Толкование Конституции РФ

МОСКОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ Кафедра конституционного и муниципального права Курсовая работа на тему: «Толкование Конституции РФ»

МОСКОВСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ ЮРИДИЧЕСКАЯ АКАДЕМИЯ

Кафедра конституционного и муниципального права

Курсовая работа

на тему:

«Толкование Конституции РФ»

Студента ОЦП МВФ

1 Курса

Группы №1

Колпакова М.В.

Научный руководитель:
препод. каф. конституционного и муниципального права
Дорошенко Е. Н.

МОСКВА - 2005

Содержание

Введение...............................................................................3

Глава 1. Теоретические аспекты толкования Конституции................................................................................5

1.1. Понятие толкования правовых норм………………………..…5

1.2. Теоретические вопросы толкования Конституции РФ. Особенности толкования Конституции РФ…………………9

Глава 2. Практика толкования Конституции РФ………....................................................................................16

2.1. Толкование Конституции РФ Конституционным Судом.........................................................................................................16

2.2. Доктринальное (научное) толкование Конституции РФ…...........................................................................................................27

Заключение.........................................................................30

Список использованной литературы............................32

Введение

Толкование Конституции играет важную роль в становлении и развитии правовой системы любого государства, относящего себя к правовым и демократическим государствам.

В Российской Федерации важность данной проблематики усугубляется отсутствием опыта демократического государственного строительства, отсутствием соответствующих традиций, конституционных обычаев, обширной практики непосредственного применения конституционных норм. Эти обстоятельства, а также абстрактный, общий, иногда недостаточно конкретный характер положений Конституции, неизбежное наличие в ней пробелов и коллизий придают рассматриваемым вопросам особую значимость.

В последние годы (начиная с 2001 года) Конституционный Суд РФ не принимал Постановлений о толковании Конституции, однако это не значит, что данная деятельность утратила свою значимость, перестала быть востребованной, так как данное обстоятельство связано в большей степени с концентрацией политической власти у Президента (прекращением конфронтации между Президентом и Государственной Думой, которое во многом определяло политический облик правления Б. Н. Ельцина, подчинение регионов федеральному центру), а также с устранением в течение 90-х гг. наиболее явных пробелов и противоречий Конституции. В то же время и сейчас Конституционный Суд РФ регулярно осуществляет толкование положений Конституции путем их сверки с положениями иных актов законодательства.

Помимо этого, толкование Конституции (особенно официальное) всегда будет всегда иметь большое значение и по причине сложности внесения поправок в Конституцию. В этом контексте толкование представляется способом придания «живучести» конституционному тексту, способом приспособления ее положений к изменяющейся общественно-политической ситуации. Однако здесь есть опасность невольного перехода от толкования к нормотворчеству, следовательно, толкование не должно переходить определенную грань (которую, по нашему мнению, в отдельных случаях Конституционный Суд РФ переступал).

Проблематика толкования Конституции достаточно широко освящена в специальной и периодической литературе. Существуют как специальные монографии и статьи по рассматриваемой тематике, так и отдельные главы в учебниках по конституционному праву.

Общественная значимость толкования Конституции, практически полное отсутствие возможности при толковании конституционных норм обратиться к иным источникам права обуславливает особое значение теоретических постулатов толкования правовых норм, которые рассмотрены в главе 1.1. настоящей работы.

Глава 1.2. работы посвящена теоретической специфике толкования Конституции РФ, глава 2 будет носить практический характер (толкование Конституции РФ Конституционным Судом РФ и другими субъектами толкования).

Выбор темы был обусловлен как ее актуальностью, значимостью, так и ее познавательной ценностью как для более глубокого понимания положений Конституции, так и в плане изучения общих подходов к толкованию, которые могут быть применимы и в отношении других источников права.

Глава 1 Теоретические аспекты толкования Конституции

1.1. Понятие толкования правовых норм

Под толкованием правовых норм обычно понимается деятельность субъектов права (государственных органов, общественных организаций, должностных лиц, граждан) по уяснению и разъяснению смысла и содержания правовых норм[1] .

Из приведенного определения следует, что содержание толкования можно свести к двум технологическим частям, двум сторонам деятельности по толкованию: уяснение (мыслительный процесс, направленный на понимание нормы права для себя, выяснению ее смысла) и разъяснение (сторона деятельности, адресованная другим участникам отношений, в которой доводятся, становятся известными результаты толкования).

Необходимость уяснения и разъяснения (толкования) норм права вызвана целом комплексом объективно влияющих причин. Кратко можно выделить следующие:

1. Общий, абстрактный характер норм права, необходимость понимания их смысла применительно к конкретной (иногда достаточно специфической) ситуации.

2. В нормативных актах воля государства выражена через средства и приемы юридической техники: специфическую терминологию, юридические конструкции, систему отсылок, различные юридические фикции и т.д.

3. Несовершенство, неадекватность, ошибки, недоработки в правовых нормах.

4. Взаимная обусловленность, взаимосвязь общественных отношений, что вызывает необходимость системного подхода к пониманию правовых норм (в их связи с другими правоположения этой и иных отраслей права).

5. Динамизм, изменчивость общественных отношений, который законодатель часто не в состоянии оперативно учесть.

6. Необходимость общеобязательного (легального) толкования часто вызвана требованием обеспечения единообразного понимания и исполнения законодательных актов.

7. Пробелы, коллизии права.

При этом следует отметить, что на правоприменителя, осуществляющего толкование может влиять как одна, так и комплекс указанных выше причин.

Спорным вопросом в теории права является выяснение цели толкования права.

Значительным большинством исследователей поддерживается позиция, что целью толкования является правильное, точное и единообразное понимание и применение закона, выявление его сути, которую законодатель вложил в словесную формулировку [2] . Аналогичное мнение в более категоричной форме выражено Трубецким Е. Н.[3] : «выяснение духа закона, намерений и целей, имевшихся в виду законодателем , - вот истинная цель и основная задача всякого толкования». Таким образом, под целью толкования понимается некий процесс выявления воли законодателя, а в случае принятия нормативного акта на референдуме (как Конституция РФ) – то, по всей видимости, процесс выявления воли народа, объективно выраженной в тексте соответствующего акта.

Однако вышеприведенную позицию нельзя, с нашей точки зрения, рассматривать как единственно верную по следующим причинам. Понимание цели толкования как уяснение воли законодателя предполагает в качестве основной предпосылки то обстоятельство, что воля (намерение) большинства законодателей (являющихся легитимными представителями народа) реально воплощена в тексте правового акта. Практика законодательного процесса в подавляющем большинстве случаев свидетельствует об обратном. Во-первых, авторами (составителями законов) редко являются сами депутаты (как правило, это бывают научные работники, иные специалисты). Во-вторых, депутаты, голосующие за определенный законопроект, не обязательно его читают. Кроме того, очень часто голосование осуществляется исключительно по политическим мотивам (не говоря уже о распространенной практике голосования одним депутатом за другого). Только по данным причинам можно, как минимум, серьезно усомниться в том, что в законе действительно может быть выражена реальная воля большинства членов органа законодательной власти. Проблема связи законодательного акта с волей принимающего его субъекта в еще большей степени обостряется при принятии законодательного акта (в частности, конституции) на всенародном референдуме. Указанные обстоятельства приводят к появлению иных, альтернативных подходов к пониманию цели толкования правовых норм. Так, Михайловский В. И.[4] придерживался позиции, что «задачей толкования надо признать выяснение смысла закона, то есть исследование того, что мог выразить законом не тот или другой определенный человек, а вообще разумный человек, законодатель в абстрактом смысле слова. Задачей толкования является раскрытие смысла закона насколько этот смысл выразился в словах самого закона, независимо от того, что думал о законе его «создатель».

Второй подход к пониманию цели толкования представляется более четким, более направленным на уяснение смысла именно закона, а не на поиск абстрактной воли законодателя, которая в единообразном состоянии зачастую отсутствует, что подразумевает большую стабильность, предсказуемость толкования, отсутствие возможности произвольной (и противоправной) интерпретации закона.

В теории права большое значение различным вариантам классификации толкования. Выделяется толкование права по субъектам (неофициальное (подвиды: обыденное, профессиональное, доктринальное), официальное, последнее в свою очередь, делится на нормативное и казуальное), по способам (грамматическое, логическое, систематическое, специально-юридическое, историческое), по объему (буквальное, расширительное, ограничительное). Отдельно выделяемым видом толкования является так называемое телеологическое толкование, то есть связанное с определением, с учетом при толковании той социальной цели, для достижения которой был издан толкуемый закон.

Помимо вышеприведенных вариантов толкования правовых норм можно привести еще и так называемое коллизионное толкование, то есть толкование при наличии противоречий между различными правовыми нормами.

Спорным вопросом является признание аналогии толкованием. При узком понимании толкования как выявления смысла, уяснения конкретной, известной, заданной нормы права, аналогия как применение нормы права к случаям, ею прямо не предусматриваемым, не будет являться толкованием права. Именно такого мнения по рассматриваемой проблеме придерживался Коркунов М. Н[5] . В то же время ряд других исследователей (Венгеров А. Б., отчасти Михайловский В. М. и Трубецкой Е. Н.[6] ) рассматривают аналогию в качестве специфического приема толкования. По нашему мнению, аналогию было бы практически целесообразнее рассматривать как деятельность, входящую в объем понятия толкования права по той причине, что в любом случае при аналогии выявляется смысл правовой нормы (пусть даже буквально не распространяемой на соответствующее правоотношение), что и составляет «объективную сторону» процесса толкования.

Резюмируя изложенное, отмечаем, что толкование права представляет собой деятельность по уяснению и разъяснению смысла правовых норм. В теории права выделяется множество классификаций видов толкования. Наиболее дискуссионными вопросами являются цели толкования, а также соотношение понятия толкования с аналогией.

1.2. Теоретические вопросы толкования Конституции РФ. Особенности толкования Конституции РФ.

Нормативное определение понятия «толкование Конституции Российской Федерации» в законодательстве[7] отсутствует. Лишь в ст.36 Федерального конституционного закона от 21.07.94 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (далее – Закон) говорится о «неопределенности в понимании положений Конституции», которое преодолевается толкованием Конституционного Суда». Из данного положения можно вывести лишь указание на причину, основание к рассмотрению соответствующего дела о толковании Конституции РФ.

Толкование Конституции РФ по своей сути является специфической, особенной формой толкования правовых норм. Специфика толкования Конституции обусловлена особыми юридическими, социальными, политическими свойствами объекта толкования, а также наличием официального нормативного толкователя – Конституционного Суда РФ.

В части применяемых видов толкования значимые особенности выделить сложнее. Анализ практики Конституционного Суда РФ позволяет говорить о меньшей (чем при толковании других правовых актов иными толкователями) роли буквального толкования и, соответственно, о преобладающей роли иных способов толкования (систематическое, историческое). Непосредственно Закон (ч.2 ст.74), предписывая Конституционному Суду принимать решение исходя, в частности, из места рассматриваемого акта в системе правовых актов, ориентирует его на использование систематического способа, что и было сделано во многих делах. Учитывая признаваемое большинством правоведов несовершенство отдельных конституционных норм, обусловленное, в частности, неудачными грамматическими формулировками, необходимо использование телеологического и грамматического (филологического) толкования Конституции. На это, в частности, указывал представитель Государственной Думы в деле о толковании ч.4 ст.111 Конституции (однако Конституционный Суд не принял это во внимание).

Цель толкования Конституции сформулирована самим Конституционным Судом в его Определении от 05.11.98 № 134-О по делу «О толковании статьи 81 (часть 3) и пункта 3 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции РФ» и заключается в том, чтобы устранять неопределенности в понимании конституционных положений, обеспечивать надлежащее их соблюдение, применение и исполнение.

Следует отметить следующие черты Конституции[8] , которые предопределяют особенности ее толкования.

1. Особый субъект, который устанавливает Конституцию или от имени которого она принимается (в России согласно преамбуле Конституции РФ - ее многонациональный народ).

В частности, как отмечалось в части 1.1. настоящей работы, принятие Конституции народом предопределяет невозможность (или, как минимум, проблематичность выявления «воли законодателя»).

2. Учредительный, первичный характер конституционных установлений.

Из этой черты одновременно следует учредительный, первичный характер актов толкования Конституции.

3. Особый предмет конституционного регулирования.

Позволяет толкованию конституционных норм влиять на все сферы жизни общества. Одновременно данное обстоятельство предопределяет общий характер, отсутствие детализации в правовых нормах, обилие пробелов в Конституции, что часто требует толкования.

4. Особые юридические свойства (верховенство Конституции, высшая юридическая сила, ядро правовой системы государства и системы права, особая охрана Конституции, особый порядок принятия и пересмотра Конституции, внесения в нее поправок).

Например, сложность внесения поправок Конституции (так называемая модель «жесткой» Конституции) вызывает необходимость частого использования официального толкования Конституции в том числе и как способ приспособления положений Конституции к изменяющимся реалиям жизни общества. В то же время грань между таким «корректирующим» толкованием и внесением поправок в Конституции РФ (которое исходя из положений ст.134-135 Конституции РФ осуществляется либо законодательной властью, либо Конституционным Собранием, либо народом) представляется чрезвычайно тонкой.

Условно (по нормативности толкования) можно выделить две группы субъектов толкования:

1) Конституционный Суд. Данный судебный орган уполномочен Конституцией (ч.5 ст.125) на осуществление толкования ее положений по запросу Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ, органов законодательной власти субъектов РФ. Однако фактически Конституционный Суд осуществляет толкование положений Конституции и в рамках исполнения иных полномочий (разрешение дел о соответствии Конституции различных нормативно-правовых актов, разрешение споров о компетенции между органами государственной власти, проверка конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле). Следовательно, не будет существенным преувеличением утверждение, что вся деятельность Конституционного Суда РФ в той или иной степени состоит в толковании Конституции.

В соответствии со ст.106 Закона «О Конституционном Суде РФ» толкование Конституции РФ, данное Конституционным Судом РФ, является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений.

Видимо исходя из обязательности актов Конституционного Суда РФ и, следовательно, их исключительной правовой и общественной значимости некоторые исследователи (в частности, Баглай М. В.[9] ) сводят толковании Конституции исключительно к соответствующей деятельности Конституционного Суда РФ, что, по нашему мнению, некорректно с точки зрения игнорирования толкования, даваемого иными субъектами.

2) Иные субъекты толкования (ученые, дающие доктринальное толкование, например, в комментариях к Конституции РФ, монографиях, статьях, иные суды, толкующие и по итогам такого толкования применяющие Конституцию РФ при разрешении конкретного дела и тд.).

Отдельным подвидом толкования здесь можно выделить так называемое «особое мнение» того или иного судьи Конституционного Суда РФ, подлежащее опубликованию вместе с текстом решения согласно ст.76 Закона «О Конституционном Суде РФ». Не являясь обязательным такое «особое мнение» часто имеет значительную научную и познавательную ценность, показывает неоднозначность, спорность, возможно, неправильность соответствующего решения Конституционного Суда РФ. Так, в юридической литературе большую известность получили «особые мнения» шести судей Конституционного Суда РФ по так называемому чеченскому делу, значительный резонанс вызвало и особое мнение судьи Кононова Л. А. по скандальному Определению Конституционного Суда РФ от 08.04.04 № 169-О (где сделан вывод о невозможности принятия к вычету НДС, уплаченного заемными средствами).

Важной особенностью толкования Конституции РФ, даваемого Конституционным Судом РФ, является необходимость соблюдения отдельных особенностей конституционного судопроизводства.

Прежде всего, ч.2 ст.21 Закона предусмотрено, что толкование Конституции РФ дается исключительно в пленарном заседании. Особенностью такой процессуальной формы осуществления конституционного судопроизводства как пленарное заседание является то, что в пленарном заседании участвуют все судьи Конституционного Суда РФ.

Итоговое решение Конституционного Суда о толковании Конституции именуется постановлением. Оно основывается только на тех материалах, которые исследовались Конституционным Судом, и принимается большинством не менее двух третей от общего числа судей (в иных случаях для принятия решения достаточно и простого большинства участвовавших в голосовании судей – ст.72 Закона). В соответствии со статьей 74 Закона Конституционный Суд принимает постановление о толковании, оценивая как буквальный смысл положений Конституции, так и смысл, придаваемый им официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой. Постановление о толковании не должно противоречить ранее принятым решениям Конституционного Суда по аналогичным делам.

В процессе толкования Конституции можно выделить следующие стадии:

1) Направление запроса о толковании в Конституционный Суд. Запрос в Суд оформляется, как правило, актом соответствующего субъекта, например постановлением Государственной Думы. Он должен исходить от уполномоченного на то субъекта и содержать указание на неопределенность в понимании положений Конституции. На неопределенность указывается в обращении, направляемом в Конституционный Суд в письменной форме и подписываемом управомоченными лицами, в котором должны быть указаны положения Конституции, подлежащие толкованию, позиция заявителя по поставленному им вопросу, а также требование, обращенное к Конституционному Суду (статья 37 Закона). К запросу прилагается текст положения Конституции, подлежащего толкованию (статья 38 Закона). Запросы о толковании Конституции государственной пошлиной не оплачиваются (статья 39 Закона).

Запрос о толковании Конституции, согласно статье 40 Закона, предварительно рассматривается Секретариатом Конституционного Суда, который в некоторых случаях может уведомить заявителя о несоответствии его обращения требованиям Закона. Но заявитель во всяком случае вправе потребовать принятия решения по этому вопросу непосредственно Конституционным Судом.

2) Предварительное изучение обращения судьями. Эта стадия прямо предусмотрена статьей 41 Закона в качестве обязательной, из чего следует, что без нее не может быть всей последующей деятельности Конституционного Суда по запросу о толковании. Изучение обращения судьями (судьей) может подтвердить или опровергнуть оценку обращения, предварительно данную Секретариатом Конституционного Суда, и при принятии его к рассмотрению формирует правовые позиции других судей, участвующих в разрешении дела. Заключение судей (судьи) по результатам предварительного изучения обращения докладывается в пленарном заседании Конституционного Суда, который принимает решение по вопросу о принятии обращения к рассмотрению не позднее месяца со дня завершения предварительного изучения обращения отдельными судьями. Конституционный Суд в случаях, установленных статьей 43 Закона, может отказать в принятии запроса к рассмотрению.

3) Подготовка дела к слушанию. Для этого Конституционный Суд назначает одного или нескольких судей-докладчиков. Судья-докладчик истребует документы и иные материалы, поручает производство проверок, исследований, экспертиз, пользуется консультациями специалистов, направляет запросы. На этой же стадии определяется круг лиц, подлежащих приглашению и вызову в заседание. Стадия завершается объявлением о дате заседания Конституционного Суда.

4) Рассмотрение запроса о толковании по существу. Дела по запросам о толковании рассматриваются исключительно в пленарных заседаниях Конституционного Суда, то есть в полном его составе. Заседание Конституционного Суда проводится открыто.

5) Совещание судей и принятие итогового решения. В ходе совещания судьи вправе свободно излагать свою позицию и просить других судей уточнить их позиции. Число и продолжительность выступлений на совещании не могут быть ограничены. Итоговое решение Конституционного Суда о толковании подписывается всеми судьями, участвовавшими в голосовании. Судья не вправе воздержаться при голосовании или уклониться от голосования. Постановление Конституционного Суда о толковании провозглашается в полном объеме в открытом заседании. Судья, не согласный с толкованием, данным Конституционным Судом, вправе письменно изложить свое особое мнение, которое подлежит опубликованию вместе с постановлением Конституционного Суда.

6) Опубликование решения (в частности, в «Вестнике Конституционного Суда РФ – ст.78).

6) Разъяснение принятого решения. Данная стадия не является обязательной. В соответствии со статьей 83 Закона решение Конституционного Суда может быть разъяснено только им самим по ходатайству органов и лиц, имеющих право на обращение в Конституционный Суд.

Конституционный Суд принимает постановление только по предмету, указанному в обращении, то есть он не вправе давать толкование положениям, о которых заявитель не просит. В то же время Конституционный Суд вынужден учитывать иные конституционные и законодательные нормы, так как без уяснения места подлежащих толкованию положений Конституции в системе правовых актов решение может быть недостаточно обоснованным. Постановление Конституционного Суда является окончательным, не подлежит обжалованию, вступает в силу немедленно после провозглашения, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами. Постановление о толковании не может быть отменено никакими органами, в том числе самим Конституционным Судом.

Таким образом, особенности толкования Конституции РФ органически вытекают из особенностей (черт) Конституции как основного Закона. Важной особенностью деятельности Конституционного Суда РФ по толкованию положений Конституции РФ является необходимость соблюдение специальных законодательно установленных процессуальных норм принятия решений.

Глава 2 Практика толкования Конституции РФ

2.1. Толкование Конституции РФ Конституционным Судом РФ

Конституционный Суд РФ, будучи единственным субъектом легального толкования Конституции РФ, использовал данное свое право неоднократно. В рамках настоящей главы будут рассмотрены отдельные, оказавшие наиболее значимое влияние на порядок применения положений Конституции решения Конституционного Суда РФ.

В Постановлении от 23.03.95 № 1-П по делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции РФ[10] Конституционный Суд постановил, что рассмотрение в Совете Федерации федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции обязательному рассмотрению в этой палате, должно начаться согласно части 4 статьи 105 Конституции не позднее четырнадцати дней после его передачи в Совет Федерации. Если Совет Федерации в течение четырнадцати дней не завершил рассмотрения принятого Государственной Думой федерального закона, подлежащего в соответствии со статьей 106 Конституции обязательному рассмотрению в Совете Федерации, этот закон не считается одобренным и его рассмотрение продолжается на следующем заседании Совета Федерации до вынесения решения о его одобрении либо отклонении. Такое толкование не распространяется на федеральные законы, признанные самим Советом Федерации подлежащими обязательному рассмотрению в Совете Федерации, если они приняты Государственной Думой по вопросам, не перечисленным в статье 106 Конституции.

На практике указанное толкование позволяет обойтись без одобрения Советом Федерации даже тех федеральных законов, принятие которых прямо предусмотрено Конституцией РФ и которые непосредственно затрагивают интересы субъектов РФ. К ним относится, например, Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации».

В Постановлении от 12.04.95 № 2-П по делу о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 и 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции РФ[11] (данное дело вызвало широкий общественный резонанс и было названо делом «о мертвых душах») Конституционный Суд постановил, что положение об общем числе депутатов Государственной Думы, содержащееся в указанных статьях, следует понимать как число депутатов, установленное для Государственной Думы статьей 95 (часть 3) Конституции, - 450 депутатов. Положение об общем числе членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы, содержащееся в статьях 107 (часть 3) и 135 (часть 2) Конституции, следует понимать как предусматривающее голосование раздельно по палатам и определение его результатов соответственно от численности каждой палаты, установленной статьей 95 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации. Решения Государственной Думы, принятые ранее в соответствии с иным порядком подведения итогов голосования, пересмотру в связи с данным толкованием не подлежат.

Хотелось бы обратить внимание на особые мнения по данному делу судей Г.А. Гаджиева и Б.С. Эбзеева.

Г.А. Гаджиев отмечал, что при решении внутренних вопросов деятельности палат парламента порядок принятия ими постановлений может устанавливаться их регламентами. Например, Регламентом Государственной Думы устанавливалось, что избранным на должность Председателя Государственной Думы считается тот кандидат, который получил большинство голосов от числа избранных депутатов, которое, разумеется, будет меньше большинства от общего числа 450 депутатов. Толкование статьи 103 (часть 3) Конституции, сводящееся к тому, что все постановления Государственной Думы принимаются большинством голосов от общего числа депутатов, означает вторжение в полномочия палаты решать вопросы внутреннего распорядка и принимать регламент.

Подобная позиция представляется спорной как минимум потому, что по сути лишает положения Конституции РФ непосредственного действия, давая право Государственной Думе посредством своего внутреннего акта (Регламента) их корректировать в зависимости от политической конъюнктуры.

По мнению Б.С. Эбзеева, включение в общее число голосов депутатов Государственной Думы вакантных депутатских мандатов (то есть фактически голосов неизбранных депутатов), не замещенных путем свободных выборов, создает фикцию представительства народа и субъектов Российской Федерации в парламенте. Избирателей в Федеральном Собрании представляют не мандаты, а депутаты. Поэтому положение об общем числе депутатов Государственной Думы следует понимать как конституционно установленное число депутатских мандатов в Государственной Думе за вычетом числа мандатов, являющихся вакантными на момент принятия конкретного решения.

Точка зрения Б.С. Эбзеева небесспорна по ряду обстоятельств. Так, при таком толковании нормы частей 2 и 3 статьи 95 Конституции РФ утратили бы качество императивных, каковыми они исходя из буквального смысла, без сомнения, являются.

Большое значение для развития конституционного права Российской Федерации приобрели следующие решения о толковании положений главы 9 «Конституционные поправки и пересмотр Конститттуции» Конституции РФ.

В Постановлении от 31.10.95 № 12-П по делу о толковании статьи 136 Конституции Российской Федерации[12] Конституционный Суд постановил, что из установленной Конституцией процедуры принятия поправок к ее главам 3 - 8 вытекает, что поправки в смысле статьи 136 Конституции принимаются в форме особого правового акта - закона РФ о поправке к Конституции РФ. Данный Закон должен приниматься в особой процедуре (необходимость одобрения органами законодательной власти не менее чем двух третей субъектов РФ).

Значение данного Постановления, учитывая активно проводимую в РФ государственно-правовую реформу и связанную с ней большую вероятность конституционных поправок, очень велико. Во-первых, оно вводит в правовую систему России новый вид законодательного акта представительного органа Российской Федерации - закон Российской Федерации о поправке к Конституции РФ. Можно предположить, что юридическая сила такого закона выше, чем у федеральных конституционных законов. Он не только создает новую редакцию Конституции и тем самым становится ее неотъемлемой частью, но и может изменить существо вопросов, сузить или расширить их перечень, по которым требуется принятие федеральных конституционных законов. Например, таким законом можно установить, что статус столицы России устанавливается федеральным конституционным законом (в настоящее время статья 70 Конституции предусматривает принятие для этого только федерального закона). Во-вторых, Постановление во многом обусловило принятие такого важного акта, как Федеральный закон «О порядке принятия и вступления в силу поправок к Конституции РФ». В-третьих, на закон о поправке к Конституции не может быть наложено вето Президента Российской Федерации.

В Постановлении от 28.11.95 № 15-П по делу о толковании части 2 статьи 137 Конституции РФ[13] Конституционный Суд постановил, что изменения наименования субъектов Российской Федерации в соответствии с частью 2 статьи 137 Конституции включаются в текст статьи 65 Конституции указом Президента РФ на основании решения субъекта РФ, принятого в установленном им порядке, то есть фактически установлена конкретная правовая форма, в которой осуществляется включение наименования нового субъекта РФ в текст ст.65 Конституции.

В Постановлении от 22.04.96 № 10-П по делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции РФ[14] Конституционный Суд постановил:

1. Под «принятым федеральным законом», направляемым Президенту РФ для подписания и обнародования по смыслу части 1 статьи 107 Конституции понимаются:

- законы, принятые Государственной Думой и одобренные Советом Федерации в соответствии с частями 1, 2, 3 и 4 статьи 105 Конституции;

- законы, повторно принятые Государственной Думой в соответствии с частью 5 статьи 105 Конституции (то есть квалифицированным большинством, преодолевая несогласие Совета Федерации);

- законы, одобренные Государственной Думой и Советом Федерации в соответствии с частью 3 статьи 107 Конституции (преодолевая вето Президента).

2. Принятый федеральный закон в течение пяти дней направляется для подписания и обнародования Президенту Советом Федерации независимо от того, одобрен этот закон данной палатой путем голосования или без рассмотрения. В случае, предусмотренном частью 5 статьи 105 Конституции, принятый федеральный закон Президенту направляет Государственная Дума.

3. Отклонение федерального закона Президентом, предусмотренное частью 3 статьи 107 Конституции, означает принятое в течение четырнадцати дней с момента получения закона решение Президента об отказе в его подписании (вето) с указанием мотивов такого отказа.

Не является отклонением федерального закона в смысле части 3 статьи 107 Конституции возвращение Президентом федерального закона в соответствующую палату Федерального Собрания, возможное только в случае нарушения палатой установленных Конституцией требований к порядку принятия федеральных законов и предусмотренных ею условий и процедур.

4. Положение части 3 статьи 107 Конституции о том, что в случае отклонения Президентом федерального закона Государственная Дума и Совет Федерации в установленном Конституцией порядке вновь рассматривают данный закон, означает, что на рассмотрение такого закона распространяются положения частей 1 и 3 статьи 105, положение части 4 статьи 105 Конституции о четырнадцатидневном сроке в толковании, которое дано Постановлением Конституционного Суда от 23.03.95 № 1-П, а также положения частей 1 и 3 статьи 107 Конституции. Если отклоненный Президентом федеральный закон не был повторно рассмотрен Советом Федерации, он не может считаться одобренным этой палатой, а вето преодоленным.

Хотелось бы высказать некоторые соображения по поводу пункта 3 резолютивной части данного Постановления. Он фактически наделяет Президента правом возвращать в палату Федерального Собрания поступившие ему на подпись федеральные законы без рассмотрения в случае нарушения порядка их принятия, которое «не является отклонением федерального закона в смысле части 3 статьи 107 Конституции», то есть не относится к вето. Следовательно, в законодательном процессе появляется не предусмотренная Конституцией и еще более затягивающая его новая стадия. Сначала Президент может не подписывать (и не обнародовать) федеральные законы на основании рассматриваемого Постановления. Когда же федеральный закон принят с соблюдением установленного порядка, Президент может воспользоваться конституционным правом вето и вновь заблокировать вступление федерального закона в силу.

Конституционным Судом РФ принимались важные акты толкования положений Конституции РФ, посвященных федеративному устройству России.

Так, в Постановлении от 14.07.97 № 12-П по делу о толковании содержащегося в части 4 статьи 66 Конституции РФ положения о вхождении автономного округа в состав края, области[15] Конституционный Суд постановил, что толкование части 4 статьи 66 Конституции имеет общее значение, распространяется на отношения всех автономных округов, входящих в состав края, области, и касается только конституционного положения о вхождении автономного округа в состав края, области в связи с теми вопросами, которые поставлены перед Конституционным Судом органами законодательной власти Тюменской области, Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов.

Вхождение автономного округа в состав края, области по смыслу части 4 статьи 66 Конституции означает такое конституционно-правовое состояние, при котором автономный округ, будучи равноправным субъектом Российской Федерации, одновременно составляет часть другого субъекта Российской Федерации - края или области. Это состояние определяет особенности статуса как автономного округа, так и края, области, в состав которых он входит.

Вхождение автономного округа в состав края, области означает наличие у края, области единых территории и населения, составными частями которых являются территория и население автономного округа, а также органов государственной власти, полномочия которых распространяются на территорию автономных округов в случаях и в пределах, предусмотренных федеральным законом, уставами соответствующих субъектов Российской Федерации и договором между их органами государственной власти. Вне пределов ведения РФ и полномочий РФ по предметам совместного ведения РФ и субъектов Российской Федерации край, область, автономный округ как самостоятельные и равноправные субъекты Российской Федерации обладают всей полнотой государственной власти. Они вправе передавать осуществление части своих полномочий друг другу на добровольной основе, по договору между соответствующими органами государственной власти либо в иной форме, в том числе путем принятия закона края, области или автономного округа. В сфере совместного ведения РФ и субъектов РФ полномочия органов государственной власти края, области на территории автономного округа осуществляются в рамках, определенных федеральным законом и договором между соответствующими органами государственной власти, которые обязаны принять все меры для достижения согласия. Отсутствие договора не может служить препятствием для распространения юрисдикции органов государственной власти края, области на автономный округ. Во всяком случае, федеральному законодателю в целях обеспечения конституционного порядка следует принять федеральный закон, который должен гарантировать права и интересы как РФ, так и ее субъектов, в том числе автономного округа и края, области, в состав которых он входит.

Важно подчеркнуть, что данным толкованием Конституционный Суд создал препятствие для нарушения исторически сложившегося государственного единства территории России, подтвердив правомерность наличия у края, области и входящих в их состав автономных округов единых органов государственной власти. При этом юрисдикция органов государственной власти края, области распространяется на автономный округ независимо от наличия соответствующего договора между краем, областью и автономным округом.

Важнейшее значение для правового регулирования процедуры назначения на должность Председателя Правительства РФ приобрело Постановление от 11.12.98 1998 года N 28-П по делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции РФ[16] . Конституционный Суд постановил, что положение части 4 статьи 111 Конституции о трехкратном отклонении представленных кандидатур Председателя Правительства Государственной Думой во взаимосвязи с другими положениями данной статьи означает, что Президент при внесении в Государственную Думу предложений о кандидатурах на должность Председателя Правительства вправе представлять одного и того же кандидата дважды или трижды либо представлять каждый раз нового кандидата. Право Президента предлагать ту или иную кандидатуру и настаивать на ее одобрении, с одной стороны, и право Государственной Думы рассматривать представленную кандидатуру и решать вопрос о согласии на назначение - с другой, должны реализовываться с учетом конституционных требований о согласованном функционировании и взаимодействии участников этого процесса, в том числе на основе предусмотренных Конституцией или не противоречащих ей форм взаимодействия, складывающихся в процессе реализации полномочий главы государства и в парламентской практике. После трехкратного отклонения представленных Президентом кандидатур Председателя Правительства - независимо от того, представлялся ли каждый раз новый кандидат либо один и тот же кандидат дважды или трижды, - Государственная Дума подлежит роспуску.

В мотивировочной части этого Постановления Конституционный Суд установил, что словосочетание «трехкратное отклонение представленных кандидатур» может означать трехкратное отклонение кандидатуры на должность, причем даже «по буквальному смыслу». На наш взгляд, ни по буквальному (как отметил судья В. И. Олейник в своем особом мнении слово «кандидатур» нельзя прочесть в единственном числе без некоторого насилия над семантикой русской речи), ни по какому-либо иному здравому смыслу представление одной и той же кандидатуры трижды подряд не может служить оправданием такой значимой конституционной санкции, как роспуск Государственной Думы. Если для назначения Председателя Правительства необходимо решение (выбор) Государственной Думы, то его нельзя игнорировать повторным представлением отвергнутой кандидатуры Председателя Правительства. В таком случае Президент обязан представлять Государственной Думе другую кандидатуру.

Указанным Постановлением Конституционный Суд РФ фактически лишил юридического смысла согласие Государственной Думы, необходимое для назначения Председателя Правительства РФ, сделав главу исполнительной власти по сути назначаемой Президентом.

Необходимо отметить, что истолкованные Конституционным Судом положения Конституции Российской Федерации понимаются далеко не однозначно. Об этом свидетельствует довольно много особых мнений судей Конституционного Суда по делам о толковании Конституции Российской Федерации. Критически оценивают деятельность Конституционного Суда о толковании и некоторые ученые-правоведы.

Помимо постановлений, Конституционным Судом приняты определения по запросам о толковании Конституции. Ими, по существу, сформулированы критерии допустимости запросов о толковании Конституции, которые должны учитываться субъектами, уполномоченными обращаться в Конституционный Суд. Этими определениями Конституционный Суд отказывал в принятии запросов о толковании к рассмотрению ввиду того, что:

1) В понимании положений Конституции РФ отсутствует неопределенность (Определения от 26.09.95 № 74-О, от 05.11.98 № 134-О).

2) Рассмотрение запроса о толковании означало бы проверку конституционности федерального закона в ненадлежащей процедуре (Определения от 04.12.95 № 115-О, от 07.12.95 № 80-О, от 04.02.97 № 14-О, от 19.03.97 № 36-О, от 08.06.99 № 107-О, от 11.06.99 № 104-О, от 01.07.99 № 98-О).

3) Запрос содержит просьбу об одновременном толковании нескольких положений Конституции, не имеющих единого предмета (Определения от 02.11.95 № 93-О, от 28.12.95 № 137-О, от 04.02.97 № 4-О).

4) Запрос о толковании положений Конституции Российской Федерации, по сути, требует от Конституционного Суда создания новых правовых норм (Определения от 16.06.95 № 67-О, от 26.12.96 № 106-О).

5) По предмету запроса о толковании Конституционным Судом было принято постановление, сохраняющее свою силу (Определение от 04.12.95 № 133-О).

6) Конституционный Суд в процедуре толкования не вправе рассматривать вопросы, которые не получили отражения в Конституции (Определения от 22.05.97 № 62-О, от 12.03.98 № 25-О).

Определением от 19.04.96 № 25-О производство по делу о толковании части 2 статьи 76 Конституции было прекращено в связи с отзывом заявителем своего запроса.

Обобщая практику Конституционного Суда по делам о толковании Конституции, можно сделать следующие выводы:

1) Положениям глав 1 «Основы конституционного строя», 2 «Права и свободы человека и гражданина», 8 «Местное самоуправление» Конституции РФ толкование не давалось, хотя они также нуждаются в толковании, особенно в связи с проводимой по инициативе Президента РФ В.В. Путина государственно-правовой реформой;

2) Отдельные постановления Конституционного Суда о толковании не полностью устраняют неопределенность в понимании конституционных положений. О неоднозначности в их понимании свидетельствуют особые мнения судей по многим делам, значительное число «отказных» определений и запросов о толковании положений Конституции РФ.

3) Некоторые постановления Конституционного Суда по сути создали новые правовые нормы, изменив буквальный смысл отдельных положений Конституции или введя новые конституционно-правовые институты и процедуры.

2.2. Доктринальное (научное) толкование Конституции РФ.

Как отмечалось выше, доктринальное (научное) толкование внешне представлено выраженной в той или иной форме (книге, монографии, комментарию к Конституции РФ, особом мнении судьи Конституционного Суда) позиции автора относительно порядка применения определенного положения Конституции РФ.

Важнейшим отличием доктринального толкования Конституции РФ от официального толкования, даваемого Конституционным Судом РФ, является отсутствие обязательности. Данное обстоятельство предопределяет существенно меньшую роль необязательного толкования Конституции РФ в научных трудах, посвященных рассматриваемой проблематике. Многие исследователи вообще отдельно не рассматривают необязательные виды толкования Конституции.

Вместе с тем, вышеописанный подход принижения роли доктринального толкования игнорирует ряд обстоятельств принципиального характера, на которые необходимо обратить внимание. В частности, на доктринальные построения опираются судьи, принимая общеобязательные решения Конституционного Суда РФ о толковании Конституции РФ. В этом смысле доктринальное (научное) толкование является своеобразным источником акта толкования Конституции РФ. Целью ссылок в Постановлениях Конституционного Суда РФ на научные работы, по всей видимости, является придание дополнительного авторитета актам толкования, создание видимости учета органом конституционного контроля не только смысла законодательных актов, но и их господствующее научное понимание, что дает ощущение некой комплексности, научной обоснованности в соответствующем решении Суда. Примером подобного явления может быть использование для доказательства своей позиции в особом мнении судьи Конституционного Суда Витрука Н. к Постановлению Конституционного Суда РФ от 11.12.98 № 28-П по делу о толковании части 4 статьи 111 Конституции РФ следующих источников доктринального толкования: Комментарий к Конституции Российской Федерации. Общая редакция Ю.В. Кудрявцева. М. 1996, Комментарий к Конституции Российской Федерации. Ответственный редактор Л.А. Окуньков. М. 1996 Вторым, более сложным аспектом роли научного толкования Конституции РФ является его непосредственное «действие», применение правоприменительным субъектом.

При отсутствии такого признака, как нормативность, влияние научного толкования прямо зависит от того автора, от которого оно исходит. В этой связи позиция авторитетных авторов может восприниматься правоприменительной (в том числе судебной) практикой, позиция иных авторов является менее востребованной.

Отдельным специфическим подвидом научного (доктринального) толкования являются особые мнения судей Конституционного Суда. Статьей 76 Закона предусмотрена возможность наличия такого особого мнения, указано на то, что особое мнение подлежит опубликованию вместе с соответствующим решением. Из указанных норм невозможно вывести правовой статус такого особого мнения. Учитывая то обстоятельство, что юридическую силу имеют решения Конституционного Суда РФ (ст.79 Закона), а особые мнения в подавляющем большинстве случав ему противоречат, особые мнения не должны иметь юридическую силу, напротив, практическое их применение будет противоправным (противоречащим ст.79 Закона).

Исходя из отсутствия юридической силы особое мнение было бы правильным считать доктринальным толкованием (причем даже не столько законодательного акта, сколько самого решения Конституционного Суда, аргументации, содержащейся в решении).

Наличие особого мнения на решение Конституционного Суда РФ показывает его спорность, неоднозначность, приводит систему аргументов, противоречащих решению. Достаточно часто особые мнения могут быть более аргументированными, чем сами решения.

Таким образом, доктринальное (научное) толкование Конституции РФ может влиять на практику ее применения как опосредованно (чаще всего через решения Конституционного Суда), так и непосредственно. Специфическим видом доктринального толкования является особое мнение одного или нескольких судей Конституционного Суда, публикуемое вместе с решением.


Заключение

Толкование Конституции – чрезвычайно важная деятельность, состоящая в уяснении и разъяснении ее положений в целях правильного и единообразного применения конституционных норм.

Отдельные теоретические аспекты толкования правовых норм в целом и конституционных норм в частности являются дискуссионными. Это относится прежде всего к определению цели толкования, а также к соотношению толкования и аналогии.

Специфика толкования Конституции органически вытекает из ее особенностей (в том числе юридических свойств); для толкования, осуществляемого Конституционным Судом, характерно также соблюдение определенной законодательно установленной процедуры принятия решений.

Практически наиболее значимым (прежде всего в силу обязательности) является толкование положений Конституции Конституционным Судом.

Указанным нормативным толкованием еще не были охвачены положения глав 1 «Основы конституционного строя», 2 «Права и свободы человека и гражданина», 8 «Местное самоуправление» Конституции.

Особенностью целого ряда актов толкования Конституции РФ было то, что тонкая грань между толкованием и изменением смысла законодательного текста (или добавлением в текст закона новых, не предусматриваемых им положений) была, по мнению многих исследователей, нарушена, то есть отдельными постановлениями Конституционный Суд РФ по сути «сотворил право». Данное обстоятельство при отсутствии значимых правовых препятствий может в будущем создать опасный простор для злоупотребления Конституционным Судом правом «эксклюзивного толкователя» Конституции.

Целым рядом актов конституционного толкования была укреплена президентская власть (иногда в ущерб интересам иных ветвей власти, прежде всего законодательной), укреплению подверглась и вертикаль власти путем усиления роли федерального центра.

Роль иных видов толкования Конституции (доктринального) меньше ввиду отсутствия такого свойства как обязательность. В то же время развитие научной доктрины понимания положений Конституции является значимым как для деятельности Конституционного Суда РФ по толкованию Конституции, так и для непосредственного применения конституционных норм правоприменителями.

Перспективы развития толкования Конституции будут связаны с дальнейшим разрешением пробелов и противоречий, содержащихся в ней, с углублением, усилением научного (доктринального) толкования, с теоретически спорным, но практически неизбежным приспособлением текста Конституции к изменяющимся условиям жизни общества посредством ее толкования.

Список использованной литературы

1. Конституция Российской Федерации: Принята всенародным голосованием 12.12.93. М. Эксмо, 2004.

2. Федеральный конституционный закон от 21.07.94 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» // СЗ РФ 1994, № 13, ст. 1447.

3. Регламент Конституционного Суда РФ от 01.03.95 № 2-1/6.

4. Постановление Конституционного Суда РФ от 23.03.95 № 1-П «По делу о толковании части 4 статьи 105 и статьи 106 Конституции РФ» // СЗ РФ 1995, № 13, ст. 1207.

5. Постановление Конституционного Суда РФ от 12.04.95 № 2-П «По делу о толковании статей 103 (часть 3), 105 (части 2 И 5), 107 (часть 3), 108 (часть 2), 117 (часть 3) И 135 (часть 2) Конституции РФ» // СЗ РФ 1995, № 16, ст. 1451.

6. Постановление Конституционного Суда РФ от 31.10.95 № 12-П «По делу о толковании статьи 136 Конституции РФ» // СЗ РФ 1995, № 45 ст. 4408.

7. Постановление Конституционного Суда РФ от 28.11.95 № 15-П «По делу о толковании части 2 статьи 137 Конституции РФ» // СЗ РФ 1995, № 49, ст. 4868.

8. Постановление Конституционного Суда РФ от 22.04.96 № 10-П «По делу о толковании отдельных положений статьи 107 Конституции РФ» // СЗ РФ 1996, № 18, ст. 2253.

9. Постановление Конституционного Суда РФ от 14.07.97 № 12-П «По делу о толковании содержащегося в части 4 статьи 66 Конституции РФ положения о вхождении автономного округа в состав края, области» // СЗ РФ 1997, № 29, ст. 3581.

10. Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.98 № 19-П «По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции РФ» // СЗ РФ 1998, № 25, ст. 3004.

11. Постановление Конституционного Суда РФ от 11.12.98 № 28-П «По делу о толковании положений части 4 статьи 111 Конституции РФ» // СЗ РФ 1998, № 52, ст. 6447.

12. Постановление Конституционного Суда РФ от 27.01.99 № 2-П «По делу о толковании статей 71 (пункт «г»), 76 (часть 1) и 122 (часть 1) Конституции РФ» // СЗ РФ 1999, № 6, ст. 866.

13. Постановление Конституционного Суда РФ от 06.07.99 № 10-П «По делу о толковании положений статьи 92 (части 2 и 3) Конституции РФ» // СЗ РФ 1999, № 29, ст. 3773.

14. Постановление Конституционного Суда РФ от 11.11.99 № 15-П «По делу о толковании статей 84 (пункт «Б»), 99 (части 1, 2 и 4) и 109 (часть 1) Конституции РФ» // СЗ РФ 1999, № 47, ст. 5787.

15. Постановление Конституционного Суда РФ от 11.07.2000 № 12-П «По делу о толковании положений статей 91 и 92 (часть 2) Конституции РФ о досрочном прекращении полномочий Президента РФ в случае стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия» // СЗ РФ 2000, № 29, ст. 3118.

16. Определение Конституционного Суда РФ от 04.12.95 № 115-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Совета Федерации о толковании пункта «г» части 1 статьи 102 Конституции РФ».

17. Определение Конституционного Суда РФ от 07.12.95 № 80-О «О прекращении производства по делу о толковании положений статьи 95, части 2 статьи 96, пунктов 7 и 8 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции РФ».

18. Определение Конституционного Суда РФ от 05.11.98 № 134-О «По делу о толковании статьи 81 (часть 3) и пункта 3 раздела второго «Заключительные и переходные положения» Конституции РФ» // СЗ РФ 1998, № 46, ст. 5701.

19. Определение Конституционного Суда РФ от 04.02.97 № 4-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Государственной Думы Ярославской области о толковании пункта «т» статьи 71, пункта «н» части 1 статьи 72 и части 2 статьи 76 Конституции РФ».

20. Определение Конституционного Суда РФ от 26.12.96 № 106-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Думы Чукотского автономного округа о толковании статьи 69 Конституции РФ».

21. Определение Конституционного Суда РФ от 04.12.95 № 133-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Совета Федерации о толковании статьи 106 Конституции РФ».

22. Определение Конституционного Суда РФ от 19.04.96 № 25-О «О прекращении производства по делу о толковании части 2 статьи 76 Конституции РФ».

23. Определение Конституционного Суда РФ от 08.04.04 № 169-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ООО «ПРОМ ЛАЙН» на нарушение конституционных прав и свобод положением пункта 1 статьи 171 НК РФ» // СЗ РФ 2004, № 48, ст. 4838.

24. Авакьян С. А. Конституция России: природа, эволюция, современность. М.: РЮИД, «Сашко», 2000.

25. Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов. М. 2004.

25. Венгеров А. Б. Теория государства и права. М., 2004.

26. Козлова Е. И., Кутафин О. Е. Конституционное право России: Учебник. М. 2003.

27. Комментарий к Конституции РФ (под общ. ред. Карповича В. Д.) М.: Юрайт-М, 2002.

28. Научно-практический комментарий к Конституции РФ (Отв. ред. В. В. Лазарев) – Система ГАРАНТ, 2003.

29. Общая теория права. под общ. ред. Пиголкина А. С. М. 1997.

30. Постатейный научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации коллектива ученых-правоведов под руководством ректора МГЮА, академика РАН О. Е. Кутафина. ЗАО «Библиотечка «Российской газеты», 2003.

31. Теория государства и права: Хрестоматия: в 2 т. Т. 2 М. 2004.

32. Хабриева Т. Я. Толкование Конституции Российской Федерации: теория и практика. М.: Юристъ, 1998.

33. Эбзеев Б. С. Конституция. Правовое государство. Конституционный Суд: Учебное пособие. М.: Закон и право. ЮНИТИ, 1996.

34. Бошно С. В. Доктрина как форма и источник права // «Журнал российского права» № 12, 2003.

35. Карасев М. Н. Некоторые аспекты толкования норм права // «Журнал российского права» № 11, 2000.

36. Конюхова И. Роль судов в конституционном развитии России // «эж.-ЮРИСТ», № 49, 2003.

37. Лукьянова Е. А. Конституция в судебном переплете // «Законодательство» № 12, 2000.


[1] Венгеров А. Б. Теория государства и права. М., 2004 с. 521.

[2] Общая теория права. под общ. ред. Пиголкина А. С. М. 1997. стр. 281.

[3] Трубецкой Е. Н. Энциклопедия права. Киев. 1906. Цит. по Теория государства и права: Хрестоматия: в 2 т. Т. 2 М. 2004. Стр. 518.

[4] Михайловкий В. И. Очерк философии права. Томск. 1914. Цит. по Теория государства и права: Хрестоматия: в 2 т. Т. 2 М. 2004. Стр. 525.

[5] Коркунов М. Н. Лекции по общей теории права. СПб. 1898.

[6] Указ. соч.

[7] В то же время существует нормативно установленное определение толкования на уровне субъекта федерации: толкование законодательных актов - правовое разъяснение действительного смысла правовой нормы толкуемого законодательного акта с целью исключения неправильного применения нормы законодательного акта либо разрешения споров о понимании действительного смысла нормы законодательного акта (ст.1 Закона г. Москвы от 18.10.2000 № 34 «О толковании законодательных актов города Москвы»).

[8] Козлова Е. И., Кутафин О. Е. Конституционное право России: Учебник. М. 2003. стр. 83-89.

[9] Баглай М. В. Конституционное право Российской Федерации: Учебник для вузов. М. 2004. стр. 86-89.

[10] .: Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 13. Ст. 1207.

[11] Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 16. Ст. 1451.

[12] Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 45. Ст. 4408.

[13] Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 49. Ст. 4868.

[14] Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 18. Ст. 2253.

[15] Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 29. Ст. 3581.

[16] Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 52. Ст. 6447.