регистрация / вход

Земские соборы

Название. Земские соборы. Происхождение соборов.. Идеи о соборе. Соборы в XVI в. Число соборов.. Повод к созыву собора.

Б. Курц

Название. Земские соборы

Приблизительно с половины XVI века в течение более столетия мы видим в Московском государстве учреждение, которое в исторических памятниках того времени называется «советом всея земли», «всею землею», «общим вся Руси градов людским советом», «вса земля людьми» или просто «собором». В науке же это учреждение принято называть «земским собором».

Происхождение соборов.

Одни ученые склонны видеть начало земских соборов в вечах, другие – в княжеских съездах, в совещаниях князя с думой, с духовными властями и «градскими людьми», в церковных соборах или в городских мирах. Действительно, возникновение земских соборов было связано с перечисленными явлениями русской жизни, но только по идее, и говорить об органической связи с одним из этих явлений едва ли возможно. К непосредственному появлению земских соборов могло послужить какое-нибудь явление русской истории, может быть, съезды служилых в Москву. Во всяком случае, земские соборы выработались самой жизнью, а не явились неожиданно, по воле одного лица, потому что в таком случай современные им памятники не замедлили бы отметить это нововведение, чего, в самом деле, мы не видим. На образование земских соборов наибольшее влияние, очевидно, оказали церковные соборы, издавна сложившиеся и действовавшие в России.

Идеи о соборе.

Взгляды современников не могли также не оказать сильного влияния на образование и историю земских соборов. «Беседа преп. Серия и Германа, валаамских чудотворцев», относящаяся ко времени после половины XVI в., настаивает на том, что царь должен управлять государством «с князи и с бояры и с прочими миряны», и «подабает с миром во всем ведати царю самому, со властьми своими, а не с иноки". По мысли «Иного сказания», составленного после «Беседы...», вероятно, во время опричины, духовенство должно благословить царей на созвание «единомысленного вселенского совета ... от всех градов своих и уездов градов тех», царь должен этот совет «беспрестанно держати погодно при cобя, и собя ото всяких людей и на всяк день их добра распросити царю самому о всегоднем посту и о каянии миpa сего и про всякое дело мира сего». Курбский, переписываясь с Грозным, утверждал, что царю необходимо иметь при себе «совет всенародных человек». К сожалению, эти свидетельства сохранились от довольно позднего времени, от середины XVI в., но, несомненно, что подобные воззрения существовали в умах людей даже раньше XVI в. Эти идеи есть не что иное, как видоизменения тех взглядов дружинников древней Руси, по которым князь был обязан совещаться со своими воинами. Объединение Москвы, увеличение войск и изменение в их организации и в управлении государством – все это естественно повело к развитию этих взглядов древней Руси в те формы, с которыми мы встречаемся с половины XVI в.

Соборы в XVI в.

Итак, как фактическое содержание русской жизни, так и идейные взгляды наших предков послужили вполне благоприятной почвой тому учреждению, которое совершенно ясно вырисовывается пред нашими взорами после половины XVI столетия. Едва ли будет ошибкой, если мы будем считать одним из прецедентов земских соборов собрание 1471 г., когда Иван III послал «по вся епископы земли своея и по князи и по бояря свои и по воеводы, и по вся воя свои», а когда они собрались, то все они, «мысливше... не мало» о походе на Новгород, решили отправиться на него войной. Подобного рода совещания из бояр (боярской думы), духовенства («освященного собора»), и воев, или, иначе говоря, служилых, мы видим и в XVI в. В 1550 г. состоялся «собор примирения», как его назвал академик Жданов; вероятнее всего, это не был собор в настоящем смысле, а только собрание духовенства, служилых, челобитчиков, приехавших в то время в столицу, и жителей г. Москвы. В 1551 году был созван церковный Стоглавый собор, на котором присутствовали рядом с духовенством «князи и бояре и воины», так что этот собор акад. Жданов справедливо считал «церковно-земским», тем более, что собор касался не только церковных вопросов, но и чисто земских. В 1566 г. по вопросу о перемирии с Польшей и Литвой собрался собор, главным образом состоявший из светских чинов. Это есть первый земский собор, о котором дошли до нас точные сведения о его составе и соборный акт. В 1598 г. состоялся земский собор для избрания Годунова.

Соборы в XVII в.

Смута начала XVII в. всколыхнула мысль, «и великое российское царство яко море восколебася». Смутное время способствовало выработке самостоятельности в русских людях и сообщило выборному началу большое значение. Наиболее важными соборами XVII в. были: собор 1613г., избравший Михаила, 1642 г., собравшийся по вопросу об Азове, и в 1649 г., созванный для составления Уложения. Собор 1653 г., обсуждавший вопрос о принятии Малороссии, был последним полным земским собором. После него можно отметить собор 1682 г., избравший Петра, а потом и Иоанна, а также собор 1698 г., судивший Софью, и о котором только сообщает один иностранец – Корб.

Число соборов.

Точно установить число соборов нельзя, потому что памятники не всегда позволяют вполне установить, имеем ли мы дело в данном случае с земским собором или же просто с совещанием или случайным собранием некоторых групп лиц. Проф. Сергеевич считал, что всех соборов с половины XVI в. по 1653 г. было 16, и распределял их между отдельными царствованиями следующим образом: при Иване Грозном – 2, при Василии Шуйском – 1, при Михаиле Федоровиче –9, при Алексее Михайловиче – 4; при Федоре Алексеевиче было созвано 2, но не всенародных; кроме того, было еще 3 избирательных собора и 1, низложивший Шуйского. Другие ученые дают иной перечень соборов; например, Латкин считает, что относительно полных соборов за весь XVI и XVII в.в. было 20, а всех соборов (относительно полных, неполных и фиктивных) – 32. Одно лишь то несомненно, что наибольшее количество соборов падает на царствование Михаила. Таким образом, время первого Романова было золотым веком земских соборов.

Состав соборов.

Существенным вопросом в истории земских соборов является вопрос о их составе. «Совет всея земли», т. е. земский собор, слагался из трех элементов: боярской думы, т. е. из постоянного совета государя, «освященного собора», т. е. из высших духовных лиц во главе с митрополитом, а позднее патриархом, и, наконец, из земских людей, в число которых входили военно-служилые или другие служилые люди и выборные от тяглых. От подобных соборов следует отличать соборы, образовавшиеся случайно, где участвовал в решении вопроса московский народ, например, собор 1606 г., когда бояре избрали Шуйского и предложили его народу; такие соборы напоминают веча древней Руси; с другой стороны следует также отличать те соборы, которые состояли только из одного сословия, например, собор 1682 г., на котором присутствовали служилые люди и решали вопрос об уничтожении местничества.

В составе соборов XVI в. едва ли можно видеть выборный элемент в том смысле, в каком он теперь понимается. Эти соборы составлялись из служилых людей, которых правительство созывало для решения тех или других вопросов; иначе говоря, эти соборы составлялись из правительственных агентов. Официальное положение боярской думы и «освященного собора», которые входили в состав земских соборов, понятно само собой; дворяне же, бывшие на соборах XVI в., несли какую-нибудь военную или административную службу, т. е. были также официальными лицами; участие торговых людей в соборах тоже носило официальный характер, потому что гости служили по финансовой части, а старосты и сотские торговых сотен по свойству своей деятельности входили в состав государственной администрации. Таким образом, соборы XVI века состояли из официальных, или должностных лиц. Если в XVI в. не было выборного элемента, или же его там трудно заметить, то в XVII в. он является несомненной принадлежностью соборов. Выработки и развитие выборного начала главным образом способствовало Смутное время, когда общины проявили усиленную деятельность, когда города взаимно пересылались грамотами и своими представителями, и когда вопросы решались «сослався с городы». На этой основе и возник выборный «совет всея земли», ярко выразившийся на собор 1613 г., где наряду с лицами, явившимися в силу своего служебного положения (бояре, дьяки и пр.), видим депутатов, избранных самим населением. Однако, в XVII в. выборное начало не торжествует над должностным, или официальным, а существует рядом с ним, причем, в то время как на одних соборах выборное начало сильно выражено (собор 1649 г.), на других мы видим рядом с выборным должностной элемент.

По количеству своих членов важнейшие соборы отличались многолюдством. На соборе 1566 г. было 374 человека (духовенства –8,5%; бояр и других высших чинов – 7,7%; дворян, детей боярских с торопецкими и луцкими помещиками – 55%; приказных – 8,8%; торгово-промышленных людей – 20%); на соборе 1598 г. – 512 участников (духовенства – 21,2%; бояр и высших чиновников – 10,3%; военно-служилых – 52%; приказных и от дворцовой администрации – 9,5%; торгово-промышленных людей – 7%); на собор 1613 г., наверное, было более 700 человек, по мнению проф. Платонова, хотя всех подписей на соборном акте всего – 277 (духовенства – 57 подписей; бояр и служилых – 136 подписей и «городских выборных светских чинов» – 84 подписи); на этом соборе было представлено не менее 50 городов; на соборе об Уложении 1648 – 1649 г.г. число представленных городов доходило до 120, если не больше; членов на этом соборе было до 340, но подписалось под Уложением лишь 315 (на этом собор было: духовенства – 14 человек, бояр и других высших чинов и дьяков – 34, дворян, детей боярских и стрельцов – 174, торгово-промышленных людей – 94, а остальные неизвестного чина). Из вышеприведенных цифр видно, какие чины присутствовали на соборах; крестьян мы не видим; некоторые ученые готовы признать их присутствие на соборе 1613 г.; но другие опровергают это мнение, хотя несомненно, что крестьянство, если само не бывало на соборах, то могло вместо себя посылать духовных или торговых лиц, как наиболее подходящих к соборной деятельности.

Повод к созыву собора.

Поводом к созыву собора служили разные причины. Вопросы о войне или мире, финансовые затруднения, желание узнать мнение известной группы лиц по данному вопросу, необходимость «устроить государство», выбрать нового царя или санкционировать его избрание – все это служило непосредственным поводом к созыву собора.

Кто созывал соборы?

Соборы созывались государем, а в междуцарствие патриархом, как это было при избрании Михаила.

Призывные грамоты.

Если правительство хотело спешно созвать собор и только из официальных лиц, то оно просто приказывало бывшим в Москве должностным лицам явиться на собор, и таким образом через несколько дней составлялся собор (например, в 1642 г.). Но если правительство имело в виду очень важное дело, например, избрание государя или составление Уложения, и притом не требующее особенной спешности, то оно заранее приготовлялось к созыву собора и рассылало призывные грамоты в провинции к воеводе или другому высшему административному лицу данной местности. Освободив Москву от поляков, временное правительство в 1612 году сзывает грамотами «изо всяких чинов», «изо всех городов», «по десяти человек от городов» «для государственных и земских дел» и избрания царя, результатом чего явился собор 1613 г. Царская призывные грамоты указывают, по какому делу созываются в Москву выборные, и сколько нужно выбрать депутатов от данного избирательного округа; избирательным округом обыкновенно признавался город с уездом, а в нем различались курии или по сословиям: духовенство, дворяне, дети боярские, посадские люди, или же по отдельным статьям, чинам, или просто по экономическим и поместным группам: городовые и дворовые дворяне, белоозерцы, можайские помещики, галицкие помещики, иноземцы и пр. Правительство указывало в грамотах, как нужно производить выборную кампанию, к какому сроку выслать выборных и какими мирами побуждать население к ускорению выборов. Когда государственная власть желала иметь на соборе должностных лиц, то уже одно их служебное положение было для них цензом, но когда правительство предлагало населению выбрать из своей среды членов на собор, то тогда оно предъявляло к ним известный ценз. Призывные грамоты требуют, чтобы выбранные лица были «добрые и разумные и постоятельные люди», «смышленые», «с которыми можно было бы поговорить», «опытные», «которые бы умели рассказать обиды, и насильства, и разорения, и чем московскому государству полнится и ратных людей пожаловать и устроить бы московское государство, чтобы пришло все в достоинство», «чтобы нам всякие их нужды, и тесноты, и разорения, и всякие недостатки были ведомы».

Отношение воевод.

Воевода, получив призывную грамоту, объявляет ее всему населению. Так, например, он «государев указ в Переяславле Рязанском в торговые дни о выборных людях... сказывал во многие дни... и по торжкам кликать... посылал». Кроме того, воевода должен был «имянно» «сказать», т. е. известить избирателей о выборах. Для этого воевода рассылал по городу извещение посадским, а для оповещения дворян, посылал в уезд по их вотчинам и поместьям своих обычных рассыльщиков с приказанием, чтобы дворяне съезжались в город для производства выборов. После такого опубликования воевода должен был лично разъяснить собравшимся местным дворянам и посадским их обязанности и условия по выборам, а когда нужно, то и пристыдить их за медлительность. Воеводы должны были стараться исполнить все приказания правительственной власти относительно выборов и послать определенное число выборных к указанному сроку в Москву. Но воеводам, при всем их добром желании, не всегда удавалось быть исполнительными. Не раз случалось, что воевода получал поздно призывную грамоту, так что для выборов почти не оставалось времени, а то грамота приходила даже после указанного срока созыва собора; или же выборы затягивались на долгое время, вследствие ли уклонения населения от их производства, или же по причине нерадения самого воеводы к своей службе. Часто бывало, что правительство было плохо осведомлено, есть ли в данной местности посадские, и требовало присылки посадских выборных из городов, где «нет ни одного человека» посадского; иногда же число посадских в городах было мало, да и те были заняты государственной службой. Выборная кампания велась Разрядом, а так как Разряд более заботился о военно-служилых людях и тщательно вел их регистрацию, то и понятно, что московское правительство было гораздо лучше осведомлено о военно-служилом классе, чем о посадских. Но и при требовании дворянских выборных, правительство не всегда точно знало истинное состояние военно-служилых в данной местности и, например, из Рязани раз требовало 8 дворянских депутатов, что было не по средствам города и уезда. Но бывало, что воевода злоупотреблял своею властью, подтасовывал выборы, и посылал вместо настоящих выборных своих ставленников, и на одном из таких дел была поставлена помета дьяка: «за это его (воеводу) осудить гораздо».

Отношение населения.

Если во время Смуты население смотрело на соборы, как на единственный путь к устранению государственного нестроения, и охотно посылало выборных на соборы, то потом это идейное представление о соборах ослабело, и население стало смотреть на выборы в собор, как на одну из обязанностей, которую ему приходилось нести, а потому старалось избегать «государева и земского дела», т. е. быть избранным на собор. Иногда дворяне совсем не съезжались в города для избрания депутата или же приезжали в таком малом количестве, что никого нельзя было выбрать; иногда же они просто подавали воеводе список тех, которые должны были в этом году ехать «по выбору» в Москву, но в большинстве случаев они совершали выбор, причем случалось, что уже выбранные депутаты укрывались от явки в город, и воеводе приходилось посылать в Москву только тех, которых он мог заполучить в город. Бывало, что самому воеводе приходилось выбирать дворян и посадских и посылать их депутатами на собор. Очевидно, такие же уклонения были и среди торгово-промышленных людей, особенно дороживших временем и непрерывным ведением своих торговых дел. Однако, подобное отношение к выборам не всегда видим, и такой собор, как 1649 г., вызвал в населении большое оживление, и хотя с одной стороны некоторые города и на этот собор не прислали своих выборных, но зато из других городов было послано больше депутатов, чем требовало правительство. У нас есть яркие примеры того, как население серьезно относилось к выбору депутатов и настойчиво защищало свои права. Так, при выборах на собор 1648 – 1649 г.г. сельчане жаловались царю, что воевода лично выбрал двух детей боярских и насильно заставил уездных попов подписать этот выбор, «а не по нашему велению», и что эти кандидаты воеводы – «ушники», и «нас продают за одно с воеводы и небылые слова на нас, холопей твоих, воеводам наговаривают». При выборах на собор 1651 года в Крапивне воевода самовольно заменил двух посадских своими ставленниками, между прочим боярским сыном Федосом Богдановым; но избиратели энергично взялись защищать свое правое дело и подали царю челобитную, что «вместо посадских людей – приехал к тебе, государю, к Москве тот Федоска по отписке (воеводы,) к твоему государеву великому царственному, и земскому, и литовскому делу, будто в выборных, а мы, холопы твои, дворяне и дети боярские и городские всяких чинов люди такова воришка, и составщика, и пономаренка к твоему государеву великому делу не выбирали и выбору не давали и такому воришке Федоску... у такова твоего государева царственного дела быть нельзя». Вследствие этой жалобы государь «велел его (Федоску Богданова) отставить», т. е. исключить из числа соборных членов; воевода же был потом смещен.

Наказы.

Население потому дорожило в подобных случаях своим выборным правом, что оно посредством своих выборных могло добиться осуществления своих желаний. При созыве собора 1612 г. избиратели должны были с выборными «совет свой.... отписати за своими руками», что нужно делать. Также на соборе 1613 г. депутаты должны были приезжать, «договоряся в городе накрепко и взяв у всяких людей о государском избрании полные договоры». Курские служилые люди вручили своему выборному на собор 1648 – 1649 гг. Малышеву челобитье (иначе говоря – наказ) с изложением своих желаний, но Малышев не провел их на соборе, и поэтому куряне «шумели» на Малышева за то, что «у государева у соборного Уложенья по челобитью земских людей не против всех статей государев указ учинен», что «он на Москве разных их прихотей в Уложенье не исполнил» или, по выражению самих курян, за то, что «против северских и польских украиных городов челобитья не о всех наших нуждах твой государев указ учинен». Ожидая за это возмездия от своих избирателей, злополучный выборный просил у государя «выдачи ему береженой грамоты». Конечно, нельзя категорически утверждать, что избиратели давали своим выборным наказы именно в современном нам смысле, но несомненно, что они посредством них посылали царю свои челобитья, потому что это был самый удобный и верный путь к достижению цели, а с другой стороны – они словесно указывали выборным, чего следует им добиваться на соборе.

Отъезд выборного и прибытие на собор.

Когда избиратели выбрали выборных, то составлялся «выбор за руками», т. е. протокол этого выбора, подписываемый избирателями. Воевода посылал этот «выбор за руками» в Москву вместе со своей «отпиской», в которой он извещал государя о получении царского указа о выборах, о результате их и перечислял поименно, кто выбран, и указывал, куда он приказал им явиться в Москве для своей заявки. Обыкновенно сами выборные брали «выбор за руками» и воеводскую «отписку», как оправдательные документы своего избрания, и ехали в Москву, где являлись в Посольский приказ или Разряд, в котором дьяки вели их списки, с указанием, когда выборные прибыли, и получены ли отписки воевод об их избрании.

Порядок соборных заседаний

Все члены собора, как выборные, так и должностные лица, собирались то в Грановитой Палате, то в Стоглавой Избе, то в Ответной Палате, в Успенском соборе или в чрезвычайных случаях даже на Красной площади или вообще под открытым небом. Заседание обыкновенно открывалось речью, которую или сам царь произносил или же ее читал дьяк. В этой речи излагался повод созыва собора, и предлагалось членам собора разрешить указанные вопросы. Иногда соборным членам раздавались «для подлинного ведома», «порознь», «письмо», т. е. письменное сообщение о задачах собора, как это было на соборе 1642 г. Участники собора давали ответ или по сословиям, или по статьям, или по образовавшимся на соборе группам, или же каждый член давал отдельный ответ. Ответы излагались самими членами в виде сказок или же записывались дьяками. Участники собора слушали вступительную речь вместе, а потом совещались уже отдельно по чинам и сословиям. Но на некоторых соборах (1649 г. и 1682 г.) видим две палаты, которые выслушивают речь порознь: верхнюю – с высшими чинами, и нижнюю – с низшими чинами. Обыкновенно собор приходил к единогласном решению, но иногда получались уклончивые ответы от разных групп собора или же даже отдельные мнения, несогласные с мнением большинства. Все, происходящее на соборе, заносилось дьяками в соборный акт, т. е. протокол, который скреплялся печатями царя, патриарха и высших чинов, а низшие чины скрепляли его крестным целованием; кроме того, соборный акт подписывался участвовавшими в соборе, причем, вследствие большого числа безграмотных, подписывались другие или же одно лицо расписывалось за целую группу. Соборный приговор, или акт, утвержденный государем, приводился исполнительной властью в действие, для чего писались в провинции грамоты с приказанием исполнить на основании «соборного уложения» те или другие мероприятия, которые были постановлены собором. После собора царь иногда приглашал к своему столу «дворян и детей боярских выборных всех городов» и выборных посадских людей (соборы 1648 – 1649, 1651, 1653 гг.). Таким парадным обедом заканчивалась деятельность земского собора.

Ведомство соборов.

Предметы, подлежащее ведению соборов, определялись властью, сзывавшей их. Соборы, созванные в междуцарствие, избирали царя (1598, 1613 г.г.); другие соборы ведали иностранные дела, вопросы о войне и мире (1566, 1642, 1653 гг.), внутреннее законодательство (1584, 1648 – 1649, 1682 гг.), разрешали экономические вопросы, например, о привилегиях англичанам (1618, 1648 – 1649 гг.), о денежном сборе для пополнения истощенной казны для военных и государственных надобностей. По призывным грамотам 1619 г. созывались выборные «устроить Московское государство», еще не оправившееся после Смуты; собор 1648—1649 г. был созван «государевы и земские дела утвердить и на мере поставить, чтобы Московского государства всяких чинов людям, от большого и до меньшего чину, суд и расправа была во всяких делах всем равна»; собор 1653 г. обсуждал вопрос о принятии Малороссии, а собор 1682 г. – о лучшем устроении ратного дела и уничтожены местничества. Но на соборах члены его иногда посредством подачи челобитных сами подавали инициативу к решению тех или других вопросов. Так, на соборе 1621 г., созванном по поводу войны с Польшей, служилые просили царя произвести проверку служилых людей («разобрать службу»), чтобы тяжесть служб была правильнее распределена между ними; в 1642 г. члены собора жаловались на злоупотребления администрации, а в 1648 – 1649 гг. подавали челобитные для разрешения разных вопросов, например, об отдельном существовании Монастырского приказа, что и было исполнено.

Вследствие этого соборы в разное время имели разнообразные функции, являясь то учредительным, то законодательным, то совещательным учреждением.

Продолжительность собора.

Совещания членов собора продолжались неодинаковое время: одни группы выборных совещались (например, на соборе 1642 г.) несколько дней, другие – несколько недель. Продолжительность же деятельности самих сборов, как учреждений, тоже была неодинаковой: вопросы решались то в несколько часов (например, собор 1645 г., присягнувший новому царю Алексею), то в течение нескольких месяцев (соборы 1648 – 1649, 1653 гг.). Некоторые ученые говорят, что земские соборы в начале царствования Михаила в течение 10 лет продолжались несколько лет, именно три года, так что они приобретали характер постоянного государственного учреждения. Однако, едва ли можно найти достаточно данных для такого мнения, и говорить о существовании каждого земского собора в течение трехлетия: 1613 г. по 1615 г., с конца 1615 г. по 1619 г. и с середины 1619 г. по 1622 г., нужно с большой осторожностью и лучше не настаивать на этом и согласиться, что земские соборы созывались правительством по мере надобности и после решения поднятого вопроса каждый раз распускались, а при возникновении новых вопросов снова созывались, причем, если поднимался вопрос первостепенной важности и не требующий скорого ответа, то созыв велся в широких размерах, а при вопросах второстепенной важности или требующих немедленного решения – собор созывался из наличных в Москве элементов, необходимых для собора.

Вознаграждение и разъезд выборных.

По окончании обсуждения вопроса собор расходился, и депутаты разъезжались по домам. Когда выборные ехали в Москву на собор, они должны были, как и при всякой другой службе, снарядиться в дорогу и иметь свои «запасы», чтобы прожить в соборное время в Москве; эти «запасы» служилый должен был сам себе приготовить, и у нас нет указаний, чтобы эти «запасы» собирались избирателями. Правительство признало службу 1648 – 1649 г.г. «за ту де их службу государева жалованья выборным людям прибавлено поместного окладу по сто четей, денег по 5 рублев»; посадские же получали целый ряд привилегий: право беспошлинного курения, освобождение от постоя и т.п. Таким образом, члены этого собора возвращались домой с известной материальной выгодой, сто выделяло их среди остального населения. Те выборные, которые получили от своих избирателей указания, какие меры нужно провести на соборе, но не могли этого исполнить, с большой опаской возвращались домой, ожидая от избирателей физического внушения за неисполненный наказ; об этом можно заключить из одного места уже упомянутой челобитной: «велено их, выборных людей, в городах воеводам от городских людей ото всяково дурна оберегати для того, что у твоего государева у соборного Уложения по челобитью земских людей не против всех статей твой госадурев указ ученен». Как видно, соборная служба была не без терний и шипов! Выборные, уезжая их Москвы, также просили, чтобы им выдали «указ с соборного Уложения о наших нуждах из памятей», очевидно, для того, чтобы, имея в руках эти оправдательные документы, они могли бы доказать своим избирателям, что они исполнили те или другие их желания и провели их в законодательство. Именно таким образом поступил известный уже нам Малышев.

Значение соборов.

Значение земских соборов различно, судя по времени их созыва, состава, по вопросам, ими обсуждаемым, и по условиям, среди которых им приходилось действовать, но общее значение деятельности земских соборов, несомненно, велико и, действительно, можно сказать, что они сыграли большую роль в устроении русского государства. Особенно была велика по значению деятельность их в Смуту и после нее, когда приходилось «устроять государство». Деятельность собора 1613 г. освободила Россию от дальнейших потрясений, а последующие соборы дали возможность стране найти пути и средства укрепиться. Собор 1648 –1649 г.г. с необыкновенной яркостью вырисовывается по своему значению среди других соборов. Это был, можно сказать, величайший собор по важности своих результатов, он дал государству свод законов, который на долгое время служил руководством в управлении страной. Члены этого собора приняли горячее участие в выработке законов, и до 60 статей вошли в Уложенье только по челобитью выборных. Соборы служили правительству прекрасным средством узнать настроение страны, получить сведения, в каком состоянии находится государство, может ли оно нести новые налоги, вести войну, какие существуют злоупотребления, и как их искоренить. Но соборы наиболее важны были для правительства тем, что оно пользовалось их авторитетом для проведения таких мер, которые при иных обстоятельствах вызвали бы неудовольствие, а то и даже сопротивление. Без нравственной поддержки соборов нельзя было бы собирать в течение многих лет те многочисленные новые налоги, которыми обкладывалось при Михаиле население для покрытия неотложных государственных расходов. Если собор, или вся земля, постановила, то тогда уже нечего делать: волей неволей приходится сверх меры раскошеливаться, а то и даже отдавать последнее сбережение.

Постановление соборов действовавших при царях, считалось обязательным для страны, но оно не было обязательным для правительства. Конечно, правительство, созывая собор по своей воле, или же под влиянием неблагоприятно сложившихся обстоятельств, созывало его с целью послушаться его совета, заручиться его авторитетом, и поэтому постановления собора почти всегда исполнялись правительством. Но, например, собор 1642 г. в общем решил не отдавать туркам Азова, хотя члены собора и сознавали тяжелое экономическое положение населения, а правительство отказалось от войны с Турцией, приказав казакам очистить Азов. Этот собор показывает, как высоко несли свое знамя соборы, и как они серьезно относились к государственным вопросам, ставя задачи государства на первом плане. Не даром же правительство требовало, чтобы на соборы выбирались лица, опытные в земских и государственных делах. Большинство членов этого собора чистосердечно рассказало, как оно обременено налогами и службами, но все-таки признало для государственной пользы необходимым защищать Азов, и все изъявили согласие помочь каждый по своим силам. Таким образом, стремление Петра к Азову было сознано «всей землей» еще задолго до него, но правительство 1642 г. благоразумно удержалось от занятия этого города, взвесив тяжелое положение страны. Так же высоко понял собор свои задачи в 1566 г., когда решался вопрос, воевать ли с Польшей из-за расширения земель по направлению к Балтийскому морю; собор заявил, что, если не воевать, то государству будет «теснота» от Польши, и Грозный царь повел войну, но она была неудачна. Таким образом, и собор 1566 г. был проникнут той же мыслью, которой руководился Петр Великий, отбивая у шведов Балтийские берега. Конечно, нельзя говорить, что все соборы стояли на высоте своего призвания, и такие соборы, как избирательные 1605, 1610,1682 г.г. случайного и неполного состава, на которых люди руководились не государственной мыслью, а минутным настроением, чувством и личными выгодами, не могут быть сравниваемы с соборами 1566, 1613, 1642, 1648 – 1649 г.г. и др.

Упадок соборов.

Соборы исчезли не сразу, а постепенно, подобно тому, как зародились. Если собор 1566 г. является первым вполне достоверным и действительным земским собором, то собор 1653 г. нужно считать последним полным собором, потому что после этого года правительство, когда было необходимо обратиться к мнению сведущих людей, созывало уже не «всех чинов выборных людей», а представителей только того сословия, которое наиболее было заинтересовано данным вопросом. Так, в 1660 г., 1662 – 1663 г.г. бояре совещались с гостями и тяглыми людьми г. Москвы о денежном кризисе, в 1672 и 1676 гг. московское купечество обсуждало вопрос об армянской кампании; в 1681 – 1682 г.г. служилые люди совещались по ратным делам, а отдельно от них тяглые люди – по податным, и только потом служилые люди, но не тяглые, соединились с «освященным собором» и боярской думой для торжественной отмены местничества. Однако, население понимало значение земских соборов и указывало па необходимость их созыва. Так, в 1662 г. во время тяжелого денежного кризиса призванные гости и другие торгово-промышленные люди ответили на вопрос, как прекратить экономический кризис, что «то дело всего государства, всех городов и всех чинов и о том у великого государя просим, чтобы пожаловал великий государь, указал для того дела взять изо всех чинов на Москве и из городов лучших людей по 5 человек, а без них нам одним того великого дела на мере поставить невозможно».

Одни ученые видят причину падения соборов в усилении высшего класса, близкого ко дворцу и к управлению государством, а другие в возрастании царской власти, абсолютизма; третье связывают с одной стороны возникновение соборов с введением при Грозном земского самоуправления, а с другой стороны видят упадок соборов в усилении в XVII в. воеводской власти. Но несомненно, что не одна причина повела к упадку соборов, а целая совокупность явлений способствовала их падению. Среди этих явлений нужно отметить такие, как изменение и развитие экономического и сословного строя государства, личные наклонности правителей, и вообще новые условия и события, которые сильно отличались от предыдущего времени. Государство к ХVШ в. экономически окрепло, нарос и укрепился правительственный класс, которому было неприятна деятельность земских соборов, члены которых все резче и настойчивее указывали на злоупотребления администрации; власть царя стала более самостоятельной (обстоятельство, отмеченное Котошихиным), и менее нуждалась в соборном авторитете для проведения своих мероприятий; появились лица, враждебно настроенные против соборов, например, Никон, временщик своей эпохи; также московский бунт 1648 г., новгородский, псковский и другие внесли начало опасений в правительственную среду, которая, по словам одного иностранца (Родеса), постоянно боялась новых проявлений народного гнева, и это могло заставить правительство избегать призыва в Москву большого количества служилых и выборных, которых к тому же ему приходилось содержать, а также вознаграждать за соборную деятельность, что ложилось сильным бременем на небогатую казну московского государства. Конечно, Великий царь при своей реформаторской деятельности не мог надеяться на поддержку соборов, которые при нем окончательно заглохли.

Так в XVI веке зародились земские соборы, к середине XVII века совершился их расцвет, а к концу этого столетия они уже безвозвратно отцвели.

Список литературы

Б. Чичерин. «О народном представительстве» 1866 г. (кн. III, гл. V).

И. Беляев. «Земские соборы на Руси» (Речи и отчет Моск. унив. 1867 г.).

В. Сергеевич. «Земские соборы в Московском государстве» (в «Сборнике государственных знаний», т. II или в его «Лекциях и исследованиях по др. ист. русск. Права»).

И. Жданов. «Церковно-Земский собор 1551 г.» и «Материалы по истории Стоглавого собора» (Собр. сочин., т. I).

Н. Загоскин. „История права Московского государства", т. I. Его же. «Уложение царя и вел. князя Алексия М. и земский собор 1648— 1649» (речь на годичном акте 5 ноября 1879 г. в Казанском университете).

И. Дитятин. „Роль челобитий и земских соборов в истории права Московского государства (Русская Мысль, 1880 г., № 5 или в его «Статьях по истории русского права»).

В. О. Ключевский. «Состав представительств на земских соборах» (Русская Мысль, 1890 г., № 1, 1891 г., № 1, 1892 г. № 1).

Его же. «Боярская дума древней Руси».

М. Клочков. «Дворянское представительство на земском соборе 1566 г.» (Вестник Права, 1904 г., № 11).

С. Платонов. «Статьи по русской истории". Его же. «К истории земских соборов» (в «Журнале для всех», 1905 г. и отдельно).

И. Вясенко. «Хрущовский список Степенной книги и известия о земском соборе 1550 г.» (Ж. М. Н. П. 1903 г., апрель и отдельно).

М. В. Довняр-Запольский. «Время царя И. Грозного» (в „Русской истории в очерках и статьях» под его же редакцией, т. II).

С. Рождественский. «О земском соборе 1642 г. (в «Сборнике статей, посвященных В. И. Ламанскому». ч. 1, 1907 г.).

А. Заозерский. «К вопросу о составе и значении земских соборов" (Ж. М. Н. П., 1909 г., ионь).

Г. Шмелев. «Отношения населения и областной администрации к выборам на земские соборы в 17 веке» (в «Сборнике статей, посвященных В. О. Ключевскому», 1909 г.).

А. Кабанов. «Организация выборов на земские соборы XVII века» (Ж. М. Н. П., 1910 г., сентябрь).

С. Авалиани. «Земские соборы», Одесса, 1910 г. (здесь же указана более подробная литература).

Ю. Готье. «Акты, относящиеся к истории земских соборов», М. 1909 г. (Сборник документов 16—17 в.в. для ведения практических занятий).

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий