Смекни!
smekni.com

Интеллектуальная собственность (стр. 5 из 8)

Действительно, при принятии ответственных правовых решений, каким является решение о присоединении к Бернской Конвенции, необходимо исходить из интересов всего общества, а не отдельных его групп. Учитывая то, что нормы Конвенции действуют не в идеальных, а реальных условиях, должны приниматься во внимание и те экономические последствия, которые могло бы повлечь предоставление охраны произведениям, ранее считавшимся в России общественным достоянием.

Как было показано выше, критика присоединения без обратной силы носит в основном экономический характер. Вопрос о самой формулировке постановления не поднимался. Специалисты, несмотря на то, что в прессе и было отменено, что формулировка не ясна, ограничились лишь констатацией того, что она означает, что Россия присоединилась к Бернской Конвенции без обратной силы, думается, что необходимо рассмотреть постановление правительства именно с точки зрения данной им формулировки, которая допускает неоднозначность ее толкования.

Итак, постановление содержит указание на то, что произведениям, ставшим на территории российской федерации общественным настоянием не момент присоединения к Бернской Конвенции, охрана вновь предоставлена не будет. Рассматривая обоснование возможности присоединения России без обратной силы, нами приводилось положение статьи 28 Закона РФ «Об авторском праве смежных правах», согласно которому причиной перехода произведения в общественное достояние служит истечение срока охраны. Однако статья 28 предусматривает и иную причину: перешедшими в общественное достояние также считаются произведения, охрана которым на территории России никогда не предоставлялась. В формулировке, данной правительством, не указывается, по какой именно причине не будут охраняться произведения, ставшие на территории РФ общественным достоянием, хотя такой причиной является истечение сроков охраны. Нами было отмечено, что на законодательном уровне охрана предоставляется лишь тем иностранным неопубликованным произведениям, которые находятся на российской территории, хотя практика и иначе решает этот вопрос. Однако, именно то, что на практике охранялись, и охраняются все неопубликованные произведения иностранных авторов, позволило истолковать статью 18 Бернской Конвенции как не обязывающую, предоставлять охрану с обратной силой. Тем не менее, зарубежные специалисты, не знакомые с российской практикой, могут провести анализ на законодательном уровне и сделать вывод, что Россия, присоединяясь к Конвенции, приняла решение не охранять иностранные произведения, ставшие на ее территории общественным достоянием в силу того, что они никогда не охранялись. По такое решение противоречило бы пункту 2 статьи 18 Конвенции, которой все причины неохраняемости, кроме истечения срока охраны, безразличны. Если формулировка правительства будет истолкована таким образом, это может послужить основанием возникновения споров с другими членами Конвенции по поводу применения Бернской Конвенции.

Думается, что лучшим способом устранить имеющееся противоречие до присоединения к Конвенции было бы привести действующее законодательство об авторском праве в соответствие с практикой, закрепив, что охрана по российскому законодательству предоставляется всем иностранным неопубликованным произведениям, независимо от того, на территории какого государства они находятся. Это значительно упростило бы аргументацию принятого Россией решения о присоединении без обратной силы. Иначе эту проблему можно было бы решить, указав при подаче ноты, что действие Бернской Конвенции не будет распространяться на произведения, которые на дату вступления Конвенции в силу для России уже являются не ее территории общественным достоянием вследствие истечения ранее предоставленного срока охраны. Сегодня же, на мой взгляд, единственный способ устранить всякую возможность возникновения спорной ситуации - дополнительно уведомить страны Союза о причинах, по которым иностранные произведения перешли в сферу общего достояния.

Несмотря на то, что некоторые специалисты считают, что «непредставление обратной силы вообще лишает Конвенцию смысла», я рассматриваю присоединение Российской федерации к Бернской Конвенции как чрезвычайно значительное событие. Во-первых, теперь Россия связана международным договором со многими странами, отношения с которыми по авторскому праву никак не регулировались. Во-вторых, произведения иностранных авторов тех стран, с которыми Россия была связана Всемирной Конвенцией, получают охрану также по Бернской Конвенции, уровень которой намного выше. Что же касается стран, связанных с Россией по Бернской Конвенции, то их интересы, конечно, затронуты присоединением без обратной силы. Однако, учитывая то, что произведения граждан большинства государств-членов Бернского Союза уже охранялись по Всемирной Конвенции и по двусторонним соглашениям, нарушение интересов этих государств не столь существенно. Думается, что по истечении некоторого переходного периода «привыкания» к защите авторских прав граждан стран-участниц Бернской Конвенции, Россия пойдет по пути заключения двусторонних соглашений с отдельными странами, как это делается сейчас в США, по которым охрана будет предоставляться с обратной силой. Однако это не может произойти раньше, чем Россия действительно будет к этому готова.

Соавторство.

Условия возникновения соавторства.

Авторское право на произведение, созданного совместным трудом двух и более лиц (соавторство), принадлежит соавторам совместно, независимо от того, образует ли такое произведение одно неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет также и самостоятельное значение (ст. 10 Закона РФ «Об авторском праве и смежных правах»). Возникновение соавторства доктрина и судебная практика связывают с рядом условий, которые выводятся из действующего законодательства. Прежде всего, о соавторстве можно говорить лишь в том случае, если в результате совместных усилий нескольких лиц создано единое коллективное произведение. Не вызывает сомнений, что такое коллективное произведение создается в тех случаях, когда произведение создается в тех случаях, когда произведение образует одно неразрывное целое (например, роман или картину, созданные несколькими лицами). Сложнее обстоит дело в тех случаях, когда каждая часть произведения имеет самостоятельное значение и может быть использована самостоятельно (например, стихи и музыка в песне, главы учебника, написанного коллективом соавтором). Ясно, что коллективное произведение не может быть создано в результате простого механического соединения произведений авторов. Необходима такая взаимная увязка их внутренней формы и содержания, чтобы они воспринимались публикой как единое произведение. Иными словами, изменение или изъятие какой-либо части коллективного произведения должно влечь за собой соответствующее изменение других частей или невозможность использования произведения как единого целого. Например, если изъять из учебника по гражданскому праву любую из глав, посвященных, например, сделкам, юридическим лицам, исковой давности и т. д., то данный учебник вряд ли может рассматриваться как завершенное коллективное произведение, способное выполнять свои функции. Точно так же изменение музыкального текста оперы должно влечь за собой соответствующее изменение либретто. Напротив, изъятие из книги иллюстраций не может повлиять на литературные достоинства опубликованного произведения, поскольку текст и иллюстрации к нему не составляют со своей совокупности единого произведения. Поэтому писатель и художник не выступают в данном случае как соавторы. То же самое можно сказать и обо всех других составных произведениях, например сборниках, журналах и т. п.

Вторым непременным условием возникновения соавторства является создание произведения совместным творческим трудом нескольких лиц. При этом под совместным характером труда понимается, конечно, не совместный процесс труда, а совместно достигнутый результат. Соавторы могут работать над произведением сообща от начала до конца; каждый из них может создать какую-либо обособленную часть произведения; один из них может доработать результат другого и т. п. Важно не то, как, в какой форме трудились над произведением его создатели, а то, что произведение явилось результатом их совместных усилий. Показательным в этом отношении является следующее дело, рассмотренное Верховным Судом РСФСР. К. предъявил иск к Т. и М. о признании его соавтором повести «Когда отзвенел малиновый звон», выпущенной в свет издательством « Молодая гвардия «Ростовский областной суд в иске К. отказал. Рассмотрев дело по кассационной жалобе истца, Верховный Суд РСФСР оставил решение Ростовского областного суда в силе, а жалобу без удовлетворения. В определении Верховного Суда отмечалось, что истец детально осведомлен о работе ответчика Т., который их использовал. Однако этого совершенно недостаточно для признания творческого участия истца в написании повести. До выхода книги в свет ни у истца, ни у ответчика не возникало намерения создать коллективное произведение.

Отсутствует совместная творческая работа над произведением и в ряде других случаев, когда одно лицо в силу своих служебных обязанностей или по другим основаниям оказывает Л. помощь создателю произведения, но результаты его труда не находят прямого отражения в произведении. Так, никто не ставит под сомнение необходимость, полезность и даже творческий характер труда редактора. Однако, если редактор не выходит за пределы своих обязанностей, он не может претендовать на соавторство. Редактор призван помочь автору улучшить свое произведение, исправить его отдельные недостатки, устранить повторы и т. п. Но все изменения в произведение вносятся самим автором, который может согласиться или не согласиться с редактором.