регистрация / вход

Защита прав военнослужащего при незаконном увольнении с военной службы

В соответствии с Законом РФ “О воинской обязанности и военной службе” военнослужащий может быть досрочно уволен с военной службы “в связи с невыполнением им условий контракта”.

.

В соответствии с Законом РФ “О воинской обязанности и военной службе” военнослужащий может быть досрочно уволен с военной службы “в связи с невыполнением им условий контракта”. Формулировка более чем расплывчатая с учётом того, что в соответствии с контрактом военнослужащий принимает на себя обязательство “добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих”. Только общевоинские уставы содержат десятки общих и должностных обязанностей. А с учётом боевых уставов, многочисленных инструкций, наставлений, руководств и т.д. и т.п. по различным службам обязанностей наберётся сотни! И формально за нарушение любого пункта этих обязанностей, как систематическое, так и однократное, военнослужащий может быть уволен из армии. Каких-либо критериев, разграничивающих нарушения по степени тяжести и по наступающим последствиям, как это предусмотрено в трудовом законодательстве – не существует. Только Дисциплинарный устав предписывает, опять-таки довольно расплывчато, принимать во внимание при определении меры дисциплинарного взыскания (в том числе и увольнения) характер проступка, обстоятельства, при которых он был совершён, его последствия, прежнее поведение виновного, а также продолжительность его военной службы и степень знания порядка несения службы” (ст.87).

Я осуществляю представительство по жалобе военнослужащего К. на незаконное увольнение из ВС РФ. Незаурядность данного дела заключается в том, что командир части при увольнении не просто допустил нарушения установленного порядка увольнения; он нарушил всё, что только можно было нарушить, создав тем самым всеохватывающий учебный пример, как нельзя увольнять военнослужащего. Другая особенность заключается в том, что всё, что можно было сфальсифицировать по данному делу, было сфальсифицировано: “копии” и “выписки” из несуществующих документов; нужные показания свидетелей; откровенная ложь должностных лиц (ответчиков), действия которых обжаловались.

Как это возможно? Увы! Особенность рассмотрения дел указанной категории заключается в том, что должностное лицо – командир воинской части, действия которого обжалуются, обладает огромными преимуществами.

Во-первых, в его распоряжении находится печать и он может заверить “копию” или “выписку” любого документа, в том числе и несуществующего! Да, практика показывает, что для защиты своей репутации некоторые командиры не задумываясь используют этот приём. В удовлетворении ходатайства об истребовании оригиналов документов суд, как правило, отказывает со стандартной мотивировкой “у суда нет оснований сомневаться в подлинности представленных командованием части документов”. Во-вторых, у заявителя, как правило, нет возможности опираться на показания свидетелей, так как они находятся в полной зависимости от командования части (неизмеримо большей, чем “гражданский” работник). Те, кто служит или служил в армии, меня поймут. Достаточно привести один пример: каждую весну любой гарнизон “вздрагивает” от одного слова “замена”. И во власти любого командира направить на абсолютно законных основаниях любого военнослужащего, и в первую очередь – слишком принципиального свидетеля, и в дебри Уссурийской тайги, и в дикие степи Забайкалья. В-третьих, специфика военного суда. Здесь более отчётливо выявляется неравенство сторон, основанное на армейском единоначалии и беспрекословном подчинении младшего старшему. Разница в занимаемой должности и в воинском звании материально воплощается в размерах звёздочек и звёзд на погонах. Представьте: с одной стороны убелённый сединой, высокопоставленный представитель командующего войсками округа, издавшего приказ об увольнении, и опалённый Чеченской войной боевой командир крупной воинской части, рассказывающий суду о том что заявитель - пьяница, забияка и хулиган, за что и уволен; а с другой стороны - молодой офицер, несогласный с увольнением. Конечно, по закону стороны равны, и судья независим и подчиняется только закону, но есть ещё подсознательный уровень, который очень часто руководит поступками.

Но и в этих неравных для заявителя условиях можно доказать свою правоту.

На примере этого дела (причём в ходе его реального развития) я хочу рассказать о тех нарушениях установленного порядка увольнения, которые влекут восстановление военнослужащего на военной службе, а также о способах и приёмах защиты нарушенных прав уволенного военнослужащего в условиях реального неравенства сторон, о котором сказано выше.

Выше я уже отметил, что по данному делу командование при увольнении нарушило всё, что можно было нарушить, поэтому построить данную статью я решил из несколько главок, каждая из которых будет содержать разбор одного конкретного вида нарушения.

Но прежде необходимо сделать маленькое отступление и обратить внимание на два важных обстоятельства, которые всегда необходимо учитывать при разрешении спора о незаконности увольнения военнослужащего и его правовых последствиях.

Во-первых, военно-административное право – это самостоятельная отрасль права, поэтому, по общему правилу, трудовое законодательство не распространяется на правоотношения, возникающие в связи с прохождением военной службы. По этой же причине нельзя отождествлять трудовой договор и контракт о прохождении военной службы. Желающих более подробно изучить данную проблему отсылаю к серьёзному научному исследованию А.В.Кудашкина (см. Комментарий к Федеральному Закону “О воинской обязанности и военной службе””. / Общ. ред. В.М.Стрекозов. – М., 1999. – С.171 – 185.).

Однако военно-административное законодательство в настоящий момент находится на начальной стадии развития и содержит много пробелов в регулировании достаточно большого спектра правоотношений, возникающих в связи с прохождением военной службы. В частности, нет чёткого определения тех нарушений установленного порядка увольнения, которые в качестве правовых последствий предусматривают восстановление военнослужащего на военной службе. В связи с этим применение трудового законодательства по аналогии, либо – по меньшей мере, сверка правовой позиции и судейского усмотрения с нормами трудового права – уместны и целесообразны. В противном случае при разрешении спора о законности увольнения с военной службы необходимо убедительно доказать исключительные особенности статуса военнослужащего, не позволяющие, скажем, восстановить его на военной службе при тех же нарушениях установленного порядка увольнения, которые влекут восстановление на работе “гражданского” работника.

Во-вторых, военное законодательство, в отличие от трудового, предусматривает два самостоятельных вида восстановления нарушенных прав при увольнении: а) восстановление на военной службе с отменой приказа об увольнении; б) восстановление в списках личного состава воинской части без отмены приказа об увольнении. Каждый из указанных видов имеет свои правовые последствия, о чём будет сказано ниже.

Итак,

Глава 1. Дисциплинарное взыскание как последствие нарушения воинской дисциплины.

Необходимо тщательно во всём разобраться и наказать кого попало.

Военный фольклор.

Фабула дела банальна и стара как мир. Служили в штабе одной части два офицера на равнозначных должностях. Но один – молодой старший лейтенант, а другой – опытный майор, прошедший Приднестровье и Абхазию. И посчитал опытный майор, что он главнее и старше. И насаждал своё главенство методами, мягко говоря, не уставными. А молодой старший лейтенант с таким положением дел не согласился. Мол, должности равнозначные, значит каждый должен заниматься своими обязанности и отчитываться за свои дела перед своими начальниками. В результате – конфликт, взаимная неприязнь. И пообещал опытный майор: сочтёмся. И знал, что обещает, так как учился заочно в академии и перспектива стать реальным, а не мнимым начальником была высокой. Так и получилось: в Чечню опытный майор поехал уже начальником штаба, а потом стал и командиром части. А молодой старший лейтенант стал капитаном, но должность осталась прежней. Последствия понятны: К. досрочно уволен с военной службы в связи с несоблюдением им условий контракта.

Для досрочного увольнения К. в вышестоящий штаб было направлено представление и приложены все необходимые в таких случаях документы, подтверждающие проведение суда чести младших офицеров, заседания аттестационной комиссии, а также копии листов бесед, копия служебной карточки. Вообще служебная карточка является главным доказательством того, что военнослужащий не исполняет условия контракта, так как является документом, содержащим перечень нарушений военнослужащим воинской дисциплины. Поэтому служебная карточка К. была подготовлена основательно: с августа по декабрь одного года – шесть взысканий за полный “букет” нарушений: употребление спиртных напитков, неподчинение старшему, неуставные взаимоотношения (проще – драка) с офицером , самовольный уход со службы, халатное исполнение служебных обязанностей. Словом, впечатляет. “Копия” этой служебной карточки и была представлена в суд в качестве доказательства законности увольнения. К. в своей жалобе и в суде заявил, что проступки эти он не совершал, взысканий не получал, служебную карточку, копия которой представлена в суд, не видел и у него вообще всегда была другая служебная карточка, которая была заведена с присвоением первого офицерского звания, содержала полтора десятка поощрений и только одно взыскание.

Таким образом, стороны делают полностью противоположные заявления, причём должностное лицо представляет ксерокопию оформленной по всем правилам – печать, подпись – служебной карточки, а заявитель – только свои объяснения. Мы ходатайствовали о приобщении к материалам дела двух документов, подтверждающих наши объяснения, однако получили отказ. Как быть?

В соответствии со ст. 6 Закона РФ №"Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан", на должностное лицо возлагается процессуальная обязанность документально доказать законность обжалуемых действий. И в данной случае командир части обязан документально доказать следующее.

1. В соответствии с примечанием 1 к приложению 3 к ст.106 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил РФ (далее – ДУ), служебная карточка заводится на военнослужащего при присвоении первого офицерского звания, а также при присвоении первого звания старшего офицера. И если воинская часть не может представить служебную карточку, заведённую при присвоении первого офицерского звания и вразумительно пояснить на каком основании была заведена новая служебная карточка, копия которой представлена в суд, это может свидетельствовать о подложности представленного документа.

2. ДУ предусматривает порядок наложения взыскания, ст.86 предписывает, что наложению дисциплинарного взыскания должно предшествовать разбирательство с целью установления виновных лиц, а также причин и условий, способствовавших совершению проступка. Очевидно, что такое разбирательство в первую очередь должно содержать объяснение виновного, при необходимости – объяснение очевидцев и выводы о возможности и целесообразности применения взыскания и его строгости – с учётом прежнего поведения (ст.87 ДУ). В условиях, когда заявитель отрицает факт совершения проступков, командир обязан документально доказать обратное путём представления разбирательств, либо – административных расследований.

3. ДУ предусматривает разный порядок наложения разных взысканий. Например, выговор можно объявить лично, а строгий выговор – только в приказе, перед строем или на совещании (ст.97 ДУ). Поэтому командир обязан представить суду приказы о наложении взыскания "строгий выговор", либо представить доказательства того, что они объявлялись перед строем или на совещании. По делу К. в его служебной карточке записано три строгих выговора, без указания номеров приказов – потому что их не существует. И не было случаев, когда перед строем или на совещании К-ву объявлялись взыскания. Поэтому и вынужден был командир части объяснять суду, что объявлял эти взыскания “лично”. А значит, с нарушением установленного порядка, а значит, недействительны эти взыскания и подлежат отмене, а в целом ещё раз подтверждают объяснения К-ва.

4. Если в служебной карточке всё-таки указан номер приказа о наложении дисциплинарного взыскания, а заявитель его оспаривает, командир обязан представить суду данный приказ с подписью об ознакомлении наказанного на самом приказе, либо в книге доведения приказов, которая обязательно существует в каждой воинской части. В случае сомнения в достоверности представленного в суд приказа либо выписки из него необходимо ходатайствовать об истребовании книги регистрации приказов воинской части, так как подделать её значительно сложней, чем представить подложную "выписку" из приказа.

Один “строгий выговор” в служебной карточке К. указан с номером приказа и даже выписка из этого приказа представлена в суде – опять же с подписью ответчика и печатью. Суд удовлетворил ходатайство об истребовании оригинала приказа – в папке с остальными приказами, в прошитом и пронумерованном виде, а также книгу регистрации приказов. Но не добился выполнения своего же требования – эти документы в суд представлены не были (попробуйте догадаться с одного раза – почему?), а повторное ходатайство было отклонено.

5. В соответствии со ст. 35 ДУ единственное поощрение, которое может быть применено к военнослужащему при наличии у него взысканий – это снятие ранее наложенного взыскания. К. предъявил в суде грамоту, которой был награждён вышестоящим начальником после объявления (если верить служебной карточке) взысканий. Почему в служебной карточке нет записи о награждении грамотой, командир части объяснить не смог. Это стало ещё одним подтверждением того, что служебная карточка, представленная в суд – подложная. Однако приобщить к материалам дела указанную грамоту суд отказался.

6. Один из проступков, за которое К. якобы было наложено взыскание – употребление спиртных напитков. Считается общепринятым, что факт употребления спиртных напитков должен быть документально подтверждён материалами медицинского освидетельствования. Поэтому основанием для наложения дисциплинарного взыскания за употребление спиртных напитков и доказательством в суде должен быть соответствующий протокол медицинского освидетельствования. В нашем деле действительно был случай, когда командир соединения заподозрил, что К был в нетрезвом состоянии. Его объяснения о том, что он болен и у него высокая температура не убедили командира, и он послал К. на медицинское освидетельствование, в результате которого был поставлен диагноз – трезв, с составлением соответствующего акта, который и был представлен командиру. На следующий день К. был освобождён от исполнения служебных обязанностей в связи с болезнью, а через несколько дней, после получения результатов анализов, госпитализирован с пневмонией.

Были в представленной служебной карточке и другие неточности – например, одно из взысканий было объявлено в день, когда К. находился в связи с болезнью дома.

В результате командир части, не в состоянии опровергнуть доводы заявителя и его представителя, вынужден был признаться, что реальной служебной карточки нет, а “копия”, представленная в суд, изготовлена непосредственно перед судебным заседанием. И пояснил: суд истребовал, вот мы её и изготовили!

В это трудно поверить, но суд перечисленные доводы и даже признание командира отверг (без мотивации и вообще без упоминания этих доводов) и, отказывая в удовлетворении жалобы, в мотивировочной части решения сослался на “копию” служебной карточки, то есть на “копию” несуществующего документа!

И всё-таки мы уверены, что разбирательство этого дела будет в нашу пользу и жалоба будет удовлетворена. Забегая вперёд скажу, что из перечня нарушений, допущенных при увольнении есть одно “непобедимое” – К. был уволен должностным лицом – командующим войсками округа – с превышением своих полномочий. Но об этом – в последней главе. Пусть будет небольшая интрига.

Защита прав военнослужащего при незаконном увольнении с военной службы (часть 2).

Итак, после двухдневного разбирательства суд вынес решение об отказе в удовлетворении жалобы.

Критически оценивать решение суда очень трудно, так как оно почти не содержит мотивировочной части. Это и понятно: как мотивировать решение, когда ответчики (должностные лица) не предоставили ни одного доказательства законности обжалуемых действий? Нарушив популярные рекомендации о том, что хороший судебный документ должен содержать не более 1,5 – 2 страницы машинописного текста, мы подготовили объёмную кассационную жалобу. Впрочем, в ней мы лишь перечислили нарушения норм материального и процессуального права, отказавшись от каких-либо комментариев. Кстати, кассационную жалобу мы смогли подать только почти через два месяца, так как решение суда в окончательном виде (!) и протокол судебного заседания (!!) были изготовлены через полтора месяца (!!!).

Венный прокурор, делавший заключение в суде второй инстанции, подготовил доклад, по оценке "на глаз", листов на 25 – 30. Минут двадцать он перечислял те обстоятельства, которым судом дана неправильная оценка и обстоятельства, которые суд неправильно посчитал установленными, а затем прервался и сказал буквально следующее: "у меня тут ещё столько же подготовлено, но и перечисленного, по моему мнению, достаточно для отмены решения суда". Определением суда кассационной инстанции решение отменено и дело направлено на новое рассмотрение.

Часть 2. Суд чести офицеров русской армии и его профанация в современных условиях.

Честь офицера в русской армии - сложная нравственная категория, которая длительное время складывалась на основе общепринятого понимания лучшими представителями дворянского сословия, составлявших основу русского офицерства, правил поведения и законов службы, главной целью которых было достойное служение Отечеству. Причём основой понимания Чести служили не официальные уставы, а неписанные правила поведения и законы службы. Писатель Борис Васильев рассказывает о двух основных неписанных законах службы. Во-первых, это здоровье нижних чинов: если, например солдат погибал от отравления, офицера неминуемо ждал суд чести и увольнение из армии. Вторым по значимости законом Б.Васильев отмечает безусловное уважение противника, кем бы он не был. Писатель напоминает, что государь Александр II лично вернул саблю пленённому Шамилю, определил ему местом жительства особняк в Калуге, а его детей послал учиться в Академию Генерального Штаба Русской Армии.

Правила поведения не позволяли русскому офицеру курить на улице, сидеть в общественном транспорте (даже если были свободные места!), офицер не имел права напиваться в общественных местах и завязывать случайные знакомства. Главным и безусловным был абсолютный интернационализм; антисемитизм решительно не воспринимался и рассматривался как привнесение обывательских настроений в офицерский корпус, что являлось не просто дурным тоном, а признаком плохого воспитания. (См Б.Васильев. "Честь имею?.. Она с мундиром не выдаётся. Её надо заслужить." "Век", № 47, 24-01 Ноябрь, 2000; www.pravoedelo.spb.ru).

Поэтому несоответствие поведения понятиям Чести офицера определялось не только и не столько совершёнными проступками, тем более преступлениями, сколько нарушениями неписанных, но общепринятых правил поведения на службе и в быту.

Что же происходит в современной Российской Армии? Безусловно, современный офицерский корпус продолжает оставаться верным традициям Русской Армии, ему близки понятия Чести. Даже несмотря на то, что в последнее десятилетие армию покинуло большое количество высокопрофессиональных и талантливых офицеров, общество продолжает видеть в армии своих защитников, надежду на спокойствие и благополучие.

Однако нельзя не отметить, что всё-таки понятие офицерской Чести в современной армии претерпело некую трансформацию. По моему мнению, отчасти это связано с тем, что руководящие документы, регламентирующие проведение суда чести офицеров или прапорщиков, рождённые в недрах Министерства обороны, направлены на применение репрессивных мер общественного характера, в основном, за нарушения воинской дисциплины. Судите сами: в соответствии с действующим Положением о товарищеских судах чести офицеров (Приказ МО СССР 275 от 16 октября 1980г., далее - Положение), суды создаются для рассмотрения проступков и правонарушений офицеров. Не случайно, видимо, при чтении Положения ловишь себя на мысли о том, что оно (Положение) является сокращённым вариантом уголовно-процессуального кодекса.

В 1992 году, на волне демократизации общества и армии, была предпринята попытка возрождения офицерских собраний, на которых должны были обсуждаться вопросы о Чести и достоинстве офицеров, воспитании у них чувства дружбы, товарищества, любви к профессии офицера, скромности, близости к подчинённым; а также о случаях недостойного поведения офицера; о конфликтных ситуациях, случаях оскорблений, фактах подрыва авторитета и унижения личного достоинства офицера; об оказании помощи офицерам в подготовке к поступлению в ВВУЗы; об оказании материальной помощи (Приказ МО РФ № 147 от 12 сентября 1992 года). Пару месяцев в СМИ бурно обсуждалось возрождение традиций русской армии; в частях активно проходили учредительно - выборные собрания, на которых можно было без последствий критиковать начальство, что было в те времена весьма модным, и называть командира не "товарищ полковник", а "Иван Иванович". Да на том всё и закончилось. Какое-то время ещё предпринимались попытки назвать офицерским собранием очередное подведение итогов с очередной "раздачей подарков" в виде взысканий, после чего офицерское собрание тихо умерло, так и не возродившись.

Что же касается суда чести офицера, то мне за годы службы ни разу не довелось слышать, чтобы суд рассматривал, например, поведение офицера в быту, и тем более, вопросы чести, нравственности и морали. Употребление спиртных напитков в служебное время и недобросовестное отношение к служебным обязанностям - вот повестка дня современных судов чести.

В последние же годы ЕДИНСТВЕННОЙ функцией суда чести во многих частях стал разбор офицеров, представляемых командованием к досрочному увольнению в связи с несоблюдением ими условий контракта. Приказал командир - собрались, решили-постановили, теперь вышестоящий кадровый орган не придерётся. Проводятся такие суды чести формально, "для галочки", зачастую с серьёзными нарушениями установленного порядка. Иначе, чем профанацией, извращением святыни, это не назовёшь.

Тем не менее от существующей реальности никуда не деться. И поэтому военнослужащий должен знать, как должен готовится, проводится суд чести, каков порядок его обжалования - чтобы не допустить в отношении себя нарушения установленного порядка.

Указанный выше приказ МО СССР о порядке проведения суда чести - достаточно объёмный документ, поэтому в рамках данной статьи возможно лишь краткое изложение основных положений.

Товарищеский суд чести офицеров избирается в составе семи или девяти человек на общем собрании старших или младших офицеров части. Разумеется, решение собрания об избрании состава товарищеского суда чести оформляется соответствующим протоколом. Решение о рассмотрении в товарищеском суде чести проступка, совершённого офицером, принимает командир части. Это решение командира части оформляется, как правило, путём наложения резолюции на заявлении, рапорте, постановлении или другом поступившем к нему документе (сообщение органов внутренних дел, средств массовой информации, частное определение суда либо представление прокуратуры, сообщения воспитательных учреждений, собраний граждан по месту жительства, заявление потерпевшего). О проведении товарищеского суда чести может ходатайствовать офицерское собрание части, инициатива может исходить также от самого суда чести.

Решение о проведении суда чести может быть принято командиром по истечению 10 суток с того дня, когда ему стало известно о совершённом проступке, а если проводится расследование, то со дня его окончания.

Порядок привлечения офицера к товарищескому суду чести заключается в следующем. После поступления к командиру воинской части заявления, рапорта, проводится их проверка, для чего при необходимости проводится опрос военнослужащих, отбираются объяснения. Лицо, проводящее проверку, составляет заключение, которое доводится до офицера и потерпевшего, которые могут ходатайствовать о проверке тех или иных дополнительных фактов. Дело рассматривается в срок до 15 дней с момента поступления его в суд. Присутствие привлекаемого к суду чести обязательно. Офицер имеет право заявить отводы члену или всему составу суда. После изложения существа дела обязательно предоставляется слово привлекаемому офицеру для дачи объяснений, после чего выступают свидетели проступка и другие военнослужащие. Ход проведения суда чести обязательно протоколируется, решение суд принимает в отдельной комнате, которое объявляется на заседании суда и затем докладывается командиру. Решение товарищеского суда чести может быть обжаловано в течение 7 дней со дня вынесения решения. Жалоба рассматривается в течение 7 дней, а при необходимости этот срок может быть продлён до 15 дней.

Но вернёмся к делу К-ва, которому и посвящены эти заметки. К. был направлен в командировку для отправки личного состава, где произошёл инцидент с пьяным подполковником - работником комендатуры. Причём всё произошло на глазах одного офицера и двух солдат, которые были свидетелями полной невиновности К-ва и пьяного беспредела со стороны старшего офицера. Последний, протрезвев, пользуясь служебным положением, доложил в часть К-ва о происшедшем - разумеется, в нужной для себя интерпретации.

К., прибыв утром из командировки, вечером был приглашён на служебное совещание, по окончании которого командир части объявил о том, что сейчас состоится суд чести офицеров для разбора проступка К-ва, что для последнего было полностью неожиданным. Себя командир назначил председательствующим и тут же назначил членов суда. Суд состоял из речи командира, К-ву возможность как-то объяснить ситуацию не предоставили, после чего командир и объявил решение - ходатайствовать перед вышестоящими начальниками об увольнении. Протокол заседания суда не вёлся. Как впоследствии выяснилось, в части вообще не проводилось офицерское собрание и не избирался состав товарищеского суда чести! Это подтвердил свидетель - работник строевой части, в которой должны храниться протоколы и другие документы товарищеских судов чести. Другими словами, мероприятие проведено с целью его проведения, с грубейшим нарушениями установленного порядка.

Перечислять все эти нарушения не имеет смысла - достаточно сравнить два описания: в соответствии с приказом № 275 и то, как был реально проведён суд чести в отношении К-ва.

Как и в случае со служебной карточкой (см. часть 1), командование предоставило в суд "копию" несуществующего протокола суда чести, заверенную подписью ответчика.

Интересно, что, опровергая в суде наше заявление о том, что командир части не имел права быть председателем суда чести, ответчик пояснил, что в тот день исполнял обязанности командира части не он, а заместитель командира полка. Тогда мы задали логичный вопрос - на каком же тогда основании ответчик, не являясь и.о. командира части, назначил проведение суда чести? Вопрос, что называется, повис в воздухе.

И главное: в представленной в суд "копии" служебной карточки (в части 1 я рассказал, что командир в суде был вынужден признаться, что копия подложная и изготовлена непосредственно перед судом, оригинала нет) имеется взыскание, наложенное на К-ва за описанный инцидент в командировке. А теперь цитата из Дисциплинарного устава ВС РФ: "принимать решение о рассмотрении проступков офицеров, прапорщиков и мичманов товарищескими судами чести и одновременно налагать на них за этот же проступок дисциплинарное взыскание ЗАПРЕЩАЕТСЯ". (ч.3 ст.49 ДУ ВС РФ).

Таким образом, при проведении товарищеского суда чести офицеров не только грубейшим образом были нарушены все правила, предусмотренные приказом МО СССР № 275; сам факт проведения суда чести был нарушением дисциплинарного устава, а значит незаконным.

В следующей главе я расскажу о порядке и правилах проведения аттестации военнослужащих, представляемых к увольнению в связи с невыполнением ими условий контракта и, как обычно, мы сравним установленный порядок с реальной проведённой аттестации К-ва. Надеюсь, что к этому времени будут и новости о движении этого многострадального дела.

Вот и наступило окончание этого многострадального дела, причём все требования заявителя были удовлетворены, решение вступило в законную силу.

Решение представляет собой довольно объёмный документ, поэтому я привожу его с некоторыми несущественными сокращениями. В части 2 я обещал описать порядок и правила проведения аттестационной комиссии при увольнении военнослужащего с военной службы. Однако сейчас считаю это излишним, так как в решении суда подробно перечислены те нарушения, которые были допущены.

А вот на полномочиях должностных лиц по увольнению военнослужащих в связи с несоблюдением ими условий контракта необходимо остановиться подробнее, так как нарушения порядка увольнения в связи с превышением полномочий встречаются довольно часто.

Дело в том, что досрочное увольнение военнослужащего с военной службы в связи с несоблюдением им условий контракта является одним из видов взысканий, налагаемых на военнослужащих. И если по общему правилу увольнение военнослужащих производит тот начальник, которому предоставлено право назначения на эту должность, то при досрочном увольнении в связи с несоблюдением условий контракта, в соответствии с п."б" ст. 75 ДУ ВС РФ, утверждённого Указом Президента в 1993 года правом наложения такого взыскания обладают в отношении командиров батальонов, им равных и ниже – заместители МО и Главнокомандующие видами ВС РФ, но не командующий округа.

Принятый впоследствии Закон РФ "О воинской обязанности и военной службе" 1998 года в ст. 50 установил, что увольнение с военной службы военнослужащих в воинских звания до полковника включительно производится в порядке, установленном Положением о порядке прохождения военной службы. В Положении, утверждённом Указом Президента РФ № 1237 от 16.09.99г. установлено (пп. "в" п.8 ст.34), что военнослужащие, имеющие воинские звания до подполковника включительно, увольняются должностными лицами в соответствии с правами, предоставляемыми им по назначению военнослужащих на воинские должности. При этом отдельным абзацем выделено, что досрочное увольнение производится главнокомандующим видом ВС РФ, командующим войсками военного округа, должностными лицами, им равными и выше. Однако в Положении нет конкретного указания о полномочиях должностных лиц в отношении военнослужащих, занимающих определённые должности.

Другими словами, указанные Закон и Положение никак не изменили порядок наложения взыскания - досрочное увольнение с военной службы в связи с несоблюдением условий контракта - который был установлен ранее ДУ ВС РФ.

Выводы из всего этого Вы прочтёте в решении суда.

РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

(извлечение)

26 октября 2001 года г.Оренбург

Оренбургский гарнизонный военный суд в открытом судебном заседании в помещении военного суда в составе: председательствующего подполковника юстиции Прыткова Р.В., при секретаре Усовой М.Ф., с участием заявителя Кузнецова А.В., представителя заявителя адвоката Паншева С.Л., представителя командира в/ч 21617 - помощника командира в/ч 21617 майора Прохорова С.В., представителя командира в/ч 12128 - помощника командира в/ч 12128 по правовой работе майора Пронькина, представителя командующего Приволжского-Уральского военного округа - начальника отделения кадров в/ч 12128 подполковника Чичулина В.А., рассмотрев жалобу бывшего военнослужащего в/ч 21617 капитана запаса КУЗНЕЦОВА АЛЕКСАНДРА ВЛАДИМИРОВИЧА на действия командиров в/ч 21617, 12128, командующего Приволжско-Уральского военного округа, связанную с увольнением с военной службы,

УСТАНОВИЛ:

В своей жалобе и в судебном заседании капитан Кузнецов пояснил, что приказом Командующего войсками Приволжского военного округа № 039 от 3 февраля 2000 года он досрочно уволен с военной службы в запас на основании ст.51 п.2 пп. "в" Федерального закона РФ "О воинской обязанности и военной службе", то есть в связи с невыполнением им условий контракта, и приказом командира воинской части 21617 3 79 от 5 апреля 2000 года он исключён из списков личного состава воинской части с 26 мая 2000 года.

В судебном заседании Кузнецов А.В. пояснил, что в период прохождения военной службы в должности старшего помощника начальника штаба воинской части 21617 по строевой части у него сложились неприязненные отношения с Синельниковым А.А., который ранее занимал равнозначную с ним должность заместителя начальника штаба той же части. Впоследствии Синельников А.А. занял должность начальника штаба части, а затем и командира части и незаконно направил в вышестоящий штаб представление о досрочном увольнении Кузнецова в связи с несоблюдением им условий контракта за имеющиеся у него запущенности в учёте личного состава и халатное исполнение им служебных обязанностей, незаконное оформление документов в отпуск ряд.Пиманенко и капитана Озерчука В.Н., нарушение уставных правил взаимоотношений с офицерами на пересыльном пункте в г.Моздоке.

Однако, далее продолжил Кузнецова А.В., он этих нарушений не совершал, а именно: Озерчуку документы на отпуск не оформлял, а Пиманенко оформил с разрешения командира воинской части Гусева В.Н., во время инцидента на пересыльном пункте в г.Моздоке был пострадавшей стороной, по учёту личного состава, как и по исполнению других своих обязанностей при проверках вышестоящего штаба замечаний не имел, взысканий в период прохождения военной службы не имел, его служебная карточка, а также другие документы, приложенные к представлению на увольнение были сфальсифицированы лично Синельниковым А.А., так как ранее у него имелась служебная карточка, в которой было около десяти поощрений и только одно взыскание в августе 1999 года.

Также Кузнецов А.В. пояснил, что процедура его увольнения была грубо нарушена, аименно: что аттестационная комиссия не проводилась, бесед с ним никто не проводил и соответственно листы бесед не оформлял, аттестация прямым начальником не составлялась и её с содержанием никто не знакомил, суд чести младших офицеров был проведён во время служебного совещания, кроме того, должность, которую он занимал - старшего помощника начальника штаба в/ч 21617 по строевой части с 1 декабря 1999 года была сокращена и он своевременно подал рапорт на увольнение в связи с организационно-штатными мероприятиями.

Рапорт был направлен командиру воинской части 12128, который в присутствии Кузнецова и начальника отдела кадров Чичулина В.А. этот рапорт подписал и предложил Кузнецову до 1 декабря 1999г., то есть до издания приказа об увольнении в связи с проведением организационно-штатных мероприятий,, убыть в Чечню.

Кроме того, Кузнецов считает, что уволен ненадлежащим должностным лицом.

На основании изложенного Кузнецов просит суд: действия командира воинской части 21617, Командующего войсками Приволжского военного округа и бездействие командира воинской части 12128 признать незаконными, указанные приказы об увольнении и исключении из списков части отменить, взыскать с воинской части 21617 в его пользу компенсацию причинённого морального вреда в сумме 50 000 рублей и оплату помощи представителя.

Представитель Кузнецова - адвокат Паншев С.Л. требования заявителя поддержал в полном объёме.

Должностные лица и их представители требования заявителя не признали и пояснили, что в период прохождения военной службы на территории Республики Чечни Кузнецов совершил ряд грубых дисциплинарных проступков.

Кроме того должностные лица каждый в отдельности пояснили, что процедура увольнения Кузнецова проводилась в соответствии с действующим законодательством.

Заслушав мнение сторон и их представителей, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд находит требования жалобы подлежащими удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии с Директивой начальника штаба ПриВО № 15/1/0351 от 30.07.1999г. должность старшего помощника начальника штаба по строевой части в/ч 21617, которую занимал Кузнецов А.В. была сокращена с 1 декабря 1999 года.

Как видно из осмотренной в судебном заседании книги входящих документов в/ч 21617 Кузнецов А.В. обратился к командиру части с рапортом об увольнении его с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, который был зарегистрирован в за № 7887 от 22 сентября 1999г.

Довод представителей ответчиков о том, что должность, занимаемая Кузнецовым, не была сокращена, в связи с созданием в/ч пп 21617 суд отвергает, так как в сентябре 1999г. из нескольких подразделений Тоцкого гарнизона для направления в Чеченскую Республику была сформирована самостоятельная полковая тактическая группа, которая получила наименование "воинская часть полевая почта 21617" и имела самостоятельную временную штатную структуру, не зависящую от штатной структуры воинской части 21617.

Суд также отвергает довод представителей ответчиков о том, что рапорт вх. 7887 от 22.09.1999г. в штаб дивизии не поступал, так как по поступившему рапорту командир воинской части 21617 обязан был принять решение и направить в вышестоящий штаб.

Таким образом, на основании абз.2 пп. а) п.4 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утверждённого Указом Президента РФ № 1237 от 16 сентября 1999 года, Кузнецов А.В. имел право на увольнение с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, так как других должностей Кузнецову не предлагали и он согласия на назначение не давал, а в состав полковой тактической группы был направлен в командировку.

При таких обстоятельствах бездействия командиров воинских частей 21617 и 12128, связанные с не оформлением документов Кузнецова на увольнение в связи с организационно-штатными мероприятиями суд признаёт незаконными.

В обосновании законности увольнения в связи с несоблюдением условий контракта, командованием части представлена копия служебной карточки Кузнецова А.В., из которой следует, что на Кузнецова А.В. за период с 8.08.1999г. по 30.12.1999г. было наложено 6 дисциплинарных взысканий.

Однако содержание копии служебной карточки не соответствует другим материалам дела.

Так, в осмотренной в ходе судебного заседания книги приказов записей о взысканиях Кузнецову А.А. приказами № 548, 549 от 12.8.99г. и 16.8.1999г. соответственно не имеется.

Взыскание от 25.09.99г. - строгий выговор за употребление спиртных напитков наложен в день, когда Кузнецов А.В. был освобождён от исполнения служебных обязанностей, о чём имеется выписка из журнала амбулаторных больных. Кроме того, имеется заключение о том, что Кузнецову было проведено медицинское освидетельствование, в результате которого поставлен диагноз "трезв".

Взыскание от 30.1199г. - строгий выговор наложено за неуставные взаимоотношения с офицером Капмар, однако последний, допрошенный в качестве свидетеля, в суде пояснил, что у них с Кузнецовым действительно произошла ссора, о чём он впоследствии упомянул в личном разговоре с Синельниковым А.А., однако неуставных взаимоотношений не было.

Кроме того, Капмар пояснил, что в период прохождения службы в Чечне он лично занимался дисциплинарной практикой офицеров, и по указанию начальника штаба воинской части Синельникова А.А. делал записи в служебных карточках, при этом Кузнецову за весь период службы в Чечне взысканий не объявляли и он записей в служебной карточке не делал.

Не нашло своего подтверждения в судебном заседании заявление представителей должностных лиц о виновности Кузнецова в избиении неустановленного офицера в г.Моздоке, за что он и был предупреждён о неполном служебном соответствии.

Как пояснил Кузнецов А.А., в конце декабря 1999г. на пересыльном пункте в г.Моздоке его ударил пьяный подполковник - работник комендатуры г.Моздока. В нарушение ст. 86 Дисциплинарного Устава ВС РФ разбирательства по данному проишествию не проводилось, у присутствующих офицера и двух военнослужащих по призыву объяснения не отбирались, каких-либо доказательств, опровергавших объяснение Кузнецова командование воинской части 21617 не представило.

Также командование не представило доказательств какой-либо причастности Кузнецова к оформлению документов на отпуск ст. лейтенанта Озерчука В.Н. и его виновности либо корыстной заинтересованности при отправлении в отпуск рядового Пиманенко.

Свидетель Капмар пояснил в суде, что документы на отпуск капитана Озерчук оформлял лично он и Кузнецов к этому никакому отношения не имеет.

Что же касается взыскания, наложенного 30.12.99г. на Кузнецова в виде строгого выговора за халатное отношение к исполнению служебных обязанностей, несвоевременную подачу донесений в штаб Северо-Кавказской группировки, то представители должностных лиц никаких доказательств совершения данного проступка Кузнецовым суду не предъявили, мало того, представитель Командующего Приволжско-Уральского округа, начальник отделения кадров в/ч 12128 подполковник Чичулин пояснил, что никто из должностных лиц в/ч 12128, 21617 не вправе дать оценку деятельности Кузнецова в этом плане, поскольку все донесения подавались в штаб Северо-Кавказской группировки.

При таких обстоятельствах суд оценивает копию служебной карточки как недопустимое доказательство, а сделанные в ней записи о нарушениях воинской дисциплины Кузнецовым А.В. - как не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного заседания.

В соответствии с "копией суда чести офицеров войсковой части пп 21617" от 30.12.1999г., суд чести решил за самоустранение служебных обязанностей и халатного отношения к ним, неподчинение старшим начальникам, а также незаконной подделки документов, превышение должностных полномочий, ходатайствовать об увольнении Кузнецова А.В. с военной службы за невыполнение условий контракта. Однако подполковник Синельников А.А., являясь начальником штаба части либо временно исполняя обязанности командира части, в соответствии с Приказом МО СССР № 275 от 16 октября 1980 года, не мог назначить заседание товарищеского суда чести младших офицеров и одновременно вести его в качестве председательствующего. Доводы Кузнецова А.В. о том, что во время суда чести Синельников А.А. перечислил нарушения Кузнецова А.В., ему слово для объяснений не предоставлялось, представитель ответчика не опроверг, так как протокола заседания товарищеского суда чести не представил.

Также представитель ответчика не опроверг доводы Кузнецова о том, что в нарушении ст. 26 указанного Положения о порядке прохождения военной службы, заседание аттестационной комиссии не проводилось вообще, прямой начальник аттестацию не составлял, с заключением не знакомил, бесед не проводил и листов бесед не оформлял, так как ни одного подлинного документа в суд представлено не было, а представленные ксерокопии не содержат подписей Кузнецова А.В.

Кроме того, В соответствии с абз.2 ст. 6 Закона РФ "Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан" от 27.04.1993г. "на должностных лиц, государственных служащих, действия которых обжалуются гражданином, возлагается процессуальная обязанность документально доказать законность обжалуемых действий". Представитель ответчика - командира воинской части 21617 не представил в суд никаких доказательств законности обжалуемых действий и ни одного подлинного документа, опровергающего доводы заявителя.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что при увольнении Кузнецова был грубо нарушен установленный порядок увольнения. Эти нарушения заключались в том, что к представлению на увольнение была приложена служебная карточка с записями о нарушениях воинской дисциплины, которые Кузнецов А.В. не совершал и за которые дисциплинарных взысканий не получал; товарищеский суд чести младших офицеров проведён с нарушением установленного порядка; мероприятия, связанные с аттестацией офицера, не проводились.

Кроме того, как следует из представленных в суд документов, Кузнецов А.В. был за одни и те же нарушения воинской дисциплины наказан в дисциплинарном порядке, затем в нарушение ст.49 ДУ ВС РФ был рассмотрен на заседании товарищеского суда чести, после чего за эти же нарушение на него было наложено новое взыскание - досрочное увольнение с военной службы в связи с несоблюдение военнослужащим условий контракта.

Кроме того, в соответствии со ст. 104 ДУ ВС РФ досрочное увольнение в запас является дисциплинарным взысканием, а в соответствии с п. "б" ст.75 ДУ ВС РФ правом на досрочное увольнение в связи с несоблюдением условий контракта наделены - в отношении командиров батальонов, им равных и ниже, - заместители МО и Главнокомандующие видами ВС РФ, а в отношении командиров рот и ниже - Командующий войсками округа.

Как установлено, Кузнецов А.А. занимал должность, штатами для которой предусмотрено воинской звание "майор", то есть ниже командира батальона, но выше командира роты. Таким образом, полномочий по досрочному увольнению Кузнецова А.В. с военной службы в связи с несоблюдением им условий контракта Командующий войсками Приволжского военного округа не имел.

На основании вышеизложенного приказы Командующего Приволжского военного округа и командира воинской части 21617 об увольнении Кузнецова и исключении его из списков части подлежат отмене.

Суд признаёт, что незаконным увольнением Кузнецову А.В. были причинены нравственные страдания, поэтому в соответствии со ст. 151 ГК РФ требования заявителя о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, с учётом требований разумности и справедливости в сумме 3000 (трёх тысяч) рублей.

В соответствии со ст. 91 ГПК РСФСР стороне, в пользу которой состоялось решение, суд с другой стороны присуждает расходы по оплате помощи представителя. Учитывая длительность судебного разбирательства, отдалённость Тоцкого военного гарнизона от г.Оренбурга и количество судебных дней, суд удовлетворяет требование о взыскании расходов по оплате помощи представителя в соответствии с представленными квитанциями юридической консультации в полном объёме в сумме --- рублей, взыскав их с в/ч 21617.

На основании изложенного, руководствуясь ст.191-197 ГПК РСФСР, суд, -

РЕШИЛ:

Жалобу бывшего военнослужащего в/ч 21617 капитана запаса КУЗНЕЦОВА АЛЕКСАНДРА ВЛАДИМИРОВИЧА на действия командиров в/ч 21617, 12128, командующего Приволжско-Уральского военного округа - УДОВЛЕТВОРИТЬ ЧАСТИЧНО.

1. Признать действия командира воинской части 21617 и Командующего войсками Приволжского военного округа, а также бездействие командира воинской части 12128 - незаконными.

2. Приказ Командующего войсками Приволжского округа № 039 от 3 февраля 2000г. в части досрочного увольнения с военной службы Кузнецова А.В и приказ командира воинской части 21617 № 69 от 5 апреля 2000г. в части исключения из списков части Кузнецова А.В. - незаконными и не действующими с момента издания.

3. Взыскать в пользу Кузнецова Александра Владимировича с воинской части 21617 компенсацию морального вреда в сумме 3000 рублей, в остальной части требования превышающего указанную сумму - О Т К А З А Т Ь.

4. Взыскать с в/ч 21617 в пользу Кузнецова --- рублей в счёт возмещения затрат, понесённых им в связи с оплатой помощи представителя.

Решение может быть обжаловано и опротестовано в Приволжский окружной военный суд через Оренбургский гарнизонный военный суд в течение 10 дней.

Председательствующий по делу Подполковник юстиции Р.Прытков

ПРИМЕЧАНИЕ:

Судебная коллегия по гражданским делам Приволжского окружного военного суда, рассмотрев дело по кассационной жалобе ответчиков, вынесла 28 декабря 2001 года определение, в соответствии с которым решение Оренбургского гарнизонного суда оставлено без изменения, а кассационная жалоба - без удовлетворения.

С.Паншев, адвокат

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ  [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий