эта идеология сочетается с более высокой общей и специфической политической культурой. Это более сложная и развитая идеология в сравнении с консерватизмом.

Становление классического либерализма связано с эпохой буржуазных революций XVII-XVIII веков. Он появился как политическая идеология буржуазии и провозгласил свободу в качестве приоритетной ценности. Возникновение консервативных идей относится к рубежу XVIII-XIX веков.[12] В этот период консерватизм выражал интересы земельной аристократии и выступал как феодальная реакция на французскую буржуазную революцию. В ходе исторического развития менялась его социальная база, и с конца XIX начала XX века он превращается в идеологию буржуазии.

Для либерального направления ключевыми выступают понятия: «свобода», «конкуренция», «плюрализм». Эти идеи пронизывают политическую и экономическую концепцию либерализма и остаются в качестве ключевых в течение почти двухсотлетней его истории.

Консервативная идеология опирается на такие понятия, как «порядок», «власть», «традиция», «дисциплина». Ориентация консерватизма на авторитет, сильную власть и традиции создает ему нередко репутацию гаранта общественной стабильности и политического порядка. Необходимо учитывать следующее: во-первых, в реальной политической практике нет «чистого» консерватизма (принято выделять три его течения: либерально-консервативное, христианско-демократический консерватизм, авторитарный консерватизм); во-вторых, выступая с XIX века как альтернатива либерализму, он в ряде случаев придерживался сходных или достаточно близких позиций. Наиболее тесное сотрудничество сложилось в послевоенные годы, а в 80-е сформировался второй либерально-консервативный консенсус; в-третьих, практически сейчас на Западе нет самостоятельной либеральной или консервативной концепции.

Своеобразным синтезом либерализма и консерватизма явился неоконсерватизм, проявившийся в общественной жизни развитых стран с середины 70-х годов. Последующее десятилетие, а также 90-е годы характеризовались «консервативной волной». Усиление позиций новой формы консерватизма обусловлено: реакцией на рост идеологий, альтернативных позднему капитализму, кризисом модели послевоенного социально-экономического развития, обострение проблемы путей достижения эффективной экономики в условиях постиндустриального общества. В характеристике современного консерватизма исследователи обращают внимание на признаки, ранее ему не свойственные: популизм и демократия.

Понятие «неоконсерватизм» отражает приспособление политических идей к меняющейся исторической реальности. Однако базовые принципы теорий оставались неизменными на всех этапах развития.

Мировой исторический опыт XX века убедительно показывает, что либерализм и консерватизм, при всех своих концептуальных мировоззренческих различиях, все же имеют тенденцию к сближению.

В странах органического типа развития либерализм и консерватизм показали, что в условиях стабильного развития они вполне могут сотрудничать и взаимодействовать, обеспечивать ротацию друг друга у власти. Ситуация осложнена в странах догоняющего типа развития.

В условиях, когда в стране еще не завершена борьба за выбор пути общественного развития, либерализм и консерватизм, предлагающие собственные модели выхода из системного кризиса, выступают в роли политических и идеологических конкурентов. Не случайно в историографии акцент исследования был смещен именно в сторону разработки проблемы противостояния либерализма и консерватизма. Вместе с тем их сближающие составляющие изучены до сих пор недостаточно.

В настоящее время уже сама логика историографического процесса подвела к постановке данной темы, Не случайно, в последние годы предприняты плодотворные попытки обратиться к исследованию именно «пограничных состояний» либерализма и консерватизма – «либеральный консерватизм» и «консервативный либерализм». Характерно также, что в исследовательский контекст прочно вошла идея о либерально-консервативном синтезе. Однако введение в научный оборот новых понятий, безусловно обогащающих современные исследования, предполагает дополнительное теоретическое и конкретно-историческое усилие в разрешении следующего вопроса: происходит ли в результате такого синтеза утрата «инвариантных ядер» либерализма и консерватизма?

Важен и другой вопрос: новое качество охватывает в числе прочего и теоретический уровень, или же консервативный синтез имеет ситуационное значение, ограничивается сферой политических технологий? Если, например, иметь в виду российскую действительность начала XX века, то такой синтез носил ситуационный характер, вынуждаемый конкретной политической обстановкой (революция 1917 года и Гражданская война). В условиях длительного стабильного капиталистического развития (например, в той же Англии) либерально-консервативный синтез охватывает и сферу идеологии, хотя либерализм и консерватизм продолжают сохранять неизменными собственные мировоззренческие «инвариантные ядра».

Обращая внимания на необходимость разработки проблемы либерально-консервативного синтеза, не следует упускать из вида не менее актуальную и еще более неразработанную проблему взаимовлияния и противостояния традиционализма с либерализмом и консерватизмом.

В традиционном обществе, которое лишь ступило в пореформенную эпоху на путь медленной трансформации в гражданское и правовое, традиционализм, как система мировоззренческих представлений и как общественно-политическая сила, поддерживаемая всей мощью авторитарного государства, подпитываемого к тому же традиционалистским менталитетом большинства, играл весьма важную и еще в полной мере ни теоретически, ни историографически не осознанную роль. Нередко в историографии традиционализм и консерватизм рассматриваются как некое синонимическое целое. В известной мере такой подход, правда, с определенной коррекцией на догоняющий тип развития России, большинство исследователей считают оправданным.

Будучи результатом развития буржуазных отношений, консерватизм как мировоззренческая доктрина и политика, в большей степени, чем либерализм, был связан с традиционализмом. Тем не менее (при всем их сходстве) традиционализм и консерватизм в европейском контексте развития представляют собой две разных мировоззренческих системы, две разных идеологии и политики.[13]

Цель неоконсерватизма – это консервативное государство благосостояния. В целом неоконсерватизм в тех или иных пропорциях интегрировал в отдельные элементы остальных вариантах консерватизма и сводится к следующему: вера в естественный закон, не зависимый от воли людей; убеждение в том, что человеческое общество представляет своего рода «духовную корпорацию», такую как церковь. Порядок, справедливость и свобода являются продуктами очень длительного периода человеческой истории.[14]

Синтезу неоконсерватизма присущи: внутренняя противоречивость ситуации, в которой оказывается государство в моменты экономического и культурного кризиса; государство само превращается в одного из «игроков» на экономическом ринге, сближаясь с другими корпоративными игроками и вступая с ними в отношения конкуренции. С ростом социального неравенства растет недовольство, соответственно возрастает потребность государственного контроля для поддержания целостности системы. Отсутствие идеальных идеологий. Состоит из сплава ряда ценностей разного порядка, но в иной комбинации с преобладанием черт социального авторитаризма. Синтез отражает разные и неизбежные стороны природы – коллективизм, традиционализм и индивидуализм. Не принятие идеологий, идей.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Учебники и учебные пособия:

1. Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии: Учебник. – М.: Магистр, 1996.

2. Исаев И.А., Золотухина Н.М. История политических и правовых учений России: Учебник. – М.: Юрист, 2003.

3. Платон и его эпоха / Под ред. Ф.Х.Кессиди, М.: «Наука», 1979.

4. Лебедев Н.М. Пестель – идеолог и руководитель декабристов. М., «Мысль», 1972.

5. Лосев А.Ф., Тахо-Годи А.А. Платон. Жизнеописание. М., «Дет.Лит», 1977.

6. История правовых и политических учений. Учебник / Под ред. О.Э.Лейста. – М.: «Зерцало», 1999.

7. История правовых и политических учений: Учебник / Под ред. О.В.Мартышина. – М.: Норма, 2004.

8. Медведская Л.А. Павел Иванович Пестель. М., Просвещение, 1967.

9. История правовых и политических учений: Учебник / Под ред. В.С.Нерсесянса. – М.: ИНФРА, М–НОРМА, 1997.

10. Огарев Н.П. Избранные социально-политические и философские произведения. М., 1952. Т.1.

Статьи и научные публикации:

1. Кравченко И.И. Либерализм: политика и идеология/ Вопросы философии. – 2006. №1.

2. Телегина Г.В. Реформа образования на Западе: либеральный консерватизм или консервативный либерализм?//Вопросы философии. 2005. №8.


[1] Лосев А.Ф., Тахо-Годи А.А. «Платон. Жизнеописание». М., «Дет.Лит.», 1977. С.172.

[2] История правовых и политических учений. Учебник/Под ред. О.Э.Лейста. – М.: «Зерцало», 1999. С.47–49.

[3] История правовых и политических учений: Учебник/Под ред. О.В.Мартышина.– М.:Норма, 2004. С.45-48.

[4] Платон и его эпоха/Под ред. Ф.Х.Кессиди. М.: «Наука», 1979. С.191-194.

[5] Огарев Н.П. Избранные социально-политические и философские произведения. М., 1952. Т.1. С.784.

[6] Исаев И.А., Золотухина Н.М. История политических и правовых учений России: Учебник. – М.:Юрист, 2003. С.235-237.

[7] История политических и правовых учений: Учебник/Под ред. Нерсесянца. – М.:ИНФРА.М–НОРМА, 1997. С.443-445.

[8] Медведская Л.А. Павел Иванович Пестель. М., Просвещение, 1967. С.120.

[9] Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии: Учебник.– М.:Магистр, 1996. С.159.

[10] История политических и правовых учений: Учебник/Под ред. О.В.Мартышина. – М.:Норма, 2004. С.421-422.

[11] Лебедев Н.М. Пестель – идеолог и руководитель декабристов. М., «Мысль», 1972. С.140.

[12] Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии: Учебник. – М.: Магистр, 1996. С.210.

[13] Телегина Г.В. Реформа образования на Западе: либеральный консерватизм или консервативный либерализм?//Вопросы философии. – 2005. №8. С.129.

[14] Кравченко И.И. Либерализм: политика и идеология//Вопросы философии. – 2006. №1. С.3-5.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

Комментариев на модерации: 2.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий