Взаимосвязь внутренней и внешней политики: идеи Джеймса Розенау и современность

Теоретическое осмысление вопросов соотношения, взаимосвязи и взаимовлияния внутренней и внешней политики всегда занимало одно из центральных мест в международно-политической науке.

Взаимосвязь внутренней и внешней политики: идеи Джеймса Розенау и современность

Цыганков П.А.

Теоретическое осмысление вопросов соотношения, взаимосвязи и взаимовлияния внутренней и внешней политики всегда занимало одно из центральных мест в международно-политической науке. Это вполне объяснимо: ведь от того или иного решения данных вопросов зависит понимание самого ее объекта, следовательно, и ее предмета как относительно самостоятельной дисциплины. В самом деле, если мы, например, как ортодоксальные марксисты, будем исходить из того, что внешняя политика – это простое продолжение внутренней, то, следуя логике политического реализма, мы, по сути, лишим себя возможности анализа особенностей международных отношений, которые коренным образом отличаются от внутриобщественных отношений. Если же опираться на либеральную парадигму, то мы должны признать ошибочными выводы не только марксистов, но и реалистов: с точки зрения либералов, международные отношения не являются «вторичными» и «третичными», а активно воздействуют на внутриполитическую жизнь каждого государства, тогда как реалисты утверждают, что разница между внутренними и внешними факторами политической жизни далеко не столь существенна, как может казаться на первый взгляд.

Различия в понимании рассматриваемой проблемы касаются не только конкурирующих парадигм в рамках науки международных отношений, но и ее трактовки представителями других [с.168]дисциплин1. Так, согласно юридической науке средой внешней политики является международное общество суверенных государств и межправительственных организаций, регулируемое особой системой норм, составляющих международное публичное право. Историки, напротив, считают, что «между внутренним и внешним нет коренной разницы, как нет и непроницаемой перегородки, а происходит их очевидное взаимодействие, в котором, однако, доминирует первое над вторым» 2. При этом и юристы, и историки считают, что характер взаимодействий на мировой арене и сама природа международных отношений определяются государствами, главным образом великими державами.

Одним из первых стал аргументировать противоположную точку зрения профессор Южно-Калифорнийского университета Джеймс Н. Розенау 3. Уже в 1960-е гг. он высказывает мнение, согласно которому структурные изменения, произошедшие в мировой политике за последние десятилетия и послужившие основной причиной взаимозависимости народов и обществ, вызвали коренные трансформации в международных отношениях. Их главным действующим лицом становится не государство, а конкретные лица, вступающие в отношения друг с другом при минимальном посредничестве государства или даже вопреки его воле. Несколько позднее Дж. Розенау облекает этот вывод в метафорическую форму, выражающую его мысль об основных субъектах международных отношений. Он говорит, что результатом изменений в сфере международных отношений становится образование международного континуума, символическими персонажами которого выступают турист и террорист 4. Это положение Розенау коренным образом расходится с основным положением политического реализма, в столь же метафоричной форме выраженным Р. Ароном, согласно которому содержание международных отношений составляют межгосударственные взаимодействия, символизируемые в фигурах дипломата и солдата 5.

Розенау и далее оставался верным подходу, использованному им в прежних работах, Розенау значительно углубляет свою мысль о новых акторах международных отношений. В 1990 г. в своей новой работе, получившей огромный резонанс в научном сообществе и оказавшей существенное стимулирующее влияние на развитие такого направления [с.169], как социология международных отношений, Розенау показывает, что новые акторы – уже не только индивиды, но и, по сути, бесконечное многообразие негосударственных субъектов, влияющих на изменения в рамках мировой системы 6. При этом в отличие от некоторых представителей транснационализма, он не склонен считать, что эти новые субъекты вытесняют государство с международной сцены. По словам Розенау, на наших глазах происходит «раздвоение мира»: речь идет о сосуществовании, с одной стороны, поля межгосударственных взаимоотношений, в котором действуют «законы» классической дипломатии и стратегии; а с другой стороны, поля, в котором сталкиваются «акторы вне суверенитета», т.е. негосударственные участники. Этим объясняется «двуслойность» мировой политики: межгосударственные отношения и взаимодействие негосударственных акторов составляют два самостоятельных, относительно независимых, параллельных друг другу мира «постмеждународной» политики. Таким образом, к классическому миру отношений государств и межправительственных организаций добавился мир, который Розенау называет полицентричным миром, в недрах которого взаимодействуют межправительственные и неправительственные организации, социальные группы, государственные бюрократии и транснациональные акторы. На передний план в этом перевороте мировой политики Розенау выдвигает индивидов, порывая тем самым с главными традициями изучения международных отношений.

Одним из следствий эрозии государственной монополии в определении характера международных отношений становится, как полагает Розенау, размывание границ между внутренней и внешней политикой. Множество негосударственных участников международных отношений, о которых можно с уверенностью сказать лишь то, что они способны на международную деятельность, более или менее независимую от государства, обусловливает формирование контуров глобальной системы, где контакты между различными структурами и акторами осуществляются принципиально по-новому. Второй «полицентричный» мир международных отношений характеризуется хаотичностью и непредсказуемостью, искажением идентичностей, переориентацией связей авторитета и лояльностей, которые соединяли индивидов прежде. Базовые структуры «постмеждународных» отношений обнаруживают настоящую бифуркацию между соревновательными логиками этатистского и полицентрического миров, которые взаимно влияют друг на друга и никак не могут найти подлинного примирения. [с.170]

Значительный интерес представляют идеи Розенау о глобализации современного мирового развития. Он проводит различия между смыслом этого понятия и тем содержанием, которое свойственно таким близким ему терминам, как «глобализм», «универсализм» и «сложная взаимозависимость» 7. Будучи тесно связанным с этими терминами, понятие «глобализация» имеет, в его представлении, менее широкое значение и более специфическое содержание. Оно отсылает не к ценностям и структурам, а к процессам, к соединениям, которые зарождаются в умах и поведении людей, к взаимодействиям, возникающим тогда, когда индивиды и организации заняты своими обыденными делами и стремятся достичь поставленных перед собой целей. Процессы глобализации отличаются тем, что они не знают никаких территориальных или юридических барьеров, легко преодолевают государственные границы и способны затронуть любую социальную общность в любом месте мира.

Нельзя не отметить, что идеи Розенау, которые в Европе получили благоприятный отклик, в США были восприняты довольно скептически. Главный аргумент его американских критиков состоит в том, что эти идеи слишком сложны и плохо поддаются операционализации 8. Однако бесспорно, что процессы глобализации мирового развития, связанные с усилением взаимозависимости, формированием ряда признаков всемирного гражданского общества и перегруппировкой основных элементов структуры государственного суверенитета, вносят новые нюансы в вопросы соотношения внутренней и внешней политики. Поэтому исследование динамики взаимовлияния внутренних и внешних изменений приобретает весьма важное значение для осмысления особенностей международно-политического развития конца XX в.

Стимулирующее влияние на подобное осмысление продолжают оказывать идеи Джеймса Розенау о взаимосвязи между внутриполитической жизнью общества и международными отношениями, о роли социальных, экономических и культурных факторов в объяснении международного поведения правительств, о «внешних» источниках, которые могут иметь чисто «внутренние», на первый взгляд, события и другие положения, выдвинутые им еще в 1969 г. в работе «Toward the study of National-International Linkages», фрагмент которой приводится ниже. [с.171]

Список литературы

1 Подробнее см.: Laroche J. Politique Internationale. P.: L.G.D.J., 1998. P. 17–19.

2 Milza P. Politique interieure et politique etrangere. Цит. по: Laroche J. Politique Internationale. P., 1998. P. 20.

3 В настоящее время Дж. Н. Розенау – профессор Университета Джорджа Вашингтона.

4 Rosenau J. Le toureste et le terroriste ou les deux extremes du continuum international // Etudes Internationales. 1979. Juin.

5 См.: Aron R. Paix et guerre entre les Nations. P., 1962.

6 См.: Rosenau J.N. Turbulence in World Politics. A Theory of Change and Continuity. Princeton, 1990.

7 См.: Rosenau J.N. Les processus de la mondialisation: retombees significatives, echanges impalpables et symbolique subtile // Etudes Internationales. Sept. 1993. Vol. XXIV, № 3. P. 499.

8 См. подробнее: Vennesson P. Op. cit. P. 176.