регистрация / вход

Тактико-психологические особенности допроса подозреваемых и обвиняемых

Понятие допроса. Психологический механизм формирования показаний подозреваемых, обвиняемых. Понятие психологического контакта и методы его установления с подозреваемым и обвиняемым. Изучение личности подозреваемого и обвиняемого. Тактика допроса подозреваемых и обвиняемых.

Тактико-психологические особенности допроса подозреваемых и обвиняемых

Дипломная работа

Выполнил: студент заведующий кафедрой 4 курса, группы СОП уголовно-правовых дисциплин Жирнов Максим Олегович

Уральская государственная юридическая академия

Уфа, 2012 г.

Введение

Допрос – это процесс получения показаний от лица, обладающего сведениями, имеющими значение для расследуемого дела. Это самое распространенное, но и самое сложное следственное действие. Искажение и вымысел надлежит своевременно обнаружить и учесть при оценке и использовании показаний.

В своей работе, следователь руководствуется профессиональным опытом ведения допроса с применением тех или иных тактических приемов и умением устанавливать контакт с лицом, подозреваемым в совершении общественно опасного деяния, и лицом, привлекаемым по расследуемому уголовному делу в качестве обвиняемого.

Допрос относится к числу наиболее распространенных процессуальных средств, с помощью которых получают наибольший объем доказательной информации, устраняют противоречия в системе доказательств.

Актуальность данной темы, как нам представляется, в том, что получение правдивых показаний от допрашиваемых лиц в качестве подозреваемых, обвиняемых является наиболее важной проблемой, по расследуемым уголовным делам. Следователь в ходе допроса подозреваемого или обвиняемого устанавливает контакт и выбирает правильную тактику ведения допроса, для каждого допрашиваемого в отдельности. В практике не существует отведенной модели тактики допроса подозреваемого, обвиняемого, в связи с чем, следователь должен подходить к каждому допросу подозреваемого, обвиняемого с индивидуальными особенностями. Правильно установленного контакта с подозреваемым или обвиняемым, зависит полнота и правдивость полученных следователем данных в ходе допроса и дальнейшее применение их в ходе расследования.

Объектом исследования являются криминалистические, уголовно-процессуальные, психологических и этические факторы, оказывающие влияние на тактику допроса подозреваемых, обвиняемых.

Предметом исследования является закономерности, знание которых позволяет разработать теоретические положения тактико-психологических приемов допроса подозреваемых, обвиняемых.

Целью исследования – является разработка новых и совершенствование имеющихся теоретических положений, научно обоснованных и практически значимых рекомендаций по тактико-психологическим основам допроса подозреваемых, обвиняемых с учетом их психофизиологических особенностей и в условиях неукоснительного соблюдения процессуальных и этических норм производства данного следственного действия.

Исходя из поставленной цели, могут быть сформулированы следующие задачи исследования.

1. Раскрыть понятие и процессуальные основы допроса подозреваемого, обвиняемого.

2. Рассмотреть психологический механизм формирования показаний подозреваемых, обвиняемых.

3. Раскрыть понятие психологического контакта и методы его установления с подозреваемыми и обвиняемыми.

4. Изучить понятие личности подозреваемого, обвиняемого и рассмотреть методы изучения личности подозреваемого, обвиняемого.

5. Проанализировать тактику ведения допроса подозреваемых, обвиняемых.

Теоретической основой дипломного сочинения являются труды известнейших российских криминалистов, а так же специалистов в области юридической психологии. Среди них работы таких авторов как Ю.В. Голик, С.А. Шейфер, Г.И. Борягин, Т.И. Посошков, В.А. Аверин, Г.Г. Доспулов, П.И. Зинченко, Г.А. Зорин, Н.И. Порубов, А.Р. Ратинов и других.

В ходе исследования под углом зрения избранной темы проанализированы международно-правовые акты и российское законодательство.

Эмпирической основой работы является опубликованная следственная и судебная практика, а также результаты проведенного по специально разработанной анкете опроса следователей, что оформлено как приложение к дипломной работе.

Глава 1. Понятие допроса.

§ 1.1. Виды допроса и его процессуальные основы.

Самым распространенным и важным следственным действием является допрос, осуществляемый по уголовным делам в процессе уголовного судопроизводства. Основной целью допроса является получение и фиксация показаний лица по существу расследуемого уголовного дела.

Допрос производится по обстоятельствам расследуемого уголовного дела, имеющих значение для правильного его разрешения, чаще всего допрос производится по поводу обстоятельств совершенного преступления, виновности или невиновности обвиняемых в данном преступлении, так же выясняются обстоятельства смягчающие или отягчающие ответственность.

Цель допроса заключается в получении данных, относящихся к обстоятельствам расследуемого уголовного дела. Данные полученные и зафиксированные в ходе допроса должны быть достоверными, то есть - соответствующими действительности. Только с помощью достоверных данных может быть установлена истина по уголовному делу, что является главной целью расследования.

Автором Голиком Ю.В. в своей книге «Настольная книга следователя», было предложено понятие допроса «Допрос – это самостоятельное следственное действие, заключающееся в получении и фиксации в процессуальной форме показаний лиц о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для установления истины по делу»[1].

Уголовно процессуальное законодательство Российской Федерации, в качестве доказательств допускает показания подозреваемого, обвиняемого. Различают и такие разновидности допроса, как первоначальный допрос и дополнительный допрос. Под первоначальным допросом - понимается первый допрос по существу расследуемого уголовного дела. В ходе расследования могут выясняться дополнительные обстоятельства, которые остались невыясненными при первом допросе, о которых допрошенное лицо может быть осведомлено. В ходе расследования уголовного дела, нередко возникает необходимость в проведении дополнительного допроса. Таким образом, целью дополнительного допроса, является уточнение и дополнение ранее полученных показаний.

Из всех принципов уголовного судопроизводства выделяют, такие принципы как, уважение чести и достоинства личности, руководствуясь которым, можем считать, что в ходе уголовного судопроизводства запрещаются действия, унижающие честь и достоинство участника уголовного судопроизводства. Так же, никто из участников уголовного судопроизводства не может быть подвергнут насилию, пыткам, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

Относительно допроса подозреваемых, обвиняемых, можем сказать, что допросу подлежат подозреваемый или обвиняемый, если он желает давать показания, что предусмотрено ч. 2 ст. 173 УПК. Допрос подозреваемых, обвиняемых является частью уголовного судопроизводства осуществляющегося в форме предварительного следствия, связанной с дачей им заключения. Для подозреваемого и обвиняемого дача показаний на допросе служит средством их защиты от подозрения и обвинения.

Выбор места производства допроса зависит от следователя, как правило, в служебном кабинете, в исключительных случаях допрос производится в месте нахождения допрашиваемого лица – таким местом может являться занимаемое допрашиваемым жилое помещение, учреждение лишения свободы учебное заведение, лечебное учреждение, промышленное предприятие, офис организации, и другие. Необходимость производства допроса, по месту нахождения допрашиваемого возникает в случаях, когда допрос является первоначальным, и промедление с которого недопустима, так же, когда допрос не может осуществляться в кабинете следователя в связи с состоянием здоровья допрашиваемого. Подозреваемые, обвиняемые, находящиеся под стражей, допрашиваются в помещении изолятора, в котором для проведения следственных действий оборудованы кабинеты. Так же, допрос производится на месте, где происходило событие расследуемого преступления. В своей книге «Следственные действия» Шейфер С.А. писал: «Вид местности по закону ассоциаций играет роль пускового механизма для оживления памяти и припоминания забытого. Однако этот прием допроса не превращает данное действие в проверку показаний на месте…»[2].

Значение допроса как доказательства, заключается в том, что его проведение позволяет получить следователю показания подозреваемого (ст. 76 УПК), обвиняемого (ст. 77 УПК РФ). Согласно ст. 75 УПК РФ недопустимыми доказательствами признаются показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде. Доказательствами, так же являются приложенные к протоколу схемы, чертежи, рисунки, диаграммы.

На проведение допроса потерпевшего, свидетеля, эксперта, специалиста необходимы основания. Основаниями же допроса подозреваемого и обвиняемого являются сведения, полученные в ходе производства предварительного следствия, указывающие на то или иное лицо, как на лицо в силу своей осведомленности, может сообщить следствию обстоятельства относящиеся к расследуемому преступлению. В случае отказа от дачи показаний обвиняемым, закон запрещает повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению, за исключением случая, предусмотренного ч. 4 ст. 173 УПК РФ, только по просьбе самого обвиняемого.

Допрос, как и другие следственные действия, не может проводиться в ночное время. Согласно ст. 5 УПК РФ ночное время - это промежуток времени с 22.00 до 06.00 часов по местному времени, кроме случаев, не терпящих отлагательства.

§ 1.2. История становления психологических знаний в производстве допросов подозреваемых, обвиняемых.

В России психология как наука начала складываться в 18 веке. Значительное влияние на развитие психологической науки оказали труды М.В. Ломоносова1, других ученых того периода. Однако надо признать, что в то время на судопроизводство они особого влияния не оказали. Лишь с протяжением времени, постепенно наряду с физическими пытками стали применять и нравственные методы, в основе которых уже был определенный элемент использования общежитейского опыта воздействия на психику людей.

Рекомендации по тактике ведения следствия появляются в конце 18 века в отдельных работах, основанные на обобщении сведений из области психологии. Так, Посошков И.Т. в своей работе "Книга о скудости и богатстве" умело обобщил использование приемов допроса свидетелей, дающих ложные показания, подробно объяснил, как надо детализировать показания лжесвидетелей с тем, чтобы получить обширный материал для их последующего изобличения2.

До судебной реформы 1864 года, в нашей стране еще не было условий для проведения исследований о возможности применения психологических знаний в деятельности правосудия. С проведением судебной реформы. Российские юристы остро почувствовали необходимость изучения психологических проблем. Возникающих в деятельности следственных и судебных органов. С которыми не приходилось сталкиваться до тех пор, пока суд не стал гласным.

Как уже отмечалось, в России, производилось мало исследований по судебной психологии. В связи с чем, российские юристы вынуждены были обращаться к трудам иностранных ученых. В конце 19 века в страну стали проникать труды Ломброзо и его последователей, которые трактовали преступность как биологическое явление. Личность преступника рассматривали с точки зрения влияния патопсихологических начал. Так, Крепелин Э. писал, что «среди немалого количества неисправных преступников, бродяг и проституток... мы имеем дело с болезненными свойствами и недостатками психической конституции… Здесь можно говорить о врожденных преступниках".1

Подобные утверждения вряд ли могли найти безоговорочную поддержку со стороны молодой российской юридической мысли. Такие видные русские юристы как Кони А.Ф., Сергиевский Н.О., Спасович В.Д. и другие выступали с критикой этой теории.

В свою очередь, у юристов России появился интерес в изучении психологии свидетельских показаний, что отразилось в теории несовершенства свидетельских показаний, основанной на проведении опытов по восприятию человеком объективной действительности. Эти исследования, доказывавшие свидетельских показаний, приводили к попыткам использования психологической науки, особенно экспериментальной психологии, для выяснения истинности, объективной проверки показаний подозреваемых и обвиняемых.

Определенное распространение получает литература, в конце 19 - начале 20 века, о возможностях использования в целях правосудия и других течений в психофизиологии и психологии, где широко пропагандировались различные способы познания личности человека через его внешность, физиологические и анатомические особенности. Появляется литература по графологии - науке о познании человека по почерку, по физиогномике - познание человека по чертам его лица, хиромантии- познание человека по линиям на ладонях рук и так далее. Появились и работы, освещающие возможность совершения преступления под гипнозом, а затем начал рассматриваться и вопрос о применении гипнотизма в целях правосудия.1

При углубленном исследовании психологии личности, русские юристы пришли к введению в судейскую практику психологические экспертизы. Наименование данные экспертизы носили не психологические, а художественные, и назначался данный вид экспертиз для установления «душевного состояния» человека в определенные период жизни. С целью производства подобных экспертиз приглашались не психологи, а художники, хоть при производстве данного вида экспертиз необходимо было пользоваться непосредственно психологическими знаниями. В виду того, что все же была необходимость разрешения вопросов психологического характера, вопросы ставились на разрешение психиатрической экспертизы, нечеткость предмета которой позволяла решать с ее помощью все относящиеся к "духовной жизни" человека вопросы.

На ряду с теоретическим подходом к становлению психологических основ в совершенствовании уголовного судопроизводства, ученые разрабатывали и проверяли на практике теории по психологии формирования показаний. Так, в книге А. Бине «Внушаемость» рассматривалось влияние внушения на показания. Экспериментально автор доказывал, что формулировки вопросов могут иметь различную меру внушения, вплоть до введения допрашиваемого в заблуждение. В связи с этим он указывал на необходимость в протоколах судебных заседаний излагать как ответы допрашиваемого лица, так и вопросы, которые ему задавались.

В. Штерн - немецкий психолог произвел ряд экспериментов по психологии формирования показаний. В сотрудничестве с Г. Гроссом они в 1903 — 1906 годах издавал журнал «Доклады по психологии показаний».

В своих опытах В. Штерн исследовал закономерность в зависимости от промежутка времени между запоминанием события и его воспроизведением изменения показаний свидетелей. Штерн показывал испытуемым три картинки и предлагал запомнить их содержание. Испытуемые знали о последующем опросе по этим картинкам, то есть у них была установка на запоминание. Первый опрос был проведен тотчас после запоминания, а второй – через пять дней. Отсрочка воспроизведенний на пять дней увеличила количество ошибок на 10%.

В этих и других опытах было установлено, что «количество ошибок меньше в свободном рассказе, чем в ответах на конкретные вопросы. Небезынтересно отменить, что чем выше ответственность лица, дающего показания, тем меньше количество ошибок. (В опытах Штерна эта ответственность повышалась вопросом экспериментатора: «Можете ли вы дать присягу, что ваши показания правильны?»)»1

Как видно из сделанного краткого обзора положения психологической науки, в России уделялось внимание целому ряду проблем использования психологических знаний при осуществлении правосудия, определялись дальнейшие пути внедрения психологических знаний в практике органов следствия и суда. Однако следует признать, что судебной психологии как отрасли знания в России той поры не существовало, поэтому не могло быть и речи о применении каких-либо узконаправленных методов и приемов при проведении следственных действий и для исследования личности подозреваемых и обвиняемых.

Глава 2. Психологический механизм формирования показаний подозреваемых, обвиняемых.

Лицо являющееся в уголовном процессе подозреваемым, обвиняемым, является биологическим и общественным существом.

В ходе деятельности личности подозреваемого и обвиняемого возникают познавательные, эмоциональные и волевые процессы, которые, влияют на дальнейшее течение этой деятельности, побуждая к определенным действиям и поступкам. В ходе деятельности лица возникают не только психические процессы, так же происходит формирование психических свойств личности. В процессе жизнедеятельности человека, практическая деятельность создает психический облик человека. Таким образом, зная проявления психических процессов и психических состояний, можно судить о психических свойствах личности, а разобравшись в этих свойствах личности, можно определить, как она себя вела или будет вести в тех или иных ситуациях. Следователь, зная, как жил и что делал подозреваемый, обвиняемый, может понять, почему у него возникли те или иные потребности и интересы, сложились те или иные свойства его личности.

С целью правильного понимания поведения подозреваемого, обвиняемого и оценки его показания на допросе, надо наблюдать за проявлениями психических процессов, психических состояний и свойств конкретной личности изучая их взаимосвязь. Личность представляет собой структуру со своими элементами, данные элементы, по-разному связаны между собой, и образуют целостную личность, которая в свою очередь оказывает обратное влияние на них. Каждой личности присуща своя особая психологическая структура. Для изучения поведения людей, включенных в процесс расследования, и анализа их показаний перспективным представляется разработанная Платоновым К.К. модель личности1, в основу которой положена концепция динамической функциональной структуры личности.

С целью изучения психологических механизмов формирования показаний подозреваемых, обвиняемых, проанализируем 2 этапа формирования показаний, такие как допроцессуальный этап и процессуальный этап формирования показаний.

Сущность допроцессуального этапа формирования показаний, заключается в сборе сведений, на основании которых, будут строиться показания подозреваемого, обвиняемого. Результаты восприятия зависят от объекта восприятия, индивидуальных особенностей конкретной личности. Данная личность характеризуется своими потребностями, интересами, способностями, личным отношением к тем вещам, которые воспринимаются.

К динамическим процессам так же можно отнести восприятие окружающих предметов. Согласно мнения Г.Р. Латфуллина опубликованного в книге «Организационное поведение», человек производит множество перцептивных (от лат. perceptio — восприятие) действий для того, чтобы сформировать адекватный образ объекта восприятия. Эти действия состоят в движении глаза при зрительном восприятии, движении руки при осязании, движении гортани, воспроизводящей слышимый звук, и так далее1.

Восприятие человеческом информации, имеет связь с анализом полученных данных. Так, например: объект, увиденный издалека, освещенный дневным или электрическим светом, меняется на глазах, по мере приближения к последнему. При приближении к данному объекту, более правильное восприятие его форм, цвета, размера. Таким образом, на основе воспринятых данных, складывается впечатление будущего подозреваемого и обвиняемого о воспринятом предмете.

Формирование показаний состоит из восприятия ранее полученных знаниях и полученных представлениях о предметах в процессе жизнедеятельности.

Допрос производится по обстоятельствам, относящимся к событию расследуемого преступления. В восприятиях будущего подозреваемого, обвиняемого могут иметь место ошибки, обманы. Формирование показаний часто происходит в критических ситуациях, вызывающие в человеке эмоциональные реакции.

«Фрустрация» либо растерянность, указывает на обстоятельство, при котором терпится неудача. Н.Д. Левитов дал понятие фрустрации как психическое состояние, выражающееся в характерных особенностях переживаний и поведения и вызываемое объективно непреодолимыми (или субъективно так понимаемыми) трудностями, возникающими на пути к достижению цели или решению задачи. В состоянии растерянности может находиться лицо, оказавшееся не в состоянии довести до конца свой преступный замысел из-за возникших непредвиденных преград. Отличие растерянности от напряженности состоит в их происхождении. «Если при напряженности нарушения во внимании и мышлении производны от эмоционального состояния, то при растерянности они первичны, а эмоции — производны»1.

Подозреваемый и обвиняемый могут запоминать в одном случае приятное, а в другом — неприятное, в зависимости, что им в том или ином случае более важно. Эксперименты, проведенные Зинченко П.И., показали, что «как приятные, так и неприятные события могут во многих случаях потерять для человека свое актуальное значение и быть забытыми через самые различные сроки. Это может произойти в зависимости не только от того, какое значение они имели в свое время для человека, но и в связи с новыми обстоятельствами его жизни и деятельности, которые могут изменять первоначальный смысл этих событий для личности»2.

Перед следователем возникает необходимость учитывать особенности характера подозреваемого и обвиняемого, в зависимости от оптимистического или пессимистического склада личности, так же прочие равные условия. Одни более склонны запоминать приятное, а другие в свою очередь— неприятного.

Деятельность обвиняемого протекающая, после воспринятого обвиняемым материала, оказывает влияние на обвиняемого. Полученные эмоции обвиняемым могут забываться полностью или частично. На силу забывания, так же влияет воздействия другого, последующего события, интенсивность умственной работы или большего количества новых событий.

Создание ложной информации. Ложь — утверждение, заведомо не соответствующее истине и высказанное в таком виде сознательно1. Допрашиваемый, не желающий давать правдивые показания, наряду с той информацией, которую он воспринял, и сохранил в памяти, заблаговременно сознательно формирует и старается запомнить «легенду», то есть ложную информацию.

Ложь, имеет свои специфические закономерности. Как писал А.Р. Лурия: «Ложь имеет свои формы, свои правила, свои приемы. Человек, который лжет, прибегает всегда к определенным законам мышления, к определенным формам логики»2.

Так же в научной литературе выделяют мотивы обвиняемого и подозреваемого, которые скрывают правду. К данным мотивам относится страх получения наказания, стремление исключить придание огласки совершенного преступления при этом отрицая его совершения, стыд от осознания своего поведения; цель оставить не тронутыми соучастников преступления, страх отмщения со стороны соучастников мести с их стороны; неуверенность в возможном раскрытии органами следствия действительных обстоятельств дела; желание отвести подозрение от действительного виновника совершенного преступления; желание уклониться от ответственности за другое совершенное, более тяжкое преступление; при этом ставит цель запутать и затянуть следствие, чтобы затруднить раскрытие преступления; недоверие к лицу, производящему допрос, личная неприязнь к нему.

Нередко для того, чтобы сделать выбор между правдой и ложью, подозреваемому, обвиняемому нужно не только давать оценку полезности возможных результатов для себя или для человека, в пользу которого он создает ложь, но и попытаться предугадывать развитие событий в ходе расследования дела. Выбор того или иного вида лжи, того или иного приема его создания производится допрашиваемым с учетом вероятности принятия следователем определенных решений усугубляющих положение лица.

Оценка допрашиваемым «полезности» создаваемой им лжи не всегда остается неизменной. Представление о «полезности» лжи у него изменяется по мере того, как она служит лжецу в достижении поставленной цели.

Сказанное делает возможным разоблачение лжи и получение сведений соответствующих тому, как они были восприняты и сохранены в памяти. Это происходит на следующем процессуальном этапе формирования показаний.

Процессуальный этап показаний подозреваемого обвиняемого, заключается в том, что словесное оформление предоставленной допрашиваемым информации, прием и переработка ее следователем - таково содержание этого этапа.

Процессуальный этап формирования показаний начинается с момента воспроизведения, на допросе ранее воспринятой информации подозреваемым, обвиняемым. При этом совершается целенаправленное восстановление в сознании воспринятых обстоятельств.

Для воспроизведения актуального слоя запечатления достаточно предложения следователя рассказать все известное по делу или дать показание по существу предъявленного обвинения

Речь следователя по принципу условного рефлекса вступая в закономерную связь с процессами, обеспечивающими воспоминание допрашиваемого, приводит к воспроизведению нужной информации.

Воспоминание и припоминание—процессы, не изолированные друг от друга. Между ними существует двусторонняя взаимная связь. Припоминание является, с одной стороны, предпосылкой воспроизведения, а с другой - оно оказывается его результатом. Припоминание происходит в процессе воспроизведения, в ходе рассказа подозреваемого и обвиняемого на допросе.

По длительности сохранения воспринятого память бывает двух видов кратковременной и долговременной, механизм которых совершенно различен. При наблюдении какого-то явления информация вначале поступает в блоки кратковременной памяти, оттуда может перейти в блоки долговременной памяти и сохраняться неопределенно долго. Переход информации из долговременной памяти в кратковременную, есть процесс воспроизведения информации.

Используя закономерности функционирования механизмов памяти, следователь с помощью тактических средств воздействия помогает переносу информации, сохраняемой в памяти допрашиваемого, из механизмов долговременной в кратковременную и тем облегчает ему правильное воспроизведение забытого.

Забывание представляет собой процесс, противоположный запоминанию. 3абывание - явление физиологически вполне нормальное. Вовсе необязательно чтобы подозреваемый, обвиняемый постоянно держал в памяти образы того или иного человека, предмета, связанные с каким-то преступлением, непрерывно думал о них. Как уже говорилось, переход информации от механизмов кратковременной памяти в долговременную есть простейший вид забывания временное забывание. Если бы вся информация, накапливаемая в памяти, одновременно всплывала в сознании человека, то продуктивное мышление практически было бы невозможным. Человек усилием воли каждый раз извлекает из долговременной памяти только ту часть информации, которая необходима для выполнения данного вида деятельности. Как писал А.Н. Лук «Движение мысли – это та нить, которая переводит необходимую информацию из длительной памяти в оперативную»1. Таков механизм воспроизведения показаний подозреваемым, обвиняемым.

При воспроизведении какого-либо события всегда имеет место узнавание. В данном случае мы имеем в виду не узнавание предмета или человека при повторном восприятии во время опознания, а узнавание допрашиваемым воспроизводимого им материала на допросе.

Чтобы добиться максимальной полноты воспроизведения, следователю важно сделать правильный выбор времени допроса подозреваемого и обвиняемого. Попытки ученых определить время наиболее продуктивного воспроизведения информации оказались безуспешными. Однако некоторые исследователи не без основания считали, что возможность утраты и искажения воспринятого материала с течением времени увеличивается.

Отсюда вытекает, что чем раньше подозреваемый и обвиняемый будут допрошены об известных им фактах, тем с большей вероятностью от них будут получены полные и достоверные показания. Это общее правило. Но из него бывают исключения Показания, данные непосредственно после события преступления, иногда оказываются неполными, недостаточно ясными, непоследовательными. Это объясняется реминисценцией. Сущность реминисценции заключается в том, что происходящий сразу же после восприятия процесс торможения делает первоначальное воспроизведение недостаточно продуктивным. В течение последующих двух-трех дней происходит сопоставление и усиление в памяти частей и элементов воспринятого, их смысловых связей. По-видимому, отсроченный на два-три дня допрос оказывается более эффективным, чем непосредственно после происшествия.

В следственной практике довольно редко встречаются подозреваемые, обвиняемые, прямо заявляющие о своем нежелании сообщить следователю информацию, которой они располагают. Сравнительно чаще некоторые допрашиваемые, давая по требованию следователя показания, сообщают ему ложные сведения.

Глава 3. Понятие психологического контакта и методы его установления с подозреваемым и обвиняемым.

§ 3.1. Понятие психологического контакта с подозреваемым и обвиняемым.

Целью психологического контакта с допрашиваемым, является создание атмосферы допроса, в которой допрашиваемое лицо проникается уважением к следователю, задачам, стоящим перед последним. При попытках следователя поймать подозреваемого, обвиняемого в ловушку, при даче последним ложных показаний, подрывают доверие к следователю, что в последствии, способствует появлению конфликтов в ходе допроса.

В результате изучения личности подозреваемого, обвиняемого возможно предположить его линию защиты при производстве допроса и на основании чего предположить о применении наиболее подходящей тактики ведения допроса и применения психологических приемов.

Умение использовать диалог для поисков и установления истины можно считать признаком высокой культуры расследования. При использовании диалогов следователь, наряду с личным опытом, обязан руководствоваться знаниями психологии, законодательства, умением действовать в соответствии с процессуальным законом.

Психологический контакт является важнейшим элементом взаимоотношений в обществе. Психологический контакт возникает, при необходимости в реализации совместной деятельности либо в ходе общения. Внутренней основой психологического контакта является взаимное понимание, обмен информацией.

Контакт между следователем и допрашиваемым носит односторонний характер. Следователь стремится получить как можно больше информации, хотя сам до определенного момента скрывает свою осведомленность по делу. Иными особенностями психологического контакта являются, необходимость этого общения для одного из участников; несовпадение в большинстве случаев их интересов; сложность последующего установления контакта, если таковой не был достигнут на первоначальном этапе общения; активная деятельность следователя по установлению и поддержанию контакта.

С контакта в ходе допроса подозреваемого, обвиняемого, определяется психологическими отношениями, возникающими между следователем и подозреваемым или обвиняемым. Установление контакта обеспечивается правильно избранной тактикой ведения допроса, которая основывается на изучении индивидуальных особенностей личности, материалов расследуемого уголовного дела, а также коммуникативными способностями следователя. В ходе производства допроса следователь должен устранять из общения конфликтность, благоприятную атмосферу производства допроса и установить с допрашиваемым психологический контакт, создать. Установление психологического контакта с допрашиваемым – одно из основных условий получения правдивых показаний, достижения истины по делу. Его необходимо поддерживать не только в течение допроса, но и в дальнейшем при осуществлении предварительного следствия. Не исключено, что установленный контакт может быть потерян или, наоборот, отсутствие доверия на первых порах заменится прочным психологическим контактом, характеризующимся должным взаимопониманием1.

Одной из важных особенностей поддержания психологического контакта по окончанию допроса – это то, что психологический контакт не должен заканчиваться допросом. Важно сохранить психологический контакт для дополнительных допросов и других следственных действий, производимых с участием допрошенного лица. Часто бывает, что характер отношений, сложившихся со следователем, допрашиваемый переносит и на других лиц, участвующих в осуществлении правосудия1.

Одной из проблем допроса является проблема отношений, которые возникающих в ходе допроса между подозреваемым, обвиняемым и следователем, которые в определенной мере влияют на разрешение следователей поставленных целей допроса. Правильное разрешение этой проблемы зависит во многом от уровня знаний, профессионального опыта и навыков следователя. Характер отношений между следователем и обвиняемым влияет на результаты допроса, во многом определяет его успех или неудачу. Следственной практике известно немало случаев, когда обвиняемый свою причастность к преступлению скрывает только потому, что не доверяет следователю, относится к нему неприязненно или даже враждебно. Основными психологическими задачами допроса являются:

- диагностика истинности показаний;

- оказание правомерного психического воздействия с целью получения достоверных показаний;

- изобличения ложных показаний.

Для получения достоверных показаний подозреваемого, обвиняемого следователь должен учитывать психологический процесс формирования показаний. Первоначальной стадией формирования этих показаний является восприятие подозреваемым тех или иных событий. Воспринимая предметы и явления, человек осмысливает и оценивает эти явления, проявляет к ним определенные отношения.

При допросе подозреваемого следователь должен отделить объективные факты от субъективных наслоений. Необходимо выяснить условия, в которых происходило восприятие происшествия (освещенность, продолжительность, удаленность, метеорологические условия и т.д.). При этом следует учитывать, что люди часто не способны точно оценить количество воспринимавшихся предметов, расстояние между ними, их пространственное соотношение и размеры.

Успех допроса зависит от того, насколько полно следователь учитывает и использует при допросе особенности личности допрашиваемого. Без такого учета невозможно установление психологического контакта.

Многим допрос представляется борьбой следователя и допрашиваемого. Опытный следователь на допросе делает следующее: целенаправлен, но воздействует на личность допрашиваемого в рамках закона. Он умеет выбрать тот единственный ключ, который открывает интимный мир человека, его душу. Одной из ведущих характеристик этого процесса является закономерность его динамики, установление последовательных этапов, выявление особенностей каждого из этих этапов, раскрытие внешних и внутренних (психологических) факторов, которые определяют особенности каждого из этапов.

Первая часть допроса – вводная, здесь следователь получает от допрашиваемого анкетные данные. Но это только внешняя сторона. Подтекстом этой части, ее внутренним содержанием является определение обоими собеседниками линии своего дальнейшего поведения по отношению друг к другу.

Вторая стадия допроса – стадия перехода к психологическому контакту. Обычно на этой стадии задаются незначительные для существа дела вопросы. Речь идет о трудовом и жизненном пути допрашиваемого, может быть, даже о погоде, о видах на урожай и т. д. Но главной задачей этой части является установление контакта между следователем и допрашиваемым. На этой стадии определяются такие общие параметры беседы, как ее темп, ритм, уровень напряженности, основные состояния собеседников и главные аргументы, которыми они будут убеждать друг друга в своей правоте.

Третья часть. Именно здесь следователь организует получение от допрашиваемого основной информации, необходимой для расследования и раскрытия преступления. При правильно организованном допросе благодаря приемам, основанным на глубоко индивидуальном подходе к личности допрашиваемого, следователю удается решить эту главную задачу.

В четвертой части допроса следователь сравнивает полученную информацию с уже имеющейся в деле. Затем он приступает к устранению всех неясностей и неточностей.

Далее следует заключительная часть допроса, в ходе которой следователь различными способами (рукопись, машинопись, магнитофонная запись, стенограмма) фиксирует полученную в результате допроса информацию и представляет эту информацию уже в письменном виде допрашиваемому, который, подтвердив правильность записанного в протокол, подписывает его.

Подозреваемый и обвиняемый отнюдь не обязательно могут быть преступниками. Поэтому, решая основной вопрос по делу, совершено ли преступление данным лицом, нужно ясно понимать его психологию. Подозреваемый, задержанный в порядке, установленном статьей 91 УПК РФ, должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента его фактического задержания. Он вправе пользоваться помощью защитника с момента, предусмотренного пунктами 2 и 3 части третьей статьи 49 УПК РФ, и иметь свидание с ним наедине и конфиденциально до первого допроса подозреваемого.

Факт уголовного преследования при этом и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться в данном случае актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него. В частности, разъяснением в соответствии со статьей 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации права не давать показаний против себя самого.

Следователь при допросе подозреваемого учитывает качества личности человека. Они состоят в том, что данные о личности подозреваемого, которыми располагает следователь, обычно ограничены. Кроме того, у следователя, при допросе подозреваемого еще нет убедительных доказательств, как при допросе обвиняемого. Известно, что положительные качества имеются у любого человека, даже совершившего тяжкое преступление и взявшего на вооружение ложь. Тот факт, что следователь заметил эти положительные стороны у подозреваемого, повышает чувство собственной значимости последнего, помогает налаживанию с ним психологического контакта.

В ходе допроса между следователем и подозреваемым происходит обмен информацией, в которой можно выделить два аспекта: словесный обмен информацией и получение информации о состоянии подозреваемого и даже о направлении его мыслей – путем наблюдения за его поведением (жесты, мимика, микродвижение конечностей и т. д.)1.

Рассмотрим некоторые психологические закономерности мимики человека. В этом заключается ее выдающееся значение как объективного фактора внешнего выражения личности. На следствии особенно большое значение приобретает познание произвольных и непроизвольных компонентов мимики. Такие компоненты, не подчиняясь волевому управлению, как бы открывают душу человека перед собеседником.

Следователь должен уметь организовать свое психическое состояние. Хороший следователь, обладая навыками управления своей волевой и эмоциональной сферами, умеет управлять в рамках закона эмоциями подозреваемого: в начальной стадии допроса тонкими профессиональными приемами гасить вспышки ненависти, зла, отчаяния. Глубина контакта обычно связана с тем, на каком уровне он осуществляется. Опытные следователи меняют различные параметры беседы, применяют те или иные тактические приемы в зависимости от индивидуальных особенностей личности подозреваемого.

Способов, с помощью которых может быть достигнут психологический контакт, множество, однако все они подчиняются следующим общим закономерностям: исследуя личность подозреваемого, следователь должен планировать обращение к ее лучшим сторонам, т. е. к социально положительным ролевым позициям данной личности. Недопустимо с этической и тактической стороны использование следователем в допросе отрицательных сторон его личности, даже если следователь хорошо знает их.

Следователь допрашивает обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения с соблюдением требований пункта 9 части четвертой статьи 47 и части третьей статьи 50 УПК РФ. В начале допроса следователь выясняет у обвиняемого, признает ли он себя виновным, желает ли дать показания по существу предъявленного обвинения и на каком языке. В случае отказа обвиняемого от дачи показаний следователь делает соответствующую запись в протоколе его допроса. Повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению в случае его отказа от дачи показаний на первом допросе может проводиться только по просьбе самого обвиняемого. Протокол допроса обвиняемого (статья 174 УПК РФ), составляемые следователем при каждом допросе также с соблюдением общих требований составления протокола, определенными в статье 190 УПК РФ. Соответственно, действующий УПК РФ закрепляет право обвиняемого иметь свидания с защитником наедине и конфиденциально, в том числе до первого допроса, обвиняемого, без ограничения их числа и продолжительности. Так, защитник, участвующий в производстве следственного действия, в рамках оказания юридической помощи своему подзащитному вправе давать ему в присутствии следователя краткие консультации, задавать с разрешения следователя вопросы допрашиваемым лицам, делать письменные замечания по поводу правильности и полноты записей в протоколе данного следственного действия. Следователь может отвести вопросы защитника, но обязан занести отведенные вопросы в протокол.

Более сложным может оказаться установление контакта с обвиняемым, настроившимся на дачу заведомо ложных показаний, да еще к тому же ранее судимым. Иногда в подобной конфликтной ситуации контакт установить не удается. Допрос приобретает характер противоборства, и в таких условиях психологической задачей следователя является внушение обвиняемому уважения к своему противнику, чувства безнадежности обмануть следствие. Это уже первый шаг к установлению контакта и побуждению обвиняемого к даче правдивых показаний.

Допрос обвиняемого, полностью признающего себя виновным, как правило, носит бесконфликтный характер. Человек, глубоко раскаивающийся в совершенном преступлении, еще задолго до допроса испытывает угрызения совести, чувство стыда, сожаления о содеянном. Такой обвиняемый, видя в следователе человека, сопереживающего вместе с ним, желающего объективно разобраться в случившемся, проникается доверием к следователю и его разъяснению, что чистосердечное признание своей вины и дача правдивых показаний явится смягчающим вину обстоятельством. Такая позиция обвиняемого, безусловно, является основой для установления контакта между следователем и допрашиваемым.

Приемы правомерного психического воздействия – приемы преодоления противодействия следствию. Раскрытие смысла и значения имеющейся информации, бессмысленности и нелепости ложных показаний, бесперспективности позиции запирательства – основа стратегии следователя в ситуации противодействия следствию.

Для реализации этой стратегии нужна высокая информационная проницательность, гибкость, способность использования получаемой информации для развития процесса расследования.

Одно из основных средств психического воздействия – вопрос следователя. Вопрос можно поставить таким образом, чтобы ограничить меру информации для допрашиваемого лица или активизировать его предвосхищающую деятельность. Обвиняемый (подозреваемый) всегда знает то, что его изобличает и чувствует меру приближения вопроса следователя к изобличающим обстоятельствам. Он анализирует не только то, что спрашивается, но и то, для чего спрашивается. Вопросы следователя должны быть обоснованными, не носить характера ловушек. Следователь должен широко использовать противодействующие вопросы, т.е. такие вопросы, которые парируют предыдущие ответы, вскрывают их несостоятельность, выражают негативное к ним отношение со стороны следователя, противодействуют ложным установкам допрашиваемого. Эти вопросы-реплики демонстрируют информационную осведомленность следователя по расследуемому эпизоду, предупреждает о невозможности ввести следствие в заблуждение.

Мнимая бесконфликтность ситуации допроса возникает в случае самооговора обвиняемого. Вероятность самооговора повышается, если обвиняемый отличается повышенной внушаемостью, податливостью к внешнему воздействию, неумением отстаивать свою позицию, слабоволием, склонностью к развитию депрессии, апатии, недостаточной выносливостью к психическому напряжению.

Известно, что наиболее типичными мотивами самооговора является стремление избавить от наказания действительного виновника. Такой мотив формируется под влиянием родственных или дружеских чувств либо продиктовано определенными групповыми интересами (как это иногда бывает среди преступников-рецидивистов) или же достигается угрозами и воздействием заинтересованных лиц в отношении тех, кто находится в какой-либо зависимости от них (несовершеннолетний и т. п.). Нельзя исключить и возможности того, что обвиняемый оговаривает себя из боязни огласки каких-либо компрометирующих сведений или из желания получить от заинтересованных лиц определенную материальную выгоду.

Практика показывает, что в преступлениях, совершаемых группой, обвиняемый по-разному относится к соучастникам. Если кому-то он многим обязан, то старается скрыть причастность к преступлению этого человека, надеясь на его помощь и поддержку. Гораздо чаше система психологических отношений в преступной группе построена на подчинении силе, страхе, иных низменных побуждениях и инстинктах. Поэтому в процессе расследования, когда участники преступной группы изолированы друг от друга, построенные на такой основе отношения распадаются. У обвиняемого крепнет неприязнь к лицам, втянувшим его в преступную группу, по чьей вине он оказался привлеченным к уголовной ответственности. Следователь вправе использовать подобное психологическое состояние обвиняемого, раскрыть перед ним систему отношений, существовавших в преступной группе, показать, на чем построено ложное чувство товарищества среди преступников, использовать эти знания для выбора наиболее эффективных тактических приемов допроса. Однако следует помнить о необходимости очень осторожного их выбора с учетом психологических взаимоотношений участников преступной группы, поскольку недопустимы приемы, основанные на использовании, разжигании низменных чувств и побуждений.

Таким образом, допрос – это борьба за истину. Силу в этой борьбе следователю дают различные научные знания, и одно из первых мест среди них занимает психология.

§ 3.2. Методы установления психологического контакта с подозреваемым и обвиняемым.

Пути установления психологического контакта различны. Прежде всего необходимо возбудить у допрашиваемого интерес к общению, постараться вызвать заинтересованность в даче правдивых показаний. Знание цели общения способствует активизации психических процессов. Так, например, если допрашиваемый знает, зачем его вызвали, понимает, что его показания имеют большое значение для дела, он лучше вспоминает и воспроизводит события. Этот путь воздействия рассчитан на положительные моральные качества допрашиваемого.

Процесс установления контакта в основном зависит от следователя, его профессиональной подготовки, опыта, авторитета и личностных качеств. Его эффективность определяется линией поведения следователя по отношению к допрашиваемому. Важно, чтобы допрос проводился ровным и спокойным тоном, без грубых и оскорбительных выражений и пренебрежения к допрашиваемому, чтобы к любому показанию следователь относился одинаково серьезно, с искренним интересом, независимо от степени важности сведений, получаемых при этом, не следует выражать удовольствие или разочарование при получении ответа.

Следователь всегда является объектом пристального изучения со стороны допрашиваемых. Находясь в возбужденном состоянии, они чутко реагируют на каждое проявление неуверенности с его стороны, на всю жизнь запоминают его слова. Допрашивая людей изо дня в день, следователь вырабатывает умение распознавать особенности психики допрашиваемых лиц, но, в то же время, может потерять чувство индивидуальности каждого допроса, привыкнуть к его атмосфере, что приводит к автоматизму в ведении допроса. Это симптом профессиональной деформации, и действенное средство борьбы с этим – самоконтроль.

К качествам, которыми должен обладать следователь, относятся также эмоциональная устойчивость, душевное равновесие, самообладание. С целью сохранения самообладания, необходимо вести спокойную беседу с допрашиваемым. Держать себя в руках, а при выплески эмоций, незамедлительно успокоить себя. В некоторых ситуациях сделать вид, что услышанное обдумывается, и только после выдержанной паузы, продолжать разговор.

Умение разговаривать с людьми – одно из важных коммуникативных качеств. Культура речи следователя – одна из предпосылок этичности его поведения. Важно не только уметь говорить и грамотно писать, нужно еще, чтобы речь была содержательной, понятной и выразительной. Грамотный следователь имеет больший авторитет и пользуется уважением у допрашиваемых. Для установления контакта с допрашиваемым следователю важно быть хорошим слушателем. Можно сказать, что в известном смысле этим определяется профессиональная пригодность следователя.

Для установления контакта и смягчения обстоятельств, мешающих этому, имеют значение и внешние факторы: порядок приглашения на допрос, процедура предупреждения допрашиваемого об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, место допроса, наличие посторонних раздражителей.

Место проведения следственного действия определяет следователь, исходя из конкретных обстоятельств расследуемого дела. При проведении допроса по месту жительства нежелательно делать это в квартире. Важно лишить допрашиваемого психологического преимущества, которое он испытывает, если допрос ведется у него дома. Для установления взаимопонимания между следователем и участниками уголовного процесса важно, чтобы допрос проводился наедине (когда иное не предусмотрено законом). В этом заложен глубокий психологический смысл. Контакт при допросе предполагает элемент доверительности. А там, где в комнате несколько человек, о ней не может быть и речи.

В связи с широким использованием в следственной практике аудиозаписи как средства фиксации показаний возникает вопрос, как отражается его применение на установлении контакта с лицами, проходящими по делу. При самом положительном отношении допрашиваемых к записи допроса следует все же признать, что применение аудиозаписи сказывается отрицательно. Во-первых, диктофон сковывает следователя: он больше заботится о форме и грамотности вопросов, а не о существе допроса. Живой беседы, необходимой дня установления контакта, не получается. Во-вторых, сознание того, что весь ход допроса будет записан на пленку, отрицательно влияет на допрашиваемого.

В целях облегчения установления психологического контакта расследование желательно поручать следователю, который является местным жителем и пользуется хорошей репутацией, знает язык коренного населения или одной национальности с допрашиваемым. В некоторых случаях бывает целесообразно передать дело другому следователю.

В процессе допроса следователю иногда приходится отступать от заранее намеченной линии поведения вследствие того, что допрашиваемый не готов еще рассказать правду. Нужно провести с ним подготовительную работу, т.к. следует избегать случаев, когда допрашиваемый скажет «нет», потому что затем ему труднее будет произнести «да»1.

В преодолении противодействия обвиняемого, пытающегося дезинформировать следствие, преимущество объективно на стороне следователя.

При решении тактических задач неизбежны жесткие способы психического воздействия, ставящие поведение допрашиваемого лица в рамки, ограничивающие его решения. Приемы преодоления противодействия следствию, как правило, рассчитаны на критическое мышление обвиняемого, его анализ хода следствия. Приемы психического воздействия имеют сверхзадачу – психологически разоружить противодействующее лицо, содействовать пониманию им негодности, порочности избранных средств противодействия, помочь изменить ему мотивацию поведения. Они основаны на выявлении внутренних противоречий в защитных действиях противодействующего лица.

Однако в большинстве случаев следователю приходится сталкиваться с такой ситуацией, когда обвиняемый в начальной стадии расследования отказывается от дачи каких-либо показаний. Тогда следователю приходится оказывать на такого обвиняемого тактическое воздействие, которое осуществляется путем:

- убеждения обвиняемого в неправильности занятой им позиции;

- использования факта дачи показаний соучастниками обвиняемого;

- использования противоречий между интересами соучастников1.

Часто приемы психического воздействия реализуются в остроконфликтной форме, вызывая неустойчивое состояние допрашиваемого лица, снижающее возможности его противодействия. Для усиления воздействия основного уличающего доказательства необходима соответствующая психологическая подготовка его предъявления допрашиваемому, временное переключение его внимания на обстоятельства, как бы благоприятствующие его «легенде».

Совершивший преступление боится изобличении и, конечно же, наказания. Это обычно действует на психику угнетающе, может в значительной степени подавить волю допрашиваемого, снизить возможности правильной оценки сложившихся обстоятельств, ухудшить самоконтроль, привести обвиняемого в угнетенное, депрессивное состояние. Страх обычно возникает у лица, совершившего преступление, задолго до привлечения его к уголовной ответственности. Такие психологические состояния затрудняют установление с допрашиваемым психологического контакта, снижают эффективность тактических приемов допроса.

Глава 4. Изучение личности подозреваемого и обвиняемого.

§ 4.1. Понятие личности подозреваемого, обвиняемого в криминалистике.

Проблема изучения личности подозреваемого (обвиняемого, подсудимого, осужденного) всегда была предметом внимания уголовного права, уголовного процесса, теории оперативно-розыскной деятельности, криминологии и других юридических наук. Не оставляет без внимания эту проблему и криминалистика.

Криминалистическое изучение личности обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) определяется уголовно-правовым и уголовно-процессуальным ее значением. Сведения о личности необходимы следователю и суду для решения многих вопросов: квалификация действий виновного (рецидив, особо опасный рецидив), наличие состава преступления (деяния несовершеннолетних, душевнобольных и др.), определение вида наказания и его конкретной меры, смягчающих и отягчающих обстоятельств, места отбывания определенного судом наказания и т.п.

Сведения о личности обвиняемого (подсудимого) входят в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по любому уголовному делу, а поэтому включаются в орбиту уголовного процесса. Не изучив глубоко личность привлекаемого к уголовной ответственности, нельзя правильно решить такие уголовно-процессуальные вопросы, как избрание в отношении подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения, соблюдение прав и законных интересов его как участника следственных действий, обеспечение полноты и объективности расследования.

Данные о личности обвиняемого могут иметь важное значение при оценке доказательств. В случае недостаточно полного, всестороннего и объективного изучения личности обвиняемого прокурор и суд вправе возвратить дело на дополнительное расследование.

Каждой личности, в том числе и личности обвиняемого, присущи различные свойства и качества, отличающие одного человека от другого. Выявление, анализ и правовая оценка этих свойств и признаков, их фиксация в целях дальнейшего использования и составляют главное содержание изучения личности.

Изучение личности подозреваемого (обвиняемого) есть целенаправленная деятельность следователя по установлению определенной совокупности данных, характеризующих подозреваемого (обвиняемого) и имеющих значение для правильного применения норм уголовного закона, точного соблюдения предписаний уголовно-процессуального законодательства, выбора и использования наиболее эффективных приемов при проведении отдельных следственных действий, а также принятия мер по предупреждению преступлений.

При расследовании деятельности преступных структур глубокое изучение личности подозреваемых, обвиняемых помогает в решении такой важной тактической задачи, как выявление ролевых функций участников преступлений. Следует подчеркнуть связь этой проблемы с изучением структуры преступной организации, выявлением и изобличением соучастников преступной деятельности, установлением лидеров, осуществляющих стратегическое управление группой, формирующих идеологию, консолидирующих усилия членов группы, определяющих ее инвестиционную политику, распределяющих преступные доходы между членами группы.

Изучение личности обвиняемого позволяет полнее и точнее установить причины и условия, способствовавшие совершению преступлений, особенно те из них, которые тесно связаны с его субъективными качествами, с социальными установками, взглядами, состоянием нервной системы, с алкоголизмом, употреблением наркотиков и т.п.

Личность преступника в криминалистическом аспекте изучается прежде всего как «следообразующий объект», как источник информации о преступлении и как средство его раскрытия. Обобщенные сведения о личности преступника по делам о преступлениях определенного вида рассматриваются как элемент криминалистической характеристики преступлений этого вида1.

В научном аспекте личность преступника — самостоятельный критерий для определения отдельных категорий (видов) преступлений, разработка методик, расследования которых активно ведется в течение последних десятилетий: методики расследования преступлений несовершеннолетних, рецидивистов, душевнобольных, иностранных граждан и др.

§ 4.2. Методы изучения личности подозреваемого, обвиняемого

Изучение личности подозреваемого, обвиняемого представляет собой процесс, состоящий из целого ряда связанных единой задачей следственных действий, организационных и оперативно-розыскных мероприятий.

Изучение личности должно производиться на всех этапах процесса расследования. Начинается оно с момента появления в деле фигуры подозреваемого лица, вне зависимости от того, задержано оно или нет. В уголовно-процессуальном аспекте такое лицо может сначала выступать в качестве свидетеля или даже вообще пока не допрашиваться по делу.

Типичные меры, которые может использовать следователь для изучения личности подозреваемого по делу:

- изучение личных документов, предъявленных данным лицом, изъятых у него при обыске, полученных иным путем;

- допрос изучаемого лица;

- допрос потерпевшего;

- допросы родственников, близких знакомых, соседей, сослуживцев и других хорошо знающих подозреваемого граждан, в том числе задержанных или арестованных по одному с ним делу;

- проверка лица по учетам органов внутренних дел, судебно-медицинских и судебно-психиатрических учреждений;

- истребование и изучение архивных уголовных дел и иных

архивных материалов, относящихся к прежним судимостям данного лица и к отбыванию им наказания;

- обыски, выемки или осмотры по месту жительства, работы подозреваемого.

- назначение экспертиз (прежде всего судебно-психиатрической, судебно-медицинской, судебно-психологической, дактилоскопической);

- истребование служебных характеристик, аттестаций и

иных документов по месту его работы, службы, учебы;

- использование помощи общественности;

- дача поручения оперативному работнику, осуществляющему оперативно-розыскную деятельность по раскрытию расследуемого преступления1.

В криминалистической литературе называются такие методы изучения личности, как метод наблюдения, биографический метод, метод обобщения независимых характеристик, анализ результатов преступной деятельности и т.п. Это методы познания, которые реализуются в порядке осуществления названных выше мер.

Так, метод наблюдения применяется в целях изучения личности подозреваемого при его допросе, в процессе обыска его квартиры, при осмотре изъятых у него документов, удостоверяющих личность. Биографический метод позволяет проанализировать жизнь и деятельность интересующего следствие лица в определенной хронологической последовательности; выявить «белые пятна», подлежащие исследованию; определить пути получения новой, дополнительной информации и т.п. Метод обобщения независимых характеристик дает возможность сравнить поступившую из разных источников однопорядковую (но различающуюся по содержанию) информацию об определенных сторонах личности и сделать вывод о степени объективности этой информации.

Личными документами в узком смысле слова называют документы, удостоверяющие личность предъявителя, в широком - это любые письменные, фото- и видеодокументы, в которых отражены определенные сведения об изучаемом лице.

К документам, удостоверяющим личность, относятся: паспорт, удостоверение личности военнослужащего, служебное удостоверение, свидетельства о рождении и браке, справка об освобождении из мест лишения свободы, пенсионное удостоверение, удостоверение ветерана, удостоверение инвалида, водительское удостоверение.

В широком смысле слова личные документы не только удостоверяют личность предъявителя, но и одновременно своим содержанием в том или ином аспекте характеризуют ее. К ним относятся студенческий билет, зачетная книжка студента, профсоюзный билет, страховой медицинский полис, удостоверение к государственной награде или ведомственному знаку отличия, санаторно-курортная книжка, электронная кредитная карта, именная сберкнижка, дипломы кандидата и доктора наук, аттестаты доцента и профессора и т.п.

При изучении личных документов обращают внимание на их форму и содержание, проверяют соответствие формы и материалов документа стандартам и образцам, наличие всех необходимых реквизитов; определяют наличие или отсутствие признаков подделки документов (переклейки фотографий, изменения содержания записей, подчистки, дописки и т.п.).

Очень важно выявить соответствие личных документов, имеющихся у подозреваемого (обвиняемого), по содержанию, месту и времени их выдачи. Обнаруженные при этом противоречия требуют объяснения, а основания выдачи таких документов - тщательной проверки.

Своим содержанием личные документы способствуют получению объективной информации не только о подозреваемом (обвиняемом), но и о близких его связях.

Изучение личности в ходе допросов получило достаточное освещение в литературе по тактике этого следственного действия. При этом рекомендуется тщательно проверять сведения, сообщаемые о себе допрашиваемым. Объективность таких показаний во многом зависит от следственной ситуации и позиции, занятой обвиняемым по делу. Следует учитывать и резко усилившееся в настоящее время воздействие преступников на свидетелей и потерпевших, как прием противодействия расследованию. Поэтому при допросах необходимо выяснить конкретные факты, обстоятельства, конкретизирующие характеристику личности. Это позволяет в последующем осуществить уточнение и проверку показаний.

Для решения отдельных задач, по изучению личности подозреваемого, обвиняемого могут быть использованы практически все учеты, имеющиеся в органах внутренних дел. Однако наиболее часто и эффективно используются в этих целях централизованные учеты: пофамильный оперативно-справочный учет ГИЦ МВД РФ; дактилоскопическая десятипальцевая картотека осужденных, арестованных, задержанных лиц.

Из числа местных и региональных учетов наиболее результативны профилактический учет; учет лиц, представляющих оперативный интерес; учет наркоманов. В учетах органов внутренних дел содержится важная (и главное, объективная) информация о демографических, социальных, биологических признаках и свойствах лиц, зарегистрированных по определенным основаниям.

Так, проверка по пофамильной оперативно-справочной картотеке Главного информационного центра МВД РФ позволяет получить об изучаемом лице следующие сведения: о судимости; об изменении приговора, применении амнистии и помиловании; о месте и времени отбывания наказания, перемещении; об основании и дате освобождения; о номерах прекращенных уголовных дел; о нахождении в местном или всероссийском розыске; о задержании за бродяжничество (когда и кем задерживался, какие меры были приняты); о месте жительства и работы до осуждения; о группе крови и дактилоскопической формуле.

Отпечатки узоров папиллярных линий пальцев рук, сосредоточиваемые в дактилоскопической картотеке ГИЦ, позволяют идентифицировать изучаемое лицо, проверить подлинность сообщаемых им о себе биографических и иных данных.

Проблема использования учетов для изучения личности имеет большие перспективы, связанные с научными разработками последних лет в сфере криминалистической регистрации. В частности, реально создание учетов, в основе которых будет регистрация определенных категорий лиц по таким компонентам организма человека, как запах, пот, кровь, голос. Весьма перспективным признается учет лиц по их иммунологическим признакам, на основе сведений о дезоксирибонуклеиновой кислоте (ДНК) веществе в хромосомах, хранящем генетический код. В настоящее время ведется активная разработка универсальной ИПС (на базе ЭВМ), основанной на комплексном использовании социальных, биологических, психологических признаков и свойств человека. Создание такой системы позволит значительно упростить использование данных криминалистической регистрации для изучения личности подозреваемых (обвиняемых)1.

Дача поручения оперативному работнику, как правило, связана с необходимостью использования в целях изучения личности подозреваемого (обвиняемого) негласных методов и средств. Поручения выполняют сотрудники уголовного розыска, регионального управления по борьбе с организованной преступностью, отдела по борьбе с экономической преступностью, подразделения по борьбе с незаконным оборотом наркотиков — в зависимости от вида расследуемого преступления.

Многие скрываемые подозреваемым, обвиняемым от правоохранительных органов сведения о его личности получают именно оперативным путем, в результате проведения таких предусмотренных Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» действий, как наблюдение, опрос граждан, наведение справок, сбор образцов для сравнительного исследования, оперативный осмотр, специальное исследование предметов и документов и т.д.

Особенно важно использование оперативно-розыскных действий для изучения личности членов преступных сообществ в условиях:

- повышенной конспиративности деятельности организованных преступных групп;

- противодействия расследованию со стороны коррумпированных чиновников, связанных с подозреваемым, обвиняемым;

запугивания преступниками лиц, могущих дать объективную информацию.

Если установочные данные и отдельные сведения о биологической стороне характеристики личности задержанного члена организованной преступной группы можно получить относительно легко следственным путем, то соответствующей истине его социальный и психологический портрет без должного взаимодействия с оперативными работниками составить и обосновать доказательствами вряд ли возможно.

В заключение отметим необходимость комплексного применения ряда приемов изучения личности подозреваемого, обвиняемого по делу.

Глава 5. Тактика допроса подозреваемых и обвиняемых

§ 5.1. Понятие и критерии допустимости психологического воздействия на допрашиваемого подозреваемого и обвиняемого.

Одной из болевых в российском уголовном процессе была и остается проблема пределов допустимого психологического воздействия при производстве допросов и других следственных действий.

Следует отметить, что хотя нормы международного права, Конституция РФ и действующий уголовно-процессуальный закон ограничивают пределы такого рода воздействия, далеко не все вопросы, связанные с правовой регламентацией подобных ограничений, нашли свое однозначное разрешение. Так, вопрос о допустимости мер воздействия при расследований преступлений был и остается одним из наиболее сложных, острых и дискуссионных как в сфере международного права, так и в отечественной юриспруденции.

На состоявшейся в декабре 1975 года XXX сессии - ООН была принята резолюция 3452 «О правилах по защите всех лиц, подвергшихся любой форме задержания и тюремного заключения». В ст.24 резолюции провозглашается: "Ни один арестованный или содержащийся под стражей не должен подвергаться физическому или психическому принуждению, пыткам, насилию, угрозам или влияниям какого бы - то не было рода, обману, хитростям, обманчивым внушениям, продолжительным допросам, гипнозу, воздействию наркотиков или любых других средств, способных нарушить или ослабить свободу его действий или решений, его память или его способность суждения, любое заявление его, вызванное применением какого-либо из упомянутых выше запрещенных методов, а также полученное таким образом доказательство не должно допускаться в качестве доказательств против него на любой стадии производства по делу".

В утвержденном Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988г. Своде принципов защиты всех лиц, подвергшихся задержанию или заключению в какой бы то ни было форме также содержится запрет на применение в отношении задержанного в ходе его допроса насилия, угроз, или таких методов дознания, которые нарушают его способность принимать решения или выносить суждения.

Статья 5 Всеобщей декларации прав человека (от 10 декабря 1948г.) провозглашает, что никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным или унижающим его достоинство обращению и наказанию.

10 декабря 1984 года Генеральной Ассамблеей ООН была принята и открыта для подписания, ратификации и присоединения “Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания”. Эта Конвенция, одной из участниц которой является и Российская Федерация, определяет понятие пытки как любого действия, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы получить от него или третьего лица сведения или признания, наказать его за действия, которые совершило оно или третье лицо, или в совершении которых оно подозревается, а также запугать или принудить его или третье лицо, или по любой причине, основанной на дискриминации любого характера, когда такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия. В это определение не включаются боль и страдания, которые возникают лишь в результате законных санкций или вызываются ими случайно.

Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания от 28 ноября 1987г., подтверждающая основные положения одноименной Конвенции ООН ратифицирована Федеральным законом N 44-ФЗ 28 марта 1998 года.

Несмотря на огромное значение указанных международных актов в решении проблемы предупреждения пыток и других видов физического и психического насилия, многие сформулированные в них положения предполагают расширительное толкование, что создает трудности в оценке и квалификации тех или иных действий. В этой связи Комитет по правам человека ООН в замечании общего порядка № 2О к ст. 7 “Международного пакта о гражданских и политических правах" (44 сессия. 1992 год) подчеркнул, что не считает необходимым разрабатывать перечень запрещенных действий или устанавливать четкие разграничения между различными формами наказания и обращения.

Норма, текстуально почти совпадающая со ст.7 "Пакта о правах человека", содержится в ст.21 Конституции Российской Федерации, предусматривающей, что никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию. Статья 20 действующего УПК говорит о запрещении применения к обвиняемому, другим участвующим в деле лицам угроз и других незаконных мер воздействия с целью получения показаний.

Очевидно, что вопрос о критериях допустимости использования тех или иных способов психологического воздействия остается одним из наиболее важных в теории уголовного процесса и криминалистики.

Мы считаем, что, поскольку действующее законодательство не раскрывает понятия насилия и угроз, отграничение их от правомерных тактических приемов только на основании критериев, предложенных Ратиновым А.Р. представляет собой довольно трудную задачу1. Ведь существующая редакция ст.20 УПК, как и соответствующая норма проекта УПК, содержат лишь общий запрет на получение показаний с помощью насилия, угроз и иных незаконных мер, не раскрывая сути таковых. Поэтому мы предлагаем дополнительно выделять в качестве важного условия правомерности тактических приемов общепризнанный международным правом принцип обеспечения следователем свободы выбора поведения допрашиваемого, что необходимо для беспрепятственного осуществления участниками процесса своих прав и законных интересов, включая возможность самому избрать ту или иную позицию на допросе. Предлагается указанный критерий допустимости психологического воздействия зафиксировать в УПК.

Необходимо различать психологическое принуждение как противоправную форму воздействия на граждан, попавших в орбиту уголовного судопроизводства, и меры процессуального принуждения, строго регламентированные уголовно-процессуальным законом. Очевидно, что провод, задержание, арест и др. способны оказать сильное эмоциональное воздействие на психику человека, поэтому недопустимо их использовать в целях средства подавления воли с целью получения от подследственных “признательных показаний”.

§ 5.2. Тактические приемы, используемые в различных ситуациях допроса обвиняемого и подозреваемого.

Понятие «подозреваемый» имеет несколько значений: общежитейское, оперативно-розыскное и процессуальное. В общежитейском понимании подозреваемый — это лицо, в отношении которого возникло предположение о его возможной причастности к преступлению. Подозреваемый в оперативно-розыскном смысле — лицо, в отношении которого имеются достоверные сведения, служащие основанием для принятия оперативно-розыскных и иных мер с целью предотвращения подготовляемого и раскрытия совершенного им преступления. Подозреваемым в уголовном процессе является лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления (ст. 122 УПК), или лицо, к которому применена мера пресечения до предъявления ему обвинения (ст. 52, 90 УПК).

В положении подозреваемого лицо может находиться в течение 72 часов, если оно задержано в порядке ст. 122 УПК, либо до 10 суток, если к нему применена мера пресечения до предъявления обвинения. По истечении указанного срока подозреваемый становится обвиняемым, если подозрения в отношении него подтвердились, в противном случае мера пресечения отменяется и он освобождается.

Общий процессуальный порядок допроса подозреваемого не отличается от порядка допроса обвиняемого. Так, статья 123 УПК указывает, что вызов и допрос подозреваемого производятся с соблюдением правил, установленных соответствующими статьями Кодекса для допроса обвиняемого. Однако тактика допроса подозреваемого и обвиняемого неодинакова. Допрос подозреваемого характеризуется особыми психологическими моментами.

Дача показаний подозреваемым — это его право, а не обязанность, так как своими показаниями он защищается от возникшего подозрения. При допросе подозреваемого в первую очередь проверяются обстоятельства, вызвавшие подозрение. Иногда подозреваемому предъявляются доказательства, еще недостаточно проверенные, поэтому они оцениваются прежде всего с точки зрения обоснованности подозрений1.

Нередко подозреваемый допрашивается сразу же после совершения преступления, когда еще не продумана линия поведения. Фактор внезапности при допросе лишает его возможности придумать ту или иную версию, оценить значение имеющихся у следователя доказательств. Здесь чрезвычайно важное значение имеют момент и обстоятельства задержания. Задержанный с поличным должен быть немедленно опрошен, если обстоятельства не позволяют пока его допросить и показания оформить протоколом. Он должен как-то объяснить ситуацию. Не будучи психологически готовым, не продумав ложную линию своего поведения до конца, подозреваемый может рассказать правду. Многое зависит и от того, насколько тактически правильно и уверенно в момент задержания действовали лица, его производившие.

Подозреваемый должен быть обыскан и здесь же допрошен о принадлежности найденных у него вещей, предметов, содержании записей. Они могут свидетельствовать о местах, где он бывал, его специальности. Выяснение этих обстоятельств способствует установлению личности задержанного, раскрытию преступлений, которые не были известны следователю.

Перед допросом подозреваемому разъясняются его права: давать показания и объяснения на родном языке, пользоваться помощью переводчика, собственноручно записать свои показания, требовать немедленного допроса в случае задержания или избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Подозреваемый вправе давать объяснения по поводу обстоятельств, послуживших основанием для его задержания или избрания к нему меры пресечения, а также обо всех других известных ему и подлежащих установлению по данному делу. Кроме того, ему объявляется, в совершении какого преступления его подозревают.

Перед допросом следователь должен уяснить, о каких фактах пока нецелесообразно допрашивать подозреваемого, в отношении каких подробностей следует оставить его временно в неведении. Это в большинстве случаев способствует уличению допрашиваемого во лжи. Такая тактика допроса способствует тому, что подозреваемый, совершивший несколько преступлений, может рассказать о тех, которые еще не известны следователю. Чтобы сформировать у подозреваемого мнение о том, что следователю известны обстоятельства преступления, нужно намекнуть о каком-либо совершенно достоверном факте, имеющем отношение к преступлению и допрашиваемому, что создаст впечатление, будто следователю известны и другие обстоятельства преступления.

Следователь должен попытаться оценить показания подозреваемого, определить, насколько они соответствуют действительности. Как правило, непричастное к преступлению лицо не только дает развернутые показания по обстоятельствам, послужившим причиной его задержания и подозрений, но и указывает пути их проверки. Подозреваемый же, причастный к преступлению, пытаясь уйти от ответственности, нередко опровергает подозрения с помощью наивных аргументов либо вовсе отказывается давать показания. Действенным средством изобличения и получения правдивых показаний является очная ставка подозреваемого с потерпевшим, особенно в тех случаях, когда они были знакомы до преступления.

Подозреваемые внимательно следят за следователем, стараются получить информацию об обстоятельствах дела, особенно о доказательствах, имеющихся против них. Некоторые подозреваемые пытаются вывести следователя из равновесия, спровоцировать его на резкий тон, сбить с намеченного плана допроса и заставить закончить допрос психологическим срывом. Если подозреваемый отказывается давать показания в форме свободного рассказа, следует перейти к постановке вопросов, причем таких, которые уже выяснены другими путями и в правдивости ответов на которые следователь не сомневается.

Подозреваемый, не будучи осведомлен о деталях дела, не зная, какими доказательствами его вины располагает следователь, чтобы избежать ответственности, прибегает к различным уловкам: пытается дать ложные показания, делает массу оговорок, называется вымышленными фамилиями, заявляет о своем алиби. Каждое такое заявление должно быть проверено. Основное средство проверки — детальный допрос подозреваемого и сопоставление его показаний с материалами уголовного дела. Иногда опытные преступники на случай задержания заранее подготавливают доказательства своего алиби: ссылаются на вымышленные события или на те, которые имели место в действительности, но по времени перемещают их так, что они совпадают со временем преступления.

Проверка алиби подозреваемого проводится следующим образом. Подозреваемого подробно допрашивают по обстоятельствам, связанным с его алиби. Если, несмотря на значительный промежуток времени, отделяющий допрос от преступления, он последовательно и подробно описывает то, что делал на всем протяжении дня, когда совершено преступление, это Должно насторожить следователя. Человек не в состоянии запомнить подробно все факты своей жизни. Запоминаются лишь наиболее яркие, необычные. И так как преступление, совершенное подозреваемым, относится к разряду необычной деятельности, оно запоминается исключительно хорошо. Принимая во внимание желание подозреваемого удержать в памяти обстоятельства преступления и подготовить алиби, становится понятно, почему так ярко описываются им события того дня.

С целью разоблачения подозреваемого можно использовать и следующий тактический прием. Прежде всего, самым подробным образом фиксируются его показания о дне, когда произошло преступление. Эта часть протокола дается на подпись подозреваемому. Затем предлагается подробно описать, как он провел один из дней, предшествующих или следующих за днем преступления. Показания подозреваемого по этому вопросу будут менее подробными и определенными. После этого следователь спрашивает, чем объяснить, что такой-то день он запомнил самым подробным образом, а как провел дни, прошедшие недавно, не помнит. Использование этого приема позволяет установить ложность алиби. Затем следует немедленно допросить лиц, названных подозреваемым, показания которых могут подтвердить или опровергнуть его алиби.

При допросе необходимо соблюдать ряд требований. Указанных подозреваемым лиц тщательно допрашивают, подробно выясняют, где находился подозреваемый и чем занимался в тот момент, когда было совершено преступление; какое расстояние отделяло его от места преступления, кто может еще подтвердить показания данного свидетеля; почему свидетелю так хорошо запомнился этот день и т.д. Этот прием продиктован тем обстоятельством, что ложь до конца продумать нельзя. Человеку трудно, почти невозможно вспомнить спустя некоторое время, где он был и что делал, если этот день чем-то особым не запомнился, если он не старался специально удержать в памяти все события данного дня. Подозреваемый, совершивший преступление, старается запомнить детали этого дня на случай задержания. Если он заранее условился с указанным лицом, какие следует давать показания, то детальный допрос всегда выявит расхождения, свидетельствующие об их ложности. Допрос таких лиц ведется по принципу от общего к частному, вопросы ставятся в такой последовательности, чтобы допрашиваемый не мог догадаться о желательном для него ответе. Наряду с допросом свидетелей, названных подозреваемым, устанавливаются и допрашиваются другие свидетели, чья объективность не вызывает сомнения. Следователь предпринимает меры, направленные на то, чтобы свидетели не могли договориться между собой и с подозреваемым.

Также для проверки показаний подозреваемого можно рекомендовать проведение ряда повторных допросов по обстоятельствам, связанным с алиби, меняя при этом последовательность в изложении фактов. Сопоставление показаний подозреваемого даст возможность выявить неточности и противоречия, изобличающие его.

Для допроса подозреваемого, проверки его показаний приобретает особое значение установление его преступной осведомленности. Для этого могут использоваться такие приемы, как создание у допрашиваемого преувеличенного представления об осведомленности следователя; сокрытие следователем своей осведомленности по факту преступления; постановка вопросов, отвечая на которые допрашиваемый выдает свою причастность. Также в ходе допроса важно выяснить такие обстоятельства, которые может знать только тот, кто действительно совершил преступление, и которые не могли быть известны другим лицам. Для этого может быть использован такой тактический прием, как глубокая детализация его показаний с последующим их сопоставлением с имеющимися в деле материалами. Для этих же целей следует допросить лиц, с которыми общался подозреваемый после совершения преступления, выяснить, не заметили ли они каких-либо отклонений в поведении подозреваемого, не проявлял ли он повышенного интереса к ходу расследования преступления, или наоборот, не старался ли подавить в себе вполне понятное в таких случаях обывательское любопытство.

Если подозреваемый сознался в совершенном преступлении и дал правдивые показания, его следует допросить самым подробным образом для того, чтобы эти показания можно было перепроверить и подтвердить с помощью других доказательств. При получении показаний, в которых подозреваемый сознается в преступлении, нельзя исключать самооговора, не так уж редко встречающегося на практике. Его мотивы: желание быть осужденным за преступление менее тяжкое, чем то, которое совершено в действительности; уберечь от уголовной ответственности близких людей; выгородить соучастников; показать себя бывалым преступником; ввести следователя в заблуждение; попасть в места заключения и тем самым избавиться от алкоголизма, наркомании и т.п. Причинами самооговора могут быть также неправильное поведение следователя, применение незаконных приемов допроса, необъективное ведение следствия в целом.

Заключение

Рассмотрение тактико-психологических особенностей допроса подозреваемого, обвиняемого, позволило нам прийти к следующим выводам.

1. Допрос – это самостоятельное следственное действие, заключающееся в получении и фиксации в процессуальной форме показаний лиц о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для установления истины по делу.

Обнаружение физиологических сигналов психологического состояния подозреваемого может рассматриваться в качестве указателей тактики допроса, но лишенных какой бы то ни было доказательственной силы. То или иное поведение подозреваемого и обвиняемого на допросах, тон ответов, манера держаться и т.п. не могут рассматриваться как доказательства виновности, поскольку могут быть вызваны и причинами, не связанными с исследуемым по делу событием. Допрашиваемый может выражать признаки беспокойства, теряться, давать путаные объяснения, проявлять неуверенность не потому, что в чем-то виновен, а от психического напряжения, непривычности обстановки, наконец, боязни, что ему не поверят, не разберутся объективно по всем случившемся. На один и тот же раздражитель у разных людей реакция будет различной, сугубо индивидуальной. Здесь все зависит от личные свойств, от темперамента, от состояния нервной системы, впечатлительности, обстановки допроса и т.д. Но не учитывать эти психические признаки состояния человека нельзя. Именно они позволяют установить, в каком месте допроса подозреваемого покидает спокойствие, чем вызывается его волнение, какова его энергия и воля сопротивления в данный момент.

2. Формирование показаний происходит поэтапно. Выделяют три стадии этого процесса: восприятие, запоминание и воспроизведение. Психологический механизм формирования ложных показаний аналогичен механизму любого иного правомерного или неправомерного поступка, однако, содержание этих процессов характеризуется определенными дефектами, что и ведет, в конечном итоге, человека к решению дать заведомо ложные показания.

3. Психологический контакт с допрашиваемым является необходимым условием допроса, обеспечивающим его эффективность. По нашему мнению, психологический контакт заключается в создании такой атмосферы допроса, при которой допрашиваемый проникается уважением к следователю, пониманием его задач и обязанностей. Процесс установления контакта в основном зависит от следователя, его профессиональной подготовки, опыта, авторитета и личностных качеств. Его эффективность определяется линией поведения следователя по отношению к допрашиваемому. Мы считаем, что наиболее эффективными способами установления психологического контакта являются порядок приглашения на допрос, место допроса, умение разговаривать с людьми, предупреждение допрашиваемого об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, возбуждение у допрашиваемого интерес к общению, стараться вызвать заинтересованность в даче правдивых показаний, проведение допроса ровным и спокойным тоном, без грубых и оскорбительных выражений и пренебрежения к допрашиваемому, убеждения обвиняемого в неправильности занятой им позиции, использования факта дачи показаний соучастниками обвиняемого, использования противоречий между интересами соучастников.

4. В основе определения тактических приемов допроса лежит познание личности подозреваемого, обвиняемого. Представляется, что под личностью целесообразно понимать совокупность социально-психологических свойств и качеств человека, являющихся причинами и условиями совершения преступлений. Выделяют непосредственные и опосредованные методы изучения личности, а также методы формальные и субъективные.

5. Тактические приемы допроса - это основанные на законе способы воздействия следователя на допрашиваемого в целях получения максимально полной информации по делу с наименьшей затратой времени и сил. Тактические приемы, как научные рекомендации, не закрепленные в законе, следователь использует по своему усмотрению, исходя из конкретной следственной ситуации и обстоятельств расследуемого дела. Тактические приемы допроса, по нашему мнению, целесообразно классифицировать в зависимости от вида используемого следователем воздействия на три группы: тактические приемы, основанные на логическом убеждении допрашиваемого, тактические приемы, в чьей основе воздействие на эмоционально-нравственную сферу личности и использование ее положительных качеств, тактические приемы, основанные на знании психологических закономерностей и психологическом воздействии.

Представляется, что наиболее эффективными тактическими приемами, позволяющими получать от подозреваемых, обвиняемых полные и правдивые показания, являются приемы, основанные на логическом убеждении допрашиваемого, например, предъявление доказательств, использование противоречий, разъяснение возможностей расследования. Интересными и эффективными являются также тактические приемы, в чьей основе использование законов и закономерностей человеческой психологии, например, психологические ловушки и следственные хитрости, использование фактора внезапности, изменение темпа допроса. По нашему мнению, такого рода тактические приемы вполне допустимы, если они не связаны с обманом допрашиваемого.

Подводя итог, необходимо отметить, что эффективное использование тактических приемов, требует от следователя криминалистических знаний, профессионального опыта и интуиции. Следователь должен думать не только о достижении цели, но и о том, насколько его действия законны, оправданны и допустимы. В противном случае деятельность следователя может быть сведена к получению признательных показаний любыми способами и средствами, что, бесспорно, снижает эффективность расследования преступлений. Умелое, тактически правильное проведение допросов подозреваемых, обвиняемых в значительной мере определяет качество всего предварительного расследования.

Список литературы

Нормативные акты:

1. «О правилах по защите всех лиц, подвергшихся любой форме задержания и тюремного заключения» резолюции ХХХ сессии ООН 1976 г. № 3452.

2. «Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме» Конвенция Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций от 9 декабря 1988 г. №43/173

3. Дворец Шайо, Париж «Всеобщая декларация прав человека» 3 сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) («Международный пакт о правах человека»)

4. «Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания» Генеральной Ассамблеей ООН была принята и открыта для подписания, ратификации и присоединения 10 декабря 1984 года.

5. «Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения и наказания» от 28 ноября 1987г.

6. Федеральный закон N 44-ФЗ 28 марта 1998 года «О ратификации Европейской конвенции по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания и протокол к ней»

7. «Международного пакта о гражданских и политических правах». Принят 16 декабря 1966 года, вступил в силу 23 марта 1976 года. Генеральной Ассамблеей ООН.

8. Конституция Российской Федерации, Москва, 1993.

9. Уголовный кодекс Российской Федерации. Москва, 1996.

10. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Москва, 2001.

Учебная литература:

1. Голик Ю.В. Настольная книга следователя. С.-П., 2008, С. 333.

2. Шейфер С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. Самара, 2004.

3. Борягин Г.И. Психологические взгляды Ломоносова М.В. Очерки по истории русской психологии, М., 1957.

4. Посошков Т.И. Книга о скудости и богатстве. М., 1951

5. Антонян Ю.М., Гульдан В.В. Криминальная патопсихология. М., 1991, С.-9.

6. Савельева М.В., Смушкин А.Б. Криминалистика. Учебник, М., 2009.

7. "Законы России: опыт, анализ, практика" 2007-01-30, №1.

8. Аверин В.А. Психологическая структура личности// Психология личности: Учебное пособие. – СПб.: Изд-во Михайлова В.А., 1999., С.– 89

9. Левитов Н.Д. Фрустрация как один из видов психических состояний. - Вопросы психологии, 1967., № 6.

10. Доспулов Г. Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976, С. 75-84.

11. Зинченко П.И. Непроизвольное запоминание и деятельность. Психология памяти, М., 2000.

12. Википедия. Ложь. URL: #"Times New Roman">13. Лурия А.Р. Экспериментальная психология в судебно-следственном деле, 1927, № 2.

14. Академик.URL: #"Times New Roman">15. Лук А. Н. Память и кибернетика. М., 1966, с.-80.

16. Зорин Г.А. Психологический контакт при производстве допроса – Гордно, М., 1986.

17. Порубов Н.И., Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998.

18. Пиз А. Язык телодвижений. Как читать мысли других людей по их жестам. М., 1992.

19. Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998.

20. Голик Ю.В. Настольная книга следователя. С.-П., 2008, С. 334-346.

21. Громова О.Н., Латфуллин Г.Р. Организационное поведение, П., 2008., С.- 432.

22. Волынский А.Ф., Криминалистика, М.: Закон и право, ЮНИТИ-ДАНА, 1999, С.- 202-203.

23. Образцов В.А., Следственные действия. Криминалистические рекомендации. М., 1999.

24. Ратинов А.Р. Психология допроса обвиняемого. - М., 1989.

[1] Голик Ю.В. Настольная книга следователя. С.-П., 2008, С. 333.

[2] Шейфер С.А. Следственные действия. Основания, процессуальный порядок и доказательственное значение. Самара, 2004.

ОТКРЫТЬ САМ ДОКУМЕНТ В НОВОМ ОКНЕ

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ [можно без регистрации]

Ваше имя:

Комментарий